Сборник научных трудов (стр. 5 )

Современное Российское законодательство в целом отвечает указанным тенденциям, устанавливая основные требования, которым должен удовлетворять электронный документооборот, а именно: соблюдение требуемой письменной формы юридических действий, совершаемых с использованием электронных документов; соответствие электронных документов или сообщений процессуальным требованиям к доказательствам и средствам доказывания (при рассмотрении соответствующего спора в суде); правовое признание электронных документов или сообщений, подписанных электронной цифровой подписью (ЭЦП) или иными аналогами собственноручной подписи. Электронные документы по содержанию должны соответствовать документам, составленным на бумажном носителе, требования к которым установлены законами, иными правовыми актами.

Важнейшей тенденцией является закрепление, как в зарубежном, так и отечественном законодательстве возможности и даже необходимости использования информационно-коммуникационных технологий в государственном управлении. При этом обеспечиваются: прозрачность административных процессов для гражданского общества, оперативное и доступное предоставление государственных услуг, оптимизация бюджетных расходов. В соответствии с Федеральным законом «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления» информация может предоставляться в виде документированной информации, в том числе в виде электронного документа. Создание правовых основ признания эквивалентности электронных документов, полученных в результате информационного взаимодействия с использованием телекоммуникационных технологий, документам на бумажных носителях предусмотрено постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.01 г. № 93. Федеральный закон от 27 июля 2010 г. N 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» предусматривает возможность предоставления государственных и муниципальных услуг в электронной форме, в том числе с использованием портала государственных и муниципальных услуг, многофункциональных центров, универсальной электронной карты и других средств.

В настоящее время возрастают потребности общества и государства в получении гарантий того, что документы, направляемые органам власти и получаемые от них путем электронного обмена, доставлены адресату, что документы получены вовремя, и что в целях любого спора, который может возникнуть, существует соответствующий способ создания и представления требуемых по делу письменных доказательств. В этой связи производится разработка и внесение в законодательство основных юридических конструкций, регламентирующих предоставление услуг третьей доверенной стороны, в том числе: управление ключами, управление сертификатами, идентификационные и аутентификационные услуги, невозможность отказа от совершенных действий, службу времени, электронный нотариат и т. п. Так, Национальная ассоциация нотариусов США в 2002 году представила поправки в Модельный закон о нотариате, которые включали статью 111 «Электронный нотариат», содержащую детальные правила и стандарты процедуры электронного удостоверения.

К ВОПРОСУ О СУЩЕСТВОВАНИИ
ОТРАСЛИ СЕТЕВОГО ПРАВА

Матвеев А. В.,

кандидат юридических наук

доцент кафедры Гражданского права процесса

ГОУ ВПО «Тульский государственный университет»

*****@***ru

Теория государства и права довольно четко определяет понятие «право». Право является тонким инструментом, посредством которого государство осуществляет свои функции. Одной из основных функций государства является управление обществом, которое предполагает наличие разнообразных связей государства с каждым членом общества.

Указанная связь проявляется в виде паутины правоотношений государства и человека. Государство и человек находятся в данной связи на основании правил, которые взаимно полезны как для человека, так и для государства. Качество права именно в этом состоит, что оно является регулятором общественных отношений, устанавливающим наилучшее благо для государства, общества, гражданина.

С точки зрения простой категорической логики понятие «право» является простым и имеет вышеуказанный смысл. При добавлении к данному понятию существенного признака возникает видовое понятие. В нашем случае – это понятие «сетевое право».

Возникает вопрос об установлении определения и назначении сетевого права, а именно качества добавленного существенного признака.

При этом следует определиться с обозначением смысла добавленного существенного признака. По аналогии со смыслом развивающихся понятий «сетевая экономика», «сетевое государство», под ним следует понимать наличие связей между участниками указанных общественных явлений, основывающихся на использовании интернет-технологий.

С одной стороны, имеются все основания предполагать о возникновении новой отрасли права. Подтверждением данного факта является то, что при создании системы управления реализацией мероприятий Федеральной целевой программы «Электронная Россия»1 требуется провести мероприятия по созданию тематических федеральных порталов, посвященных законодательству, свободам, правам и обязанностям граждан при использовании ими информационных и коммуникационных технологий.

