Новые технологии иммунодиагностики и механизмы иммунных нарушений при урогенитальных инфекциях у женщин репродуктивного возраста (стр. 3 )

женщин и больных уреаплазмозом показал, что при нормоценозе и промежуточном типе микробиоценоза влагалища не наблюдалось достоверной корреляционной зависимости между количеством УПМ просветной и пристеночной и показателями гуморального иммунитета (r < 0,3). Вместе с тем, у больных с дисбиозом и бактериальным вагинитом наблюдалась выраженная корреляция содержания условно-патогенных микроорганизмов просветной и пристеночной локализации и уровней иммуноглобулинов классов М, А и G, а также sIgА и sc в секрете влагалища (r > 0,5). У больных с сочетанной уреаплазменной инфекцией значительно возрастало содержание в вагинальном отделяемом IgG, уровень которого при бактериальных вагинитах уреаплазменной этиологии достоверно превышал контрольные значения нормоценоза более чем в 30 раз.

Таким образом, разработанная новая технология оценки микробиоценоза влагалища позволяет судить о выраженности инфекционного процесса и прогнозировать его течение, а также оценивать колонизационную резистетность слизистых как неотъемлемой части мукозального иммунитета.

Нами изучена связь уровней экспрессии генов TLR-2 и TLR-4 с изменениями микробиоценоза УГТ при УГХ у женщин.

У 17,1% (7 пациенток) больных I группы выявлена хламидийная моноинфекция, а у 82,9% (34 пациенток)- в сочетании с другими возбудителями ИППП: уреаплазмами, микоплазмами, ВПЧ, ВПГ, ЦМВ, трихомонадами и токсоплазмами. Выявлено одновремённое доминирование двух биоваров U. urealyticum Parvo и Т-960, что значительно усугубляло течение УГХ. У 31,7% установлено наличие ВПЧ низкой онкогенности (типы 6 и 11), и у 9,8% человек ВПЧ с ЦМВ или сразу несколько типов ВПЧ (16, 18 и 35) с высокой онкогенной способностью. Наличие УПМ установлено в I группе в Цк у 61,0% пациенток (12 родов микроорганизмов), Ур - у 48,8% (7 родов микроорганизмов), во Вл - у 51,2% пациенток (11 родов микроорганизмов). Причем у большинства больных наблюдался сочетанный характер инфицирования возбудителями ИППП и УПМ (2-7-компонентные ассоциации патогенов). Исследования во II группе на наличие возбудителей ИППП и УПМ в Цк выявили у 37,9% больных хламидийную моноинфекцию, у остальных – сочетанный характер инфицирования различными бактериальными агентами. УПМ в Цк выявлялись у 37,9% больных (6 родов микроорганизмов), в Ур - у 62,1% больных (5 родов микроорганизмов) и во Вл – у 48,3% (5 родов микроорганизмов). При микстинфекциях регистрировались 2-5-компонентные ассоциации инфекционных агентов. В III группе у 30,0% женщин из УГТ выделялись УПМ в Цк (5 родов микроорганизмов), из Ур - у 23,3% обследованных (4 рода микроорганизмов), из Вл – у 36,6% женщин (4 рода микроорганизмов). Регистрировалось формирование 2-3 компонентных ассоциаций патогенов. В IV группе ни одним из использованных способов (ПЦР, ИФА) не были выявлены ИППП. УПМ выявлялись у двух пациенток в Цк (3 рода микроорганизмов), у трех пациенток - в Ур (3 рода микроорганизмов) и Вл (4 рода микроорганизмов), соответственно.

