Предательство (стр. 5 )

- Бродяга...

Сириус попятился назад, мотая головой, но мягкая рука его остановила. Повернув голову, он увидел улыбающегося Гарри:

- Все в порядке, Сириус, это действительно они.

Сириус снова посмотрел на Джеймса, и в его глазах появились слезы.

- Сохатый, Лили...

Сделав несколько шагов, Джеймс оказался перед ними, и они по-братски обнялись. Сириус уткнулся головой в плечо лучшего друга. Лили подошла к мужчинам и обняла Сириуса за талию. Он положил свою руку ей на плечи, вовлекая и ее в объятия. Гарри приблизился к стоящим в отдалении Рону и Гермионе, давая взрослым побыть наедине.

- Ребята, я схожу за Ремусом. Мне кажется, что у него тоже есть право быть здесь, рядом с ними. Подождите, пока я вернусь, ладно?

Рон и Гермиона кивнули, и Гарри направился в Большой Зал. Когда он вошел туда, то увидел, что почти все уже собрались.

- С Рождеством всех!

Большинство людей ответили ему улыбками и приветствиями. Директор спросил:

- А где Рон, Гермиона и Сириус?

- Они скоро будут здесь. Но, если Вы не возражаете, я бы хотел, чтобы Ремус вышел на минутку со мной.

Оборотень удивился, но встал.

- Что-то случилось, Гарри?

Улыбка Гарри стала шире, и он покачал головой:

- Все в порядке. У меня есть... можно назвать это Рождественским подарком для тебя.

Гарри оглянулся на мадам Помфри, которая улыбалась, и взял Ремуса за руку:

- Пошли!

Пара покинула комнату, оставляя позади себя недоумевающих людей. Гарри не отпускал руку Ремуса, пока вел его к друзьям. Когда они дошли, он увидел, что Сириус крепко обнимал Лили, в то время как Джеймс стоял рядом и улыбался. Сохатый повернулся, услышав шаги, и его глаза округлились, когда он узнал спутника своего сына. Ремус побледнел, но у него не было времени, чтобы прийти в себя от увиденного. Джеймс бросился к вскрикнувшему Лунатику и обнял его, помогая тому взять себя в руки. Сразу после этого, Ремус поверил в происходящее, и крепко обнял друга. Сириус и Лили разомкнули объятия и уставились на своих друзей. Некоторое время спустя, Джеймс отступил на шаг, давая возможность своей жене тоже обнять Ремуса.

Ребята терпеливо ждали в стороне, когда закончатся объятия друзей, давая им время успокоиться. Наконец, Лили и Ремус разомкнули руки, а Сириус спросил:

- Я не понимаю... Это невозможно! Каким образом вы можете быть живыми?

Джеймс передернул плечами и посмотрел на смеющегося сына.

- Не имею ни малейшего представления, Бродяга. Последнее, что я помню, это то, как Волдеморт напал на нас, поток зеленого света, а затем я проснулся здесь, в Хогвартсе. Но я знаю, что к этому причастен мой сын и его друзья.

- Джеймс, дорогой, мне кажется, что "причастен" - это слабо сказано. Я уверена, - он все это сделал он!

Ремус и Сириус повернулись к смеющимся ребятам. Ремус изогнул бровь и вежливо спросил:

- Не соизволите ли объяснить?

Рон засмеялся и покачал головой:

- Не сейчас. Это долго рассказывать и нам не хотелось бы повторяться. Подождем, когда мы все это будем рассказывать остальным, в том числе и Дамблдору. Кроме того, если мы сейчас начнем рассказывать, то не успеем позавтракать. А семья Грифона будет сильно волноваться.

После этого Гарри повернулся и пошел в Большой Зал. Его друзья шли следом за ним, давая возможность взрослым замыкать шествие. Джеймс посмотрел на своих друзей и улыбнулся - жизнь хороша! Он чувствовал, что они о многом еще не говорили, а так же был сильно удивлен поведением сына. Тот был не таким, каким Джеймс представлял его, и отец не мог понять, что же случилось за эти годы. Отогнав от себя эти мысли, он обнял жену и сказал стоящему рядом Сириусу:

- Пошли, я хочу увидеть реакцию Дамблдора, он же об этом еще не знает, не так ли?

Ремус улыбнулся и сказал:

- Еще нет.

Трое оставшихся мародеров вместе с Лили отправились в Зал вслед за Гарри и его друзьями.

Глава 23. Завтрак.

