Оглавление (стр. 13 )

Еще один неблагополучный момент современной семейной жизни – отношения детей к родителям. По закону Божию дети должны чтить родителей, и, кроме того, заботиться о них в старости – это их долг родителям за свое беззаботное детство. С этим тоже сейчас немалые сложности. Если родители сдают детей в детские дома и приюты, то и дети, в свою очередь, стараются сдать родителей в дом престарелых. И любопытно, что такие дети надеются, что сами они, когда состарятся, туда не попадут, что их собственные дети будут за ними ухаживать. Напрасны их ожидания.

Тема 19. Патриотизм и космополитизм

При взгляде на современную нам российскую действительность возникает много «почему?». Поэтому люди прописывают в своих квартирах незаконных мигрантов десятками? Почему призывники уклоняются от службы в армии? Почему талантливая молодежь уезжает из страны? Почему во внешней разведке появляются предатели? Почему богатые люди выводят капиталы за границу? Причина в том, что у людей не хватает патриотизма. Сейчас, наконец, в обществе стало появляться понимание, что на нем очень многое держится, что без него невозможно обойтись в государственном строительстве.

А что такое патриотизм? Патриотизм (от греч. patrís — родина, отечество) - чувство любви к родине, готовность служить ей и защищать её.

Что понимается под отечеством, родиной, с чего начинается Родина? В некоторых словарях говорится, что родина – это исторически принадлежащая данному народу территория. Однако родина – это не есть просто территория, это, все-таки, более широкое, емкое понятие. Это страна, где мы родились и выросли, получили воспитание и образование, где живут наши родители, где живут близкие, дорогие нам люди; где жили наши предки и находятся их могилы, это народ, к которому мы принадлежим, его история и культура. Всё это есть наше Отечество. Существует еще понятие малой родины: это та деревня, поселок, город, где мы родились и где прошло наше детство.

Любовь к отечеству и своему народу есть явление всеобщее в человеческом роде, и патриотизм естественен и понятен всякому нормальному человеку. Мы не найдем народа, в истории которого не было бы высоких примеров самопожертвования и любви к своему народу и отечеству. Такие примеры мы находим в древней истории (подвиг 300 спартанцев), в Священном Писании и житиях святых:

Иосиф Прекрасный в Египте не забывает своих родителей и родню, и завещает в будущем перенести свои мощи на родину.

Пророк Моисей просит помиловать свой народ, впавший в идолопоклонство: «Прости им грех их, а если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исх.32:32).

Ап. Павел: «Великая для меня печаль и непрестанное мучение сердцу моему: я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти» (Рим.9:2), – то есть Израильтян.

Из русских святых показывают нам пример патриотизма: благоверные князья Александр Невский, Георгий Владимирский, Василько Ростовский, Константин Ярославский, Дмитрий Донской, прп. Сергий Радонежский, патриарх Ермоген, прав. Федор Ушаков.

Свт. Филарету Московскому принадлежат слова: «Плохой гражданин отечества земного не может стать хорошим гражданином отечества небесного».

Любовь к своему народу имеет особое название – национализм, и это слово само по себе не несет негативной окраски. Любовь к своему народу, его истории, религиозным и культурным традициям, лучшим представителям – важная часть патриотизма. Не следует смешивать здравый национализм с шовинизмом, который утверждает идею национального превосходства, исключительности, противопоставляет интересы одного народа интересам всех других народов. Слово шовинизм обязано появлением персонажу театральной французской пьесы 19в. Николе Шовену. В пьесе он представлен как фанатичный и одновременно карикатурный поклонник Наполеона и всего французского.

Еще часто национализм смешивают с нацизмом. Нацизм – идеология гитлеровской Германии, поэтому нельзя это слово в полной мере применять к явлениям современной жизни.

Впервые простую и ясную формулу национального патриотизма дала Жанна д'Арк: это желание быть независимыми от чужеземцев на своей земле и иметь среди себя своего собственного верховного главу.

Космополитизм, (космополит с греч.- гражданин мира) в отличие от патриотизма, проповедует любовь ко всему человечеству, внушает равно любить людей всех стран и народов. Он ставит интересы человечества выше интересов отдельной нации.

