Общество для часов с боем (стр. 5 )

Даная Тихоновна: Присядем...

Садятся. Молчат. Бьют часы.

Даная Тихоновна: Возьми пирогов… Домашних… (Александр встает, берет портфель.) Еще до электрички минут сорок. Подожди. Я соберу… (Она встает, начинает собирать в салфетку пироги. Он подходит и обнимает ее. Они стоят молча. Даная Тихоновна обнимает его. Слышится звук, как от падения.)

Голос Машутки: Ой!!!.. Варенье!..

Вбегает Машутка, перепачканная вареньем.

Машутка: Баб Дунь! Жевичное… Мамка дала…

Даная Тихоновна: Машутка!.. Не убилась?!

Машутка (готова заплакать): Не-е! Тока банку… Мамка за банку убьет…

Даная Тихоновна. (Оттирает Машутку салфеткой.) Ох ты! И за платье выпорет!

Машутка. А не! Оно старое! А вот за банку… Она их считает. Они у ней для самогону. Ой!.. Баб Дунь!.. А можно я твою отдам?! С-под коровки?!

Даная Тихоновна: Отдай.

Машутка: Спасибо, баб Дунь! Ты самая лучшая! (Обнимает ее и пачкает вареньем.) Ой! (Отскакивает и натыкается на Александр, пачкает его костюм.) Ой!.. Дядь Ликсандр!.. Не хотела я!.. (Бьет себя по рукам.) Косорукая! Косорукая!..

Александр. Ну! Какая же ты косорукая. Вот они, ручки твои. Разве не жалко их бить? Других в магазине не купишь. Смотри, какие… Ты береги их. Не бей. Не будешь?..

Маленькие. Ровненькие…

Машутка. Не буду… Побежу я?

Даная Тихоновна. Беги…

Машутка: Баб Дунь, так я… щас я соберу там все!.. Банку тока мамке отдам…

Даная Тихоновна. Беги уже… сама я тут. Беги!

Машутка смущенная убегает.

Даная Тихоновна. Как же ты поедешь теперь!

Александр. (Не сразу.) Так.

Даная Тихоновна. Ну, прости.

Александр. Ерунда. Пятно на память будет. (Пауза.) Нарочно стирать не стану. Хочу себе тоже хоть какой-нибудь изъян! К концу жизни полагается, для полного комплекта.

Даная Тихоновна. А как же фа-диез?!

Александр. А я нарочно фальшивил. Чтобы ты меня замечала…

Даная Тихоновна: Это ничего. Ничего…

Александр: Глаза-то… Что ж она! Сама нагуляла!.. Выходит что…

Даная Тихоновна: Ты только не бойся, Саша. Посмотрел – и будет. Ты поезжай. Поезжай домой-то… Отдохни. Видишь как оно… получилось. Потом все. Потом…

Александр: Ладно. (Оборачивается.) Пожалуй, что…

Выходят.

Из сада доносится пение птиц. В распахнутое окно влетает маленькая птичка. Покружив по комнате, садится на стол и обклевывает пироги.

Вдруг раздается детский визг и плач. Вбегает Машутка с пустой банкой. Ревет.

Машутка: Задавила! Она ее задавила!..

Картина восьмая.

Зима. Вечер. В комнате дома. Фотография в трауре стоит на буфете под образами. Рядом с ней традиционный стакан и кусок хлеба. Бабы молча убирают со стола посуду. Остатки еды складывают по пакетам и раздают уходящим. Блины раздают так. Люба сидит, опустив голову, ни на кого не смотрит.

Люба (поет): Ой, да ты, калинушка… ты малинушка…

Алевтина (подхватывает): Ой, да ты не стой, не стой…

2я баба: Алевтина! (Тише.) Очумела что ль?!

Алевтина (нагло): А чиво! Покойницы любимая!

1я баба (крестится): Прости, Господи! (Тихо.) Совсем ополоумела...

Люба поднимает голову, встречается взглядом с Алевтиной.