С другой стороны, анализ рассмотренных научных исследований, касающихся понятия «сетевое право», приводит к выводу об отсутствии целевой направленности признания сетевого права как отрасли права в национальной системе законодательства2.

Основная цель исследований состоит в вовлечении системных единиц права в сеть, возможности применения норм права, которые могут подлежать информационной модернизации, имеют в себе информационную составляющую, выраженную в числовой форме, заданной для применения в точных численных значениях3.

Таким образом, отсутствуют основания для выделения отрасли сетевого права, так как в рассмотренных исследованиях, указывалось лишь на возникновение сетевого законодательства. Вместе с тем, необходимо отметить, что для объединения и отнесения общественных отношений к отрасли права, следует для начала определиться с научным обоснованием существования общественных отношений либо тенденций к их появлению и необходимости их законодательного развития. К тому же для определения отрасли права основным и немаловажным является установление предмета, метода правового регулирования, ее структуры. В рассмотренных исследованиях апологетов сетевого законодательства не уделялось внимания данным вопросам.

К тому же следует отметить, что вопрос об отнесении сетевого права к отрасли не имеет существенного значения, так как основным достижением авторов является идея модернизации системы правоприменения.

Эта идея сводится к глубокой интеграции ИКТ и правовых механизмов1. Авторы считают необходимым правовой материи по мере возможности придать форму знаковой системы удовлетворяющей языку электронно-вычислительной машины. Интеграция ИКТ в процесс применения права выводит на новый уровень положение личности в государстве. Гражданин приобретает правовой статус, содержание которого становится подвижным в информационной сети. Каждый элемент содержания статуса личности – права или обязанности человека (гражданина) при их возникновении, изменении или прекращении учитывается в сети и соотносится с содержаниями статуса личности иных лиц, к тому же в сети прописывается связь личности и государства.

Любое лицо, вовлеченное в сеть, прописывается в ней с соответствующим набором прав и обязанностей, в ходе изменения своего статуса, оно приобретает какие-либо привилегии, или обязано претерпевать ограничения своих прав.

Например, при присуждении ученой степени доктора юридических наук сотруднику органов внутренних дел в соответствии с п. 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 01.01.01 года № 000 предоставляется надбавка размере 25 процентов должностного оклада. После решения членов экспертного совета Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки Российской Федерации о присуждении указанному лицу степени доктора юридических наук, его виртуальный статус дополняется посредством внесения в сеть соответствующих данных, что, по сути, приравнивается к выдаче диплома.

После чего автоматически доктор юридических наук получает свою законную надбавку и ему не требуется обращаться к работодателю с заявлением о выплате надбавки.

Таким образом, в идеале структура общественных отношений должна интегрироваться в сеть и действовать по совершенным математическим законам, тем самым приобрести виртуальный облик.

Нам думается, что идея интеграции права и ИКТ, которая получила научное одобрение на примере успешно защищенной диссертации и признания научной общественностью ряда его научных трудов требует восприятия отраслевыми науками.

В этой связи ученым специалистам, занимающимся разработкой проблемных вопросов применения норм права отдельных отраслей, следует обратить внимание на данную теорию интеграции права в систему развивающихся ИКТ. Развитие искусственного интеллекта может оказать неоценимую помощь в совершенствовании отраслевого законодательства, придать ему новый вектор развития.

В настоящее время в своем преимуществе наука осуществляет неоценимый вклад в сферу толкования права, для поиска наиболее оптимальных схем применения права. Причем доктринальных толкований имеется множество, которые порой противоречат друг другу, как противоречат некоторые судебные акты по аналогичным делам.

Получается, что отраслевая юриспруденция как наука используя указанный путь в качестве панацеи от несовершенства законодательства и неурегулированности общественных отношений, являющихся предметом правовых отраслей, действует на низком коэффициенте полезного действия.

Ученым-отраслевикам следует оценить изучаемую правовую материю отраслевого законодательства на предмет ее интеграции с ИКТ, после чего постараться выработать сетевые алгоритмы применения отраслевых норм.

Например, материалы уголовного дела, представлены в настоящее время на бумажном носителе, хотя информационный прогресс позволяет иметь электронную версию материалов уголовного дела.

Таким образом, имеются все основания для оптимизации уголовно-процессуального законодательства в сфере ознакомления с материалами уголовного дела, в целях существования электронного уголовного дела. Возможности ИКТ в настоящее время позволяют следователю иметь уголовное дело в электронном виде. А нахождение уголовного дела в информационной сети, позволит участникам уголовного судопроизводства получить возможность ознакомиться с ними, имея необходимые коды доступа.

