Эпистемологические проблемы современного естествознания (стр. 3 )

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Примером может служить общая теория относительности, объяснившая категорию силы гравитации через геометрию искривленного пространства-времени и повысившая точность описания тонких гравитационных эффектов, модель кварков, объяснившая наличие у всех (кроме электрона, фотона и нейтрино) элементарных частиц сложной внутренней структуры, теория кварк-глюонного поля, которое оказалось причиной наблюдаемых эффектов, связанных с поведением обменных мезонов в ядре, и т. д. Речь, конечно, не идет о фундаментальных законах природы, или принципах, таких, как: принципы сохранения симметрии, энергии, массы, заряда, импульса; принцип возрастания энтропии; принцип неопределенности Гейзенберга; понятие о скорости света как о пределе скорости любых материальных процессов или о величине квантовой постоянной Планка (как о минимальной энергетической характеристике атомных процессов).

Все такие положения принимаются в качестве незыблемых оснований науки в рамках действующей парадигмы, в качестве её фундаментальных принципов или, в некотором смысле, «символов веры». Дискуссия об этих предметах выходит (пока ещё выходит) за пределы естествознания в область философии, т. е. метафизики. Термин «метафизика» здесь подчеркивает позитивистскую установку на то, что наука в своей конкретной исследовательской деятельности не нуждается в стоящей над ней философии, не считает её экспертом в области естественнонаучной методологии и относит традиционную философию к области метафизики. Однако, вопрос о первопринципах, о фундаментальных основаниях науки – это вопрос философский. Таким образом, если математика управляет построением теорий в том отношении, что она ограничивает научный дискурс квантитативными свойствами, - замечает в этой связи американский философ К. Хахлвег, - то метафизика определяет то, какой род объектов в науке трактуется в качестве фундаментальных[29].

Такую многостадийную схему научного анализа и осмысления феноменов действительности, включающего в себя с одной стороны – обобщение системы фактов и подведение их под некоторый универсальный закон (который не учитывает некоторые "малозначительные" детали и тем самым упрощает ситуацию), с другой – углубление в частности, несущественные для этого уровня познания, но необходимые для дальнейшего движения вглубь явлений, рассматривает Генрих Риккерт. «Само собой разумеется, - пишет он, что обобщающее естественнонаучное познание не исключает далее самого широкого углубления в частности и детали. ... Всякая наука стремится как можно глубже проникнуть в действительность и более ясно осознать её, чем это до сих пор было сделано. ... Обобщение не должно противополагаться анализу. Мы думаем только, что никакой, даже самый подробный анализ не может исчерпать всё многообразное содержание действительности и что естествознание, в законченном изложении результатов своего анализа, оставляет без рассмотрения всё то, что встречается у того или иного частного объекта, следовательно, на этом пути всегда приходит к общим понятиям. Конечно, естественные науки не обязаны далее довольствоваться одним только общим понятием для познания своего объекта. Они часто обращаются к несущественному для общего понятия "остатку" для подведения его под новые понятия, и когда это уже выполнено, то они снова могут ощутить потребность подвергнуть оставшееся от этого второго анализа еще третьему исследованию. С формальной точки зрения нельзя указать, как далеко они должны войти в многообразное содержание действительности, чтобы закончить образование понятий, ибо это зависит от различных намерений и целей, которые ставят себе различные отдельные дисциплины»[30].

Прежде, чем идти дальше, необходимо разобрать категорию «закон» и её трактовку в философии естествознания. В традиционном философском определении закон – это необходимое, существенное, устойчиво повторяющееся отношение между явлениями, предметами, свойствами вещей, между свойствами внутри вещей. В философии различаются понятия сущности и явления. Явления как бы лежат на поверхности, они доступны или непосредственному наблюдению (прямыми методами), или опосредованному (т. е. посредством косвенных методов наблюдения). Последние могут быть весьма сложными и давать неоднозначный результат (область микромира), тем не менее, явление – это то, что доступно измерению и служит источником научной информации (феномен). Всякое явление сущностно в том смысле, что в его основе лежит некоторая скрытая глубинная сущность, которая непосредственно не наблюдается (ноумен), но которая выявляется путем анализа текстов, в которых закреплена статистически достоверная информация о соответствующих явлениях.

Тексты – это упорядоченные посредством языка (в самом широком смысле этого слова как знаково-смысловой системы) потоки информации, полученной как эмпирическим, так и теоретическим путем. На основе этих текстов происходит вся познавательная деятельность тех или иных наук. Именно по отношению к созданным текстам исследователь использует весь арсенал научных методов – анализ, синтез, классификацию, обобщение, абстрагирование, аналогию, индукцию, дедукцию и т. д., и т. п. Далее он проводит со смысловыми блоками этого текста все необходимые логические процедуры, что в конце концов и приводит его к соответствующим выводам – результатам его конкретной научной деятельности. В частности, именно таким образом выявляется всё закономерное, существенное и отбрасывается случайное.

