Хаим Соколин. Голые короли. Записки идеалиста (стр. 8 )

6. Вот теперь можно поставить точку.

* * *

Любое повествование надлежит закончить кратким, но емким заключением. Если у автора нет для этого нужных слов, как в данном случае

у меня, то их можно позаимствовать. Поэтому для достойного завершения нашей истории, густо замешанной на идеализме, иллюзиях и неприглядной реальности, обратимся к сочинению великого Эразма Роттердамского “Похвала глупости”: “Найдутся, быть может, хулители, которые станут утверждать, будто подвергаю я поруганию всех и каждого. Я же не только избегал незаслуженных обвинений, но сверх того -- старался умерить всячески слог, дабы разумному читателю сразу же было понятно, что стремлюсь я скорее к истине, нежели к злому глумлению. Я не хотел, по примеру Ювенала, ворошить сточную яму тайных пороков и охотнее выставлял напоказ глупое, нежели гнусное. Но и называть низкое возвышенным не считал нужным”.

Подвести итог “Запискам идеалиста” я хочу небольшим стихотворением, которое написал после получения Государственного Волчьего Билета. С тех пор я не работал на исторической родине ни одного дня. Все мои гражданские права без права на работу по специальности превратились в фикцию. Правом работать уборщиком или охранником я не воспользовался, уступив, если вдруг потребуется, эту возможность голым королям. На благополучии Израиля это, конечно, не отразилось (отряд не заметил потери бойца). На моем тоже, хотя авторы Билета очень надеялись на обратное. Иначе их радость была бы не полной (это составная часть национального характера). Поэтому, как говорил один из героев романа “И сотворил Бог нефть…”, лучшая месть -- это хорошо жить…

Первые три четверостишия отражают официальную государственную точку зрения, последнее -- мою собственную.

АРХИПЕЛАГ “ГАЛУТ” *

И сказал проводник: “Господин! Я еврей

И, быть может, потомок царей…”

И. Бунин. Иерусалим

Это страшное слово ”галут” –

Там глумятся, преследуют, бьют,

Там оторван несчастный еврей

От традиций своих и корней.

Это мерзкое слово ”галут” –

Преуспеть там тебе не дадут,

Там подрезаны крылья мечты,

Без надежды там мечешься ты.

Это горькое слово “галут” –

Там унизят тебя и согнут

В пресловутый закрученный рог,

И ни власть не поможет, ни Бог.

Это сладкое слово “галут” –

Там я был человеком, а тут –

Безработный бесправный еврей,

Блудный отпрыск рабов и царей…

* Галут - еврейская диаспора (иврит)

Иерусалим, 1

* * *

Приложения

Газета Маарив, 16.04.1991

Ёхай Рафаэли

КУВЕЙТ ТОЖЕ СЧИТАЛСЯ КОГДА - ТО СУХИМ

(О книге Хаима Соколина “Есть ли нефть в Израиле?”, изд. Лексикон, Иерусалим, 1990 г)

Доктор Хаим Соколин -- репатриант из Советского Союза, специалист по поискам нефти, утверждает с убежденностью профессионала, что в Израиле есть нефть. Он считает, что она до сих пор не обнаружена из-за профессиональных ошибок и неправильной разведочной концепции. А его критики заявляют, что Соколина следует госпитализировать. Кому верить?

Перед нами история Хаима Соколина -- репатрианта из СССР, специалиста по разведке нефти. Он приехал в Израиль, затем уехал в Канаду и через шесть лет вернулся. Человек, мягко говоря, необычный. Это история небольшой книги, которую он написал. Книга тоже, мягко говоря, необычная.

Называется она “Есть ли нефть в Израиле?”. В продажу книга еще не поступила. Один экземпляр оказался в библиотеке Махона геологии (Геологическая служба) и разразилась буря. Реакция была мгновенной -- сплошная ругань и очернение в адрес автора. Весь геологический истеблишмент восстал против этого русского еврея. Итоговый вывод книги подобен взрыву. Соколин не только подвергает профессиональной критике израильских разведчиков нефти, но и указывает альтернативу: “Промышленные залежи нефти располагаются в Мертвом море под пластами соли”. Вот его ключевая фраза: “Необходимо бурение глубоких скважин на подсолевой горизонт, а вместо этого разведка велась и ведется на неглубокие пласты, залегающие над солью”. Оппоненты Соколина прочитали все, что он говорит об их безуспешных поисках нефти, которые продолжаются почти сорок лет. В разговоре со мной они отказались открыто комментировать книгу, все их заявления сделаны с условием анонимности.

