Вперёд, к Сухомлинскому (стр. 7 )

  Если  ребенку безразлично,  что в сердце его  товарища,  друга, матери, отца, любого  соотечественника,  с которым  он  встретился, если  ребенок не умеет видеть в глазах другого человека, что у  него на сердце,- он никогда не станет настоящим человеком. Учить чувствовать - это самое трудное,  что  есть в воспитании. Школа сердечности,  чуткости,  отзывчивости,  участливости  -  это  дружба, товарищество,  братство.  Ребенок чувствует  тончайшие  переживания  другого  человека тогда, когда он  делает что-нибудь  для счастья, радости, душевного спокойствия  людей.  Любовь  маленького  ребенка к  матери,  отцу,  бабушке, дедушке,  если  она  не  одухотворена  творением  добра,  превращается  в эгоистическое чувство: ребенок любит маму постольку,  поскольку мама является  источником  его радостей, нужна ему для радостей.

  Жить  в обществе  -  это  значит  уметь  поступиться  своими  радостями  во  имя благополучия,  покоя  других  людей. Нравственный облик личности зависит, в конечном  счете, от того, из каких источников  черпал человек свои радости  в  годы детства. Если радости  были бездумными, потребительскими,  если ребенок не узнал, что такое горе,  обиды,  страдания,  он  вырастет  эгоистом, будет глухим к людям. Очень важно, чтобы наши воспитанники узнали высшую радость - радость волнующих переживаний, вызванных заботой о человеке.

  МЫСЛИ НАКАНУНЕ ПЕРВОГО  УЧЕБНОГО ГОДА

  Закончился год жизни дошкольника. Ребята прошли школу творчества, фантазии, игры воображения, чувств, переживаний,  которые есть подлинное содержание жизни этого возраста, в то же время подготовки к серьёзной и трудной интеллектуальной работе, что ждёт их в первом классе. Но эти дети уже умеют читать, писать, но, что более важно, умеют слушать, видеть, образно воспринимать мир, умеют об этом рассказать. Они чувствуют себя исследователями, творцами, субъектами своей жизни. В них заложен какой – то очень важный жизненный стержень. И всё это уже В ШЕСТЬ ЛЕТ! Но вот как об этом рассказывает сам .

  «Подходила  к концу жизнь нашей "Школы радости".  Скоро мои воспитанники станут  учениками,- от этой  мысли  мне было и радостно и тревожно. Радостно оттого,  что  еще не  один год буду  вести своих  малышей по тропинке жизни, труда и познания, что за год мои малыши окрепли, стали смуглыми, загорелыми, здоровыми. Радостно было и оттого,  что  без  душного класса,  без  доски  и  мела, без  бледных  рисунков и  разрезанных букв дети поднялись  на первую  ступеньку познания -  научились читать и писать. Теперь им будет несравненно легче, чем тому,  для кого  эта  ступенька начинается с  прямоугольной  рамки  классной  доски…. 

  Я глубоко уважаю  дидактику и ненавижу прожектерство. Но  сама  жизнь требует, чтобы  овладение знаниями  начиналось  исподволь, чтобы  учение - этот самый серьезный и самый кропотливый труд ребенка  - было в то же время и радостным трудом, укрепляющим духовные и физические силы детей. Это особенно важно для малышей, которые еще не могут понять цели труда, сущности трудностей»

  И далее у Сухомлинского следует подлинный гимн игре.

  «Тысячу  раз  сказано:  учение-труд,  и  его нельзя  превращать  в  игру.  Но  нельзя поставить  китайскую стену между  трудом и игрой.  Присмотримся внимательно,  какое место  занимает игра в жизни ребенка. Для  него игра - это самое серьезное дело. В игре  раскрывается перед  детьми мир,  раскрываются творческие способности личности. Без  игры нет и не может быть полноценного умственного  развития.  Игра -  это огромное светлое окно, через  которое  в  духовный  мир  ребенка  вливается  живительный  поток представлений,  понятий об  окружающем  мире.  Игра -  это искра, зажигающая огонек пытливости  и  любознательности.  Так  что  же  страшного в том,  что ребенок  учится  писать  играя,  что  на  каком-то  этапе  интеллектуального развития игра сочетается с трудом, и  учитель не так уж часто говорит детям: "Ну,  поиграли,  а теперь будем  трудиться!" Игра -  широкое  и многогранное понятие.  Дети играют не только  тогда,  когда бегают, соревнуются в быстроте и резвости.  Игра может  заключаться и в большом напряжении творческих способностей, воображения. 

  Без игры умственных  сил,  без  творческого воображения  невозможно  представить полноценного умственного развития ребёнка. Абстрактное мышление, отвлечённые понятия начинаются там, где есть красота. Но так как труд маленького ребенка немыслим без эстетического начала, то, следовательно, трудовая  деятельность  в младшем возрасте тесно  связана  с игрой.

