Сборник научных трудов (стр. 3 )

Можно подвести итоги:

На сегодняшний день разработка правовой базы, регламентирующей деятельность субъектов в условия сетевой экономики, преждевременна. В подтверждение данных выводов можно сослаться на практику. Не так давно предпринимался ряд соответствующих, но неудачных законотворческих инициатив. Выдвигались проекты: Федерального закона "Об использовании платежных карт в Российской Федерации" (внесен в ГД РФ 2 декабря 1997 года депутатами ГД РФ и ); проект Федерального закона "О предоставлении электронных финансовых услуг" (внесен 18 сентября 2000 года депутатами ГД РФ и ); проект Федерального закона № 000-3 "Об электронной торговле" (внесен в ГД РФ 10 октября 2000 года депутатами ГД РФ , , и ); проект Федерального закона "О сделках, совершаемых при помощи электронных средств (Об электронных сделках)" (внесен депутатом , 21 ноября 2000 года принят к рассмотрению). Много законотворческих инициатив наблюдалось и в последние годы. Подавляющее большинство данных проектов были или сняты с рассмотрения, или приняты в урезанном виде[33].

Таким образом, авторы статьи считают, что для формирования системы информационно-электронного законодательства необходимы:

достаточный уровень развития сетевой экономики;

наличие четко определенных основных категорий сетевой экономики.

В частности, авторы предлагают собственные определения таких понятий как: сетевая экономика, субъект сетевой экономики, редкое благо2.

Список литературы

1. Налоговый кодекс РФ. – М.: Статут. – 2000.

2.  Виртуальная экономика и сюрреалистическое бытие. – М., 2000. – 380 с.

3. Проект закона "О предоставлении электронных финансовых услуг" внесен в Государственную Думу 21 сентября 2000г. Шохиным А. Н. и Медведевым П. А. [Электронный ресурс]: Сайт Московского института свободы – Московский либертариум. 20сентября. URL: http://www. *****/72364

4. Тедеев А. А. «Электронная коммерция (электронная экономическая деятельность): правовое регулирование и налогообложение» – М.: Приор-издат, 2002.

5. Трофименко А. Какими нормативными актами регулировать «сетевые отношения» // Российская юстиция. – 2000. – № 9.

6. Якушев М. В. «Интернет и право: новые проблемы, подходы, решения». 3-я научно-практическая конференция «Право и Интернет: теория и практика»: Доклад. Москва. [Электронный ресурс]: Информационное общество и общества знаний: новости, события, комментарии, аналитика // 2ноября. URL: http://www. *****/pi/02/r03.htm

ВОЗМЕЩЕНИЕ ВРЕДА КАК ОДНА ИЗ НОРМ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА

начальник Правового управления

Академии бюджета и казначейства

Министерства финансов

Российской Федерации

На определенном этапе развития общества возникает потребность в упорядочивании существующих отношений. Ни одно общество не может существовать без регулирования поведения людей с помощью определенных табу, обычаев, традиций, именно из них в результате многократного повторения складываются нормы, на которые в дальнейшем ориентируется общество, и которым в дальнейшем государство придает легитимность. Норма - это общее правило поведения, действующее непрерывно во времени в отношении неопределенного круга лиц и неограниченного количества случаев. Социальные нормы образуют единую систему, и в своей системе они обеспечивают всестороннее и глубокое воздействие на жизнь общества, на все ее сферы. Главным является деление этих норм по сферам регулируемых отношений.

Конституционное право является ведущей отраслью в системе права Российской Федерации. Устанавливая в своих нормах основополагающие принципы устройства общества и государства, определяя общие основы управления всеми общественными процессами, какой бы стороны жизни общества они не касались, эта отрасль тем самым дает ориентиры правового регулирования во всех сферах общественных отношений. Собственно, с конституционного права начинается формирование всей системы национального права, всех отраслей, и в этом определяется его системообразующая роль.

