Стенограмма Круглого стола: «На выборы с цензурой» (стр. 7 )

Кадырбек Абдраев: У меня такое ощущение, что Айдера не услышали. У меня вопрос к ЦИК или к депутатам, я не знаю, к кому. Здесь четко прописано, что в таких случаях ответственность за распространение подобных сведений несут местные СМИ. Если «Ала ТВ» не зарегистрировано как средство массовой информации, кому будет предъявлять претензию ЦИК?

Василий Гончаров: Мы зарегистрированы как СМИ.

Кадырбек Абдраев: Если оператор не зарегистрирован как СМИ, кому будут претензии предъявляться?

Равшан Жээнбеков: К правительству.

Надежда Алишева: Распространитель, неважно кто он. Если ты распространяешь сведения, порочащие достоинство, не обязательно быть средством массовой информации, поэтому здесь даже обычный человек будет отвечать.

Чолпон Бекболотова: У меня вопрос ко всем. Мы здесь говорим о частных компаниях. Хорошо, мы отменим этот закон и, отказавшись от него, решаем вопросы частного бизнесмена или вещателя. Но как же быть с национальной безопасностью, кто и как будет решать этот вопрос? Мы все сейчас признали, что есть такая проблема. Хорошо, мы отменяем закон, и наш народ будет выбирать того человека, которого для нас выбирает какой-нибудь мощный канал в стране. Мы забудем о чести и достоинстве какого-то кандидата. Мы все говорим: «у меня дополнительные расходы», мы все говорим: «где мои права», но где наши обязанности, господа? Мы думаем только о том, чтобы у нас все было хорошо, а кто будет думать о национальной безопасности, как будем решать этот вопрос?

Мария Раснер: Спасибо за ваш вопрос, он уже прозвучал в реплике Василия. Василий, будучи представителем частного канала, согласился с вами и сказал, что эта проблема есть. Также здесь прозвучало, что, прежде всего, это роль государства - заниматься соблюдением национальной безопасности. Как сказал Василий, пусть государство примет некое положение, распоряжение, запрещающее на это время в целях соблюдения национальной безопасности ретранслировать российские телеканалы. Тогда он повесит объявление для абонентов. Я, допустим, являюсь абонентом «Ала ТВ». Я, не будучи гражданином страны, голосовать не буду, но мне очень хочется не лишиться «Ала ТВ», значит, у Василия состоится разговор со мной как с частным абонентом, и он будет вынужден объяснить мне, почему он отключает то, за что я уже заплатила деньги. Если он сможет это объяснить, ссылаясь на распоряжение правительства, я думаю, что ему будет легче. А то, что он готов это сделать, то есть готов не ретранслировать российских вещателей именно для того, чтобы соблюсти и оградить Кыргызстан от такого внешнего вмешательства, мне кажется, он уже это сказал.

Чолпон Бекболотова: Но государство же не может запрещать российские каналы, запрещать казахские каналы.

Василий Гончаров: В законе практически так и прописано, а почему мы боимся вслух про это сказать?

Чолпон Бекболотова: Там написано - все зарубежные

Акыл Туголбаев: Байболов сразу сказал, российские и казахские, это мы все знаем прекрасно. О чем идет речь?

Чолпон Бекболотова: Например, я привожу товар из зарубежных стран, и я говорю, что привезла это я, но за этот товар я не отвечаю, то есть я только перевозчик, так получается? Тогда кто будет отвечать?

Акыл Туголбаев: Мы транспортная среда. Мы предоставили автомобиль кому-то, кто там внутри - нам не интересно, это прекрасно переплетается с законом. Все прекрасно знают, всех заставят купить оборудование, но не мы это отслеживаем, отслеживают соответствующие структуры, они решают, где затронут вопрос национальной безопасности. Вот ЦИК создал комиссию, пожалуйста, давайте тогда к ЦИК выведем это все, ЦИК будет решать.

Равшан Жээнбеков: Это не цензура. Давайте не будем путать цензуру и национальную безопасность.

Бегаим Усенова: Я за то, чтобы создавались законы, которые могли бы исполнять все, а не законы, которые одни могут исполнять, а другие не могут. В Оше очень много спутниковых тарелок, и там никто не будет исполнять этот закон. Вы просто не продумали, что в Оше, например, зрители будут получать эту информацию, а на Иссык-Куле, где нет тарелок, они не будут получать. Почему такое неравное положение? Зачем создавать такой половинчатый закон? Мы говорим про то, что надо было это сделать более проработанно. Сейчас мы опять вернулись к тому, что обсуждали в июне, есть два полярных мнения, но мне кажется, что у всех есть мнение, что надо как-то согласовать этот вопрос, потому что и у той стороны имеется недовольство. Надо прийти к какому-то общему мнению, и если мы будем писать это письмо и какие-то изменения предлагать, то, наверно, надо создать здесь какую-то рабочую группу, которая могла бы эти предложения внести.

Здесь присутствует Равшан Жээнбеков, я думаю, что он понимает, что эта проблема существует. Есть два мнения, и почему вы не должны принимать во внимание мое право на информацию из разных источников. Опять-таки, я хочу сказать, что кто-то по телевизору посмотрит и решит голосовать за Кулова, а кто-то не посмотрит. На самом деле мы не должны уповать на то, что они посмотрят и проголосуют за Кулова, мы должны работать так, чтобы они голосовали за того, за кого мы считаем, что они должны проголосовать.

Чолпон Бекболотова: Агитационный информационный материал не дает людям объективно выбирать. Спутниковые каналы не в каждом доме есть.