Книга объемом 93 страницы, написана в лаконичном стиле и насыщена фактами из жизни автора, из истории разведки нефти в Израиле и в ряде других стран. Главы 1, 2 и 3 описывают приезд семьи Соколиных в Израиль и первые поверхностные впечатления от страны. Но в главе 4 и далее автор переходит к более глубоким наблюдениям, размышлениям и выводам, в том числе к характеристике конкретных людей. Вот, например, что говорится о главном геологе компании ХАНА Элиезере Кашаи: “Человек интеллигентный, с мягкими манерами. Однако один факт остается несомненным -- за 20 лет на посту главного геолога он не пробурил ни одной удачной скважины. Это своего рода мировой рекорд, достойный книги Гиннеса. Такого геолога можно уподобить хирургу, не сделавшему ни одной успешной операции”. Оппоненты Соколина отреагировали следующим образом: “Это оскорбление. Кашаи прекрасный честный человек”. Как видим, Соколин не подвергает сомнению человеческие качества Элиезера Кашаи, он говорит о другом.

Хаим Соколин -- доктор геологии, работавший более 20 лет в области разведки нефти в СССР. Последние годы он специализировался на поисках месторождений в солянокупольных районах и опубликовал книгу о методах поисков нефти в них. В Мертвом море также имеются подобные геологические структуры. Его профессионализм и опыт в этой области не подлежит сомнению. Это подтверждает, в частности, профессор Гедалия Гвирцман, бывший начальник отдела нефти Махона геологии. Между Соколиным и Гвирцманом существует профессиональное взаимопонимание. Оппоненты Соколина объясняют это просто: “Гедалия любит всех”. В 1978 году Соколин начинает работать в отделе нефти, и Гвирцман поручает ему ревизию всех прошлых разведочных работ в районе Мертвого моря и оценку его нефтяного потенциала. К тому времени район был признан неперспективным для дальнейших поисков нефти.

На основании детального геологического анализа и сопоставления с другими аналогичными районами Соколин приходит к выводу, что залежи нефти расположены под соленосным пластом на глубине 6 тысяч метров. Вся предыдущая разведка была ориентирована на поиски нефти над солью, а бурение велось на глубину до 3-х тысяч метров. Этот вывод требует пересмотра разведочной концепции. Соколин приводит пример Кувейта, который на протяжении 25 лет также считался неперспективным районом. И лишь после того, как проблему рассмотрели с других геологических позиций, там началось нефтяное “наводнение”.

Соколин опубликовал подробный отчет со своим анализом 11 лет назад, в 1980 году, и передал его компании ХАНА. Компания отправила отчет на экспертное заключение в США, известн6ому специалисту Джеймсу Вильсону, бывшему президенту Американской Ассоциации Нефтяных Геологов. Вильсон дал положительное заключение о работе Соколина и поддержал его выводы и рекомендации. Несмотря на это, ХАНА продолжала бурение в прежних неперспективных районах на малую глубину, что заранее обрекало разведку на неудачу и дальнейшую дискредитацию района. Соколин пытался протестовать, но к его мнению не прислушивались. Он пришел к выводу, что его дальнейшая работа в Израиле не имеет смысла.

В 1980 году Соколин получает предложение от канадской компании занять должность старшего советника по международной разведке и временно уезжает из Израиля. Он участвует в успешных проектах во многих странах, приобретает международный опыт разведки нефти. Критикам профессиональных достижений Соколина ничто не поможет. В отличие от них, он участвовал в открытии нефти, а не только в ее бесконечных поисках.

В 1987 году Соколин с женой возвращаются в Израиль. Он пишет: “Мы вернулись в Израиль, как и планировали”. Один из его критиков, который настоял на своей анонимности, утверждает: “Он провалился в Канаде, потому и вернулся”. На просьбу привести доказательства провала критик сказать ничего не смог. После возвращения Соколин начинает искать работу в Израиле, но все его усилия оказываются безуспешными. Тогда он обращается к министру энергетики Моше Шахалу. Шахал не ответил на два его письма. Помощник министра Ярон Ран говорит: “Я помню, что Соколин прислал письмо, в котором просил Шахала о встрече. Но не может же простой геолог говорить непосредственно с министром. Шахал передал письмо на заключение. И ему сказали, что профессиональная подготовка этого человека недостаточна для работы в Израиле и что он конфликтует со всеми геологами в стране. После этого министр решил не отвечать на письмо”.

