Материалы к пересмотру вопросов лесоустроительной техники (стр. 8 )

Обратимся теперь к рассмотрению предпосылки калькуляции проф. Кондратьева, которая заключается в том, что весь запас сосновых насаждений II и III бонитета во всех возрастах от 80 до 120 лет используется исключительно на пиломатериалы; никакие другие сортименты не учитываются. С такой предпосылкой нельзя согласиться, так как тонкие стволы выгоднее реализовать в круглом виде, а не распиливать, а из толстых стволов могут получиться ценные сортименты, вроде брусьев, свай и т. п.

Всякая односторонняя эксплоатация леса ошибочна в лесном хозяйстве и невыгодна для всего народного хозяйства. Для проведения расчетов по разностороннему использованию запасов насаждений в разных возрастах необходимы — дробная сортиментация и расценка по стволам разных размеров и качеств. В этом отношении публикуемый у нас материал по ценам на круглые сосновые сортименты весьма недостаточен, так как он не подчинен единой классификации; сообщаемые цены обычно относятся к некоторым средним из известного состава смеси товаров, и наконец, цены всегда несколько искусственны и не проверены.

Хороший материал о ценах на круглый лес, в зависимости от размеров, публикуется Прусским лесным управлением; он характеризует средне-европейский конкурентный рынок, следовательно, может служить основанием для установления нормального соотношения ценности древесины в стволах разного размера и возраста.

Средние цены на сосновую древесину, выведенные за период февраль—май 1928 года (Der Holzmarkt № 000, 5 juni 1928), в распределении их по новой дробной классификации, с соотношением этих классов с диаметрами стволов на высоте груди, переведенные в руб. за кубометр (принимая 1 марка = 0,45 р.), а также отношения между ними представляются следующими рядами:

Классы сортиментов	V	IVb	IVa	Шb	Ша	IIb	IIa	Ib	Ia
Диам. Посередине	52	47	42	37	32	27	22	17	12
Диам. на высоте груди	60	54	49	43	38	32	27	22	17
Цены за 1 куб. м (в руб.)	19,5	17,1	1б,5	15,0	13,6	11,1	9,3	7,7	6,7
Отношение цен	2,91	2,55	2,46	2,23	2,00	1,65	1,38	1,14	1,00

Если на основании этих данных сделать расчет оценки среднего прироста одного только главного пользования сосновых насаждений II бонитета в 80, 100 и 120 лет, то получится на га 48—54—56 руб.; таким образом, доходность не падает, а увеличивается, что позволяет поднимать оборот до 100 лет, а при особенно благоприятных условиях для получения качественного прироста и до 120 лет.

Приведенные соотношения между ценностью древесины в сосновых стволах разных размеров, наблюдающиеся в средне-европейских условиях, для нашего лесного хозяйства не представляют чего-либо чуждого и неприемлемого, так как правильные калькуляции, проведенные и у нас, приводят к таким же результатам. В качестве примера можно привести результаты расценки еловых стволов в Парголовском уч.-оп. леснич. возле Ленинграда, на основании подробных калькуляций, поверенных результатами реализации леса. По этим данным средняя ценность кубометра еловых стволов из 100-летнего насаждения II, 5 бонитета, в зависимости от диаметра на высоте груди изменяется следующим образом:

Диаметры на высоте груди (в см)	40	30	28	20	24	22	20
Ценность 1 куб. м (в руб.)	14,00	11,90	9,80	9,10	8,40	7,70	7,0
Отношение	2,00	1,70	1,40	1,30	1,20	1,10	1,00

На основании этих данных, по опытным таблицам Варгаса для нормальных еловых насаждений Ленинградской губернии, ценность среднего прироста определится в 80 л.— 31 р., в 100 л. — 38 р. и в 120 л.— 46 л., т. е. рельефно выступает предпочтительность 120—летнего оборота рубки.

