Мы пойдем мимо —и дальше (стр. 1 )

МЫ  ПОЙДЕМ  МИМО  —И  ДАЛЬШЕ

—        Послушайте,  Кира  Владимировна,  зачем  психологу  вакуум

ный  насос?  —  спросил  меня  бухгалтер.

Официально  он  теперь  назывался  генеральным  бухгалтером.

Полгода  назад  он  был  главбухом,  и  на  его  столе  лежали  обыкно

венные  конторские  счеты.  А  сейчас  справа  от  генерального  бух

галтера  селектор,  слева  изящный  компьютер  «Рига-бМ»,  на  боль

шом  полированном  столе  ничего  лишнего  —  только  ручка,  каран

даш  и  новая  книга  Жана  Силбаха  «Финансирование  научных  ис

следований».  На  французском  языке.  И  сам  генеральный  бухгал

тер  похож  на  молодого  профессора-физика.

Генеральный  бухгалтер  —  мой  враг  №  1.  Он  всегда  разгова

ривает  со  мной  с  позиции  силы.

—        Вот,  пожалуйста,—  сказал  он,—  пункт  семнадцатый  Вашего

пространного  списка.  Стеклянный  высоковакуумный  масляный

двухступенчатый  диффузионный  насос.  Восемнадцатый  пункт  —

нитрат  серебра,  тысяча  семьсот  граммов.  Девятнадцатый  пункт  —

экстракционный  аппарат  Сокслета...  Два  года  Вы  меня  изводили

такими  заявками.  И  впереди,  насколько  я  понимаю,  еще  целый

год,  пока  Вы  кончите  университет  и,  даст  бог,  уедете  куда-нибудь...

Нечто  подобное  я  слышала  еще  в  школе.  «Знаешь,  Кира,  хва

тит  с  меня  твоих  затей,—  заявил  директор,  когда  я  научила  своих

октябрят  скорочтению  по  системе  «ультраспид».  У  директора  бо

лело  горло,  он  говорил  трагическим  шепотом.—  Что  за  цирк,  что

здесь  происходит?  Хоть  бы  ты  скорее  кончила  десятый  класс  и  по

ступила  в  МГУ...»  И  вот  теперь  бухгалтер  ждет,  пока  я  окончу

МГУ  и  уеду  в  Академгородок.  Интересно,  что  мне  будут  говорить

в  Академгородке  и  куда  я  уеду  оттуда?..

—        Шесть  тысяч  двести,—  продолжал  бухгалтер,  разглядывая

список.—  Можете  Вы  объяснить,  для  чего  нужны  вакуумный  на

сос,  нитрат  серебра  и  все  остальное?

Объяснить  я  не  могла,  он  это  прекрасно  знал.

—■  Виктор  Андреевич,—  сказала  я,  чтобы  хоть  что-то  отве

тить,—  поймите:  нельзя  расспрашивать  Чуваева  —  это  нарушит  чи

стоту  эксперимента.  Когда  Джон  Бернал  разрабатывал  свою  тео

рию  жидкого  состояния...