Известно, что воздействие права на общественные отношения порождает правоотношения, через которые происходит реализация права. Что касается конституционного права, то не все его нормы способны породить правоотношения. Эта отрасль в силу своего назначения и характера содержит много деклараций, которые, безусловно, важны для установления порядка в той или иной области, но не через конкретные правоотношения, а путем психологического воздействия на людей и провозглашения самых общих правил и принципов, которые влияют на создание конкретных норм.[34] Однако большинство конституционно-правовых норм все же порождает конкретные правоотношения. Конституционно-правовые правоотношения не столь очевидны, как, например, гражданско-правовые или уголовно-процессуальные, они редко становятся специальным объектом рассмотрения общих судов. Но эти правоотношения, хотя подчас и незримо, все же определяют взаимоотношения людей и органов власти и получают судебную защиту со стороны органов общей и конституционной юстиции.

Так, например, в статье 53 Конституции Российской Федерации закреплен принцип имущественной ответственности государства за вред, причиненный в результате незаконных действий (или бездействия) органов государственной власти и их должностных лиц, данная норма получила развитие в статьях 16, 1069 и 1071 Гражданского Кодекса Российской Федерации, где устанавливаются виды нарушений, являющихся основанием возникновения права на возмещение убытков субъектами государства, несущими ответственность за причиненный вред, а также финансовые источники возмещения убытков.

Особые основания, порядок и условия возмещения вреда в таких случаях устанавливают Указ Президиума Верховного Совета СССР
от 01.01.01 г. "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей". Этим же актом было утверждено Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Возмещение причиненного ущерба является универсальным гражданско-правовым способом защиты нарушенных прав. В этой связи в гражданском законодательстве нашли развитие конституционные нормы об ответственности за вред, причиненный органами государственной власти.

Гражданским Кодексом Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу
в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, возмещается за счет казны Российской Федерации, казны соответствующего субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (статья 1069).

Таким образом, предполагается наступление имущественной ответственности, во-первых, за вред, причиненный не только незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц, но и любых других государственных органов, а также органов местного самоуправления и их должностных лиц; во-вторых, предусмотрено, что под незаконными действиями понимаются не только действия в области административного управления, но и издание актов.

В первую очередь имеются в виду ненормативные (индивидуальные) акты, то есть акты, адресованные конкретному лицу (группе лиц). В предусмотренных законом случаях недействительными могут признаваться и нормативные акты. Акты признаются недействительными в судебном порядке, если они противоречат закону, иным правовым актам и нарушают права и охраняемые законом интересы граждан и юридических лиц. Признание акта недействительным влечет за собой возмещение вреда, причиненного в связи с принятием такого акта (статья 13 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

И, наконец, нельзя не отметить, что по сравнению со статьей 53 Конституции Российской Федерации в Гражданском Кодексе Российской Федерации расширен круг потерпевших, имеющих право на возмещение вреда, причиненного действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц. В их числе названы не только граждане, но и юридические лица. В гражданском законодательстве, и в первую очередь в Гражданском Кодексе Российской Федерации, определены основные правила, регулирующие порядок, условия и пределы имущественной ответственности за причиненный вред. Имеются в виду нормы, включенные в главу 59 части второй Гражданского Кодекса Российской Федерации.

Следует отметить, что вопросы ответственности в соответствующих законах решены с разной степенью детализации и не всегда единообразно. Так, в одних актах предусмотрено, что убытки, причиненные изданием незаконных актов государственных органов и органов местного самоуправления, возмещаются соответствующим органом (см. статью 60 Закона Российской Федерации «О залоге», статью 6 Закона Российской Федерации «Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации» и др.), в других актах по вопросу возмещения таких убытков содержится общая отсылка к гражданскому законодательству (статья 20 Закона Российской Федерации «О федеральных органах налоговой полиции», статья 26 Закона Российской Федерации «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и др.). Есть законы, в которых вообще отсутствуют нормы об имущественной ответственности соответствующих органов (Закон Российской Федерации «О прокуратуре Российской Федерации» и др.). Однако в последнем случае это не должно означать, что причиненный такими органами вред не подлежит возмещению.

