Адвокатская Палата Пензенской области (стр. 6 )

Сейчас в Кодексе всего два раздела (Раздел первый «Принципы и нормы профессионального поведения адвоката» и Раздел второй «Процедурные основы дисциплинарного производства»), 27 статей, причем важнейшему вопросу – дисциплинарному производству – посвящено всего семь статей.

При такой ничем не оправданной «лапидарности» нормативного регулирования трудно говорить о проработанности всех норм, о полноте нормативного регулирования.

Возможная структура нового КПЭА

Уверен, что Кодекс должен состоять из глав, каждая из которых должна быть посвящена определенному важному вопросу и обеспечивать его подробное, разумное и справедливое регулирование.

Не настаивая именно на таком варианте, я предложил бы, сохранив деление на два раздела, приблизительно следующую структуру организации нормативного материала нового Кодекса профессиональной этики адвоката:

Раздел 1.

Глава 1. «Принципы и этические основы российской адвокатуры».

Глава 2. «Этические основы отношений адвоката и адвоката, адвоката и стажеров, помощников адвоката, технического персонала».

Глава 3. «Этические основы отношений адвоката и адвокатского сообщества».

Глава 4. «Этические основы отношений адвоката и клиента».

Глава 5. «Этические основы отношений адвоката суда, следствия и т. д.»

Глава 6. «Этические основы отношений адвоката и его процессуальных противников».

Глава 7. «Адвокатура и современное информационное пространство».

Глава 8. «Адвокатура и адвокатская тайна».

Глава 9. «Этические основы гонорарной практика».

Раздел 2.

Глава 11. «Правила дисциплинарного производства».

Предложение сохранить два раздела основано на том, что есть дисциплинарное производство и есть «все остальное», первый из этих разделов, условно, – это нормы материального права, второй раздел - процессуальные нормы.

Адвокатскому сообществу необходимо определиться и выбрать систему этических ценностей на ближайшее десятилетие.

Глава 1. «Принципы и этические основы российской адвокатуры».

Должен быть решен вопрос о том, какую модель из трех существующих моделей нормативного регулирования мы выбираем в своем Кодексе.

Здесь должна быть обозначена выбранная нами система ценностей.

Выбирая систему ценностей, мы должны исходить из того, какой результат мы хотим получить через пять, десять лет, как должна выглядеть российская адвокатура, какие процессы в ней мы хотим стимулировать, а какие остановить.

После принятия адвокатским сообществом этих принципиальных положений, после выбора системы ценностей на будущее десятилетие все дискуссии, аналогичные дискуссии, организованной президентом АП Удмуртской Республики ,. должны стать невозможны, как и во многом спорное решение Совета АП г. Москвы «по делу Хасавова».

Именно здесь, в первых статьях нового Кодекса профессиональной этики адвоката, должен быть закреплен тот «экстремистский» принцип, с которого я начал: «Каждый адвокат обязан быть приличным человеком!».

Конечно, этого, к сожалению, нельзя прямо написать в тексте Кодекса профессиональной этики адвоката, но сформулировать определенные «заповеди», сформулировав такие правила поведения адвоката, сложив которые мы и получим образ действий приличного человека, вполне возможно.

При этом я вовсе не имею в виду адвоката, который живет и действует в каких-то «идеальных» условиях, в каком-то «безвоздушном» пространстве, это должны быть простые и ясные правила, имеющие в своей основе нормы общепризнанной морали – «не укради», «не злоупотреби», «не оставь без защиты по уголовному делу», «не возжелай имущества клиента своего» и т. п..

Глава 2. «Этические основы отношений адвоката и адвоката, адвоката и стажеров, помощников адвоката, технического персонала».

И этот блок этических отношений нуждается в том, чтобы дополнить и расширить имеющееся в настоящее время регулирование.

Например, сейчас об отношениях адвоката и стажера об их, в том числе и этических, отношениях, в Кодексе профессиональной этики адвоката практически ничего нет.

Да и в законе, на этот счет существует, явно «кривая», норма, которая предусматривает, что «за право» обучать стажера, «за право» тратить свое время, за передачу годами накопленных адвокатом знаний молодому соискателю адвокатского статуса, адвокат должен еще доплачивать.