В тот момент, когда Гарри открыл дверь, в зале повисла тишина. Он подумал, стоит ли предупреждать присутствующих о тех, кто идет за ним, но затем, решив отомстить Дамблдору, просто прошел вместе с Роном и Гермионой к их местам. Сев за стол, они заинтересовано посмотрели на присутствующих, ожидая их реакции. Наконец-то двери открылись и, обернувшись, Гарри увидел Сириуса, Ремуса, Джеймса и Лили, шедших в обнимку. Возгласы удивления наполнили Зал, а громкий грохот возвестил о том, что Снейп свалился со стула. Следующие несколько минут не было больше никаких реакций. Гарри наслаждался удивлением, которое читалось на лице Дамблдора. Не часто удается удивить директора. Глаза Макггонагал наполнились слезами, а Хагрид, выпучив глаза, положил подбородок на стол. Остальные учителя были просто удивлены, хотя из-под Флитвика выпали пара подушек, а Трелония посмотрела на Гарри так, вроде бы она об этом уже давно знала. Как же Гарри хотелось стереть это выражение с ее лица!

Переборов шок, Дамблдор заговорил:

- Это невозможно! Они не могут быть настоящими Поттерами!

Гарри изогнул бровь и внимательно посмотрел на него:

- Вы хотите сказать, что люди, похороненные в могиле Джеймса и Лили Поттеров - не мои родители?

Дамблдор внимательно на него посмотрел и кивнул:

- Конечно, это они.

Гарри улыбнулся и откинулся на стуле, наблюдая за тем, как Снейп отряхивал одежду.

- Хорошо, а то я уже начал волноваться, что мы разбудили не тех людей.

Маггонагал резко подняла голову

- Это сделали вы?!

Троица удовлетворенно улыбнулась и кивнула. Джеймс, Лили, Ремус и Сириус подошли к столу и уселись между учителями и неразлучной троицей. Дамблдор покачал головой, но решил пока не поднимать эту тему.

- Хорошо, приятно видеть вас обоих снова. Я уверен, что у многих возникли вопросы, но давайте решим их позже, а сейчас - позавтракаем.

Все кивнули и послушались директора, при этом постоянно поглядывая в сторону Поттеров и троицы.

Сириус возбужденно болтал с Джеймсом и Ремусом, но не мог не задуматься над тем, много ли знал Джеймс о том, что случилось. У него было ощущение, что друг знает немного, иначе, он бы не говорил с ним так просто - вспоминая только хорошие моменты из их жизни в Хогвартсе. Лили улыбалась мародерам - она знала, что входила в их компанию, но предпочла наблюдать за ними со стороны. Она повернулась к сыну, увлеченному беседой с друзьями. Некоторое время она внимательно слушала, но затем улыбка исчезла с ее лица и она недоуменно нахмурилась:

- Гарри?

Гарри повернулся и удивленно посмотрел на нее, так как не заметил, что она прислушивалась.

- Не обижайся, дорогой, но о чем вы говорите?

Гарри нервно улыбнулся, но ответил:

- О, это всего лишь химия. Нам на каникулы задали задание, а мы откладывали его до этих пор.

- Химия? Это же маггловский урок!

Гарри пожал плечами и кивнул.

- Я не знала, что в Хогвартсе ее преподают.

Гермиона поставила на стол свой стакан и спокойно посмотрела на мать Гарри:

- Здесь ее действительно не преподают. Мы учимся в Гриннингсе. Это очень почитаемая маггловская школа. Только ученики с высшими отметками могут туда попасть.

Лили округлила глаза:

- Маггловская школа?!

Она повернулась к своему сыну:

- Гарри, ты - сквиб?

Услышав ее вопрос, Рон рассмеялся, привлекая внимание всех, находящихся за столом:

- Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил, враг Волдеморта номер один - сквиб?! Теперь я слышал все!

Феникс и Дракон закатили глаза, но тоже рассмеялись, как и их друг.

Джеймс, переводил взгляд с жены на смеющегося сына:

- Дорогая, почему ты думаешь, что Гарри - сквиб?

Лили покраснела и не смогла скрыть раздражение на лиц:

- Если ты не сквиб, то объясни, почему ты ходишь в маггловскую школу, тогда как должен ходить в Хогвартс?

В Зале повисла тишина. Гарри спокойно посмотрел на маму и ответил:

- Я ходил в Хогвартс, пока на пятом курсе меня, Грифона и Феникс не подставили по приказу Волдеморта. Нас исключили из школы и собирались отправить в Азкабан, обвинив в убийствах. - Гарри посмотрел на окружающих. - Около месяца назад, правда была выяснена, и теперь мы пытаемся восстановить прежние отношения.

Лили и Джеймс были шокированы. Джеймс повернулся к своим друзьям и посмотрел на них с недоверием. Сириус и Ремус вздрогнули под его взглядом.

- И никто тебе не помог? Никто?! Никто из учителей? Даже Сириус и Ремус?!

Когда Гарри отрицательно покачал головой, лицо Джеймса потемнело, а его глаза горели от злости.

- Как вы могли? Вы даже не попытались докопаться до правды? Как вы...

Спокойный голос Гарри прервал его:

- Отец, хватит.

- Гарри...