Равшан Жээнбеков: Если мы посмотрим социологические исследования, то ОРТ, РТР и НТВ сегодня имеют доминирующее положение, они массовые, наравне с ОТРК, поэтому, когда мы имели в виду запрет, мы имели в виду массовость. Я бы не хотел, чтобы посредством рекламы на НТВ или ОРТ мы сделали себе президента или с помощью черного PR на НТВ и ОРТ мы убрали президента. Это наше внутреннее дело, а не дело российского телеканала.

Второе, вы имеете право везде получать информацию, но здесь имеется в виду массовость, поэтому идея правильная, можете любить или не любить, но, как депутат, как политик я имею право на свое мнение. В общем, идея правильная, и мы будем на этом настаивать, но были какие-то недоработки, мы это должны исправить. Это бизнес, и мы должны учесть интересы бизнеса.

Бегаим Усенова: Вы говорите, что они влияют, но вы своим законом не закроете это. У нас этот закон просто никто не будет исполнять.

Равшан Жээнбеков: Почему не будут исполнять? Если мы не внесем изменения, выполнят, куда они денутся, пусть попробуют не выполнить.

Мария Раснер: Кабельные вещатели у нас начинали, давайте кабельным вещателям, инициировавшим встречу, дадим возможность высказаться.

Василий Гончаров: Я придерживаюсь немного другого мнения о массовости телевидения и радиовещания. Да, может быть, на сегодняшний день у нас в республике это самые массовые средства информации, к которым имеет доступ большое количество людей. Но посмотрите, революции происходили в Африке, где-то разбомбили эту радиостанцию или телестудию, и рейтинги в Интернете выросли, миллионы заходили на сайты. Если сейчас мы закроем все эти каналы на время, люди ломанутся в Интернет. Да, не у каждого есть, но это будет распечатываться, передаваться. То есть Интернет-провайдеры в это время будут шиковать, вот этим все и закончится, потому что если мы закроем людям доступ к информации, все пойдут туда, где этот доступ есть.

Мария Раснер: Сейчас закончится тем, что нам и Интернет прикроют.

Равшан Жээнбеков: Почему ОРТ, РТР и НТВ, потому что мы, как страна, не можем их контролировать. А то, о чем вы говорите внутри, контролируемо, можно писать заявления и вести какие-то расследования. Мы не можем контролировать ОРТ. Интернет внутри страны мы-то можем контролировать. Например, кто-то распечатал какие-то вещи и распространяет, это контролируемо. Как мы можем контролировать ОРТ?

Василий Гончаров: Как это контролируемо, я не могу понять? Я зашел на какой-то сайт, позвал друга и смотрю.

Равшан Жээнбеков: Если вы будете распространять черный PR, вас-то можно будет контролировать, закон работает в этом случае. В отношении ОРТ и НТВ закон не работает.

Василий Гончаров: Какая разница, что я перед телевизором сижу, что перед компьютером?

Равшан Жээнбеков: Я думаю, что мы по-разному смотрим на такие проблемы. Вы смотрите как коммерсант, как бизнесмен, я смотрю как политик. Я не хочу, чтобы завтра по НТВ меня показывали голым. Я согласен, вы правы, но давайте мы будем сомневаться. А может, они сделали это. Может быть так или нет?

Бегаим Усенова: Вот пускай люди сомневаются. Каждый должен понимать, что российское телевидение может влиять. Давайте я буду смотреть телевизор и задаваться вопросом, кто представляет этот канал, зачем, почему, в каком контексте. Это каждый зритель должен смотреть из разных источников и понимать для себя, что кто-то может им манипулировать.

Адель Лаишева: Почему нельзя подать в суд на Первый канал или на НТВ? Как на местное СМИ, так и на международное СМИ можно подавать в суд. Нужно подавать в суд на первоисточник, например, ОРТ.

Равшан Жээнбеков: Вопрос не ко мне, но в любом случае это очень будет тяжело.

Бегаим Усенова: А вот телевидению не тяжело выполнять эту норму?

Равшан Жээнбеков: Я же не говорю, что мы правы, а они не правы. Я говорю, что были недоработки, мы признаем и должны это исправлять. Но, в общем, идея запрета манипулировать общественным мнением иностранным телекомпаниям должна быть запрещена.

Анна Коновалова: Я, наверное, выражу общее мнение кабельных операторов, мы не отказываемся от выполнения закона, мы просим просто его разъяснить, как нам его выполнять, потому что технически мы не готовы и компетенции отслеживать информацию у нас нет.

Евгений Гуськов: Я хотел напомнить, что существует Всеобщая декларация прав человека над всеми законами, если мы входим в ООН, а мы входим в ООН, вы должны посмотреть, что там сказано. Там сказано следующее: «Каждый человек имеет право получать, распространять информацию любым способом, независимо от государственных границ», это на уровне Организации Объединенных Наций. Это первое.

Конечно, я согласен, что иногда зарубежные СМИ пытаются вбросить информацию, которая выгодна тому или иному политическому режиму. Уважаемые дамы и господа, смотрели ли вы выпуски CNN во время Ошских событий? Не думаю. А смотрели ли вы русские ОРТ или РТР во время Ошских событий? Наверно, смотрели. Так вот ОРТ и РТР всячески пытались этот конфликт загладить, снять. Они различными путями пытались нивелировать эту проблему. А CNN транслировал довольно одностороннюю точку зрения не в пользу Кыргызстана, и тогда вопрос о национальной безопасности не возникал, а сейчас речь идет только о российских каналах, как будто российские каналы имеют задачу здесь построить…