Введение (стр. 5 )

Стоит также отметить, что одноканальное финансирование высшей профессиональной школы из федерального бюджета при самом оптимальном варианте не может учитывать все нюансы социально-экономических условий региона, в которых приходится вести свою работу конкретному вузу. Например, некоторые специфические условия Тюменского региона делают здешние вузы одними из самых дорогих в стране. Рассчитываясь за услуги строителей, транспортников, коммунальных служб, вузы вынуждены оплачивать высокую заработную плату, районные коэффициенты своих контрагентов. В условиях рыночной экономики никто не хочет поступаться своими экономическими интересами, коммерческой выгодой. Заметим, что практически нигде для вузов не установлены льготные тарифы на услуги коммунальных служб, как это сделано для медицинских и общеобразовательных учреждений. Финансирование тюменских вузов ведется практически по усредненным нор­мативам Российской Федерации. Так относительно благо­приятные экономические условия Тюменского региона для других отраслей экономики влияют на здешние вузы не самым лучшим образом, делают их еще более бедными. В таком же положении находятся многие вузы Сибири и Дальнего Востока.

В общем контексте формирования новых федеративных взаимоотношений "центр — субъекты федерации" возникают непростые вопросы разграничения федеральной и муниципальной собственности. Известно, что вузы за десятилетия по разным каналам накопили достаточно боль­шую недвижимость, занимая часто лучшие здания в центральных районах городов. Хотя практически все высшие учебные заведения без исключения в прошлом и за небольшим исключением сегодня относятся к федеральной форме собственности, местные власти под давлением центра, общественности вносили немалый вклад в развитие материальной базы высших учебных заведений. К примеру, если оценивать материальную базу Тюменского университета, то она процентов на восемьдесят создана за счет местных бюджетов различного уровня.

До начала экономического и политического реформирования российского государства никто не обращал особого внимания на форму собственности. В результате реформ ситуация изменилась кардинальным образом. Проведены основательные разграничительные линии между федеральной собственностью, собственностью субъектов федерации, муниципальной собственностью. В настоящее время федеральные власти не выделяют необходимых инвестиций не только для нового строительства, но даже для поддержания имеющейся материальной базы вузов. Поэтому есть смысл передать большую часть собственности вузов местным органам власти или сделать ее собственностью коллективов вузов, закрепив раздел в договорной форме. Такие подхо­ды позволят местным властям, сохраняя право собственности на вузовские объекты, инвестировать бюджетные средства в их материальную базу.

Надо определяться и с объектами корпоративной собственности трудовых коллективов высших учебных заведений, которые строятся или приобретаются на средства, заработанные или привлеченные коллективом высшего учебного заведения. В Федеральном Законе " О высшем и послевузовском профессиональном образовании" предусматривается, что высшему учебному заведению принадлежит право собственности на денежные средства, имущество и иные объекты собственности, переданные ему физическими и юридическими лицами
в форме дара, пожертвования или завещания, на продукты интеллектуального и творческого труда, являющиеся результатом деятельности высшего учебного заведения, а также на доходы от собственной деятельности и приобретенные на эти доходы объекты собственности. Однако такие недвусмысленные положения Федерального Закона встречают сильное сопротивление региональных агентств по управлению федеральной собственностью. Поэтому надо ускорить разработку механизма оформления в собственность той части материальной базы вуза, при создании которой использовались средства, заработанные или привлеченные коллективами вузов. Возможно, придется пойти и по пути оформления долевой собственности разных субъектов управления высшей профессиональной школой и коллективов вузов.

Строительство новой российской государственности ведет к возрастанию роли национально-государственных и административно-территориальных субъектов Федерации во всех сферах жизни, в том числе и в сфере высшего профессионального образования. Действительно, сама стратегия образовательных реформ, взаимоотношения по этому поводу между отдельными субъектами Федерации занимают все более важное место в разграничении полномочий между ними.

И здесь крайне важно не ошибиться, полнее использовать и мировой опыт, и лучшие отечественные традиции, и специфику конкретных демографических, социально-экономических и национально-культурных условий региона. Любой вуз, действуя в системе координат конкретных региональных условий, более того являясь сам важнейшим научным, культурным составляющим этой региональной специфики, должен ориентироваться на запросы регионального сообщества, разумеется, сохраняя ориентиры на государственные стандарты высшего профессионального образования. Надо исходить из того, что регионализация высшего профессионального образования может быть эффективной только в системе общегосударственного образовательного пространства.