Но его сын покачал головой:

- Нет, отец! Это между Сириусом, Ремусом и мной. Ты не можешь судить их, так как не знаешь всей истории. Ты даже не представляешь, что случилось за эти четырнадцать лет. У тебя нет права судить.

Джеймс хотел что-то сказать, но Дамблдор его прервал:

- Мне кажется, что лучше будет перейти в мой кабинет. Мы сможем там все обсудить.

Несколько человек кивнули, и все встали. Все Уизли, кроме Артура, и большинство учителей разошлись, чувствуя, что они будут лишними, в то время как оставшиеся последовали за Дамблдором.

Глава 24. Объяснения.

Все разместились в кабинете Дамблдора. Гарри решил сесть возле Сириуса, что бы тот не подумал, что после воскрешения родителей он любит его меньше. Кроме того, он не хотел находиться возле отца, когда тот узнает, что случилось не только с Гарри, но и с Сириусом. Он видел, что у Джеймса тот еще характер. По другую руку от Дракона сидела Гермиона, следом за ней Рон, оставляя еще два места для его родителей. Ремус сел рядом с Сириусом, а все остальные - за ними. Дамблдор с Фоуксом на плече сел за свой стол и, посмотрев не присутствующих, вздохнул. Его ждало очень длинное утро, немного не так он представлял себе Рождественский день. Наконец, когда все заняли свои места и успокоились, он сказал:

- Лили, Джеймс, я уверен, что у вас много вопросов, но для начала я хочу, что бы мисс Грейнджер, мистер Уизли и мистер Поттер объяснили, как им это удалось.

Подростки переглянулись, и Гарри взглядом попросил Гермиону начать объяснять, так как у неё это получится гораздо лучше, чем у него и Рона. Девушка кивнула и заговорила:

- Мы уже рассказывали вам, что начали изучать непростительные заклятия несколько месяцев тому назад. Найдя способ их остановить, мы захотели глубже их изучить, и нашли один маленький факт, который никто не считал важным. Если кого-то убивают Авадой Кедаврой, то его тело умирает и, значит, оно должно разлагаться. Но у нас есть доказательство, что это не происходит. Это противоестественно, и мы решили найти причину этого феномена. Поиски заняли несколько недель, пока Рон не нашел возможное объяснение. - Она улыбнулась Рону и продолжила: - Вы можете об этом даже не догадываться, но Грифон достаточно Хорошо разбирается в физике. Просмотрев несколько книг, он и нашел теорию о том, что человеческое тело может просуществовать долгое время, если заморозить все его клетки. Некоторые люди, болеющие неизлечимыми болезнями, были помещены в замороженный сон, в надежде на то, что в будущем их смогут вылечить. Мы подумали, что это объясняет тот факт, что тела убитых не разлагаются, и начали искать способ их разбудить. Наконец, на прошлой неделе, мы нашли его и работали, практически не покладая рук, пока вчера не приготовили зелье.

Гермиона достала один из флаконов, которыми они воспользовались в предыдущий день, и поставила его на стол директора.

- Мы назвали его Оживляющим Зельем, так как оно пробуждает людей от убийственного заклятия, точно также как оживило и Джеймса с Лили.

Гермиона вернулась на свое место и осмотрела присутствующих. Они были поражены тем, что шестнадцатилетние ребята смогли найти средство, на поиски которого взрослые потратили столетия.

Наконец Джеймс нарушил тишину, у него были более насущные вопросы. Он хотел, нет, ему было нужно узнать, что случилось с его сыном, поэтому он посмотрел на Дамблдора и сказал:

- Это все очень интересно, я уверен, что это даст много хорошего в будущем, но у меня есть более важные вопросы. Я хочу точно знать, почему моего сына исключили, и я хочу услышать об этом сейчас. Мне так же интересно, что происходит сейчас.

Дамблдор вздохнул, зная, что у Джеймса есть право это знать, но боялся его реакции. Тихим и спокойным голосом он рассказал, что случилось после его смерти, о том, как Сириус попал в Азкабан, а Гарри был отдан Дурслям. Он рассказал им о школьных приключениях их сына и о встречах с Волдемортом. Наконец он добрался до пятого года обучения троицы.

