Стенограмма пятого заседания Совета Федерации 10—11 апреля 1996 года (стр. 4 )

Из зала. Есть предложение голосовать.

Председательствующий. Голосуем.

Кстати, в Белгороде Президент заявил, что он решительно выступает за повышение зарплаты.

Результаты голосования (13 час. 15 мин.)

За 113 63,5%

Против 18 10,1%

Воздержалось 9 5,1%

Голосовало 140

Не голосовало 38

Решение: принято

Переходим к вопросу о Федеральном законе "О телевизионном вещании и радиовещании". Слово — Сливе Анатолию Яковлевичу.

Уважаемые члены Совета Федерации, уважаемый Егор Семенович! Федеральный закон "О телевизионном вещании и радиовещании" имеет очень давнюю историю. Государственная Дума приняла его 12 мая 1995 года практически в той же редакции, в которой мы его сейчас имеем. Затем было вето Президента. Государственная Дума преодолела вето Президента 20 марта 1996 года, и сейчас закон вносится на ваше рассмотрение. В числе аргументов в поддержку вето Президента хотел бы высказать следующие.

В статье 29 Конституции Российской Федерации (части 4 и 5) говорится, что "каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом".

Естественно, любой закон о средствах массовой информации должен соответствовать положениям Конституции. Между тем в данном законе (конкретно в статье 1) говорится, что телерадиовещание в Российской Федерации осуществляется свободно, за исключением ограничений, предусмотренных законом. То есть налицо серьезное отступление от Конституции, которая относит перечень сведений, составляющих государственную тайну, к предмету ведения федерального закона. А Государственная Дума, приняв закон в такой редакции, допускает любые ограничения свободы телерадиовещания, лишь бы они были включены в данный или иной федеральный закон.

Таким образом, конституционные права граждан на свободу информации не только ограничиваются данным законом, но и открывается путь для их возможного дальнейшего ограничения. Это первое.

Второе. В пункте "и" статьи 71 Конституции Российской Федерации к исключительному ведению Российской Федерации относятся федеральные информация и связь. То есть вне этого вопросы регулирования информации составляют предмет ведения соответствующих субъектов Российской Федерации, в том числе и муниципальных образований (что мы, кстати говоря, имеем и в Федеральном законе "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации").

Такова сегодня практика, относящаяся к вопросам регионального и местного телерадиовещания. Между тем предметом данного закона (а это вытекает уже из его названия, а также из статьи 2) является телерадиовещание в целом. Полномочия субъектов Федерации, муниципальных образований вообще не оговариваются, словно границы не существует.

Кроме того, закон, по сути дела, не то что игнорирует, но как бы "не замечает" практику работы Федеральной службы по телевидению и радиовещанию, соответствующих комиссий субъектов Федерации.

Отмечу, сегодня действуют 63 таких комиссии. Имеется соглашение федеральной службы с регионами. Поэтому мы здесь усматриваем вторжение в конституционные права субъектов Российской Федерации.

Третье. Законом предусматривается учреждение Федеральной комиссии по телерадиовещанию и территориальных комиссий по телерадиовещанию, подчиненных ей. Территориальная комиссия действует в одном или нескольких субъектах Российской Федерации.

Напомню, в Законе Российской Федерации "О средствах массовой информации" от 01.01.01 года в статье 30 идет речь о Федеральной комиссии по телерадиовещанию, которая вырабатывает государственную политику в области лицензирования радио - и телевещания и проводит ее как непосредственно, так и через подчиненные ей комиссии. Порядок формирования и деятельности этой федеральной комиссии определяется законом Российской Федерации.

Казалось бы, вот такой закон и вот такая комиссия. Естественно, что порядок ее формирования, ее статус, полномочия не могут расходиться с требованиями, которые предъявляются к формированию и функционированию органа государственного управления (а из закона следует, что она таковым является), не могут расходиться с положениями Конституции Российской Федерации, поскольку Конституция выше любого федерального закона.

Эта федеральная комиссия как государственный орган, осуществляющий управление в области радио - и телевещания, может быть образована Президентом Российской Федерации по представлению Председателя Правительства Российской Федерации. Таково требование, содержащееся в статье 112 Конституции Российской Федерации.