Соколин вспоминает в связи с этой историей случай, когда в России ему пришлось обратиться к Председателю КГБ Андропову. Андропов проявил внимание к его проблеме и помог решить ее. Соколин делает вывод, что израильский министр по сравнению с Андроповым -- это “голый король”. Он не скрывает своего презрения к израильской бюрократии.

В конечном счете, Соколин убеждается, что возможность работать в Израиле для него закрыта навсегда. Он принимает предложения иностранных нефтяных компаний и начинает консультировать разведочные проекты в других странах. Среди его заказчиков компании разного размера, в том числе входящая в пятерку крупнейших компаний мира. Он предоставил подтверждение этого, но сказал, что без согласия компании не может разрешить публикацию ее названия.

Теперь обратимся к реакции на книгу израильских геологов, занимающихся поисками нефти. Все их комментарии было разрешено цитировать, но без указания имен.

Один его критик говорит: “Неделю назад я прочитал его книгу и отчет по Мертвому морю. Там нагромождение лжи и полуправды. Я не перечеркиваю его как специалиста, но в Израиле он конченый человек. Он понимает это и хочет отомстить. Книга превращает геологическое сообщество в прах и пепел, в сборище приятелей, которые никогда не найдут нефть”.

Другой более краток: “Все это отвратительно. Противно. Не стоит копаться в этом. Этого человека надо госпитализировать”.

И третий, которого Соколин вообще не затрагивает в своей книге: “Это грустная история крайне разочарованного человека. Ему был дан шанс в стране, но он его упустил. Я слышал от тех, кто работал с ним, что некоторые его утверждения правильные и соответствуют действительности, что он опытный знающий специалист. Но он не сионист и ведет себя высокомерно. Его иврит очень плохой”.

Заявление официального представителя министерства энергетики (также на условиях анонимности): “Доктор Соколин работал в Махоне геологии. Затем уехал в Канаду. После возвращения в страну его нельзя было трудоустроить из-за сокращения бюджета. Нам жаль, что разочарование этого человека нашло отражение в книге, которая якобы посвящена поискам нефти в Израиле, а на самом деле в ней очерняются прекрасные специалисты, которые делают все возможное, чтобы найти нефть”.

Разведочная скважина в районе Арват Сдом, которую доктор Хаим Соколин рекомендовал в своем отчете и которую поддержал рецензент Джеймс Вильсон, все еще не пробурена.

В заключение остается сказать следующее: если то, что написано в его книге “Есть ли нефть в Израиле?”, правда, то местное нефтяное сообщество смеется над нами уже многие годы. И это еще мягко сказано.

Х. Соколин. Комментарий по поводу анонимности.

Вх годах в ивритоязычных СМИ была популярна тема отличия советских евреев от коренных израильтян по ментальности, поведению, общественной активности и т. п. Одним из таких отличий считалась зажатость репатриантов, боязнь открыто высказывать собственное мнение, называя при этом свое имя, опасение за возможные последствия. Все это, по мнению СМИ, было результатом советского воспитания. Израильтяне, согласно этим же СМИ, лишены такого комплекса. Они не боятся высказываться открыто по любому вопросу, им чужда анонимность. Вероятно, мои “критики”, как их мягко называет автор статьи (в их заявлениях нет и намека на профессиональную критику), не знали, что должны соответствовать образу, придуманному для них СМИ. Как, впрочем, и многим другим придуманным образам. Покров анонимности -- это обычная перестраховка мелкого пакостника, в основе которой лежит банальная трусость. А вдруг Соколин превратится из гонимого в гонителя. Поэтому лучше не светиться. На всякий случай…

* * *

Газета Секрет, 006

Хаим Соколин

ОСОБЕННОСТИ НАЦИОНАЛЬНЫХ ПОИСКОВ НЕФТИ

Израиль расположен в бесспорно нефтеносном геологическом регионе. Оценка перспектив нефтеносности любой территории в таких регионах базируется на принципе, сходном с юридической “презумпцией невиновности”, - территория считается потенциально нефтеносной, пока не доказано обратное. Отсутствие нефти в Израиле не доказано. Наоборот, все основные геологические характеристики и результаты бурения свидетельствуют о высокой вероятности наличия промышленных месторождений. Однако непрерывные поиски углеводородов, ведущиеся c первых лет создания государства, не привели к сколько-нибудь значительному успеху.

