Материалы круглого стола «Современные проблемы юридического образования в России» (9 июня 2009г.) (стр. 8 )

В ст. 10 Федерального закона «О коммерческой тайне» прописаны меры по охране конфиденциальности информации, которые обладатель ноу-хау должен принять. Принятие им всех предусмотренных мер считается установлением режима коммерческой тайны. Юридическому лицу и индивидуальному предпринимателю, имеющему работников, с которыми заключены трудовые договоры, необходимо ввести пять таких мер. Индивидуальному предпринимателю, не являющемуся работодателем, достаточно принять меры, указанные в пунктах № 3, 4 (без учета положений о трудовых правоотношениях) и 5.

Меры по охране конфиденциальности информации, составляющей коммерческую тайну, должны включать: 1) определение ее перечня; 2) ограничение доступа к информации путем установления порядка обращения с ней и контроля за соблюдением такого порядка; 3) учет лиц, получивших доступ к информации и (или) лиц, которым она была предоставлена или передана; 4) регулирование отношений по ее использованию работниками на основании трудовых договоров и контрагентами на основании гражданско-правовых договоров; 5) нанесение на материальные носители грифа «Коммерческая тайна» с указанием обладателя этой информации.

Охранные меры признаются разумными и достаточными, если исключается доступ к информации, составляющей коммерческую тайну, любых лиц без согласия ее правообладателя и обеспечивается возможность использования данной информации работниками и передачи ее контрагентам без нарушения режима коммерческой тайны. Следует отметить, что в ряде случаев законодатель в императивном порядке признает информацию коммерческой тайной (секретом производства) и без особой к тому необходимости запрещает правообладателю раскрывать ее содержание. Приведем пример из арбитражной практики.

Акционер обратился в арбитражный суд, обжалуя отказ администрации акционерного общества предоставить ему копии документов бухгалтерского учета. Свой отказ администрация мотивировала тем, что запрашиваемые истцом документы входят в перечень сведений, составляющих коммерческую тайну. Арбитражный суд в удовлетворении иска отказал, признав действия ответчика правомерными.[88] Ограничения в предоставлении данной информации установлены п. 4 ст. 10 Федерального закона РФ «О бухгалтерском учете» от 01.01.01 г. , признающим содержание регистров бухгалтерского учета и внутренней бухгалтерской отчетности коммерческой тайной.[89] Получается, что некоторые акционеры, являющиеся собственниками имущества общества, фактически приравниваются к третьим лицам, от которых защищаются конфиденциальные сведения.

В другом случае генеральный директор «Плескава» отказался предоставить члену совета директоров первичные документы, ссылаясь на действующий режим коммерческой тайной. С иском о признании решения генерального директора незаконным в арбитражный суд обратился член совета директоров. Отказывая в удовлетворении иска, суд указал, что истец не является участником хозяйственного общества, поэтому в соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 67 ГК РФ он не вправе знакомиться с бухгалтерскими книгами и иной документацией.[90] Вызывает сомнение целесообразность сокрытия от члена совета директоров сведений, составляющих коммерческую тайну, так как от степи его осведомленности зависит правильность принимаемых решений, а значит устойчивое развитие общества в целом.

Таким образом, объединение в одном институте сведений, составляющих секрет производства (ноу-хау) и коммерческую тайну, укрупнило объект права на секрет производства и позволило охранять в едином режиме коммерческой тайны информацию, имеющую коммерческую ценность в силу ее неизвестности третьим лицам. При этом все правомочия вводить или отменять режим коммерческой тайны, раскрывать ее содержание участникам юридического лица следует предоставить правообладателю конфиденциальной информации (определить в учредительных документах организации), а не регулировать императивными нормами законодательства.

Проанализировав все три условия охраноспособности секрета производства, прописанные законодателем в ст. 1465 ГК РФ, необходимо подчеркнуть, что информация, составляющая ноу-хау, должна быть идентифицируемой. Однако подобное требование, к сожалению, не получило воплощения в нормах отечественного законодательства.

