Позднесарматский курган у станицы камышевской на дону (стр. 3 )

Поверх ножен на клинке меча, на 10,7 см ниже перекрестья найдена скоба для портупейного ремня, вырезанная из светлого зеленовато-белесого нефрита (рис. 9,2; 14,4). Она лежала параллельно лезвиям меча. Верхний торец скобы округлен, нижний скошен и образует с плоскостью предмета округленную грань. С тыльной стороны скоба имеет два выступа у торцов: крючкообразный вверху и уплощенный в нижней части. В верхнюю половину скобы смещен выступ с удлиненной замкнутой прорезью. Исполнена скоба довольно грубо, камень отполирован небрежно. На нижней плоскости выступов скобы и на ножнах в соответствующих им местах сохранились следы черной смолы, аналогичной смоле на янтарном навершии. Длина скобы – 11,3 см, ширина в верхней части – 2,5 см, в нижней – 2,2 см, длина выступа с прорезью – 4,4 см, размеры прорези – 3,0 x 0,4 см. Частично под клинком меча, на 9,5 см ниже перекрестья обнаружена крупная выпуклая бляха, вырезанная из массивной толстостенной раковины. Она лежала лицевой стороной вниз. В плане имеет неправильно-овальную форму, в центре – сквозное отверстие (рис. 9,6; 14,7). Размеры раковины – 8x7,2 см, высота – 2,8 см, диаметр отверстия в центре – 1 см. Поверхность раковины сильно изъедена; судя по сохранившимся участкам, изначально она была заполирована. Под раковиной, непосредственно на ее отверстии, на тонкой круглой кожаной подкладке обнаружена лежавшая лицевой частью вниз круглая выпукло-вогнутая серебряная пряжка с подвижным язычком (рис. 9,7; 14,6). В центральной части она имеет прямоугольную прорезь (0,8x0,6 см), у одной из ее длинных сторон – маленькое отверстие для крепления язычка. Язычок короткий (1,1 см), сильно прогнут, кончик огранен. По краю пряжка украшена мелкими фасетками - зубчиками. Диаметр пряжки – 2,1 см, толщина пластинки, из которой изготовлена рамка – 0,1 см.

Особо подчеркнем, что отверстие в раковине с лежащей на нем пряжкой приходится как раз напротив замкнутого паза, вырезанного в выступе на тыльной стороне нефритовой скобы (рис. 9,1).

Вдоль лицевой плоскости скобы (лежавшей, как и весь меч, не горизонтально, а под углом) прослежен обрывок истлевшего узкого кожаного ремешка, на который было нанизано несколько металлических деталей:

а) в 3 см к северу от нижнего края скобы найдена лежавшая на ребре серебряная С-видная скобочка с несомкнутыми концами. По наружной грани скобочки – продольное ребро, в сечении она треугольная (рис. 7,14; 12,13в). Размеры скобочки – 1,2x1,05 см, ширина – 0,4 см;

б) на расстоянии 1,7 см к югу от описанной скобочки найдена аналогичная, более грубая скобочка, также стоявшая на ребре (рис. 7,15; 13,12б). Ее размеры – 1,3x1 см, ширина – 0,5 см, один конец расплющен;

в) между описанными С-видными скобочками найдена согнутая бронзовая заклепка, имеющая на обоих концах по серебряной пластинчатой ромбической накладке с отверстием в центре (рис. 7,17; 13,2а). Заклепка располагалась вертикально, ее высота – 1,2 см, размеры серебряных ромбиков – 1,4x0,9 см и 1,2x0,8. Прослеженная длина ремешка с металлическими деталями – 4,6 см.