Единственное нефтяное месторождение Хелец было обнаружено в районе Ашкелона в 1955 г. Бурение скважины, открывшей нефть, было начато англичанами в последний год мандата, а затем продолжено израильской компанией Лапидот. Месторождение относится к категории мелких и в настоящее время полностью выработано (общие геологические запасы составляли 6 млн. тонн, из которых добыто 2.5 млн или 42%, что свидетельствует о заниженной первоначальной оценке, ибо коэффициент извлечения нефти без поддержания давления вторичными методами не может превышать 30%). В 1958 г. в районе Арада компания Нафта открыла столь же мелкое газовое месторождение Зоар (запасы около 2.2 млрд. куб. м, добыто 2.0 млрд., эксплуатация закончена в 1979 г). В 2000 г. на шельфе Ашдода консорциум, возглавляемый канадской компанией Сэймдан в партнёрстве с израильскими компаниями Авнер и Делек, выявил два небольших газовых месторождения Мэри и Ноа (расстояние от берега 24 и 40 км соответственно). Таковы результаты разведочных работ в Израиле за минувшие 50 лет. За это время в поиски нефти вложено более 650 миллионов долларов и пробурены более 400 скважин, но, как видим, не только не открыты значительные месторождения, но и не получена какая-либо геологическая информация для отрицательного заключения о перспективах нефтеносности и прекращения поисков. Иными словами, сложилась тупиковая ситуация. В то же время мировой опыт свидетельствует, что такие финансовые затраты и такое количество скважин достаточны для полной и исчерпывающей оценки (либо положительной, либо отрицательной) нефтегазового потенциала нескольких стран, соизмеримых по площади с Израилем (разумеется, при условии грамотного ведения работ). Однако это никого не беспокоит. Натан Щаранский, который делает много непродуманных заявлений, сказал в 1998 году, будучи министром промышленности и торговли: “У нас нет нефти, зато есть замечательные еврейские мозги”. Смею утверждать, что первая часть этого смелого тезиса страдает неоправданным пессимизмом, вторая - столь же неоправданным оптимизмом.

Практически безрезультатные поиски на столь малой территории в течение столь продолжительного времени не имеют прецедента в истории мировой нефтяной промышленности. Несмотря на это, сложившееся положение не вызывает тревожной реакции или расследования ни со стороны Государственного контролёра, ни со стороны галопом сменяющих друг друга министров энергетики (инфраструктуры), в ведении которых находятся поиски нефти. Причина тупиковой ситуации связана с чисто израильской “методологией” проведения разведочных работ, которая отличается непрофессиональным, а порой и одиозным подходом к проблеме (в качестве “индикатора” присутствия нефти используются даже “закодированные указания” Торы, на основании которых бурятся глубокие разведочные скважины). Здесь можно было бы провести аналогию с положением дел в ряде других областей, включая систему национальной безопасности, о чём свидетельствует шокирующий отчёт Государственного контролёра, представленный правительству 4 декабря 2006 г. и целиком посвящённый состоянию армии.

В чём же “уникальность” нефтеразведочной ситуации в Израиле? В мире имеются районы, где промышленная нефть была обнаружена не в первые годы, а спустя 10 – 15 лет после начала поисков. При этом успеху всегда предшествовала обязательная ревизия независимыми экспертами существующих разведочных концепций и разработка принципиально новых геологических идей. Имеются также районы, разведка которых была полностью прекращена после того, как были проверены различные концепции и достоверно доказано отсутствие необходимых геологических условий для существования залежей углеводородов. Негативная оценка геологически сложного небольшого района также требует не более10 лет, и она также сопровождается постоянным детальным анализом накапливаемых геологических данных. Израиль является единственным в мире разведочным районом, в котором безрезультатные поиски на крохотной территории проводятся в течение 50 лет без сколько-нибудь серьёзного анализа и ревизии не оправдавших себя концепций, без попытки применения принципиально новых геологических подходов.

Следует отметить и тот немаловажный факт, что поиски нефти на протяжении десятилетий проводятся одними и теми же людьми, от которых нельзя ожидать объективного критического анализа собственных прошлых ошибок. Они не обладают достаточной профессиональной подготовкой (израильские университеты не готовят геологов нефтяного профиля) и личным опытом открытия месторождений. И само собой разумеется, что геологи – репатрианты, имеющие дипломы нефтяных институтов и обладающие большим личным опытом разведки нефти, не допускаются ни к проведению такого анализа, ни тем более к принятию решений.