Реальное признание возможностей регионов в управлении процессами высшего и среднего профессионального образования было положено в 1992 году на совещании в Чебоксарах, где состоялось подписание одного из первых соглашений между Госкомвузом России и законодательными и исполнительными органами власти республики о разграничении полномочий по управлению высшими учебными заведениями и оказанию им финансовой поддержки из средств местных бюджетов.

Коллегией Госкомвуза России в октябре 1992 года были определены основные направления взаимодействия с законодательными и исполнительными органами власти субъектов Федерации, к которым были отнесены:

1. Анализ управления региональными системами высшего образования и передача им части функций федеральных органов управления.

2. Изучение возможных источников финансирования и согласование политики по федеральному и региональному финансированию.

3. Упорядочение сети периферийных подразделений высших учебных заведений.

4. Оптимизация подготовки кадров в вузах региона.

5. Интеграция высших учебных заведений со средними профессиональными учебными заведениями.

6. Интеграция высших учебных заведений.

7. Конверсия высших учебных заведений.

8. Развитие интегрированной вузовской инфраструктуры в образовательной, научной, производственной и социальной сфере. Кооперация в развитии издательской, маркетинговой и международной деятельности, а также в развитии учебно-материальной базы.

9. Взаимодействие с другими образовательными системами, поиск и работа с талантливой молодежью.

10. Определение форм участия высших учебных заведений в социально-экономическом развитии региона, включая анализ производительных сил, формирование и выполнение региональных научно-технических программ, кадровое обеспечение структурной перестройки экономики, в том числе путем переподготовки и повышения квалификации специалистов (16).

В ноябре 1993 года подписано соглашение между Госкомвузом России и администрацией Тюменской области о мерах по реформированию и развитию высшей и средней профессиональной школы Тюменской области. В принятом документе подчеркивалась необходимость совместной разработки современных вариантов управления, финансово-ресурсного обеспечения вузов и техникумов, определения объема подготовки специалистов и финансирования научно-технических разработок, решения социальных вопросов. Принципиально важно, что в этом документе впервые были подтверждены обязательства региона по созданию материальной базы вузов, финансированию научно-исследовательских разработок. В январе 1994 года решением администрации области в регионе создан Комитет по науке и профессиональному образованию администрации Тюменской области.

С разделением прав и обязанностей между федеральным центром по управлению высшей школой и региональными властями ускорились реформирование вузов региона и, в первую очередь, университезация. Был преобразован в государственный технический нефтегазовый университет индустриальный институт, специализированный на подготовке кадров для нефтегазодобывающего комплекса. Сельскохозяйственный, медицинский и инженерностроительный институты были преобразованы в соответствующие государственные Академии.

Действительно, надо отметить, что в последние годы университезация многих российских вузов заняла ведущее место в региональной структурной перестройке высшего профессионального образования. И, прежде всего, потому, что она по своему характеру предполагает межотраслевую интеграцию различных направлений подготовки специалистов, научной и гуманитарной деятельности. Если институты как ведущая организационная форма высшего профессионального образования были, в основном, ориентированы на обеспечение специалистами и научными исследованиями отраслей экономики и культуры, то университеты изначально ориентированы на обслуживание всего социума: страны, народа, региона.

Создание новых университетов, существенное расширение поля их деятельности не могло не привести к конкуренции, а в некоторых случаях и обострению отношений с классическими университетами, действующими в тех же Регионах. Мы полагаем, что это нормальная ситуация в новых условиях деятельности российской высшей школы, и время все расставит по своим местам, покажет, какой вуз может эффективней работать в той или иной нише регионального сообщества. В перспективе не исключены варианты менсвузовской интеграции между гуманитарными и техническими университетами, университетами и отраслевыми академиями. Поспешная университезация пока привела к тому, что некоторые отраслевые институты были без достаточных оснований преобразованы не в академии, а как это бы странно не звучало, в отраслевые университеты — аграрные, медицинские, педагогические, морские, нефтегазовые и т. п.

Справедливости ради надо отметить, что, к примеру, сами нефтегазоуниверситетчики понимают некоторую двусмысленность своего нового статуса. В сборнике под редакцией и можно прочитать: "Ведь речь идет о совершенно новой университезация — образовании профильных университетов, в частности, технических университетов. А в случае нефтегазового университета профильность становится еще более узкой в силу откровенно отраслевой ориентации. Может ли такой университет претендовать на роль социального центра в общности, мучительно отказывающейся от недавнего героического прошлого во имя будничного настоящего?