Вне текста не существует ни научного, ни любого другого познания. Все, что не удается выразить средствами языка, невозможно сделать объектом познания. Сам процесс познания, если свести его к окончательному результату, фактически и состоит в отображении (репрезентации) явлений внешнего мира в нашем языке. Как мы уже указывали, процесс познания чего-либо – это фактически процесс репрезентации того, что находится вне ума (Р. Рорти). Репрезентация же осуществляется только средствами языка. Таким образом, мы познаем, в некотором смысле, не сам мир как он есть, а тот текст, который мы сумели о нем создать. Текст – это смыслопорождающая среда, и только из него можно извлекать новые смыслы[31] (Ю. Лотман). Если человек утверждает, что ему удалось постичь нечто интуитивным путем, путем озарения или откровения, но он не способен перевести эти образы на понятный определенному кругу лиц язык (т. е. создать текст, закрепляющий эту информацию), то мы не имеем возможности признать эти «знания» реально существующей информацией. Сама категория информации бессмысленна вне, хотя бы, диалога («передатчик – приемник»), поэтому то, что якобы «известно» только кому-то одному, невозможно ввести в контекст культуры[32]. Такое «знание» нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть, - его не существует в актуализированном виде.

Кроме того, сам результат нашего познания, если все необходимые условия соблюдены, напрямую обусловлен тем базовым или фундаментальным словарем, тем тезаурусом, на котором построен язык той или иной науки или язык вненаучного описания, т. е. семантическим содержанием текста, откуда мы и извлекаем окончательный (на данном этапе познания) смысл. Невозможно в семантическом отношении выпрыгнуть за пределы текста, все логически легитимные выводы, полученные исследователем, заранее обусловлены смысловым содержанием понятийно-категориального аппарата его научной дисциплины. Поэтому об одном и том же явлении природы или общества, по поводу одной и той же проблемы и т. д. могут существовать различные мнения и умозаключения (также и законы), которые являются вполне «истинными» в своей знаково-смысловой системе, но при этом семантически несоизмеримы между собой. Они не могут ни подтверждать, ни опровергать друг друга, они могут только друг друга дополнять.

Разные направления естественнонаучной и философской мысли дают часто несовпадающие понятия закона, что вполне естественно для такой сложной и фундаментальной категории. Ниже мы рассмотрим подход двух выдающихся мыслителей и , философскую деятельность которых в целом можно отнести к неопозитивизму. В современной эпистемологии они представляют такое течение, как аналитическая философия, в основе которого лежит сведение проблем традиционного философского подхода к процессу познания (гносеологии) к анализу познания как преимущественно языковой деятельности. К. Поппер, в частности, утверждал, что для представителей аналитической философии все гносеологические проблемы традиционной философии – это псевдопроблемы, что реальные проблемы теории познания касаются лингвистического использования языка или вербально выраженных смыслов [33].

5.1. Модель объяснения Поппера-Гемпеля.

Итак, научное объяснение – это процесс создания языковой модели, т. е. текста, который выполняет роль объективного коррелята (или изоморфного отображения) некоторой области реального мира, предмета, процесса и т. п., причем предполагается, что логическая структура этого текста в той или иной мере соответствует скрытой от непосредственного наблюдения первичной логике мира. Взаимодействие реальных объектов имитируется логическим соотношением имен этих объектов, а статистически достоверно установленное и причинно-следственно интерпретированное взаимодействие, выраженное в логических понятиях и научных терминах, называется законом. Так что в основе научного объяснения любого явления должен лежать соответствующий универсальный закон, вся совокупность (или система) которых образует иерархию законов. Под общим законом, согласно теории объяснения , понимается «универсальное условное высказывание, которое может быть подтверждено или опровергнуто с помощью подходящих эмпирических данных»[34]. Понятие "закон", по Гемпелю, предполагает, что такое высказывание достаточно подтверждено соответствующими фактами. Учитывая реально существующие в науке ограниченные возможности полного подтверждения или опровержения того или иного высказывания, Гемпель предлагает использовать понятие «гипотеза универсальной формы» или «универсальная гипотеза». «Универсальная гипотеза, - пишет он о своей схеме, - предполагает утверждение следующего типа: всегда, когда событие определенного вида С происходит в определенном месте и в определенное время, то событие определенного вида Е случается в другом месте и в другое время, причем последние определенным образом связаны с местом и временем появления первого события»[35].