Под клинком меча, в 9,6 см к югу от нижнего конца нефритовой скобы найдена одночленная бронзовая лучковая подвязная фибула с фигурной обмоткой дужки – сплошной в сочетании с серпантином (рис. 9,8; 14,3). Фибула лежала по линии ССЗ-ЮЮВ, пружиной на ЮЮВ, дужкой в восточную сторону. Игла фибулы была надломлена посредине. Тетива верхняя, пружина четырехвитковая. Длина фибулы – 5,9 см, длина ножки – 2 см, высота дужки – 2,3 см. На приемнике фибулы – тончайшие золотые нити от истлевшей парчи. В 15 см к югу от нижнего конца скобы, поверх клинка прослежено пятно черного тлена (кожи), обильно насыщенное очень тонкими и короткими золотыми нитями. Протяженность тлена по клинку – около 4 см. На расстоянии 34 см к северу от конца клинка меча, частично под клинком обнаружена лежавшая под углом пластинчатая серебряная обойма, крепившая кожаную часть к деревянной рукояти плети (рис. 9,10). Изготовлена из тонкой пластины шириной 1,4 см; в плане – восьмерковидной формы, концы соединены внахлест на торце. По длинной оси через обойму пропущен округлый бронзовый штифт, укрепленный с одной стороны квадратной серебряной шайбой. Внутри обоймы обнаружен кожаный тлен. Размеры обоймы – 2,0x1,5 см. Частично под клинком меча, на расстоянии 19,5 см к северу от конца клинка обнаружена крупная массивная бронзовая пряжка с овальной рамкой, прямоугольным щитком и подвижным язычком (рис. 9,9; 14,2). Она лежала по линии С-Ю, рамкой на Ю, лицевой стороной вверх. Рамка пряжки была подогнута под щиток, а язычок был выпрямлен. Рамка имеет спрямленное основание с уступчиками для удержания петель щитка с внутренней стороны; в сечении рамка ромбическая. Петли, держащие рамку, выделены уступчиками с внешней стороны щитка. У основания щиток имеет одну заклепку для фиксации peмня; с тыльной стороны щиток по ширине равен петлям. Язычок загнут у конца, снизу подрезан для контакта с рамкой, к острию заужен. В сечении язычок прямоугольный, посредине прогнут. Размеры рамки – 3,1x2,2 см, щитка – 3,1x2,0 см, длина язычка – 2,7 см, сечение paмки – 0,6x0,5 см. Здесь же обнаружена небольшая бронзовая обойма из согнутой пополам пластинки, скрепленная заклепкой (рис. 9,11). Лицевая сторона обоймы – прямоугольной формы, с округленными углами (1,8 х 1,3 см), место перегиба выделено с обеих сторон уступчиками так, что ширина петли составляет около 0,7 см при высоте в 0,4 см. Тыльная сторона обоймы – треугольных очертаний, с трещиной около заклепки. Обойма лежала лицевой стороной вниз. У перекрестья меча найдена маленькая гладкая серебряная полусферическая бляшка (рис. 7,16). На внутренней стороне – следы пайки. Диаметр бляшки – 0,73 см, высота – 0,3 см. Под рукоятью меча, на 1 см выше перекрестья найдена маленькая серебряная пластинка размерами 1,4x0,25 см и толщиной 0,1 см. К западу от меча, по одной линии с ним и вплотную к нему, начиная от навершия, лежал большой четырехгранный оселок без отверстия, равномерно сужающийся к концам (рис. 5,9). Он вырезан из плотной мелкозернистой сланцевой породы серого цвета. Длина оселка – 52,4 см, сечение в центре – 4,1x2,3 см. К западу от оселка, частично под ним обнаружен железный кинжал очень плохой сохранности, лежавший по линии С-Ю, острием к югу (рис. 4,5). Клинок двулезвийный, линзовидный в сечении, сильно расслоившийся. В нижней его трети лезвия сходятся к заостренному концу. Судя по всему, кинжал имел прямое железное перекрестье (сильно разрушено). Черенок рукояти отсутствует: обломан ли он в древности, разрушен грызунами или еще что-то – сказать трудно. На обеих сторонах клинка – древесный тлен от ножен, покрытых, по всей видимости, кожей. Сохранившаяся длина кинжала – 29,6 см, ширина клинка – не менее 3,6 см, высота перекрестья – 1,2 см. На клинке кинжала, острием к югу, лежал небольшой железный нож с хорошо сохранившейся деревянной рукоятью (рис. 5,8). Он имеет прямую спинку, сильно сработанное лезвие. Клиновидный в сечении клинок сужается к острию. Деревянная рукоять деформирована, в центральной части заужена. В сечении рукоять овальная, к черенку ножа она крепилась одной бронзовой заклепкой. Общая длина ножа – 16,8 см, длина клинка – 8,9 см, ширина у основания – 1,6 см, в средней части – 0,8 см. Сечение рукояти в месте крепления к клинку – 1,9x1,5 см. В нижней трети клинка кинжала найдена округлая полихромная стеклянная бусина. Бусина рассыпалась в поле, от нее сохранился лишь небольшой фрагмент (рис. 4,2), в изломе которого отчетливо видны прослойки красного и зеленоватого цвета.

