Судебное рассмотрение дел о расторжении брака (стр. 6 )

Советское семейное законодательство не содержит
перечень оснований на расторжение брака. Согласно
ст. 14 Основ (ст. 33 КоБС РСФСР) брак расторгается,
если судом будет установлено, что дальнейшая совместная жизнь супругов и сохранение семьи стали невозможными. И Пленум Верховного Суда СССР, разъясняя содержание указанного положения, записал, что не могут считаться достаточным основанием к расторжению брака временный разлад в семье и конфликты между супругами, вызванные случайными причинами, а также

не обоснованное серьезными доводами нежелание одного
или обоих супругов продолжать брак 126.

Установление фактических взаимоотношений супругов насколько важно и настолько трудно. Ибо личные
отношения лиц, живущих семейной жизнью, как правило, не всегда могут быть достоянием третьих лиц. Поэтому допускать ошибку по этим делам не позволительно. Нельзя забывать, что «почти всякое расторжение
брака есть расторжение семьи..,»127.

Верховный Суд СССР и Верховные Суды союзных
республик на конкретных делах постоянно учат суды,
что «при рассмотрении дела о расторжении брака суд
обязан всесторонне исследовать материалы дела и проверить обоснованность искового заявления, даже при
наличии согласия супруга на развод»128.

Из судебной практики можно привести один поучительный пример. Абрамова обратилась в суд с иском к Абрамову о расторжении брака. Ответчик иск признал.
Решением суда брак Абрамовых был расторгнут. Но уже
на пятый день истица на судебное решение подала кассационную жалобу мотивируя тем, что иск о разводе она предъявила необдуманно, так как их семью можно восстановить. Решение неоднократно было предметом рассмотрения кассационного и надзорного судебных органов. Судебная коллегия по 1ражданским делам Верховною Суда РСФСР по протесту заместителя прокурора республики все судебные постановления по этому делу отменила и дело направила на новое рассмотрение. Анализируя ошибки, допущенные при рассмотрении дела, Судебная коллегия указала на то, что народный суд с должной тщательностью не выяснил взаимоотношения сторон, в нарушение ст. 33 КоБС РСФСР не принял мер к примирению супругов, не счел нужным отложить разбирательство дела, чтобы предоставить им возможность примириться и через несколько дней после поступления заявления в суд разрешил спор по существу 129.

Но с другой стороны, правило об обязанности суда
по примирению супругов нельзя понимать как безусловное. Суд в каждом случае должен действовать с учетом фактических обстоятельств дела. Если, например,
из материалов дела усматривается, что супруги, зарегистрировав брак, фактически совместную жизнь не
создали и к моменту рассмотрения дела каждый из них

или хотя бы один имеют другие семьи и детей, а также
в других тому подобных случаях, вряд ли имеется необходимость в принятии мер к их примирению. Следовательно, едва ли можно давать какие-либо шаблонные рекомендации, пригодные для каждого дела, о том, что должен делать суд, и что он не должен делать. Этот вопрос решается самим судом с учетом особенностей каждого конкретного дела. При этом не следует забывать только одно общее правило, согласно которому, суд обязан принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного установления всех действительных и имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств, а также правоотношений между супругами (ч. 1 ст. 16 Основ гражданского судопроизводства, ч. 1 ст. 14 ГПК. РСФСР).

Необходимость в тщательном исследовании и выяснении взаимоотношений супругов и мотивов развода
диктуется ещё тем, что в практике встречаются случаи,
когда супруги, заявляющие о своем желании расторгнуть брак, фактически не намерены прекратить семейные отношения. Они расторгают брак лишь для видимости, т. е. фиктивно. На такие поступки супругов
побуждают различные цели, но чаще всего это делается
в корыстных целях. Как отмечалось в юридической
литературе, наиболее частый повод для обращения в суд
супругов с заявлением о расторжении брака без намерения прекратить семейно-брачные отношения — это желание обойти различные нормы жилищного законодательства. Например, житель г. при обмене своей жилой площади на квартиру в г. Киев убедил свою супругу в необходимости фиктивно расторгнуть брак. По ее заявлению брак судом и был расторгнут. В последующем выяснилось, что К., переехав в
г Киев и прописавшись там, отказался взять к себе
семью. В связи с этим супруга К. обратилась в прокуратуру с просьбой принести протест на судебное решение о расторжении брака по мотиву фиктивности развода 13°.

