Первое Всероссийское совещание участников благотворительной деятельности «Пути развития благотворительности как важного элемента формирующегося в России гражданского общества» (стр. 5 )

Согласна с предыдущим докладчиком, что самое основное - это формирование общественного мнения. Даже когда мы говорим о том, что благотворительность - это благо для людей, что мы работаем для детей, стариков и семей российских, все это воспринимается плохо на веру, потому что каждый видит в очередных аферистов, авантюристов и т. д. Шесть женщин Приморского фондапомощи населению “Данко”, работают на американские гранты. В прошлом году мы выиграли, к сожалению только полтора миллиона рублей. На эти деньги полностью содержали несколько десятков ребятишек, которых забрали из ассоциальных семей, из реабилитационных центров. и детских домов. На содержание этих детей выделяли пятьсот-восемьсот рублей в месяц. В этом году мы выиграли сумму, значительно превышающую прошлогоднюю, для того чтобы сделать службу сопровождения в реабилитационных центрах и детских домах. Вот такая наша работа.

Без власти и средств массовой информации она просто невозможна. Мы постоянно сталкиваемся с тем, что как общественная организация, как некоммерческий фонд не можем помочь этим детям и этим семьям без того, чтобы не работать во взаимодействии, в полном сотрудничестве и в полном взаимопонимании с государственными структурами. Иначе нас не пустят ни в детские дома, ни в реабилитационные центры. Сегодня у нас эта работа получается, но совсем не потому, что у нас прекрасные отношения, не из-за того, что нас любят, помогают, а просто-напросто нам сегодня пока не мешают делать то, что мы делаем. Несколько дней назад на коллегии в администрации края, мне сказали, что вы получили грант, начали работать, но вы понимаете, что разбередите эту ситуацию, а кто потом работать будет. Мол, вы и зарплату не получаете, пенсии и льготы вас также не интересуют, но государственные структуры как должны после этого работать. И чего же боятся государственные служащие. Во-первых, что на их плечи лягут дополнительные функции за все ту же заработную плату, то что мы попросим денег у глав администраций, то есть дополнительных денег на решение проблем. А сотрудники детских домов и реабилитационных центров боятся только одного, что они потеряют работу. Вот в таком страшном прессинге мы работаем и работать будем дальше.

О чем я хочу сказать? Что благотворительность как таковая должна основываться только на программах. Нельзя раздавать бездумно деньги всем, кто в них нуждается. Мы начали с этого и пришли к тому, что нельзя этого делать, это испорченное милосердие, потому что одни и те же люди зачастую так и ходят по кругу со справками и просят во всех фондах денег, денег и денег. А когда мы говорим о том, что “извините, вы были неделю или месяц назад, посмотрите, сколько еще людей нуждающихся”, то они этого не понимают. Мы сами, желая сделать добро, плодим определенную категорию людей, которые живут только на подаяния и не хотят ничего делать, менять что-то в своей жизни. Поэтому еще раз скажу о том, что все-таки нужны программы. К примеру, мы взялись за программу “Семейный очаг”. Если каждая благотворительная организация, каждая общественная организация возьмется за какой-то крохотный участок, будь то престарелые, инвалиды, дети-инвалиды, или же какая-то программа по интеграции детей-сирот в обществе, я думаю, все получится. И только в тесном сотрудничестве с властями и со средствами массовой информации, а иначе ничего у нас не получится.

НИКИТИН Игорь Юрьевич - президент Ассоциации христианских церквей, “Союз христиан”, г. Санкт-Петербург.

Добрый день, дорогие друзья, братья и сестры. Для меня сегодня это очень ценно, потому что сегодня затрагивалось очень много важных аспектов. Так или иначе мы смотрели на международный опыт, мы смотрели на возможности международного нашего содействия с другими религиозными и общественными организациями, различными фондами. Я сегодня хочу поговорить о том, что волнует каждого человека, который занимается благотворительностью. Если вы занимаетесь благотворительностью, так или иначе вы хотели бы, чтобы ваша благотворительность развивалась более эффективно. Очень часто мы обращаемся в различные международные фонды, поэтому моя сегодняшняя тема доклада - это “Международные отношения, международные взаимоотношения”. Я хочу еще одно слово сказать об этом. Дело в том, что сегодня мы также упоминали о том контроле, который необходим для благотворительных организаций, каким образом производить этот контроль. Я сегодня затрону два аспекта, которые волнуют любую благотворительную организацию. И посмотрю на это немного с другой точки зрения. Я думаю, что это будет важно для вас.

