Сборник материалов «Ошмяны в годы Великой Отечественной войны» (стр. 4 )

Паводле плана «Ост», 75% насельніцтва Беларусі падлягала знішчэнню і прыму-соваму высяленню, а 25% — анямечванню і выкарыстанню ў якасці рабочай сілы. К 1942 году появились документы, конкретизирующие его основные положения:

«Замечания и предложения Ветцеля[10] по генеральному плану «Ост» о колонизации германским империализмом Белоруссии и ликвидации белорусского народа как самостоятельной нации[11]»

Перевод с немецкого

27 апреля 1942 г.

Совершенно секретно. Государственной важности!

Генеральный план «Ост» предусматривает, что после окончания войны число переселенцев для немедленной колонизации восточных территорий должно составлять 4550 тыс. чел. Это число не кажется мне слишком большим, учитывая период колонизации, равный 30 годам. Вполне возможно, что оно могло бы быть и больше. Ведь надо иметь в виду, что эти 4550 тыс. немцев должны быть распределены на таких территориях, как область Данциг — Западная Пруссия, Вартская обл., Верхняя Силезия, генерал-губернаторство[12], Юго-Восточная Пруссия, Белостокская обл., Прибалтика, Ингерманландия, Белоруссия, частично также области: Украины <...>

в. К вопросу о белорусах.

Согласно плану, предусматривается выселение 70% белорусского населения с занимаемой им территории. Значит, 25% белорусов по плану главного управления имперской безопасности подлежат онемечиванию. <...>

Нежелательное в расовом отношении белорусское население будет еще в течение многих лет находиться на территории Белоруссии. В связи с этим представляется крайне необходимым по возможности тщательнее отобрать белорусов нордического типа, пригодных по расовым признакам и политическим соображениям для онемечивания, и отправить их в империю с целью использования в качестве рабочей силы <...> Их можно было бы использовать в сельском хозяйстве в качестве сельскохозяйственных рабочих, а также в промышленности, или как ремесленников. Так как с ними обращались бы как с немцами и ввиду отсутствия у них национального чувства, они в скором времени, по крайней мере, в ближайшем поколении, могли бы быть полностью онемечены <...>

Следующим вопросом является вопрос о месте для переселения белорусов, непригодных в расовом отношении для онемечивания. Согласно генеральному плану, они должны быть также переселены в Западную Сибирь. Следует исходить из того, что белорусы являются наиболее безобидным и поэтому самым безопасным для нас народом из всех народов восточных областей. Даже тех белорусов, которых мы не можем по расовым соображениям оставить на территории, предназначенной для колонизации нашим народом, мы можем в большей степени, чем представителей других народов восточных областей, использовать в своих интересах. Земля Белоруссии скудна. Предложить им лучшие земли — это значит примирить их с некоторыми вещами, которые могли бы их настроить против нас. К этому, между прочим, следует добавить, что само по себе русское и в особенности белорусское население склонно менять насиженные места, так что переселение в этих областях не воспринималось бы жителями так трагично, как, например, в Прибалтийских странах. Следовало бы подумать также над тем, чтобы переселить белорусов на Урал или в районы Северного Кавказа, которые частично могли бы также являться резервными территориями для европейской колонизации <...>»

Надо понимать и всегда помнить самое главное - нас бы не существовало ни в каком формате, если бы немцы победили.

Выконваць планы, складзеныя верхаводамі Трэцяга рэйха, павінны былі ў першую чаргу самі немцы: вермахт, карныя і акупацыйныя органы кіравання — рэйхскамісарыяты, генеральныя камісарыяты, акруговыя (гебітскамісарыяты), гарадскія (штадскамісарыяты) і раённыя камісарыяты (ортскамісарыяты). Аднак гэтага аказалася недастаткова. Акрамя камісараў у акругі, гарады, воласці, вёскі накіроўваліся з ліку немцаў розныя шэфы, інспектары, зондэрфюрэры, сельгасфюрэры, раённыя ўпаўнаважаныя («крэйсландвірты»), «сельскагаспадарчыя спецыялісты», «ваенныя аграномы».

Вместе с оккупантами пришли и новые порядки .

Документы свидетельствуют

Объявление главнокомандующего германскими войсками о мерах наказания за нарушение населением приказов оккупационных властей[13]

Перевод с немецкого

30 июня 1941 г.

1. Запрещается: хождение гражданского населения вне пределов своего места жительства без особого письменного разрешения (пропуска), выданного ближайшей германской воинской частью.

Запрещается: гражданскому населению находиться вне дома по наступлении темноты без особого письменного разрешения (пропуска), выданного ближайшей германской воинской частью. Назначенные запретные часы опубликовываются старостами. Проход в бомбоубежище во время воздушной тревоги разрешается и в запретные часы.

3.В населенных пунктах, где не расположены германские воинские части, пропуска должны быть затребованы старостой в ближайшей германской воинской части.

4.Население обязано заботиться о тщательной маскировке света в своих домах.

5.Все местные жители населенных пунктов обязаны зарегистрироваться. Регистрационные списки должны быть предъявлены местному коменданту или органам, назначенным для контроля.

6.Запрещается принимать на жительство к себе лиц, не принадлежащих к числу местного населения.

