Взаимосвязь процессов расширения и углубления Европейской интеграции (стр. 2 )

Это уже не столько экономический, сколько политический фактор, влияющий на взаимодействие между расширением и углублением интеграции. Но поскольку европейская интеграция никогда не была чисто экономическим явлением и, тем более, не ограничивается экономическими целями в настоящее время, политика «вмешивается» в это взаимодействие различным образом, например, в ходе дискуссий о новом политическом статусе Евросоюза или в новых областях его деятельности – общей внешней политике, обороне, внутренних делах и правосудии.

Теоретически, конечный итог воздействия расширения интеграции на ее углубление должен проявляться в ускорении или, напротив, замедлении процессов слияния национальных хозяйств в единый региональный хозяйственный комплекс. Выявить наличие или отсутствие такого воздействия можно только путем конкретного анализа.

Расширение ЕС в 70-е – 90-е годы

Первое расширение. В 1973 г. в Европейские сообщества вступили Великобритания, Дания и Ирландия. Это событие примечательно тем, что оно возвестило о превращении ЕС в гравитационный центр, притягивающий к себе соседние государства. Особенно симптоматично было то, что инициатором заявки на вступление в ЕЭС (1963 г.) оказалась Великобритания, тремя годами раньше сыгравшая главную роль в создании параллельного интеграционного объединения – Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ).

Что касается экономической интеграции, то первое расширение состоялось после того, как ЕЭС завершило создание таможенного союза (1968 г.) и приняло решение о строительстве экономического и валютного союза (1970 г.). Вступление Великобритании и Дании в таможенный союз не создавало никаких существенных проблем ни для них, ни для ЕЭС. Уровень таможенных тарифов на промышленную продукцию в Великобритании был немного выше, чем в ЕЭС (соответственно, 9,4% и 7,4% к цене товаров), а в Дании даже ниже (4,9%), чем в ЕЭС. Оба государства находились на том же уровне экономического и социального развития, что и «шестерка» (см. табл.1). Структура их торговли со странами «шестерки», в основе которой лежал обмен готовой промышленной продукцией, также мало чем отличалась от торговли между участниками «общего рынка». Наконец, обе стороны – ЕЭС-6 и Великобритания с Данией – находились примерно в равном положении с точки зрения конкурентоспособности их промышленности.

Третье государство, Ирландия, резко отличалось от первых двух и от «шестерки» и по уровню экономического развития, и по уровню таможенного тарифа на промышленные товары (15,9% , т. е. в два с лишним раза выше, чем в ЕЭС). На динамику экономической интеграции повлиять это не могло, но для самой Ирландии предвещало огромные трудности. Впрочем, выбора у нее не было: она была обречена на вступление в ЕС, находясь в полной экономической зависимости от Великобритании. Экономисты дружно предрекали Ирландии всяческие беды. Но именно эта страна сумела максимально использовать все преимущества участия в экономической интеграции и стала творцом единственного за последние четверть века «экономического чуда» в Европе[ii]. Самым впечатляющим его результатом стал «взлет» Ирландии по шкале «Производство ВВП на душу населения». В 1972 г., накануне вступления в ЕЭС, она была последней, с показателем в 58,5% от объема производства на душу населения (по ППС) в целом по «девятке»; в 2002 г. она вышла на второе (!) место, вслед за Люксембургом, с показателем в 122,5% от уровня ЕС (в составе 15 государств)[iii].

Для всех трех стран был введен четырехлетний переходный период, чтобы ввести общий таможенный тариф ЕЭС в торговле с третьими странами и полностью отменить пошлины в торговле промышленными товарами с партнерами по Сообществу. Процесс этот прошел без осложнений.

Таблица 2

Первое расширение: внешнеторговые квоты ЕС-6 и первого пополнения (Великобритания, Дания, Ирландия) в % к ВВП

	Внешнеторговые квоты ЕС-6	Внешнеторговые квоты первого пополнения
Годы	Всего	ЕС-6	Первая тройка	ЕС-15	Всего	ЕС-6	Первая тройка	ЕС-15
1960	30,2	10,4	(2,2)	(14,2)	37,0	6,4	3,6	(12,8)
1970	35,2	17,0	(2,0)	(23,2)	35,8	7,8	4,0	(15,2)
1980	49,2	21,4	2,0	(27,2)	45,0	15,6	4,8	(23,6)
1990	45,6	19,4	5,0	(28,0)	45,8	18,4	4,2	(24,4)
1998	43,0	17,1	5,8	28,7	48,6	18,4	5,8	30,5

Примечание: Внешнеторговая квота государства или группы государств определяется как выраженное в процентах отношение объема внешней торговли к ВВП. Соответственно, в четырех столбцах левой и правой части таблицы рассчитано отношение к ВВП: всей внешней торговли ЕС-6 и тройки вступивших государств («Всего»); торговли между странами ЕС или трех вступивших стран со странами ЕС («ЕС-6»); торговли ЕС с тремя вступившими странами или между этими странами («первая тройка»); торговли «шестерки» или первой тройки вступивших стран внутри будущего ЕС-15.