В законе же предлагается порядок формирования этой комиссии из числа кандидатур, предлагаемых Советом Федерации (5 человек) и Государственной Думой (5 человек). На наш взгляд, если это орган государственный, осуществляющий управление в области телерадиовещания (то есть относящийся к сфере деятельности исполнительной власти), то он не может формироваться подобным образом, поскольку это противоречит конституционному принципу разделения властей.

Теперь о финансировании этой комиссии и подчиненных ей территориальных комиссий, действующих в субъектах Федерации. В законе четко говорится, что финансирование будет осуществляться за счет средств федерального бюджета, расходы на это указываются в нем отдельной строкой. Я не могу подтвердить или опровергнуть сейчас соответствующие заключения Правительства на этот счет. Но вы знаете, что в федеральном бюджете на 1996 год предусмотрено финансирование за счет его средств деятельности Федеральной службы России по телевидению и радиовещанию. Мне кажется, что здесь согласование с субъектами Федерации не было проведено до конца.

У вас имеется письмо Правительства Российской Федерации нашей палате от 2 апреля 1996 года за подписью вице-премьера Игнатенко, из которого следует, что данный закон одобрять нельзя.

И, наконец, последнее. В статье 19 закона записано о контроле в теле - и радиопрограммах за соблюдением требований, касающихся осуществления телерадиовещания в период проведения выборов. Сначала речь идет о том, что контроль за телепрограммами запрещается, а потом говорится, что есть исключения из этого правила, и приводится девять пунктов. Первый пункт относится к периоду проведения выборов или референдумов.

Сегодня, 10 апреля, в разгар кампании по выборам Президента, мы не можем не оценивать этот закон и с политической точки зрения. Поймите, принятие его будет означать изменение правил избирательной "игры", установленных Конституцией, а также законом о выборах и другими актами.

Поэтому, уважаемые члены Совета Федерации, прошу вас поддержать вето Президента, закон отклонить и при необходимости выступить инициаторами создания согласительной комиссии с целью существенной его доработки.

Председательствующий. Слово предоставляется Валерию Васильевичу Сударенкову.

, председатель Комитета Совета Федерации по науке, культуре, образованию, здравоохранению и экологии.

Уважаемый Председатель, уважаемое собрание! К сожалению, мнение нашего комитета по данному вопросу не сформировано: 50 процентов членов комитета — за одобрение закона, 50 процентов — против. Поэтому, видимо, вопрос придется решать голосованием.

Характеризуя закон, необходимо отметить, что в нем нашли отражение такие важные принципы, как свобода телерадиовещания, недопустимость цензуры, обеспечение независимости программной политики телерадиокомпаний. Устанавливается порядок осуществления телерадиовещания, распространения официальных и экстренных сообщений, получения аудиовизуальной и звуковой информации, хранения материалов телерадиовещания. В нем определены типы и виды телерадиокомпаний, основы их статуса, устанавливаются особенности телерадиовещательной деятельности государственных телерадиокомпаний. Регулируются отношения по лицензированию деятельности в области телерадиовещания, устанавливается круг держателей лицензий.

В законе закрепляются основополагающие принципы, действующие в сфере массовой информации, в том числе принципы свободного осуществления телерадиовещания в Российской Федерации, недопустимости создания структур, в обязанности которых входили бы цензорские функции. Запрещается вмешательство государственных органов в профессиональную деятельность телерадиокомпаний.

Положительно оценивая закон в целом и безусловную необходимость государственного регулирования в этой сфере (в чем нас поддерживают и Правовое, и Аналитическое управления Аппарата Совета Федерации), необходимо отметить, что в нем имеется масса недостатков. Об этом говорилось на встрече с ведущими специалистами и руководителями телерадиокомпаний Российской Федерации, которую комитет провел вчера.

Острота вопроса, к сожалению, подогревается большим числом претензий, особенно к телевидению. Речь идет о засилье иностранного материала, галерее одних и тех же лиц, финансовых нарушениях в действии общественного телевидения, отмеченных Счетной палатой. И так как нет иных рычагов воздействия, стремление думского большинства опереться на силу закона представляется естественным.