Космополитизм выдается за что-то очень современное, за новейшее достижение человеческой мысли. Однако возник он ещё в античном мире. Древние философы с помощью этих идей хотели преодолеть раздробленность греческих городов-государств, объединить свой народ. Эти идеи разделяли известные философы: Диоген Синопский, первым употребивший слово «космополит», Сократ, стоик Зенон. Представитель грубого эвдемонизма Аристипп, в согласии со своей философской концепцией, выразил свои космополитические взгляды в словах: «где хорошо, там и отечество». Создание огромного государства Александра Македонского послужило причиной дальнейшего развития космополитических воззрений.

В эпоху Средневековья космополитические представления формировались в социальных группах, ведущих кочевой образ жизни: у странствующих рыцарей, студентов, торговцев, комедиантов, воинов-наемников. Эти идеи поддерживали европейские мыслители эпохи Возрождения и эпохи Просвещения. Элементы космополитизма присутствовали также в коммунистической идеологии, направленной на построение бесклассового общества во всемирном масштабе.

Космополит считает себя гражданином всего мира. Объектом его любви является не конкретный «человек», «брат», «ближний», а всё человечество в целом. А может быть, это и действительно хорошо – любить всё человечество? Дело в том, что «всё человечество» является абстрактным объектом, с которым невозможны конкретные отношения, а человек не может по настоящему любить абстракцию.

Вот как пишет о любви ко всему человечеству Достоевский в романе «Братья Карамазовы»:

«Я так люблю все человечество!», — восклицает восторженная дама в разговоре со старцем Зосимой. Тогда Зосима приводит ей в ответ слова одного доктора: «Я, говорит, люблю человечество, но дивлюсь на себя самого: чем больше я люблю человечество вообще, тем меньше я люблю людей в частности, то есть порознь, как отдельных лиц. В мечтах я нередко, говорит, доходил до страстных помыслов о служении человечеству и, может быть, действительно пошел бы на крест за людей, если бы это вдруг как-нибудь потребовалось, а между тем я двух дней не в состоянии прожить ни с кем в одной комнате, о чем знаю из опыта. Чуть он близко от меня, и вот уж его личность давит мое самолюбие и стесняет мою свободу. В одни сутки я могу даже лучшего человека возненавидеть: одного за то, что он долго ест за обедом, другого за то, что у него насморк и он беспрерывно сморкается. Я, говорит, становлюсь врагом людей, чуть-чуть лишь те ко мне прикоснутся. Зато всегда так происходило, что чем более я ненавидел людей в частности, тем пламеннее становилась любовь моя к человечеству вообще».

Космополитизм не имеет основания ни в естественном душевном расположении людей, ни в христианской религии, ни в историческом опыте. Мы знаем примеры, когда отдельные люди или группы людей (эмигранты) покидали Родину. Они тосковали на чужбине, создавали общины соотечественников для сохранения национальной культуры, разговаривали в кругу семьи на родном языке и мечтали когда-нибудь вернуться назад. Ассимиляция всегда была болезненным процессом, и могла произойти только через несколько поколений, когда рождались и вырастали люди, никогда в жизни не видевшие прежней родины. Вспомним псалом «На реках вавилонских». Евреи вернулись в Землю Обетованную, татары после депортации вернулись в Крым, чеченцы – на Кавказ.

В современном мире сильны тенденции к формированию единой планетарной цивилизации в рамках Западного глобализационного проекта. Поэтому космополитизм как учение сегодня снова стал востребованным, о нем вспомнили и наполнили его новым содержанием. В политической сфере говорят о всемирном правительстве, в религиозной – о толерантности. В мировой экономике усиливаются транснациональные компании и интеграция. Еще более заметно эти тенденции проявляются в культурной сфере. В разных странах и на разных континентах люди носят одну и ту же одежду (джинсы, кроссовки, футболки), смотрят одни и те же голливудские фильмы, слушают одну и ту же музыку, пользуются одними и теми же тефлоновыми сковородками и электрочайниками, играют в однаковые спортивные и комьютерные игры. Повсеместно распространяются единые стандарты. Все это способствует стандартизации сознания. Особое значение в этом процессе имеет всемирная компьютерная сеть, доступ к которой уже сейчас рассматривается как виртуальный аналог мирового гражданства. Глобализационному проекту соответствует новый тип человека – постоянного мигранта-кочевника, утратившего традиционную привязанность к стране, общине, семье, который считает своей родиной то место, где ему в данное время комфортнее живется. В истории ещё не было такого прецедента, чтобы целые народы призывались отказаться от Родины.