По частоте выявляемости УПМ в Цк достоверные различия выявлены (табл. 4, рис. 1) между I и III группами (c2=5,470, р<0,01), I и IV группами (c2=20,800, р<0,001), II и IV группами (c2=7,310, р<0,001), III и IV (c2=4,460, р<0,01), а между I и II, II и III группами различия не достоверны. При этом имела место в I группе средняя корреляционная связь между УПМ и TLR-2 и приближалась к средней между УПМ и TLR-4 и между TLR-2 и TLR-4; во II группе между УПМ и TLR-2, УПМ и TLR-4, TLR-2 и TLR-4- слабая корреляционная связь; в III группе сильная корреляционная связь между УПМ и TLR-2 и приближалась к средней между УПМ и TLR-4, между TLR-2 и TLR-4- слабая корреляционная связь; в IV группе между УПМ и TLR-2, УПМ и TLR-4, TLR-2 и TLR-4- слабая корреляционная связь. По частоте выявляемости УПМ в Ур достоверные различия выявлены между I и IV группами (c2=13,480, р<0,001), II и III группами (c2=6,670, р<0,01), II и IV группами (c2=19,050, р<0,001), а между группами I и II, I и III, III и IV различия не достоверны. При этом имела место в I группе средняя обратная корреляционная связь между УПМ и TLR-2, между УПМ и TLR-4 и слабая пряма корреляционная связь между TLR-2 и TLR-4; во II группе между УПМ и TLR-2, УПМ и TLR-4, TLR-2 и TLR-4 корреляционной связи не выявлено; в III группе между УПМ и TLR-2, УПМ и TLR-4, TLR-2 и TLR-4 корреляционной связи не выявлено; в IV группе между УПМ и TLR-2- средняя корреляционная связь, а между УПМ и TLR-4, TLR-2 и TLR-4 корреляционной связи не выявлено. По частоте выявляемости УПМ во Вл достоверные различия выявлены между I и II группами (c2=7,540, р<0,01), I и III группами (c2=13,240, р<0,001), I и IV группами (c2=27,010, р<0,001), II и III группами (c2=4,940, р<0,01), II и IV группами (c2=20,530, р<0,001), III и IV группами (c2=5,120, р<0,01), а между группами I и II различия не достоверны. В I группе

Рисунок 1. Процент встречаемости микрофлоры в уретре (Ур), цервикальном канале (Цк) и влагалище у пациенток с хламидийной инфекцией и женщин групп сравнения

по сравнению с IV группой дополнительно выявлена достоверно высокая инфицированность Candida spp (c2=3,889, р<0,05), Streptococcus spp (γ-гемолитический)- I и IV группами c2=3,913, р<0,05, Enterococcus spp. (c2=20,557, р<0,001), Esherichia coli (c2=13,550, р<0,001), Klebsiella spp (c2=8,460, р<0,001), Enterobacter spp (c2=5,132, р<0,01). При этом имела место в I группе слабая корреляционная связь между УПМ и TLR-2 и средняя между УПМ и TLR-4, между TLR-2 и TLR-4; во II группе между УПМ и TLR-2 слабая, между УПМ и TLR-4, TLR-2 и TLR-4 приближалась к средней корреляционной связи; в III группе средняя корреляционная связь между УПМ иTLR-2 и между УПМ и TLR-4, между TLR-2 и TLR-4- слабая корреляционная связь; в IV группе между УПМ и TLR-2, между УПМ и TLR-4- сильная, между TLR-2 и TLR-4- средняя корреляционная связь.

По частоте выявляемости УПМ во II группе установлены различия показателей инфицированности между Вл и Ур (c2=4,150 при р<0,01 и c2=4,340 при р<0,01); в остальных случаях (I и II группа) наблюдалась корреляционная зависимость выявления УПМ между Вл и Цк, Цк и Ур (rs≥0,5).

Таким образом, показатели уровней обсеменённости УПМ Цк, Ур и Вл коррелировали с оказателями уровней экспрессии генов TLR-2 и TLR-4: наиболее высокие уровни экспрессии генов Toll-like рецепторов соответствовали более высокой степени обсеменённости. Во Вл имела место экспрессия генов TLR-2 и TLR-4 в ответ на УПМ, а в Цк и Ур – на УПМ и ИППП.

Во Вл корреляционной связи между УПМ и нормофлорой в группах не выявлено. Обратная корреляционная зависимость между УПМ и лактобациллами Вл (rs=-0,7) определялась только во II группе. Не установлено корреляционной зависимости показателей уровней лактобацилл и бифидобактерий (нормофлора) с показателями уровней экспрессии генов TLR.

Различные уровни активации рецепторов TLR-2 и TLR-4 зависят от качественного состава микробных сообществ, присутствующих на слизистой оболочке УГТ. Активация экспрессии генов TLR-2 и TLR-4 происходит более выражено в ответ на УПМ и менее выражено при контакте с нормофлорой.