В отличие от представителя Президента в Госдуме (считающего единственным и самым серьезным противоречием в связи с которым данный закон был отклонен, — образование комиссий) мы считаем, что в законе есть много мест, которые имеют не меньшее значение и требуют серьезной доработки.

Например, на государственную телерадиокомпанию в нарушение принципа равенства всех видов телерадиокомпаний возлагаются дополнительные обязательства. Кстати, НТВ по данному пункту своих замечаний практически не представило. То есть здесь ощущается различное отношение к телевизионным компаниям.

Регулирование времени — две трети и одна треть — распространяется только на государственные телерадиокомпании и вызывает у специалистов вопрос: будет ли оно достаточно эффективно?

В статье о кодексах вещания говорится о получении согласия попечительского совета на некоторые виды программ, в то время как ни одним нормативным документом не предусмотрено создание попечительских советов, а у малых радиостанций их вообще может не оказаться.

Статья 1 сформулирована так, будто право на свободу массовой информации, поиск, получение, производство и распространение имеют лишь граждане, а сами средства массовой информации как бы лишаются этого.

Я бы обратил внимание на предложения, которые поступали со стороны Правительства и со стороны телерадиокомпаний. Это очень серьезные предложения.

Такое, например, как предложение подготовить вместо отдельного закона закон об изменениях и дополнениях закона о средствах массовой информации. Возможны предложения Правительства (и оно об этом заявляет) об изменении действующего положения о телевизионных компаниях.

Есть предложение, чтобы правила экстренного телерадиовещания устанавливала не федеральная комиссия (как это предусмотрено), а закон, поскольку это относится к особо значимой информации. Это предложение Правительства и "Радио России". Оно вполне обоснованно и могло бы быть принято.

Предлагается регулировать благотворительную и спонсорскую деятельность в области телерадиовещания. То есть не допускать благотворительного финансирования, как отмечено в законе, но ввести спонсирование информационных телевизионных и радиопрограмм.

Это предложение Правительства тоже имеет смысл рассмотреть.

Предлагается слово "телерадиокомпании" заменить на "вещательные организации". Наверное, это тоже разумно, особенно если речь идет о небольших территориях или муниципальных образованиях. (Я не имею в виду крупные города, где в принципе телерадиокомпании возможны.)

По составу комиссии также есть различные предложения. Предложение Государственной Думы имеет право на существование. Но есть и другие предложения, в частности Правительства. Опыт других государств показывает, что возможен достаточно широкий спектр предложений.

Если создается федеральная комиссия по телерадиовещанию, значит, должна упраздняться Федеральная служба России по телевидению и радиовещанию, или необходимо урегулировать их взаимоотношения.

Предлагается расшифровать понятие "цензура".

Некоторые положения закона не отработаны. В частности, в статье 23 содержится анекдотичное требование распространять радиопрограммы для глухих и слабослышащих. Это надо из закона убрать.

Представители радиостанции "Маяк" считают, что требование не прерывать рекламой программы общей продолжительностью менее 30 минут неправомерно, поскольку на "Маяке" практически нет 30-минутных программ, они все короче.

В чем сходятся мнения комитета, специалистов телерадиокомпании и Правительства? Безусловно, закон по регулированию отношений государства и телерадиокомпании нужен, это мировая практика. Комиссия по телерадиовещанию тоже нужна, но предлагаются различные принципы формирования комиссии. Лицензирование также необходимо, но должна быть предусмотрена и соответствующая ответственность за выдачу лицензий. И, наконец, роль регионального законодательства в этих процессах должна быть тоже отражена в законе.

Комитет предлагает Совету Федерации голосованием определить свое отношение к этому закону.

Председательствующий. Слово — руководителю Федеральной службы России по телевидению и радиовещанию Лазуткину Валентину Валентиновичу.

, уважаемые члены Совета Федерации! Я работаю на телевидении 25 лет и имею основания сказать, что мы этого закона ждем давно. Он очень нужен. За все время существования Российской Федерации как суверенного государства на государственном уровне так и не рассмотрен вопрос о том наследии, которое досталось России в области вещания, и по этой причине происходит расхищение ресурсов. За 1992 год было выдано 500 лицензий, и только коммерческим станциям. Многие из вас знают, что не удались попытки создать региональное телевидение. Это связано с тем, что метровые частоты были розданы частным компаниям. Остались узкие диапазоны, в которых телевидение и радио развивать трудно.