Условие об идентификации сведений, признанных ноу-хау, предусмотрено в стз) Регламента ЕС № 000/88. Понятие «идентифицируемая» информация разъясняется следующим образом: «ноу-хау должно быть описано достаточно исчерпывающим образом так, чтобы было возможно проверить, что оно отвечает критериям секретности и существенности …». Дополнение имеющихся условий охраноспособности секрета производства критерием об идентифицируемости информации, составляющей его содержание, представляется обоснованным и разумным. Это обусловлено правовой природой ноу-хау, который приобретает охраноспособность непосредственно с момента создания, а право на ноу-хау не подлежит регистрации.

Во-первых, доказательством создания секрета производства служит материальный носитель (бумажный или электронный), на который правообладатель ноу-хау фиксирует конфиденциальную информацию. Делается это с той целью, чтобы в последующем ее можно было идентифицировать как ноу-хау. Необходимость осуществлять фиксацию сведений на материальном носителе вытекает из нормы п. 5 ч. 1 ст. 10 Федерального закона «О коммерческой тайне», которая обязывает обладателя ноу-хау наносить установленные реквизиты на все материальные носители. Во-вторых, при отчуждении исключительного права или предоставлении права использования ноу-хау конфиденциальная информация, составляющая содержание секрета производства, должна быть выражена в объективной форме и быть идентифицируемой. Информация фиксируется на материальном носителе, в частности, прописывается в договоре; излагается в инструкциях, рецептах; выражается в чертежах, образцах и т. д. Если зафиксированную на материальном носителе информацию о ноу-хау будет невозможно идентифицировать, то в случае спора ее обладателю придется в судебном порядке доказывать свое право на секрет производства.

Вышесказанное хорошо иллюстрирует пример из арбитражной практики. » обратилось с иском в арбитражный суд о взыскании с социальных экспертиз» роялти, пени и штрафа за разглашение сведений по договору о передаче неисключительных прав на использование ноу-хау. Согласно договору ответчику были переданы права на использование инновационного проекта в виде ноу-хау, созданного истцом. Судом первой, апелляционной и кассационной инстанций истцу в удовлетворении исковых требований было отказано. Причиной тому послужило не включение сторонами в договор ссылки на рукопись, а также отсутствие описания инновационного проекта, определенного в виде ноу-хау (отсутствие объективной формы выражения результата интеллектуальной деятельности).[91]

Следовательно, для охраны секрета производства необходимо иметь сведения, достаточные для его идентификации, которые зафиксированы в объективной форме на материальном носителе. Это обеспечит стабильность прав на ноу-хау. Без этого условия правила о секрете производства попросту неработоспособны, независимо от того, прописаны ли они в законодательстве.[92] Поэтому ст. 1465 ГК РФ целесообразно дополнить четвертым критерием охраноспособности ноу-хау: информация, зафиксированная на материальном носителе, должна быть идентифицируемой.

Проведенный анализ условий охраноспособности секрета производства (ноу-хау) позволяет нам сформулировать определение ноу-хау: информация любого характера, которая участвует в гражданском обороте и может быть засекречена, полученная в результате интеллектуальной деятельности (новая, усовершенствованная, модифицированная и т. д.), обладающая коммерческой ценностью (действительной или потенциальной) в силу ее полной или частичной конфиденциальности, необщедоступная на законном основании, зафиксированная на материальном носителе и идентифицируемая, в отношении которой ее обладателем введен режим коммерческой тайны.

*

К ВОПРОСУ О СЕМЕЙНЫХ ФОРМАХ УСТРОЙСТВА ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ

Каждый ребёнок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно. Реализация приоритетного права ребёнка жить и воспитываться в семье провозглашена Конвенцией ООН о правах ребёнка[93]. Поэтому российским семейным законодательством также установлен приоритет форм семейного воспитания детей, лишившихся родительского попечения (п. 1 ст. 123 СК РФ). Право ребёнка на воспитание в семье в случае утраты родительского попечения обеспечивается органом опеки и попечительства, который при выборе форм устройства такого ребёнка отдаёт предпочтение, прежде всего, семейным формам воспитания: передаче на усыновление, под опеку (попечительство) или в приёмную семью. Кроме того, СК РФ предусматривает возможность использования иных форм устройства детей-сирот, обеспечивающих их интересы. И только при отсутствии возможности передать ребёнка в семью закон допускает его направление в учреждения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, всех типов (воспитательные учреждения, лечебные учреждения, учреждения социальной защиты и т. п.). Такая форма устройства ребёнка не снимает с органа опеки и попечительства обязанности подыскивать для него усыновителей, опекунов (попечителей) или приёмных родителей.