Выбирая символы "С" и "Е" для обозначения соответственно "причины" и "следствия", Гемпель оговаривается, что часто, но отнюдь не всегда, эти категории относятся к событиям, которые в самом деле связаны описанным выше законом. Основная же функция общих законов в естественных науках состоит в том, чтобы устанавливать между событиями связи того типа, который обычно называется объяснением и предсказанием. В целом формально-логическая схема объяснения Гемпеля выглядит так. – «Объяснение события некоторого определенного вида Е в определенном месте и времени, - пишет он в широко известном труде "Функция общих законов в истории", - состоит, как это обычно считается, в указании причин и определяющих факторов события Е. В этом случае суждение о том, что набор событий, - скажем, С1,С2, ..., Ск – является причиной объясняемого события, сводится к утверждению, что в соответствии с определенным общим законом, данный набор событий регулярно сопровождается событием Е»[36].

Таким образом, согласно Гемпелю, научное объяснение некоторого события (экспланандума) состоит из следующих компонентов (составляющих эксплананса): 1). Из набора высказываний, описывающих тот факт, что определенные события С1,С2, ..., Ск имели место в определенных пространственно-временных условиях; 2). Из набора универсальных гипотез (в некотором смысле, общих законов данной науки). При этом известно, что высказывания обеих этих групп в достаточной степени подтверждены эмпирическими данными и то, что из этих двух групп высказываний можно логически дедуцировать суждение о появлении события Е. В физическом объяснении, согласно этой схеме, первый набор описывает начальные и граничные условия, которые приводят к появлению конечного события (одна часть эксплананса). «В целом мы можем сказать, - пишет Гемпель, - что этот набор высказываний описывает определяющие условия объясняемого события, тогда как второй набор высказываний состоит из общих законов, на которых основывается объяснение (другая часть эксплананса). При этом предполагается, что когда бы ни произошли события, описанные в первой группе, произойдет само собой объясняемое событие»[37]. Эта объяснительная концепция, указывает Гемпель, требует следующих важных уточнений:

1). Данный набор событий С1,С2, ..., Ск может считаться причиной объясняемого события Е только в том случае, если общие законы свидетельствуют о необходимой связи между причиной и следствием, установленной тем способом, который рассмотрен выше.

2). Независимо от того, насколько, по виду, строго и убедительно используется причинно-следственная терминология, объяснение, претендующее на статус научного, может быть получено только с применением универсальных эмпирических гипотез (законов, имеющих фундаментальное значение в контексте науки). Из предыдущего пункта следует, что «объяснение», апеллирующее к метанаучным положениям или ложным референтам (таким, как например, энтелехия, флогистон, эфир, историческая миссия, харизма, предназначение судьбы и т. п.), основанное на метафорах, а не на объективных законах, является псевдообъяснением, не имеющим научного статуса. Такие "объяснения" годятся для художественных или философских текстов, публицистики и т. п., но не могут легитимно входить в состав научной теории. Любое объяснение научного типа допускает объективную проверку (верификацию или фальсификацию) и предполагает: а) эмпирическую проверку предложений, которые описывают определяющие условия; б) эмпирическую проверку тех универсальных гипотез (законов), которые лежат в основе объяснения; в) выяснение логической убедительности (непротиворечивости) того, что все предложения, описывающие объясняемое событие (экспланандум), следуют из высказываний, которые относятся к набору определяющих условий и системе универсальных гипотез (к экспланансу).

Карл Поппер в этой связи обращает внимание на то, что иногда в качестве объяснения используются недостаточно проверенные гипотезы типа "ad hoc", т. е. "на данный случай", которые далеко не всегда имеют достаточное количество проверяемых следствий. Такие объяснения не обладают свойством независимости. «Только если мы потребуем, чтобы объяснение использовало универсальные законы природы (дополненные начальными условиями), - пишет Поппер, - мы продвинемся к идее независимого объяснения, или объяснения, не являющегося ad hoc. Ибо универсальными законами природы могут быть утверждения, проверяемые во всяком месте и во всякое время». Как известно, проверяемость по К. Попперу, а следовательно, научная легитимность утверждения предполагает не только доказательство (верификацию), но и принципиальную возможность опровержения (фальсификацию) этого утверждения, поэтому он указывает на то, что «всё это верно, однако, если мы связали себя с такими универсальными законами, которые проверяемы, т. е. фальсифицируемы. Здесь возникает проблема демаркации и критериев фальсифицируемости»[38].