Эти и многие другие вопросы приспособления настоявшей отраслевой правовой материи к возможностям ИКТ уже приобретают актуальность. Их решение должно стать предметом научных исследований во многих отраслях национального права.

Утверждение о теоретических перспективах развития сетевого права не представляет прикладного значения, однако идея переосмысления правовой материи в сторону ее совершенствования посредством использования ИКТ займет в ближайшем будущем достойное место не только в общей теории права, но в отраслевых науках.

ЛЕЧЕБНО-ПРОФИЛАКТИЧЕСКИЕ УЧРЕЖДЕНИЯ
КАК СУБЪЕКТЫ СЕТЕВЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ

,

кандидат юридических наук,

доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин

Московского института предпринимательства и права.

Электронный адрес: *****@***ru

Контактный телефон: 8 903 

С позиций современного российского гражданского права лечебно-профилактическое учреждение является юридическим лицом
, так как обладает всеми необходимыми для этого признаками. Кроме этого лечебно-профилактические учреждения выступают активными участниками сетевых правоотношений как внутри своей сети здравоохранения, так и во внешней сети, когда лечебно-профилактические учреждения вступают в правоотношения с органами государственной власти. В этой связи в цивилистической науке и практике существуют определенные проблемы, которые ждут своего разрешения.

В первую очередь следует обратить внимание на то, что понимается под лечебно-профилактическим учреждением. В связи с этим следует обратиться к Закону РФ «Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» от 01.01.01 года (дальше по тексту Основы)[55]. Согласно ст. ст. 12, 13, 14 Основ организация здравоохранения в России базируется на трех системах, каковыми являются государственная, муниципальная и частная. При этом ст. 12 Основ подчеркивает, что предприятия, учреждения и организации государственной системы здравоохранения (лечебно-профилактические и аптечные учреждения, фармацевтические предприятия) независимо от их ведомственной подчиненности являются юридическими лицами. Муниципальная система здравоохранения, согласно ст. 13 Основ состоит из муниципальных органов управления здравоохранением и находящихся в муниципальной собственности лечебно-профилактических и научно-исследовательских учреждений, фармацевтических предприятий и организаций, аптечных, судебно-экспертных и образовательных учреждений, которые являются юридическими лицами. К юридическим лицам Основы причисляют также лечебно-профилактические и аптечные учреждения частной системы здравоохранения, что прямо не оговаривается ст. 13, но вытекает из ее смысла. Таким образом, во всех трех системах отечественного здравоохранения в качестве юридического лица присутствует лечебно-профилактическое учреждение. Если проанализировать соответствующие приказы МЗ РФ, то лечебно-профилактические учреждения можно подвергнуть определенной классификации, исходя из их деятельности, при этом, не преследуя цели представить исчерпывающий список, так как это не соответствует цели исследования, а лишь показать их многообразие.

Это:

1.Больничные учреждения – городская, областная, скорой медицинской помощи, на водном и железнодорожном транспорте и. т.д.;

– специализированные больницы – это психиатрическая, туберкулезная или наркологическая и т. д.;

– центры, например, диабетический или восстановительной терапии для воинов-интернационалистов;

2. Учреждения здравоохранения особого типа, например, лепрозорий, хоспис, бюро судебно-медицинской экспертизы;

3. Диспансеры – психоневрологический, кожно-венерологический, кардиологический или онкологический и т. д.;

4. Амбулаторно-поликлинические учреждения – амбулатория и поликлиники (городская, детская, стоматологическая) и т. д.,

– центры профессиональной патологии, диагностический, мануальной терапии и т. д.,

5. Учреждения скорой медицинской помощи и переливания крови – станция переливания крови и т. д.;

6. Учреждения охраны материнства и детства – дом ребенка, родильный дом, женская консультация и т. д.;

7. Санаторно-курортные учреждения – санаторий – курорт, санаторий-профилакторий, грязелечебница, бальнеологическая лечебница и т. д.;

8. Клиники – высшего медицинского образовательного учреждения или медицинской научной организации.