Закрепле­ние в законе положения о приоритете семейных форм воспитания детей, безусловно, имеет принципиальный характер. По мнению : «Оно на­правлено на усиление гарантий соблюдения прав несовершен­нолетних, поскольку воспитание в семье предпочтительнее с учетом как материально-бытовых условий жизни, так и иных самых разнообразных интересов ребёнка. Именно семейное воспитание даёт возможность осуществить индивидуальный подход к каждому ребёнку с учётом его личностных, психиче­ских, физических, национальных и иных особенностей»[94]. Не слу­чайно в ст. 123 СК РФ определено, что при устройстве ребёнка, ос­тавшегося без попечения родителей, должны учитываться его этническое происхождение, религиозная и культурная принад­лежность, родной язык, возможность обеспечения преемствен­ности в воспитании и образовании.

Отечественный и зарубежный опыт профилактики социального сиротства убедительно доказывает: следует избегать воспитания детей, оставшихся без попечения родителей, в государственных учреждениях. Необходимо искать альтернативные формы. И, прежде всего – различные виды семейного воспитания.

До 1 сентября 2008 года на федеральном уровне были закреплены такие, уже ставшие традиционными, формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, в семью как усыновление, опека и попечительство, приёмная семья. Кроме того, СК РФ в ст. 123 допускал возможность использования иных форм устройства детей, кроме тех, которые были прямо указаны в законе. Такие формы устройства могли быть предусмотрены законами субъектов РФ.

Если усыновление и опека (попечительство) институты, которые были ранее известны российскому семейному законодательству, то норма об устройстве детей на воспитание в приёмную семью является для него новой. Общеизвестно, что в мировой практике передача детей-сирот в приёмные семьи является наиболее распространенной формой их социального устройства и воспитания. С конца 80-х гг. опреде­ленные попытки создания детских домов семейного типа пред­принимались первоначально в СССР[95], а затем и в Российской Федерации[96]. Однако непосредственно в КоБС РСФСР этот способ (форма) устройства детей, лишившихся попечения родителей, предусмотрен не был. С принятием СК РФ порядок и условия об­разования приёмной семьи получили законодательное закреп­ление в ст. ст. 152 – 153.2, а вот самого понятия «приёмная семья» СК РФ не закрепил. В последующем более детальная рег­ламентация правового статуса приёмной семьи и порядка её организации была дана в Положении о приёмной семье, ут­вержденном постановлением Правительства РФ от 01.01.01 г. № 000[97].

Приёмная семья – новый институт семейного права, суть которого заключается в том, что орган опеки и попечительства на условиях, определенных законом, иными правовыми актами, а также договором, передаёт детей, оставшихся без попечения родителей, в семью на воспитание. По мнению , приёмная семья, с одной стороны, представляет собой определенный круг совместно проживающих лиц, связанных друг с другом правами и обязанностями, предусмотренными СК РФ, Положением о приёмной семье, а с другой стороны, для приёмной семьи характерны такие индивидуальные особенности, которые отличают её от родственной семьи, семьи усыновителей и опекунской семьи[98]. определяет «приёмную семью как вид опеки»[99]. приёмная семья определяется как «форма воспитания детей, оставшихся без попечения родителей, являющаяся особым социальным институтом общества, основывающаяся на договоре о передаче ребёнка (детей) на воспитание в семью на условиях, установленных законом и договором; наделённая законом определенным объёмом правосубъектности; представляющая собой также способ совместного проживания лиц вне зависимости от регистрации брака приёмными родителями, связанными общим бытом, досугом; формирующими свои отношения на основе взаимоуважения и взаимопомощи; имеющими взаимные права и обязанности»[100]. называет приёмную семью «самостоятельной, приоритетной формой семейного воспитания»[101].

