Нормативные модели материнства у женщин с социально приемлемым и девиантным родительским поведением (на материале женщин с детьми раннего возраста) (стр. 4 )

Критериями включения в группу были:

1. наличие фактов пренебрежения матерью нуждами ребенка и/или жестокого обращения с ним, выявленные и зафиксированные специалистами реабилитационного центра (для того, чтобы можно было с уверенностью говорить об отклонениях от нормы в материнском отношении);

2. согласие матери на «работу с психологом».

Критерием исключения из обеих групп было наличие у ребенка серьезных соматических или психических заболеваний, способных повлиять на его развитие.

На втором этапе использовался метод структурированной беседы. Беседа строилась свободно, с предоставлением испытуемым возможности построить максимально полный рассказ, но при этом в задачи исследователя входило получение ответов на обязательные вопросы: «Какой должна быть мама маленького ребенка? Каким должен быть ребенок этого возраста? Какими должны быть отношения у мамы и ее маленького ребенка? Какая Вы мама? Какой Ваш ребенок? Каковы ваши отношения?». Беседы с согласия испытуемых записывались на диктофон.

На третьем этапе применялись две методики для определения уровня развития детей - «Диагностика психического развития детей от рождения до трех лет» ( с соавт., 2005) и родительский опросник RCDI ( 2000), для оценки уровня избыточной тревоги в ситуации общения у ребенка - методика «Игродиагностика» (, , 2006), и для оценки степени удовлетворенности матери собой как родителем - методика Q-сортировка (в авторской модификации). Использовались также данные, полученные при помощи наблюдения за поведением и взаимодействием членов диады.

Обследование проводилось в естественной для испытуемых домашней обстановке.

Третья глава «Эмпирическое исследование нормативных моделей материнства у женщин» содержит описание и обсуждение результатов проведенного исследования.

Первым этапом экспериментальной работы было исследование мотивации деторождения у женщин. Анализ анкет беременных женщин показал, что из 24-х предложенных вариантов мотивации испытуемые выбирали от 3-х до 17-ти мотивов, повлиявших на их решение о рождении ребенка. Среднее по выборке число значимых мотивов составило 8,4, для выборки женщин с нормально протекающей беременностью - 7,7, для выборки женщин с угрозой невынашивания – 8,9. Мотивация деторождения в каждом случае была уникальной: избираемые мотивы варьировали по количеству и по содержанию, их сочетание ни разу не повторилось.

Мотив «женщина должна иметь детей (хотя бы одного ребенка)» стал наиболее часто избираемым среди всех остальных: в среднем по выборке его назвали в качестве значимого 78% женщин.

В табл.1 представлено распределение по частоте выборов тех мотивов, которые были названы в качестве значимых более чем половиной испытуемых.

Таблица 1

Мотивы деторождения с наибольшей частотой выбора

Формулировка мотива	Частота выбора мотива (%)
В целом по выборке	В группе женщин с нормально протекающей беременностью	В группе женщин с угрозой невынашивания беременности
«женщина должна иметь детей (хотя бы одного ребенка)»	78	75	80
«мне захотелось подарить ребенку все хорошее, что есть в этом мире»	73	75	70
«став мамой, я обрету счастье и душевный покой»	70	75	65
«ради ребенка я смогу сделать то, чего не смогу сделать ради себя самой»	68	70	65
«дети должны стать опорой родителям в старости»	55	55	55
«ребенок – частица моего любимого человека, которую я хочу оставить у себя на всю жизнь»	55	45	65

Из табл.1 следует, что нормативные социально-ролевые установки на необходимость для женщины иметь детей имеют высокую субъективную значимость при принятии решения о рождении ребенка для большинства женщин. Это является характерным как для женщин с угрозой невынашивания беременности, так и для женщин без проблем в этой области.

Таким образом, исследование мотивации деторождения у женщин показало, что решение о рождении ребенка является полимотивированным, и что одним из наиболее распространенных мотивов выступает установка на необходимость иметь детей, которая  обусловлена социально-нормативными представлениями о «нормальной» женщине и «нормальном» женском жизненном сценарии.

Описание нормативных моделей материнства у женщин, имеющих детей раннего возраста, содержит результаты качественного и количественного анализа нормативных моделей материнства (НММ) у женщин из двух групп - «социально благополучные» и «социально неблагополучные».

Качественный анализ содержания бесед с испытуемыми из группы «социально благополучные» позволил выявить и описать пять нормативных моделей материнства, которые получили следующие условные названия: «педагогическая», «партнерская», «психологическая», «феминная» и «жертвенная». Содержательные различия между ними относились к особенностям представлений женщин о «нормальной» матери, о «нормальном» ребенке раннего возраста и о «нормальных» материнско-детских отношениях. Приводится описание данных вариантов НММ.