В результате поиски нефти сводятся к хаотическому бессистемному бурению скважин то на одном, то на другом участке без попытки увязать их между собой, изучить геологическое строение между ними, дать обоснованную оценку нефтяного потенциала страны в целом. Некоторые обязательные карты ещё не составлены, в т. ч. отсутствует тектоническая карта Израиля – основополагающий документ, без которого невозможны профессионально грамотные поиски нефти. Как уже указано, не проведен независимый анализ прошлых разведочных работ, без чего успех также невозможен. Эти простые истины составляют суть методологии и философии поисков во всех нефтяных странах мира. В 1989 г. американская нефтяная компания Джеотек Энерджи Корпорэйшн (Техас) провела частичную ревизию прошлых разведочных работ в Израиле и выделила несколько перспективных участков, бурение на которых планировалось в 1990 г. (из-за бюрократизма и сопротивления «нефтяных» чиновников план не был реализован). На вопрос корреспондента Джерузалем Пост – почему в течение десятилетий бурение в этих районах не привело к открытию нефти? – президент компании Джерри Таненбаум ответил: “На основании того, что мне известно о прошлой разведке в Израиле, можно сделать только один вывод – здесь просто считают, что для получения нефтяного фонтана достаточно сделать дырку в земле” (Джерузалем Пост, 5.10.1989). За прошедшее время положение не изменилось. По-прежнему царит дилетантство, а не профессионализм. Целью каждого нового разведочного проекта по-прежнему является “дырка в земле”.

В то же время израильские нефтяные компании активно занимаются биржевой деятельностью, периодически сообщая о якобы открытых ими месторождениях, что приводит к резкому повышению стоимости акций. Самое удивительное в том, что это никак не отражается на их профессиональной и деловой репутации. Да и сам факт участия в поисках нефти на столь малой территории нескольких карликовых компаний, которые не только не обмениваются геологической информацией, а наоборот скрывают её друг от друга, выглядит гротескно. Это не здоровая конкуренция в условиях рыночной экономики, а жалкое и нелепое подражание таким гигантским инфраструктурам как нефтяная промышленность Америки и Европы, где конкуренция действительно оправдана (компании, не добившиеся успеха, разоряются и исчезают; в Израиле они продолжают существовать и оперировать на бирже, независимо от результатов поисков). Израилю достаточно одной нефтяной компании, которая должна сосредоточить в своих руках всю геологическую информацию и вести поиски на профессиональной основе с учётом всего сказанного выше.

В Израиле есть нефть. Но искать её надо так, как это делается во всём мире. Приведу конкретный пример. После Шестидневной войны израильские компании проводили интенсивные, но безрезультатные поиски нефти на Синае. В конце-концов было решено привлечь к этому иностранные компании. Из-за угрозы арабского бойкота заявка поступила только от одной американской компании Супериор Ойл, которая действовала под псевдонимом Нептун. Ей и было предоставлено право выбора разведочной концессии. Выполнив быстро и грамотно геологический анализ территории, компания выделила небольшой участок около побережья Суэцкого залива и первой же скважиной открыла крупное месторождение Альма. По условиям Кэмп-Дэвидского соглашения Египет до сих пор продаёт Израилю ежегодно 2 млн тонн добываемой здесь нефти, что составляет примерно 17% потребления страны. Можно добавить, что сходным образом развивались события на шельфе Ашдода. В 80 – 90-х годах израильские компании Исрамко, Делек, Джерузалем Ойл и другие пробурили здесь несколько безрезультатных разведочных скважин. Газовые месторождения Мэри и Ноа были открыты только после того, как к поискам приступила канадская компания Сэймдан. Да и заслуга открытия нефтяного месторождения Хелец, как было сказано в начале статьи, принадлежит в большей мере англичанам, чем компании Лапидот.

* * *

Газета Новости Недели, 20.12.1996

Хаим Соколин

ТОРА И НЕФТЬ

(Из истории поисков нефти в Израиле)

В погоне за нефтью, как за легендарным золотым руном, израильская реальность тесно переплелась с мифами древней Греции -- здесь и призывные песни сирены, и труд упорного Сизифа, и муки несчастного Тантала. За минувшие 40 лет не раз казалось, что вот-вот, еще немного, еще чуть-чуть и … держатели акций нефтяных компаний станут миллионерами, а государство начнет экспортировать не только фруктовые соки, но и маслянистый сок земли. Однако проходят годы и десятилетия, а нефти все нет. Правда, из офисов нефтяных компаний продолжают звучать сладкие песни сирены, но они уже не заставляют израильского вкладчика бросать текущие дела и мчаться на биржу. А если он все-таки бежит туда, то скорее по привычке, а не как раньше, повинуясь искренней вере в неизбежность еврейского счастья.