Нужен закон, который будет создавать условия для развития в стране телевидения и радио, защищать интересы российского вещателя как на мировом рынке вещания, так и на внутреннем. Но главное — защищать интересы нашей аудитории от вещателей, поставив вещателей в нормальное правовое положение.

Закон должен восстановить нормальные взаимоотношения государства и личности в области вещания, ввести понятие "программная ответственность, вещательная ответственность".

В этом плане предложенный вам закон имеет основания для серьезного рассмотрения. Эфирным вещанием можно руководить. Это атрибут прошлого и означает межпрограммную политику. Вещание можно регулировать, применяя лицензионное право (это сегодня обсуждалось).

Есть еще одна сфера деятельности (народно-хозяйственная, отраслевая) — создание условий для развития радио. Мы этим занимаемся. Наша служба пока вынуждена заниматься лицензированием, то есть регулированием. Мы ждем: когда будет создана федеральная комиссия, эти функции можно передать органу, работающему в правовом поле. Механизм исполнения таков: выдача лицензий и контроль за их выполнением.

К сожалению (сегодня об этом уже здесь говорилось), нам кажется, что на комиссию согласно проекту закона возложены функции исполнительного органа. В частности, она берет на себя функции, относящиеся к сфере народно-хозяйственной, отраслевой (чем все равно не может заниматься по определению). Записано, что не допускается создание тех или иных органов, кроме комиссий (то есть служба, которую я представляю, будет ликвидирована). Нужно ли это? Давайте подумаем, потому что мы занимались отраслевыми народно-хозяйственными вопросами. Мы работаем на территории всей страны: с предприятиями промышленности и ВПК, с военными частями и так далее.

О конкретных вопросах: финансовых, технологических, инженерных, кадровых и так далее. Та комиссия не скоро всем этим будет заниматься. Кстати, о специалистах: их мало. Специалисты имеют тенденцию разбегаться, не выходя из здания (за этот год у нас уже уволилось 40 человек). Рядом работают частные коммерческие станции с заманчивыми окладами.

Следующий аспект. Мне кажется, надо было бы подумать еще об одном важном положении, которое будет плюсом для становления демократии и развития телевидения и радиовещания. У нас телевидение и радио бюджетное, государственное. Госдума принимает закон, но потом он не исполняется Минфином России по той причине, что бюджет не пополняется. Сегодня, например, денег нет (даже в условиях выборной кампании). Вещание сидит на голодном пайке. Мы вынуждены под большой процент брать у коммерческих банков кредиты, чтобы обеспечить деятельность государственного телевидения и радиовещания. Это уму непостижимо, но так происходит сейчас в стране.

Так будет долго продолжаться. Это положение не может обеспечить свободу телевидению и радио. Пока не будет финансовой свободы, не будет и свободы вещания, каким бы хорошим ни был закон и как бы он ни гарантировал, так сказать, свободу. Что имеется в виду? Уж коль скоро страна вступила в Совет Европы, давайте будем это делать неформально, хотя бы термины будем согласовывать с действующими в Европе. На Западе "общественное телевидение" означает, что оно финансируется или из бюджета (а главное из средств, полученных от населения или от юридических лиц), или за счет комбинации средств. Средства идут не от коммерческой деятельности, потому что радио - и телевизионные коммерческие станции — это не общественные организации. Это предприятия по извлечению прибыли из данной сферы деятельности. Можно говорить о равенстве различных форм собственности перед законом, но общественное звучание, значение и ответственность созданных на их основе предприятий, естественно, различны. Коммерческая станция никогда не будет работать на пользу социального большинства.

Заканчиваю. Мы решим эту проблему, если введем в закон новое для нас положение (уверен, его поддержит Президент) о введении абонентной платы. Надо ввести прямую подписку на услуги телевидения и взимать за это плату от населения и от юридических лиц (их в стране около 3 миллионов).

Думаю, что, наполнив закон реальным содержанием и устранив эти незначительные противоречия, мы сделаем его работающим.