Глобализационный проект неразрывно связан с разрушением национальных государств, без этого он не может состояться. Мощным оружием такого разрушения являются потоки мигрантов, которые ломают традиционный уклад общества и национально ориентированный тип сознания. Причем национальное сознание деградирует как у коренного населения, так и у самих мигрантов. Идеология космополитизма опасна для национальных государств еще и тем, что ее последователи всегда готовы выступить против интересов собственной страны, так как не считают чем-то важным собственную национальную и государственную идентичность.

Казалось бы, патриотизм разделяет страны и народы, а космополитизм стремится объединить их. Что лучше, соединяться или разделяться? Оказывается, однозначного ответа дать нельзя. Важно то, на какой основе происходит это объединение. Если на основе добродетели, то лучше соединение, а если на основе греха, то лучше держаться в стороне от такого сообщества. И ещё один возникает вопрос: кто будет управлять этим объединённым миром? Наверное те, кто осуществляет глобализационный проект. А кто осуществляет этот проект?

Раздельное существование различных народов определено Промыслом Божиим. Народы имеют каждый свой язык, культуру, свою индивидуальность, свою особенную задачу в человеческой истории и даже каждый своего Ангела хранителя. Это разнообразие уничтожать так же преступно, как разнообразие пород деревьев и видов животных. Такая попытка стала бы сопротивлением Божественному мироустройству.

Скорее всего, попытка уничтожить разнообразие культур утопична, потому что культура каждого народа неразрывно связана с его жизнью в конкретных исторических и природных условиях. Не сможет негр жить в тундре, или эскимос в Южной Африке: у них разная одежда, разная пища, разная температурная настройка организма, разные навыки, соответственно разные песни, привычные ритмы, движения, поведение. Многое из этого уже передаётся по наследству. А гражданин мира неужели сможет жить везде и чувствовать себя одинаково хорошо? Представлять в воображении себя гражданином мира он, конечно, сможет, но реально жить и хорошо себя чувствовать негр будет в Африке и в набедренной повязке, а эскимос в тундре, в дохе и унтах из оленьей шкуры.

Если заинтересованные силы продвигают в обществе какая-то идею, то недостаточно просто критиковать ее, надо суметь предложить что-то взамен. Какую же позитивную идею можно противопоставить современному глобализационному проекту? Ту, о которой говорится в кондаке Пятидесятницы – соединение в Христианской Церкви.

Мы знаем из Священного Писания, что земные народы появились по воле Божией при вавилонском столпотворении. Столпотворение на какой-то миг объединило людей в их богоборческих планах, но в итоге привело к утрате единого языка, так что люди перестали понимать друг друга и, забыв о начатом деле, рассеялись по поднебесной. Напротив, в книге Деяний апостолов мы читаем о том, как нисшедший к людям Святой Дух преобразил их и внутренне объединил. Новозаветная Пятидесятница – это единение людей в вере и благодати Божией, в результате чего люди, говорящие на разных языках, научились понимать друг друга. Об этом говорится в кондаке Пятидесятницы: «Егда снизшед языки слия, разделяше языки Вышний: егда же огненныя языки раздаяше, в соединение вся призва, и согласно славим Всесвятаго Духа» (заметим, что слово «языки» в этом коротком песнопении употребляется в трех различных смыслах). В Новом Завете Господь дал людям планеты возможность воссоединения через Церковь, но человечество, к сожалению, не пользуется такой возможностью.

В текущей жизни Церковь призывает большие и малые народы уважать друг друга, стараться жить в мире и сотрудничестве, бережно сохраняя при этом свое культурное своеобразие. Примером такого мирного сосуществования являлась Российская империя. Ни один малый народ в ней не исчез, но все, даже самые неразвитые и малочисленные, сохранили свою национальную культуру и историческую территорию, чего нельзя сказать об американских индейцах, австралийских аборигенах, малоазийских греках. Но от них к нашему времени остались хотя бы какие-то следы, а о многих-многих других исчезнувших этносах сведения можно найти только в исторических документах.