Парадокс (а может ирония) состоит в том, что нефть в Израиле все-таки есть. И если внимательно читать Тору, то можно увидеть, что этот дар земли обещан народу Израиля, как говорится, открытым текстом -- точно так же, как молоко и мед. В книге Берешит (книга Бытия) содержится первое в мире письменное упоминание об асфальте, который есть ни что иное, как окисленная нефть. “А в долине Сиддим (Мертвое море -- Х. С.) было много ям, заполненных асфальтом. И цари Содома и Гоморры бежали и упали в них. А остальные убежали на гору” (Берешит, 13-14,10). Эта неприятная история случилась с царями в те далекие времена, когда Авраам разделился с Лотом, поселился в Хевроне и еще не стал Авраамом. Очень древняя история. Настолько древняя, что ни Кувейта, ни Саудовской Аравии, ни Ирака тогда еще в помине не было, не говоря уже об их несметных сокровищах. А цари Содома и Гоморры уже успели убедиться в том, что нефть приносит не только богатство, но и несчастья.

Некогда нам потребовалась смена целого поколения, чтобы добраться из земли Египетской до земли Обетованной. Возможно, и до израильской нефти суждено добраться лишь следующему поколению тех, кто вот уже 40 лет неустанно ищет ее. А ведь в обоих случаях до цели было рукой подать. Но на все воля Божья (если у других народов эта мысль воспринимается всего лишь как фигура речи, то в Израиле, как известно, она таковой не считается). А коль скоро это так, то и при поисках нефти здесь следует полагаться не только на современную науку и технологию, но и на указания Торы -- явные и завуалированные.

Читатель верующий отнесется к моим словам с пониманием. А читатель неверующий не должен видеть в них розыгрыш или мистификацию. История, которую я хочу рассказать, предназначена в первую очередь для него. Началась она в 1979-м, а завершилась в 1985 году. 22 августа 1985 года ведущая газета американских деловых кругов Уолл - Стрит Джорнэл опубликовала на первой странице статью своего специального корреспондента Джорджа Гетшоу из небольшого мало кому известного поселка Атлит, расположенного на берегу Средиземного моря в 10 км южнее Хайфы. Приведу отрывок из нее.

“В Библии говорится, что Моисей поднялся на гору Нево, что напротив Иерихона, осмотрел с нее обещанную Землю и благословил 12 сыновей Якова. Наделы, предназначенные Звулуну и Иссахару, содержат сокровища, спрятанные в песке, -- сказал Моисей. А Ашер ногами своими будет ступать по маслу, запоры же сделает из железа и меди.

Это древнее пророчество вдохновило в наши дни величайшую во все времена охоту за подземными сокровищами. Сотни американских христиан-евангелистов вкладывают миллионы долларов в надежде найти здесь крупнейшее в мире месторождение нефти. Вместо сейсмических исследований нефтяники-евангелисты полагаются на карту колен Израилевых и на интерпретацию библейских текстов. Слово ‘масло’ (на иврите ‘шемен’) истолковано ими как ‘ойл’ (нефть), а железо и медь указывают, по их мнению, на металлы, применяемые в бурении. Когда при бурении скважины возникают сложные технические проблемы, которые заставили бы большинство техасских буровиков прибегнуть к бутылке виски, евангелисты начинают молиться. А когда требуются дополнительные инвестиции, они обращаются не к брокерам Уолл Стрита, а к известным евангелическим священникам. Знаменитый телевизионный проповедник Пэт Робертс сообщил миллионам телезрителей, что в ближайшие дни будет объявлено об открытии в Израиле крупнейшего нефтяного месторождения из всех когда-либо обнаруженных в мире. ‘Я благодарю Бога за этот проект, который означает исполнение библейского пророчества’, -- заявил Робертс”.

Так писала 11 лет назад газета Уолл - Стрит Джорнэл. А мы должны благодарить Бога за то, что израильское телевидение не транслировало это выступление Робертса. Иначе штурм Зимнего показался бы детской забавой по сравнению со штурмом Тель-Авивской биржи.

Инициатором и главной движущей силой проекта, о котором говорил преподобный Робертс, был Эндрю Сорелл, 64-летний инженер-нефтяник и совладелец фирмы Энерджи Эксплорэйшн в Хьюстоне. Сорелл, бывший военный летчик и верующий христианин, сделал после войны приличное состояние на добыче нефти. В 1968 году он впервые побывал в Израиле и с тех пор был одержим идеей открыть здесь нефть. Сорелл рассказывал позднее, как начинался проект и как он осуществлялся. А я дополню эту историю и расскажу, как и чем он и другие подобные проекты завершились.