Безусловно, при такой ситуации, выяснив, что супруги
расторгают брак не с целью прекращения супружеских
отношений, а в целях получения незаконным путем определенные материальные блага и льготы, суд должен
отказать в иске о расторжении брака.

Брак супругов может быть судом расторгнут только
в том случае, когда суд с учетом конкретных обстоятельств дела придет к выводу, что предъявление иска о разводе вызвано глубоко продуманными и обоснованными причинами, что дальнейшее сохранение брака будет противоречить нормам коммунистической нравственности и не может создать нормальных условий для совместной жизни супругов, воспитания детей. Изучение судебной практики дает возможность выделить определенные и довольно типичные причины, которыми обосновываются выводы суда о невозможности сохранения брака, К ним, в частности, можно отнести следующие обстоятельства:

а) отсутствие детей и невозможность иметь их в
будущем по обстоятельствам, зависящим от одного из
супругов. Так, отменяя решение одного из судов об
отказе в иске Г-у о расторжении брака с Г-ой, Верховный суд ТАССР указал, что стороны живут 12 лет, детей не имеют по вине ответчицы. Ответчица сама также
полагает, что сохранение семьи является невозможным 131;

б) длительное раздельное проживание супругов;

в) наличие другой семьи и детей от фактического
брака.

«Решение об отказе в иске о расторжении брака не
может признаваться обоснованным,— указал Верховный
Суд СССР по одному делу, в котором в иске о разводе
было отказано, хотя стороны длительное время проживали раздельно,— если обстоятельства дела свидетельствуют о невозможности восстановления семейной жизни супругов» 132.

С другой стороны вполне обоснованно, на наш
взгляд, было отказано в иске о расторжении брака
М-ву решением Бауманского районного народного суда
г. Казани, так как из материалов дела усматривалось,
что супруги живут вместе, ведут общее хозяйство,
вместе воспитывают ребенка, доводы истца о том, что
жена учиняет скандалы, оскорбляет его, необоснованно
ревнует его, не является достаточным основанием для
развода. По тем же основаниям Приволжским районным народным судом г. Казани был отклонен иск И-ва.
Оба решения Верховным Судом ТАССР оставлены без
изменения 133;

г) пьянство одного из супругов часто приводит к
разрушению семьи, формальное сохранение семьи при
этих обстоятельствах не нужно как самим супругам, так
и обществу. Оно противоречило бы нормам социалистической нравственности. Это обстоятельство, также по общему правилу, служит в пользу удовлетворения иска;

д) в литературе в качестве основания к расторжению брака указывают также на аморальное поведение,
нарушение супружеской верности одного из супругов;

е) неоднократное обращение в суд с иском о расторжении брака между теми же супругами дает основание полагать, что стороны не создали устойчивую семью и это обстоятельство может послужить основанием для расторжения брака 134.

Но перечисленные обстоятельства едва ли можно
считать формальными основаниями к разводу. Как нам
представляется, основание к разводу по закону единое
и формулировка его дана в ч. 3 ст. 33 КоБС РСФСР и
в соответствующих статьях КоБС других союзных
республик. В ней говорится, что брак расторгается, если
судом будет установлено, что дальнейшая совместная
жизнь супругов и сохранение семьи стали невозможными. Поэтому в высказанных в литературе мнениях,
относительно перечня оснований, при наличии которых
брак должен быть расторгнут, по нашему мнению, речь
идет именно об обстоятельствах, приводящих к распаду
семьи или свидетельствующих о распаде семьи и служащих поводом к возбуждению бракоразводного дела.

В дополнение к сказанному следует ещё подчеркнуть,
что, во-первых, практически исчерпывающий перечень
этих обстоятельств дать невозможно, т. к. они так же
разнообразны, как сложна сама жизнь. Во-вторых, было
бы ошибочным считать, что наличие одного из этих
обстоятельств обязательно должно привести к расторжению брака.