Несоответствие между сложившимся в сознании образом университета и прилагательным "нефтегазовый" сразу же бросается в глаза. Проще всего объяснить это несоответствие потерей чувства реальности у инициаторов перенаименований. Но можно увидеть в подобном шаге попытку уравновесить (заземлить) нефтегазовой реальностью утопическую устремленность к университетским высотам" (17). Вот так: и университетом хочется быть, и жалко отрываться от богатой нефтегазодобывающей отрасли. Ну, а если в общественном сознании веками сложился несколько другой образ университета и университетского образования, то тем хуже для общественного сознания, его надо просто заземлить. По пути авторы умудрились еще бросить камень и в соседа: "Профессионализм второй ступени (речь идет о магистрах — Г. К.) — высоко развитое и организованное экономическое мышление, "привязанное" к специфике отрасли. В этом смысле ТюмГНГУ является куда более практичным университетом, чем первый "классический" — Тюменский госуниверситет, где готовят абстрактных "рыночных" профессионалов — "просто" менеджеров, экономистов и т. п." (18).

Остается только указанным авторам задать следующие вопросы. Как же тогда с претензиями на роль социального центра в региональной общности, если даже в теоретических размышлениях вы никак не можете переступить узкоотраслевую ориентацию? Как объяснить такой факт, что только за последние годы сотни выпускников индустриального института получили второе высшее образование в региональном центре переподготовки и повышения квалификации "непрактичного" университета?

Уходя от отраслевого принципа деятельности высших учебных заведений, стоит лучше учитывать практику продвинутых стран, где крупные многоотраслевые университеты давно стали преобладающим типом высших учебных заведений и строятся, в основном, по территориально-многоотраслевому принципу. Как правило, это крупные — несколько десятков тысяч студентов — учебные заведения со сложной и гибкой организационной структурой, объединяющие самые различные направления подготовки кадров: гуманитарные и естественные науки, инженерия и педагогика, медицина и сельское хозяйство, строительство и подготовка офицеров для службы в электронной разведке, культура и искусство и многое другое. Именно поэтому они складываются из большого числа факультетов, колледжей, школ, центров с достаточно высокой степенью автономности и ориентированы на полное удовлетворение образовательных потребностей населения Штата, земли, провинции.

Об эффективности такого варианта развития высшей школы свидетельствует и отечественный опыт университетов в национально-государственных образованиях России, формирование в некоторых республиках региональных университетов как центров науки, культуры, образования. Такой сценарий университетского развития успешно реализуется в Петрозаводском, Мордовском, Чувашском и некоторых других университетах. По такому же варианту развивается в силу целого ряда объективных обстоятельств и Тюменский государственный университет. В центрах большинства крупных регионов сформировались, как правило, не только типичные для России классические университеты, но и экономические, юридические вузы и даже институты иностранных языков и физической культуры. Такой набор вузов характерен для Екатеринбурга, Новосибирска, Красноярска, Иркутска и других региональных центров Урала и Сибири.

В Тюмени университет открывался в относительно небольшом городе, да к тому же на базе сложившегося педагогического института. Именно поэтому он с самого начала интегрировал в своей структуре самые различные направления подготовки специалистов и научных исследований: классические, естественнонаучные и гуманитарные специальности; прикладные специальности: экономика, финансы, правоведение, экология, общеэкономический, социальный и государственный менеджмент и др.

Тюменский университет, пожалуй, единственный в России имеет в своей структуре финансовый факультет, факультет физической культуры. Он один из немногих, где ведется подготовка специалистов по экологии и рациональному использованию природных ресурсов, государственному и муниципальному управлению, ихтиологии и рыбоводству. В структуре университета — Международная высшая школа бизнеса и банковского дела, Высшая педагогическая школа, Международный лингвистический центр, крупный региональный центр переподготовки и повышения квалификации кадров. Эта многопрофильность университета и определяет его размеры — почти 11,5 тысяч студентов.

Подобный сценарий развития отечественной высшей школы — пока скорее исключение, чем правило. Большинство отечественных вузов придерживаются еще отраслевого варианта развития, остаются относительно небольшими учебными заведениями в несколько тысяч студентов, с неразвитой научной и социальной инфраструктурой, не имеют резервных территорий для своего перспективного развития. Дело в том, что, несмотря на все последние переименования, не меняется менталитет многих руководителей вузов, им просто не хватает управленческой подготовки, чтобы энергично осваивать новые сферы деятельности, подготовки специалистов для всего регионального социума.