Глава 3. «Этические основы отношений адвоката и адвокатского  сообщества».

Для того, чтобы обосновать логику этой главы, вначале приведу высказывание знаменитого французского адвоката, составителя Свода «Правила адвокатской профессии во Франции» Франсуа Этьена Молло - «Достоинство частного человека есть его личное достояние; достоинство адвоката есть достояние всего сословия».

Полагаю, что следует задать себе и найти ответ на вопрос: «Ограничиваются ли обязанности адвоката по отношению к адвокатскому сообществу только уплатой взносов или адвокат, вступая в адвокатское сообщество принимает на себя и какие-то другие обязательства?».

Это и вопросы о социальной ответственности каждого адвоката, как члена адвокатского сообщества, - единственно законодательно упоминаемого института гражданского общества.

Это и обязанность повышения своей квалификации, ответственность за поддержание надлежащего профессионального уровня.

Необходимо принятие такой нормы, когда станет невозможной ситуация неявки адвоката по вызову органов адвокатского самоуправления в связи с возбуждением дисциплинарного дела, а обязанность в этом случае участвовать в проверке жалобы, обязанность давать объяснения станет статусной обязанностью каждого адвоката.

Нужно тщательно проанализировать и сформулировать этические права и обязанности адвоката, которые возникают в связи с приобретением им адвокатского статуса.

Думаю, что логика этой главы также понятна.

Глава 4. «Этические основы отношений адвоката и клиента».

Нет необходимости говорить о несомненной важности этой области этических отношений.

Наверное, даже можно сказать о том, что это самая важная область.

Существующие в ныне действующем Кодексе профессиональной этики адвоката нормы недостаточно полно разрешают все возникающие в этой области ситуации.

Необходимо соединить высокую идею «служения» наших предшественников с прагматичной необходимостью получать достойную оплату за свой труд, при этом, не впадая не в ту, ни в другую крайность.

Следует определить, где должна быть граница между адвокатом, как защитником людей совершивших, может быть, самые тяжкие преступления и адвокатом, как частным человеком со своими этическими принципами, со своими убеждениями.

Здесь обязательно должен быть проработан вопрос о том, где проходит допустимая граница при работе в качестве защитника или представителя клиента и как работа в этом качестве может сочетаться с отношениями с клиентом в частной жизни.

Необходимо разработать и вопрос о должном поведении адвоката в случае возникновения конфликтной ситуации с клиентом.

Здесь необходимо найти разумное сочетание высоких этических начал с обеспечением защиты прав адвокатов против недобросовестных клиентов.

О профессиональных стандартах оказания правовой помощи адвокатами

В ныне действующем Кодексе есть очень правильная формулировка статьи 8, в соответствие с которой:

«При осуществлении профессиональной деятельности адвокат:

….честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполняет свои обязанности…»

Но вот, каковы критерии этой «разумности», «добросовестности» и «квалифицированности», как определить в случае возникновения спора, выполнил ли адвокат надлежащим образом свои обязанности или нет.

Сам по себе отказ в иске или, наоборот, взыскание каких-то сумм, факт осуждения за совершение преступление, когда подсудимый не признает своей вины, не являются доказательством недобросовестности адвоката, но очень часто бывают поводом для неудовлетворенности его работой и основанием для подачи на него жалобы.

Необходимо и адвокатом, и клиентам, и органам адвокатского самоуправления, чтобы был бы какой-то документ, который позволил бы объективно оценить тот уровень разумности и добросовестности адвоката при исполнении им своих профессиональных обязанностей, о котором говорится в Кодексе профессиональной этики адвоката.

Таким документом могут и должны стать «единые профессиональные стандарты оказания правовых услуг», которые должны быть разработаны Федеральной палатой адвокатов.

Эти профессиональные стандарты оказания правовых услуг не могут быть частью Кодекса профессиональной этики адвоката, но он может указать эти стандарты в качестве критерия для оценки того, выполнил ли адвокат надлежащим образом свои обязанности перед клиентом.