Повышение экспрессии TLR-2 и TLR-4, как в Ур, так и в Цк ккоррелировало с проявлениями УГХ, зависящей как от возбудителя, так и от ассоциатов (возбудителей ИППП и УПМ). При хламидийной инфекции не осложненной и осложненной наличием ассоциатов воспалительный процесс в УГТ характеризуется разными типами ответов в отношении экспрессии генов рецепторов. При остром урогенитальном хламидиозе наблюдается более высокий всплеск экспрессии TLR-2 и TLR-4 в Цк и Ур. При хроническом (длительном) течении хламидийной инфекции экспрессия генов TLR-2 и TLR-4 находится на уровне, намного ниже нормы. Повышение уровня экспрессии генов TLR коррелирует не только с патогенностью ассоциатов, но и тяжестью клинических проявлений воспалительного процесса, что позволяет использовать данный показатель для определения степени активности клеточного звена иммунитета и воспалительного ответа. Различные уровни активации TLR-2 и TLR-4 зависят от качественного состава микробных сообществ, присутствующих на слизистой оболочке УГТ. TLR-4 и TLR-2 запускают развитие воспалительной реакции УГТ.

Таблица 4. Уровни TLR в зависимости от микробиологической и морфологической характеристики биотопа урогенитального тракта (УГТ) при урогенитальном хламидиозе женщин

Группы	Отдел УГТ	Усредненное содержание	Корреляция между столбцами ( rs )
Лейкоциты	УПМ, Lg КОЕ/мл	TLR-2	TLR-4	1-2	1-3	1-4	2-3	2-4	3-4
1	2	3	4
I	Цк Ур Вл	42,8±6,2 32,4±4,6 18,2±2,1	3,7±1,56 4,2±0,51 8,1±0,37	57,0±9,95 37,3±7,02 37,72±2,4	34,8±1,72 16,28±2,82 16,68±2,36	0,54 -0,35 0,525	0,68 0,82 0,59	0,41 0,65 0,72	0,62 -0,48 0,3	0,46 -0,6 0,49	0,46 0,37 0,52
II	Цк Ур Вл	14,8±1,4 6,7±1,4 12,5±1,94	3,8±0,27 2,3±0,5 4,58±1,01	5,71±1,07 3,45±1,46 35,3±6,74	8,01±1,08 2,0±0,83 14,37±1,96	0,34 0,21 -0,45	0,74 0,82 0,73	0,68 0,72 0,65	0,35 0,14 0,35	0,26 0,08 0,44	0,24 0,10 0,42
III	Цк Ур Вл	8,1±1,8 5,2±1,9 8,6±1,7	1,36±0,37 2,5±0,83 2,5±1,2	18,67±2,39 13,46±1,8 31,8±3,3	13,5±0,93 9,0±1,98 12,34±2,26	-0,34 -0,36 0,28	0,58 0,41 0,7	0,74 0,362 0,88	0,86 0,34 0,59	0,42 -0,16 0,62	0,21 0,34 0,39
IV	Цк Ур Вл	4,0±1,52 3,3±1,7 5,1±2,0	1,94±0,73 1,32±0,37 2,74±0,94	17,02±2,1 11,9±1,8 36,82±3,56	13,8±1,9 7,8±1,03 12,1±1,63	0,042 0,05 0,082	0,78 0,55 0,74	0,45 0,30 0,68	0,36 0,6 0,87	0,28 -0,14 0,72	0,2 0,01 0,52

Примечания: при rs ≥0,7 связь считали сильной (0,001<p<0,01); при 0,5≤ rs <0,7 связь являлась средней (0,01<p<0,05);

при rs <0,5 связь считали слабой (p>0,05). Если rs=0 - линейная связь отсутствует; УПМ - условно-патогенные микробы.

Нами изучен микробиотоп влагалища и его патогенетическая роль при уреаплазмозе и хламидиозе.