“Однажды, в конце 1979 года, -- вспоминает Сорелл, -- я и мой давний друг и коллега разглядывали библейскую карту колен Израилевых. Нам вспомнился отрывок из Библии, где говорилось, что Ашер будет ступать ногами по маслу. Мы нашли на карте надел Ашера. Он протягивался полосой вдоль Средиземного моря, из Ливана до Кесарии. Я знал, что геология района между Кесарией и Хайфой почти не изучена. В начале 1980 года мы уже были в Израиле и оформили разрешение на разведку. Первым делом были проведены сейсмические исследования, обнаружившие на глубине 6000 метров древнюю рифовую структуру, перспективную для поисков нефти”. Как видим, есть разница в том, как преподносит эту историю корреспондент газеты Уолл - Стрит Джорнэл (“Вместо сейсмических исследований нефтяники-евангелисты полагаются на карту колен Израилевых”) и как обстояло дело в действительности.

В феврале 1981 года израильская компания Лапидот начала бурение скважины Ашер-Атлит 1 для группы Сорелла. Скважина располагалась на территории секретной военно-морской базы Атлит. По требованию армии буровая вышка и все наземные сооружения были наглухо задрапированы, чтобы исключить возможность наблюдения за деятельностью базы. В августе 1983 года была достигнута глубина 6500 метров. В интервале метров был обнаружен пласт известняка с признаками легкой нефти. Образцы и диаграммы исследований скважины были отправлены на анализ в две американские лаборатории, и обе рекомендовали проведение испытаний.

Обратимся снова к Уолл - Стрит Джорнэл. “Аллилуйя! -- прокатилось по евангелическому поясу Америки (штаты Кентукки, Теннесси, Алабама, Джорджия, Флорида -- Х. С.). В то время как буровики в ожидании нефтяного фонтана поспешно устанавливали доставленное из США специальное оборудование, евангелисты заказывали самолеты, чтобы успеть в Израиль к историческому событию”.

И в этот решающий момент, как часто бывает в жизни, произошла авария. Буровики уронили в скважину несколько секций бурильных труб, полностью перекрывших пласт, предназначенный для испытания. Многочисленные и дорогостоящие попытки извлечь трубы оказались безрезультатными. Молитвы не помогли. Узнав об этом, партнер Сорелла, евангелический священник Ларри Напьер из Теннесси, собравший среди своей паствы 28% от стоимости проекта, воскликнул в отчаянии: “Это работа дьявола! Он задумал сорвать самое важное событие в истории и помешать исполнению пророчества”. Халатность буровиков (или профессионализм дьявола -- как посмотреть) обошлась Сореллу в 13 миллионов долларов. Но он не был готов примириться с неудачей. Сразу же начались попытки сбора средств для бурения новой скважины Ашер-Атлит 2. Однако на этот раз желающих участвовать в проекте оказалось намного меньше, и требуемую сумму собрать не удалось. Тогда Сорелл расширил географические рамки кампании по сбору денег и приехал в Калгари.

Однажды коллега -- верующий христианин пригласил меня на встречу с Эндрю Сореллом в деловом клубе Калгари. Зал был заполнен евангелистами, многие из которых профессиональные нефтяники. Сорелл начал с рассказа о том, как он пришел к Богу. Во время войны его самолет был подбит над Францией. С большим трудом он развернул машину и взял курс на Ла-Манш. Ему удалось перелететь через пролив и приземлиться на английском побережье. Механики осмотрели самолет и заявили, что в таком состоянии он не мог перелететь через Ла-Манш. “И вот тогда -- патетически воскликнул Сорелл, -- я понял, что Бог позаботился обо мне! С тех пор я во всем полагаюсь на него. И я горжусь, что наш Лорд избрал меня для исполнения пророчества”. Я впервые видел, как взрослые люди, мужчины и женщины, плакали, не стесняясь слез. “О, Лорд! О, Лорд! Аллилуйя!” -- раздавались взволнованные голоса в зале. После такой психологической подготовки Сорелл перешел к историческому проекту бурения скважины Ашер-Атлит 2. Он рассказал о нескольких случаях во время бурения первой скважины, когда возникали, казалось бы, неразрешимые технические проблемы, но с помощью молитвы они были благополучно преодолены. За исключением последней аварии, о которой он упомянул лишь вскользь.