Я закончил университет в США много лет назад. И поэтому могу проанализировать опыт работы благотворительных организаций в США. У меня большое сотрудничество со многими организациями в западных странах. Поэтому, может быть, я чем-то могу вам помочь по-иному на все посмотреть. Анализ опыта социальной работы западных стран совместно с христианскими организациями показывает, что наибольший эффект достигнут в этом взаимодействии именно евангельскими церквами, так как социальное служение для евангельских верующих является не просто работой, но, как упомянула одна наша сестра, великим поручением Господа нашего Иисуса Христа. Еще она сказала, что наш свет должен светить. Абсолютно верно. Но фраза эта в Нагорной проповеди заканчивается следующими словами: “Чтобы воздавать славу Отцу нашему небесному”. Поэтому приоритет здесь несколько иной. И совсем не удивительно, что большинство крупных гуманитарных организаций тесно связаны с евангельским движением. Да и сами эти организации существуют в основном на пожертвования прихожан евангельских церквей. На подобных гуманитарных организациях, с многомиллиардным бюджетом, таких как “Добрый самаритянин” из Германии, или “Накорми голодного”, или Фонд “Горчичное зерно” в США лежит основная часть социальной работы не только в западных странах, но и во многих развивающихся странах. И это не удивительно. Много работы, которая проводится в России, как ни странно, проводится именно евангельскими верующими. Я говорю именно о евангельских верующих, потому что представляю более чем 4000 евангельских церквей в России, которые ведут огромную социальную работу. Но, наверное, вам известно, что примерно 80 процентов поставляемой в России гуманитарной помощи приходит от христианских организаций. 80 процентов! Именно поэтому политика западных государств, большинство верующих которых составляют именно христиане евангельского направления, всячески поддерживают и обеспечивают возможности для проявления церквами и своими гражданских инициатив и осуществление социального служения. Наиболее богатый опыт сотрудничества накоплен в США. И сегодня наше внимание невольно приковано к США не только потому, что террористические акты там проходят, но и потому, что у них, действительно, несмотря на эти террористические акты, все действует как-то. Представьте, если бы у нас произошел аналогичный террористический акт. Что бы произошло с нашей страной? Не дай Бог. Страна бы не функционировала. Тем не менее, несмотря на все эти террористические акты, страна функционирует. Правильно? Поэтому опыт большой.

Я чувствую оживление в зале. Поэтому эту тему затронули все.

Наиболее богатый опыт такого рода сотрудничества накоплен в США и в ряде европейских стран, где существуют организации, имеющие особый статус налогообложения, который называется 511-Си-3. В этом случае налоговые плательщики могут по своему усмотрению передавать налоги или в церковь, или на развитие гуманитарных проектов и перечислять их государству. Практика показывает, что в этом случае денежные средства всегда используются строго по назначению, потому что образуется тройной контроль их использования. Первый - со стороны государства, с фискальными органами. Второй - со стороны церкви, с ее духовными и морально-этическими принципами. Третий - со стороны самого человека, который передал свои средства на конкретные социальные проекты. Именно поэтому сейчас президент США г-н Д. Буш выступил с программой инициативы по вере. Суть ее состоит в том, что он существенно сократил огромный аппарат чиновников, занятых распределением бюджетных средств, выделенных на социальные проекты. Анализ показал, что 2 доллара из трех, выделенных на такие проекты, тратились на содержание чиновничьего аппарата. Президент Буш решил эту проблему, передав высвободившиеся деньги в церкви, а прихожане не за страх, а за совесть выполняют социальную работу. В нашей майской встрече с конгрессом США, где мы обсуждали этот вопрос с председателем Хельсинской комиссии г-ном Кристофером Смиттом, мы обсуждали правозащитные аспекты, но кроме всего и опыт работы американских гуманитарных организаций с Россией в последние 10 лет. Мы были вынуждены констатировать, что в тот период времени у западных партнеров-доноров выработался устойчивый синдром недоверия к России. В большинстве случаев это недоверие вызвано невозможностью получить реальные гарантии того, что гуманитарная помощь дойдет до нуждающихся. Не удивительно, что поток гуманитарных грузов из большинства западных стран практически прекратился. Кроме вышеназванной причины, этому активно содействуют несовершенство и громоздкость таможенных правил, которые не делают различий между коммерческими и гуманитарными грузами. Также нельзя не отметить, что большую озабоченность, которая переросла в недоверие, вызывают многочисленные факты нарушения свободы совести и свободы вероисповедания в России. Через несколько дней, буквально завтра, я еду в ОБСЕ, где мы представляем Россию. Я хочу сказать, что у нас есть конкретные вопросы о духовном терроризме, который готовится против демократических преобразований и построения гражданского общества в России.