Можно прогнозировать, что по мере дальнейшего углубления экономических и политических реформ в России, совершенствования федеративных отношений, основательного знакомства с практикой европейских и североамериканских университетов будет изменяться общепринятая парадигма формирования и развития отечественных вузов. И, прежде всего, в плане интеграции профессиональных учебных заведений в университетские системы, объединения технических и классических университетов, университетов и отраслевых вузов.

Политика регионализации, разделение полномочий и ответственности за состояние высшей профессиональной школы между центром и регионами позволили сделать лишь первые шаги по реформированию и развитию высшей школы, в большей мере привязать их учебную и научно-исследовательскую работу к реальным потребностям регионального сообщества, найти дополнительные источники финансирования их деятельности.

Однако политические и законодательные разграничения полномочий между федеральным центром и регионами пока еще не отрегулированы с финансовыми, налоговыми и другими мерами, которые только и могут наполнить выработанные конструкции новых отношений между центром и регионами. В реализации новой региональной политики надо быть реалистами. Именно источники и объемы финансирования высшей школы определяют тот оптимальный уровень централизации и децентрализации управления, на котором следует остановиться в регионализации высшего образования. Это, пожалуй, один из самых главных вопросов в стратегии реформирования отечественной высшей школы.

Рост национального самосознания небольших национально-государственных образований — автономных областей, автономных округов, реализация их конституционных прав как полноправных субъектов Российской Федерации приведут к возникновению небольших самостоятельных вузов в этих национально-государственных образованиях. Об этом можно судить по процессам становления высшего профессионального образования в Ханты-Мансийском автономном округе.

Власти автономного округа не ограничились существованием в некоторых городах филиалов Тюменского нефтегазового университета, Тюменской сельскохозяйственной Академии, Тобольского педагогического института и некоторых других вузов. После осознания своих новых политических и экономических возможностей руководители автономного округа и нефтяных городов пошли на создание педагогических институтов в Сургуте и Нижневартовске, учреждение университета в городе Сургуте. Прорабатывается концепция создания университета в столице автономного округа — Ханты-Мансийске. Кстати, учреждение университета в Сургуте первоначально как муниципального образовательного учреждения после долгих концептуальных споров привело в конце концов к появлению новой для России организационной формы — государственный вуз субъекта федерации.

Другая важнейшая тенденция реформирования высшей школы — дальнейшая регионализация всей деятельности высших учебных заведений, их образовательных, научных, культурных и других функций. Указанные тенденции приведут не только к более оптимальному разграничению полномочий между федеральным центром и субъектами федерации, но и ко все большему участию местных органов власти в организации приема в высшие учебные заведения, особенно в плане переподготовки и повышения квалификации кадров, привлечению вузов к проведению региональной инвестиционной политики, законотворческой деятельности, подталкивая процессы интеграции высших учебных заведений.

В настоящее время эта работа идет по линии заключения договоров на подготовку кадров между вузами и органами государственной власти субъектов федерации, руководителями муниципальных образований с соответствующими обязательствами сторон. Достаточно отметить, что уже в 1995 году финансирование Тюменского университета из местных бюджетов практически сравнялось с финансированием из федерального бюджета. Следующим реальным шагом может стать переучреждение высших учебных заведений, когда в состав учредителей вузов войдут не только федеральные структуры управления высшей школой, но и органы власти субъектов Федерации. По крайней мере, коллектив Тюменского госуниверситета не раз высказывал свое положительное отношение к этой идее.

Разумеется, регионализация деятельности каждого конкретного вуза находится под мощным прессом государственно-правовых, социально-экономических и национально-культурных особенностей региона. Поэтому для отработки стратегических пиний развития любого регионального центра высшей школы, в первую очередь, необходим глубокий, научный анализ всей специфики прошлого и настоящего развития региона. В этом плане специалисты Тюменского госуниверситета по заказу законодательных и исполнительных органов власти области и автономных округов вместе со своими коллегами из других вузов выполнили прогнозную разработку "Кадры — 2000".

Конечно, любое прогнозирование в условиях реформирования, перехода экономики на новые принципы функционирования — дело более, чем неблагодарное. Но лучше иметь хоть плохонький прогноз, чем оставаться в полной неопределенности и при этом твердить о реформировании высшей школы.