Тема 20. Нехристианские системы этики

Помимо христианского учения о нравственности существуют и другие, нехристианские системы этики. Совпадая в чем-то с учением христианской нравственности, эти системы, однако же, во многом и расходятся с христианством. Различие этических систем связано с тем, что принимается за высшее благо для человека, с представлениями о добре и зле, с разным пониманием смысла жизни. Христианство, как мы уже рассмотрели, высшим благом считает Святую Троицу, спасение души через веру в Иисуса Христа Спасителя и исполнение воли Божией. А другие религии и мировоззрения, поскольку считают за высшее благо другие вещи, то получают в итоге другие модели этического поведения. Из нерелигиозных этических направлений наиболее известны и широко распространены в практической жизни эвдемонизм и утилитаризм.

Нерелигиозный эвдемони́зм (от греч. счастье, блаженство) — этическая система, рассматривающая как высшее благо и цель всех стремлений человека – счастье. Счастье в эвдемонизме понимается как получение удовольствия и избежание страданий. Эвдемонизм может иметь различные оттенки: быть более грубым (видеть счастье в физических, чувственных удовольствиях) или утончённым (видеть его в удовольствиях, доставляемых добродетелями, искусствами, знанием, также славой и почётом).

Основоположником грубого эвдемонизма считается Аристипп (435—355 гг. до н. э.), современник Сократа и придворный философ при дворе тирана Дионисия в Сиракузах. Высшее благо и смысл человеческой жизни Аристипп предлагал искать в сфере приятных ощущений, доставляемых материальными наслаждениями. По Аристиппу, хорошо то, что приносит чувство удовольствия.

Сохранились несколько случаев из жизни Аристиппа, иллюстрирующих его учение:

Заметив Аристиппа, входящего вместе с сицилийским тираном Дионисием, философ-циник Антисфен (девиз циников – «назад к природе» с отрицанием достижений цивилизации) сказал: «Аристипп, если бы ты довольствовался такой пищей, как я, то тебе не пришлось бы следовать по пятам за тираном». На это Аристипп ответил: «А если бы ты мог запросто беседовать с тираном, то тебе не пришлось бы довольствовался такой пищей, какую вкушаешь ты».

Другой философ, застав его за богатым обедом с музыкантами, так же стал его укорять. Аристипп спросил: «А если бы тебе предложили все это даром, ты бы взял?» — «Взял бы», — честно признался тот. «Значит, тебе просто дороже деньги, а мне — наслаждение».

Однажды Аристипп плыл на корабле; захваченный бурей, он сильно перепугался. Один из спутников спросил его: «И ты, Аристипп, трусишь, как все мы, простые смертные?» Он ответил: «Вас эта опасность заставляет тревожиться за вашу несчастную жизнь, а меня – за мою счастливую».

Примером утонченного эвдемонизма является эпикурейство.

Его основоположник Эпикур высшим благом также считал счастье и видел его в удовольствии. Но он предпочитал удовольствия, доставляемые душевной деятельностью, поэтому грубый эвдемонизм ему приписывается напрасно. Обязательным условием счастья и важным удовольствием он считал отсутствие телесных и душевных страданий. Согласно Эпикуру, основные страдания причиняются душе страхом смерти и страхами, внушаемыми верой в сверхъестественное, в бессмертие души и судьбу. Этому была причина. Его мать была заклинательницей духов, и в детстве он натерпелся страхов на этой почве. Вследствие этого он считал, что для достижения счастья человеку необходимо освобождаться от суеверий и вообще от всякой религии, а также от боязни смерти. Существование богов он прямо не отвергал, но говорил, что боги не имеют на человека никакого влияния. Эпикур отрицал бессмертие души. Страх смерти он пытался победить следующим рассуждением: «Смерть не имеет к нам никакого отношения: когда мы живы, смерти ещё нет, когда она приходит, то нас уже нет». Свое понимание смысла жизни Эпикур выражал такими словами: «Мудрый найдёт время жизни, которое природа отпустила ему, достаточным, чтобы обойти весь круг достижимых наслаждений, и когда наступит пора смерти - насыщенному отойти от стола, освобождая место другим гостям».