Характеристика погребального сооружения

Как указывалось выше, определение типа погребального сооружения осложнялось его сильной разрушенностью. В процессе извлечения заполнения возникало впечатление, что последнее проникновение в могилу было достаточно поздним. При раскопках курганов в бассейне Дона за многие годы мне неоднократно приходилось исследовать ограбленные погребения, близкие камышевскому по времени и культурному типу. Характер разрушений ям и останков, структура заполнения в них иные. Вполне вероятно, что погребение в кургане 8 подвергалось ограблению неоднократно – сначала вскоре после захоронения, а затем – в поздний период, связанный с эпохой существования ст. Камышевской на настоящем месте, т. е. во временном интервале с конца XVIII до начала ХХ вв. Поэтому мы ограничимся несколькими констатациями:

Погребальное сооружение ориентировано по линии С-Ю. Восточная стенка ямы в современном состоянии наклонена ко дну; западная стенка и прилегающие к ней северный и южный участки ямы явно подбиты, что с большой долей вероятности позволяет предполагать наличие здесь погребальной камеры. Самым вероятным вариантом, на мой взгляд, является изначальное наличие здесь удлиненной ямы, вытянутой по линии С-Ю, в продольной западной стенке которой была сооружена камера (подбой), усложненная узкой продольной канавкой под глухой (западной) стенкой. Расположение инвентаря in situ позволяет считать наиболее вероятной северную ориентировку погребенного.

Таким образом, со значительной долей уверенности можно утверждать, что курган был сооружен над меридионально ориентированным подбойным погребением с камерой в длинной западной стенке, в которой был похоронен мужчина с искусственно деформированным черепом, уложенный головой в северном направлении. Такой набор признаков в полной мере соответствует нормам позднесарматской погребальной обрядности.

Анализ состава инвентаря

Богатый инвентарь камышевского комплекса представляет несколько различных по происхождению компонентов.

I. Глиняная посуда.

I.1. Серолощеная миска (рис. 4,4), без сомнения, представляет собой образец продукции нижнедонского гончарства, существовавшего в контексте культуры городищ типа Кобякова-Гниловской. В пользу такой атрибуции все признаки – фактурные особенности, облик керамического теста, характер обработки поверхности. Различные формы и типы этой посуды обильно представлены в некрополях нижнедонских городищ. Гончарные миски, близкие камышевской, найдены в комплексах, принадлежащих Крепостному городищу в Азове (Горбенко, Косяненко, 2010, с. 409, рис. 1,7; Горбенко, Косяненко, 2011, табл. XVII, 9,16). В заметных количествах керамика нижнедонского производства попадала и в степь, где оседала в погребениях кочевых сарматов по обе стороны русла Дона, иногда на значительном удалении от устья (например: Шепко, 1987, рис. 7,2-4,6-7,11-13; Раев, Науменко, 1993, с. 152-153, рис. 2,1,4 и др.).