Я вам хочу сказать, что замечательный опыт у нас в Санкт-Петербурге, где усилия совместно с мэрией Санкт-Петербурга, с различными христианскими организациями, с русской православной церковью дали огромный эффект. Об одном таком опыте вам расскажу. Только одна организация “Накорми голодного” из США совместно с мэрией Санкт-Петербурга и с гарантией Ассоциации смогла накормить 30 тысяч нуждающихся. Только одна организация! Это реальный вклад. 30 тысяч семей, простите, только одна организация.

Ассоциация сейчас занимается 15-ю направлениями гуманитарной деятельности по всей стране, не только реабилитационными центрами, но и 15-ю направлениями различной гуманитарной деятельности. И повсюду мы стараемся помогать и православным верующим, и католикам. Поэтому мы эффективны. Я верю, что тот опыт, который есть у каждого из нас, должен поддерживать те начинания, которые есть у различных церквей, в том числе у русской православной церкви и с социальной доктриной, с которой выступил совсем недавно Митрополит Кирилл.

ГАМОЛЬСКИЙ Павел Юрьевич - председатель Клуба бухгалтеров и аудиторов некоммерческих организаций.

Добрый день, дорогие коллеги. В своем коротком выступлении я хотел бы обратить ваше внимание на острую необходимость привлечения внимания широкой общественности к проблемам налогообложения некоммерческих организаций.

Сегодня выступал Максим Владимирович, с большим оптимизмом говорил о Налоговом кодексе. У меня по этому поводу другая точка зрения. Вы, наверное, знаете старый анекдот о пессимисте и оптимисте. Пессимист - это тот, кто говорит: ”Хуже не будет”. А оптимист говорит: “Будет, будет”. Так вот мы сейчас живем в переходный период. И скоро, возможно, все будем вспоминать эти годы, как очень хорошие, замечательные годы с точки зрения налогообложения, потому что то, что наступает( собственно, наполовину уже наступило) и частично наступит с будущего года, очень сильно свернет деятельность благотворительных организаций. Более конкретно. С этого года вступила в силу 21-ая глава Налогового кодекса, НДС, которая предлагает учитывать рыночную цену всех безвозмездно оказываемых услуг и доказывать налоговым инспекциям, что мы не должны платить налог с этих услуг. Все, кто работает в социальной сфере, знают, что рассчитать рыночную стоимость услуг практически невозможно. В особенно сложной ситуации оказались те организации, которые работают не с физическими лицами, а с другими некоммерческими организациями, в том числе благотворительными. Так, например, налоговая служба говорит: чтобы не платить налог с благотворительных услуг, оказанных в пользу других организаций, нужно с каждой из них подписать договор, акт и т. д.

Большая несправедливость в законодательстве зафиксирована по подоходному налогу. Так, например, если организация оказывает помощь своему сотруднику, то она до 2000 рублей подоходный налог не берет. А если она оказывает благополучателю, который не должен быть сотрудником, то она должна брать подоходный налог с 1-го рубля. Очень трудно объяснить ребенку или старику, почему из помощи, выделенной ему, он получил не 1000 рублей на руки, а только 870. Но ситуация, когда оплачено лечение или операция ребенку и когда человек деньги на руки не получал, то налог он должен заплатить сам по месту жительства. Это особенно аморально по отношению к инвалидам и некоторым другим. Даже если организация провела благотворительный концерт, она должна рассчитать рыночную стоимость этого концерта и посчитать, какой доход получил каждый человечек.