Имитационное моделирование, выполненное специалистами Тюменского госуниверситета для монетаристского, протекционистского и консервативного варианта развития экономики Тюменского региона, показало, что потребность в кадрах специалистов до конца текущего тысячелетия; по некоторым группам (экологи, инвестиционные экономисты, строители, специалисты сельского хозяйства и др.) может меняться в зависимости от варианта развития экономики в пропорции 1:4. А с учетом достаточно продолжительных сроков подготовки специалистов с высшим профессиональным образованием прогнозирование развития высшей школы затрудняется еще больше.

Необходимость решения большинства экономических и социальных вопросов на региональном и муниципальном уровне предполагает более эффективное использование демографического и интеллектуального потенциала территорий, разработку специальных целевых проектов подготовки, переподготовки и повышения квалификации специалистов, включающих в себя изучение возможностей и предпосылок развития высшей профессиональной школы региона в условиях экономического и политического реформирования российского общества. В такой работе важно учитывать опыт и перспективы деятельности высшей школы как одного из факторов социально-политической стабильности, территориальной целостности и устойчивого экономического развития региона.

Можно утверждать, что в современных условиях регионализация высшего и среднего профессионального образования является объективным процессом, в основе которого находятся такие факторы, как:

— новое разделение функций и полномочий федеральных и региональных органов управления, законодательной и исполнительной властей;

— снижение учебной миграции молодежи, повышение привлекательности для молодежи рынка труда по месту жительства;

— существенное сокращение возможностей финансирования высшей и средней профессиональной школы из федерального бюджета и фактический переход к многоканальному финансированию вузов;

— возрастание технических возможностей для использования дистантных форм высшего и среднего профессионального образования, в том числе и образовательного потенциала крупных вузовских центров,

— неполное использование образовательного потенциала столичных вузов и их готовность оказывать всестороннюю научную, методическую, кадровую и иную помощь региональным вузам.

В Тюменском регионе эти объективные факторы регионализации высшего и среднего профессионального образования усиливаются еще и рядом дополнительных обстоятельств, к числу которых можно отнести относительную стабильность экономики нефтегазодобывающего комплекса, большие возможности региональных властей для финансовой поддержки вузов и техникумов, более высокий уровень реальных доходов населения и другие.

ГЛАВА IV. СОЦИАЛЬНО-ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ НАСЕЛЕНИЯ РЕГИОНА

Современные реформы в российском обществе дают основания для. переосмысления места образования, в первую очередь, профессионального, как необходимого условия для приобретения человеком желаемого социального статуса со всеми вытекающими отсюда последствиями. Сама система высшего профессионального образования в результате рыночных преобразований все в большей мере ориентируется на удовлетворение потребностей в образовательных услугах различных демографических и социальных групп. Есть достаточно оснований полагать, что постоянный мониторинг на серьезной научной основе и все более полное удовлетворение образовательных потребностей населения является новой парадигмой в деятельности российской высшей школы.

Строго говоря, термин "парадигма"— лексическая категория, обозначающая видоизменения слова по определенным грамматическим правилам. Первым применительно к системе образования использовал этот термин в известной монографии "Научно-техническая революция и революция в образовании". Предложенное им новое понимание этого термина — "устойчивые образцы, алгоритмы, по которым видоизменяются, трансформируются крупные системы". Таким образом, применительно к системе образования термин "парадигма" означает новые правила игры, подходы к функционированию, целеполаганию в системе образования и ее отдельных элементов.

Мы уже рассказали о коренных переменах в российской системе высшего профессионального образования. Прежняя система централизованного планирования приема абитуриентов и распределения выпускников не только сильно ограничивала права и возможности вузов, но и самих воспитанников высшей школы; мало стимулировала стремление студентов к высокому качеству образования. Выпускник вуза не искал себе работу — его ожидало обязательное государственное распределение, трудоустройство. При любом уровне профессиональной подготовленности место работы ему было гарантированно. Предприятия и организации получали молодых специалистов без каких-либо затрат и мало заботились, об их эффективном использовании, профессиональном росте. Данные статистики свидетельствовали, что больше половины выпускников вузов не работали по специальности, полученной в вузе. Социологические исследования не раз показывали, что молодые инженеры меньше половины своего рабочего времени занимались непосредственно инженерной работой. Насмешкой над их профессиональным предназначением были должности инженера по организации социалистического соревнования в отделах кадров крупных предприятий.