Например, я представляю, что по любому гражданскому делу адвокат должен:

- выслушать и провести интервью с клиентом;

- ознакомиться с имеющимися на момент обращения документами;

- предложить дополнить пакет документов, если первичных документов недостаточно;

- оказать содействие клиенту в сборе необходимых документов;

- провести первичное консультирование;

- провести анализ возможных вариантов защиты нарушенных прав;

- оказать содействие в выборе наиболее эффективного варианта защиты прав в данной ситуации;

- составить необходимые проекты процессуальных документов;

- при необходимости произвести нужные расчеты;

- изготовить процессуальные документы и ознакомить с ними клиента;

- передать их в суд, если это было предусмотрено договором;

- участвовать в судебных заседаниях, представляя интересы клиента, руководствоваться занимаемой им правовой позицией;

- эффективно использовать имеющиеся возможности по защите прав своего клиента;

- информировать клиента обо всех возникающих по делу обстоятельствах, при необходимости запрашивать у него указания по ведению дела;

- предоставить клиенту отчет о проделанной работе.

Возможно, здесь нужно что-то дополнить, но такой документ, как профессиональный стандарт оказания адвокатских услуг крайне нужен, он даст возможность применить объективные критерии к оценке работы адвоката.

Другое дело, что одни и те же действия, выполненные молодым, начинающим адвокатом и опытным юристом могут отличаться по уровню исполнения, но это уже другой вопрос, это обстоятельство не может быть основанием для привлечения адвоката к ответственности, если он выполнил минимальные требования стандартов.

Другие профессиональные стандарты

Помимо стандартов оказания адвокатами правовых услуг, вероятно должны быть приняты Федеральной палатой адвокатов и другие стандарты:

- Требования к повышению квалификации адвокатами.

- Требования, соблюдение которых необходимо при создании адвокатских образований (на основе опыта Адвокатской палаты Ульяновской области).

- Адвокатская тайна.

Все вопросы, связанные с адвокатской тайной, с ее сохранением являются важнейшими во взаимоотношениях адвоката и его клиента.

Несомненно, что здесь имеют место и сложные этические ситуации, часто на адвоката оказывается давление, иногда у адвоката возникает противоречие между необходимостью обеспечить сохранение тайны и необходимостью защитить свои права. при конфликте с клиентом.

В настоящее время имеется много работ по этой теме, адвокатским сообществом выработаны необходимые решения, просто их нужно еще раз выверить и закрепить уже в нормах Кодекса профессиональной этики адвоката, дав адвокатам четкие и ясные ориентиры.

Глава 5. «Этические основы отношений адвоката суда, следствия и т. д.».

И эта область является источником многих конфликтных ситуаций.

Каковы допустимые формы реагирования адвоката на заведомо неправомерное поведение суда в отношении клиента или самого адвоката?

Как должны строиться личные, неслужебные отношения между адвокатом и представителями суда и правоохранительных органов?

Изложение статей этой главы должно быть простым, ясным, не допускающим неоднозначных толкований.

Глава 6. «Этические основы отношений адвоката и его процессуальных противников».

Состязательность - основа профессии адвоката, необходимый элемент его работы.

Адвокат - почти всегда представитель одной из противостоящих сторон, почти всегда он в гуще конфликта.

Необходимо указать, как быть участником конфликта и сохранять при этом профессиональное достоинство.

Как можно и нужно адвокату общаться с представителями противоположной стороны.

Какие приемы достижения положительного результата для своего клиента являются допустимыми, а какие из них не могут быть применены никогда.

Глава 7. «Адвокатура и современное информационное пространство».

Необходимость появления этой главы в Кодекса профессиональной этики адвоката связана с теми значительными изменениями, которые за последние 10 лет произошли в информационном пространстве вообще и в связи с тем, как это отразилось на адвокатуре.

Правда изменения в сознании адвокатского сообщества по информационным вопросам происходили и раньше.

Поэтому для иллюстрации этой мысли я хотел бы начать с упоминания двух решений Санкт-Петербургского Совета присяжных поверенных за 1901 и за 1912 годы.