Таким образом, согласно подходу К. Поппера, удовлетворительное объяснение «неизвестного путем известного», состоит в том, чтобы получить «объяснение в терминах проверяемых и фальсифицируемых универсальных законов и начальных условий. Объяснение этого рода будет тем более удовлетворительным, чем более высоко проверяемы эти законы и чем лучше они проверены (то же самое относится и к начальным условиям». Этот логический формализм (получивший название метод Поппера-Гемпеля), на котором строится объяснение того или иного события, посредством подведения его под некоторый фундаментальный закон, и который не вызывает возражений в сфере естественных наук, хотя и не исчерпывает всех методов объяснения, Карл Гемпель (как впрочем, и Карл Поппер) считает в целом приемлемым и для объяснения событий из области гуманитарного знания, в частности, истории. Конечно, замечает Гемпель, невозможно дать полное и исчерпывающее описание какого-либо индивидуального события, тем более, «невозможно дать полное объяснение индивидуального события путем объяснения всех его характеристик с помощью универсальных гипотез, хотя объяснение того, что произошло в определенных пространственно-временных условиях, может постепенно становиться всё более точным и подробным»[39].

Но в этом отношении, считает он, не существует большой разницы между гуманитарными науками (например, историей) и естествознанием. «Эти науки, - пишет К. Гемпель, - могут представить свой предмет только в терминах общих понятий, и история может "ухватить уникальную индивидуальность" объектов своего изучения не в большей и не в меньшей степени, чем это могут сделать физика или химия»[40]. В процессе такого анализа выстраивается иерархическая структура сложности и фундаментальности объяснений, и мы приближаемся к тому уровню познания данного явления, который можно условно назвать пониманием.

4). Понимание – это самая сложная и неоднозначно трактуемая стадия научного познания. Истинное понимание явления достигается тогда, когда его описание можно логически строго и непротиворечиво свести к абсолютно четко выстроенной причинно-следственной последовательности самых элементарных (т. е. предельных, неразложимых и несводимых далее к более элементарным) стадий, протекание которых в пространстве и времени однозначно обусловливает эмпирически зафиксированные закономерности развития этого явления. Этот идеал лапласовского причинно-следственного детерминизма и редукционизма, вытекающего из картезианско-ньютоновской механической парадигмы, как показала современная наука о самоорганизации – синергетика, в принципе недостижим для любого сколько-нибудь сложного процесса. Это касается как исследования частных явлений, так и научного познания природы вообще.

Но на каждом этапе развития человеческого познания мира научные знания имеют характер объективной (в смысле общепризнанной) относительной истины, проверяемой практикой и обеспечивающей продвижение к более полному продуктивному «диалогу человека и природы» (И. Пригожин). На этом пути многие прежние представления (в свое время очевидные и полезные) отбрасываются как научные заблуждения, некоторые из них существенно трансформируются, возникают новые «истины», играют свою роль в познании и затем претерпевают те же превращения. Можно утверждать, что понимание какого-либо природного явления, в научном смысле этого слова, формируется постепенно и постоянно углубляется в процессе интерпретации эмпирических данных с привлечением всё более глубоких уровней объяснения и фундаментальных концепций. Таким образом, понимание чего-либо в естествознании – это не только некоторое вполне определенное и стабильное состояние ума, не статический результат, принятый навсегда, а перманентный динамический процесс смыслопорождения в соответствующей знаково-смысловой среде (семиосфере, - термин выдающегося отечественного культуролога ).

Глава 6. Объяснение в области гуманитарных наук.

Науки «точные» и науки гуманитарные.

Отдельной проблемой является соотношение объяснения и понимания в области гуманитарных наук («наук о культуре»), где большую роль приобретают факторы, несущественные для естествознания («наук о природе»), такие, как иррациональность, интенциональность и т. п. элементы, сопутствующие «человеческому фактору». Существует тезис о том, что адекватно понять то или иное историческое событие или образ действий какой-либо исторической личности можно только путем эмпатии, т. е. посредством идентификации себя с данным персонажем. Часто может показаться, что в процессе самоидентификации возникает адекватное понимание ситуации, в которую вовлечен исторический герой. Однако, как замечает Гемпель, этот эффект достигается при помощи более или менее убедительных метафор, и понимание такого рода должно быть строго отделено от научного понимания. «В истории, как и вообще в эмпирических науках, - пишет он, - объяснение явления заключается в подведении его под общие эмпирические законы. Критерием корректности такого объяснения будет служить не привлекательность для нашего воображения, не изложение его на языке наводящих аналогий, а также не кажущаяся правдоподобность, - всё это с таким же успехом может встретиться и в псевдообъяснении, - но исключительно основанность на достаточно подтвержденных опытом и относящихся к начальным условиям посылках и общих законах»[41].