Если сравнить абсолютные и сравнительные величины приведенных рядов для сосны в средне-европейском лесном хозяйстве и для ели в наших условиях, то можно видеть, что между ними наблюдается близость, как в отношении экономического мерила, так и технических различий между сортиментами. И в том и в другом случае мы видим значительное возрастание ценности сосновой к еловой древесины с увеличением, при прочих равных условиях, диаметра стволов на высоте груди, что оправдывает повышение оборота рубки, при наиболее благоприятных условиях, в насаждениях высших бонитетов. В этом отношении заключение проф. Кондратьева о понижении оборота с улучшением бонитета и особенно при переходе к сложным формам хозяйства неправильно. Как доказано точными калькуляциями Кюнанца и Боргмана, интенсивные проходные рубки позволяют с выгодой поднимать оборот рубки; то же самое, но еще в большей мере, относится к сложным формам хозяйства, цель которых — использовать каждый ствол в момент, наиболее выгодный для хозяйства, как это и осуществляется в системе Биоллея, по форме отрицающей оборот рубки, но по существу проводящей хозяйство при высоких оборотах рубки.

III.

Оборот рубки нельзя устанавливать только по результатам калькуляции, доходной или производственной, так как такого рода расчеты не могут охватить всех обстоятельств данного вопроса, указанных выше при рассмотрении теоретических основ оборота. Производственные калькуляции всегда односторонни и исходят исключительно из побуждения создать наиболее благоприятные условия для развития данной отрасли промышленности. Этой же причиной вызваны и вышерассмотренные калькуляции проф. Кондратьева, который сам указывает, что «во многих районах центральной и южной части Союза развитие лесной промышленности наталкивается на ограниченность сырьевой базы. В ряде районов, и в частности в Приднепровском, выявляется, что лесное хозяйство, питающее лесную промышленность этих мест, не может дать необходимого количества древесины.

При таких обстоятельствах, естественно возникает вопрос о пересмотре тех основ, на которых покоится современное лесопользование с целью изыскания методов к «увеличению продуктивности лесного хозяйства». В качестве самой первой меры к «увеличению продуктивности нашего лесного хозяйства» рекомендуется понижение оборота рубки в лучше сохранившихся сосновых насаждениях до 60—80 лет, что должно вызвать немедленную усиленную рубку 100—120-летних самых ценных, лучших сосновых насаждений, по своему состоянию вовсе не требующих ускоренной рубки, так как старые насаждения с пониженным приростом и плохой добротности вообще назначаются в рубку, не стесняясь оборотом и размером нормальной лесосеки. Следовательно, рекомендуемое мероприятие ведет не к увеличению продуктивности лесов, а к падению ее, так как оно направлено на истощение основного древесного фонда, вполне удовлетворительно прирастающего.

Огульное и автоматическое понижение оборотов рубки и вырубка насаждений исключительно по расчету нормальной или даже возрастной лесосеки по пониженному обороту, без учета каждый раз местных условий данного лесного хозяйства, есть замаскированное истощение производительных сил страны, так как уменьшение продуктивно работающего древесного фонда навсегда лишает страну тех ресурсов, которые обеспечивались постоянным пользованием и восстановлением этого фонда. Увеличение продуктивности лесного хозяйства достигается — не огульным понижением оборотов рубки, а поднятием интенсивности хозяйства, высшая ступень которого констатируется тогда, когда в данном хозяйстве имеется наибольший по количеству и по ценности основной древесный фонд, энергичный прирост которого обеспечивает ежегодное постоянное пользование в виде разнообразных продуктов, имеющих наибольшее значение в народном хозяйстве. Наиболее интенсивные лесные хозяйства — не те, в которых минимальный основной древесный фонд и самые низкие обороты, а те, в которых имеет место так называемый оптимально большой древесный фонд, прирастающий наиболее энергично, насколько это возможно по природным условиям роста данного леса.

«Увеличение продуктивности лесного хозяйства», о котором заботится проф. Кондратьев, требует прежде всего рационализации нашего лесного хозяйства, которое должно заключаться в правильном назначении рубки по состоянию насаждений, в осуществлении проходных рубок, в хорошем лесовозобновлении и в уходе за почвой и за лесом; в результате всех этих мер продуктивность наших лесов может подняться до уровня, отвечающего их нормальной производительности. Но как бы значительно ни поднялась продуктивность лесов в тех районах, где лесов вообще мало, их прирост не сможет удовлетворить развитие лесной промышленности, если это развитие не будет регулироваться имеющимися запасами сырья.