Особенность установленного режима ответственности в этих случаях заключается в том, что источником возмещения вреда служат соответственно казна Российской Федерации, казна субъекта Российской Федерации или казна муниципального образования. В соответствии со статьей 1071 Гражданского Кодекса Российской Федерации от имени казны выступают финансовые органы, а в случаях, установленных законом, могут выступать другие органы, юридические лица или граждане. При этом независимо от того, к кому предъявлено требование — к самому органу или государству, источником возмещения всегда является казна.

И в настоящее время для многих граждан чувство попранного человеческого достоинства со стороны государства и его должностных лиц превалирует над денежной компенсацией (тем более что взыскание ее в размере, эквивалентном степени перенесенных страданий, маловероятно), и гораздо более важным для них представляется признание государственным органом незаконности действий, совершенных его должностными лицами, и публичное принесение потерпевшему соответствующих извинений.

Эта обязанность, как известно, закреплена статьей 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой прокурор от имени государства приносит официальное извинение лицу за причиненный ему вред.

Но, во-первых, эта обязанность далеко не всегда должным образом исполняется на практике, и, во-вторых, извинение, как правило, приносится в частном, а не публичном порядке, поэтому вопрос о публичном извинении перед реабилитированным гражданином имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение.[35]

Тот факт, что извинение перед потерпевшим как способ защиты его нарушенных прав не предусмотрено гражданским законодательством, следует признать пробелом института компенсации морального вреда. Руководящие разъяснения на этот счет были сформулированы в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.01.01 г. «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в котором подчеркивается, что, хотя суд не вправе обязывать ответчиков по данной категории дел принести истцам извинение в той или иной форме, он может утвердить мировое соглашение, в соответствии с которым стороны по обоюдному согласию предусмотрели принесение ответчиком извинений.[36]

Это разъяснение имеет весьма важное значение, но поскольку на практике органы следствия, дознания, прокуратуры и суда чрезвычайно редко признают незаконность действий своих должностных лиц и факт причинения гражданам имущественного и морального вреда, достижение с ними мирового соглашения по этому вопросу весьма маловероятно, поэтому обязанность принесения публичных извинений гражданину, незаконно привлеченному к уголовной ответственности, следует закрепить и в гражданском законодательстве в качестве еще одного способа защиты субъективных гражданских прав и нематериальных благ личности.[37]

В соответствии со статьей 21 Конституции Российской Федерации «… достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления». Не используя в должной мере правовую возможность, обязать ответчиков принести публичные извинения гражданину, ставшему жертвой незаконного уголовного преследования, законодатель тем самым создает условия для умаления его достоинства, что прямо противоречит приведенному конституционному положению.

По данным на 1 января 2010 года Россия является самым крупным «поставщиком» дел в Страсбургский суд. Согласно статистике Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), количество дел из России растёт:

·  1999 год — 971 жалоба

·  2000 год — 1322

·  2001 год — 2104

·  2002 год — 3986

·  2003 год — 4728

·  2004 год — 5824

·  2005 год — 8069

·  2006 год — 10 132

·  2007 год — 9497

·  2008 год — 10 146

·  2009 год — 13 666

По данным на 1 января 2010 года, на рассмотрении в ЕСПЧ находилось 33 550 жалоб в отношении России, при общем количестве - 57 100.[38]

Периодически представители российских властей предлагают уменьшить количество исков, подаваемых в Европейский суд, путём запрета обращаться в Страсбург до исчерпания национальных средств правовой защиты.[39] Однако такое требование и без того содержится в Европейской конвенции о правах человека. При этом сам ЕСПЧ под исчерпанием средств правовой защиты применительно к России понимает прохождение первой и кассационной инстанций в российских судах; подача заявления о пересмотре дела в порядке надзора до подачи жалобы в ЕСПЧ необязательна. ЕСПЧ рассматривает жалобы до прохождения всех национальных инстанций, только если заявителю удаётся доказать, что его права не могли быть эффективно защищены с помощью внутренних средств правовой защиты.