Следует также отметить, что при решении вопроса
о расторжении брака суды учитывают в какой-то степени и отношение к данному вопросу ответчика, особенно,
если ответчик — женщина.

Но как показывает практика, ответчики нередко
возражают против развода не ради сохранения семьи,
а вследствие определенных имущественных, жилищно-бытовых интересов, а иногда в целях неуплаты госпошлины

При выявлении указанных мотивов и при наличии
оснований к расторжению брака следует иметь в виду,
что ни закон, ни судебная практика не связывают разрешения вопроса о расторжении брака с имущественными интересами супругов. Последние могут быть защищены и в случае расторжения брака.

Суд, установив, что оснований к расторжению брака
не имеется, выносит решение об отказе в иске о расторжении брака.

В случае удовлетворения иска суд одновременно
решает вопрос о фамилии супруга, изменившего её при
вступлении в брак, и о судебных расходах.

Кроме того, закон обязывает суд в ряде случаев по
просьбе супругов либо по инициативе самого суда решать вопрос о том, при ком из родителей должны проживать дети, принимать меры к защите интересов несовершеннолетних детей и нетрудоспособного супруга,
а также произвести раздел имущества, являющегося
общей совместной собственностью супругов.

Защита интересов детей. Вопрос о том, с кем из родителей остаются дети, должен быть решен супругами по их согласию. В судебном порядке этот вопрос решается при наличии спора между родителями.

Если же дети на момент рассмотрения дела о расторжении брака находятся на воспитании у третьих лиц (деда, бабки, других родственников), то спор о передаче ребенка одному из родителей должен разрешаться отдельно от бракоразводного дела, путем предъявления самостоятельного иска 135. Нельзя совместно рассматривать требования третьих лиц о передаче детей на их воспитание, предъявленные ими в бракоразводном процессе.

Противоположную точку зрения высказала по этому
вопросу . По её мнению при рассмотрении
бракоразводного дела, когда в спор, возникший между
родителями по вопросу о том, кому должен быть передан ребенок на воспитание, вступает один из ближайших
родственников ребенка, до этого продолжительное время
воспитывавший ребенка, переданного им самими родителями, судья принимает такое исковое заявление, поскольку отказ в ею принятии противоречил бы закону 139.

Но с этой точкой зрения едва ли можно согласиться,
гак как она противоречит смыслу и содержанию ст. 34

КоБС РСФСР, в которой речь идет о споре, возникшем
между родителями. Поэтому спор о детях при поступлении заявления такого лица должен быть выделен в отдельное производство.

Изучение судебных дел показывает, что хотя требования о разводе и о передаче детей на воспитание одному из супругов (родителей) взаимно связаны, однако между ними имеются и процессуальные различия. Спор о воспитании детей порой принимает настолько конфликтный характер, что он собой заслоняет даже главное требование о расторжении брака. Если по первому требованию супруги защищают только собственные интересы, то по второму требованию родители защищают интересы несовершеннолетних, порою малолетних детей, которые не могут участвовать в суде по возрасту.

В подавляющем большинстве случаев спорящие
стороны руководствуются искренней привязанностью к
детям. Но в судебной практике известны и другие случаи, когда родители, требуя передачи детей на их воспитание, поступают не всегда бескорыстно, не всегда считаются с их интересами, защищая, прежде всего, свои интересы.

Так, при рассмотрении одного дела народным судом
выяснилось, что истица ребенка оставила у ответчика
и его родителей в возрасте двух лет и только спустя
пять лет предъявляла иск в суд с требованием о передаче ребенка на её воспитание, мотивируя тем, что она его оставила у ответчика в связи с неустроенностью ее личной жизни и быта. В настоящее время она замужем, родила второго ребенка, имеет благоустроенную квартиру, т. е. имеет возможность заниматься воспитанием ребенка. Суд отказал eji в иске, учитывая, что в течение пяти лет она как мать не интересовалась судьбой ребенка. Ребенок забыл свою мать, привязан к отцу и деду с бабкой, живет в хороших условиях, получает правильное воспитание и передача ребенка матери не отвечала бы его интересам 137.