Развитие лесной промышленности определяется, с одной стороны, спросом на ее продукцию, а с другой стороны, сырьевыми ресурсами. В отношении распределения по стране лесопромышленных предприятии решающая роль должна быть признана за процентом лесистости районов и за теми запасами древесины, требующими рубки, которые имеются в этих районах.

С этой точки зрения вызывает удивление стремление развивать лесную промышленность, по словам проф. Кондратьева, в южных и центральных районах нашей страны, с лесистостью от 8 до 20% вместо районов с лесистостью от 40 до 80%. Такое стремление несовместимо с принципами рационального районирования разных отраслей народного хозяйства: и эту ошибку нельзя прикрыть и замаскировать усиленной единовременной срубкой лучших, лесов малолесных районов, так как эта операция кратковременна, и по окончании ее опять возникает кризис сырья в обезлесенной местности.

Опыт пережитых войн и кризисов должен научить ценить лес не но одним только доходным и производственным калькуляциям, а по его потребительской ценности. Когда леса нельзя ни купить, ни привезти, его надо иметь на месте. Отсюда вытекает мысль, о необходимости иметь в районах с достаточным населением и на путях транспорта натуральные лесные резервы, в виде хороню прирастающих, богатых запасами ценных насаждений, которые должны рассматриваться как запасный фонд, страхующий страну от безвыходного положения в минуты кризисов. Значение такого натурального резервного лесного фонда особенно велико в южных и центральных районах, т. е. как-раз именно там. где теперь домогаются вырубить лучшие леса, под видом рационализации лесного хозяйства при помощи понижения оборотов. Нельзя не вспомнить по этому случаю одного интересного примера из недалекого прошлого. В 1908 году в Баварии был поднят вопрос о понижении оборотов рубки и об изъятии плохо прирастающих древесных капиталов. После разностороннего обследования состояния лесов принцип огульного уменьшения древесного капитала был отвергнут и рубка нормирована лесосекой по состоянию. И теперь баварские лесоводы с законной гордостью указывают, что они сохранили значительный натуральный лесной резервный фонд, тогда как у соседнего Вюртемберга денежный лесной резервный фонд погиб.

Рассматривая претензии относительно понижения оборотов рубки в наших лесах, необходимо, казалось бы, прежде всего точно установить — какие же обороты рубки у нас проводятся в лесном хозяйстве и насколько их надо понизить. Не располагая надлежащими данными для полного освещения этого вопроса, приходится ограничиться частичным материалом, сообщенным в справке лесного ученого Комитета при Управлении лесами о тех оборотах рубки, которые приняты в планах хозяйства, утвержденных за последние три года. Оказывается, что наше современное хозяйство в сосновых и еловых насаждениях регулируется следующими средними оборотами рубки в центральных и западных губерниях: Ленинградской — 91 г. Новгородской — 92 г. Тверской и Московской — 88, Смоленской — 97, Брянской — 97, причем надлежит отметить, что действительный оборот рубки для хвойных насаждений Смоленской губернии, определенный по соотношению площади ежегодной лесосеки на 10 лет и площади покрытой лесом, определяется 84 годами. Шведские и финляндские обороты в государственных лесах не ниже этих наших оборотов.

Приведенные данные говорят за то, что претензии на понижение оборотов рубки, по крайней мере в отношении указанных районов, неосновательны; действующие обороты не высоки и в дальнейшем можно говорить не об огульном их понижении, а о правильном назначении рубки по состоянию насаждений. Не хозяйственно держать на корне такой лес, который не дает должного прироста и требуется народным хозяйством, но в правильном лесном хозяйстве недопустимо рубить хорошо растущие насаждения под влиянием односторонних калькуляций и временных частичных затруднений, ликвидируемых рациональным планом народного хозяйства, а но истощением производительных сил страны.

