Тема 4. Две институциональные матрицы – два типа экономических, политических и идеологических институтов (стр. 8 )

3.3. Базовые институты коммунитарной идеологии

В отличие от стран с У-матрицей, для государств, относящихся к Х-матрице, характерной является коммунитарная идеология.

Коммунитарная идеология выражает укоренившееся в обществе осознание того, что приоритетными являются права и интересы социального коллектива или общества в целом по сравнению правами и интересами отдельной личности. Коммунитарная идеология реализуется в определенных социальных отношениях, или институтах, а также соответствующих им нормах поведения, признающих ценности достижения общего блага выше ценности достижения блага личного.

В российской традиции коммунитарная идеология представлена известным понятием соборности. Первоначально понятие соборности, внедренное в широкий оборот русскими славянофилами в конце XIX - начале XX века, понималось как «совокупность религиозно-философских взглядов, идей, направленных на единение людей на основе православия и традиционной народной нравственности» (Большой толковый словарь русского языка, 1999, с. 1224).

Коммунитарная идеология проявляет себя в базовых институтах коллективизма, эгалитаризма и порядка.

Институт коллективизма как один из базовых институтов коммунитарной идеологии, свойственной государствам с Х-матрицей, выражает принцип социального действия, при котором связи и отношения между людьми опосредованы общественно значимыми целями, разделяемыми – явно или латентно – взаимодействующими субъектами. Коллективизм – это такое социальное отношение, при котором люди чаще руководствуются необходимостью следования общим, а не индивидуальным целям, поскольку осознают, принимают приоритет развития и сохранения общества как целого по сравнению с личным развитием. Коллективизм предполагает сплоченность, единство нормативных ценностных ориентации, идентификаций и общую ответственность за результаты деятельности.

Коллективизм как норма отношений между людьми ярко проявляется как специфическая черта государств, характеризующихся Х-матрицей.

Описывая японское общество, социолог из США Рут Бенедикт пишет, что «Японцы любят жить коллективно, им крайне, трудно отделить себя от коллектива и действовать самостоятельно. У них такое ощущение, что действовать самостоятельно значит, предать»[43].

Взаимосвязь идеологического института коллективизма с другими базовыми институтами Х-матрицы выражается в том, что в политэкономических доктринах коллективизм отождествляется с экономической системой, при которой общественные и государственные формы собственности являются господствующими, т. е. с редистрибутивной экономикой. Выражением действия института коллективизма в политической сфере служит институт общих собрании и единогласия, на которых коллективно принимаются решения относительно проблем, касающихся членов всего общества. Коллективизм, т. е. признание приоритета общественных целей над индивидуальными, служит основой принятия таких решений.

Другим базовым идеологическим институтом в государствах с Х-матрицей является институт эгалитаризма. Он отражает исторически сложившееся нормативное представление о социальной структуре, предполагающей, общественное равенство. Эгалитаризм (от франц. Egalite – равенство) известен как, концепция, проповедующая равенство в качестве принципа организации общественной жизни. В теории институциональных матриц эгалитаризм рассматривается не только в качестве доктрины, но как один из базовых институтов, т. е. как социальное отношение, постоянно воспроизводящееся в сознании и действиях людей. В данном случае принцип эгалитаризма как основание социальной структуры означает, что для всех членов общества действуют правила равной необходимости в исполнении общественных обязанностей и равного доступа к пользованию общественными благами. Эгалитаризм подразумевает, что получаемое вознаграждение пропорционально, прежде всего, доле ответственности социальных субъектов в решении общих задач.

Еще одним базовым институтом, характерным для коммунитарной идеологии, является институт порядка, определяющий отношения индивидов к обществу, а также основной принципу устройства общественной жизни. Проблема порядка была сформулирована еще Огюстом Контом. Она означаетесь одной стороны. признание необходим сохранения и продолжения традиций, и, с другой стороны, признание роли социальной организации в детерминации поведения индивидов. Порядок на первый план выдвигает взаимозависимость социальных субъектов, необходимость приноровления людей к сложившимся отношениям. Порядок, в отличие от свободы, непосредственно предполагает дисциплину и самоограничение индивидуальных намерений ради достижения общего блага.

Институты коллективизма, эгалитаризма и порядка, форми­рующие институциональное ядро коммунитарной идеологии, тесно взаимосвязаны. Эта связь проявляется, например, в том, как восточные религии и православие, характерные для стран с Х-матрицей, трактуют место человека в мире. Здесь личности присуще смирение, «уничижение, что паче гордости», обусловленное пониманием того, что человек - часть внешнего, единого, общего мира. Тем самым постулируется причастность человеческого существования к нечто более важному и масштабному, чем собственная личность, и именно через эту причастность миру восточная традиция утверждает величие человека[44].