С правовой точки зрения в этих случаях по существу спор идет о месте жительства детей, что не влияет
на родительские права и обязанности супругов. Но проживать дети будут только с одним из них, т. е. с тем,
кто в данной обстановке способен лучше обеспечить их
интересы.

Следовательно, решая вопрос об оставлении ребенка
у того или иного родителя, суду нужно выяснить не
только соображения родителей по этому вопросу, но и в
состоянии ли тот или иной родитель обеспечить нормальные условия развития ребенка, правильное идеологическое воспитание его, подготовку к общественно-политической деятельности. При этом нужно также учитывать те конкретные условия, в которых воспитываются дети, их возраст, особенности развития, характер взаимоотношений родителей, отношение к ним детей, условия жизни отдельно живущего родителя, возможность положительного воздействия его на детей, а также другие обстоятельства, выявившиеся при рассмотрении дела 188. В судебном заседании эти вопросы должны стать объектом самого тщательною исследования. В этих целях суд допрашивает свидетелей, изучает письменные доказательства, анализирует и сопоставляет самые различные обстоятельства и факты. Отменяя состоявшиеся судебные решения по делу Маркарян, Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении указал: «Разрешая спор супругов, с кем из них должны проживать дети, суд не проверил с должной полнотой, какие же у каждого из родителей условия для воспитания детей. Вынося решение, суд сослался на заключение комиссии отдела народного образования, которая высказала мнение о необходимости передать детей на воспитание матери. Однако в этом заключении не сделан вывод о том, почему комиссия считает условия воспитания у нее лучшими, чем у отца. Это обстоятельство суд не проверил и в судебном заседании, так как члены этой комиссии не участвовали в рассмотрении дела

Разрешая споры о судьбе детей, суд должен исходить
прежде всего из интересов детей, учитывая при этом,
кто из родителей в состоянии обеспечить лучшее воспитание детей, возраст детей и их личную привязанность к одному из родителей. Преимущества в материальных и жилищно-бытовых условиях одного из родителей сами по себе не могут быть основанием для передачи ребенка на воспитание одному из родителей»139.

Как выяснить привязанность детей к одному из родителей? Имеются различные способы Один из них —
выяснение желания ребенка, которое должно быть установлено через педагога. Но суд одновременно должен

проверить, соответствует ли оно интересам самого ребенка В противном случае такое желание вряд ли будет
учитываться.

Родители, находящиеся в состоянии спора, едва ли
в состоянии быть объективными по этим вопросам,
а ребенок, ввиду своей недееспособности, не может принимать участие в деле и защищать свои интересы. Поэтому задача по выявлению перечисленных обстоятельств возлагается на суд и на органы опеки и попечительства 14°.

Обязательность участия органов опеки и
попечительства в рассмотрении дел, связанных с воспитанием детей, предусмотрена ст. 65 КоБС РСФСР.
Заинтересованность органов опеки и попечительства в
участии по этим делам вытекает из задач, поставленных
перед ними государством по осуществлению контроля
за исполнением родителями и другими лицами своих
обязанностей по отношению к детям. Они не только
производят обследование жилищно-бытовых условий
родителей ребенка, также участвуют при разбирательстве дела. Их процессуальное положение в этом случае
определяется ч. 2, 3 ст. 42 ГПК РСФСР. Будучи участниками гражданского процесса (ст. 29 ГПК), они
i имеют право ознакомиться с материалами дела, заявлять отводы, давать объяснения, представлять доказательства, участвовать в исследовании доказательств,
заявлять ходатайства и могут обжаловать судебное
решение (ст. 282 ГПК). Основная обязанность представителей органа опеки и попечительства — дать заключение. Они участвуют в судебном заседании как компетентные лица, имеющие представление о жизни супругов на основании тщательного обследования их жилищного и бытового положения. Поэтому их заключение
должно быть мотивированным, четким и квалифицированным.