Среди прочего, Сорелл поведал о том, как однажды буровики по ошибке соединили бурильные трубы с долотом, диаметр которого был больше диаметра нижней части скважины. Спохватились лишь, когда спустили половину колонны (ствол скважины подобен телескопу, сужающемуся книзу), Чтобы не поднимать трубы, сотворили молитву, и свершилось чудо -- долото благополучно дошло до забоя вопреки законам геометрии. В заключение Сорелл обратился к присутствующим с горячим призывом участвовать в проекте, который призван осуществить библейское пророчество. Однако большого энтузиазма этот призыв не вызвал. На сей раз не было ни слез, ни взволнованных возгласов.

В перерыве я подошел к Сореллу и спросил -- как с технической точки зрения можно объяснить спуск в скважину долота, диаметр которого больше диаметра самой скважины? “Технически это объяснить нельзя, -- Эндрю улыбнулся, -- но дела Господа и не нуждаются в этом, не так ли?” Воистину так, подумал я и задал следующий вопрос -- как могло случиться, что никто до него не обратил внимания на “нефтяное” пророчество Моисея, связанное с коленом Ашера? “О, это еще одно проявления замысла Божьего, -- оживился Эндрю, -- ведь если бы нефть была открыта в Израиле раньше, например, в то же время, что и в Саудовской Аравии, то англичане никогда не ушли бы из Палестины. И библейское пророчество о возрождении государства не было бы исполнено”. Два-ноль в пользу Сорелла. Было ясно, что любые дальнейшие вопросы лишь увеличат этот сухой счет.

Не все американские нефтяники-евангелисты соглашались с Сореллом. Его коллега Гарольд Стефенс был убежден, например, что нефть нужно искать не в земле Ашера, а в районе Мертвого моря где цари Содома и Гоморры провалились в асфальтовые ямы. “Это как раз то, что происходило у нас в Техасе до открытия первых месторождений, -- говорил Стефенс, -- только здесь в асфальтовые ямы проваливались коровы”. Автору этих строк, который впервые обосновал высокие перспективы нефтеносности Мертвого моря, такая аналогия представляется весьма разумной.

В качестве общего замечания следует сказать, что направить мысль разведчика нефти в нужном направлении могут не только цари или коровы. Известен случай, когда нефтяное месторождение было открыто с помощью вороны. Произошло это в начале века в Америке, во времена освоения дикого Запада. Нефтяная компания перевозила буровую установку из нефтяного штата Пенсильвания в Калифорнию. В пути вышел из строя тягач, и, пока его ремонтировали, буровики решили от нечего делать пробурить скважину (тогда это было не так сложно, как сейчас). Возник вопрос -- в какой точке бурить? “Видите ворону на верхушке дерева? -- сказал бригадир. -- Я сейчас выстрелю, она взлетит, а потом где-то сядет. Бурить будем там”. Так и сделали. Долго работать не пришлось. С глубины 120 метров ударил фонтан, ознаменовавший открытие нового нефтяного района.

Конечно, некоторые евангелисты просто хотели разбогатеть на израильской нефти. Но были и такие, кто связывал с ней далеко идущие планы глобального характера. Один из них, Гилман Хилл, нефтяник-евангелист из Денвера, пробурил скважину на горе Кармель, также во владениях Ашера. Его любимым пророком был Элияху, обещавший “Провозглашу славу Господа народу Его”. Соответственно, скважина была названа Элияху 1. На вершине горы Хилл водрузил гигантский флаг с надписью “Бог любит Израиль, и я тоже”. Все 3,5 миллиона долларов, заработанных им на добыче нефти в Америке, он вложил в этот проект. Но дело стоило того. Вот что говорил Гилман Хилл о своих планах и надеждах: “Открытие колоссального месторождения нефти в Израиле неминуемо приведет к целому ряду судьбоносных событий. Русские и арабские армии вторгнутся в страну, чтобы захватить нефть. Начнется мировая война, и человечество окажется на грани уничтожения. И вот тогда явится Иисус и создаст новое царство со столицей в Иерусалиме”. К счастью, Хиллу не повезло. У русских и арабов не оказалось столь явного повода для вторжения, человечество было спасено, и второе пришествие не состоялось. Единственное судьбоносное событие произошло с самим Хиллом -- он разорился. Но такова, видимо, была воля Божья…

Другие евангелисты вынашивали не менее честолюбивые планы, хотя и не такого глобального размаха. Так, например, стоматолог Джеймс Мюллис из Джорджии, вложивший в евангелическое бурение 30 тысяч долларов, уповал на то, что нефть откроет сердца евреев Иисусу Христу, и они станут истинно верующим народом. За это же денно и нощно молилась 76-летняя вдова Этель Франклин из Кентукки, вложившая в проект все, что у нее было -- две тысячи долларов.