Предпочитая удовольствия душевные, к внешним удовольствиям Эпикур относился сдержанно. Внешние удовольствия он предлагал ограничить только необходимыми потребностями, неудовлетворение которых ведет к страданию. От остальных советовал добровольно отказаться.

Эпикур признавал даже то, что в отдельных случаях необходимо предпочесть страдание удовольствию. Так он пишет: «Мы выбираем не всякое удовольствие, но иногда обходим многие удовольствия, когда за ними следует для нас большая неприятность: также мы считаем многие страдания лучше удовольствия, когда приходит для нас большее удовольствие, после того как мы вытерпим страдания». То есть Эпикур предлагает учитывать последствия страданий и удовольствий.

Известно замечательное жизненное правило Эпикура — «живи незаметно», то есть не привлекая к себе внимания.

Некоторые нерелигиозные этические системы за Высшее благо принимают не счастье, а пользу. Если имеется ввиду польза личная, то учение именуется гедонизмом. Главный принцип гедонизма – поступай так, как тебе полезно, т. е. выгодно. В этой этической системе добром является то, что приносит пользу (выгоду, прибыль). Обычно гедонизм идет рука об руку с эгоизмом, поскольку они хорошо дополняют друг друга. Понятно, что с нравственностью гедонизм испытывает трудности даже в теоретическом аспекте.

Если за высшее благо принимается не личная, а общая польза – то учение называют утилитаризмом. Философы-утилитаристы рекомендуют человеку добиваться общего блага, общей пользы, в которой, говорят они, заключается и личное благо каждого. Конечно, такой взгляд представляется более нравственным и возвышенным, чем гедонизм. Более того, утилитаризм, то есть забота об общем благе, лежит в основе государственного права в светских государствах, в том числе и в Российской Федерации.

Трудностью утилитаризма является согласование общественной и личной пользы. Неизбежно случится, что в некоторых случаях придётся жертвовать личной пользой ради общего блага. Но что, если при этом потребуется пожертвовать еще и своей жизнью? Как в таком случае согласовать личное благо с общественным хотя бы теоретически? В границах безрелигиозной этики это невозможно, если не добавить положения о бессмертии души и воздаянии после смерти.

Эвдемонизм (в том числе и грубый), гедонизм и утилитаристские взгляды встречаются в наше время достаточно часто. Однако же, стоит заметить, что те, кто на словах придерживается их, нередко бывают в жизни вполне порядочными людьми. Почему? Потому, что эти люди выросли в христианской культурной среде и восприняли христианские нравственные понятия. Это удерживает их от крайностей данных учений.

Стоици́зм — философская школа, сохранявшая влияние вплоть до конца античного мира. Основатель стоицизма – Зенон Китийский, родом с острова Крит.

Философия стоиков состояла из трёх частей: логики, физики и этики, из них этика была главной. Главной этика была потому, что могла сделать человека счастливым. В стоицизме высший смысл человеческой жизни заключался в трех вещах: жить в согласии с природой, жить добродетельно и держаться стоической философии. Если эпикурейство – система практически безрелигиозная, то стоицизм – религиозная.

В стоицизме никакие внешние блага не имеют ценности с точки зрения счастливой жизни: человеческое счастье зависит только от внутреннего устроения (сравним – «царство Божие внутрь вас есть»). При правильном устроении покой души не должен нарушаться никаким аффектом (аффект – усиленное влечение). Стоики различали четыре вида аффектов: удовольствие, отвращение, страстное пожелание и страх. Их необходимо было избегать, пользуясь правильным рассуждением и пониманием истинной ценности вещей. Если аффект вовремя не погасить, развиваясь, он становится пафосом – страстью. Поскольку страсти ненасытимы, человек, одержимый ими, испытывает неудовлетворенность, и это не дает ему быть счастливым. Стоический идеал – апатия (невозмутимость, бесстрастие).