Иногда во время судебного заседания при исследовании обстоятельств дела может выявиться необъективность предварительного письменною заключения. При
такой ситуации, на наш взгляд, представитель органа
опеки и попечительства должен давать заключение именно в соответствии с данными, установленными в судебном
заседании. Если заключение недостаточно мотивированное и поверхностное, суд вправе назначить повторное
обследование. При решении вопроса о судьбе ребенка

суд не связан с заключением органа опеки и попечительства. Но в этом случае он должен свои выводы мотивировать и указать, почему он отвергает его и принимает противоположное решение. Если основания, по которым суд не согласился с заключением, не подтверждаются материалами дела, то решение суда несомненно подлежит отмене.

Так, отменяя постановление нижестоящих судов по
иску Бровкиной к Бровкину о расторжении брака и
передаче ей сына на воспитание, Верховный Суд
РСФСР в качестве одного из нарушений указал на то,
что «в судебном заседании представитель городского
отдела народного образования дал заключение о целесообразности оставления ребенка на воспитание у ответчика— отца ребенка. Однако суд в решении не указал, почему он не согласен с этим заключением» 141.
Таким образом, суд сам, после всестороннего и полного исследования всех доказательств и устранения всех
противоречий, путем оценки этих доказательств, должен
решать судьбу ребенка. Дело должно быть решено
исходя не из интересов того или иного родителя, а из
интересов детей.

Определяя родителя, которому подлежит передача
ребенка, суд одновременно разрешает вопрос об алиментах на его содержание. Размер алиментов устанавливается в соответствии со ст. 68 КоБС РСФСР.

Если же дети остаются при каждом из родителей,
вопрос об алиментах решается исходя из конкретных
обстоятельств. Так, если у обоих родителей осталось по
одному ребенку и материальное положение у них одинаковое, то взыскание алиментов с одного в пользу другого может не производиться. Если же материальное
положение родителей не одинаковое, алименты взыскиваются в пользу менее обеспеченного в твердой денежной сумме помесячно, но не более размеров, установленных ст. 68 КоБС. При этом суд должен руководствоваться правилом, согласно которому у родителя, обязанного платить алименты, другие дети, находящиеся на его иждивении, не должны оказаться менее обеспеченными, чем дети, получающие алименты.

Но прежде чем делать те или иные выводы, суд должен надлежащим образом проверить обстоятельства,
имеющие значение для разрешения вопроса об алиментах:

материальное положение супругов, наличие других
иждивенцев или несовершеннолетних детей, которых
они обязаны содержать, состояние здоровья супруга-
ответчика по алиментному требованию (не является ли
он инвалидом первой или второй группы), наличие или
отсутствие заработка детей, на содержание которых
истребуются алименты, не находятся ли они на полном
государственном обеспечении и другие.

Взыскание средств на содержание супруга. Если один
из супругов к моменту предъявления иска о расторжении брака оказался нетрудоспособным и нуждается в
материальной помощи, суд по его просьбе при вынесении
решения о разводе обязан определить размер содержания, подлежащего взысканию с другого супруга (ст. 35 КоБС РСФСР). Обязанность супругов по взаимному содержанию и материальной поддержке предусмотрена ст. 25 КоБС. Она не исключается и при прекращении фактических семейных отношений. На практике встречаются случаи, когда иски предъявляются супругом, давно прекратившим фактические семейные отношения с ответчиком. При наличии юридического брака, не расторгнутого в установленном порядке, факт совместного не проживания по общему правилу не освобождает одного супруга от обязанности по содержанию другого супруга. Не имеет при этом значения и длительность срока раздельного проживания супругов. Такое мнение было высказано Верховным Судом СССР. Например, супруги и вступили в зарегистрированный брак в 1935 году. От брака они имеют двух детей. В 1941 году по обстоятельствам военного времени был эвакуирован вместе с предприятием в восточные районы и там остался. В 1968 году Е В. Школа обратилась в суд с иском о взыскании с ответчика средств на ее содержание, ссылаясь на то, что является инвалидом второй группы, получаемая пенсия ее не обеспечивает.

Суд иск отклонил, мотивируя тем, что
«фактически супруги длительное время не живут вместе,
их брак утратил практическое значение в связи с чем
истица права на получение материальной помощи от
ответчика не имеет». Пленум Верховного Суда СССР,
не согласившись с приведенными доводами, состоявшиеся
по делу судебные постановления отменил и одновременно

разъяснил, что брак между супругами не расторгнут.
Независимо от длительного раздельного проживания
супруг имеет право на получение алиментов, если он
нуждается в материальной помощи, а другой супруг
имеет возможность оказать ее142.