Теперь о призах. Многие благотворительные организации устраивают конкурсы. Если этот конкурс проводится по решению органов власти, то призы в пределах 2000 подоходным налогом не облагаются. Но если конкурс проводится по собственной инициативе некоммерческих организаций, то нужно брать с приза, в том числе с какой-то детской игрушечки, подоходный налог.

Особым ударом по благотворительным организациям стал единый социальный налог. В последний момент, уже после 2-го чтения, когда год назад принимался Налоговый кодекс, часть 2-ая, была внесена поправка, согласной которой любые безвозмездные выплаты стали облагаться единым социальным налогом. Мало того, в Кодексе было написано, что такие выплаты не облагаются этим налогом, а ставка которой почти 36 процентов, если производится из чистой прибыли. Но благотворительные нормальные организации коммерческой деятельностью не занимаются. И соответственно выплаты эти производят не из прибыли, а из целевых поступлений. Соответственно по логике наших фискальных служб приходится платить 36 процентов с каждого рубля, переданного в пользу благополучателей. Особая несправедливость по поводу инвалидов. Если инвалид получает зарплату, зарплату не в обществе инвалидов, а в любой другой организации, он единый социальный налог не платит. Но если этому же инвалиду оказана благотворительная помощь, то на эту помощь должен начисляться единый социальный налог.

С будущего года вступит в силу 25-ая глава Налогового кодекса - налог на прибыль. Это особый удар, новый удар по некоммерческим организациям. В Кодексе в 25-ой главе сформулирован перечень целевых поступлений, которые не будут облагаться налогом. Среди тех поступлений, которые наиболее распространены в некоммерческих организациях, - это членские взносы и пожертвования. Очень много некоммерческих организаций создано в форме автономных некоммерческих организаций, союзов, ассоциаций и т. д. Все они пожертвования получать согласно Гражданскому кодексу не могут. Соответственно произойдет, возможно, то, о чем говорил Максим Владимирович, - это подталкивание всех благотворительных организаций к ведению предпринимательской деятельности, против чего я всегда выступал и продолжаю выступать, поскольку это подрывает имидж некоммерческих организаций и искажает структуру некоммерческого сектора, так как часто деньги направляются не на благотворительные цели.

С нового года отменяются все льготы, в том числе для образовательных, религиозных организаций. В том числе отменена трехпроцентнаяльгота по налогу на прибыль, которой пользовались жертвователи. Какой общий вывод я хотел бы сделать? Мы не требуем льгот, мы требуем справедливого налогообложения. Если 3 процента - это в чистом виде льгота, то большинство наших требований сводится к тому, чтобы не облагать налогами целевые поступления и основную непредпринимательскую деятельность благотворительных организаций. Уже несколько лет в России действует Общероссийская коалиция некоммерческих организаций “За справедливое налогообложение некоммерческих организаций”. Но результат ее работы пока очень незначительный. В Думе нас понимать не хотят. Я предлагаю включить в Резолюцию дополнительно тезис о необходимости изменения законодательства “О налогообложении некоммерческих организаций “ и привлечения внимания самой широкой общественности к этим проблемам.

Год назад в одном из американских Фондов проходило совещание участников благотворительной деятельности из стран СНГ. Одна участница из Киргизии с гордостью сообщила о том, что в Киргизии согласно принятому республиканскому закону общественные организации полностью не подлежат никакому контролю со стороны государства. Я полагаю, что такой подход ошибочный. И не должно быть мелочного контроля за каждым шагом некоммерческой организации, но крупные некоммерческие организации, конечно, должны публиковать свою отчетность и создавать условия, чтобы любой жертвователь, даже любой благополучатель смог ознакомиться с этой деятельностью. Пока такое требование законом установлено для Фондов, правда, его почти никто не соблюдает. Если мы говорим, что должно быть, то должна быть публикация отчетов или создание условий для ознакомления общественностью. Вот в качестве одного варианта, может быть, не самого удачного, скажем, Союз благотворительных организаций мог бы иметь какую-то библиотеку отчетов некоммерческих организаций, где любой жертвователь, любой представитель государства, бизнеса мог бы ознакомиться с таким отчетом.