Какую бы конкретную доминирующую идеологию из истории восточных государств мы не рассматривали – буддизм в Индии, конфуцианство в Китае, милленаризм в странах Юго-Восточной Азии, православие в России или коммунистическую идею - всюду проявляют себя институты коммунитарной идеологии, поддерживающие нормы подчинения человека общему, высшему благу. Действительно, что составляет существо дальневосточного буддизма, отличающее его от западных религий? Это, прежде всего, отречение от личного Я и материальных благ, растворение себя в мире и единение с ним (нирвана) как идеал полного духовного совершенства. Этика конфуцианства также направлена в первую очередь на достижение гармонии с миром и природой. Конфуцианство определяет справедливым порядок, при котором каждый член общества занимает положенное ему место, и общество как целое доминирует над любым из своих граждан[45].

Сходный смысл несет в себе и коммунистическая идея, если освободить ее от политических и экономических нагрузок, приобретенных в ходе попыток ее реализации. Коммунизм представляет собой совокупность религиозных и нравственных учений, идеалом которых является наличие всех имущественных прав не у отдельного человека, а у общины, союза, народа, человечества. Коммунизм как учение обозначал идеалом братскую жизнь людей. Идеи коммунизма были распространены в античных городах, среди древнекитайских философов, их придерживались Платон и Пифагор. Коммунистическое учение было распространено в Африке, Сирии. Египте, Палестине и др.[46]. В Европе коммунизм как «чистая идея» получил свое развитие в «Утопии» Т. Мора и «Civitas soli» Кампанеллы. В новейшей истории, как известно, коммунизм становится официальной доктриной ряда стран - России, Китая, Кубы, Анголы, Мозамбика и др.

С точки зрения теории институциональных матриц доктрина коммунизма представляет собой воплощение коммунитарной идеологии, когда Мы ставится выше Я и ценности достижения блага общественного превышают ценности блага частного. Именно поэтому идея коммунизма получила в свое время распространение поддержку в странах, характеризующихся Х-матрицей.

3.4. Взаимодействие базовых и комплементарных

идеологических институтов

Теория инcтитуциональных матриц, выявляющая качественно отличные комплексы идеологических институтов, обеспечивающих функционирование и интеграцию разных типов обществ, позволяет понять, почему одни и те же идеи и ценности, имеющие, по мнению культурологов, общечеловеческий характер, по-разному проявляют себя в разных государствах, порой «с точностью до наоборот».

Роль институциональных матриц в том, как «преломляются» общие идеи, видна при сопоставлении христианства в странах 3апада и России. Как известно, во всех странах христианство опирается "на комплекс одних и тех же канонических текстов, изложенных в Библии, в основном в Евангелии (Новом Завете). Тем не менее, в западной христианской доктрине, как только что 'было показано, доминирует субсидиарная идеология. Это выражается в подчеркивании значения личности как богоподобного существа, ее приоритетного положения в обществе. В связи с этим доктрина субсидиарности постоянно развивается во множестве папских энциклик, посвященных выяснению моральной сущности христианства

В то же время российское православие, опирающееся, казалось бы, на то же учение Иисуса Христа, формирует иное понимание личности, основным достоинством которой является признание своего подчиненного положения по отношению к Богу и окружающему миру. «Молитва горделивых - неугодна Господу; когда же душа смиренного скорбит, то Господь непременно послушает ее», - писал Преподобный Силуан Афонский (1866-1938), канонизированный недавно православной церковью.

Разная трактовка одних и тех же христианских заповедей связана в данном случае «с разными целями и типами массового поведения. С разными формами государства и легитимизации государственной жизни, большого общества»[47].

В современной практике различие форм реализации одних и тех же идей в государствах с разными институциональными матрицами можно наблюдать при сопоставлении текстов Конституций, являющихся главными законодательными документами страны.

Но реализация конституционной идеи, само содержание Конституций идеи в странах, относящихся к западным и восточным институциональным матрицам, различно. Например, Конституция США начинается с Билля о правах каждого гражданина государства. При этом формулировки составлены преимущественно в таких выражениях, которыми устанавливается предел власти государства по отношению к гражданам (США: Конституция и права граждан, 1987, с. 27). В свою очередь, Конституция Российской Федерации сначала обозначает общность, единство всех граждан страны. Ее первые слова: «Мы, многонациональный народ Российской Федерации, соединенные общей судьбой на своей земле...», и только затем следует: «утверждая права и свободы человека, гражданский мир и согласие...» (Конституция Российской Федерации, 1997, с. 3). Эти сопоставления, показывают, что при внешнем сходстве «идеологических одежд» различных обществ, внутреннее содержание любой идеологии определяется тем комплексом базовых идеологических институтов, который соответствует типу институциональной матрицы государств.