Следовательно, говоря о лечебно-профилактическом учреждении, подразумевается весьма широкий список учреждений, которые все являются юридическими лицами, но в тоже время в той или иной степени значительно отличаются друг от друга по целям и задачам, что, прежде всего, сказывается на их деятельности как субъекта гражданских правоотношений.

Например, такие юридические лица как городская больница, бюро судебно-медицинской экспертизы, родильный дом и врачебно-физкультурный диспансер при всей их взаимозависимости, позволяющей объединить их в одно родовое понятие лечебно – профилактическое учреждение, имеют значительные различия исходя из их деятельности, а следовательно, и различное правовое регулирование.

Другой, не менее важной проблемой является гражданско-правовое регулирование сетевых отношений «внутри» одного отдельно взятого лечебно-профилактического учреждения, между его структурными подразделениями. Например, такое лечебно-профилактическое учреждение как городская больница, будучи юридическим лицом, является сложным организационно-правовым механизмом, состоящим как минимум из таких звеньев как стационар, поликлиника, узкие специалисты и участковые врачи. Активное вторжение рыночных отношений в сферу здравоохранения выявило определенные сложности в договорных отношениях между стационаром и поликлиникой, что привело даже к практике раздельного заключения договоров на оказание медицинской помощи между страховой медицинской организацией и стационаром и поликлиникой[56]. Можно ли считать стационар и поликлинику самостоятельными юридическими лицами, или это структурные подразделения одного юридического лица?

Третья, не менее важная проблема, имеющая непосредственное отношение к теме нашего исследования – это разграничение компетенции Российской Федерации, ее субъектов и муниципальных органов в сфере гражданско-правового регулирования деятельности лечебно-профилактического учреждения как юридического лица. Федеральные, субъектов Российской Федерации и муниципальные лечебно-профилактические учреждения, являясь юридическими лицами, активно участвуют в самых различных гражданских правоотношениях, но в пределах своей не только гражданско-правовой, но и конституционной юрисдикции. Насколько гражданско-правовой статус лечебно–профилактического учреждения зависит от его принадлежности к федеральному, субъектному или муниципальному уровню, особенно в вопросах его организации и деятельности?

Мы обозначили, на наш взгляд, всего лишь некоторые проблемы исследуемой темы, но они чрезвычайно актуальны, поскольку без их решения невозможно в полной мере понять юридическую природу лечебно-профилактического учреждения как юридического лица и его место в сетевых правоотношениях.

Список литературы

1. СЗ РФ. 1998. № 10. Ст. 1143.

2. , Винокуров учет медицинского учреждения (основы организации). М.: Медицина, 2000. – С. 64.

ЭЛЕКТРОННОЕ ДЕКЛАРИРОВАНИЕ
ПРИ УПЛАТЕ НАЛОГОВ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

,

аспирант 3 года обучения,

«Белорусский государственный университет»,

Республика Беларусь, г. Минск.

Научный руководитель – , к. ю.н., доцент.

Электронный адрес: [e-mail]

Контактный телефон: +375 29

Налоговая система прямым образом влияет на уровень предпринимательской активности. При этом учитываются все параметры данного образования: количество налогов, уровень налоговой нагрузки, время, необходимое для исполнения налоговых обязательств. К примеру, Республика Беларусь снова заняла последнее, 183 место по уровню налогообложения согласно рейтингу «Doing business-2011» (далее – рейтинг), составленному Всемирным банком и Международной финансовой корпорацией. Так, количество платежей по налогам в год для субъектов предпринимательской деятельности составляет 82, количество времени (часов на оплату налогов в год) – 798, общая налоговая нагрузка в процентах от дохода – 80,4%[57] , в то время как наши ближайшие соседи и торгово-экономические партнеры выглядят более презентабельно, занимая следующие места по уровню налогообложения в рейтинге: Великобритания – 16; Германия – 88; Республика Казахстан – 39; Канада – 10; Китай – 114; Латвия – 59; Литва – 44; Нидерланды – 27; Польша – 121; Российская Федерация – 105; США – 62; Турция – 75; Украина – 181; Франция – 55; Чехия – 128; Швеция – 39, Швейцария – 16; Эстония – 30[58].

