Основные концепции социальной мобильности (стр. 1 )

МПС РОССИИ

Государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Ростовский государственный университет путей сообщения

Министерства путей сообщения Российской Федерации»

ОСНОВНЫЕ КОНЦЕПЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ МОБИЛЬНОСТИ

Учебное пособие

Ростов-на-Дону

2003

ББК 60.55 я 7+06

Основные концепции социальной мобильности: Учебное пособие. – Ростов н/Д: Рост. гос. ун-т путей сообщения, 2003. – 38 с.

Подготовлено в соответствии с требованиями государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования по общим гуманитарным и социально-экономическим дисциплинам и профессионально-образовательной программы.

Содержит план изложения вопроса, литературу, контрольные вопросы.

Предназначено для студентов всех форм обучения.

Одобрено кафедрой экономической теории и политологии.

Библиогр.: 24 назв.

Рецензенты: д-р. филос. наук, проф. (РГУПС); канд. ист. наук, проф. (РГУПС)

Основные концепции социальной мобильности

Учебное пособие

Редактор

Технический редактор и корректор

Подписано в печать 28.12.03. Формат 60х84/16.

Бумага офсетная. Ризография. Усл. печ. л. 3,02.

Уч.-изд. л. 3,62. Тираж 100 экз. Изд. № 000. Заказ № 000.

Ростовский государственный университет путей сообщения.

Ризография РГУПС.

Адрес университета: 3440380, г. Ростов н/Д, пл. Народного ополчения, 2.

© Ростовский государственный университет путей сообщения, 2003

Оглавление

Введение

1.  Марксистская концепция социальной мобильности

2.  Концепция социальной мобильности М. Вебера

3.  Концепция «круговорота элит»

4.  Теория социальной мобильности П. Сорокина

5.  Основные тенденции и особенности социальной мобильности в развитых обществах

6.  Социальная мобильность в постиндустриальном обществе

7.  Функционализм как основополагающий принцип современных стратификационных концепций

Рекомендуемая литература

Приложение

ВВЕДЕНИЕ

Понятие социальной мобильности – одно из основных понятий в социальной философии, используемое в социальных теориях неравенства. В рамках любой из школ изучения социальной структуры и стратификации тема социальной мобильности никогда не была застойной. Менялись времена, изменялось общество, вследствие чего появлялась объективная потребность в его изучении на основе нового инструментария и новых подходов. Интерес к исследованию социальной мобильности возрастал по мере развития и демократизации всех сторон общественной жизни, особенно в периоды радикальных революционных изменений, реформ, коренной реорганизации прежней социальной структуры общества.

В эти периоды социальную трансформацию характеризует не только появление ранее невозможных позиций в существующей системе стратификации, но и таких явлений, как адаптация к вновь возникающим статусно-ролевым позициям. Последняя предполагает переоценку и перегруппировку оснований как социальной, так и личной идентичности. Российский ученый называет эти процессы очень точно и определенно «кризисом социальной идентичности»[1].

Социальную мобильность нельзя рассматривать в отрыве от других тенденций, происходящих в современном мире. Речь идет, в первую очередь, о таких всеобщих тенденциях и факторах, как глобализация мирового пространства, интеграция в сфере экономики, политики, образования, информации, с одной стороны, и как дезинтеграционные процессы – с другой.

Эти процессы носят планетарный характер и проявляются в различных формах и на различных уровнях: на уровне глобального общества в целом, региональных сообществ, локальных обществ и отдельных субъектов. Интенсивность и динамизм социальных явлений, глубина социальных изменений ставит перед социальной философией задачи теоретического осмысления многих процессов, категорий, понятий.

Не вызывает сомнения, что все вышесказанное существенно обогащает само содержание и основные характеристики понятия «социальная мобильность». Без всестороннего теоретико-методологического анализа процесса формирования и развития в социальной философии этого понятия не возможен сколько-нибудь серьезный научный анализ динамичных социоструктурных трансформаций в российском обществе, переживающем ныне период ускоренной социальной мобильности.

Тем более, что российский опыт социальных изменений не менее уникален, чем любой опыт социальных преобразований в известных науке обществах. По мнению некоторых исследователей, в этом опыте нашла отражение уникальная ситуация скоротечной нисходящей мобильности целой нации, включающей в себя не один, а множество народов и национальных групп.

Почти мгновенный по историческим меркам распад сверхдержавы на отдельные аморфные составляющие привел повсеместно на территории бывшего СССР к глубочайшему государственному, политическому и экономическому кризису. Мы являлись свидетелями небывалого падения промышленного производства, изменения профессиональной структуры населения. Подобные ситуации никак не предусматривались ни одним из известных теоретических построений.