Председательствующий. Коллеги, надо ли обсуждать вопрос?

Егор Семенович, настаиваю на выступлении: нужно высказать противоположную точку зрения. Пока она не прозвучала. Прошу предоставить мне слово.

Председательствующий. В таком случае пусть выскажутся представители разных сторон.

Уважаемые коллеги! Прибыл министр финансов. Он ждет, когда ему дадут возможность проинформировать о состоянии финансов в стране. А меня прошу отпустить: в 14 часов состоится заседание по Чечне. Возражений не будет?

Из зала. Нет.

Председательствующий. Пожалуйста, Валентина Николаевна.

Уважаемые коллеги! Считаю, что закон такой принимать нужно, но не в той редакции, которая представлена сегодня. В законе закрепляется принцип равенства телерадиокомпаний в Российской Федерации независимо от их вида и организационно-правовой формы. Все телерадиокомпании пользуются равными правами и несут одинаковую ответственность, никакая телерадиокомпания не может иметь преимуществ в отношениях с государством. Однако посмотрите статью 8 закона, которая касается защиты отечественных производителей теле - и радиопродукции. В соответствии с этой статьей государственные телерадиокомпании не менее 75 процентов ежедневного времени вещания должны отводить теле - и радиопрограммам отечественного производства. Эта норма не относится к иным телерадиокомпаниям. В настоящее время, насколько мне известно, выдано более 1200 лицензий негосударственным телерадиокомпаниям. Государственных телерадиокомпаний у нас 89 (в каждом субъекте Федерации по одной) и, пожалуй, российская. Ограничения касаются государственных телерадиокомпаний, совершенно иная позиция по отношению к негосударственным телерадиокомпаниям. Практически эфир, как и сегодня это происходит, будет заполнен не самыми высококачественными телерадиопрограммами иностранного производства. Их будет не меньше, а больше, и поставленная цель — способствовать развитию культуры, истории, сохранению традиций — окажется невыполнимой. Я считаю, что принимать статью 8 в такой редакции — вредить самим себе, и прежде всего субъектам Российской Федерации.

И еще. Мы только что спорили, рассматривая закон о повышении минимального размера оплаты труда — нет средств в бюджетах на реализацию этого закона. В то же время мы способствуем созданию параллельных структур управления: есть Федеральная служба России по телевидению и радиовещанию и предлагается создать Федеральную комиссию по телерадиовещанию (из 16 человек) за счет средств федерального бюджета. Эта комиссия будет иметь аппарат плюс к этому будут создаваться территориальные комиссии по телерадиовещанию... Хочу призвать вас, уважаемые коллеги, отклонить сегодня данный закон, создать согласительную комиссию и доработать закон, чтобы он приносил не вред, а пользу Российской Федерации в целом и каждому региону в отдельности.

Председательствует заместитель Председателя Совета Федерации
О. П. КОРОЛЕВ

Председательствующий. настаивает на выступлении. Пожалуйста, Михаил Борисович.

Уважаемые коллеги! Понимаю, что кому-то покажется бессмысленной моя борьба за положительное решение вопроса, но, прошу прощения, я, как та лягушка, которая, попав в молоко, барахталась до последнего — вдруг удастся сбить масло. Так вот, мне кажется, что противники данного закона сознательно отвлекают от главного, переводят разговор на частности, на недостатки, на отдельные неудачные формулировки, которых на самом деле в законе нет.

А главное состоит в том, что сегодня существует цензура на радио и телевидении в угоду исполнительной власти, жесткая цензура, и в том, что происходит засилье иностранных низкопробных передач. Практика, как известно, — критерий истины, позволю себе оставшиеся 4 минуты посвятить практике.

Вот газета "Камчатская правда" за 20 марта. На целую полосу статья — "Передача, которую запретили" (я, кстати, подал заявку в Аппарат на размножение этой статьи, чтобы раздать это как справочный материал, но, увы, Аппарат почему-то размножает материалы выборочно. Вот когда надо срочно материал о переносе выборов Президента размножить, он мгновенно появляется у всех на столах, а вот этот материал сутки лежал в Аппарате, но до вас, к сожалению, не дошел)...