Весьма желательно опубликование полных сведений, как о номинальных оборотах в нашем лесном хозяйстве, так и о действительных оборотах, проводимых осуществляемыми в лесах рубками. Но и без этих данных, вспомнив только о непрекращающихся отводах сверхсметных лесосек и об усиленных рубках истекшего десятилетия, должно быть ясно, что во всех наиболее доступных для эксплоатации районах леса значительно истощены, т. е. обороты фактически настолько понижены, что когда будут опубликованы все об этом данные, то всем станет очевидно, что надо говорить не о дальнейшем понижении оборотов, а о лесоразведении, которым культурные страны залечивают раны, нанесенные их лесам пережитым периодом кризиса. В тех же районах, где у нас лес гниет на корне, не имея сбыта, те высокие обороты, которые стоят на вывесках, не имеют никакого значения, так как веками накопленная и гибнущая древесина требует особых расчетов отпуска, независимо от норм оборота, а исключительно по состоянию насаждений.

В заключение нельзя не вспомнить одного поучительного урока истории лесного хозяйства. Великая французская революция вызвала фактическое понижение оборотов рубки переведшие высокоствольные лиственные леса в низкоствольники. Это имело последствием сильное падение производительности лесов и усиление ввоза деловой древесины из-за границы. Частное лесное хозяйство в большинстве случаев не могло оправиться от произведенной операции, и в нем и теперь господствуют низкоствольники. Государственному же лесному хозяйству понадобилось столетие, чтобы залечить нанесенные лесам раны.

IV.

Все вышеуказанные соображения приводят к следующим заключениям:

I. Обороты рубки должны устанавливаться не по односторонним промышленным или доходным калькуляциям сегодняшнего дня, а по комплексу всех условий, в которые поставлено каждое лесное хозяйство.

II. Обороты рубки не должны быть декретированы, так как в рациональном лесном хозяйстве они должны быть индивидуализированы. Декретировать обороты рубки столь же целесообразно, как одеть всех — больших и маленьких, толстых и тонких — в платье по одной мерке.

III. В каждом высоком обороте включены все более низкие обороты, но от низких оборотов к высоким хода нет, или же он требует столетия.

IV. Увеличение продуктивности лесного хозяйства достигается не огульным понижением оборотов рубки, а рационализацией лесного хозяйства.

V. Поднятие интенсивности лесного хозяйства ведет не к уменьшению оборотов, а к увеличению их, предоставляя возможность, использовать весь прирост, при грубом хозяйстве в высоких оборотах утрачиваемый.

VI. Для обеспечения народного хозяйства постоянным пользованием возможно разнообразными сортиментами, обороты рубки должны быть различными, сообразно местным условиям и целям каждого хозяйства, наличности и качеству основного древесного фондами. При всех прочих равных условиях, в насаждениях одного и того же состава более высокие обороты должны быть в лучших по бонитету и добротности насаждениях, по мере же ухудшения того и другого обороты должны понижаться.

VIII. В нашем лесном хозяйстве, в районах с полным сбытом усиленные рубки фактически настолько понизили реальные обороты рубки, что дальнейшее понижение их надлежит рассматривать, как замаскированное истощение производительных сил страны. В районах с неполным сбытом никакие обороты не могут воспрепятствовать использованию накопленных запасов, теперь в значительной мере гибнущих в лесу.

IX. В центральных, западных и южных районах с полным сбытом леса необходимо сохранять натуральный лесной резервный фонд, представленный лучшими насаждениями богатыми запасом и с хорошим приростом.

X. Претензии на огульное понижение оборотов рубки в сравнительно малолесных районах прикрывают требование внеплановой вырубки лучших 60—80 летних насаждений этих районов, которые частично должны войти в натуральный резервный фонд.

XI. Претензии на огульное понижение оборотов рубки в нашем лесном хозяйстве неосновательны и должны быть отвергнуты.

XII. Развитие лесной промышленности не может базироваться на истощении производительных сил страны, представленных ценными лесами, дающими хороший прирост.

XIII. Правильное государственное лесохранение должно выражаться не только в поддержании известного процента лесистости района, но и в сохранении на лесной площади надлежащих запасов древесины, дающих нормальный прирост.

XIV. В малолесных районах, даже для удовлетворения нужд, местного населения, недостаточно выделенных лесов местного значения; поэтому сохранение запасов древесины в лесах госфонда, необходимо, и истощение этих запасов опасно для народного хозяйства.

