Синдром эндотоксикоза при болезни рейтера: иммунологические механизмы формирования и оптимизация диагностики (стр. 6 )

Существенную патогенетическую роль в развитии синдрома эндогенного токсикоза при болезни Рейтера играют иммунопатологические процессы в организме пациентов. Дисбаланс клеточного звена иммунной системы, чрезмерная напряженность гуморальных иммунных процессов и гипермодуляция иммунного ответа цитокиновым пулом, по сути, формируют иммунологический компонент синдрома эндогенной интоксикации у лиц, страдающих болезнью Рейтера.

С учетом полученных новых представлений о синдроме эндогенной интоксикации возникла необходимость оптимизировать терапию пациентов с болезнью Рейтера.

Проведена оценка клинической эффективности и безопасности препарата гепон. Пациенты I группы (43 чел.) получали традиционную терапию; больные II группы (35 чел.) наблюдения в комплексе лечебных мероприятий получали лекарственный препарат гепон. Выделенные группы больных были сопоставимы между собой как по возрастно-половому составу, так и по основным клиническим симптомам заболевания. Для оценки эффективности предпринятой терапии в различных группах нами проведен анализ биохимических и иммунологических маркеров эндогенной интоксикации в организме пациентов с болезнью Рейтера, что позволило получить целостное представление о влиянии препарата гепон, а также традиционно используемой терапии на показатели эндотоксикоза.

О влиянии гепона на показатели клеточного иммунитета судили по динамике содержания СD3-, CD4-, CD8-, CD19- лимфоцитов в периферической крови.

Под влиянием гепона содержание  СD3-, CD4-, CD8- клеток в кровяном русле достигло нормальных величин, практически не отличаясь от аналогичных показателей в группе здоровых лиц (p>0,05).

В отличие от группы пациентов, лечившихся традиционными медикаментозными средствами, с помощью t-критерия Стъюдента нами  зафиксировано наиболее отчетливое статистически значимое повышение концентрации СD3 (до лечения - 35,12±0,61%; после лечения - 41,41±0,83%; p<0,05); CD4 (до лечения - 32,59±1,07%; после лечения - 39,25±0,36%; p<0,01); CD8 (до лечения - 23,91±1,26%; после лечения - 29,01±0,58%; p<0,005) - лимфоцитов крови в группе больных, дополнительно получавших гепон.

Под влиянием терапии гепоном выявили нормализацию уровня CD-19 - клеток в кровяном русле по сравнению с исходным значением (до лечения – 28,48±0,16%, после лечения – 21,19±0,21%; p<0,05). В группе больных, получивших традиционную терапию, отмечена лишь тенденция к нормализации содержания В-лимфоцитов в периферической крови, однако статистически не достоверная (p>0,05).

Наиболее выраженное уменьшение уровня IgA в сыворотке крови констатировано в группе лиц с болезнью Рейтера, получивших в составе комплексной терапии гепон (до лечения - 5,19±0,13мг/мл: после лечения - 1,73±0,16 мг/мл; p<0,01), при этом концентрация IgA в крови  статистически не отличалась от результатов, полученных в группе доноров (p>0,05).

При математическом анализе с использованием парного t-критерия  зарегистрированы статистически достоверные различия между величинами концентраций IgA в периферической крови у групп больных, которым в комплексе терапевтических мероприятий назначали гепон и традиционные лекарственные препараты (соответственно - 1,73±0,16 мг/мл и 4,22±0,37 мг/мл; p<0,025).

Среди пациентов, лечившихся традиционными медикаментозными средствами, содержание IgA в сыворотке крови после проведенной терапии существенно превышало значение данного показателя, зарегистрированное у практически здоровых лиц  (4,22±0,37 мг/мл; 1,69±0,15 мг/мл; (p<0,025).

Различия абсолютных значений средних величин концентрации IgM в сыворотке крови у пациентов с болезнью Рейтера под действием как традиционных медикаментозных средств, так и гепона, были статистически недостоверными (p>0,05).

Под действием предпринятой терапии с использованием гепона с помощью t-критерия Стъюдента у наблюдавшихся больных нами зафиксировано наиболее выраженное повышение уровня IgG в периферической крови в сравнении с исходными значениями (до лечения - 4,09±0,33 мг/мл; после лечения - 8,29±0,38 мг/мл; p<0,01).

При математическом анализе выявлены статистически значимые различия между сывороточным содержанием IgG у больных, получавших гепон и традиционную терапию (соответственно - 8,29±0,38 мг/мл и 6,27±0,46 мг/мл; p<0,05).

Концентрацию IgG1, IgG2, IgG3, IgG4  в сыворотке крови  определяли до и после лечения. Под действием терапии с использованием препарата гепон в периферической крови зарегистрировано значительное статистически значимое увеличение количества IgG1 в сравнении с исходными значениями (до лечения - 1,95±0,09 мг/мл; после лечения - 5,91±0,24 мг/мл; p<0,025). Величина данного показателя после лечения гепоном статистически не отличалась от значений в группе доноров (p>0,05). У больных, применявших общепринятые лекарственные препараты, была отмечена лишь тенденция к увеличению содержания IgG1 в сыворотке крови (p>0,05).