Источник: Расчеты . См.: . Интеграционные процессы на пороге XXI века. М.: НП «Третье тысячелетие». – С. 255, 259.

Как показывают данные, приведенные в табл.2, переход к свободному движению товаров в рамках таможенного союза «девятки» привел в 70-е годы к удвоению удельного веса стран «шестерки» в экспорте трех вступивших государств, тогда как их доля в экспорте стран «шестерки» не изменилась. В рамках «шестерки» продолжалось взаимное освоение объединившихся национальных рынков, вследствие чего доля Сообщества в их совокупном экспорте выросла в 70-е годы с 17% до 21,4%. Это означает, что процесс углубления интеграции в пределах ее первоначальной зоны продолжался, и нет убедительных свидетельств того, что он был замедлен расширением ЕЭС. Перераспределение экспорта «шестерки» в пользу трех новых членов ЕЭС произошло лишь в следующем десятилетии и, следовательно, не под непосредственным влиянием расширения.

Переходя от конкретного случая к обобщению, можно заключить, что степень воздействия расширения интеграции на перераспределение экспорта стран, входящих в интеграционное ядро, и вступивших стран обратно пропорциональна соотношению емкости внутренних рынков этих двух групп стран. Вместе с тем, общей тенденцией являются опережающие темпы развития торговли внутри расширенной зоны интеграции по сравнению с торговлей государств, входящих в эту зону, с третьими странами. Такая динамика торговли означала, что теперь уже в пределах «девятки» продолжались процессы углубления специализации и кооперации производства, возрастающего переплетения национальных капиталов, развития ТНК, осваивающих всю расширенную зону интеграции. Иначе говоря, вступившие страны сами включились в процесс углубления экономической интеграции.

Следует подчеркнуть, что изменения в темпах роста и географическом распределении торговых потоков являются единственным очевидным, подкрепленным статистикой, эффектом первого расширения ЕЭС. Дело в том, что это событие совпало с началом кризисного периода в мировой экономике. Как известно, первый удар по ее стабильности был нанесен отказом США от свободной конвертации доллара в золото и девальвацией американской валюты в 1971 г. Через два года последовал второй удар – четырехкратное повышение цен на нефть. В 1974-1975 гг. разразился первый за послевоенные десятилетия мировой экономический кризис, вызвавший сокращение ВВП во всех ведущих капиталистических странах, включая западноевропейские. Некоторое оживление хозяйственной конъюнктуры в последующие годы сменилось новым спадом производства в 1980-1982 гг.

Затянувшееся кризисное состояние мировой экономики, несомненно, оказало более мощное влияние на динамику экономического развития ЕЭС, чем его расширение. О каком дополнительном приросте ВВП под воздействием расширения можно говорить, если темпы его роста снизились в среднем по государствам-членам Сообщества с 4,5% в 1961-1972 гг. до 2,% в 1973-1982 гг.?[iv] Что касается таких процессов как структурная перестройка экономики, инвестиции в новую технологию, санация предприятий и слияние компаний, оптимизация управления и повышение качества менеджмента, то кризис мирового хозяйства и расширение европейской интеграции в целом действовали в одном и том же направлении. Вычленить и, тем более, вычислить относительную роль этих двух импульсов невозможно.

Наиболее ясен вопрос о влиянии первого расширения на общую стратегию интеграции, разработанную «шестеркой». Одобренный в 1971 г., за два года до вступления Великобритании, план перехода к экономическому и валютному союзу («план Вернера») потерпел неудачу без всякого вмешательства Лондона; его погубили рухнувший доллар и подскочившие нефтяные цены. Но с заявками на особые позиции в Сообществе Великобритания не заставила ждать.

Уже в 1974 г. пришедшие к власти лейбористы потребовали пересмотра ряда условий вступления страны в ЕЭС. Главное требование правительства – уменьшить взнос страны в бюджет ЕЭС, чтобы он соответствовал ее удельному весу в суммарном ВВП «девятки» – было принято Сообществом. На повторном референдуме, проведенном лейбористами, с целью выявить отношение населения к ее пребыванию в ЕЭС, большинство граждан высказалось в пользу участия в европейской интеграции. Особую позицию Великобритания не раз занимала и в дальнейшем. Став с самого начала участником учрежденной в 1979 г. Европейской валютной системы, она уже через два года вышла из действовавшего в ее рамках механизма регулирования обменных курсов. При подготовке Договора о Европейском Союзе (1992 г.) Великобритания согласилась подписать его при двух условиях – во-первых, сохранении за ней права не участвовать в заключительной фазе строительства Экономического и валютного союза; во-вторых, невключении в текст договора соглашения о социальной политике, подписанного остальными 11 государствами-членами ЕС. Не присоединилась она и к единому визовому режиму, введенному большинством стран Евросоюза в соответствии с Шенгенскими соглашениями.