Фактор налогов влияет на инвестиционную привлекательность страны. Система электронного декларирования призвана сокращать издержки по исполнению налоговых обязательств для предпринимателей, а для налоговых органов – снижать издержки по налоговому администрированию. Ссылаясь на рейтинг, можно утверждать, что уплата налогов посредством электронного декларирования устраняет чрезмерную бумажную работу и общение с должностными лицами налоговых органов. Предлагаемый 61 экономикой мира, этот способ уплаты налогов может снизить для бизнеса время исполнения налоговых обязательств, усилить соблюдение законодательства и снизить издержки по налоговому администрированию для сбора соответствующих доходов. Однако это возможно при единообразном исполнении законодательства. Важны также простота процесса и высококачественные системы безопасности. К примеру, в Тунисе (стране, добившегося наибольшего прогресса по уровню налогообложения в 2011 году) благодаря введению системы электронного декларирования уплаты налогов, бизнес тратит на 37% меньше времени для исполнения обязательств по уплате налога на прибыль и налога на добавленную стоимость. Что касается Республики Беларусь, то, как отмечено в рейтинге, Беларусь ввела систему электронного декларирования и соответствующие платежные системы, снижая до 14 дней время на исполнение обязательств по уплате налога на добавленную стоимость, налога на прибыль, отчислений в фонд социальной защиты населения. В Уганде все произошло с точностью да наоборот. Ввиду сложности для применения систем электронного декларирования и уплаты налогов, время для исполнения налоговых обязательств увеличилось[59].

Нормативной основой для применения электронного декларирования в Республике Беларусь стал Налоговый кодекс Республики Беларусь[60], вступивший в законную силу без изъятий с 1 января 2009 года. П. 4 ст. 63 данного законодательного акта определил, что налоговая декларация (расчет) представляется в налоговый орган по установленной форме на бумажном носителе или по установленным форматам в виде электронного документа. Возможности применять электронное декларирование при уплате налогов предусматривают п. 3 ст. 80 Налогового кодекса Российской Федерации[61], п. 2 ст. 61 Налогового кодекса Республики Казахстан[62]. Согласно Основным положениям Программы социально-экономического развития Республики Беларусь на годы[63], вынесенным на всенародное обсуждение, в числе направлений реализации бюджетно-налоговой политики обозначено, в том числе, и развитие системы электронного декларирования.

Государственным органом, определяющим процедурные правила в области электронного декларирования в Республике Беларусь, является министерство по налогам и сборам Республики Беларусь (далее – МНС РБ), а также республиканское унитарное предприятие «Информационно-издательский центр по налогам и сборам» (далее – РУП). РУП осуществляет деятельность по распространению открытых ключей проверки подписей на территории Республики Беларусь на основании приказа МНС РБ № 84 от 01.01.2001 г. «О некоторых мерах организации работы по представлению в налоговые органы деклараций (расчетов) в форме электронного документа» и на основании лицензии от 01.01.2001 г. № 01019, выданной Оперативно-аналитическим центром при Президенте Республики Беларусь. Вся необходимая информация по порядку применения электронного декларирования оперативно размещается на официальном сайте РУП – www. .

Двенадцатого ноября 2009 г. РУП был утвержден Регламент удостоверяющего центра Республиканского унитарного предприятия «Информационно-издательский центр по налогам и сборам» (версия 1.03) (далее – Регламент)[64]. Регламент четко урегулировал следующие вопросы:

– требования к удостоверяющему центру;

– виды и порядок предоставления удостоверяющим центром услуг;

– подтверждение подлинности изданных сертификатов открытых ключей;

– права и обязанности сторон по договору оказания услуг;

– ответственность сторон, срок действия ключевых документов;

– плановая смена ключей удостоверяющего центра;

– компрометация личного ключа удостоверяющего центра, внеплановая смена ключа удостоверяющего центра;

– компрометация личного ключа абонента;

– конфиденциальность информации;

– архивное хранение;

– порядок расчетов за услуги удостоверяющего центра;

– обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажор).

Кроме того, Регламентом утверждены в виде приложений типовые документы, рекомендуемые к применению.

Важность Регламента состоит в том, что согласно ст. 2 данного документа признание Регламента является необходимым условием для оказания абоненту услуг Удостоверяющего центра, в том числе услуги регистрации с заключением соответствующего договора. При этом данный договор является в соответствии со ст. 398 Гражданского кодекса Республики Беларусь договором присоединения.