Так вот краткое содержание. Специальный корреспондент камчатского радио Юрий Шумицкий, ведущий постоянной социально-политической передачи "Разговор по существу", очередную передачу составил из четырех интервью: с депутатом Государственной Думы Михаилом Михайловичем Задорновым (это единственный депутат в Госдуме от Камчатской области, у нас всего один одномандатный округ, а по партийным спискам никто не прошел), со Светланой Петровной Горячевой — "дальневосточницей" (она занимается проблемами, в том числе интересующими Камчатку), с Геннадием Николаевичем Селезневым — Председателем Госдумы, который два года курировал Камчатку (в прошлом составе Госдумы я был его помощником), и Геннадием Андреевичем Зюгановым, к тому времени уже зарегистрированным кандидатом в Президенты.

Речь во всех интервью шла о проблемах Дальнего Востока, Севера, Камчатки. Беседы были целенаправленные. За 18 часов до выхода передачи в эфир ее без всяких объяснений запретил председатель ВГТРК господин Мартыненко. Шумицкий обратился ко мне, как председателю Законодательного Собрания Камчатской области, и я обратился к председателю комитета по телевидению и радиовещанию Камчатской области и получил ответ: "Я работник государственной структуры, меня назначает Правительство, и я делаю то, что требует Правительство". Надеюсь, вы догадываетесь, какая была бы судьба у этой передачи, если бы четыре фамилии были несколько другие.

Кстати, Шумицкий не новичок и не случайный человек, у него за плечами 25 лет работы в средствах массовой информации. В 1980 году его имя знал весь Советский Союз: он прошел пешком от Владивостока до Калининграда, и о нем тогда много говорили. Это я говорю для того, чтобы вы поняли, какой у него твердый характер. Это человек, который никогда никакому давлению не подчинялся, поэтому очень много хлебнул от советской цензуры на радио и телевидении, вплоть до того, что уходил и был вынужден работать простым рабочим. К нему приходили нынешние правящие демократы (в то время они были еще так называемыми неформальными структурами) и через него добивались своего голоса в эфире. Теперь они требуют заткнуть ему рот.

Так вот Шумицкий говорит, что он за этот закон, потому что этот закон даст ему дышать чуть-чуть более свободно и потому что такой цензуры, которая существует сегодня, за 25 лет своей работы на радио, телевидении и в газетах он никогда не видел. Вот для чего нужен этот закон. Это один аспект.

Второй аспект. Да, он решает (может быть, не полностью, уважаемая Валентина Николаевна) еще одну проблему. Он позволяет убрать с телеэкрана мат, порнуху, бесконечные драки и убийства. Ведь дети уже не могут без крови, они уже в школах (у меня жена — завуч школы) не могут без зуботычин друг другу. Это в порядке вещей: воспитание телевидением.

Мы уже год "мурыжим" этот закон по разным инстанциям. Его надо принимать. А что касается недостатков и недоработок, то есть самый надежный способ: чтобы какое-то изделие никогда не вышло из процесса изготовления, в него постоянно надо вносить доработки и улучшения. Иначе закон все время будет улучшаться, но никто никогда им не воспользуется.

Я не убежден, что если сегодня внести в этот закон все поправки, то многие из них действительно будут нужны. Те, кто сегодня согласен с этим законом, завтра будут оппонентами, потому что сегодня они против этих поправок. И мы так и будем крутиться год, десять лет (столько, сколько понадобится противникам этого закона), если не сделаем решительного шага.

Не знаю, назовет ли мне кто-нибудь хоть один закон, который принят и в него после этого не вносились поправки. Во все законы вносятся поправки, изменения. Но нужно сделать шаг — закон принять. Или признать, что мы сегодня работаем на ту структуру власти, которая полностью оккупировала российские радио и телевидение.

Председательствующий. Анатолий Александрович Собчак, пожалуйста.

Уважаемые коллеги! Хотел бы обратить внимание на следующее. При принятии закона надо все-таки не столько говорить о политических мотивах, сколько о тексте закона.

Так вот, если говорить об этом законе, то его сегодня просто нельзя принимать, потому что по своему содержанию он противоречит уже имеющемуся закону о средствах массовой информации. Это во-первых.