Старое и новое лесоустройство. (1929)

Мы привыкли к мысли, что у нас много леса. Но почему же мы мало вывозим леса за границу, терпим недостаток в бумаге, досках, бревнах и даже в дровах? Очевидно, потому, что не умеем распоряжаться лесом. Кто распоряжается лесом? План лесного хозяйства, составляемый лесоустройством на основании лесоустроительной инструкции. Итак, причина всех лесных зол открыта: надо реформировать лесоустройство, составив новую лесоустроительную инструкцию. Этого требуют:

I. Проф. в статье «О постоянстве пользования в лесном хозяйстве» («Лесное Хозяйство» 1929 г., ,№ 4, стр. 17—36).

II. в статье «Каким должно быть лесоустройство» («Лесное Хозяйство» 1929 г., № 5—6, стр. 3—17).

III. . «Лесоустройство в лесах промышленного значения» («Лесное Хозяйство и Лесная Промышленность» 1929 г. № 68—69, стр. 52—58).

В целях сокращения, в последующем да позволено будет отмечать названных авторов начальными буквами их фамилий и римскими цифрами указанного порядка их статей.

Требуемое новое лесоустройство. «Первой организационной задачей, подлежащей разрешению при лесоустройстве, является выяснение вопроса о том, в какой мере приложим рассматриваемый принцип (постоянства пользования) к данным лесным массивам» (Б I. с. 36). «Что, в самом деле означает принцип постоянства пользования по отношению, например, к огромным не приведенным еще в известность лесным площадям, расположенным в бассейнах рек Печоры. Оби, Енисея и т. д.?» (Б. I. с. 28).

Действительность, или старое лесоустройство. Лесное хозяйство должно быть, организовано на началах: а) постоянства пользования и б) полного и неистощительного извлечения всех видов полезностей: от леса (Лесоустр. инстр. 1926 г. $ 1 стр. 1). Пользование лесом нормируется в числе прочих моментов лесосекой по состоянию насаждений, определяемой площадью всех тех насаждений, которые по своему состоянию требуют рубки в ближайший 10-летний ревизионный период (§§ 38, 58, с. 49, 77). При обследовании обширных лесных пространств постоянство пользования не выставляется как основное требование (§ 106, с. 132).

Принцип постоянства пользования может быть понимаем различно, смотря по тому, включим ли мы в его состав лесовозобновление, постоянную наличность определенного лесного фонда, или наконец, равномерность по массе и по доходности. Так как в действующей Лесоустр. инструкции проводится требование лесосеки по состоянию насаждений, то, следовательно, равномерность по отдельным хозяйственным единицам не является необходимостью, а сохранение древесного фонда указывается только под термином неистощительность. Очевидно, поэтому, что вырубая, например, отмирающий лес в каких угодно размерах, нельзя заслужить упрека в истощительности и нарушить принцип постоянства.

Относительно же требования постоянства пользования в лесах, в которых хозяйства еще нет, т. е. в неисследованных, безлюдных и пустынных местностях, в Инструкции нет ни одного слова, а в $ 106 определенно указано, что предварительное обследование таких районов имеет целью наметить только план колонизации и последующего лесоустройства, что требуется и автором данного реформаторского предложения, указывающего, что лесоэкономические исследования (вместе с работами по финляндскому методу) «должны предшествовать лесоустройству» (Б. I, с. 36). Итак, в этой казалось бы принципиальной и коренной требуемой реформе заключается лишь повторение того, что имеется уже в действительности, только выражено не в декларативных тезисах, а в практических мероприятиях.

Новое лесоустройство. Отказ от планирования лесного хозяйства по дачам и соответствующая перестройка Лесоустроительной инструкции. (Б. I. стр. 36). Предлагается составлять план хозяйства по районам или массивам (с. 31, 36). Пример — составление плана для Мезенского района площадью около 11 мил. га леса (с. 31). С концентрацией рубки на площадях «если потребуется, в сотни тысяч гектаров леса». (Б. I, с. 32).

Старое лесоустройство. § 2 Лесоустроительной инструкции 1920 г. Лесоустройство имеет целью составление планов правильного лесного хозяйства по лесничествам и их частям, с таким расчетом, чтобы они допускали последующее их объединение по районам, и в окончательном результате давали бы возможность установления единого общего плана лесного хозяйства РСФСР».