Нетрудоспособность наступает с достижением супруга установленного законом возраста, а иногда вызвана
с утратой ее полностью или частично вследствие ухудшения здоровья.

По действующему законодательству нетрудоспособными признаются лица, достигшие пенсионного возраста
по старости (мужчины — 60 лет, женщины — 55 лет) и
инвалиды первой, второй и третьей групп. В литературе
некоторые авторы к супругам, имеющим право на получение содержания от другого супруга, не относят инвалидов третьей группы 143. Однако такая точка зрения
противоречит как законодательству, так и судебной
практике. Исключения какого-либо в отношении семейных споров не может быть.

В качестве второго условия закон указывает на
нуждаемость нетрудоспособного супруга.

Нуждающимися признаются лица, у которых нет
каких-либо источников к существованию или получаемая ими пенсия (другие источники) недостаточна по
своему размеру для удовлетворения его минимальных
потребностей. Третьей предпосылкой для обращения за
алиментами является отказ другого супруга от содержания нетрудоспособного нуждающегося супруга.

Однако право на удовлетворение иска у истца возникает только при возможности другого супруга содержать его. В законе сказано — «если последний в состоянии его предоставить».

В ходе разбирательства дела указанные обстоятельства должны быть предметом тщательного исследования. Суд должен проверить источники и размеры доходов той и другой стороны: нуждаемость одного супруга
и возможности другого.

Например, решением Ленинского районного народного
суда г. Москвы был расторгнут брак Фадеевой и Коробкова. Одновременно суд постановил взыскать с ответчика в пользу Фадеевой по 15 руб. ежемесячно на ее
содержание. Отменяя решение суда в части взыскания
алиментов, Московский городской суд указал, что хотя

Фадеева и нетрудоспособная по возрасту, но вывод
суда о ее нуждаемости сделан по недостаточно проверенным материалам дела. В деле имеются данные о том, что Фадеева получает персональную пенсию в размере 60 рублей, которую она оставляет в сберкассе. Это свидетельствует о ее материальной обеспеченности. Она проживает одна в трехкомнатной квартире. Решением суда за ней признано право собственности на половину дачи. Этим же решением суда ей выделено значительное имущество и ответчик ей обязан уплатить половину стоимости автомашины «Волга» — 1600 руб. При таких обстоятельствах суду следует при новом рассмотрении более тщательно проверить утверждения истицы о ее нуждаемости, имея в виду, что один факт получения ответчиком более высокой пенсии, чем получает истица, не дает основания для удовлетворения ее требований о взыскании средств на содерхоние144.

Действительно, в большинстве случаев на практике
судьи ограничиваются выяснением лишь денежных доходов супругов. Как видно из приведенного примера, суды
должны более глубже и всесторонне исследовать фактические обстоятельства для установления объективной истины по делу. При разбирательстве дела, проверяя уровень обеспеченности супругов, суд должен приняв во внимание также их проживание в городской или сельской местности, возможность получать материальную помощь от других членов семьи, степень нетрудоспособности супруга-истца и другие обстоятельства 145.

В этих целях суд также должен проверить, не имеются
ли обстоятельства, исключающие право истца на получение средств на содержание от другого супруга или
ограничивающие это право. Эти основания перечислены
в ст. 27 КоБС РСФСР и в соответствующих статьях
КоБС других союзных республик. «Суд может,— указывается в ней,— принимая во внимание непродолжительность срока пребывания супругов в браке или недостойное поведение супруга, требующего алиментов, освободить другого супруга от обязанности по его содержанию или ограничить эту обязанность определенным сроком».

Закон не указывает как определить непродолжительность брака Вопрос этот в каждом конкретном случае решается самим судом. Надо полагать, что при этом учитывается не только продолжительность юридического

брака, но и продолжительность фактического совместного проживания. Можно представить такую ситуацию, когда после заключения брака супруги по различным обстоятельствам фактически семью не создали или прожили совместно непродолжительное время (например, менее одного года), затем разошлись, а через несколько лет один из супругов возбудил в суде бракоразводное дело Другой супруг, являющийся к этому времени нетрудоспособным, предъявил встречное требование о взыскании алиментов на содержание 146.