Важно также то (и на это обращают внимание К. Поппер, К. Гемпель и ряд других эпистемологов и методологов науки), что часто для объяснения событий, являющихся предметом гуманитарных наук (например, истории, социологии и т. п.), можно с успехом привлекать общенаучные законы, причем применение последних делает такое объяснение не менее, а более убедительным, чем ссылка на некоторые частные законы, специфические именно для данной гуманитарной системы знаний. В любой эмпирической науке, считает Гемпель (а к таковым наукам он относит, в частности, историю), нет оснований для разделения «чистого описания» и «гипотетического обобщения в построении теории», поскольку в построении научного знания между тем и другим выявляется неразрывная связь. Кроме того в процессе разработки методов объяснения становится ясно, что все попытки провести строгую демаркационную линию между различными областями научного исследования в целом несостоятельны, равно как и утверждения о том, что каждая из областей научного знания развивается автономно. Подводя итог своим рассуждениям об общих принципах научного объяснения, Карл Гемпель пишет: «Необходимость применения в историческом исследовании универсальных гипотез, большинство из которых ведет свое происхождение из традиционно отличных от истории областей исследования, является лишь одним из аспектов того, что можно было бы назвать методологическим единством науки»[42].

Основой любого процесса познания является принятие постулата о бытии, предполагающем реальность существования внешнего мира и встроенного в это бытие реально существующего человека – носителя сознания. Это позволяет далее на вполне научных основаниях логически обосновать необходимость восходящей эволюции сознания, осуществляющейся в процессе познания человеком окружающего мира, самого себя, смысла своего бытия и места в мире. Осмысливая этот процесс в контексте любых философских систем, опирающихся на естествознание, можно прийти к заключению, что познание мира человеком, создание образа мира в языке с эволюционной системно-синергетической позиции, совершенно неизбежно, в силу существования универсальных принципов саморазвития природы, частью которых являются, с одной стороны – общие законы самоорганизации всех форм материи, а с другой – биологические законы видосохраняющей адаптации живых организмов к биосфере и их постоянной эволюции.

С этих позиций очевидно, что главным и важнейшим условием успешного существования на Земле и длительного развития биологического вида «Хомо сапиенс», в силу уже состоявшегося и эволюционно необратимого его отрыва от «лона природы», является адекватное познание мира, законов его функционирования и самого себя всеми доступными и присущими ему способами. В этом контексте следует рассмотреть важнейшее понятие науки – точность, на основании которого происходит деление наук на естественные (т. е. точные науки) и науки гуманитарные, этим качеством не обладающие. Доктрина верификации, которая является основным фундаментом эмпиризма, получает легитимное обоснование только с привлечением понятия точности в его научной ипостаси.

6.1.  Что такое точность в экспериментальной науке.

Понятие «точность» многозначно и в разных контекстах имеет различный смысл. Нам здесь потребуется такое толкование, которое в контексте современного естествознания имеет смысл относительной статистической ошибки экспериментально полученного результата или возможной общей статистической погрешности теоретически выведенной формулы, содержащей некоторые переменные, значениям которых, согласно правилам обработки результатов наблюдений, должны сопутствовать вполне определенные частные погрешности. Точность результата определяется в пределах т. н. доверительного интервала (коридора погрешности). Это соответствует тому, что теоретически возможное, но практически недостижимое в измерениях «истинное» значение изучаемой величины реально будет вычислено как среднестатистическое по сумме наблюдений и заключено в пределах этого интервала. Тогда с соответствующей доверительной вероятностью можно считать, что они совпадают.

Так в научных исследованиях обосновывается понятие статистической достоверности полученной информации, которое (с определенными оговорками) можно считать научной истиной на данном этапе развития научного знания. Но это не гарантирует от того, что в дальнейшем эти сведения не будут уточнены или даже опровергнуты и расценены как научное заблуждение. Таких примеров немало в истории естествознания, поэтому целью и задачами непосредственного научного исследования следует считать не поиск окончательной истины относительно данного явления (это можно иметь в виду как сверхзадачу), а выстраивание внутренне непротиворечивой объяснительной и предсказательной схемы (модели или теории), подтвержденной необходимым объемом статистически достоверной информации.

Таким образом, статистическая достоверность это характеристика среднего результата Хср измерений какой-либо физической, химической, биологической и т. д. величины, имеющей статистическую природу, т. е. не имеющей «истинного» значения, а стохастически меняющейся (дающей разброс результатов) в процессе измерений. Реальный результат измерений, который можно рассматривать как научно обоснованный и представить для независимой проверки, выглядит так: Хср ±Dх, где Dх – т. н. среднеквадратичное отклонение, являющееся статистической погрешностью данных измерений (см. Приложение). Точностью результата или относительной погрешностью измерений является величина Dх/Хср*100%.