Как отмечают ряд исследователей, приёмная семья является гибридной формой, содержащей в себе черты опеки, усыновления и детского учреждения[102].

Очевидно, что приёмная семья существенно отличается от других форм принятия детей на воспитание и является самостоятельным видом устройства детей, оставшихся без попечения родителей. Однако при устройстве в приёмную семью родительские правоотношения не возникают. Попавший в приёмную семью ребёнок продолжает сохранять правовую связь со своими родителями. Ему также принадлежат все причитающиеся родительским детям пособия и платежи (они перечисляются на лицевой счет воспитанника в сберегательном банке)[103]. Передача ребёнка в приёмную семью не разрывает и тех его связей с родителями, которые основываются на брачно-семейном законодательстве (алименты, наследство и проч.). Это означает, что воспитанник продолжает носить фамилию кровных его родителей, отчество по имени своего кровного отца.

Возникающие в приёмной семье отношения, по существу, практически ничем не отличаются от естественных, основанных на кровном родстве. Что касается формальной стороны отношений по воспитанию, то родитель-воспитатель, как и усыновитель, является законным представителем своего воспитанника, защищает его права и интересы во всех учреждениях, в том числе и в суде, без особого на то правомочия. На него, так же как и на усыновителя, распространяется правило: «Права родителей-воспитателей не могут осуществляться в противоречии с интересами детей».

Приёмная семья образуется на основании договора о пере­даче ребёнка на воспитание в семью, который заключается ме­жду органом опеки и попечительства и приёмными родителями, на срок, указанный в этом договоре (п. 1 ст. 152 СК РФ).

В приёмную семью передаются несовершеннолетние дети, общее число которых в приёмной семье, включая родных и усыновленных, не должно превышать, как правило, восемь че­ловек (п. 2 Положения о приёмной семье). Срок, на который дети помещаются в приёмную семью, указывается в договоре о передаче ребёнка в приёмную семью (п. 15 Положения о приёмной семье). Вместе с тем ст. 153.1. СК РФ указывает, что «размер вознаграждения, причитающегося приёмным родителям, размер денежных средств на содержание каждого ребёнка... определяются договором о приёмной семье в соответствии с законами субъектов Российской Федерации». Так, проведённый анализ законодательства субъектов Центрального федерального округа РФ (далее – ЦФО) позволяет сделать вывод о том, что размеры, установленные законами субъектов весьма невелики. Так, это вознаграждение либо определено в твёрдой денежной сумме – «лидером» в этом отношении является Московская область с установленной оплатой в 9200 рублей в месяц на одного приёмного ребёнка, в других субъектах (Белгородская, Калужская, Орловская области), эта сумма варьируется от 3000 до 6000 рублей в месяц на одного приёмного ребёнка; либо такое вознаграждение установлено в размере равном нескольким МРОТ, установленных Федеральным законом «О минимальном размере оплаты труда» и применяемых для регулирования оплаты труда – в среднем субъекты РФ устанавливают в своих законах суммы от 2 до 4 МРОТ на одного ребёнка; либо вознаграждение приёмных родителей исчисляется исходя из ставки 14 разряда ЕТС.

Законодательство субъектов РФ также содержит нормы о льготах приёмным семьям. В настоящее время специальные законодательные и иные нормативные акты о предоставлении различных льгот приёмным семьям приняты в Белгородской, Курской, Липецкой, Ярославской и других областях. Их анализ позволяет выделить основные виды льгот (социального и жилищного характера), предоставляемых в регионах приёмным семьям, установление скидки в размере до 50% за квартирную плату, плату за коммунальные услуги и телефон[104]; преимущественное право на получение санаторно-курортных путевок, в том числе бесплатных, в лечебно-оздоровительные учреждения[105]; предоставление приёмным родителям ежегодных отпусков повышенной продолжительностью – от 42 до 56 дней[106].

