Предпринимательское право (стр. 17 )

В самостоятельный вид выделена недостоверная реклама. В ней присутствуют не соответствующие действительности сведе­ния в отношении таких характеристик товара, как природа, со­став, способ и дата изготовления, назначение, потребительские свойства, условия применения, наличие сертификата соответст­вия, количество, место происхождения; наличия товара на рынке, стоимости (цены) товара на момент распространения рекламы; гаран­тийных обязательств, сроков службы и годности; использования терминов в превосходной степени, в том числе пу­тем употребления слов "самый", "только", "лучший", "абсолют­ный", "единственный" и тому подобных, если их невозможно под­твердить документально; сравнений с другим товаром (товарами), а также с правами и положением иных юридических или физичес­ких лиц и т. д.

Недостоверная реклама по своим признакам несколько схожа с рекламой недобросовестной. Однако их выделение в самостоя­тельные разновидности ненадлежащей рекламы вполне обоснованно. При определении недобросовестной рекламы в ранг правовой нор­мы применительно к рекламной информации возведена этическая категория совести - чувство ответственности за свое поведение перед людьми, обществом и государством. Закон запретил рекламодателям, рекламопроизводителям и рекламораспространителям порочить, очернять своих конкурентов и лиц, не пользующихся рекламируемым товаром, с одной стороны, и с другой - распро­странять рекламу в таком виде, что ее потребитель способен сме­шать рекламируемый товар с другим товаром, конечно, пользующимся хорошей репутацией и устойчивым спросом.

А недостовер­ная же реклама искажает, преувеличивает действительные каче­ства самого рекламируемого товара и рекламодателя, создает лож­ное представление, естественно, в пользу рекламодателя об усло­виях реализации этого товара.

Весьма сложен для обнаружения еще один вид запрещенной рекламы - скрытой. Она нередко присутствует в радио-, теле-, видео - и а иной информации, фор­мально распространяемой не в рекламных целях. Скрытой рекла­ме присуще оригинальное свойство оказывать не осознаваемое по­требителем воздействие на его восприятие, в том числе путем ис­пользования специальных видеовставок или двойной звукозаписи и иными способами. Конкретная демонстрация скрытой рекламы может быть самой разнообразной. Например, концентрация внима­ния телезрителей в репортаже с правительственного приема или иного общественно значимого мероприятия с участием популяр­ных политиков, работников науки, литературы и искусства на эти­кетках напитков и кофе, которые там пьют, на названиях табачных изде­лий, которые курят, и т. п.

Большое место в Законе о рекламе отводится регулирова­нию процессов распространения рекламы. Актуальность этого оче­видна. И надлежащая по содержанию рекламная информация при ее ненадлежащем распространении способна извратить добротное содержание, нанести ущерб как потребителям, так и рекламодате­лям, может дать обратный эффект - отторжение к рекламируемым товарам из-за настырности, навязчивости, назойливости и тому подобных при­чин, имеющих место при распространении рекламы. Законодатель старается это предотвратить, принимая во внимание психоло­гию восприятия рекламной информации.

Наиболее распространенным и доступным источником рекла­мы стала информация в радио - и телепередачах. Как показывают наблюдения, она нередко вызывает и серьезное недовольство по­тенциальных потребителей рекламы, особенно телезрителей, рек­ламными перерывами передач "на самом интересном месте", засо­рением основной телепередачи не имеющими ничего общего с ней бегущими на экране рекламными строками и т. д.

И здесь ведь есть свои правила, которые нередко нарушаются:

Законом о рекламе запрещено прерывать рекламой:

детские и религиозные передачи - вообще; радиопостановки и художественные фильмы – без согласия правообладателей, а при их согласии – не чаще, чем через 15 минут. Есть и другие ограничения (ст. 11 Закона о рекламе), в том числе её звук не должен быть громче звука транслируемой основной передачи.

При использовании рекламы в виде наложений, в том числе способом "бегущей строки", ее размер не должен превышать 7% площади кадра.

Рекламе отводится много места почти во всех периодических печатных изданиях. В ст. 12 закона о рекламе содержатся требования к такой рекламе.