Еще об одной проблеме я хотел бы сказать очень коротко. Это проблема учета. Дело в том, что финансовое законодательство очень несовершенно и некоммерческие организации, особенно благотворительные, обязаны каждый полученный дар, который сделан не деньгами, а в натуральной форме, оценить по рыночным ценам. Представьте себе ситуацию: подарили костюмы для театрализованного представления, подарили старые вещи. Нужно каждую вещь оценить по рыночным ценам, документально подтвердить. И после этого еще доказывать уже в сфере налогообложения.

Я хотел бы, чтобы вы услышали мой крик, потому что, если мы ничего не предпримем, с 1-го января благотворительная деятельность будет практически свернута.

Когда все инвалиды и пенсионеры, кто получал в этом году доходы в виде концертов, в виде оплаченных операций, после Нового года получат извещение на уплату подоходного налога, эта проблема встанет с новой остротой. И вот то, что я говорил по поводу Союзов, ассоциаций, некоммерческих партнерств, автономных некоммерческих организаций, с 1 января большинство из них вообще не смогут получать финансовую помощь, не облагаемую налогами.

Последнее, что я хотел бы сказать. Необходим общественный контроль. Эту необходимость нужно зафиксировать в федеральных законах, контроль общества и государства за теми организациями, которые, прикрываясь названием “благотворительная организация” или “общественная организация инвалидов”, занимаются отмыванием денег. Используя фамилии инвалидов, их статус, наживают при этом огромные капиталы. В качестве маленького примера хочу привести одну организацию, которая выплачивала инвалидам материальную. помощь по 1000 рублей, Там писали, что это зарплата, и платили им по 1000 рублей зарплаты, говоря, что у них 51 процент численности инвалидов, а остальные сотрудники получали сотни тысяч рублей. Необходим жесткий общественный контроль за всеми организациями - получателями льгот. Телефон Клуба бухгалтеров и аудиторов некоммерческих организаций .

ВОПРОС - Павел Юрьевич, я воспользуюсь случаем и представлю еще раз Павла Юрьевича как лучшего по профессии года, лучшего аудитора некоммерческого сектора, высокий профессионал.

У меня есть вопрос. Была проведена общественная кампания “ЗА справедливое налогообложение”. И Вы правильно сказали, в целом она не увенчалась, не оправдала тех надежд, которые на нее возлагали. Есть ответ из Министерства РФ по налогам и сборам относительно налогообложения единым социальным налогом. Как Вы его прокомментируете?

ГАМОЛЬСКИЙ П. Ю. В конце прошлого года были изданы “Методические рекомендации” Министерства по налогам “По применению 24-ой главы Налогового кодекса - единый социальный налог”. В этих “Методических рекомендациях” было написано, что все благотворительные выплаты облагаются единым социальным налогом, четко было написано. И следующим абзацем : другие выплаты посторонним лицам облагаются единым социальным налогом.

В апреле Министерство по налогам и сборам сыграло красивую игру, которую я считаю лицемерием. И исключило из своих “Методических рекомендаций” упоминание о благотворительных выплатах. Но, исключив этот абзац, в этих “Методических рекомендациях” остались все безвозмездные выплаты в пользу посторонних лиц, включающие в частности и благотворительные выплаты. Поэтому ситуация совершенно не изменилась. И необходимы изменения в Налоговый кодекс.

БОЧАРОВА Светлана Евгеньевна – заместитель Председателя Центрального совета, председатель Московского отделения Международного информационно-просветительского движения “Добро без границ”.