Рыночные реформы в корне изменили такую ситуацию. Выпускники высших учебных заведений уже самостоятельно ищут работу на рынке труда, где с каждым годом усиливается конкуренция за престижные и высокооплачиваемые рабочие места. Вот эта новая для российского общества ситуация довольно быстро изменила отношение студенчества к учебе, их ценностные ориентации.

Центр социологических исследований МГУ (руководитель — проф. Туманов) провел опрос преподавателей на тему, какие нынешние студенты по сравнению со студентами, учившимися 3-4 года назад, то есть на заре рыночных реформ? Большинство — 86 процентов — преподавателей считают, что студенты сильно изменились. У них сформировались качества, позволяющие им легче адаптироваться к сложностям жизни в условиях рынка, делающие их более конкурентоспособными: появились предприимчивость, большая самостоятельность, большая требовательность к преподавателям (знания — необходимый товар). Но что-то и утратилось: студенты стали менее эрудированными, менее трудолюбивыми, менее интеллигентными, менее требовательными к себе (19).

В первую очередь, стоит отметить, что повысился интерес студентов к получению самых современных профессиональных знаний. Можно сказать так: если раньше большинство студентов училось, в основном, ради диплома то в настоящее время происходит заметная ориентация на получение современных знаний, дающих гарантию трудоустройства после окончания вуза, достойного заработка. Можно предположить, что эти новые качества российского студенчества начинают формироваться еще до поступления в вузы и в значительной мере сказываются на социально-профессиональном выборе выпускников средних школ.

При изучении социально-профессиональной ориентации нынешних абитуриентов необходимо учитывать, что проблема приема молодежи в вузы в нашей стране в прошлом была излишне политизированной или точнее идеологизированной. Десятилетиями на первый план ставилась не подготовленность абитуриентов, а социальное положение или происхождение; преимущество при зачислении получали абитуриенты с рабоче-крестьянским Происхождением. Молодые люди из интеллигентных семей, чтобы пробиться в престижные вузы, сначала шли на год-другой на производство, чтобы получить рабочий стаж, то есть строчку в анкете о социальном происхождении заменить на запись о своем новом, уже пролетарском положении. Таким образом получив новый социальный статус рабочего, они как бы очищались от своего "ущербного" социального происхождения и получали значительно больше прав на получение студенческого билета. Абитуриенты, имеющие двухлетний трудовой стаж, зачислялись на самые престижные вузовские специальности практически вне конкурса. Руководство вуза ежегодно отчитывалось за социальное положение или происхождение нового пополнения и могло иметь немалые неприятности, если число первокурсников с рабоче-крестьянским происхождением снижалось ниже пятидесяти процентов.

Десятилетиями отбор в высшие учебные заведения шел не по уму, не по интеллектуальным способностям, а по социальным признакам, что, в конечном счете, особенно в узкоспециализированных вузах, снижало интеллектуальный уровень студенчества и молодых специалистов. Общепризнанный невысокий культурный уровень многих групп отечественной интеллигенции, инженеров, педагогов и даже профессуры вузов в значительной мере является результатом такой социальной практики. В условиях взрывного (термин И. Аитова) развития образования, когда будущий инженер в плане гуманитарной подготовки ограничивался изучением иностранных языков и до предела идеологизированных общественных наук, из вузов выпускалась "полуинтеллигентная интеллигенция".

Право человека на образование, в том числе квалифицированное профессиональное образование — одно из самых фундаментальных прав человека в гражданском обществе с рыночной экономикой. Не стоит забывать о важнейшей социальной функции высших учебных заведений, которые выполняют роль своеобразного социального лифта, распределяя своих воспитанников по различным ступенькам, этажам социальной лестницы. На глазах усиливается конкуренция молодых людей за право получить престижную для нашего времени специальность. Тонко улавливая эти новые для российской жизни нюансы общественного сознания, опытные менеджеры от образования стремятся создавать элитарные учебные заведения, организуют получение образования в престижных зарубежных университетах.

В периоды кардинальных социально-экономических изменений для общества характерна большая вертикальная социальная мобильность, формируется новая политическая и экономическая элита, замещаются прежние социальные группы, выполнявшие функции экономического и политического управления как в масштабе всей страны, так и на уровне регионов, муниципальных образований, некоторых социальных институтов. Эти процессы в периоды больших общественных подвижек приобретают буквально массовый характер.