Ст. 8 Регламента определила, что назначение удостоверяющего центра – управление инфраструктурой открытых ключей с целью:

– обеспечения юридической значимости электронных документов;

– контроля целостности информации, защищенной электронной цифровой подписью;

– аутентификация абонентов при их взаимодействии в процессе электронного документооборота.

В структуру удостоверяющего центра входят служба технической поддержки, регистрационные центры. Регистрация юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и физических лиц в качестве абонентов удостоверяющего центра является первичной услугой, оказываемой Удостоверяющим центром. Услуга регистрации предоставляется юридическим лицам, а также индивидуальным предпринимателям и физическим лицам, обращающимся к услугам удостоверяющего центра с целью изготовления ключей и/или сертификатов окрытых ключей. Регистрация абонента осуществляется на основании договора. Абонент (юридическое лицо, индивидуальный предприниматель) самостоятельно принимает решение о регистрации с выпуском сертификата открытого ключа или о регистрации с выпуском сертификата открытого ключа, предназначенного исключительно для представления в налоговые органы налоговых деклараций (расчетов) в форме электронного документа (ст. 13, 15 Регламента).

Таким образом, можно сделать следующие выводы:

1) электронное декларирование при уплате налогов осуществляется на основании электронной цифровой подписи, генерируемой разрешенными сертифицированными программно-техническими средствами, с помощью которой РУП осуществляет идентификацию электронных документов (налоговых деклараций) плательщика и высылает соответствующее подтверждение о приеме информации, что подтверждает исполнение налогоплательщиком обязанности по подаче декларации в налоговые органы;

2) услуга по получению личного ключа электронной цифровой подписи является платной и осуществляется добровольно на основании соответствующего договора между абонентом (налогоплательщиком) и удостоверяющим центром;

3) для расширения круга пользователей системой електронного декларирования, доступ к соответствующим услугам РУП должен оказываться бесплатно, так как согласно новым тарифам, введенным с 1 ноября 2010 г., стоимость регистрации абонента с выпуском универсального сертификата и выдачей носителя ключевой информации составляет за 1 год 270 390 белорусских рублей в месяц, что эквивалентно 2 700 RUB.

КОНТРАКТНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ
МЕЖФИРМЕННОГО СЕТЕВОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ
НА ПРОМЫШЛЕННЫХ РЫНКАХ

, ,

аспирантка кафедры Стратегического маркетинга,

стажер-исследователь Лаборатории сетевых форм организации,

Национальный исследовательский университет –
Высшая школа экономики, г. Москва.

Научный руководитель: , д. э.н., профессор.

Электронный адрес: [e-mail]

Контактный телефон: 8-910 – 4

Современный этап развития одни ученые называют постиндустриальной стадией, другие информационным обществом, третьи – инновационной экономикой, четвертые – сетевой экономикой. Развитие сетевой экономики тесно связано с укреплением позиций сетевых форм организации бизнеса, как наиболее приспособленных к динамичной внешней среде и условиям, где информация и знания являются основными конкурентными преимуществами.

В этих условиях актуальность проблем «сетизации» социальных и экономических процессов обусловлена стремительным развитием за последние десятилетия информационно-коммуникационных технологий, которые стали неотъемлемой частью повседневной жизни.

Когда экономические агенты создают сетевые структуры, они ставят своей целью гибкое и быстрое соединение своих корневых компетенций (специализаций) в цепочки создания ценности с субъектами, обладающими комплементарными ресурсами и компетенциями, и образование единого действующего «организма» с оптимальными свойствами для реализации конкретной задачи. Сам по себе процесс образования такого рода цепочек, требует значительных коммуникационных ресурсов для синхронизации и оптимизации деятельности агентов. Стремительное развитие дееспособных межорганизационных сетей происходит под влиянием мощных информационно-коммуникационных технологий, обеспечивающих должный уровень коммуникаций [Шерешева 2010].

Для России сетевые формы организации могут стать источником преодоления структурной раздробленности промышленных отраслей и комплексов. Сети дистрибьюции получили достаточно широкое развитие в России в сфере товародвижения, как замена рухнувшей вместе с распадом Советского Союза централизованной системы поставок. Основой формирования новой системы поставок служили сохранившиеся межличностные отношения из советских административно-хозяйственных связей. Сегодня снабжение среднего и малого бизнеса наиболее эффективно осуществляется специализированными посредниками, организующими и координирующими цепочки поставок на отраслевых промышленных рынках.