Выдающийся физик Юджин Вигнер в своих рассуждениях по этому поводу обращал внимание на тот факт, что точные законы природы, отображенные математическими соотношениями, всегда выводятся (или проверяются) на основании эмпирических данных, которые сами по себе никогда не являются абсолютно точными, а получены с той или иной экспериментальной погрешностью (т. е. статистической достоверностью). Например, фундаментальный для механики второй закон Ньютона F=ma, связывающий силу, массу и ускорение, может быть проверен опытным путем с нужной точностью на основании соотношения: F±DF=(m±Dm)*(a±Da). Зависимость массы от скорости движения в релятивистской области (v@c), которая согласно теории относительности, описывается формулой m=m0/Ö(1-v2/c2), можно проверить при помощи соотношения, также включающего измеряемые величины: m±Dm=(m0±Dm0)/Ö{1-(v±Dv)2/(c±Dc)2}, и т. д.

Очевидно, что в проверочные соотношения неизбежно входят погрешности эксперимента, и хотя точность проверки может постоянно улучшаться, но тем не менее, никогда не может быть абсолютной. Поэтому выводы о подтверждении любой теории соответствующим экспериментом и о совпадении теоретически полученных результатов и опытных данных, всегда включают оговорки типа – “в пределах ошибки опыта”, или “в пределах соответствующего доверительного интервала”, или “с такой-то статистической точностью”. В этой связи Вигнер отмечал, что «математическая формулировка результатов наблюдений физиков, часто довольно грубых, приводит в неправдоподобно многочисленных случаях к удивительно точному описанию большого класса явлений». «Непостижимая эффективность математики в естественных науках», - так называется его известная книга, и к такому выводу приходит автор, анализируя процесс развития науки, особенно неклассической физики.

Многие случаи блестящего совпадения теоретических результатов с экспериментальными данными можно объяснить тем, что исходные уравнения любых научных теорий (фактически, это уравнения баланса сил, энергии, массы вещества, заряда и т. п. переменных) строятся на основе принципов сохранения, которые, очевидно, являются фундаментальными для всего Универсума. Сам принцип сохранения логически недоказуем, но он является основой для любых научных построений как эмпирические обобщение огромного эмпирического материала (что-либо никогда не возникает из ничего, всё существующее не исчезает, а только трансформируется). Такие представления, как указывал Юнг, по-видимому, восходит к одному из архетипов порядка. Однако все ситуации, в которых проявляются удивительные модельные возможности математики в естествознании, только одним этим объяснить трудно. Конечно, это не значит, что даже проверенные на достаточно большом эмпирическом материале математические соотношения, выражающие законы физики, тождественно отображают истинные закономерности скрытых от нас фундаментальных природных процессов и могут в самом деле носить название законов природы.

Таким образом, понятие «точность» (в области естествознания – для т. н. «точных наук») основано на возможности получить статистически удостоверенную и выраженную в числовом виде величину суммарной погрешности среднего результата измерений в некоторой устойчиво повторяющейся природной обезличенной ситуации. Следовательно, оно по существу сводится к относительной ошибке среднего, взятой для соответствующего доверительного интервала. Именно в этом смысле гуманитарные науки, предметом изучения которых часто являются сущности, не поддающиеся статистическому анализу, и являются науками неточными, хотя они при этом не лишены научной строгости и атрибута объективной истины (как общепринятого суждения в рамках данной парадигмы).

6.2. Неизбежность парадоксов в текстах и теорема Гёделя.

Дают ли точные науки то, что мы подразумеваем под термином истина, т. е. окончательное истинное знание о том или ином явлении? Если и были когда-либо такие надежды или претензии (а они в основном выдвигались крайними представителями сциентизма – физикалистами, считавшими точные методы физики и её язык, так сказать, «познавательной панацеей»), то в наше время доказана их несостоятельность. На смену поискам одного привилегированного языка описания мира приходят представления о политекстуальности интерпретаций. Провозглашаемая постнеклассической наукой и философией политекстуальность и интегративность в интерпретации сложных и неоднозначных явлений окружающего мира базируется, с одной стороны, на принципе дополнительности, доказавшим свою продуктивность в физике микромира, с другой же стороны – имеет под собой строгую доказательную основу в виде знаменитой теоремы Гёделя. Эта теорема в некотором смысле положила конец любым амбициям на создание какого-либо привилегированного подхода и единственно верного универсального языка, непротиворечиво описывающего мир во всей его полноте.