По состоянию на январь 2010 года Судом приняты решения по существу по 862 российским делам, в 815 из которых было установлено нарушение хотя бы одной из статей Европейской конвенции о защите прав человека и основных свободы[40]. В рамках исполнения предписываемых Судом так называемых «мер общего характера» в российское законодательство и административную практику вносятся существенные изменения. Так, под влиянием ЕСПЧ заметные перемены произошли в российской уголовно-исполнительной системе, в настоящее время идёт работа по реформированию некоторых аспектов судопроизводства, исполнения решений судов.

указывал, что Россия не должна принимать к исполнению те решения ЕСПЧ, которые идут вразрез с Конституцией Российской Федерации[41], следует вспомнить, что в самой Конституции (часть 4 статьи 15) декларируется, что нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

В Декларации прав и свобод человека и гражданина закреплено еще одно важное положение: «Права жертв преступлений и злоупотребления властью охраняются законом. Государство обеспечивает им доступ к правосудию и скорейшую компенсацию за причиненный ущерб» (статья 33). Поскольку члены семьи гражданина, ставшего жертвой незаконного уголовного преследования, также становятся (хотя и косвенным образом) жертвами злоупотребления властью со стороны органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры, закрепление их права на компенсацию морального вреда будет полностью соответствовать подчеркнутому Президиумом Верховного Суда Российской Федерации положению о его презумпции: «В случае нарушения нематериальных благ граждан незаконными действиями государственных органов причинение морального вреда предполагается, и доказыванию подлежит лишь размер денежной компенсации».[42]

Все сказанное позволяет сформулировать вывод о необходимости легального признания права на компенсацию вреда, причиненного совместно проживающим супругу, детям и родителям гражданина, незаконно привлеченного к уголовной ответственности. Это станет еще одним важным шагом на пути гуманизации отечественного законодательства, к совершенствованию всех его разделов, обеспечивающих защиту и охрану неотъемлемых прав граждан в одной из наиболее важных сфер - сфере внутренней жизни, определяющей духовное благополучие личности, и, следовательно, морально-нравственный климат в обществе.

СЕТЕВОЕ ПРАВО И НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ
МАЛОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

Т. И. Абакумова,

зам. начальника отдела кадров

г. Москва, Россия

Развитие малого предпринимательства является одной из приоритетных сфер деятельности государства, что следует из неоднократных заявлений Президента РФ. Известно, что малый бизнес играет важную роль в экономиках ведущих стран мира и обеспечивает бюджету значительные налоговые поступления. Однако в России малый бизнес подвергался репрессиям и гонениям в 20-е и 30-е годы XX в., был фактически запрещён в поздний советский период (статьи в УК РСФСР о спекуляции, незаконном предпринимательстве, о валютных операциях и др.) и продолжает находиться под прессом чиновников и правоохранительных органов.

Ряд проблем малого бизнеса имеет своим следствием неполный сбор налогов. В то же время Основные направления налоговой политики Российской Федерации на 2011 год и на плановый период 2012 и 2013 годов [1] не предусматривают никаких мер по развитию малого бизнеса. Одну из проблем мы видим в том, что далеко не все фактически занимающиеся предпринимательской деятельностью лица регистрируются в качестве предпринимателей, в то время как совершение такого действие обязательно и нарушение его наказывается в соответствии со ст. 171 УК РФ. Незарегистрированные предприниматели, естественно, не платят и налогов.

Тем не менее, государство не принимает действенных мер, хотя государственным органам не составило бы особого труда найти граждан, занимающихся тем или иным видом предпринимательской деятельности. Однако мы полагаем, что хотя таких лиц действительно можно выявить при некоторых усилиях со стороны правоохранительных органов и Федеральной налоговой службы, делать это в виде прямой лобовой атаки в отношении некоторых категорий, занимающихся систематическим извлечением прибыли, не следует, поскольку они получают весьма низкие доходы, а их занятие предпринимательством фактически носит периодический характер и приносит совсем небольшие деньги. К таким лицам относятся, например, учителя, занимающиеся репетиторством. Иные категории лиц, возможно, получают более постоянные доходы, но традиционно никогда не платили налоги. Это сантехники и рабочие других специальностей, выполняющие время от времени или постоянно ремонтные работы на дому по вызову. Есть и другие категории лиц, которые гораздо более обоснованно могли бы привлекаться к уплате налогов, например, это сдающие внаём свои квартиры и иную недвижимость, особенно, когда они имеют множество сдаваемых объектов недвижимости.