Люба (поет): Ой, да ты не стой, не стой…

Вместе: На горе крутой,

Ой, да не спущай листа

Во синё море…

Люба: Дальше знаешь?

Алевтина: Покойница до сих пор пела.

Люба берет бутылку, наливает себе и в пустой стакан рядом.

Люба: Садись. (Пауза.) Помянем.

Алевтина встает, нетвердо подходит, присаживается, берет стакан.

Алевтина: Помянем. (Молча выпивает.)

Люба: Значит ты – Алевтина.

Алевтина: А ты, значит, Люба.

Люба: Значит так. Со знакомством?.. (Выпивает.)

Алевтина: Дочка. (Пауза.) Ждала она тебя… Люба. Все время ждала.

Люба (жестко): Винишь?

Алевтина: Чиво за ради?

Люба: Правильно. Не твое это дело.

Алевтина: Все под богом ходим. Ему и судить. (Пауза.) А… Лександр-та чиво не приехал? Он-ыть ей не чужой…

Люба (наливает): Выпьешь?

Алевтина: А чиво ж, за хорошего человека не грех. (Выпивает.) Сама-то…

Люба: За мной не считай. (Пауза.) Ещё? (Наливает.)

Алевтина хмурится.

Люба: (Пауза.) А нет Александра, Алевтина. Нету… Никого нету.

Алевтина: Помер, что ли?..

Люба: Заснул. И не проснулся.

Алевтина: Лёгко ушел… Царствие ему небесное! (Пауза.) Давно?
Люба: А в тот же вечер… как вернулся от нее, так и… скоропостижно.
Алевтина: От-ыть!.. А чиво ж!.. Хоть матери-то… телеграммку…
Люба: Сердита я на нее была… Не могла.
Алевтина: Такое дело…

Люба: Не нужна я ей была. Никто не нужен! Заперлась тут, как ведьма. Ведьма она!..

Алевтина: Да разве ж такое матери говорят!..

Люба: Не поехала бы она. Я бы еще больше ненавидеть стала… (Пьет.)

Алевтина: Нехорошо. Про покойницу…

Люба: Да пускай хоть перевернется там! И так всю жизнь мучила. И теперь старается.

Алевтина: Бог с тобой! Чиво мелешь-то! Кто старается?! Она ж мертвая! Неделя, как закопали…

Люба: Неделя… А она и мертвая… может… Веришь?

Молчат.

Алевтина: Являлась что ли?..

Люба делает ей знак молчать.

Люба (спокойно): Выпьем? (Наливает.)

Алевтина: У них время сейчас такое… чтобы являться… Слушают они… что люди про них скажут. А тамм… (Икает.) О-ой! Там спросют и решат – куда…

Люба: Чего «решат»?

Алевтина: Ну… туда… или туда!

Люба: Кто решит-то?

Алевтина: Кто, кто – бог…

Люба (смеется): Какой бог! Где?! Дура ты, Алевтина. Всё на земле, тут, и начинается и кончается. Тут тебе и ад, и рай (со смехом) – кого хочешь, выбирай! Вот такой ширины! Вот такой ужины!

Алевтина (подхватывает): Вот тако-ой вышины!

Люба: Вот тако-ой нижины!!!

Смеются.

Алевтина: Ты пьяная?!

Люба (не сразу): Пьяная. А ты?

Алевтина: А я… тоже пьяная! (Хихикает.) Слышь… а тебе не страшно?

Люба отрицательно мотает головой.

Алевтина: И мне не страшно! Пускай!..

Люба: Пускай!

Алевтина: Является!.. А мы еще выпьем!.. А где…

Люба: Мы все выпили?

Алевтина: Всё. (Смеются.)

Люба: Сейчас. Погоди… (С трудом поднимается.) Ей-то все равно. Да она и не пила никогда. (Смеется.) На дух не переносила!..

Люба подходит к фотографии, у которой стоит традиционный стакан, накрытый куском хлеба.

Люба: Даже закусить положили… Хорошие обычаи... Держи!

Люба отливает половину стакана Алевтине, кусок хлеба разламывает пополам.