При анализе ассоциаций патогенных агентов при остром уреаплазмозе и остром хламидиозе (табл. 5), включая обострение хронического процесса, выявлено, что из всех верифицированных патогенных агентов достоверно (по сравнению с группой переболевших хламидиозом пациентов) наиболее часто при уреаплазмозе регистрировались хламидии (c2=5,540, р<0,05), микоплазмы (c2=5,540, р<0,05), цитомегаловирус (c2=4,002, р<0,05) и вирус простого герпеса (c2=4,002, р<0,05), при остром хламидиозе – уреаплазмы (c2=4,471, р<0,05), микоплазмы (c2=7,098, р<0,01), вирус папилломы человека (c2=6,012, р<0,05), при хроническом - вирус папиломы человека (c2=4,023, р<0,05). У пациентов с острым уреаплазмозом частота встречаемости вируса папилломы человека достоверно ниже по сравнению с пациентами при остром хламидиозе (c2=12,032, р<0,001), при обострении хронического хламидиоза (c2=7,221, р<0,01) и не отличалась

Таблица 5. Встречаемость патогенных агентов при уреаплазмозе и хламидиозе

Патогены	Острый уреаплазмоз 50 пациентов	Острый хламидиоз 41 пациент	Обострение хронического хламидиоза 29 пациентов	Пациенты, переболевшие хламидиозом 30 человек
Трихомонада	2,04%	4,8%	0	0
Токсоплазма	2,04%	4,8%	0	0
Уреаплазма		34,1%	20,7%	13,3%
Уреаплазма (моноинфекция)	12,20%	-	-	-
Хламидия	20,40%	-	-	-
Хламидия (моноинфекция)	-	17,1%	37,9%	0
Микоплазма	20,40%	24,3%	10,3%	0
ВПЧ	10,20%	41,5%	37,9%	12,55%
ЦМВ	16,30%	4,8%	0	0
ВПГ	16,30%	6,5%	3,4%	0

Примечания: – исследования не проводились; ВПЧ – вирус папилломы человека; ЦМВ – цитомегаловирус; ВПГ– вирус простого герпеса.

от переболевших хламидиозом. При остром хламидиозе отмечено одновременное доминирование двух биоваров U. urealyticum Parvo и Т-960, что значительно усугубляло его течение (чаще встречались эрозии шейки матки). Наиболее частое выявление ВПЧ при хламидиозе (остром и обострении хронического хламидиоза) также являлось неблагоприятным патогенетическим фактором, определяющим неблагоприятный прогноз течения хламидийной инфекции – возможности малигнизации тканей, особенно, если учесть превалирование при хламидиозе нескольких типов ВПЧ (16, 18 и 35) с высокой онкогенной способностью. При уреаплазмозе чаще определялись ВПЧ низкой онкогенности (6 и 11 типы).

Количество лейкоцитов как показателя выраженности воспалительной реакции во влагалище составило в поле зрения при остром уреаплазмозе 44,9±6,6, при остром хламидиозе 18,2±2,1, при обострении хронического хламидиоза 12,5±1,9, у переболевших хламидийной инфекцией 8,6±1,7, у клинически здоровых пациентов 5,1±2,0. Различия достоверны между пациентами с острым уреаплазмозом и хламидиозом острым и хроническим при р<0,05, между пациентами с острым уреаплазмозом и переболевшими хламидиозом и клинически здоровыми при р<0,05, между пациентами с острым хламидиозом и переболевшими хламидиозом и клинически здоровыми при р<0,05; между пациентами с острым и хроническим вариантами течения хламидийной инфекции различия не достоверны. Следовательно, установлено достоверное угнетение выраженности воспалительной реакции слизистой генитального тракта женщин при остром и обострении хронического хламидиоза по сравнению с острым уреаплазмозом, что может косвенно свидетельствовать о нарушении (угнетении) местного врождённого иммунитета (в частности, нарушена функция TLR-рецепторов).

При остром уреаплазмозе у 10% больных определялся промежуточный тип нарушения микробиоценоза влагалища, у 44% больных – дисбиоз и у 46% больных - бактериальный вагинит; при остром хламидиозе у 56,1% больных – дисбиоз и у 43,9% больных - бактериальный вагинит; при обострении хронического хламидиоза у 72,5% больных - дисбиоз и у 27,5% больных - бактериальный вагинит. По частоте встречаемости типов нарушений микробиоценоза влагалища при уреаплазмозе и хламидиозе, а также между ними, различия не достоверны.