- Не прошло и двух недель после начала года, когда Министерство сообщило мне ужасную новость. Городок под Лондоном был атакован Пожирателями Смерти. Это нас не очень удивило. Удивило то, что в предводителях нападающих узнали Гарри Поттера, Гермиону Грейнджер и Рональда Уизли. Сначала ни я, ни учителя в это не верили, но, распросив их одноклассников, видели ли те их в предыдущий день, мы узнали, что - нет, не видели. И, опросив свидетелей нападения, у меня не возникло сомнений в том, кто руководил всем этим. Даже не смотря на то, что Гарри не раз боролся против Волдеморта, я заметил, как сильно он изменился после четвертого года обучения. Да и Рон с Гермионой тоже изменились. Когда мне рассказали о еще одном нападении, я тут же подумал, что ребята перешли на сторону зла. Как я теперь в этом каюсь. - Директор посмотрел на стол и продолжил. - Фадж настоял на их немедленном исключении из школы и заключении в Азкабан, и я согласился. Я до сих пор помню растерянность и неверие ребят, когда им об этом сообщили. К тому моменту я уже успел сообщить их семьям. Когда палочки были сломаны, Сириус так же уже был в замке. Но никто не сделал ничего, чтобы помочь ребятам. Когда авроры вытаскивали их из замка, что-то случилось, и я до сих пор не могу объяснить, что именно, но мне кажется, внутри Гарри что-то взорвалось. Он отбросил всех авроров от себя и друзей, взял Рона и Гермиону за руки и перенес их неизвестно куда. На протяжении следующих месяцев нападения продолжались и поэтому министерские работники обыскивали всю Англию в поисках ребят. Но они их не смогли найти. Наконец, около месяца назад министерским работникам удалось поймать их, точнее, они поймали тех, кто совершали убийства, но это были не Гарри, Гермиона и Рон, а Люциус Малфой, Нарцисса Малфой и Питер Петтигрю, использовавшие многосущное зелье.

После этого в комнате воцарилась тишина. На лицах трех подростков застыло каменное выражение. Сириус закрыл лицо руками, заново переживая день, когда обвинили его крестника. В то же время, Джеймс и Лили застыли от услышанного, они не знали, что и думать и злились на Дамблдора и других учителей за все сделанное ими, но не могли даже предположить, как бы они сами поступили на их месте. Так же они были ошарашены тем, через что пришлось пройти Сириусу, и уже не могли обвинять его в том, что он не помог Гарри, тем более что Гарри перед этим сказал им, что все это - только между ним и крестным. Взволнованным голосом Лили спросила то, о чем думали все с самого момента возвращения троицы:

- Что случилось после того, как вы аппарировали из Хогвартса? Что вы делали?

Глава 25. Мир магглов.

Гарри выглянул в окно, раздумывая над тем, о чем из случившегося они могут рассказать. Посмотрев на Рона и Гермиону, он увидел, что те тоже в растерянности. Он знал, что ребята хотят рассказать все, что с ними произошло, но вместе с тем, было кое-что еще... Гарри вздрогнул и потер запястье - эта подсознательная привычка появилась у него с того самого дня. Выбросив из головы болезненные воспоминания, он заговорил:

- Когда мы аппарировали из Хогвартса, не спрашивайте, как именно нам удалось преодолеть антиаппарационный щит - я этого и сам не понимаю, мы оказались в Лондоне, не очень далеко от "Дырявого Котла". Представьте себе, насколько шокированы мы были, и как много времени прошло, пока мы начали логически мыслить. Очень хорошо, что мы оказались на маленькой боковой улочке, по которой никто не ходил.

*Воспоминания.*

Гермиона испуганно осмотрелась вокруг. Они покинули Хогвартс и всех тех людей, которые причинили им невыносимую боль. В этот момент она не думала, как им это удалось - она просто радовалась тому, что они были в безопасности и далеко от пережитого кошмара. Тряся головой, девушка постаралась собраться с мыслями, и снова осмотрелась вокруг. Они находились на маленькой улочке - это оказался маггловский город, хотя она и не догадывалась, какой. Мягкое прикосновение руки к ее плечу, заставило ее посмотреть наверх.

- Герми, с тобой все в порядке?

Гермиона кивнула и, с помощью Рона, встала. Гарри уже стянул с себя мантию и отбросил ее подальше. Его лицо было пустым, а глаза светились злостью и обидой. Она посмотрела на Рона и увидела сбегающую по его щеке одинокую слезу. Гермиона отвернулась, зная, что если она будет и дальше смотреть на друзей, то непременно сорвется. Они остались совсем одни, и теперь не только Волдеморт охотился за ними, но и Министерство. С тихим вздохом, она сняла свою мантию, предполагая, что та ей больше уже никогда не понадобиться.

Подняв голову, девушка встретилась взглядом с Гарри:

- Что мы теперь будем делать?

Ее голос был тверд. Им нужно было что-то решить и что-то предпринять, так как оставаться здесь надолго было не безопасно. Похоже, что Гарри думал о том же, так как отрешенное выражение на его лице сменилось задумчивостью.

- Во-первых, нам будут нужны деньги. Недавно я перевел некоторую сумму со своего Гринготского счета в маггловский банк. Я не знаю, может ли Министерство достать до него, но я хочу забрать деньги до того, как до них доберутся. Так же, нам надо найти, где мы будем жить. А потом уже будем думать о всем остальном.

Гермиона согласилась:

- Давайте сначала снимем деньги, я тоже имею свой счет. Но мы должны сделать это как можно быстрее - скоро все в Лондоне будут искать нас.