Не­соблюдение средствами массовой информации нерекламного ха­рактера предусмотренных ограничений по объему публикации рек­ламы мажет повлечь применение санкций не только по законода­тельству о рекламе, но и в соответствии с законодательством о государственной поддержке средств массовой информации и кни­гоиздания и соответственно налоговые санкции.

Существенные особенности наружной рекламы. Прежде всего, наруж­ная реклама не должна иметь сходства с дорожными знаками и указателями, ухудшать их видимость, а также снижать безопас­ность движения.

Распространение наружной рекламы допускается при нали­чии разрешения соответствующего компетентного органа, согласованного с соответствующим органом управления авто­мобильных дорог, иногда и с другими инстанциями.

Распространение наружной рекламы путем установки на чьей-либо территории, на здании, сооружении и ином объекте, а также определение размера и порядка внесения платы за распро­странение указанной рекламы осуществляются на основании дого­вора с собственником либо с лицом, обладающим вещными права­ми на имущество, если законом или договором не предусмотрено иное в отношении лица, обладающего вещными правами на иму­щество. Договор, естественно, заключается на возмездной основе.

Наружная реклама не должна быть опасной - по любым параметрам, т. е. не загораживать видимость водителям машин, не свалиться в виде тяжелого щита на голову пешеходам. Вот любопытный факт из зарубежной практики. На одном из установленных возле дороги рекламных щитов было помещено изображение женщины, рекламировавшей перчатки, из которых и состояла вся её одежда. Полицейские сразу же зафиксировали у места рекламы рост дорожно-транспортных происшествий. Их расследование, опросы шоферов и других по­терпевших показали, что причина была в тексте, сопровождав­шем рекламное изображение: "Смотри мне в глаза... Я сказала - в глаза!".

В самостоятельные объекты правового регулирования выделе­ны особенности рекламы отдельных видов товаров: алкогольных напитков, табака и табачных изделий; медикаментов, изделий ме­дицинского назначения и медицинской техники, методов лечения, профилактики, диагностики и реабилитации; боевого и служебного оружия, вооружения и военной техники, а также разрешен­ного гражданского оружия, в том числе охотничьего и спортивного.

Так, например, полностью запрещена реклама алкоголь­ных напитков, табака и табачных изделий в телепрограммах с 7 до 22 часов местного времени. Рек­лама этих товаров, не должна содержать демонстрацию процессов курения и потребления алко­гольных напитков, а также не должна создавать впечатление, что употребление алкоголя или курение имеет важное значение для достижения успеха либо для улучшения физического или психического состояния; дискре­дитировать тех, кто не пьет и не курит, содержать информацию о положительных терапевтических свойствах алкоголя, табака и табачных изделий, нельзя для такой рекламы использовать обра­зы физических лиц в возрасте до 35 лет, высказывания или учас­тие лиц, пользующихся популярностью у несовершеннолетних и лиц в возрасте до 21 года.

Распространение рекламы табака и та­бачных изделий во всех случаях должно сопровождаться предуп­реждением о вреде курения. Почему-то в отношении рекламы алкоголя последнего требования нет, из чего может быть сделан вывод, что курение - опасно, а питие - нет.

Кстати, реклама и курения, и пития в скрытой форме идет ведь постоянно. Например, показ героев художественных фильмов, всяких суперменов и суперменок, красиво курящих и пьющих - разве это не самая убедительная реклама, особенно для детей и подростков? Но средств борьбы с такой скрытой рекламой нет.

Не допускается реклама медикаментов, изделий медицинско­го назначения, при отсутствии разрешения на их производство и реализацию, а также реклама методов лечения, профилактики, диагностики, реабилитации при отсутст­вии разрешения на оказание таких услуг.

Отдельные жесткие запреты введены в целях защиты несовершеннолетних от злоупотреблений их легковерностью и отсутствием жизненного опыта.

Прежде всего, не допускается использование образов несовершеннолетних в рекламе, не относящейся непосредственно к товарам для несовершеннолет­них, т. е. памперсы - можно, а вот колготки для мам - нельзя. Сплошь и рядом это правило нарушается.