В первом случае, Совет наложил дисциплинарное взыскание на одного присяжного поверенного за то, что тот разместил в газете свое объявление о том, что он сменил свое место жительства и теперь принимает клиентов по новому адресу.

Совет посчитал такое объявление недопустимой рекламой, потому что этот присяжный поверенный, поместив свое объявление в газете, получил неоправданное преимущество перед всеми остальными петербургскими присяжными поверенными, которым размещение объявлений о своей деятельности было воспрещено.

А в 1912 году этот же Совет дал согласие, уже, правда, по предварительному запросу другого присяжного поверенного на публикацию объявления в такой же ситуации.

Как видим, информационные вопросы всегда волновали адвокатов, это и понятно, потому, что это всегда было способом заявить о себе, способом привлечь клиентов, а, соответственно, и обеспечивало заработок адвокатам.

В этом смысле, все эти вопросы актуальны и сейчас.

Пожалуй, нормы Кодекса, касающиеся информационных вопросов, устарели более всего.

На мой взгляд, он содержит ряд неоправданных ограничений для адвокатов.

Это влечет несколько последствий.

Соблюдающие все предписания Кодекса профессиональной этики адвоката, оказываются неконкурентноспособны по отношению к «вольным юристам», которые не имеют никаких этических ограничений на рекламирование своих услуг.

Это влечет отток от адвокатов клиентов и их «перехват» «вольными юристами».

Понимая чрезмерную строгость некоторых норм Кодекса профессиональной этики адвоката в этой области, Советы «закрывают глаза» на эти отступления, что тоже не очень хорошо.

Это означает, что на практике реально отсутствует какое-либо регулирование этих важных вопросов.

А необходимость в таком регулировании, безусловно, есть, потому, что, сняв необоснованные ограничения, приведя наши нормы в соответствие с современным информационным пространством, мы должны установить и разумные ограничения.

Например, известны случаи рекламирования адвокатских услуг путем нанесения надписей на асфальт или на полы торговых центров, имеют место и такие способы, как разбрасывание визиток со своими координатами в суде, следственном изоляторе и т. п.

Глава 8. «Адвокатура и адвокатская тайна».

Важность отражения в Кодексе профессиональной этики адвоката вопросов, связанных с адвокатской тайной настолько очевидна, что я не буду останавливаться на этом.

Четвертая «экстремистская мысль»: ныне существующая процедура возбуждения, рассмотрения и обжалования решений по дисциплинарным делам неразумна, несправедлива и, возможно, даже не вполне отвечает действующего российскому законодательству, поэтому она должна быть изменена.

Глава 11. «Правила дисциплинарного производства».

К этой, «дисциплинарной», части ныне существующего Кодекса профессиональной этики адвоката у меня больше всего претензий.

Меня не устраивает даже его название - «Процедурные основы дисциплинарного производства».

Если есть «Основы», то, следовательно, должны быть разработаны и приняты и акты, полностью регулирующие этот важнейший, как для адвокатского сообщества, так и для клиентов вопрос.

Но никаких других актов, как мы знаем, нет, хотя какая-то честность в обозначении этого раздела ныне действующего Кодекса есть – имеющееся нормативное регулирование явно неполное.

Этот раздел оставляет ощущение какой-то «недоделанности», хотя понятно, что это был первый опыт такого регулирования.

Вначале своего анализа этого важного вопроса, хочу напомнить, что адвокатская палата – это негосударственная, некоммерческая организация, но организация особая, созданная не исключительно по желанию свих учредителей, а созданная в силу требований Закона – в каждом субъекте Федерации должна быть создана одна Адвокатская палата.

Она, также в соответствие с Законом, наделяется рядом государственно-публичных функций:

- определение порядка назначения адвокатов по требованиям следственных и судебных органов;

- назначение адвокатов по ст. 50 ГПК РФ;

- организация бесплатной юридической помощи;

- наделение соискателей статусом адвоката;

- рассмотрение жалоб на действия или бездействия адвокатов;

- ряд других вопросов.

Закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», с одной стороны, установил особый порядок привлечения адвокатов к дисциплинарной ответственности, передал эту функцию территориальному Совету адвокатской палаты, а высшему органу адвокатского сообщества России – съезду общероссийской некоммерческой организации – Федеральной палате адвокатов – предоставил право устанавливать правила возбуждения дисциплинарных дел, дисциплинарного производства, применения мер дисциплинарного воздействия, установленных Законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Но при этом, абсолютно очевидно, что устанавливаемые Федеральной палатой адвокатов на основании этого полномочия правила дисциплинарного производства должны также соответствовать общероссийскому законодательству о рассмотрении жалоб и заявлений граждан и юридических лиц в части необходимости обеспечения как минимум того же уровня гарантий их прав, который установлен нашим законодательством.

К числу таких специальных, основополагающих законодательных актов в этой области относятся:

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 г. "О порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан" (в редакции от 4 марта 1980 г.) в части не противоречащей Конституции Российской Федерации, и Закон Российской Федерации от 01.01.01 г. "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан".

В суд в соответствие со ст. 2 Закона РФ от 01.01.01 г. "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" могут быть обжалованы коллегиальные и единоличные действия, указанные в стать 2 этого Закона:

Статья 2. Действия (решения), которые могут быть обжалованы в суд.

К действиям (решениям) государственных органов, органов местного самоуправления, учреждений, предприятий и их объединений, общественных объединений и должностных лиц, государственных служащих которые могут быть обжалованы в суд, относятся коллегиальные и единоличные действия (решения), в том числе представление официальной информации в результате которых:

- нарушены права и свободы гражданина;

- созданы препятствия осуществлению гражданином его прав и свобод;

- незаконно на гражданина возложена какая-либо обязанность или он незаконно привлечен к какой-либо ответственности.

К сожалению, нормы ныне действующего Кодекса профессиональной этики адвоката не соответствуют по многим важнейшим параметрам этим базовым законодательным актам. (по материалам НАГ №18 2012г.)

Продолжением читайте в следующем в следующем номере нашего вестника. 

ИЗУЧЕНИЕ ПРАКТИКИ ПОЗВОЛЯЕТ УЛУЧШИТЬ КОДЕКС

Замечания к проекту изменений и дополнений в Кодекс профессиональной этики адвоката

Виктор БУРОБИН, член Совета ФПА РФ, президент адвокатского бюро «Адвокатская фирма “Юстина”»

Каждый адвокат должен быть «приличным» человеком, утверждает А. Савич. Это действительно «экстремистское» заявление о выведении новой породы безгрешных людей – святых адвокатов, сопоставимое с соответствующим коммунистическим тезисом. Но адвокат – просто человек, со своими достоинствами и недостатками.

Опасность работы над выведением непорочного человека состоит в том, что, как показала практика нашей страны, подобные эксперименты оборачиваются уничтожением свободы, издевательством над правом и гораздо более губительны, чем примирение с некоторыми пороками человеческой натуры и использование их по возможности во благо.

1.  Общие соображения

1.1. Десятилетний срок применения Кодекса профессиональной этики адвоката показал принципиальную правильность его правовой логики, структуры, добротность юридического текста статей Кодекса и работоспособность заложенных в нем идей. Полагаю, что необходимости создания нового текста Кодекса или внесения изменений принципиального характера не требуется. В целом работа комиссии по проекту изменений в Кодекс этики заслуживает положительной оценки, а большинство предложений носят конструктивный характер и могут быть вынесены на обсуждение коллег. Изучение дисциплинарной практики советов палат позволяет существенно улучшить Кодекс.

1.2. Принципиальное возражение имеется по поводу предложенного Комиссией фактического изменения концепции Кодекса при исключении части текста из п. 4 ст. 20: «Не могут являться допустимым поводом для возбуждения дисциплинарного производства жалобы, обращения, представления лиц, не указанных в пункте 1 настоящей статьи, а равно жалобы, сообщения и представления указанных в настоящей статье лиц, основанные на действиях (бездействии) адвоката (в том числе руководителя адвокатского образования, подразделения), не связанных с исполнением им профессиональных обязанностей».