Гарри отрешенно кивнул. Казалось, что он над чем-то размышляет. Рон испуганно посмотрел на него, но до того, как он смог что-либо сказать, по его телу пробежала легкая судорога. Он удивленно посмотрел вниз и увидел, что его кожа из бледной вдруг превратилась в загорелую. Возглас Гермионы заставил его поднять голову, и он увидел перед собой двух абсолютно незнакомых людей. Девушка посмотрела на него с таким же изумленным видом, какой, он в этом был уверен, был и у него на лице. Когда до него дошло, что девушка, стоящая перед ним была Гермионой, он повернулся к стоящему рядом парню. Гарри смущенно улыбнулся:

- Извините за это ребята, но мы не можем и дальше оставаться со своей внешностью - нас найдут в считанные часы.

Гермиона удивленно уставилась на него:

- Каким образом тебе это удалось?

Гарри пожал плечами:

- Даже не догадываюсь, Герми. Но сейчас у нас нет времени об этом задумываться. Мы подумаем об этом, когда найдем место, где можно было бы остановиться.

Все еще шокированные, его друзья кивнули, а Гарри посмотрел на мантии. Еще раз сосредоточившись, он поджег их. Трое ребят молча наблюдали, как пламя уничтожали их мантии, понимая, что дороги назад уже нет и нужно двигаться вперед.

*Конец воспоминаний.*

Гарри задумчиво огляделся и продолжил:

- Мы покинули улицу и направились в маггловский банк, где сняли все наши деньги со своих счетов. После этого, Гермиона провела нас по запутанным улочкам в другую часть города. Мы решили остаться в Лондоне, так как в большом городе нас было тяжелее найти. В тот день мы сняли комнату в гостинице и обратились за помощью в поисках дома. Рабочие гостиницы помогли нам, и мы очень быстро получили рекомендации, где можно быстро найти подходящее жилье. Несколько дней спустя мы уже арендовали дом и переехали туда из гостиницы. Мы быстро подружились с нашими соседями, особенно с женщиной, которая жила в соседнем доме.

С этого момента продолжила Гермиона:

- Следующим нашим шагом было поступление в маггловскую школу. Мы знали, что благодаря имеющимся деньгам, мы сможем продержаться некоторое время, но не всю же жизнь. Поэтому, первой целью было получить образование, чтобы в будущем устроиться на хорошую работу. Нам снова повезло, так как наша соседка была директором находящейся неподалеку школы. Обратившись к ней, мы объяснили, что нам необходима помощь для поступления в школу. Еще одной проблемой были наши знания - Гарри и я когда-то ходили в маггловскую школу, правда только до 11 лет, но Рон совсем не знал, что это, и нам пришлось во многом подтягиваться. - Гермиона засмеялась. - Несколько месяцев у нас ушло на то, что бы пополнить наши знания до уровня, который не вызывал бы подозрения.

Рон вздохнул:

- Это были самые тяжелые недели в моей жизни.

Гермиона закатила глаза:

- Как будто-то бы у нас был другой выход.

- Точно. Продолжай, Феникс.

- Я до сих пор не понимаю как, но спустя месяц мы уже начали посещать школу. Это было немного странно - мы не заводили друзей, держались друг друга, но при этом мы не были изгоями. Наоборот, мы нравились окружающим. Жизнь была однообразной, пока не наступило то Рождество.

Дракон и Грифон моментально уставились на подругу, и резким голосом рыжий сказал:

- Мне кажется, что им не обязательно знать о том Рождестве.

Девушка спокойно посмотрела на него:

- У них есть право знать.

- Может и есть, но ты подумала о том, как они на это отреагируют?

Слова Рона были произнесены шепотом. Гермиона посмотрела в сторону и кивнула:

- Им придется это принять, Рон, как и нам. Тем более, что они рано или поздно все равно об этом узнают.

Рон посмотрел на Гарри:

- А что ты об этом думаешь?

На лице Гарри не было ни единой эмоции. Он не мог предположить, как на это отреагирует его семья. Наконец, он заговорил:

- Я не знаю, подходящий ли это момент.

- Подходящий момент никогда не наступит.

Гарри посмотрел на Феникс и кивнул ей в ответ.:

- Мне кажется, ты права. Начинай, но не углубляйся в детали.

Еще раз взглянув на Рона, который уставился в окно, она повернулась к присутствующим в комнате, прекрасно зная, какую боль причинит им ее рассказ. Они смотрели на нее со страхом, боясь того, что сейчас услышат.

Тихим голосом девушка продолжила свой рассказ:

- Я говорила, что наша жизнь стала однообразной, но она была еще и унылой. Чем больше времени проходило, тем меньше надежд оставалось. Потом Рождество...

Она сглотнула, глаза заволокло дымкой, как будто она погрузилась в воспоминания:

- На Рождество мы решили покончить со всем. Мы решили убить себя.