Не допускаются также:

дискредитация авторитета родителей и воспитателей, подрыв доверия к ним несовершеннолетних; внушение непосредственно несовершеннолетним убедить родителей или других лиц приоб­рести рекламируемые товары (тоже сплошные нарушения); привлечение внимания несовершен­нолетних к тому, что обладание теми или иными товарами дает им какое-либо преимущество перед другими несовершеннолетними, а отсутствие этих товаров дает обратный эффект; создание у несовершеннолетних нереального (иска­женного) представления о стоимости (цене) товара для несовер­шеннолетнего, в частности, путем применения слов "только", "все­го" и тому подобных, а также путем прямого или косвенного указа­ния на то, что рекламируемый товар доступен для любого семей­ного бюджета - но нарушения идут сплошным потоком.

Соблюдение требований, предъявляемых к рекламе, и ответственность за их нарушение обеспечиваются правовым регулированием в Законе о рекламе договорных отношений между участниками рекламной деятельности.

В Законе о рекламе к договорам предъявляются следующие требования:

Во-первых, обеспечение достоверности рекламы. Рекламопроизводитель и рекламораспространитель вправе требовать, а рекламодатель в этом случае обязан предоставлять документальные подтверждения пра­вильности рекламной информации, если требуется - лицензию или её заверенную копию.

Во-вторых, рекламопроизводитель обя­зан своевременно информировать рекламодателя о всех случаях, когда соблюдение его требований может привести к нарушению законодательства Российской Федерации о рекламе. Если же рекламодатель, несмотря на своевремен­ное и обоснованное предупреждение рекламопроизводителя, не изменит свое требование к рекламе либо не предста­вит по просьбе рекламопроизводителя документальное подтверж­дение достоверности предоставляемой для рекламы информации, рекламопроизводитель впра­ве в установленном порядке расторгнуть договор и потребовать полного возмещения убытков, если договором не предусмотрено иное.

Тем самым уже на начальной стадии рекламного процесса пресекается возможность появления ненадлежащей рекламы, сбе­регаются средства рекламодателя на изготовление рекламы, кото­рая затем не может быть распространена.

В-третьих, закон регулирует разре­шение конфликтов, которые могут возникнуть между субъектами рекламных отношений по поводу содержания и распространения рекламной информации. Рекламодатель, рекламопроизводитель и рекламораспространитель обязаны хранить материалы или их ко­пии, содержащие рекламу, включая все вносимые в них последую­щие изменения, в течение года со дня последнего распространения рекламы.

Государственный контроль в области рекламы. Рекламодатели, рекламопроизводители и рекламораспространители обязаны по требованию федеральных органов исполнительной власти (их тер­риториальных органов), на которые возложен контроль за соблю­дением законодательства Российской Федерации о рекламе, в ус­тановленный срок представлять достоверные документы, объясне­ния в устной или письменной форме, видео - и звукозаписи, а так­же иную информацию, необходимую для осуществления полномо­чий, предусмотренных Федеральным законом о рекламе.

Согласно ст. 26 Закона о рекламе, контроль за рек­ламной деятельностью осуществляет Государствен­ный комитет РФ по антимонопольной политике и поддержке но­вых экономических структур и его территориальные органы. Но по закону они контролируют лишь рекламу уже обна­родованную. Правом же предварительного контроля, т. е. контроля до выхода рекламы "в свет", федеральные антимонопольные органы не наделены.

Юридической гарантией осуществления полномочий федераль­ных антимонопольных органов является предоставленное им пра­во доступа к информации.

Контрольные полномочия федеральных антимонопольных органов выражаются в том, что они предупреждают и пресекают факты ненадлежащей рекламы, направляют предписания о прекращении нарушений и об осуществле­нии контррекламы.

Кроме того, антимонопольные органы вправе направлять материалы о нарушениях законодательства Рос­сийской Федерации о рекламе в органы, выдавшие лицензию, для решения вопроса о приостановлении или о досрочном аннулирова­нии лицензии на осуществление соответствующего вида деятель­ности; направлять в органы прокуратуры, другие правоохранитель­ные органы по подведомственности материалы для решения во­проса о возбуждении уголовного дела по признакам преступлений в области рекламы.

Антимонопольные органы сами вправе предъявлять в суды в связи с нарушением участниками рекламной деятельности законодательства Россий­ской Федерации о рекламе, причем они могут предъявлять не толь­ко в интересах конкретных юридических и физических лиц, но и, что более эффективно, в интересах неопределенного круга лиц - всех потребителей рекламы. Антимонопольные органы вправе предъявлять иски в суды и о признании недействительными сделок, свя­занных с ненадлежащей рекламой.