Теорема Гёделя, или теорема о неполноте формализованных логически непротиворечивых систем, является одним из самых фундаментальных, причем строго научных, логических результатов, неизменно используемых для обоснования универсальности принципа эпистемологической дополнительности и его высокой познавательной продуктивности при создании интегративной картины мира. Смысл этой теоремы состоит в том, что если некоторая формализованная логическая система непротиворечива, то в ней существует такое высказывание, что ни его утверждение, ни его отрицание не могут быть обоснованы логическими средствами, находящимися в пределах этой системы, - т. е. данная система неполна. Это значит, что любая логическая система какой угодно сложности содержит больше истинных утверждений, чем можно доказать с помощью её собственного набора правил.

Эта теорема была доказана в 1931 году знаменитым австрийским математиком и логиком Куртом Гёделем () на примере арифметики натуральных чисел. Она показывает, что даже арифметику нельзя полностью формализовать, поскольку в ней оказываются истинные предложения, которые невозможно доказать (т. е. обосновать), не выходя за пределы этой логической структуры. Получается, что в пределах любой области математики всегда имеются утверждения, истинность или ложность которых не может быть установлена с помощью правил и аксиом, принадлежащих этой конкретной области математики. Например, согласно теореме Гёделя, любое утверждение о числах (какое только можно себе вообразить), содержащееся внутри данной логической системы, может быть строго логически доказано только если выйти за пределы этой системы, т. е. только при помощи введения новых правил и аксиом[43].

В настоящее время теорема Гёделя получила расширенное толкование в философии и методологии науки и, в частности, в философии естествознания. Опираясь на неё, делают вывод, что создание полностью адекватной картины мира в виде одной универсальной системы знаний, базирующейся исключительно на рациональном логически-формализованном методе, невозможно средствами имеющегося языка. Дело в том, что в пределах такой системы всегда найдутся логически неразрешимые предложения, которые недоказуемы и в то же время неопровержимы при помощи логических возможностей этой системы. Причем, если бы даже в принципе можно было бы осуществить полную формализацию какой-либо конкретной области знания, то согласно следствиям из теоремы Гёделя о неполноте, для этого потребовалось бы введение фактически бесконечного числа аксиом, выражающих все необходимые истины в данном формализованном аппарате, отображающем логическую структуру этой системы знаний.

Таким образом, если согласно теореме Гёделя, непротиворечивость достаточно богатой теории нельзя установить логическими средствами, формализованными в пределах только этой теории, то в любой знаково-смысловой конструкции, отображающей некоторую часть внешнего мира (научная теория, философская система, религиозное учение и т. д.), всегда найдется место парадоксам, неразрешимым в данной системе. Это разрушает надежды на создание (пусть даже в самой отдаленной перспективе) какого-либо "истинного", "единственно возможного", "привилегированного" и т. п. универсального языка, описательные возможности которого будут достаточны для построения "полной" и "окончательной" картины мира. Речь идет о такой когнитивной схеме, модельные принципы которой позволяли бы достаточно точно прогнозировать процесс эволюции природы, биологических видов, социально-политических структур, культуры и познания и т. п. сложных систем (т. е. выстраивать траектории развития этих систем в выбранном модельном фазовом пространстве).

6.3. Политекстуальность и дополнительность.

Следует ещё раз заметить, что утопические программы разработки универсальных методов познания мира, исключающих неразрешимые противоречия и парадоксы, в частности, попытки создать «настоящий» научный метод, выработать универсальную логико-математическую схему, с помощью которой можно было бы производить «истинно» научное знание о мире, научно прогнозировать отдаленные последствия и результаты тех или иных решений и действий как по отношению к природе (различные аспекты экологии), так и в сфере общественного развития (история, политика, социология, экономика), предпринимались неоднократно и на короткое время порождали иллюзии достижимости конкретных результатов.

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17



Подпишитесь на рассылку:

Естествознание

Проекты по теме:

Основные порталы, построенные редакторами

Домашний очаг

ДомДачаСадоводствоДетиАктивность ребенкаИгрыКрасотаЖенщины(Беременность)СемьяХобби
Здоровье: • АнатомияБолезниВредные привычкиДиагностикаНародная медицинаПервая помощьПитаниеФармацевтика
История: СССРИстория РоссииРоссийская Империя
Окружающий мир: Животный мирДомашние животныеНасекомыеРастенияПриродаКатаклизмыКосмосКлиматСтихийные бедствия