Я шла на это совещание и думала, что оно будет очень острым, очень больным, потому что, действительно, проблема благотворительности в России очень больная проблема. Дело в том, что существующий закон “О благотворительности, о благотворительной деятельности в России”, который сегодня действует, настолько несовершенен, что я его отношу к разряду криминально опасных. Однажды в прямом эфире «Радио Россия”, у меня был на эфире известный вам депутат Борщов. Я ему прямо задала вопрос:» Валерий Васильевич, скажите “да” - “нет”, криминально опасный закон или нет. И он сказал: Да. С принятием этого закона благотворительность в России стала криминальной. В законе не разделена деятельность общественных благотворительных организаций и частных благотворительных организаций. Поэтому после принятие этого закона при всех коммерческих структурах в срочном порядке стали создаваться благотворительные фонды, которые выполняют свои программы. Мы знаем цель этих программ - отмыть деньги и уйти от налогообложения. А общественные организации оказались в сложной ситуации. Когда идешь в коммерческую структуру, они говорят: А у нас есть при себе свой фонд, и мы через него выполняем благотворительные программы. В то же время создается другая ситуация. Сейчас в Москве принят закон “О взаимодействии общественных благотворительных и прочих организаций с государственными организациями”. Мы там тоже оказываемся в нехорошей ситуации. Общественные организации, которые не прогибаются под властью, общественные организации, которые противостоят власти, принципиально, по своим позициям, от власти не получают поддержки. А свое отношение к правительству Москвы к нам мы определили так: одобрять, но не поддерживать. Нас одобрили, нас наградили Почетной грамотой Московской Думы, везде говорят о нас, что мы хорошие, а в то же время, когда мы предлагаем провести школу PR для общественных организаций, чтобы научить общественные организации работать и из рубля делать 13 рублей, без использования коммерческих вещей, Московское правительство нам отказывает в поддержке. Мы предложили такую же школу провести для общественных организаций России - нам тоже было отказано в получении такого гранта. Мы считаем, что неэффективность наших благотворительных общественных организаций именно в том, что многие из вас не знают, как пользоваться PR-ом. Для многих из вас PR - какое-то дело то, по той стороне. Или черный PR, куда вы попадаете.. Когда я пришла в “Комсомольскую правду”, мне там прямо сказали: Или 200 долларов на стол - получишь полосу, или вообще ничего. За 200 долларов публиковаться в “Комсомольской правде”, простите меня, даже в очень прогрессивной газете я никогда не буду. 11 лет я работаю в благотворительности - ни одному СМИ я не дала ни копейки. Но только в этом году у нас более 300 публикаций в средствах массовой информации! Как мы работаем? За счет PR, за счет остроты проблем, которые мы ставим. Мы не занимаемся пропагандой и рекламой своей организации. Наверное, благотворительные организации не должны этим заниматься. А заострять проблему, проводить крупные мероприятия, пресс-конференции, круглые столы. - это, наверное, надо. Недавно мы провели в этом зале пресс-конференцию для журналистов, которая называлась “Чечня - война, расстрелянное детство”. Вы знаете, что сегодня в Чечне 220 тысяч жертв мирного населения, из них 10 процентов - это дети. Только сегодня в Чеченской республике проживает 3000 детей-сирот, которые не получают никаких пособий, оформить на которых документы нельзя, ни на опеку, ни на усыновление. Государство бросило этих детей на произвол судьбы. Конечно, к нам пришла пресса, мы получили очень много публикаций. Я благодарна газете “Меценат”, которая одна из первых согласилась опубликовать наш материал о чеченских детях, а ведь ни одна общественная организация в России не занимается этой проблемой. “Мемориал” занимается нарушением прав граждан, еще кто-то занимается. Но конкретно детьми! Никто! Но в то же время, когда мы идем к спонсорам и говорим: Дайте нам деньги, мы возим детей из Чечни в Москву. У нас четкая установка - мы привозим именно из регионов Чечни в Москву детей. Нам дают граждане, нам приносят старухи, нам приносят пенсионерки. Одна пенсионерка приехала, говорит: Я в больнице месяц пролежала, я сэкономила свою пенсию. Вот вам 500 рублей. Деньги можно собирать и нужно собирать.

Я согласна, что благотворительные организации сегодня в налоговом положении оказались в тяжелом положении. Необходимо корректировать не только закон “О благотворительной деятельности” , но и Налоговый кодекс по отношению к благотворительным организациям, четко разделяя частные фонды и общественные фонды. И те льготы, которые должны распространяться, должны распространяться в первую очередь на общественные фонды. Это позволит уйти от криминалитета, тогда это позволит очистить нашу благотворительность. А то, что она чистая, что люди в ней честные работают и чистые, я абсолютно уверена в этом. И еще хотелось бы сказать, что вот такие совещания должны работать в электронном пространстве, потому что то, что говорилось нам до этого 3 часа, все это можно было опубликовать в Интернете и провести совещание в Интернете, а уже с конкретными вещами выходить сюда. Это повысило бы нашу эффективность. А так мы просидели 3 часа, проговорили, а о чем, не понятно.