Роль социальных лифтов, распределяющих людей по различным этажам социальной лестницы, формирующих элитарные социальные группы, могут выполнять большие деньги, к примеру, предпринимательство, в том числе и криминальное, политическая деятельность (вот почему для переходного периода в любом общества характерна масса политических партий, общественных организаций, различных фондов). Конечно, возможны и другие варианты для социального продвижения: родственные связи, удачные браки и т. п.

Но чем в большей степени роль социального лифта для формирования политической, экономической, культурной элиты выполняет система образования, тем динамичней развивается общество; в нем больше социальной справедливости, меньше больших и малых конфликтов. Разумная и справедливая организация образования обеспечивает формирование политической, экономической и культурной элиты за счет самых способных, одаренных и нравственно зрелых людей, что создает большие возможности для стабильности общества.

Эту роль образования в российском обществе еще предстоит осмыслить в полном объеме, сделать предметом инновационных поисков. Как максимально упростить дорогу в университеты одаренной молодежи, чтобы она естественным путем без протекционизма и толстого кошелька занимала студенческие места? Этот вопрос имеет немаловажное значение в общественном сознании, может стать причиной больших и малых конфликтов.

Устойчивое повышение приема на первый курс высших учебных заведений — явление характерное не только для Тюменского региона, но и практически для всех российских вузов. В годах прием в вузы России составил от 650 до 680 тысяч человек, достигнув самого высокого уровня за всю историю российской высшей школы. Тюменский госуниверситет за последние несколько лет увеличил прием на дневное отделение почти в два раза, а общий прием в вузы Тюменского региона устойчиво увеличивается на 15-20 процентов в год.

Разумеется, в основе этой устойчивой региональной и общероссийской тенденции роста престижности высшего образования среди молодых людей и их родителей, значительного увеличения конкурсов и приема на первый курс должны быть достаточно серьезные причины.

Главное обстоятельство стремительного повышения престижности высшего профессионального образования, по нашему мнению, заключается в том, что высшие учебные заведения, втянутые в рыночные отношения, нашли адекватные ответы на вызовы времени, сумели быстро изменить структуру направлений и содержание подготовки специалистов, сделали привлекательными для молодежи высшие учебные заведения в плане профессиональной карьеры, достижения высокого социально-профессионального статуса.

Немалая часть населения, попробовав себя в коммерческих структурах вульгарного, во многом криминализированного рынка и даже заработав какие-то деньги, стала понимать, что без хорошего профессионального образования не обойтись и ищет будущее для своих детей через систему высшего профессионального образования.

Достаточно притягательным мотивом стремления молодых людей в высшие учебные заведения является сохраненная пока, несмотря на все поползновения российского генералитета, отсрочка студентов дневных отделений от призыва в армию на весь период учебы. Это обстоятельство приобрело особое значение в условиях снижения престижа воинской службы, широкого освещения средствами массовой информации таких негативных явлений, как дедовщина, плохое питание военнослужащих.

Социологические исследования, проведенные Тюменским университетом в 1993 и 1997 годах, однозначно показывают повышение престижности высшего образования и в особенности рыночно ориентированных специальностей. Опросы родителей, старшеклассников, экспертов в гг. Тюмени, Сургуте, Новом Уренгое, Ялуторовске, Радужном, в сельских районах показали, что старшеклассники и их родители ориентируются на достижение высокого образовательного статуса. Если в 1993 году почти 60 процентов старшеклассников и их родителей заявили о своем намерении после окончания средней школы продолжить образование в высших учебных заведениях, то в 1997 году на продолжение образования в вузах было ориентировано уже более 68,0 процентов опрошенных школьников и 76,0 процентов их родителей. 18,0 процентов опрошенных отметили, что будут поступать в техникум или училище, и только 3 процента выпускников решили после окончания школы попытаться устроиться на работу, остальные пока не определились со своим выбором.

Чем же руководствуются сегодняшние выпускники школ при выборе своей будущей профессии? Наше исследование показало, что основная часть выпускников полагается, в первую очередь, на себя, то есть делает ставку на свои склонности и способности, 44 процента среди опрошенных. Престижностью выбранной профессии руководствуется пятая часть респондентов, соображениями о возможных доходах 21,5 процентов. Стоит отметить, что выбор выпускниками профессии одного из своих родителей (формирование профессиональных династий) неожиданно низок — всего 2,0 процента опрошенных.