Нередко в рекламной информации допускается одновремен­но целый "букет" нарушений законодательства. Так, Государст­венный комитет РФ по антимонопольной политике провел проверку в обществе с ог­раниченной ответственностью "Лавка жизни", рекламировавшем пищевую добавку под названием "Царские таблетки". Было установлено: наруше­ния в рекламировании товара выразились в том, что оно прово­дилось с включением в информацию недостоверных сведений в отношении результатов испытаний препарата, с использованием терминов в превосходной степени и без указания срока действия рекламы, хотя в ней сообщалось существенное условие догово­ра - цена товара. Комиссия Государственного антимонопольного комитета РФ предписала исключить из рекламы недостоверную информацию.

Еще более серьезные выводы были сделаны по рекламе аме­риканского лекарственного препарата "Акулий хрящ", исходив­шей от фирмы "Здоровье-2000". Во многих газетах сообщалось, что этот препарат - "единственное доступное средство против рака", что оно излечивает также от псориаза и других тяжелых и малоизлечимых заболеваний. Конечно, ничего общего с действительностью сооб­щаемые сведения не имели. Рекламу "Акульего хряща" Государ­ственный антимонопольный комитет РФ запретил, обязав фирму поместить контррекламу во всех средствах массовой информации, где размещалась реклама "Акульего хряща", в том числе и в омских газетах, что и было сделано.

Прекращена телевизион­ная реклама лосьона "Клерасил", которая вызывала у подростков комплекс неполноценности: показывала в невыгодном свете юношу, не использующего данный препарат и вынужденного гулять в шлеме; реклама способов похудения, коррекции фигуры без упоминания о необходимости для достижения этой заветной цели изменения режима питания и физичес­кой активности (это реклама пластыря "Минселл Пэтч", рекомендуемого "всем желающим похудеть и вернуть привлекательность фигуре", и реклама мыла "Софт", которое "помогает избавиться от' лишнего жирка"); реклама, показывающая нехирургические способы лечения необрати­мых процессов старения, создавая иллюзию полного восстановле­ния и вызывая, таким образом, необоснованные ожидания, что име­ло место при рекламе продуктов "фирмы Клиник", применение которых гарантирует "ров­ную, мягкую, прозрачную кожу" в любом возрасте.

Юридическая ответственность за нарушение законодательства о рекламе. Заслугой нового рекламного законодательства является чет­кое разделение юридической ответственности между участниками рекламных правоотношений - рекламодателем, рекламопроизводителем и рекламораспространителем, что не было сделано в преж­них нормативно-правовых актах.

Теперь ответственность распределена следующим образом. Рекламодатель несет ответственность за нарушение законодатель­ства Российской Федерации о рекламе в части содержания инфор­мации, предоставляемой для создания рекламы, если не доказано, что указанное нарушение произошло по вине рекламопроизводителя или рекламораспространителя.

Рекламопроизводитель несет ответственность за нарушение законодательства о рекламе в части оформления, производства, подготовки рекламы.

Рекламораспространитель несет ответственность за на­рушение законодательства Российской Федерации о рекламе в части, касающейся времени, места и средств размещения рекламы.

Закон предусматривает три вида юридической ответственности за правонарушения в сфере рекла­мы: гражданско-правовую, административную и уголовную.

В пред­принимательстве наиболее эффективна гражданско-правовая от­ветственность. Любые юридические лица и граждане, права и ин­тересы которых нарушены в результате ненадлежащей рекламы, могут обратиться в установленном порядке в суд, арбитражный суд с исками, в том числе с исками о возмещении убытков, вклю­чая упущенную выгоду; возмещении вреда, причиненного здоро­вью и имуществу; компенсации морального вреда; публичном оп­ровержении ненадлежащей рекламы, о прекращении рекламы, порочащей честь, достоинство, деловую репутацию истца.

Истцы по искам о возмещении вреда, причиненного ненадле­жащей рекламой здоровью, имуществу, чести, достоинству и де­ловой репутации, освобождаются от уплаты государственной пош­лины.