У нас программа создания Центра добровольцев в Москве была признана как московская комплексная городская благотворительная программа. Но в московском законе нет налоговых льгот по этой программе, и мы эту программу 5-ый год выполняем без каких-либо налоговых льгот. У нас была программа создания центра творческой реабилитации детей-инвалидов. Это московская городская благотворительная программа. Мы ее выполнили - мы построили в Москве театр, мы создали там центр творческой реабилитации. Более того, здесь нас правительство Москвы поддержало и дало нам 2,5 миллиона рублей на вторую очередь реконструкцию этого театра. В октябре он поднимет сцену, и в Москве будет первый театральный, нормально действующий Центр творческой реабилитации детей. Я хочу сказать, что Московский городской благотворительный совет тоже не понятно, как определяет городские благотворительные программы. К нему очень много претензий. Я одно время была экспертом этого совета, и мы, эксперты, дружно давали какой-то программе отрицательную оценку. А программа в результате благотворительным советом принималась. Узнавали за что. А за счет того, что эта организация произвела ремонт в том же благотворительном совете. Такие вещи должны четко отслеживаться. Это то, что наносит удар по благотворительности, по московским городским программам, то, почему сегодня прозвучало такое, что московский закон “О благотворительности” и благотворительные программы не сработали так, как хотелось бы.

Контактный телефон движения . Телефон PR-центра . Телефон московского Центра добровольцев , там есть еще один телефон , это Дом культуры инвалидов “Надежда”, на базе которого работает Центр добровольцев.

Мы этот вопрос ставим уже лет 8, еще до того, как закон “О благотворительности” принимался. Но, к сожалению, там нас не услышали, а депутат Государственной Думы Несневич тогда заявил: Света, Борщов хороший человек, что ты хочешь? Он, наверное, и хороший закон видит. Я говорю: Хороший человек - это еще не значит, что хорошее законодательство.

ЛЕОНТЬЕВА Наталья Александровна – президент Региональной общественной благотворительной организации помощи инвалидам - душевнобольным «Невский Родительский Дом» (г. Санкт-Петербург).

База подобных организаций основана на благотворительных и спонсорских взносах. Но часть расходов в деятельности общественных организаций берут на себя государственные и муниципальные власти, так как сумма данных расходов значительно меньше громадных средств, которые тратятся на пребывание пациентов в стационарных медицинских учреждениях. Здесь можно сказать, что у нашего соседа Финляндии численность населения сопоставима с Санкт-Петербургом, там существуют десятки негосударственных общественных организаций, работающих в сфере психического здоровья. И участники наиболее крупных из них имеют активное представительство в государственных и муниципальных органах, а членами попечительских советов этих организаций, как правило, являются бизнесмены и коммерсанты. Кроме внутригосударственных связей, общественные организации работают в сфере психического здоровья, объединены в международные союзы, ассоциации, имеют общие программы помощи лицам, страдающих психическими заболеваниями. На этом благополучном для других фоне, стараясь максимально использовать международный опыт, в Красногвардейском районе Санкт-Петербурга впервые в нашем городе и вообще на северо-западе мы попытались организовать благотворительность в адрес наших благополучателей, используя общественный, коммерческий и государственные секторы. В основе деятельности представленных двух наших организаций лежит интеллектуальный и материальный вклад медицинской организации “Балтик-энд-мед”, которая вместе с Санкт-Петербургской государственной медицинской Академией имени Мечникова, профессор , является основателем и главным инвестором наших организаций. Профессор Шабров и руководство коммерческих медицинских организаций “Балтик-энд-мед” входит в совет руководства наших организаций, принимает участие в определении основных направлений нашей деятельности. “Балтик-энд-мед” является основным работодателем наших пациентов, в его рамках организован социальный цех “Самоцвет”, в структуре которого имеются учебные и производственные участки. Кроме того, в рамках программы “Заботы о душе” нашими организациями учреждены хозяйственные общества “Невский дом-плюс” и “Невский юридический дом”, которые часть своих доходов перечисляют на нужды общественных организаций, бесплатно оказывают некоторые виды услуг нашим благополучателям, используют в своей деятельности труд участников общественных организаций. Наша деятельность известна и признана во многих странах мира, основные связи поддерживаем с представителями подобных организаций из Голландии, Великобритании, США, Финляндии и других стран. Наконец, нам удалось привлечь внимание государственных административных органов ( этого мы добивались очень долго) , государственных учреждений у себя дома. Мы вошли в координационный совет по связям с общественными организациями и администрацией района, заместители глав территориальных управлений являются координаторами некоторых совместных с администрацией проектов. Большую помощь нам оказывают отдельные учреждения здравоохранения района и управление по народному образованию, выделяя в качестве аренды помещения, на площадях которых осуществляется медико-социальные реабилитационные программы для инвалидов. В ответ наши благотворители, коммерческие организации оказывают этим учреждениям соответствующую помощь.