Однако у всех таких лиц есть общая проблема: сложности при регистрации бизнеса, ведении бухгалтерского и налогового учёта, исчисление и уплата налогов, подача декларации. В процессе работы у некоторых из них неизбежно могут возникать разногласия с налоговыми органами и судебные споры, что ещё более может осложнить их жизнь. И обо всём этом данные лица хорошо осведомлены, поэтому они сравнивают получаемые доходы и возможные неудобства и расходы в связи с регистрацией и делают вывод не в пользу последней.

Отсюда можно обоснованно предположить, что не все категории налогоплательщиков уклоняются от уплаты налогов исключительно по злому умыслу, но существует ряд объективных трудностей материального и нематериального характера (традиции, привычки, вырабатывавшиеся десятками лет при советской власти, когда налоги государство удерживало из заработной платы практически всех категорий населения), часть из которых порождены самим государством и несовершенством его законодательства и исполнительной системы.

Для решения подобных вопросов западные страны давно применяют информационные технологии.  Иванов и сообщают, что «государственные структуры и компании из Северной Америки поручают выполнение целого ряда компьютерных работ, обслуживание в call-центрах, оцифровку архивов, расшифровку рентгеновских снимков, обработку бухгалтерской и налоговой отчетности исполнителям, находящимся в другой стране, и получают результаты в своем офисе, обеспечивая при этом значительное снижение издержек» [2, с. 22]. Авторы также перечисляют способы, применяемые другими странами для создания более благоприятного климата малому бизнесу, и пишут, что «четверть всех стран уже предоставили возможность заполнения on-line форм и треть всех стран использует электронные платежи при налоговых расчетах… Налоговое управление Швеции улучшило систему подачи налоговых деклараций до такой степени, что более 70% шведских граждан только подписывают декларации (при желании электронным способом или через SMS) [2, с. 210].

Это происходит во многих развитых странах, следовательно, мы могли бы обоснованно полагать, что и Россия должна пойти по такому же пути. И, видимо, пойдёт, но как всегда, с большим опозданием. Это плохо. Но из данного положения можно извлечь и определённую пользу, учитывая, что не всегда модернизация сводится к тому, чтобы догонять и вечно при этом отставать. В некоторых случаях можно увидеть за всеми процессами, которые происходят на Западе, нечто такое, что позволит в некоторых отношениях его опередить.

 Иванов и , ссылаясь на известную работу Келли (Kelly K. New rules for the New Economy, WIRED, Sept., 1997) упоминают важное теоретическое положение: «Принципы сетевой экономики, сформулированные Келли, свидетельствуют о том, что в новой экономике действуют закономерности, обратные традиционным, когда значительные улучшения сетевых продуктов приводят к снижению их стоимости» [2, с. 17]. В настоящем исследовании нам важны не сами конкретные принципы сетевой экономики, которые характеризуются определённым образом, а то, что речь идёт о теоретических принципах науки, которые позволяют предвидеть новые явления в науке и практике. Это даёт повод вспомнить, что кроме сетевой экономики начинает развиваться и наука сетевого права, которая, во всяком случае, также наработала принципы сетевого права. сформулирован один из них как принцип необходимости построения системы сетевого права таким образом, чтобы при его действии «максимально защитить человека от нарушения норм права путём автоматизации исполнения ряд норм права, например, уплаты налогов, сборов, пошлин» [3, с. 60].

Учитывая это, а также мысль и , о том, что «затраты на налоговое администрирование предприятий обратно пропорциональны размеру и ложатся диспропорциональным бременем на малые предприятия» [2, с. 205], и вытекающее отсюда следствие о том, что данную мысль можно распространить на индивидуальных предпринимателей, сформулируем конкретные предложения, вытекающие из теории сетевого права.