Женщины, имевшие «педагогическую» НММ, считали, что мать должна быть ответственной, строгой, требовательной к себе и к ребенку, что она обязательно должна оцениваться социальным окружением как успешный родитель. Поэтому ей необходимо много заниматься с ребенком, развивая его. Задача матери состоит и в том, чтобы переделать «врожденный» характер ребенка в «такой, какой надо». «Нормальный» ребенок представлялся испытуемым как здоровый, хорошо развитый, воспитанный, послушный и обладающий целым рядом социально одобряемых качеств и умений. Безусловным лидером в материнско-детских отношениях испытуемые считали мать. Ребенок должен принимать инициативу взрослого и следовать за ней.

Представления о нормальном материнстве у женщин с «партнерской» НММ сводились к тому, что мать не должна постоянно решать за ребенка, что и как ему делать, что ей нужно стараться как можно лучше понимать своего ребенка, проводить с ним много времени, играть. Мама должна доверять своим чувствам и не стремиться к идеалу, а делать то, что приносит радость ребенку и ей самой – именно это и будет правильным. Она должна в равной степени заботиться о себе и о ребенке, т. к. если будет плохо ей, то будет плохо и ребенку. Ребенок должен быть здоровым и веселым, для него должен существовать посильный минимум запретов и ограничений. Постоянного лидера в отношениях не должно быть, т. к. позиции ведущего и ведомого меняются в зависимости от ситуации.

«Психологическая» НММ имела в своей основе представления об особой важности удовлетворения матерью эмоциональных потребностей ребенка - в любви, принятии, спокойствии, чувстве защищенности и благополучия и т. п., а также о высокой ценности для матери индивидуальности ребенка. С точки зрения этих испытуемых, мама должна уметь хорошо понимать своего ребенка, чутко прислушиваться к нему и осмысливать то, что с ним происходит. Мама должна «взращивать» индивидуальность своего ребенка. Она должна быть думающей, активно ищущей информацию, творческой, а в обращении с ребенком – мягкой и эмоциональной. Образ ребенка описывался так: дети к этому возрасту должны овладеть некоторыми знаниями и навыками, а в остальном – они все разные, все индивидуальны, и единого образа нет. Лидером в диаде должна быть мать, но иногда допускается смена позиций.

Испытуемые с «феминной» НММ, описывали «нормальную» мать как очень любящую, балующую, утешающую, создающую комфорт. Такое отношение к ребенку, по их мнению, заложено природой, оно естественно и другим быть не может. При этом они отвергали ответственность матери за воспитание и социализацию ребенка, считая это не материнскими функциями. Они были убеждены в том, что предъявлять требования, запрещать и наказывать – это обязанность отца, других членов семьи или воспитателей в детских учреждений. Мама же, по их мнению, должна позволять ребенку развиваться так, как он хочет. Представления о ребенке касались лишь самых общих характеристик («здоровый», «веселый») с подчеркиванием безусловного принятия ребенка («должен быть таким, какой он и есть»). За ребенком признавалось «естественное» право злоупотреблять маминой любовью, быть чересчур требовательным, позволять себе слишком много. Лидерство в материнско-детских отношениях не является определенным и может сменяться в зависимости от ситуации.

«Жертвенная» НММ была основана на убеждении, что мать обязана всегда быть целиком предоставленной ребенку физически и эмоционально: он может постоянно быть у нее на руках, спать вместе с ней, годами находиться на грудном вскармливании, а мать должна все ему прощать, все разрешать и никогда не наказывать. Мама должна многое уметь, много успевать, быть терпеливой, спокойной, уверенной в себе и уравновешенной в конфликтах. Образ ребенка включал в себя представления о том, что ребенок с самого рождения является личностью, что его развитие «определяется генами», и бесполезно пытаться изменить генетическую программу. Поэтому требований к ребенку в принципе быть не должно, так как иначе он будет неправильно развиваться. Роль лидера в диадических отношениях отдается ребенку, взрослый занимает позицию ведомого, подчиненного.

Был предпринят количественный анализ содержания НММ. Единицами анализа выступили 9 ценностных ориентаций, которые в той или иной степени присутствовали в описаниях испытуемыми своих НММ. Степень выраженности каждой из них была оценена по пятибалльной шкале, с последующим ранжированием значений внутри каждой модели. Результаты представлены в табл.2.