Административная ответ­ственность предусмотрена за ненадлежащую рекламу, или отказ от контррекламы или непредоставление в установленный срок сведений по требованию федерального антимонопольного органа (его территориального органа). Установлены две меры общей ад­министративной ответственности: предупреждение и штраф до 200 минимальных размеров оплаты труда.

При этом федеральным антимонопольным органам предоставлено право применять повышенную меру административ­ной ответственности - штраф до 5000 минимальных размеров оп­латы труда, установленных федеральным законом. Конкретный раз­мер штрафа определяется в зависимости от вида правонарушения, степени вины правонарушителя и наступивших последствий.

В слу­чае установления факта нарушения законодательства о рекламе нарушитель обязан осуществить контррекламу в срок, установленный федеральным антимонопольным органом, вынесшим решение об осуществлении контррекламы. При этом на­рушитель несет расходы по контррекламе в полном объеме.

Уголовная ответственность предусмотрена в ст. 182 УК РФ, которая так и называется "Заведомо ложная реклама". Использо­вание в рекламе заведомо ложной информации относительно това­ров, работ или услуг, а также их изготовителей (исполнителей, продавцов), совершенное из корыстной заинтересованности и при­чинившее значительный ущерб, - наказывается штрафом в раз­мере от 200 до 500 минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за пери­од от двух до пяти месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

В сфере рекламы применяется и еще одна статья Уголовного кодекса РФ - 242. Она ввела уголовную ответственность в виде штрафа либо лишения свободы на срок до двух лет за незаконное изготовление в целях распро­странения или рекламирования, распространение, рекламирова­ние порнографических материалов или предметов, а равно неза­конную торговлю печатными изданиями, кино - или видеоматериалами, изображениями или иными предметами порнографического характера.

ЗАДАЧИ К ОТДЕЛЬНЫМ ТЕМАМ

Задачи к теме 1.

1. Руководитель научно-исследовательского и проектного института поручил юрисконсульту подготовить проект договора на 1997 год с конкретным предприятием-заказчиком. Взяв за основу Примерный договор на создание (передачу) научно-технической продукции и Положение о договорах на создание (передачу) научно-технической продукции 1987 г., юрист подготовил проект договора. Однако юрисконсульт заказчика отказался принять этот проект, указав, что такого договора нет в части второй ГК. По его мнению, надлежит руководствоваться ст. 769—778 ГК и подготовить проект договора на выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ.

Позиция какой стороны заслуживает предпочтения?

Как соотносятся между собой предусмотренный нормативно правовыми актами 1987 г. договор на создание и/или передачу научно-технической продукции и предусмотренные главой 38 ГК РФ (ст. 769-778) договоры на выполнение:

а) научно-исследовательских работ,

б) опытно-конструкторских и технологических работ?

Какое значение имеет наименование договора?

2. Изучая тему «ценные бумаги», студент второго курса юри­дического факультета Сергей Петровский обратил внимание на то, что в различных нормативно-правовых актах не только даются несовпадающие перечни видов ценных бумаг, но и по-разному формулируется само определение понятия ценной бумаги. Особенно наглядно это видно при сопоставлении ГК РФ и ФЗ «О рынке ценных бумаг». В ст. 2 ФЗ «О рынке ценных бумаг» вводится понятие эмиссионных ценных бумаг, не указанных в ст. 143 ГК, в которой перечисляются виды ценных бумаг. Кроме того, употребленный в п. 1 и 2 ст. 149 ГК термин «бездокументарные ценные бумаги» не соответствует закрепленному в п. 1 ст. 142 ГК легальному определению ценной бумаги как документа.

Аналогичное несовпадение понятий имело место и в действовавших ранее правовых актах. Например, в ст. 31 Основ гражданского законодательства и п. 1—3 Положения о выпуске и обращении ценных бумаги фондовых биржах в РСФСР. Имеющиеся в законодательстве несоответствия затрудняют решение практических вопросов, связанных с понятием и видами ценных бумаг, подумал Петровский, например, об уголовной ответственности за изготовление или сбыт ценных бумаг (ст. 186 УК РФ), о взыскании налогов на операции с ценными бумагами (Закон РФ от 01.01.01 г., с последующими изменениями и дополнениями) и др.

Один из друзей Сергея, старшекурсник, к которому Петровский обратился за разъяснениями, объяснил, что с его точки зрения никакого несоответствия здесь нет. Надо лишь дать правильное толкование правовых норм.