В качестве добродетелей стоики признавали: мудрость, мужество, умеренность, справедливость. Добродетели считались добром, противоположность добродетелей – злом. Добродетель зависит исключительно от самого человека, который может быть добродетельным при любых условиях: в бедности, в темнице, будучи приговоренным к смерти и т. д. Все же остальные вещи, поскольку они ничего не значили для достижения счастья, считались либо «предпочтительными», либо совершенно безразличными. Предпочитать следовало вещи, сообразные с природой или с естественной предрасположенностью.

Итак, мы видим в стоицизме верные понятия, к которым пришёл человеческий разум, не просвещенный Божественным откровением: пользоваться вещами в соответствии с их предназначением, учитывать в поступках свою природную предрасположенность, смиряться с непреодолимыми обстоятельствами, счастье находить не в растущем потреблении и погоне за удовольствиями, а в добродетелях, контроле за мыслями, желаниями. Всё это достойно уважения. Но были у них, с точки зрения христианства, и серьезные ошибки.

Например, стоики верили в судьбу. Они считали, что неумолимая судьба, рок определяет внешние события жизни человека. Он ничего не может изменить в течении своих жизненных обстоятельств. Однако человек обладает разумом и может осознать неотвратимость судьбы и добровольно подчиниться ей – в этом состоит источник невозмутимости и ровности его духа. Счастье человека зависит не от его положения в мире, а от того, как он воспринимает свою включенность в мир. Стоик может быть счастлив при самых несчастных обстоятельствах. Такова основная мысль этики стоицизма.

Отношение к жизни стоики уподобляли игре. Как в игре с мячом важен не сам мяч, важен и не результат игры, а сам ее процесс, то движение и радость, которые связаны с этой игрой, так в жизни важны не события, а само отношение к жизни. Подобно игре, которую можно прекратить в любую минуту, стоики допускали самоубийство, видя в нем выражение свободы человека, а многие из них, в том числе Зенон и Клеанф, сами ушли из жизни через самоубийство в почтенном возрасте.

Нравственным идеалом в стоицизме считался мудрец. Мудрец должен быть бесстрастен, искренен, лишен притворства, не делать ничего не совместимого с долгом; никогда не печалиться, что бы ни случилось; не терять радостного расположения духа, ничему не удивляться. Он должен быть общителен, деятелен; строг, лишен снисходительности, жалости и уступчивости при исполнении гражданского долга (это считалось слабостью души); не связывать счастье ни с чем, кроме добродетели; добровольно и невозмутимо принимать любой, даже самый неожиданный, поворот жизненных ситуаций. Если даже будет рушиться мир, мудрец встретит его конец с апатией, то есть невозмутимо. Мудрец стоиков наделен такими чертами, что возникает сомнение, в силах ли человеческих вообще стать мудрецом. Стоики сами это прекрасно понимали, они называли мудрецов богоподобными, появление которых на земле – величайшая редкость. Такими мудрецами считались Сократ и Зенон.

Мусульманство. Для мусульманина высшим благом и целью жизни является достижение рая. Райская жизнь в его представлении наполнена чувственными наслаждениями, подобными тем, что бывают на земле. Чтобы достигнуть рая, надо верить в Единого Бога и пророка Мухаммеда, жить по правилам шариата, совершать установленные молитвы, омовения, материальные пожертвования, посты и паломничества к святым местам. Человек, совершивший паломничество в Мекку получает звание ходжи и имеет право на ношение зеленой чалмы.

Ниже приводятся некоторые нормы нравственности, которые мусульманину надлежит блюсти: уважение к родителям и старшим, правдивость, скромность, щедрость, стремление к мудрости, умение прощать, терпение, общительность, доброе отношение к окружающим; отвращение к злу и греху, изгнание злобы, ненависти, зависти и других пороков из сердца. Женщины должны носить хиджаб и длинную одежду, что бы не искушать лишний раз мужчин. В некоторых арабских странах сохранилась полиция нравов, и за прелюбодеяние можно получить телесное наказание или тюремный срок.

Однако, при всех этих положительных моментах, шариат содержит в себе также: вечный джихад с неверными, рабство, многоженство, низкий брачный возраст, допускает обман в качестве военной хитрости, грабеж иноверцев, смертную казнь за переход в другую веру.