Глава 26. Последнее Рождество.

*Воспоминания*

В тот день Гарри проснулся первым. Они не готовились к празднику. Вдалеке от семьи это уже не имело смысла. Он сделал кофе, причесался и сел за стол. Он знал, что находился в депрессии. В последнее время его жизнь становилась все бессмысленней, и если бы не обязанность защищать Рона и Гермиону, он бы покончил с собой уже давно. Услышав приятный аромат из кухни, его друзья спустились вниз, и Гарри вручил им по чашке кофе. Никто не произнес ни слова, но парень видел, что они такие же уставшие и в такой же глубокой депрессии, что и он сам. Они выпили кофе и сидели, погрузившись в свои мысли. Неожиданно Гермиона встала, подошла к ящику и достала оттуда что-то. Вернувшись на свое место, она положила на стол нож. Гарри и Рон переглянулись и посмотрели на Гермиону. Она наклонила голову, и ее взгляд сосредоточился на ноже. Девушка заговорила тихим голосом:

- Извините, ребята, я так больше не могу. Все потеряло свой смысл. Я больше не могу жить в маггловском мире, зная, что и Волдеморт и Министерство охотятся за нами. Все пытаются нас убить. Я устала и не настолько сильна, что бы выдерживать это и дальше.

Гарри увидел, как Рон сжал губы и кивнул:

- Должен сказать, что я тоже об этом думал. Все это слишком тяжело. - И повернувшись к Гарри, добавил. – Ты, наверное, разочаровался в нас за то, что мы подводим тебя, когда ты потратил столько сил для нашей защиты.

Гарри грустно улыбнулся и покачал головой:

- Нет, Рон, я бы покончил с этим всем давным-давно, если бы вас не было рядом.

Глубоко вздохнув, Гарри первым взял нож:

- Ну, вот и все, ребята. Мы боролись и проиграли. Увидимся позже...

После этого он провел ножом по запястью, сделав большой надрез, из которого тут же полилась кровь. Проведя ножом по второй руке, он передал нож Рону. Его друг выглядел очень бледным, но все же незамедлительно последовал его примеру, улыбнувшись своим друзьям. Последней нож взяла Гермиона и проделала ту же операцию.

После этого она положила руки на стол и протянула их своим друзьям. Они взялись за руки и некоторое время так и сидели за столом, неотрывно смотря друг на друга, в то время как их кровь смешивалась. Первым недомогание почувствовал Гарри и, закрыв глаза, положил голову на стол, все еще не выпуская рук друзей. Он почувствовал, как вздрогнули руки ребят, и его взор заволокла тьма, забирая с собой в небытие. Последнее, что он услышал перед тем, как отключиться, был очень громкий возглас, но у него не было сил, что бы подумать о том, кто кричал. Это больше не имело смысла.

Темнота понемногу расступалась, Гарри уже мог увидеть свет, горящий впреди, и подумал - стоит ли идти к нему, или все-таки лучше остаться на месте. В этом свете было что-то зовущее, какая-то теплая и тихая песня. Он знал, что когда-то уже слышал подобную песню, но не мог вспомнить, где. Поэтому ему стало интересно. Медленно парень направился к свету и увидел перед собой прекрасного Феникса. Он был намного больше Фоукса, и его перья были золотыми, а не красными, как у питомца Дамблдора. Птица продолжала петь, и Гарри почувствовал, как кто-то приблизился к нему. Он был слегка удивлен, когда увидел рядом с собой Рона. Тот выглядел так же, как в Хогвартсе - все чары были сняты. Некоторое время рыжий парень смотрел на Феникса, затем повернулся к Гарри:

- Мы даже убить себя не можем по нормальному!

Гарри усмехнулся, но тут послышался новый голос:

- А какая радость от простой смерти?

Мальчики повернулись и увидели Гермиону, после чего Гарри сказал:

- Я не знаю, может быть, всё хоть раз пойдет так, как мы этого хотим?

До того, как девушка ответила, Феникс прервал свое пение, и троица повернулась к нему. В их головах прозвучал тихий голос:

- Здравствуй, малыш! Не ожидал увидеть тебя так рано и настолько углубившимся в темноту. Так же я не ожидал, что ты приведешь с собой своих друзей.

Гарри, догадавшись, что птица разговаривает с ним, спросил:

- Где мы? Зачем ты перенес нас сюда?

- Твое время еще не настало, и ты не можешь сейчас умереть. Что ж до того, где мы сейчас находимся, то мы в твоем сознании, малыш.

Рон и Гермиона удивленно посмотрели на своего друга.

- Мы в сознании Гарри? - Гермиона нахмурилась. - Как мы сюда попали?

- Я перенес сюда Гарри, что бы поговорить с ним. Но когда ваша кровь смешалась - вы стали единым целым. Теперь вы кровные братья и сестра. Сила вашей магии увеличилась благодаря Гарри, знания - благодаря Гермионе и сила физическая - благодаря Рону. Вы дополняете друг друга так хорошо, как никогда и ни у кого прежде не получалось.

