Мы пойдем мимо —и дальше (стр. 11 )

—        Эй,  вы!  —  громко  сказала  я,  и  голос  прозвучал  как  будто

со  стороны.

Я  насчитала  одиннадцать  крупных  осколков,  они,  покачиваясь,

плавали  у  потолка.  Поток  теплого  воздуха  постепенно  относил  их

к  стене.  Зрелище  было  потрясающее!  Я  долго  смотрела  на  эти

осколки,  ошеломленная  происшедшим.  Сидела  на  подоконнике,

смотрела  и  страшно  боялась,  как  бы  осколки  не  исчезли...

Думать  я  начала  потом.  Почему  Игорь  не  сказал  мне,  что

Тумба  работает?  Не  мог  он  меня  обманывать  —  это  исключалось.

Стараясь  не  упустить  из  виду  осколки  (я  боялась,  что  они

исчезнут),  я  вышла  в  другую  комнату,  к  телефону,  и  позвонила

Арсену.

—        С  ума  сошла!  —  сказал  он  сердито.—  Второй  час  ночи,  ты

это  понимаешь?

—        Арсен,  ты  ничего  не  менял  в  машине?

Он  рассвирепел:

—        Какая  машина?  Бессмысленное  нагромождение  частей,  а  не

машина!

—        Хорошо.  Пусть  нагромождение.  Ты  менял  что-нибудь  в  этом

нагромождении?

—        Менял.  Исправил  волноотвод  в  генераторе  СВЧ.  Я  же  тебе

говорил,  что  он  безграмотно  сделан.

—        Ага.  Ну  спасибо.  Это  все,  все.  Спи.

—        Подожди!  Что  случилось?  Ты  можешь  толком  объяснить?

—        Нет,  Арсен,  не  могу.  Второй  час  ночи...

Безграмотно  сделан  волноотвод.  Игорь  застрял  на  чистой  тех

нике.  Не  хватило  знаний,  опыта.  Моя  вина:  с  какого-то  момента

надо  было  подключить  к  работе  опытного  физика.

...А  осколки  плавали  у  потолка,  и  голова  у  меня  кружилась

от  восторженного  нахальства.  В  общем-то,  я  славно  поработала,

я  была  на  шаг  от  разгадки.  Заменять  надо  не  электроны,  а  ядра

атомов.  Если  в  атоме  водорода  заменить  протон  позитроном,  вес

уменьшится  в  тысячи  раз,  а  другие  свойства  останутся  прежними,

они  зависят  от  электронной  оболочки.  Устойчивое  позитрониевое

вещество  —  вот  что  может  делать  Тумба.  Игорь,  конечно,  не  ду

мал  о  Большом  Мусорном  Ящике.  Он  шел  каким-то  иным  путем,

и  этот  путь  привел  его  к  созданию  позитрониевого  вещества.  Завт

ра  я  притащу  мышей  и  посмотрю,  как  это  выглядит  с  живыми

организмами.  Главное,  научиться  возвращать  вес.  Две  клавиши

у  меня  в  резерве.  Кто  знает,  может  быть,  удастся  получить  и  мезо -

атомное  вещество,  ведь  не  случайно  эти  идеи  пересеклись.

Позитрониевое  вещество,  мезоатомное  вещество...  Предположе

ния,  не  больше.  Может  быть,  тут  действует  совсем  иной  механизм.

Осколки  бутылки  на  потолке  —  это  факт,  а  остальное  —  на  уровне

догадок.  Просто  меня  гипнотизирует  идея  управления  веществом.

Нет,  завтра  я  не  пойду  к  бухгалтеру.  Идти  надо  с  Игорем.

Теперь  я  составлю  смету  миллиона  на  два.  А  когда  бухгалтер

спросит:  «Что  это  такое?»  —  я  слегка  полетаю  по  комнате.  Надо

будет  надеть  брюки  и  курточку...

Я  потушила  свет  и  устроилась  на  подоконнике.  Мне  вдруг  от

чаянно  захотелось  спать.  Я  смотрела  на  звезды  —  их  было  много

в  эту  ночь  —  и  думала,  что  завтра  полечу  над  домами  и  улицами.

С  утра  надо  взяться  за  мышей,  а  вечером,  когда  стемнеет,  можно

немного  полетать.  Никто  не  заметит.

И  снова,  уже  сквозь  сон,  я  вспомнила  Уитмена:

Сегодня  перед  рассветом  я  взошел  на  вершину  холма

и  увидел  усыпанное  звездами  небо,

И  сказал  моей  душе:  когда  мы  овладеем  всеми  этими

шарами  Вселенной,  и  всеми  их  усладами,

и  всеми  их  знаниями,  будет  ли  с  нас  довольно?

А  ведь  это  путь  к  звездам!  Корабль  и  экипаж  из  почти  неве

сомого  позитрониевого  вещества.  Там,  на  чужой  планете,  совер

шится  обратное  превращение,  протоны  есть  везде,  незачем  возить

протонный  балласт.  Мы  полетим  к  звездам...  будет  ли  с  нас  до

вольно?

И  моя  душа  сказала:  нет,  этого  мало  для  нас,

мы  пойдем  мимо  —  и  дальше.