—        Чистота  эксперимента,—  с  горечью  произнес  генеральный

бухгалтер.—  Все  думают  о  чистоте  эксперимента,  и  никто  не

хочет  думать  о  чистоте  бухгалтерии.  Вместо  конкретных

объяснений  Вы  цитируете  Налимова  и  Мульченко,  ссылаясь

на  кривую  Виланда,  приводите  формулу  Сарбаева  и  рассказывае

те  мне  истории  из  жизни  Джона  Десмонда  Бернала.  А  я  смотрю

на  смету.  Тут  Ваша  подпись,  не  так  ли?  —  Он  раскрыл  пухлую

папку  с  моими  бумагами.—  Семнадцать  тысяч  на  весь  год.  Из

них  на  оборудование  —  четырнадцать.  Хорошо,  теперь  обратимся

к  фактам.  Не  проходит  и  месяца,  как  Вы  тратите  четырнадцать

тысяч,  а  через  две  недели  и  все  остальное.  Затем  Вам  дают  еще

семь  тысяч.  Восходящая  звезда  психологии,  разве  можно  отка

зать!  Я  тут  же  оплачиваю  кучу  счетов.  Ультрафильтры  Зигмонди,

фотоэлектрический  пиромет  ФЭП-4,  диализатор  с  мешалкой,  две

тысячи  шестьсот  рублей  заводу  «Физприбор»,  четыреста  пятьде

сят  по  трудовому  соглашению  за  изготовление  стеклянной  аппа

ратуры  согласно  эскизам...  Семь  тысяч  кончаются.  И  тогда  Вы

говорите:  нужна  радиационная  защита.  Вы  прекрасно  знали  об

этом  заранее,  но  не  включили  стоимость  защиты  в  смету.  Еще  бы,

на  монтаж  защиты  обязательно  дадут  дополнительные  средства:

если  есть  радиация,  защита  необходима,  не  так  ли?..  Ладно,  пой

дем  дальше.  Апрель  этого  года.  Я  был  в  отпуске,  а  Вы  уговорили

Зацепина  и  Софью  Александровну  и  забрали  приборы,  предназна

ченные  для  химфака.  Интересно,  как  это  увязывается  с  кривой

Виланда  и  возвышенными  идеями  Джона  Десмонда  Бернала?

В  душе  он  остался  главбухом,  и  сейчас  ему  не  хватало  счетов:

взять  и  посчитать,  сколько  я  израсходовала.  Раньше  он  так  и  де

лал.  А  тут  вместо  счетов  ЭВМ  —  не  будешь  же  на  ней  склады

вать  такие  простые  цифры.

—        Если  хотите  знать,  Кира  Владимировна,—  продолжал  он,—

Вас  испортила  слава.  Интервью,  очерки,  портрет  на  обложке  «Сме

ны»...  Барыбин,  Зиневич,  Мельникова  —  доктора  психологических

наук  —  спокойно  занимаются  психологией,  а  Вы,  студентка,  строи

те  машину,  которая  неизвестно  как  должна  быть  устроена  и  неиз

вестно  что  должна  делать.  Не  спорьте:  это  не  поможет.  Пока  Вы

не  выходили  за  пределы  утвержденной  суммы,  я  молчал.  Но  до

полнительные  средства  —  совсем  другой  разговор.  Составьте  обос

нование,  смету,  пусть  все  это  подпишет  Коробов.  А  потом  пойди

те  к  Зацепину.  И  если  он  утвердит...  ну,  тогда  будет  видно.  Сове

тую  поторопиться.  Зацепин  послезавтра  уезжает...

Главбух  по-своему  прав:  за  два  года  я  потратила  уйму  денег

на  машину,  о  назначении  которой  не  имею  ни  малейшего  понятия.

Но  я  тоже  права:  нельзя  было  расспрашивать  о  назначении  ма

шины  —  это  отразилось  бы  на  ходе  эксперимента.

За  два  года  я  привыкла  не  вмешиваться,  и,  когда  Игорь  перед

отъездом  принес  список  оборудования  для  Тумбы-2,  я  ничего  не

спросила.  Игорь  в  Саянах,  плывет  на  своей  байдарке  по  Большой

Бирюсе  —  не  позвонишь,  не  спросишь...  Самое  умное  —  отложить

все  до  его  возвращения.  Потеряем  мы  на  этом  месяца  полтора,

ничего  страшного.  А  пока  я  поеду  домой.  Ну  конечно!  Возьму  би

лет  на  самолет  и  завтра  к  вечеру  буду  в  Таганроге.  Мама  даже

не  ждет.  Лето  кончается,  надо  отдохнуть  и  в  октябре  взяться  за

диплом.

Решено.  Еду  на  три  недели  домой.

Главбух  говорит:  «Слава  испортила».  Ну  какая  у  меня  слава?

Придумала  систему  упражнений  по  развитию  фантазии,  занима

лась  с  Настей  Сарычевой,  потом  Настя  открыла  АС-эффект  и  дей

ствительно  прославилась.  А  моей  славы  хватило,  чтобы  новую  те

му  включили  в  план  проблемной  лаборатории.