Справочная информация

ДокументыЗаконыИзвещенияУтверждения документовДоговораЗапросы предложенийТехнические заданияПланы развитияДокументоведениеАналитикаМероприятияКонкурсыИтогиАдминистрации городовПриказыКонтрактыВыполнение работПротоколы рассмотрения заявокАукционыПроектыПротоколыБюджетные организации
МуниципалитетыРайоныОбразованияПрограммы
Отчеты: • по упоминаниямДокументная базаЦенные бумаги
Положения: • Финансовые документы
Постановления: • Рубрикатор по темамФинансыгорода Российской Федерациирегионыпо точным датам
Регламенты
Термины: • Научная терминологияФинансоваяЭкономическая
Время: • Даты2015 год2016 год
Документы в финансовой сферев инвестиционнойФинансовые документы - программы

Техника

АвиацияАвтоВычислительная техникаОборудование(Электрооборудование)РадиоТехнологии(Аудио-видео)(Компьютеры)

Общество

БезопасностьГражданские права и свободыИскусство(Музыка)Культура(Этика)Мировые именаПолитика(Геополитика)(Идеологические конфликты)ВластьЗаговоры и переворотыГражданская позицияМиграцияРелигии и верования(Конфессии)ХристианствоМифологияРазвлеченияМасс МедиаСпорт (Боевые искусства)ТранспортТуризм
Войны и конфликты: АрмияВоенная техникаЗвания и награды

Образование и наука

Наука: Контрольные работыНаучно-технический прогрессПедагогикаРабочие программыФакультетыМетодические рекомендацииШколаПрофессиональное образованиеМотивация учащихся
Предметы: БиологияГеографияГеологияИсторияЛитератураЛитературные жанрыЛитературные героиМатематикаМедицинаМузыкаПравоЖилищное правоЗемельное правоУголовное правоКодексыПсихология (Логика) • Русский языкСоциологияФизикаФилологияФилософияХимияЮриспруденция

Мир

Регионы: АзияАмерикаАфрикаЕвропаПрибалтикаЕвропейская политикаОкеанияГорода мира
Россия: • МоскваКавказ
Регионы РоссииПрограммы регионовЭкономика

Бизнес и финансы

Бизнес: • БанкиБогатство и благосостояниеКоррупция(Преступность)МаркетингМенеджментИнвестицииЦенные бумаги: • УправлениеОткрытые акционерные обществаПроектыДокументыЦенные бумаги - контрольЦенные бумаги - оценкиОблигацииДолгиВалютаНедвижимость(Аренда)ПрофессииРаботаТорговляУслугиФинансыСтрахованиеБюджетФинансовые услугиКредитыКомпанииГосударственные предприятияЭкономикаМакроэкономикаМикроэкономикаНалогиАудит
Промышленность: • МеталлургияНефтьСельское хозяйствоЭнергетика
СтроительствоАрхитектураИнтерьерПолы и перекрытияПроцесс строительстваСтроительные материалыТеплоизоляцияЭкстерьерОрганизация и управление производством

Каталог авторов (частные аккаунты)

Авто

АвтосервисАвтозапчастиТовары для автоАвтотехцентрыАвтоаксессуарыавтозапчасти для иномарокКузовной ремонтАвторемонт и техобслуживаниеРемонт ходовой части автомобиляАвтохимиямаслатехцентрыРемонт бензиновых двигателейремонт автоэлектрикиремонт АКППШиномонтаж

Бизнес

Автоматизация бизнес-процессовИнтернет-магазиныСтроительствоТелефонная связьОптовые компании

Досуг

ДосугРазвлеченияТворчествоОбщественное питаниеРестораныБарыКафеКофейниНочные клубыЛитература

Технологии

Автоматизация производственных процессовИнтернетИнтернет-провайдерыСвязьИнформационные технологииIT-компанииWEB-студииПродвижение web-сайтовПродажа программного обеспеченияКоммутационное оборудованиеIP-телефония

Инфраструктура

ГородВластьАдминистрации районовСудыКоммунальные услугиПодростковые клубыОбщественные организацииГородские информационные сайты

Наука

ПедагогикаОбразованиеШколыОбучениеУчителя

Товары

Торговые компанииТоргово-сервисные компанииМобильные телефоныАксессуары к мобильным телефонамНавигационное оборудование

Услуги

Бытовые услугиТелекоммуникационные компанииДоставка готовых блюдОрганизация и проведение праздниковРемонт мобильных устройствАтелье швейныеХимчистки одеждыСервисные центрыФотоуслугиПраздничные агентства

Блокирование содержания является нарушением Правил пользования сайтом. Администрация сайта оставляет за собой право отклонять в доступе к содержанию в случае выявления блокировок.