Гарри закатил глаза:

- Прекрасно! Мы хотели покончить с собой, но лишь заработали еще больше силы. Почему это все случается именно с нами?!

Птица раздраженно вскрикнула и зло посмотрела на них, отчего ребята вздрогнули.

- Это не повод для веселья! Вы пытались причинить себе вред, вы могли умереть!

Рон как раз собирался сказать, что именно это и было их главной целью, но не решился, видя, что Феникс смотрит на него.

- А теперь послушайте. Тебе Гарри, в момент рождения, было предсказано стать светом, который поведет волшебников к миру. Теперь друзья разделили твою судьбу. Вы втроем будете единственными, кто сможет раз и навсегда покончить с Волдемортом. Поэтому я одарю вас силой, и она поможет вашему растущему могуществу, которое вы только начинаете ощущать. Вы знаете, насколько тяжело становиться анимагами, особенно, превращаясь в магическое существо. Поэтому, я дам вам ваши магические формы. Гермиона, теперь ты будешь известна, как Феникс, твоя магическая форма будет фениксом, за твои ум и чистоту. Рон, ты будешь известен, как Грифон, так как ты силен и грациозен. И, наконец - ты, малыш. Ты будешь Драконом - прекрасным золотым драконом будет твоя магическая форма, потому, что из всех существ драконы - самые сильные и полные жизни.

Три луча света оторвались от Феникса и проникли в ребят, которые внимательно слушали слова птицы. Гарри почувствовал, как его тело начало менять форму. Это было не больно, но очень странно. Когда он решился открыть глаза, то удивился, насколько он вырос. Напротив себя он увидел двух фениксов, а рядом - грифона. Голос Феникса снова зазвучал:

- Что бы измениться, просто подумайте о своем человеческом облике.

Троица послушалась и снова превратилась в людей. На их лицах читалось удивление.

- Время возвращаться! Будьте осторожны, ребята, слишком много зависит от ваших жизней. Вы должны жить, что бы исполнить свое предназначение.

Друзья оглянулись и увидели, что снова надвигается темнота, а облик птицы становится нечетким.

Гарри сделал шаг к нему:

- Подожди! Мы не можем вернуться! Этот мир сводит нас с ума!

- Лишь найдите на чем сосредоточиться! То, что вы больше не являетесь частью магического мира, не значит, что вы должны бросить магию. Изучайте все, что возможно о своих силах. Ищите что-то новое. Так много осталось неизвестного!

Гарри хотел еще что-то сказать, но не смог, так как его ослепил яркий свет.

Глава 27. Борьба.

Когда Гарри открыл глаза, то сразу же понял, что находится в больнице. Об этом было легко догадаться, так как все вокруг было белым. Он обессилено осмотрелся и увидел на соседних кроватях своих друзей. Парень был шокирован тем, что их маскировка исчезла. Затем, приглядевшись получше, он увидел, что они выглядели иначе, чем три месяца назад. Не только физически - их аура тоже изменилась. Она как бы обволакивала их, сберегая секреты и давая защиту.

Но тут дверь в другом конце комнаты открылась и вошла блондинка. Она удивилась, увидев его очнувшимся, и подбежала к Гарри.

- Здравствуй! Меня зовут доктор Дженсилл. Но ты можешь называть меня Ивонна. Ты пробыл здесь больше недели, и мы уже серьезно опасались, выживешь ли ты со своими друзьями или - нет.

Пока она говорила, то успела сунуть Гарри термометр в рот, что бы измерять температуру, и, вынув его через несколько минут, записала показания в карточку. Затем взяла Гарри за запястье. Парень впервые увидел свою руку. Она была вся перебинтована, но при этом кровавые пятна все же проступали сверху. Профессионально доктор сняла повязку, и в ту же секунду Гарри увидел красные полосы на своей побелевшей руке. Быстрыми движениями доктор наложила новые бинты и занялась второй рукой. На этот раз, Гарри уже отвел взгляд. Закончив, Ивонна подошла к изголовью и посмотрела ему в глаза:

- Тебя зовут Гарри, не так ли?

Дракон просто кивнул в ответ. У него не было настроения разговаривать с кем-либо.

- Гарри, ты понимаешь, что ты и твои друзья пытались сделать?

Парень посмотрел на нее и спокойно ответил:

- Мы пытались покончить с собой, но, похоже, кто-то нашел нас до того, как мы умерли.

Доктор кивнула:

- Ваша соседка, профессор Вилье, пришла поздравить вас с Рождеством, так как у вас не было семьи. Она была просто шокирована увиденным.

Гарри стало грустно - опять они причинили кому-то боль, не желая этого. До того, как он смог ответить, очнулся Рон, и доктор Дженсилл подошла к нему. Некоторое время они тихо разговаривали. К моменту, когда пришла в себя Гермиона, Гарри уже уснул.