Предоставляемые в соответствии с законами субъектов РФ льготы различного характера приёмной семье и размер оплаты труда приёмных родителей отражаются в договоре о передаче ребёнка на воспитание в приёмную семью.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что, с одной стороны, приёмная семья обладает всеми признаками семьи как таковой, ибо это общность совместно проживающих лиц, объединенных правами и обязанностями, предусмотренными семейным законодательством, а с другой – в контексте соответствующих статей СК РФ – она имеет свои, лишь ей присущие, особенности, отличающие её от усыновления и опеки.

Согласимся с мнением о том, что «приёмная семья как одна из форм устройства детей, оставшихся без попечения родителей, как показывает практика, в полной мере оправдывает все финансовые и иные затраты, требуемые для её полноценного существования. Она имеет ряд существенных преимуществ, главным среди которых является то, что данная форма устройства для некоторых детей может стать единственной возможностью обрести семью, родительский дом»[107].

Действующий СК РФ в ст. 123 допускает возможность использование и такой формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, как патронат, но только лишь в случаях, предусмотренных законами субъектов РФ.

Рассмотрим подробнее опыт ЦФО РФ. В 12 из 18 субъектов ЦФО РФ (таких как Владимирская, Воронежская, Ивановская, Костромская, Курская, Московская, Рязанская, Смоленская, Тамбовская, Тверская и Ярославская области, г. Москва) были приняты законы, и такая форма устройства детей, как патронат, активно применялась.

Патронатная форма воспитания была известна ещё в СССР. Так, например, патронат над детьми, оставшимися без попечения родителей, предусматривался в виде формы их передачи на добровольных началах на воспитание в семьи как довоенным союзным законодательством[108], так и нормативными актами военного времени[109]. Патронат над детьми существовал и в дореволюционной России[110].

Патронатное воспитание детей является аналогом приёмной семьи и новой формой семейного устройства детей, при которой законное представительство не передаётся в полном объёме семье, взявшей ребёнка на воспитание, а права и обязанности по защите прав ребёнка разграничены между патронатным воспитателем и органом опеки и попечительства.

Кроме того, над ребёнком, нуждающимся в государственной защите и находящимся в семье, мог быть установлен социальный патронат. Впервые такая форма устройства детей была изобретена и внедрена в жизнь в г. Москве. В ЦФО далеко не все субъекты РФ признали и использовали такую форму устройства детей. Так, законодательно социальный патронат закреплён лишь в пяти субъектах, таких как Калужская область, г. Москва, Московская область, Рязанская и Тверская области.

Социальный патронат – оказание необходимой помощи уполномоченной службой (организацией) в воспитании и защите прав ребёнка, находящегося в семье, но признанного в установленном порядке нуждающимся в государственной защите.

Основанием для признания ребёнка нуждающимся в государственной защите является отсутствие родительского попечения над ребёнком либо распоряжение органа опеки и попечительства о признании ребёнка нуждающимся в государственной защите.

Ребёнок, нуждающийся в государственной защите, может быть передан на воспитание в семью патронатного воспитателя уполномоченной службой (организацией) на основании договора о патронатном воспитании, заключенного между уполномоченной службой (организацией) и патронатным воспитателем, при обязательном условии разграничения ответственности по защите прав и законных интересов этого ребёнка между родителями (законными представителями ребёнка), патронатным воспитателем, уполномоченной службой (организацией).

Договор о социальном патронате заключается между уполномоченной службой (организацией), патронатным воспитателем и родителями при обязательном условии разграничения между ними прав и обязанностей по защите законных интересов этого ребёнка.

Считаем необходимым также отметить ещё одну форму патронатного воспитания, которая развивалась в некоторых субъектах ЦФО (Московская, Рязанская, Тверская и Ярославская области), так называемый постинтернатный патронат.

Постинтернатный патронат – форма оказания социальной помощи детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, выпускникам детских домов и школ-интернатов, а также лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в возрасте от 18 до 23 лет после завершения обучения в учреждениях интернатного типа, в случае признания их в установленном порядке нуждающимися в государственной поддержке: наличии инвалидности, отсутствии жилья и других причин, затрудняющих социальную адаптацию.