Еще одной мировой религией, которая существует и в России, является буддизм. Он признает реинкарнацию, то есть переселение душ. Буддизм считает бытие живых существ бесконечной чередой перерождений и одновременно страданием. Казалось бы, если жизнь – это страдание, то почему бы не покончить жизнь самоубийством? Но, с точки зрения буддизма, смерть не избавляет человека от перерождений. К тому же человеческое воплощение представляет большую ценность по сравнению с животными и насекомыми. Высшим благом и целью человеческой жизни в буддизме считается освобождение от перерождений и связанных с этим страданий. Подобное состояние называется нирваной. Достичь нирваны можно с помощью освобождения от всех желаний, привязанностей, и особой духовной практикой, называемой «Восьмеричным путем».

Этот путь заключается в следовании следующим принципам.

(1) Правильный взгляд на страдание, и на путь, ведущий к прекращению страданий.

(2) Правильная мысль – освобождение от злобы, жестокости и несправедливости.

(3) Правильная речь – избегание лжи, сплетен, грубости и пустой болтовни.

(4) Правильное действие – воздержание от убийства, воровства и блуда

(5) Правильный образ жизни – не причинять вреда ничему живому.

(7) Правильное внимание – контроль за мыслями и ощущениями.

(8) Правильное сосредоточение – медитация

В буддизме, как и в индуизме, из которого он вышел, нет понятия греха и покаяния, их заменяет понятие кармы (совокупность действий и их последствий). Закон кармы действует по закону причинно-следственной связи и неотвратимо влияет на судьбу человека и на его перерождение. В буддизме добро и зло имеют относительный характер. Различие между ними существует только для несовершенных. Об этом уже было сказано в теме «Добро и зло».

Гуманизм. В заключение рассмотрим ещё одну нехристианскую этическую систему – гуманизм. Гуманизм – главное направление философии современного Западного мира, противостоящее христианству. Это мировоззрение, признающее высшей ценностью человека, его права, свободы, гармоничное развитие.

Гуманистические идеи зародились в XIV—XV вв., и получили дальнейшее развитие и распространение в эпоху Возрождения. Казалось бы, что плохого признавать высшей ценностью самого человека? Но эти взгляды получили популярность и поддержку именно как противопоставление учению Церкви, где Высшим благом является Бог.

Философским ядром гуманизма являются атеистические взгляды на человека и Вселенную. Гуманизм не признаёт существования сил, стоящих выше человека и природы. Он утверждает возможность вести этический образ жизни без веры в Бога. Вместе с тем, гуманисты в настоящее время декларируют принципы свободы совести и уважения чувств верующих.

Базовые принципы гуманизма

1. Недопустимость любого вида цензуры, свобода прессы и средств коммуникации.

2. Опора на разум, науку. Приложение ресурсов разума и науки ко всем областям природы, общества и человеческого поведения.

3. Учение о эволюции. Признание эволюции природы и общества без сверхъестественного вмешательства извне.

4. Независимость этики от религии. Вывод моральных норм без религиозного откровения.

5. Недопустимость навязывания религии молодым людям, прежде чем они будут способны дать на это добровольное и осмысленное согласие.

6. Религиозный скептицизм. Скептическое отношение к сверхъестественному.

7. Отделение церкви от государства и от школы.

8. Недопустимость любой формы тоталитаризма, уважение прав меньшинств.

«Дерево познается по плодам». Каковы же плоды гуманизма и его заботы о человеке на настоящий момент? Они впечатляют. Поощрение абортов, уравнивание законного брака и однополых сожительств, стирание различий между мужчиной и женщиной, уничтожение института семьи, легализация наркомании и эвтаназии – вот только некоторые из них.

[1] Прп. Иоанн Лествичник «Лествица». М., 1996 г. гл. 28, 58

[2] Свт. Феофан Затворник. «Письма о духовной жизни». М, стр.153

[3] «Лествица», 4, 90

[4] Прп. Паисий Святогорец, «Духовное пробуждение», М., 2001, Т. 2, стр. 201-213

[5] «Добротолюбие». т.2, стр.68.

[6] «Добротолюбие». М., ТСЛ, 1992 г. т.2, стр.539.

[7] «Лествица». 22, 1.