В наших планах, помимо развития социальных и общественных связей, создания новых реабилитационных программ, большое внимание уделено социально ориентированному бизнесу, в котором активное участие должны принимать наши благополучатели. Имеется твердое убеждение, что наше совещание, предстоящий Гражданский форум подскажет нам новые пути совершенствования, поможет нашим благотворителям наконец получить государственную законодательную поддержку их благородного дела.

ЧВЫР Илья Хасанович - председатель правления Международного благотворительного фонда поощрения искусств.

Я приветствую Вас, уважаемые коллеги. Много говорилось из того, что я хотел сказать. Но самый главный вопрос - воздействие государства с некоммерческими организациями. Это достаточно больной вопрос, которому можно посвятить Второе Всероссийское совещание.

Государство, да и многие коммерческие структуры, как уже отмечали, считают нас простыми посредниками между дающими и получателями, упуская из виду ту огромную работу, которая порой идет совершенно бескорыстно, подменяя собой государственные структуры. Это отделы социального обеспечения, статистические центры, информационные, правовые, организационно культурно-бытового назначения, медицинские реабилитационные центры, центры досуга и воспитания детей и подростков. Накоплен огромный потенциал некоммерческими организациями, большой информационный блок о социальном состоянии в нашем государстве, опыт работы с детьми, малоимущими, инвалидами, многосемейными, с юными талантами. Разработаны уникальные программы от реабилитации больных и учебных программ до серьезных культурных проектов. Как говорила Надежда Румянцева в кинофильме “Девчата”: “Пользуйтесь”. Не хочет государство сотрудничать с нами, оно не знает, что с нашим опытом делать. Поэтому и не торопится с законотворчеством. Тем не менее нужны новые законы, работающие не только в интересах государства и узкого круга чиновников, а необходимо, чтобы эти законы соблюдали прежде всего наши интересы и интересы тех благополучателей, с которыми мы работаем. Теперь о важном субъекте в благотворительных деяниях - о меценате. Еще в 3-м созыве в Комитете по культуре Государственной Думы, где я являюсь уже 6-ой год советником, под председательством Станислава Говорухина был разработан проект закона “О меценатах и меценатской деятельности”, с участием таких известных людей, как Николай Губенко, нынешнего председателя комитета, Иосиф Кобзон, Михаил. Меня, Галина. Волчек и др. Закон направлен на поддержку меценатов и меценатской деятельности в сфере культуры, искусства, образования, науки, социального обеспечения граждан, здравоохранения и физической культуры и спорта. В законе прописаны предметы регулирования правовых гарантий для функционирования и развития меценатской деятельности. Основные ее цели: закон определяет стороны, участвующие в меценатской деятельности, регулируют отношения между меценатами и получателями и государством. Впервые сделана попытка законодательно создать условия для развития меценатской деятельности путем морального поощрения и экономического стимулирования меценатов, определен статус мецената. Также впервые прописаны общие требования к получению меценатской поддержки и о государственных гарантиях меценатской деятельности. В настоящее время (это уже 2 с лишним года) закон до сих пор в работе. Комитеты Госдумы по здравоохранению, физкультуре и спорту, образования, науки и социального обеспечения очень неохотно принимают участие в разработке этого закона. Депутаты откровенно говорят: А нужен ли сам этот закон? И нам неинтересно этим заниматься.

Между тем сегодня это весьма и весьма насущная потребность. Если этот закон все-таки будет подготовлен и принят, заработает простая схема - меценат через распределительную систему благотворительных организаций сможет целенаправленно помогать инвалидам, больным, терпящим социальные бедствия слоям населения. Любое процветающее предприятие сможет взять шефство над детским домом, больницей, делить свои прибыли не с равнодушной государственной махиной, а с теми, кому эта помощь крайне важна.