Какие способы толкования могут быть применены в данном случае?

Какие приемы толкования существуют?

Какое значение имеет толкование в правовой работе юристов обслуживающих предпринимателей?

3. Коммерческий банк предъявил к страховой компании, застраховавшей ответственность заемщика за невозврат кредита, иск о взыскании невозвращенной страхователем ссуды и процентов за пользование кредитом.

Страховая компания-ответчик потребовала привлечь к участию в деле организацию-заемщика, ссылаясь на то, что материалы опубликованной судебно-арбитражной практики свидетельствуют о том, что такие дела рассматриваются обычно с участием как страховщика, так и страхователя.

Банк-истец категорически возражал против этого. По его мнению, по договору страхования ответственности страховщик в случае невозврата кредита несет полную ответственность непосредственно перед кредитором, поэтому, несмотря на материалы судебно-арбитражной практики по аналогичным спорам, привлекать к участию в деле заемщика нет необходимости.

Кто прав в вопросе, возникшем при рассмотрении иска банка к страховой компании?

Учитываются ли материалы судебно-арбитражной практики при разбирательстве других дел?

Можно ли считать судебно-арбитражную практику источ­ником коммерческого права?

Изменится ли Ваша позиция, если бы был заключен договор страхования риска невозврата кредита?

Приведите примеры судебной и судебно-арбитражной практики, которые с Вашей точки зрения свидетельствуют о том, что судебная практика приобретает значение источника права.

4. В марте 1994г. АО «Ресторан «Россия» получило предписание Госу­дарственной налоговой инспекции перечислить в бюджет сбор за 1993 год за использование в фирменном наименовании слова «Россия». АО «Ресторан «Россия» было зарегистрировано в декабре 1992 г. и полностью называлось так: открытое акционерное общество «Ресторан «Россия»

Требование налоговой инспекции было основано на Законе РФ от 2 апреля 1993 г. «О сборе за использование наименований "Россия", "Российская Федерация" и образованных на их основе слов и словосочетаний», вступившем в силу с момента опубли­кования, то есть 24 апреля 1993 г., и Инструкции Госналогслужбы России от 01.01.01 г. № 21 «О порядке исчисления и уплаты в бюджет сбора за использование наименований "Россия", "Российская Федерация" и образованных на их основе слов и словосочетаний». Причем если сначала Инструкцией № 21 устанавливалось, что плательщиками сбора являются только те юридические лица, которые используют соответствующие слова в своих названиях как имена собственные, то в марте 1994 г. письмом Госналогслужбы от 01.01.01 г. эта оговорка из Инструкции № 21 была изъята.

АО «Ресторан «Россия» возражало против требований налоговой инспек­ции, считая, что если оно и обязано платить сбор, то начиная со второго полугодия 1994 г., поскольку действие законов, вводящих новые виды налогов, распространяется только на те налоговые периоды, которые начинаются после вступления закона в силу.

Налоговая инспекция настаивала на удовлетворении своих требований, в связи с чем АО «Ресторан «Россия» вынуждено было обратиться в суд с заявлением о признании предписания налоговой инспекции недействительным.

Подпадает ли АО «Ресторан «Россия» под действие Закона от 2 апреля 1993 г.?

Какое значение для АО «Ресторан «Россия» имеют поправки к Инструк­ции № 21, внесенные в марте 1994 г.?

С какого времени должны применяться правила о сборе за использование соответствующих слов и словосочетаний?

Какое решение по заявлению АО «Ресторан «Россия» должен принять суд?

5. Учрежденное группой физических лиц акционерное общество «Россия», специализирующееся на переработке мясомолочной продукции, являлось плательщиком в бюджет сбора за исполь­зование в своем названии слова «Россия». В марте 1998 г. АО «Россия» получило предписание налоговой инспекции перечислить в бюджет сбор за 1997 год. АО «Россия» считало, что поскольку Федеральным законом 1997 г. «О внесении дополнения в Закон Российской Федерации «О сборе за использование наименований «Россия», «Российская Федерация» и образованных на их основе слов и словосочетаний» сельскохозяйственные товаропроизводители освобождены от уплаты данного сбора, ему не нужно уплачивать этот сбор за 1997 год.