Патронатные воспитатели в этом случае помогают решать бытовые проблемы, вопросы трудоустройства, защищать интересы ребёнка, в том числе квартирные, в различных инстанциях.

Следует отметить ещё одну форму патроната, которая была введена во Владимирской области в 2007 году – это религиозный патронат. При патронате религиозной организации, воспитанник (обучающийся) передается на воспитание в религиозную организацию, либо учреждение создает условия для постоянного проживания группы воспитанников (обучающихся) с семьей патронатных воспитателей[111].

Религиозная организация, желающая взять детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на воспитание в семью либо обеспечить патронат предоставляет устав организации, свидетельство о государственной регистрации, заключение территориального управления Роспотребнадзора по месту нахождения религиозной организации о соответствии условий, созданных религиозной организацией, гигиеническим требованиям к устройству, содержанию, организации режима работы в учреждениях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, заключение органов опеки и попечительства о целесообразности передачи ребёнка (детей) на патронатное воспитание в религиозную организацию.

По нашему мнению, правильнее было бы назвать такую форму патроната «патронатом религиозных организаций», то есть это форма воспитания детей, при которой ребёнок сирота или ребёнок, оставшийся без попечения родителей, передается на воспитание в религиозную организацию по договору между учреждением для сирот и собственно религиозной организацией.

В настоящее время во Владимирской области есть неопределённое количество детей, которые проживают в монастырях, потому что когда-то они убежали из дома – и в конечном итоге попали в монастырь, прижились там. Их проживание не было узаконено. Теперь же они получат право жить в таких монастырях на законных основаниях… Но не нужно забывать, что не каждая религиозная организация может получить ребёнка! К моменту заключения договора организация должна обеспечить условия приближенные к семейным: они должны соответствовать гигиеническим требованиям, кроме того – заботиться о здоровье, физическом и психическом развитии ребёнка, обязаны обеспечить ему получение общего среднего или профессионального образования.

На воспитание по договору из областного бюджета религиозной организации выделяются деньги, а она, в свою очередь, отчитывается перед государством в том, как эти деньги потратила.

Такой опыт Владимирской области уже получил положительную оценку на федеральном уровне. «Религиозный патронат – это совсем ещё неизвестная форма патроната. Но раз есть такая инициатива, раз есть такие общины, которые готовы заняться этими детьми, это прекрасно! Я считаю, что современная российская ситуация в плане сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, очень тяжелая, и чем больше будет форм их устройства, чем больше взрослых будут вовлечены в процесс оказания им помощи - тем лучше!»[112] - отметил Уполномоченный по правам ребёнка при правительстве Москвы Алексей Головань.

Таким образом, введение в регионах такой формы устройства детей, как патронат, позволяет значительно уменьшить число детей, направляемых в учреждения, даёт возможность поместить в семью любого ребёнка и на любой срок[113].

Как отмечалось ранее, СК РФ, до изменений, внесённых 1.09.2008 года, допускал возможность использования иных форм устройства детей, оставшихся без попечения родителей, в семью, в случае, если такие формы были предусмотрены законами субъектов РФ.

В этой связи считаем необходимым отметить такие формы, которые были открыты и внедрены в жизнь в субъектах РФ.

По нашему мнению, внимания заслуживает такая форма устройства детей в семью как семейная воспитательная группа (далее – СВГ). Первая СВГ была открыта в декабре 2001 г. в Волгоградской области[114]. В ЦФО такая работа велась в ряде субъектов – в Брянской, Владимирской, Курской, Ярославской и других областях. Семейно-воспитательная группа – временная форма устройства несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении, в семью воспитателя. Главной задачей СВГ является «создание условий для реабилитации детей и повышение уровня их эмоционального, психического, физического развития»[115].

Учитывая важность и актуальность создания семейных воспитательных групп, был создан грамотный системный подход к организации и сопровождению деятельности СВГ, взаимодействие специалистов по работе с семьей, органов опеки, здравоохранения и иных структур[116].