Алевтина (чокается): Ну!.. Ой! (Смеется.) Не чокаются же! (Пьют.)

Гаснет свет. Горит одна лампада.

Люба: О!

Алевтина: Свет отрубили. Чтоб их! Свеча-то есть?

Люба: Не знаю…

Алевтина: Ща поищу. (Уходит в другую комнату.) Где-то покойница тут их держала… Нашла, кажись…

Тихо распахивается дверь. На пороге виден чей-то силуэт.

Люба (крестится): Мамочка…

Алевтина (входя, шепотом): Люба… (Крестится.) Явилася…

Голос Машутки: Мам…

Алевтина: Чиво это… Слышь? Зовет, что ли?..

Машутка: Мам, домой пойдём…

Алевтина (Осаживается на стул, переводя дух.): Машутка… ты чиво, оглашенная! Людёв пужаишь по ночам ходишь! Одурела девка!.. Сердце вон чуть не вышибло… Поганка такая…

Люба начинает хохотать.

Алевтина: А ну, подь сюда… Подь, доча…

Машутка робко делает навстречу матери несколько шагов. Останавливается.

Машутка: Домой пойдём…

Алевтина: Щас пойдём… щас я тебе «пойдём», поганка!.. (Хочет дотянуться, чтобы ударить её, падает.) Дрянь! Паскудница!..

Люба заливается истерическим смехом.

Люба: Ой, не могу! Сдохнуть можно! «Явилася»!.. Машутка!.. Шутница!

Алевтина: Щас я этой «шутнице»!.. (Запинается.) Щас я задам!..

Машутка: (Уворачивается.) Не хотела я… Чиво ты, мам!

Алевтина (Хочет встать): Щас я тебе чивокну - «не хотела»!..

Люба (Несильно пинает её): Да сядь ты!.. Угомонись. Где свеча-то?

Алевтина: Где?! А кто её знает - где! Упала где-то… (Шарит по полу.)

Люба (Машутке): Ну, а ты чего пристыла там? Снимай шубу, садись тоже.

Машутка: Не… Я за мамкой…

Люба (строго): Садись, говорю.

Машутка садится.

Люба: Алевтина… Кончай ползать.

Алевтина: А?.. (Продолжает ползать.) Да сронила я, видать… как поганка меня спужала…

Люба: Встань, говорю! Так все видно.

Алевтина (из-под стола): Не, Люба! Нашла я! (Поднимается.) Нашла… Вот.

Люба (берет свечу, зажигает её ): Да будет свет… и ныне, и присно, и вовеки веков.

Алевтина (крестится, глядя на свечу): Аминь!..

Люба, молча смотрит, как свеча разгорается. Берет пустой стакан и ставит свечу туда. Молчание. Слышно, как на улице воет ветер.

Машутка: Опять метет…

Алевтина: Люба… Как же теперь?

Люба: А что - теперь?

Алевтина: Решать надо… с домОм-то…

Люба молчит.

Алевтина (осторожно): Зимой дом никак бросать нельзя… Такое дело… Топить надо. Уголёк, дровишки еще покойница припасла - до марта хватит, а там… Без хозяина-ыть он и месяцу не протянет. Лето еще - ладно, а зима, осень… До году его трогать нельзя.

Молчание.

Алевтина: Дух её тута будет… Больше - куда? Такое дело…

Люба: Ладно, ерунду молоть! Дух – вон! Закопали и все!

Алевтина: Ой, Люба… (Пауза.)

Люба: А хочешь, я тебе его подарю?

Алевтина: Чиво?! Как?

Люба: Да за так! Бери - и всё! Денег - не надо… Дочь у тебя взрослая… Замуж выйдет, а в приданое - дом! А?! Богатая невеста! Что, Машутка, женихи-то имеются? Имеются! Девка у тебя красивая, Алевтина. А у меня вот - нету… Незачем мне. Чужая я здесь, Алевтина. Чужая. И дом этот… Не мой он. Не хочу я его. Не хочу! (Пауза.) А Машутке - пригодится… Свой-то дом! А?!