Во-вторых, в нем не содержится четкого разделения на три различных группы телерадиовещательных компаний: государственные, общественные и коммерческие. И это его самый (может быть) главный порок, потому что должно быть совершенно различное отношение и совершенно различная политика по отношению и к финансовой деятельности, и к контролю за деятельностью этих трех различных видов компаний.

В-третьих, этот закон фактически ликвидирует последнюю государственную структуру — Федеральную службу России по телевидению и радиовещанию, создавая ту надуманную комиссию, которая будет лишней новой федеральной структурой по всем регионам. Правильно говорил Валентин Валентинович Лазуткин: если создавать такую комиссию, то она нужна только в качестве общественного координирующего органа, куда бы входили представители различных общественных и других организаций. Но она просто не сможет выполнять ту техническую работу, которую выполняет сегодняшняя служба.

Ну и есть, наконец, региональный аспект. С точки зрения этого закона интересы региональных телерадиовещательных служб совершенно не учтены.

По этим соображениям я предлагаю проголосовать "против". Ведь только по политическим мотивам его пытаются "протащить", с тем чтобы использовать в предстоящей избирательной кампании. Необходимо создать согласительную комиссию и подготовить, по сути дела, новый текст закона. Этот закон нуждается не в каких-то мелких добавках, а в коренной, принципиальной переработке, о которой здесь говорил знающий человек, председатель Федеральной службы России по телевидению и радиовещанию. И говорил он не потому, что политически поддерживает тех или других, а потому, что по-другому работать просто нельзя.

Предлагаю проголосовать против одобрения этого закона, создать согласительную комиссию и начать работу.

Председательствующий. На голосование можно ставить или кто-то настаивает на выступлении? Анатолий Иванович Лисицын просит слова.

Считаю, что нужно согласиться с предложениями Лазуткина, а согласительной комиссии обязательно учесть эти предложения, поскольку это — мнение профессионала. Если мы сегодня одобрим закон в этом варианте, то фактически предусмотрим создание какой-то управленческой структуры вне исполнительной и законодательной власти. Так можно дойти до абсурда. Скоро мы будем создавать управленческую структуру по реализации каждого закона. Этого допускать нельзя. Поэтому нужно отклонить закон, и пусть работает согласительная комиссия.

Председательствующий. Итак, мнения определились. Можно ставить на голосование? Предварительно даю справку: вопрос стоит о преодолении вето Президента. Для того чтобы оно было преодолено, необходимо 119 голосов.

Кто за то, чтобы одобрить Федеральный закон "О телевизионном вещании и радиовещании" в ранее принятой редакции? Прошу голосовать.

Результаты голосования (13 час. 52 мин.)

За 29 16,3%

Против 100 56,2%

Воздержалось 12 6,7%

Голосовало 141

Не голосовало 37

Решение: не принято

Уважаемые коллеги! На четвертом заседании мы приняли решение заслушать информацию Правительства о ходе исполнения Федерального закона "О федеральном бюджете на 1996 год". На сегодняшнее заседание приглашены и присутствуют здесь министр финансов Российской Федерации , руководитель Государственной налоговой службы Российской Федерации, вице-премьер , а также Председатель Счетной палаты Российской Федерации Кармоков Хачим Мухамедович.

Приступаем к рассмотрению этого вопроса. Пожалуйста, Вам слово, Владимир Георгиевич.

Уважаемые члены Совета Федерации! Исполнение бюджета на 1996 год осуществляется в рамках принятого уже к началу текущего года закона о бюджете, что создало реальные ориентиры социально-экономических сфер жизни общества.

Отказ от кредитов Центрального банка и эмиссии казначейских обязательств предопределил безынфляционное финансирование дефицита бюджета и одновременно с этим привел к доминирующей роли налоговых доходов в формировании ресурсной базы бюджета.

Хотелось бы отметить, что исполнение бюджета в первом квартале осуществляется со значительным напряжением. Объем налоговых поступлений, по предварительным данным за первый квартал, составил 33,5 трлн. рублей против 60,1 трлн. рублей, предусмотренных в расчетах бюджета и собственно в законе о бюджете на первый квартал текущего года. Поступления составили чуть более 55 процентов от предназначений, намеченных в бюджете. При этом отставание имеет место практически по всем основным видам налогов.