Представляется, что нет оснований отходить от сложившейся практики, когда дисциплинарное производство в отношении адвоката возможно лишь по поводу выполнения его профессиональных обязанностей. Десять лет назад, когда принимался Кодекс, по этому вопросу была большая дискуссия. Ничего принципиально с того времени не изменилось. Усилились лишь попытки давления власти на адвокатуру. Если есть предложение распространить действие Кодекса и на правоотношения вне профессии – семейные, общественные, политические и т. п. (а такое намерение Комиссии просматривается в ряде предложений по изменению Кодекса), для этого должны быть очень серьезные причины и значительная проработка этого вопроса.

Возражения против таких изменений и опасения относительно последствий введения ответственности адвоката вне выполнения профессиональных обязанностей в условиях сегодняшнего плачевного состояния системы правосудия и положения, когда адвокат и адвокатура остались фактически одним из последних и чуть ли не единственным форпостом борьбы за права человека, очень существенны. Стоит ли нам самим загонять адвокатов в жесткие рамки вне профессии? Здесь очень велика опасность произвола со стороны государства и правоохранителей.

1.3. Следует очень осторожно отнестись к предложению о создании Комиссии по этике и наделению ее полномочиями давать обязательные разъяснения по применению Кодекса. Не противоречит ли такая постановка вопроса закону об адвокатуре? Как все это будет соотноситься с сегодняшним положением вещей, когда квалификационные комиссии палат субъекта, куда входят не только адвокаты, решают вопрос факта, а советы региональных палат принимают окончательное решение, которое может быть обжаловано в суде? Кто будет избираться в эту комиссию, на какой срок? Может быть, закрепить за ней функции аналитического свойства? Но тогда нужно ли ее вообще прописывать в Кодексе?

2. Конкретные замечания и предложения по тексту Изменений

2.1. Нет необходимости расширять статью 4 упоминанием о запрете действий, в том числе публичных выступлений и т. п., которые могут умалить авторитет адвокатуры.

Подписывая, как и многие адвокаты, открытое письмо по делу Pussy Riot, я, например, не знаю, умалили этим мы авторитет адвокатуры или, наоборот, подняли его. Идеология, партийные пристрастия, воззрения адвоката по тем или иным вопросам общественной жизни должны быть вне корпоративного контроля. Недопустимо вмешиваться и в личную жизнь. А при предлагаемой постановке проблемы это станет возможным.

Нет никаких оснований, серьезных посылов и каких бы то ни было проработок этой темы, кроме политического сиюминутного заказа государства для изменения существующего положения по этому вопросу.

2.2. Пункт 3 ст. 9 следует исключить из Кодекса. Обоснование этого следующее.

После принятия Федерального закона № 000 от 01.01.01 г. «О внесении изменений в Федеральный закон “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации”», который смягчил законодательные запреты по совмещению адвокатом различных видов работы, в Кодекс в этой части вносятся изменения, явно выходящие за пределы запретов, установленных Законом, и направленные на значительное, по существу, ничем не обоснованное самоограничение адвокатской деятельности.

Статья 9 Кодекса была дополнена пунктом 3, в котором адвокату мы уже сами запретили:

– заниматься иной оплачиваемой деятельностью в форме непосредственного (личного) участия в процессе реализации товаров, выполнения работ или оказания услуг;

– вне рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги либо участвовать в организациях, оказывающих юридические услуги;

– принимать поручение на выполнение функций органов управления доверителя – юридического лица
по распоряжению имуществом и правами последнего. Возложение указанных функций на работников адвокатских образований также не допускается.

Представляется, что необходимо взять на себя смелость и открыто сказать, что адвокаты намерены более активно участвовать в хозяйственной жизни страны.

Многие адвокаты высказываются против возможности создания их коллегами предпринимательской структуры – хозяйственного общества, предполагающего объединение капитала адвокатов, а иногда и инвесторов и получение прибыли. В обоснование данной позиции указывается, что в бизнесе невозможно обеспечить независимость адвокатской деятельности, приоритеты интересов клиента, профессиональную этику.