Главной отличительной особенностью СВГ от приоритетных форм устройства детей в семью является создание условий для возврата ребенка в кровную семью. А также разделение прав и обязанностей по воспитанию ребенка между органом опеки и попечительства, семейным воспитателем и нередко кровным родителем. Необходимо отметить, что ребенок, находясь на воспитании в СВГ, юридически остается воспитанником детского сиротского учреждения, при котором создана СВГ, сохраняет за собой все личные и имущественные права, получает содержание и сохраняет за собой все льготы, обретая при этом заботливую и внимательную семью.

Семейный воспитатель (оформляется как работник учреждения органов опеки и попечительства) возлагает на себя обязанности по воспитанию ребенка, содержание же ребенка остается на учреждении, которое, как правило, является и законным представителем ребенка.

На наш взгляд, семейная воспитательная группа, с точки зрения возникающих правоотношений аналогична краткосрочному патронатному воспитанию. Поэтому эта форма должна регулироваться на основе закона, а не только постановлений. Трудовой характер отношений является преимуществом для семьи, как и предоставляемая семье помощь со стороны приюта. Для ребёнка это означает проживание в семье, а не в учреждении. Ограничением этой формы устройства является необходимость перевода её в другие формы устройства при установлении юридического статуса у ребёнка. Т. е. семья, если она переходит к опеке или усыновлению, может потерять предоставляемые ей услуги, а ребёнок – необходимое профессиональное сопровождение. При патронатном воспитании этого не происходит.

Ещё одной из форм воспитания в условиях семьи детей, оставшихся без попечения родителей, являются детские дома семейного типа, которые создаются в организационно-правовой форме воспитатель­ного учреждения по решению органа исполнительной власти субъ­екта РФ или органа местного самоуправления. Отношения между учредителем (учредителями) и детским домом семейного типа опре­деляются договором, заключаемым между ними (п. 4 Правил орга­низации детского дома семейного типа)[117].

Детский дом семейного типа организуется на базе семьи при желании обоих супругов взять на воспитание не менее пяти и не более десяти детей, с учетом мнения всех совместно проживающих членов семьи, в том числе родных и усыновленных детей. Дети, достигшие 10 лет, должны дать своё согласие. Общее количество детей в детском доме семейного типа не должно превышать 12 че­ловек (п. 2 Правил).

На воспитание в детский дом семейного типа передаются дети от рождения до 18 лет. Срок пребывания ребенка в детском доме семейного типа определяется в договоре, который заключается между органом опеки и попечительства по месту жительства (нахождения) ребёнка и детским домом семейного типа (п. 8 Правил).

Ребенок, переданный в детский дом семейного типа, сохраняет право на причитающиеся ему алименты, пенсии, другие социальные льготы и гарантии, установленные законодательством РФ для детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (п. 10 Правил).

В настоящее время такая форма устройства детей законодательно закреплена такими субъектами ЦФО, как Белгородской, Брянской, Владимирской, Воронежской, Тульской и некоторыми другими областями.

Кроме того, в ряде субъектов РФ развивались такие формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, как детские деревни (Московская область), мини-детские дома, попечительские семьи, воспитательные семьи, социальные квартиры (г. Санкт-Петербург), фостеровские (замещающие) семьи и др.

С 1 сентября 2008 года были введены в действие ФЗ [118] и ФЗ [119], которые отменили положение СК РФ о возможности принятия субъектами РФ законов, предусматривающих иные формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, в семью.

Получается, что на сегодняшний день действуют все формы устройства детей и все те договоры, которые были заключены до 1 сентября 2008 года. Более того, они признаются действующими до окончания срока действия договора. Но как только срок договора истечёт, все договоры должны быть перезаключены, и вместо них должны быть заключены договоры гражданско-правового характера.

Таким образом, с сентября 2008 года в России действует двойной правовой режим: на семьи, созданные до 1 сентября 2008 года, распространяются нормы прежнего законодательства, на вновь созданные семьи – нормы нового законодательства.