*Конец воспоминаний*

В кабинете Дамблдора повисла мертвая тишина. Сириус спрятал лицо в ладонях и сжался в комок на своем кресле. Миссис Уизли всхлипывала на плече у мужа, в то время как отец Рона шокировано смотрел на своего младшего сына. Остальные братья Грифона и его сестра обнимали друг друга, пытаясь успокоить. На лице Ремуса отсутствовали какие-либо эмоции, но в глазах появилось загнанное выражение, как будто он вспоминал и переживал что-то страшное. Дамблдор и некоторые учителя вжались в спинки своих кресел, в глазах директора стояла пустота, а сам он выглядел намного старше, чем обычно. Джеймс и Лили были ошеломлены. Слишком много всего случилось за это время, и они не могли разобраться в происшедшем. Единственное, что они могли понять, это то, что их сыну причинили боль, и в этом была вина окружающих их людей. Неожиданно Джеймс сорвался со стула и подлетел к Сириусу, поднимая того на ноги. Его лицо перекосилось, а в голубых глазах светилась ненависть. Сириус грустно посмотрел на него и не удивился, когда его лучший друг со всей силы ударил его по носу.

- Как ты мог?! Ты - ублюдок! Ты обещал, что позаботишься о нем!

Джеймс снова замахнулся на него, но Сириус не сдвинулся с места. Он закрыл глаза, и по его щекам потекли слезы. Кулак уже почти достиг лица Сириуса, но тут сильная рука схватила за запястье Джеймса. Подняв голову, он увидел слегка раздраженное лицо сына.

- Знаешь, мне не нравиться, когда бьют моего крестного, даже если это - ты.

Джеймс обернулся к сыну:

- Но ведь он предал тебя!

Гарри спокойно на него посмотрел:

- А знаешь ли ты, дорогой отец, как бы ты поступил на его месте?

Джеймс был готов убить кого угодно, но вместо этого выбежал из комнаты. Лили выбежала вслед за ним. Гарри вздохнул и потер глаза.

- Ты знаешь, Дракон, твои отношения с родителями не улучшаться, если ты будешь указывать им во что им можно, а во что нельзя вмешиваться.

Гарри немного раздраженно посмотрел на Рона:

- Не то, что бы я не хотел их вмешательства, мне просто не хочется, что бы они вмешивались в мои проблемы. Я всю свою жизнь боролся сам за себя и не могу просто так изменить свое поведение. Кроме того, я все еще убежден, что это должно быть только между Сириусом и мной. А еще мои родители не могут здраво судить об этом, пока не узнают всех нюансов.

После этого Гарри обернулся и посмотрел на все еще лежащего Сириуса, возле которого сидел Ремус. Подойдя к ним, он присел и положил руку на плечо крестного:

- Сириус!

Мужчина передернул плечами, но не открыл глаз. Гарри взглянул на Дамблдора:

- Мы не могли бы закончить этот разговор позже?

Это был просто вопрос, но, тем не менее, директор кивнул. Он был полностью погружен в свои размышления. Рон подошел к своей семье и вывел их из комнаты, что бы они могли спокойно поговорить наедине. За ними вышла Гермиона со своими родителями. Учителя тоже потихоньку начали расходиться и, проходя мимо Гарри, прощались с ним и Сириусом.

Наконец, в кабинете остались только Ремус, Сириус, Дамблдор и Гарри. Еще раз посмотрев на крестного, Гарри взял его за руку и осторожно помог сесть. Глаза Сириуса сразу же открылись, когда он почувствовал осторожное прикосновение чьей-то руки к его разбитому лицу. Взглянув вверх, он увидел свечение, исходящее от руки Гарри, от которого начала проходить боль. После этого, Гарри взглядом попросил Ремуса помочь поднять Сириуса.

- Пошли, нам лучше найти место, где бы можно было спокойно поговорить.

Ремус кивнул и, попрощавшись с Дамблдором, они медленно покинули кабинет.

Глава 28. Разговоры.

Ремус и Гарри отвели все еще шокированного Сириуса в комнату, которую тот занимал с Ремусом, и усадили в кресло возле камина. Ремус вышел из комнаты, что бы принести горячего шоколада, затем оставил их наедине. Гарри некоторое время смотрел на крестного и видел в его глазах раскаяние, это разбивало сердце парня. Конечно, часть вины Сириуса во всем, что произошло, была, но ведь не вся вина! Он не заслужил этого, он и так потерял слишком много в этой жизни. И теперь, когда только-только вернул своего друга - снова начал его терять из-за того, что было не подконтрольно ему. Гарри вздохнул и сел рядом с крестным. Ему надо было как-то вывести того из депрессии, да и самому не поддаться ее влиянию. Наконец, он нашел выход: