На заставе.

Лесная застава. приземестый дом.
Высокие сосны за тёмным окном…
В тот дом ненадолго спускаются сны,
В том доме винтовки стоят у стены.
Здесь рядом граница, чужая земля,
Здесь рядом не наши леса и поля.
2

Горит на заставе
Ночной огонёк.
Начальник не спит,
Ни на час не прилёг.
Тревожно он смотрит
В слепое окно.
Ночь не проходит,
Всё так же темно.
Но кто там стучит?
Кто ломится в, в дом?
У двери мальчишка.
Он дышит с трудом.
Он громко кричит:
– Пропусти, часовой
Мне нужен начальник,
Впустите, я свой!
Без шапки, босой,
Он бежал через лес.
Он полз под кустами,
Oвpaг перелез;

Бежал он, боясь
Оглянуться назад,
И сосны, казалось.
Ветвями грозят.
– Я видел собаку.
Исчезла в лесу.
– Откуда-то издали
Свистнули псу.
При отблеске молнии
Я видел вблизи:
Прижатые уши,
Вся морда в грязи.
Ошейник плетёный
На шею надет.
Собака не наша.
Такой у нас нет!
И вот уж начальник

Вскочил на коня.
Товарищ начальник.
Возьмите меня!
Я метко стреляю,
Без промаха бью.
Мне брат доверяет
Винтовку свою! —
Но молча начальник
Пригнулся в седле,
И конь поскакал
По pa. змытой земле.
3
Хлещет всё яростней
Дождь проливной.
Сквозь заросли
Мчится вперёд вороной.
А лес не пускает,
Встречает в штыки,
Колючих кустов
Выставляет полки.
Но к лесу ночному
Начальник привык,
Он знает участок.
Он мчит напрямик.
Хлещет всё яростней
Дождь проливной,
Сквозь заросли
Мчится вперёд вороной.
С ним рядом собака,
По кличке «Пират».
Не раз посылали
Пирата в наряд.
Он след находил
На земле, на снегу,
Он в правую руку
Впивался врагу.
Вздрогнули ноздри
Волнуется пёс,
Метнулся к оврагу.
Сбежал под откос;
К земле припадая,
Шарахнулся вбок
И вдруг, как струну.
Натянул поводок.

И видит начальник:
Вдали, за сосной,
Чужая собака
С лохматой спиной.
По лужам, по выступам
Скользких корней
Пират, задыхаясь,
Несётся за ней.

Хрипит он и рвётся
Вперёд с поводка,
Но сосны редеют,
Граница близка…
Взбежать на пригорок
Лохматому псу…
Но выстрел короткий
Раздался в лесу.
У самой границы,
На тропке лесной,
Упала собака
С лохматой спиной.
Собака не наша,
Такой у нас нет,
Ошейник плетёный
На шее надет.
Зашита в ошейнике
Пачка бумаг
– Собаку прислал
С донесением враг.
4
Тревога! Тревога!
И с разных концов
Стекаются к лесу
Отряды бойцов.
Кольцом окружить.
Перерезать пути!
Живым на заставу
Врага привести!
Лес будет прочёсан
И выверен весь.
Но враг не уйдёт.
Он останется здесь.
Он выбрал ненастье,
Дождливую ночь,
Он думал, что дождь
Ему сможет помочь.

Он крался вперёд,
Раздвигая кусты.
Но скрыты за соснами
Наши посты.
И в зарослях частых
Залёг часовой,
Не видно бойца
За высокой травой.
5
Вот начало небо
Светлеть наконец.
С заставы к начальнику
Скачет гонец.
На лошади мальчик
Сидит верховым.
– Товарищ начальник.
Он пойман живым!
Он там, на заставе,
Скачите за мной!..
А где же собака
С лохматой спиной?

– Собака уже нe
Послужит врагу,
А я тебя, парень,
Поздравить могу.
Ты завтра в подарок
Получишь щенка,
Ты сам его будешь
Спускать с поводка.
6

…Лесная застава. Приземистый дом.
Высокие сосны за тёмным окном…
В тот дом ненадолго спускаются сны,
В том доме винтовки стоят стены.
Здесь рядом граница, чужая земля,
Здесь рядом не наши леса и поля.
Даниил Хармс:
Уж я бегал, бегал, бегал...
Уж я бегал, бегал, бегал
и устал.
Сел на тумбочку, а бегать
перестал.
Вижу, по небу летит
галка,
а потом ещё летит
галка,
а потом ещё летит
галка,
а потом ещё летит
галка.
Почему я не летаю?
Ах как жалко!
Надоело мне сидеть,
захотелось полететь,
разбежаться,
размахаться
и как птица полететь.
Разбежался я, подпрыгнул,
крикнул: «Эй!»
Ногами дрыгнул.
Давай ручками махать,
давай прыгать и скакать.
Меня сокол охраняет,
сзади ветер подгоняет,
снизу реки и леса,
сверху тучи-небеса.
Надоело мне летать,
захотелось погулять,
топ
топ
топ
топ
захотелось погулять.
Я по садику гуляю,
я цветочки собираю,
я на яблоню влезаю,
в небо яблоки бросаю,
в небо яблоки бросаю
наудачу, на авось,
прямо в небо попадаю,
прямо в облако насквозь.
Надоело мне бросаться,
захотелось покупаться,
буль
буль
буль
буль
захотелось покупаться.
Посмотрите,
посмотрите,
как плыву я под водой,
как я дрыгаю ногами,
помогаю головой.
Народ кричит с берега:
Рыбы, рыбы, рыбы, рыбы,
рыбы — жители воды,
эти рыбы,
даже рыбы!—
хуже плавают, чем ты!
Я говорю:
Надоело мне купаться,
плавать в маленькой реке,
лучше прыгать, кувыркаться
и валяться на песке.
Мне купаться надоело,
я на берег — и бегом.
И направо и налево
бегал прямо и кругом.
Уж я бегал, бегал, бегал
и устал.
Сел на тумбочку, а бегать
перестал.
Марпида-царевна
Коми народная сказка
Шел однажды по лесу старик и увидел под елкой девочку-красавицу. Рассказала девочка, что она Марпида-царевна, невеста Пипилис сокола. Мачеха её в чащу бросила на съедение зверям.
Старик взял девочку на воспитание. Он был с ней ласков. А его жена-старуха стала обижать девочку. Старуха была злая-презлая, притесняла царевну, как могла.
Подросла Марпида, стала просить:
— Матушка, матушка, дай ты мне какой-нибудь старый сарафан.
Мать в насмешку ей отвечает:
— Лезь на печь, Марпида, натереби пух с рябчика, из него сарафан сотки.
Марпида-царевна заплакала, но ничего не сказала. Однажды пошла она в голбец*, а там Сокол сидит. Ударился он о землю, превратился в доброго молодца. Они с Марпидой были еще детьми, когда их нарекли женихом и невестой. Стал Сокол звать Марпиду на одинокую гору, где его дом стоит. Побоялась девушка, отказалась. Тогда обещал Сокол каждый день к ней прилетать, каждое желание невесты исполнять.
— Только,— говорит,— ты старухе про меня не говори. Как-то раз приемная мать пошла в церковь. Марнида-царевиа побежала в голбец, кликнула Сокола. Попросила ей наряд принести. Тот прилетел, принес девушке платье. Сказал Сокол птичье слово, и Марпида-царевна прошла сквозь воду и землю. Очутилась она в церкви, встала в первом ряду. Ни поп, ни дьякон не могли служить, люди не могли молиться, все удивляются:
— Откуда такая красавица?
Когда служба кончилась, Марпида-царевна выбежала на паперть, проговорила птичье слово, прошла сквозь землю и воду и вернулась па печь.
Старуха, приемная мать, пришла из церкви и говорит:
— Ты ведь, дочка, ничего не знаешь, а сегодня в церковь приходила такая красивая девушка, не знаю, как и назвать. Попы не могли петь, люди не могли молиться.
Марпида-царевна слушает и только смеется. На следующий день приемные родители опять пошли в церковь. Марпида снова забралась в голбец. Прилетел Сокол, одел ее в сарафан, расшитый бисером. Снова девушка прошла сквозь землю и воду, очутилась в церкви, стала впереди всех. Опять люди не могли молиться, только глядели на неё и удивлялись: в таком она богатом наряде. Когда служба кончилась, Марпида-царевна опять исчезла. Дома она сняла новый наряд и забралась на печь. Мать пришла и говорит:
— Ты ведь ничего не знаешь... А Марпида-царевна ей:
— Вы ничего не знаете, а я знаю! Это ведь я была!
— А откуда у тебя такой наряд?
— Меня Сокол одевал. И рассказала все о Соколе-женихе. Жадная старуха решила поймать Сокола и взять себе все наряды.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 |