Обоснована ли позиция АО «Россия»? При ответе на этот вопрос следует принять во внимание, что Закон 1997 г. был принят Государственной Думой 11 апреля 1997 г., одобрен Советом Федерации 16 апреля 1997 г., подписан Президентом РФ 28 апреля 1997 г., № 71—ФЗ, вступил в силу с 30 апреля 1997 г. — дня опубликования в Российской газете.

Подпадают ли под действие Закона 1997 г.:

— промышляющая на Балтике рыболовная артель — ,

— , специализирующееся на разведении карпов в ропшинских озерах,

— коневодческое хозяйство — производственный кооператив «Вперед, Россия»?

Как правильно должны были бы называться все организации, указанные в условиях задачи и вышеперечисленных вопросах? Какие нормативные правовые акты следует применить, чтобы обосновать ответы на поставленные вопросы?

6. Решением Территориального управления Федеральной антимонопольной службы РФ, акционерное общество «Институт Омскпроект» было внесено в реестр хозяйствующих субъектов, доля кото­рых на товарном рынке составляет 65 % и более, и было признано занимающим доминирующее положение.

АО «Институт Омскпроект» обратилось в ТУ ФАС России с заявлением об оспаривании указанного решения в части признания его положения доминирующим.

Может ли положение хозяйствующего субъекта, доля которого на товарном рынке составляет более 65 %, не признаваться домини­рующим? Какие обстоятельства должны быть приняты во внимание при рассмотрении заявления АО «Институт Омскпроект»?

Какие правовые последствия связаны:

1)  с внесением организации в реестр хозяйствующих субъектов,
доля которых на товарном рынке составляет 35 % и более;

2)  с внесением организации в реестр хозяйствующих субъектов,
доля которых на товарном рынке составляет 65 % и более;

3)  с признанием положения организации доминирующим?

В каком нормативном правовом акте содержатся ответы на поставленные вопросы?

7. Во время избирательной кампании по выборам Президента РФ один из кандидатов в Президенты РФ предложил генеральному ди­ректору строительной корпорации «БИГ-БАЛТ» (СК ББ) быть его доверенным лицом в Северо-Западном регионе. Семиручко согласился и стал активно выступать в поддержку кан­дидата. Он участвовал в различных мероприятиях: выступал по теле­видению и радио, давал интервью, которые публиковались в газетах, принимал участие во встречах с избирателями.

Узнав о том, что генеральный директор является доверенным лицом кандидата в Президенты РФ, юрисконсульт СК «БИГ-БАЛТ» обратил его внимание на то, что его участие в избирательной кампании может повлечь для корпорации отрицательные последствия, поскольку законодательство содержит специальные требования к рекламной деятельности кандидатов и их доверенных лиц в период проведения выборов. В частности, согласно п. 4 ст. 56 Федерального закона от 01.01.01 г. «О выборах Президента Российской Фе­дерации» оплата «рекламы коммерческой и иной не связанной с выборами Президента Российской Федерации деятельности канди­датов, их доверенных лиц и уполномоченных представителей по финансовым вопросам, политических партий, избирательных блоков, выдвинувших кандидатов, и их уполномоченных представителей, политических партий и иных общероссийских общественных объе­динений, входящих в состав таких избирательных блоков, а также оплата рекламы с использованием фамилий или изображений указан­ных лиц, оплата рекламы организаций, учредителями, собственниками, владельцами и (или) членами органов управления или органов кон­троля которых являются указанные лица и (или) организации, в ходе избирательной кампании осуществляется только за счет средств соот­ветствующего избирательного фонда. В день голосования и в день, предшествующий дню голосования, такая реклама не допускается». СК «БИГ-БАЛТ» осуществляет строительство нескольких многоквар­тирных жилых домов в разных районах города и в целях привлечения инвесторов-дольщиков ведет активную рекламную кампанию. В сред­ствах массовой информации постоянно даются сообщения о строя­щихся домах и о наличии свободных, не проданных квартир в уже построенных домах. Конкуренция на рынке строящегося жилья в Санкт-Петербурге очень жесткая, поэтому СК ББ не может отказаться от рекламы своей деятельности даже на кратковременный период.