Итак, чтобы индивидуальные предприниматели не несли диспропорциональное бремя расходов на процедуры расчёта и уплаты налогов, чтобы создать им максимальный комфорт при уплате налогов, нужно пойти существенно дальше того, что уже сделано. Упоминая слово «комфорт», необходимо подчеркнуть его ключевое значение в настоящее время для российского менталитета и практики: комфорт нужен не для налоговой инспекции, а для предпринимателей, и наполнение этого слова содержанием должно идти от новых норм права – норм сетевого права – в сторону их максимального сопряжения с информационно-коммуникационными технологиями, но не для того, чтобы налоговому инспектору было удобно, не вставая с мягкого кресла, вызвать к себе предпринимателя и задать ему вопросы о недоплаченных налогах, а чтобы предприниматель не знал, где вообще находится налоговая инспекция, и считал, что она вся помещается в окошке его компьютера, которое открывается одной кнопкой, если это бывает нужно раз в год.

Модель таких правовых и организационных новаций вытекает из принципа сетевого права и может слагаться из следующих последовательных действий:

1) создание специального портала на сайте Правительства РФ, или Минфина РФ, или Федеральной налоговой службы (или на всех трёх сайтах), который будет позволять гражданину любого региона страны в любое время суток за пять минут зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя прямо на сайте путём ввода необходимых данных в соответствующие формы, заплатить регистрационный взнос банковской карточкой или иным способом и немедленно приступить к работе. Это элементарная процедура, которая применяется для регистрации предприятий во многих странах мира для резидентов, нерезидентов и для оффшорных компаний;

2) в формах данного регистрационного портала должны быть и такие, которые позволяют вводить зарегистрированному предпринимателю данные о полученных доходах, которые предприниматель может вводить в любое время, как только у него появляется доход;

3) как дополнение или альтернатива к предыдущему пункту должна быть предусмотрена возможность получения индивидуальным предпринимателем специальной банковской карточки (карточек), через которую ему будут поступать доходы, которые будут автоматически обрабатываться сервером банка по программам, установленным ФНС РФ, с целью автоматического исчисления и уплаты налогов при любом поступлении доходов. Такая система предполагает и автоматически заполняемую электронной системой декларацию, которую предприниматель уже не должен составлять и направлять в налоговую инспекцию. Специальная банковская карточка должна выпускаться, например, в рамках совместного проекта Правительства РФ, Минфина РФ и ФНС РФ, а также ряда заинтересованных и отобранных для этого крупных банков, имеющих большие филиальные сети, и должна быть привязана программно и технологически к серверу ФНС РФ, на котором и будет производиться расчёт поступающих налогов и перечисление их в бюджет в автоматическом режиме.

Такое нововведение придаст следующие положительные качества бизнес-процессам:

1) предприниматели смогут экономить деньги на найме бухгалтеров, и это для них является критически важным, ибо речь идёт о предпринимателях, доход которых является небольшим и нерегулярным, и тратить дополнительные средства на регулярный бухгалтерский учёт и отчётность и налоговую отчётность для них означает – делать свой бизнес малорентабельным или вообще невыгодным. Государство здесь должно бороться за каждую бюджетную копейку, полученную через налоги, поступившие от таких лиц, поскольку именно малый бизнес составляет в развитых государствах оплот экономики и значительную долю бюджетных поступлений, но бороться не сыском, усилением контроля и ужесточением наказания, как это обычно принято, а созданием более благоприятного налогового климата предпринимателям, лучшим налоговым сервисом;

2) предприниматели смогут обходиться без посредников, рассчитывающих налоги и оказывающих услуги в составлении деклараций, а это означает, что чем меньше будет таких посредников, тем меньше вероятность того, что и посредники тоже окажутся неплательщиками налогов по любым причинам (ошибки, умысел, банкротство, ликвидация своих посреднических фирм и прочее);

3) мгновенное исчисление автоматикой налогов и перечисление их в бюджет создаст более устойчивый поток денег в бюджет, равномерно распределённый по месяцам в течение года, поскольку он не будет привязан к периоду уплаты налогов.