Как видно из приведенных примеров, непродолжительность брака — фактор объективный, и вполне логично, что такой брак не может вызывать серьезных правовых последствий, в частности, и обязанностей по предоставлению содержания 147.

Что же понимается под недостойным поведением
супруга? В А. Рясенцев пишет, что недостойным поведением супруга можно считать пренебрежение семейными обязанностями во время брака, грубое и жестокое обращение с ответчиком, отказ в помощи, его измену, отсутствие заботы о детях, алкоголизм и т. п. 148

Но определение недостойного поведения, как нам
представляется, должно быть несколько шире, оно
прежде всего, должно быть связано с антиобщественным
поведением. Например, супруг-истец на протяжении всей
своей жизни нигде не работал, хотя и не вел домашнего
хозяйства, занимался спекуляцией, бродяжничал, злоупотреблял спиртными напитками, длительное время
находился в местах лишения свободы и т. д. Недостойное поведение могло оказаться и причиной наступления
нетрудоспособности (в пьяном виде получил травму)
до вступления в брак или в период брака.

КоБС некоторых союзных республик предусматривает и дополнительные основания. В частности, согласно
ст. 32 КоБС Казахской ССР суд может освободить
супруга от уплаты алиментов или ограничить эту обязанность определенным сроком в случаях возникновения нетрудоспособности другого супруга вследствие его преступных и антиобщественных действий, злоупотребления алкоголем, наркотиками. Установление такой конкретной нормы следует считать с точки зрения практики оправданным, хотя безусловно, подобные поступки как раз и составляют детали недостойного поведения.

На практике судов РСФСР они также используются в
качестве легальных оснований для отказа в иске.

В литературе справедливо подчеркивается, что недостойное поведение супруга, требующего алименты в
отличие от фактора времени брака, явление субъективное. И отказ в удовлетворении исковых требований об
алиментах в этом случае становится санкцией по отношению к виновному лицу и служит гарантией имущественных интересов другого супруга, в отношении которого заявлено требование, признанное судом неправомерным149.

Оценку поведения истца дает суд, рассматривающий
дело, исходя из совокупности доказательств, представленных супругами и истребованных им самим. Средства
доказывания здесь не ограничены и допустимы любые
доказательства, предусмотренные ГПК..

Согласно ст. 25 КоБС РСФСР жена в период беременности и в течение одного года после рождения ребенка также вправе требовать от мужа содержания, если
последний в состоянии его предоставить. Закон в данном
случае специально не указывает на нетрудоспособность
и нуждаемость беременной женщины или кормящей матери. Такая редакция изложения дала повод специалистам по семейному праву для различного толкования смысла закона.

Например, утверждает, что интересы
охраны жизни и здоровья матери ребенка требуют в
период беременности и кормления ребенка ряда особых
условий...которые естественно связаны с дополнительными расходами. Муж не может быть освобожден от
участия в этих расходах только потому, что жена достаточно обеспечена за счет заработка. Право беременной
женщины и кормящей матери на получение содержания
от мужа Основы не связывают с нуждаемостью женщины в этот период 150.

По мнению В, А. Рясенцева, при предъявлении требования о выплате алиментов жене в этом случае не
нужно доказывать факта нетрудоспособности и нуждаемости. Они предполагаются, поскольку при беременности трудоспособность постепенно снижается, а в конце
беременности и во время родов вообще утрачивается.
Вместе тем в период беременности и после родов требуется особое питание, vxoa и т. д., что связано с повышенными

расходами, в которых должен принять участие и муж 151.