Приведенное сопоставление показывает, что действующая Л. И. требует планирования по лесничествам и районам, допуская частичное планирование и по частям лесничества. Реформа же требует отказа от планирования по частям и по лесничествам и планирования по районам, ссылаясь, как на пример, на Мезенский район в 11 милл. га леса.

Допустим, что мы признаем Мезенский район в 11 милл. га одним лесничеством, как это вероятно и было лет 50 тому назад; тогда никакой реформы Л. И. не потребуется, так как требования реформатора будут полностью удовлетворены действующей Лесоустроительной Инструкцией.

Второе требование реформы, заключающееся в отказе от дач как, частей лесничества, не встречает препятствий со стороны Л. Инструкции, которая допускает, но не обязывает, разделять лесничества на части, если это не требуется обстоятельствами. Инструкция требует плана хозяйства по лесничествам, не ограничивая площади лесничества, так что если признают весь Мезенский район лесничеством или лесхозом, то и план хозяйства надо будет составить на эту хозяйственную единицу.

Нецелесообразность старого планирования по дачам, которые, во избежание путаницы с прежними дачами, следовало бы называть отрезами (см. Лесоустройство, Орлов III т., с. 9), доказывается сравнением последствий приложения этого принципа к Мезенскому району, в котором пришлось бы, имея 110 дач, назначать рубку в 110 местах (Б. I, с. 34), тогда как по новому реформированному лесоустройству следовало бы концентрировать рубку в одном месте с вырубкой около 100000 га (Б. I. с. 32).

Этот пример был бы очень доказателен, если бы весь лес, требующий рубки, был сосредоточен в одном месте, и если бы во всем Мезенском районе был один путь транспорта леса. Так как ни того, ни другого нет в природе, то аргументация падает, и приходится лишь удивляться, как можно мечтать о такой концентрации и забывать действительность. Ведь в Мезенском районе с 11 милл. га леса, имеется не менее 110 рек и речек, по которым можно и должно сплавлять лес и которые каждый год надо нагрузить соответствующим количеством, древесины; отсюда вытекает необходимость концентрации рубки леса, по сплавным бассейнам которые и выделяются как отрезы, или по старому дачи (см. Лесоустройство, Орлов т. III. стр. 9).

Новое лесоустройство. 3) Применение финляндского метода для определения размера пользования по району на ближайший лесоэксплоатационный период, в качестве работы, предшествующей лесоустройству (В. I, с. 32). «Метод обследования лесов должен быть комбинирован с финляндским методом, при чем главное внимание должно быть сосредоточено на изучении насаждений, достигших потребительной спелости» (З. II, с. 9). Рекомендуется проводить сеть визиров на расстоянии 1/2 км (З. II, с. 7).

Старое лесоустройство. Устраиваемые леса покрываются сетью параллельных визиров, проводимых строго в одном направлении на расстоянии один от другого 1/4, 1/2, 1, 2, 4, 8 км (§§24, 49 и 104 Л. инст., стр. 26, 63 и 130). По этим визирам при выборочном хозяйстве требуется, а при лесосечном рекомендуется перечет деревьев на полосе 10 м (Л. И. §29, 49, стр. 35, 64). Степень дробности таксации должна быть сообразована с хозяйственным значением участков и с интенсивностью хозяйства (Л. И. § 27, 50, с. 33, 65).

Реформа требует финляндского метода таксации, а в действующей Лесоустроительной инструкции нигде нет ни одного слова о финляндской таксации. По-видимому, реформа права и Инструкция отстала от финляндской жизни. Поэтому наше лесоустройство надо коренным образом изменить. Но что такое по существу «финляндской» метод? Это прием таксации по сети параллельных визиров, приводимых на расстоянии 26 км (в Финляндии), на 20, 10, 5 км (в Швеции) с точным учетом леса на полосах в 10 м или, как его следует называть, «линейная таксация» (Linientaxirung) (см. Лесная Таксация Орлова, III изд. $ 58, с. 346 и Лесоустройство т. III, § 40, стр. 267).