Проведенный анализ показывает, что столь существенное недопоступление налогов вызвано в основном не изменением макроэкономической ситуации в стране, то есть уменьшением валового внутреннего продукта, снижением инфляции, а в основном двумя важнейшими причинами, хотя, конечно, факторы изменения макроэкономической ситуации сбрасывать со счетов нельзя. Имеет место падение объемов производства и валового внутреннего продукта против расчетов, заложенных в бюджете.

Они в какой-то мере оказывают влияние, но не столь значительное, и только этим объяснять ситуацию нельзя.

Главные же причины состоят в следующем.

Первая причина — это стремительный рост недоимки по налогам и платежам в федеральный бюджет. Если за весь 1995 год прирост недоимки в федеральный бюджет составил чуть более 20 трлн. рублей, то только за два первых месяца 1996 года — 10,9 трлн. рублей.

При этом характерной особенностью такого прироста является то, что в отношении федерального бюджета практически никакого влияния не оказывает бронирование предприятиями и организациями, хозяйствующими субъектами средств на заработную плату и другие неотложные нужды, то есть так называемый механизм 30 на 70, который действовал в 1995 году. Если в 1995 году за счет этого фактора мы имели более двух третей роста недоимки, то в 1996 году, несмотря на то, что этот фактор действовал первые два месяца (январь и февраль), он на федеральный бюджет влияния не оказывал.

Что еще хотелось бы сказать по этому поводу? Анализ недоимки в федеральный бюджет, которая сегодня имеется (а она, как я сказал, возросла и составила более 40 трлн. рублей), показывает, что две трети этой величины приходится всего на 500 предприятий Российской Федерации.

Рост недоимки также связан и с задержкой коммерческими банками перечислений платежей из-за отсутствия средств на их корреспондентских счетах. Есть многочисленные случаи, когда предприятия и организации имеют деньги на собственном расчетном счете, платят налоги, но банк деньги в бюджет не перечисляет, потому что у него на корреспондентском счете нет денег. Такие суммы сейчас составляют примерно 1,1 трлн. рублей. В январе — феврале это привело к непоступлению налогов в федеральный бюджет почти на 500 млрд. рублей.

Второй немаловажной причиной того, что в первом квартале бюджетные предназначения по налогам не выполняются, связана с тем, что доходы от налоговых поступлений, заложенные в бюджете, не полностью подкреплены теми налоговыми законами, которые были приняты или в процессе утверждения, или после утверждения бюджета на 1996 год.

Как и в прошлом году, продолжают отставать поступления доходов от приватизации. Получена всего одна треть суммы, заложенной в бюджете на первый квартал, а она намного меньше, чем в остальные месяцы года. Не поступает прибыль Центрального банка, а она была предусмотрена в размере 1,25 трлн. рублей.

В условиях столь значительного непоступления налогов Министерство финансов в первом квартале принимало самые решительные меры по изысканию других источников финансирования для того, чтобы обеспечить максимально возможное финансирование расходов, предусмотренных бюджетом на первый квартал.

В первую очередь речь идет о государственных краткосрочных обязательствах и других ценных бумагах, выпускаемых государством. Доходы от их реализации составили в первом квартале более 18 трлн. рублей (это 132 процента от тех сумм, которые были предусмотрены в бюджете на первый квартал). За счет этого источника в первом квартале было профинансировано две трети дефицита федерального бюджета. Одновременно с этим были привлечены внешние кредиты на сумму 14,3 трлн. рублей (или 122,6 процента от тех проектировок, которые были заложены в бюджете на первый квартал 1996 года).

Благодаря дополнительному привлечению этих ресурсов, которые были намного больше, чем было предусмотрено в бюджете на первый квартал, расходы федерального бюджета профинансированы на сумму, превышающую доходы от налоговых поступлений, которые мы получили. Достаточно сказать, что расходы бюджета за первый квартал составили 63,4 трлн. рублей (или чуть больше 70 процентов от бюджетных предназначений на первый квартал). При том, что налоговые поступления составили, как я уже сказал, около 55 процентов.