Такую же точку зрения высказала А И. Пергамент 152. Приведенные высказывания нам представляются
спорными. Безусловно, и в данном случае право на
получение женщины алиментов от мужа на свое содержание закон связывает с ее нетрудоспособностью. В нем
достаточно четко сказано: «в период беременности и в
течение одного года после рождения ребенка». Нет сомнения в том, что в этот период женщина в какой-то
степени лишается трудоспособности, вначале в связи с
родами, затем в связи с уходом за ребенком. Следует
лишь заметить, что и трудовое законодательство при
данной ситуации (164 КЗОТ РСФСР) в целях охраны
здоровья женщины предусматривает перевод ее на
более легкую работу на этот же период с сохранением
среднего заработка по прежней работе. Кроме того, ей
после окончания декретного отпуска согласно заявлению
может быть предоставлен дополнительный отпуск без
сохранения заработка, но с сохранением места работы
(ст. 167 КЗОТ РСФСР).

Таким образом, на наш взгляд, исключения из общею
правила о нетрудоспособности супруга в данном случае
не делается.

Теперь рассмотрим вопрос, связанный с нуждаемостью супруга. Анализ приведенных нами высказываний показывает, что их авторы признают право беременной женщины и матери ребенка в возрасте до одного года на получение содержания в любой ситуации, независимо от ее нуждаемости. Такая точка зрения противоречит основным принципам алиментирования супругов, изложенных в начале ст. 25 КоБС, которая является общей нормой. Беременность и наличие ребенка являются лишь предпосылками, дающими право требовать предоставления содержания. Следовательно, признак нуждаемости и в данном случае является тем решающим правилом, наличие которого дает право на получение алиментов. Правда, оно в данном случае применяется при исключительных обстоятельствах. Во-первых, нужда в алиментах может возникать в связи с невозможностью работать по указанным обстоятельствам. Во-вторых, в связи с тем, что хотя женщина и работает или имеет другие средства существования, но в этот период их

оказалось явно недостаточными. В подтверждение правильности изложенной точки зрения из практики можно
привести следующий пример.

Так, Баландина обратилась в суд с иском о взыскании алиментов на себя, сославшись на то, что ответчик
получает зарплату в размере 160 рублей (он платит
алименты на содержание ребенка), она в связи с рождением ребенка не будет работать до достижения им
одного года.

Куйбышевский районный народный суд г. Москвы
иск удовлетворил и взыскал с ответчика по 30 руб.,
исходя из того, что истица не работала и не будет работать до исполнения ребенку одного года.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР, отменяя состоявшиеся по делу судебные постановления и передавая дело на новое
рассмотрение дела по существу, указала на неправильное применение судами ст. 25 КоБС РСФСР. «Из дела
видно,— говорится в определении Судебной коллегии,—
что решение об удовлетворении иска народным судом
принято в нарушение ст. 14 ГПК на основе неполно
исследованных материалов дела. Истица, заявляя, что
не будет работать, находясь в отпуске без оплаты в связи
с уходом за ребенком до 16-июля 1972 года, представила справку. Но суд не проверил, действительно ли она
не работает и нуждается ли в материальной поддержке. В подтверждение того, что истица не нуждается
в материальной помощи, ответчик приобщил к кассационной жалобе справку о том, что истица продолжает
работать на производстве, получает без учета премии
97 руб. 50 коп.

Оставив жалобу без удовлетворения, кассационная
и надзорная инстанции сослались на то, что алименты
на жену в период беременности и после рождения ребенка взыскиваются в соответствии со ст. 25 КоБС независимо or нуждаемости жены в материальной поддержке, ввиду чего выяснение материального положения
истиаы не вызывается необходимостью.

Закон ими истолкован неправильно. Названной
статьей установлено, что супруги обязаны материально
поддерживать друг друга. В случае отказа от такой
поддержки нуждающийся в материальной поддержке
нетрудоспособный супруг, а также жена в период беременности

и в течение 1 года после рождения ребенка
имеют право на алименты, если последний в состоянии
их предоставить.

Таким образом, при рассмотрении дела в кассационном и надзорном порядке судами допущено существенное нарушение норм материального права, а судом первой инстанции — норм процессуального права»153.

Поэтому, рассматривая требование о взыскании алиментов на содержание беременной супруги или после
рождения ребенка, суд также, как и по другим делам
о взыскании средств на содержание супруга, обязан
внимательно и исчерпывающе изучить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения этой категории дел.