Нужно также составить список категорий лиц, так или иначе занимающихся предпринимательством, но не уплачивающих налоги, чтобы можно было оценить возможные потери бюджета сегодня и сумму потенциальных доходов бюджета завтра – после проведения предлагаемых нами мероприятий. Мы полагаем, что ещё одна из таких категорий – это лица, занимающиеся сетевым бизнесом на основе MLM-маркетинга, иначе говоря, просто сетевики. Значительная часть сетевиков приходит в данный бизнес ненадолго – попробовать, поскольку далеко не у всех он получается. Другая часть граждан, которые так же систематически не платят налоги, это лица, работающие в фирмах, занимающихся различного рода сервисами, имеющие высокую квалификацию, но получающие у своих хозяев маленькую зарплату. Например, фирма занимается предоставлением услуг по промышленному альпинизму. Монтажникам платят мало, и тогда они для увеличения заработков находят, используя возможности фирмы, а также свои личные возможности клиентов на стороне, и в частном порядке их обслуживают, прибегая к услугам посредников, которые обналичивают для них заработную плату, или же получают доходы напрямую от своих «левых» клиентов. Во всех таких случаях они не уплачиваю положенных налогов. Таких категорий лиц множество.

Все подобные категории лиц по закону являются налогоплательщиками, но налогов часто не платят, ибо находятся в некоей переходной, тренировочной стадии и не уверены, что смогут регулярно получать доход. Такие лица тем более не пойдут в налоговую инспекцию регистрироваться, так как боятся и своего нового бизнеса (сетевого), и сопряжённых с этим неудобствами по регистрации и уплате налогов. Или боятся своих хозяев, у которых работают и где боятся потерять работу, поскольку они получают там зарплату и одновременно возможности «халтуры» на стороне. Именно им и нужно в первую очередь предложить регистрироваться на сайте, где все расчёты, оформление платёжных поручений по уплате налогов и сдачу отчётности возьмёт на себя государство, поручив всю эту работу автоматически действующим программам, которые будет периодически настраивать и изменять в связи с изменениями законодательства Федеральная налоговая служба РФ.

Для создания благоприятной внешней среды для такого бизнеса можно было бы предложить банкам, выпускающим банковские карточки для предпринимателей, делать на одной стороне карточки надпись о том, что её обладатель зарегистрирован в ФНС РФ, приводить там же банковские реквизиты для перечисления денег, телефон ФНС РФ для желающих проверить данный факт всем клиентам предпринимателя и текст с его обязанностью совершать только безналичные расчёты с клиентами. А гражданам России после проведения такой работы сделать оповещение через СМИ, что определённые категории индивидуальных предпринимателей с назначенной даты должны принимать платежи только безналичным путём. Такой способ работы приведёт также к большей ответственности предпринимателей за качество своих услуг, поскольку безналичные деньги легче отслеживаются и в случае предоставления некачественных товаров или услуг этот факт будет легче доказать в суде. По сути дела, такая банковская карточка хоть в какой-то степени будет служить «сертификатом качества» или неким заменителем удостоверения о том, что её обладатель является профессионалом в своём сфере. Для того чтобы усилить такую позицию, нужно обязать указывать предпринимателя при регистрации на сайте, что он является, например, дипломированным преподавателем иностранного языка, или окончил какие-то курсы, и данная информация подтверждаться в заданный срок, скажем, пересылкой регистрационному органу фотокопии диплома об образовании, окончании курсов, стажировок и т. п. Конечно, не по всем профессиям и специальностям это возможно, и постепенно нужно продумать такую систему, но не переусердствовать с документами, а главное, не выйти за пределы электронного режима оформления и дальнейшего взаимодействия сторон, ибо его суть в скорости, простоте, надёжности и комфортности, которая будет конкретно состоять в отсутствии санкций к налогоплательщику в связи с полной автоматизацией уплаты налогов.

В 2010 году был принят Федеральный закон № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» [4], который установил правила использования ИКТ при предоставлении государственных и муниципальных услуг и организации деятельности по выпуску, выдаче и обслуживанию универсальных электронных карт. В развитие возможностей универсальных электронных карт можно было бы использовать и наши предложения, которые хорошо ложатся в общую схему указанного закона и предназначение универсальных электронных карт и позволят их использовать также для более полного сбора налогов.