Думаю, что этика и независимость адвокатской профессии вообще никак не связаны с организационно-правовой формой работы адвоката. Это отчетливо показали иностранные юридические фирмы, работающие у нас как коммерческие предприятия. Не думаю, что их юристы менее этичны, чем наши адвокаты.

В результате развития частной хозяйственной деятельности возникла потребность в создании подобных хозяйственных обществ самими адвокатами. Эта потребность связана с существенными препятствиями для полноценного оказания юридической помощи доверителям в гражданско-правовой сфере при существующих сегодня организационно-правовых формах построения адвокатской деятельности. Назову лишь некоторые из принципиальных препятствий:

– невозможность заключения договора о юридической помощи от имени адвокатского образования;

– невозможность защиты юридического бренда, поскольку само адвокатское образование не оказывает услуг и является некоммерческим (определение КС РФ от 01.01.01 г. -О);

– невозможность в силу организационно-правовых форм для коллегий адвокатов, а для адвокатских бюро – существенное затруднение участия в конкурсах на поставку юридических услуг для государственных нужд и конкурсах, проводимых коммерческими организациями;

– существенные проблемы в страховании профессиональной ответственности адвокатских образований. Из-за того, что само адвокатское образование не оказывает юридических услуг, возможно страхование только ответственности конкретных адвокатов, входящих в бюро, что в силу незначительной суммы страхования не может покрыть убытки при ошибках в ведении юридического бизнеса;

– наличие у адвокатов в адвокатском бюро полной материальной ответственности перед доверителем всем своим имуществом;

– несоразмерное налоговое бремя: адвокат платит 13 %, индивидуальный частный предприниматель – юрист и хозяйственное общество, работающее по упрощенной системе налогообложения, – 6 %;

– невозможность найма одним адвокатом другого. Для сведения, например, в адвокатуре Франции этот вопрос был решен положительно еще в начале XIX века.

По этим параметрам адвокатское бюро существенно проигрывает любому субъекту оказания юридических услуг на рынке, организованному в виде хозяйственного общества. Нужно вернуться к серьезному обсуждению будущего нашей адвокатуры с этих позиций.

2.3. Статья 11 о конфликте интересов, в связи с тем что понятие такого конфликта отработано только в уголовном процессе, может быть сформулирована с учетом следующих предложений:

«Адвокат не должен ставить себя в положение, в котором интересы его клиента вступают в противоречие с его собственными интересами, интересами его партнеров или другого клиента, если только это не разрешено самим клиентом»;

«Адвокат не может представлять интересы более чем одной стороны, если эти интересы находятся в конфликте с интересами другого доверителя или существует реальный шанс возникновения такого конфликта в будущем»;

«Адвокат обязан прекратить обслуживание обоих клиентов в случае вступления их интересов во взаимное противоречие, а также при возникновении угрозы нарушения конфиденциальности или угрозы независимости самого адвоката»;

«Адвокат не может действовать против бывшего или нынешнего клиента, за исключением следующих случаев:

– интересы, доверенные адвокату, касаются иного вопроса, чем тот, в отношении которого адвокат или его коллега из одного адвокатского образования представляет или представлял нынешнего или бывшего клиента, и интересы, доверенные адвокату, не связаны с этим вопросом и вряд ли будут с ним связаны;

– адвокат или его коллега из одного адвокатского образования не располагает никакой коммерческой или иной конфиденциальной информацией, полученной от его бывшего или нынешнего клиента, касающейся его личности или бизнеса, которая могла бы быть значимой в деле против бывшего или нынешнего клиента, и бывшим или нынешним клиентом или стороной дела, требующей у адвоката представлять ее интересы, не было высказано никаких разумных возражений;

– если сторона по делу, обратившаяся к адвокату с тем, чтобы он представлял ее интересы, и бывший или нынешний клиент, против которого адвокат должен предпринимать действия, предварительно на основе предоставленной им должной информации дадут адвокату свое письменное согласие». (по материалам НАГ №19 октябрь 2012г.)

ПРОЕКТ НУЖДАЕТСЯ В УТОЧНЕНИЯХ

Предложения по проекту изменений и дополнений в Кодекс профессиональной этики адвоката

Лев БАРДИН, адвокат АП г. Москвы, к. ю. н.