С нашей точки зрения, наиболее подходящим термином для определения такого координатора снабжения является «дистрибьютор», получивший широкое распространение в деловом обороте. Данный термин произошел от английского слова «distribution». В переводе на русский означает: поставщик, распределитель, агент по продаже, оптовик, сбытчик. Изначально термин дистрибьюция в бизнесе ввел в употребление Спарлинг. Он выделил три основных вида деятельности: добывающую, производственную и распределительную (distributive). Наиболее близкий по значению русский перевод данного термина – «функция по распределению факторов/ресурсов производства». Впоследствии данная функция была разделена на маркетинг и логистику.

Особенность современной системы дистрибьюции – это ее «сетеобразность» структуры. В рамках авторитетного научного сообщества по исследованию маркетинга на промышленных рынках IMP Group (Industrial marketing purchasing) разработан сетевой подход к товарораспределительной деятельности [Gadde, L. E., Snehota I., Ford D., Hulten K.]. Тяготение к сетевой форме организации дистрибьюции обусловлено изменениями на трех уровнях: повышение индивидуализации заказов на ресурсном уровне, усиление взаимозависимости процессов поставки на операционном уровне, рост специализации на уровне участников. [Hulten K., Gadde, L. E. 2008]. Данные тенденции характерны и для Российского бизнеса.

Под структурами сетевого типа мы понимаем неформальные ассоциации компаний на промышленных рынках. Участниками сети являются фирмы, во-первых, не зависимые по управлению и, во-вторых, не зависимые по собственности. Основой их взаимоотношений становится взаимовыгодное сотрудничество за счет перекрестного использования ресурсов друг друга.

Рисунок 1. Сетевая форма организации поставок

В процессе осуществления поставки дистрибьютор взаимодействует с множеством агентов: поставщики, банки, перевозчики, владельцы складов, экспедиторы, таможенные органы, рекламные агентства, консультативные фирмы и другие.

В обеспечении сделок в сетевых отношениях участвуют три типа договоров: классический, неоклассический, отношенческий. Они образуют между собой трехуровневую систему, где в основе находится отношенческий договор и на его основе выстраиваются все дальнейшие отношения.

Рисунок 2. Трехуровневая система договоров в цепи поставок сетевого типа

Под классическим понимается двусторонний договор, основанный на существующих юридических правилах, четко фиксирующий условия сделки, предполагающий санкции в случае невыполнения этих условий и решение споров в суде. Данный тип договора используется при выполнении многочисленных трансакций в цепочке поставок. За основу берутся договора в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации: купли-продажи (поставки), возмездного оказания услуг, аренды, перевозки, транспортного экспедирования, займа, хранения, страхования и другие.

Неоклассическим (рамочным, организационным, договором с открытыми условиями) признается договор, определяющий общие условия обязательственных взаимоотношений сторон, которые могут быть конкретизированы и уточнены сторонами при заключении отдельных договоров на основании или во исполнение рамочного договора.

Данное определение дано в проекте изменений ГК РФ по состоянию на 7.12.2010, где рамочный договор выделяется как новая самостоятельная договорная конструкция [проект изменений ГК РФ].

Такой договор не порождает обязательство заключить договор в будущем (что типично для предварительного договора), а представляет собой договор, который уже заключен, но условия которого подлежат применению и детализации в будущем (договор с «открытыми», то есть подлежащими согласованию в будущем условиями). Предметом контракта является планируемое организационное взаимодействие. В последующем стороны заключают приложения под конкретные поставки, которые регулируют единичные трансакции, либо работают по счету (инвойсу). Данный тип договора доминирует в сетях поставок. Около 90% сделок при товародвижении осуществляется на его основе.

Отношенческий договор (имплицитный, реляционный) – долгосрочный взаимовыгодный контракт, определяющий только общие условия и цели взаимоотношений сторон, механизмы принятия решений и разрешения конфликтов; в нем неформальные условия преобладают над формальными [Литвинцева, 2003]. Такой договор возникает, когда наряду с неопределенностью взаимоотношения агентов становятся непрерывными и высока степень специфичности ресурсов. Ключевым моментом для отношенческого контракта является организация взаимодействия между экономическими агентами после заключения соглашения. Основа данного договора – межличностные отношения, доверие, долгосрочное сотрудничество.