  Торжественный день начала уборки урожая  на  школьном  участке  - дети  приходят  празднично  одетые;  первые срезанные колосья стоят в вазе на столе, покрытом скатертью. В  этом - игра, наполненная  глубоким смыслом. Но игра теряет воспитательную ценность тогда, когда она  искусственно  "привязывается" к труду, и в  красоте не выражается эмоциональная оценка  человеком  окружающего  мира  и самого себя.

  …Остается нерешенным вопрос: когда наиболее целесообразно начинать обучение грамоте  - тогда, когда ребенок сел за парту и стал учеником 1 класса, или, может быть, несколько  раньше,  в  дошкольные  годы.  Опыт  убедил  наш  педагогический коллектив,  что школа не  должна вносить резкого  перелома  в  жизнь  детей. Пусть, став учеником, ребенок продолжает делать сегодня то, что делал вчера.

  Пусть  новое  появляется в  его  жизни постепенно  и  не  ошеломляет лавиной впечатлений. Я  убежден, что обучение грамоте, тесно связанное с рисованием, с  игрой, как  раз и может стать  одним  из мостиков, соединяющих дошкольное  воспитание и  обучение в школе. В рисунках букв моим воспитанникам открылась  красота  солнечных  искр  в  капельках  росы,  могучего  столетнего  дуба, склонившейся над прудом вербы, журавлиного ключа  в лазурном небе, уснувшего  после  горячего июльского дня луга. Пусть ребята еще не  очень красиво умеют рисовать  буквы - не это главное, зато они чувствуют биение  жизни в  каждом рисунке….

  Я стремился  к тому,  чтобы добрые поступки моих воспитанников основывались в годы детства,  прежде всего, на  чувстве  человека. Меня  радовало,  что  малыши  научились  сопереживать, быстро  проникались  чувствами,  волновавшими  их  ровесников  или  старших товарищей, родителей  и  вообще взрослых людей. Наибольшей радостью для меня было то, что в каждом,  с кем дети соприкасались в жизни, они  видели, прежде всего,  человека…

  Как быть справедливым?  Буду  ли  я  всегда  справедлив  с  детьми? Справедливость-это основа  доверия ребенка к  воспитателю…. 

  Но самый  главный  вопрос,  который не давал мне покоя на протяжении всех лет работы, это  вопрос о том,  как  ввести  маленьких школьников  в  большой мир  общественной  жизни,  как  добиться того, чтобы каждый ребенок видел не только свое село, красоту реки, на берегах которой прошло его раннее  детство, но и огромный, необъятный мир своей  Родины?».

  Так заканчивается мой неполный конспект первой главы книги «Сердце отдаю детям», в которой он рассказывает о своей системе работы с 6- летками. Эта глава называется «Школа радости». И это очень точное название, потому что вся огромная, многогранная образовательная, т. е. развивающая, обучающая, воспитывающая деятельность проходила в атмосфере детской радости: радости творчества, слушания и сочинения сказок, стихов и рисунков, рождения новых образов и фантазий. Но, самое главное, -- духовного и душевного, потому радостного  общения детей со своим Учителем, Учителем с большой буквы, для которого без проникновения в душевный мир ребёнка было немыслимо существование педагога как воспитателя. А воспитание для  Василия Александровича было самой главной задачей истинного наставника в деле, которое называется образованием. Мне кажется, что в новых образовательных стандартах вместе с духовно – нравственным компонентом воспитание тоже выдвигается на первый план.

  Но остается неразрешённым самый главный вопрос, что же такое «духовно – нравственное воспитание» в его светском понимании? И как на него ответил ?

  Мне кажется, если на  него ответить цитатой Учителя, то она будет такой: «Если  говорить  на языке тонких человеческих отношений,  то  этот труд посвящен  сердцу  педагога.  Я  стремился  рассказать  о  том,  как  ввести маленького человека в мир познания  окружающей действительности,  как помочь ему учиться, облегчить его умственный  труд, как пробудить и утвердить в его душе  благородные  чувства  и  переживания,  как  воспитать  человеческое достоинство, веру в доброе начало в человеке,  безграничную любовь  к родной советской  земле, как заронить в тонкий ум и  чуткое сердце  ребенка  первые зерна верности  возвышенным  коммунистическим  идеалам.  Книга,  которую  вы сейчас взяли в руки, посвящена воспитательной работе с начальными  классами. Другими словами, она  посвящена миру детства.  А детство, детский мир -  это мир  особенный. Дети живут своими  представлениями о  добре и зле,  чести  и бесчестии, человеческом достоинстве; у них свои критерии красоты, у них даже