Рабочей группой проделан очень большой объем работы. Свидетельство тому – текст на 23 листах.

Необходимость внесения изменений и дополнений в Кодекс назрела давно. И многое из предложенного авторами проекта вполне заслуживает одобрения и поддержки.

Вместе с тем хотелось бы в порядке дискуссии обратить внимание коллег на некоторые формулировки проекта, которые как минимум нуждаются в обсуждении, а то и в уточнении и изменении.

Статья 4

Проектом предлагается новая редакция п. 4 ст. 4 Кодекса. В частности, «присяга адвоката приносится претендентом, успешно сдавшим квалификационный экзамен на присвоение статуса адвоката, в торжественной обстановке не позднее шести месяцев со дня принятия квалификационной комиссией решения о присвоении претенденту статуса адвоката». Как известно, в соответствии с Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон) квалификационная комиссия при необходимости организует в течение двух месяцев проверку достоверности документов и сведений, представленных претендентом (п. 3 ст. 10). Затем та же квалификационная комиссия в трехмесячный срок со дня подачи претендентом заявления принимает решение о присвоении ему статуса адвоката. Решение квалификационной комиссии о присвоении претенденту статуса адвоката вступает в силу со дня принятия претендентом присяги адвоката (ст. 12). В соответствии со ст. 13 Закона порядок принесения присяги устанавливается адвокатской палатой. Со дня принятия присяги претендент получает статус адвоката и становится членом адвокатской палаты.

Таким образом, фактическое включение в Кодекс порядка принесения присяги вступает в противоречие с Законом. Кроме того, если добавить к указанным в Законе срокам совершения всех необходимых действий для получения статуса адвоката еще и предусмотренные проектом шесть месяцев для организации присяги, то общий срок от обращения претендента до начала его адвокатской деятельности представляется излишне затянутым.

Статья 4.1

Проектом предусмотрено дополнение Кодекса ст. 4.1, посвященной созданию и деятельности Комиссии по этике. С одной стороны, необходимость создания подобной комиссии не вызывает сомнений. Вместе с тем нуждается в правке редакция пунктов этой статьи проекта. В частности, требует уточнения такое новое понятие, как «постоянно действующая коллегиальная структура». Не меньшей правки требует формулировка этой статьи «Основной задачей Комиссии по этике является рассмотрение практики применения настоящего Кодекса».

Статья 5

Пунктом 10 ст. 5 Кодекса предусмотрено, что правила сохранения профессиональной тайны распространяются на помощников и стажеров адвоката, а также иных сотрудников адвокатских образований. Но о последствиях нарушения помощниками и стажерами этой тайны ничего не говорится. Проект дополняет этот пункт словами «Помощники и стажеры адвоката, а также иные сотрудники адвокатских образований письменно предупреждаются о необходимости сохранения адвокатской тайны и дают подписку о ее неразглашении». Эффективность такого дополнения сводится фактически на нет тем, что ни Закон, ни Кодекс никаких последствий нарушения такой подписки не предусматривают.

Статья 6.1

В ст. 6.1 проекта в принципе правильно излагается, кто понимается под доверителем. В связи с этим дальнейшие нормы Кодекса должны упоминать именно доверителя. Вместо этого проект в нескольких статьях указывает и доверителей, и (а то и «или» – п. 2 ст. 10) лиц, обратившихся за оказанием юридической помощи. Для устранения подобного нагромождения предлагается оставить в последующем тексте Кодекса только доверителей.

Статья 7

В соответствии с п. 3 ст. 7 Закона адвокат обязан постоянно совершенствовать свои знания и повышать свою квалификацию. В проекте Кодекс дополняется п. 3 ст. 6.1, в соответствии с которым адвокат «обязан постоянно повышать свой профессиональный уровень в порядке, установленном органами адвокатского самоуправления». Во-первых, необходим единый подход к тому, что обязан повышать адвокат. И во-вторых, на наш взгляд, порядок повышения квалификации (или профессионального уровня) может устанавливаться адвокатскими палатами, а не «органами адвокатского самоуправления», нигде в Законе не упомянутыми.