Исходя из всего вышеизложенного, следует вывод о том, что реформирование, проведённое законодателем, в частности, лишение права субъектов РФ самостоятельно устанавливать формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, вряд ли можно признать оправданным и целесообразным. В подобной ситуации возможности региональных властей по защите детей, оставшихся без попечения родителей, ограничиваются, что в результате негативным образом отразится на соблюдении интересов детей, нуждающихся в защите.

*

СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ КООПЕРАТИВ: ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО ПОЛОЖЕНИЯ

Сельское хозяйство является одной из отраслей экономики, значимость которой трудно переоценить. Во-первых, сельское хозяйство обеспечивает население продовольствием. Во-вторых, сельскохозяйственное производство является своеобразным поставщиком сырья и ресурсов для иных отраслей народного хозяйства.

Говоря о продовольственном обеспечении в России, следует отметить, что данная проблема является давно уже не рядовой. Наличие национального проекта «Развитие агропромышленного комплекса» подтверждает подобное утверждение и в пору вести речь о продовольственной безопасности страны, поскольку только примерно 30% потребляемой продукции произведено в России, остальные 70% является продукцией импортного производства. В то время, как согласно рекомендациям Всемирной организации продовольствия ООН, доля импортной продукции не должна превышать 18% от общего объема потребляемого продовольствия.

Во многом именно этим обстоятельством продиктован интерес к правовому положению сельскохозяйственного производственного кооператива – самой распространенной организационно-правовой форме организаций, действующих в сфере АПК.

Впервые законодательное закрепление сельскохозяйственные производственные кооперативы получили в Законе СССР от 01.01.01 г. «О кооперации в СССР»[120] (далее – Закон о кооперации в СССР). Начавшиеся процессы разгосударствления экономики потребовали поиска наиболее оптимальных форм организации хозяйственной деятельности. Чтобы представить себе о той роли, которая отводилась кооперации, достаточно привести выдержки из преамбулы Закона о кооперации в СССР.

Данный Закон был призван раскрыть огромные потенциальные возможности кооперации, возрастание ее роли в ускорении социально-экономического развития страны, усилить процесс демократизации хозяйственной жизни, придать новый импульс колхозному движению, создать условия для вовлечения в кооперативы широких слоев населения. Закон о кооперации в СССР ориентировал на равноправное взаимодействие государственного и колхозно-кооперативного секторов социалистической экономики.

Кооператив в качестве первичного звена системы кооперации в СССР являлся организацией граждан СССР, добровольно объединившихся на основе членства для совместного ведения хозяйственной и иной деятельности на базе принадлежащего ему на праве собственности, арендованного или предоставленного в бесплатное пользование имущества, самостоятельности, самоуправления и самофинансирования, а также материальной заинтересованности членов кооператива и наиболее полного сочетания их интересов с интересами коллектива и общества.

Дальнейшее развитие сельскохозяйственные производственные кооперативы получили в 1994 г. в связи с принятием и введением в действие Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ). В соответствии с п. 1 ст. 107 ГК РФ производственным кооперативом (артелью) признается добровольное объединение граждан на основе членства для совместной производственной или иной хозяйственной деятельности (производство, переработка, сбыт промышленной, сельскохозяйственной и иной продукции, выполнение работ, торговля, бытовое обслуживание, оказание других услуг), основанной на их личном трудовом и ином участии и объединении его членами (участниками) имущественных паевых взносов. При этом предусматривается, что правовое положение производственных кооперативов, права и обязанности их членов определяются в соответствии с ГК РФ законами о производственных кооперативах.

Применительно к сельскохозяйственным кооперативам таким законом является Федеральный закон от 01.01.01 г. «О сельскохозяйственной кооперации»[121] (далее – Закон о сельскохозяйственной кооперации), определяющий сельскохозяйственный кооператив в качестве организации, созданной сельскохозяйственными товаропроизводителями и (или) ведущими личные подсобные хозяйства гражданами на основе добровольного членства для совместной производственной или иной хозяйственной деятельности, основанной на объединении их имущественных паевых взносов в целях удовлетворения материальных и иных потребностей членов кооператива. Сельскохозяйственный кооператив может быть создан в форме сельскохозяйственного производственного кооператива или сельскохозяйственного потребительского кооператива.