7.Население обязано немедленно сообщать старосте о находящихся в деревне чужих лицах. В случае появления подозрительных лиц, при чинимых чужими лицами вымогательствах и насилиях, население также обязано немедленно сообщить об этом в ближайшую германскую воинскую часть.

8.За спрятанное оружие, отдельные части оружия, патроны, прочие боеприпасы, за всякое содействие большевикам и бандитам и за причиненный германским вооруженным силам ущерб, виновные будут наказаны смертной казнью.

9.Запрещается: для всего гражданского населения, за исключением лиц, состоящих на службе при германской армии, и железнодорожников подходить к железнодорожному полотну на расстояние ближе 100м с обеих сторон железной дороги, а также движение по проезжим дорогам и обработка полей в пределах этой же запретной зоны. Переходить или переезжать железнодорожное полотно разрешается только по специально разрешенным переездам.

По всем лицам, действующим наперекор этому приказу, часовым приказано стрелять без предупреждения.

Главнокомандующий германскими войсками.

ЦГАОР СССР, ф. 7021, оп. 148, д. 273, л. 20

Каб замаскіраваць сутнасць сваёй палітыкі, гітлераўцы імкнуліся стварыць бачнасць, што ўлада на акупіраваных землях знаходзіцца ў руках прадстаўнікоў ад мясцовага насельніцтва. Месца апошнім адводзілася ў дапаможных установах — управах. Гарадскія, раённыя (пазней — павятовыя) управы ўзначальвалі бургамістры, начальнікі раёнаў, валасныя управы — старшыні валасцей (іншы раз называліся войтамі, валаснымі бургамістрамі). У вёсках прызначаліся старасты, солтысы, падсолтысы. Ахвотнікаў ісці ў гэтыя ўстановы, фактычна супрацоўнічаць з акупантамі, было нямнога, але знаходзіліся. Прычыны супрацоўніцтва — самыя розныя. Частка людзей ішла на гэта пад прымусам. Але не яны былі гаспадарамі. Галоўную ролю адыгрывалі ўсё тыя ж камісары, фюрэры, шэфы...

Ствараліся атрады (аддзелы) мясцовай дапаможнай паліцыі, якія дзейнічалі сумесна з жандарскімі пастамі, што меліся ў райцэнтрах (у населеных пунктах раёна — апорныя пасты жандармерыі). Амаль праз месяц пасля нападу на СССР на нарадзе ў Гітлера было прынята рашэнне стварыць «імперскі камісарыят «Остланд» на чале з гаўляйтэрам Лозе (штаб — у г. Рыга). У яго склад увайшлі генеральныя камісарыяты Літва, Латвія, Эстонія і Беларусь. У генеральным камісарыяце Беларусь засталася толькі частка даваеннай тэрыторыі БССР (10 акруг), паколькі паўднёвыя раёны рэспублікі немцы далучылі да Украіны, заходнія — да Усходняй Прусіі, усходнія — складалі вобласць армейскага тылу.

Будынак на вул. Аўдзеева,

дзе размяшчалася гестапа.

Ашмяншчына пэўны час знаходзілася ў складзе Вілейскай акругі, а 1 красавіка 1942 г. Ашмянскі, Астравецкі, Свірскі, часткова Смаргонскі, Відзаўскі, Пастаўскі і Браслаўскі раёны былі ўключаны ў генеральны камісарыят Літва. Адначасова з Літвы ў склад Усходняй Гірусіі перайшлі Друскінінкай, Марцынконіс, Рудня.

Каментарый такому рашэнню даў польскі даследчык Ю.Туронак: «... пры гэтым нацыянальны склад насельніцтва толькі ў невялікай ступені мог апраўдаць такі крок. Куды большую ролю тут адыграла жаданне ўзнагародзіць літоўцаў за стварэнне... паліцэйскіх батальёнаў, якія дзейнічалі таксама і на Беларусі».[14]

Размяшчэнне ўсіх нямецкіх і дапаможных устаноў у Ашмянах дакладна невядома, аднак большасць з іх «кватаравала» на галоўнай вуліцы горада і ў яго цэнтры. Вуліца ўвесь час назву змяняла: здаўна была Жупранскай, за «польскім часам» — вул. Пілсудскага, у гады нямецкай акупацыі — Вермахтштрасе, перад Вялікай Айчыннай вайной і ў пасляваенны час — Савецкая. На гэтай вуліцы знаходзіліся раённая і гарадская ўправы (дом № 41), біржа працы (№ 69) і дапаможная паліцыя (№ 58). Зусім непадалёку на сучаснай вул. Аўдзеева (№ 47) размяшчаліся раённая (ортскамендатура) і на вул. Міцкевіча (№ 39) палявая камендатуры. За гальшанскім мостам у касцельным фальварку мясцілася ваеннабудаўнічая арганізацыя Тодта (100 чалавек), моцны пост жандармерыі знаходзіўся ў Жупранах. Восенню 1941 г. Ашмяншчына была месцам размяшчэння 389-й ахоўнай дывізіі. Тэлеграфную лінію, якая ішла да фронту праз Вілейку, Куранец, Даўгінава, Докшыцы, Полацк, ахоўвалі нямецкія салдаты: 10 чалавек на 10 кіламетраў, а галоўная станцыя знаходзілася ў Ашмянах.