Выслушав юрисконсульта, генеральный директор СК «БИГ-БАЛТ» очень удивился; по его мнению, реклама фирмы и его работа в качестве доверенного лица кандидата в Президенты РФ никак не связаны между собой; может быть, смысл приведенной правовой нормы иной, не такой, какой вкладывает в нее юрисконсульт. В лю­бом случае Семиручко уже не мог отказаться от принятых на себя обязательств доверенного лица, а СК ББ не могла в одночасье свер­нуть свою рекламу.

Правильно ли юрисконсульт СК ББ понимает смысл положе­ний п. 4 ст. 56 ФЗ «О выборах Президента Российской Федерации»?

Как Вы понимаете смысл и значение этих положений?

Надо ли предпринимать какие-либо действия в сложившейся ситуации, чтобы не допустить нарушений Закона?

Какие последствия для СК ББ могут наступить, если требо­вания п. 4 ст. 56 Закона будут нарушены?

Предположим, что в качестве доверенного лица кандидата в Пре­зиденты РФ выступают руководитель театра, директор музея или, например, один из учредителей сети магазинов розничной торговли, ре­сторанов, руководитель коммерческой организации, оказывающей плат­ные медицинские услуги, и т. п.; т. е. речь идет об организациях., кото­рые по роду своей деятельности вынуждены постоянно, ежедневно рекламировать свои услуги. Изменится ли Ваша позиция в этих случаях?

8. Один из акционеров акционерного общества «Лагуна», не согласившись с рядом изменений и дополнений, содержащихся в новой редакции Устава общества, принятой на внеочередном общем собрании акционеров, предъя­вил в арбитражном суде иск о признании недействительной регистрации Устава общества в новой редакции. Ответчиком по иску являлся Реги­стрирующий орган, а АО «Лагуна» было привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора.

В процессе судебного разбирательства представитель АО «Лагуна» просил суд применить исковую давность и отказать в удовлет­ворении заявленного требования, поскольку истцом пропущен шестимесячный срок для оспаривания актов государственной регистрации организаций, установленный п. 13 Положения о порядке государственной регистрации субъектов предпри­нимательской деятельности, утвержденного Указом Президента РФ от 8 июля 1994г. № 000.

По мнению представителя истца, установленный в названном Положении шестимесячный срок давности не должен применяться, поскольку он противоречит нормам Гражданского кодекса: согласно п. 1 ст. 197 ГК специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком, могут устанавливаться законом, а не Указом Президента РФ.

Какая из высказанных позиций Вам представляется пра­вильной? Дайте развернутое обоснование Вашему решению.

Можете ли Вы привести другие примеры специальных — сокращенных — сроков исковой давности? Какими соображениями диктуется установление сокращенных сроков исковой давности?

9. Дела , занимавшегося торгово-закупочными операциями, шли неплохо: средства, вкладываемые в покупку и продажу импортных продуктов питания, приносили большие доходы. Руководителям не хотелось терять значи­тельную часть прибыли в виде обязательных налоговых отчислений в федеральный и местный бюджет. Поэтому они обратились к консалтинго-аудиторской фирме «Вайсман», рекламное объяв­ление которой публиковалось в газетах, с просьбой помочь «уйти» от налогов.

Специалисты фирмы «Вайсман», изучив документы , внесли ряд предложений, которые были реализованы, в результате чего объем налогооблагаемой прибыли был сведен к минимуму. За эту работу уплатило фирме «Вайсман» солидное вознаграждение.

В начале следующего года, после того, как сдало годовой баланс, налоговая инспекция осуществила проверку на предмет правильности уплаты налогов по итогам предшествующего года. В ходе проверки были вскрыты грубые нарушения законодательства: фальсификация документов, расчеты наличными деньгами в больших объемах и др. Все это, по мнению налоговой инспекции, делалось намеренно, с целью сокрытия фактической прибыли от налогообложения. Налоговая инспекция применила к соответствующие штрафные санкции.

На основании материалов проверки налоговая инспекция предъявила в арбитражном суде иск о ликвидации консалтинго-аудиторской фирмы «Вайсман», которая, по мнению налоговой инспекции, занимается противоправной деятельностью, помогая коммерческим структурам уходить от налогообложения. Одно­временно к фирме «Вайсман» было предъявлено требование о взыскании в бюджет всех доходов, полученных этой фирмой за оказанные ею услуги.