Понимание современных трансформационных процессов в российском обществе невозможно без всестороннего анализа основных концепций социальной мобильности. В предлагаемом учебном пособии рассматриваются основные концепции мобильности, поскольку социально - экономические предпосылки данных концепций были связаны с глобальными изменениями в способах производства, отношениях собственности, глубокими социальными трансформациями. Это, в свою очередь, наполняло новым содержанием само понятие «социальная мобильность».

Основные концепции социальной мобильности очень тесно, а скорее всего и прямо, связаны с теориями развития общества, классовой теорией, теорией неравенства, стратификации и др. В социальной философии, как мы выяснили ранее, принято различать мобильность в традиционных обществах и социальную мобильность в открытых, индустриальных обществах. В доиндустриальных, традиционных обществах существовала ярко выраженная закрытая иерархическая система с четкими и непроницаемыми границами: рабство, касты, сословия. Принадлежность к ним тесно предопределяла место человека в обществе, ограничивая резко или вообще не допуская социальных перемещений в иерархической структуре общества.

Возникала некая неадекватность социальных институтов реально сложившейся стратификационной структуре. На этой основе наблюдался рост социальной напряженности и конфликтности между нарождающимися новыми слоями и сопротивляющимися институционными перегородками, завершающийся открытыми столкновениями.

Острота данных столкновений определяется степенью стремления высших слоев к консервированию выгодной для них социальной структуры и уровнем эголитаристских устремлений низших слоев[2].

В индустриальных обществах, развивающихся на путях рыночной экономики и гражданского общества, стратификационные границы, напротив, размыты и проницаемы. С. Липсет и Р. Бендикс полагают, например, что мобильность обеспечивает стабильность современного индустриального общества, поскольку относительно открытый доступ к позициям элиты создает возможность способным и честолюбивым представителям низших слоев совершить восходящую вертикальную мобильность.

В этом случае мобильность выполняет роль предохранительного клапана, уменьшающего вероятность революционных выступлений масс.

1. Марксистская концепция социальной мобильности

Наибольший практический интерес представляют концепции мобильности открытого, индустриального общества. Следует отметить, что основные его концепции формировались как некий вызов марксистской концепции.

Действительно, можно легко проследить, что какие бы сложные коллизии не возникали между представителями разных направлений западной социологии, их главными противником и объектом критических атак были социологические концепции К. Маркса. По замечанию английского историка социологии Джона Меджа, «европейские ученые в прошлом столетии были вовлечены в постоянный спор с марксизмом, и даже когда противник не назывался, можно обнаружить фрагменты диалога, нацеленного на марксизм».[3]

Концептуальные подходы в западной социологии к проблемам социальной стратификации и социальной мобильности в индустриальном обществе принципиально отличались от трехчленной модели классовой структуры, господствующей в марксистской социологии.

Исходя из вышеизложенного, рассмотрим, прежде всего, марксистскую концепцию мобильности, которая основывается на таком фундаментальном понятии марксистской теории как «социально-классовая структура общества». Как известно, Маркс рассматривал понятие «социальный класс» как объективно данную характеристику экономической структуры общества, отражающую полярность интересов собственников капитала и рабочих, им не обладающих. Даже в новых исторических условиях марксистская социология продолжала отстаивать положение об определяющей роли собственности на средства производства как определяющего фактора социальной дифференциации общества. По версии К. Маркса, частная собственность, обеспечивающая неравное распределение материальных благ, способствовала вертикальному расслоению общества и образованию двух основных классов – эксплуатируемых и эксплуататоров – с соответствующим им социальным неравенством. Социологическая теория К. Маркса сочетает в себе понимание общества как системы (понятие формации, способ производства как основа социальной структуры, принцип детерминизма) с диалектическим историзмом (развитие как борьба противоположностей, классовая борьба как способ разрешения антагонических противоречий).

Однако, по мнению некоторых российских ученых, абсолютизация в марксистской социологии экономического критерия социальной дифференциации вела к недооценке других. Например, таких как: функциональный, статусно-ролевой, профессиональный, социально-демографический критерии. Это неизбежно упрощало многомерную область социальных связей и отношений в обществе, игнорировало реальное наличие и глубину внутренней стратификации общества. По мнению , узость подобного подхода формировала неадекватное реальности и тормозящее роль стратификации в обществе представление о социальной структуре. Он выделяет четыре основных недостатка такого подхода применительно к советскому периоду и советской социологии: [4]