С помощью парного t-критерия установлено выраженное повышение содержания IgG2 у больных в комплексе лечебных мероприятий получавших гепон, по сравнению с исходными значениями (до лечения - 0,72±0,11 мг/мл; после лечения - 2,25±0,04 мг/мл; p<0,01). Уровень исследуемого показателя после проведенного лечения в данной терапевтической группе практически не отличался от контрольных величин (p>0,05). У лиц с болезнью Рейтера, лечившихся общепринятыми лекарственными препаратами, несмотря на тенденцию к повышению содержания IgG2 в периферической крови, статистически значимых отличий по сравнению с исходными величинами зарегистрировано не было (p>0,05).

После предпринятой терапии с использованием гепона у пациентов с болезнью Рейтера констатировано отчетливое повышение содержания IgG3 в кровяном русле по сравнению с исходными величинами (до лечения - 0,27±0,03 мг/мл; после лечения - 1,19±0,06 мг/мл; p<0,025). В группе больных, лечившихся традиционными медикаментозными средствами, также отмечали тенденцию к увеличению уровня IgG3 в сыворотке крови, которая, тем не менее, была статистически недостоверной (p>0,05).

Кроме того, под действием гепона выявлено более значимое повышение концентрации IgG3 в кровяном русле, чем у лиц, получивших общепринятую терапию (до лечения – 1,19±0,06 мг/мл; после лечения - 0,62±0,04 мг/мл; p<0,05).

У лиц с болезнью Рейтера под влиянием лечения гепоном  зарегистрировано значительное уменьшение количества субкласса IgG4 в периферической крови в сравнении с исходными значениями (до лечения - 1,97±0,21 мг/мл; после лечения - 0,51±06 мг/мл; p<0,005). Величина данного показателя в исследуемой группе больных после лечения статистически не отличалась от значений в контроле (p>0,05). Среди пациентов, получавших традиционную медикаментозную терапию, достоверных различий уровня IgG4 в крови по сравнению с исходными значениями достигнуто не было (p>0,05). Концентрация IgG4 в крови после общепринятой терапии оставалась значительно выше физиологических величин (р<0,005).

Устранение дефицита  IgG1, IgG2, IgG3 в крови под воздействием гепона, способствовало формированию адекватного гуморального иммунного ответа. Увеличение концентрации IgG2 в крови приводило к повышению тканевой антитоксической защиты. Учитывая физиологическое значение IgG4 в организме, уменьшение его содержания, несомненно, способствовало снижению комплемент - опосредованного образования иммунных комплексов, что, благоприятно отражалось на течении иммунопатологических процессов у пациентов с болезнью Рейтера.

Математический анализ с использованием парного t-критерия позволил установить, что наиболее отчетливое достоверное уменьшение концентрации ЦИК в кровяном русле после курса лечения констатировали у больных, получавших препарат гепон (до лечения - 122,56±10,431 усл. ед.; после лечения - 37,163±1,904 усл. ед; p<0,005). При использовании традиционных терапевтических средств сывороточный уровень ЦИК  претерпел изменения, однако не был статистически значим (до курса лечения 124,218±9,897 усл. ед.; после лечения 82,643±6,532 усл. ед.; p>0,05).

Под влиянием комплексного лечения пациентов, страдающих болезнью Рейтера, с использованием гепона, установлено отчетливое увеличение концентрации ИЛ-1в в сыворотке крови в сравнении с исходными значениями (до лечения - 42,64±1,12 пкг/мл; после лечения - 60,11±2,03 пкг/мл; p<0,025). Кроме того, уровень ИЛ-1в в крови у пациентов с болезнью Рейтера, получивших курс лечения гепоном, статистически не отличался от показателей, зарегистрированных в группе здоровых лиц (p>0,05). У лиц с данным заболеванием, лечившихся общепринятыми медикаментозными средствами, нами также констатировано статистически значимое повышение уровня ИЛ-1в в кровяном русле (до лечения - 41,95±1,83 пкг/мл; после лечения - 51,31±1,28 пкг/мл; p<0,05). Вместе с тем, величина данного показателя после проведенной общепринятой терапии оставалась достоверно ниже значений, зарегистрированных у доноров (p<0,025).

После предпринятой терапии у пациентов с применением гепона было обнаружено отчетливое достоверное снижение уровня ИЛ-8 в периферической крови по сравнению с исходными значениями (до лечения - 174,61±2,54 Е/мл; после лечения - 159,19±1,72 Е/мл; p<0,05) и величиной концентрации данного показателя в группе пациентов, получивших традиционное медикаментозное лечение (p<0,01). Более того, с помощью t-критерия Стъюдента было  установлено, что содержание ИЛ-8 в кровяном русле после курса лечения препаратом гепон статистически не отличалось от контрольных величин (p>0,05).

Установлено, что наиболее отчетливое достоверное уменьшение концентрации ФНО-б в кровяном русле после лечения по сравнению с исходными данными наблюдали у пациентов с болезнью Рейтера, в лечении которых применяли гепон (до лечения - 53,11±1,40 пкг/мл; после лечения - 30,02±1,24 пкг/мл; p<0,025). После комплексной терапии с использованием гепона, исследуемый показатель практически достиг значений, зарегистрированных у здоровых лиц  (p>0,05) и был достоверно ниже величин в группе больных, получивших традиционную терапию (p<0,025).

Наиболее отчетливое уменьшение концентрации молекул средней массы в кровяном русле установлено в группе больных, получавших в комплексе терапии гепон (до лечения 0,341±0,012 ед.; после лечения 0,209±0,007 ед.; р<0,005) (рис. 2).