Физическую наследственность мы получаем от родителей, а духовную – через повторное рождение на Земле, то есть -  приносим ее из своих предыдущих жизней.

В. Е. Пешкова

             «Наделяет нас достоинствами природа, а помогает их проявить судьба» писал Франсуа де Ларошфуко. В этой фразе отражен весь спектр наследственности, с которой человеческая душа является в дольний мир: от генетической, до духовной. Первая определяет черты её человеческого воплощения, сильные и слабые стороны организма. Вторая задаёт предназначение и ведёт по жизненному пути неявным, но неотступным навигатором. Её называют судьба. Промежуточные, полевые формы наследственности человека во многом определяют черты его характера, склонности, таланты и противопоказания. Если человек чутко следует на своём жизненном пути тому, что называется его призванием, то судьба улыбается ему, помогает актуализировать свою самость и в конечном итоге, реализовать своё предназначение. Если же он остаётся глух к тихому голосу совести и слеп к Знакам судьбы на развилках жизненного пути, то судьба хмурится и может показаться ему даже безжалостной. Но и в этом случае, она лишь помогает ему вернуться на путь истинный и приступить к исполнению своего предназначения. За всем этим многообразием сюжетных линий, «случайных встреч», подарков и ударов судьбы всегда можно разглядеть «замысел режиссера», универсальный сценарий любой жизненной драмы – исполнение закона Кармы, погашение кармического долга. Этот долг накапливался не одну жизнь и не одной душой. В нём отражается судьба всего родового эгрегора, с которым душа связана неразрывными узами. Это только кажется, что человек рождается на свет подобно чистому листу. Он приходит сюда обременённый сплетением задач, неразрешенных им и его родственными душами в предыдущих воплощениях…

Короткая версия статьи на сайте «Живое Знание»

Физическая и полевая формы наследственности

             Рассматривая жизнь на Земле, как развивающуюся информационную систему в статье «Непроявленные информационные корни жизни», мы определили наследственность, как совокупность программ информационного обеспечения жизнедеятельности любого организма. Тогда с информационной точки зрения живые организмы можно рассматривать как операторов материального воплощение этих программ в онтогенезе, т.е. в течение жизни. У простейших, одноклеточных это воплощение исключительно генетической (молекулярной) наследственности, которая определяет состав и свойства строительного материала этих организмов в процессе синтеза белковых молекул . Избыточность и разнообразие вариантов скрещивания с последующим отбором по критерию выживания обеспечивает постоянное обновление генома данного вида одноклеточных организмов в сторону его оптимизации к изменяющимся условиям среды обитания. Любое удачное обновление закрепляется в информационном отображении популяции и проявляется в последующих его поколениях при эволюционном отборе. У более сложно организованных, многоклеточных организмов к генетической наследственности добавляется первая тонкоматериальная (полевая) форма наследственности - морфогенетическая, управляющая ростом и регенерацией форм. Понятие «морфогенетическое поле» в начале ХХ-го века ввел в рассмотрение российский биолог А.Г. Гурвич в связи с изучением форм наследственности, альтернативных генетическим. Спустя почти полвека британский биохимик и физиолог растений Руперт Шелдрейк в своей книге «Новая наука о жизни» использует термин «формативная причинность», подчёркивая первичность полевой формы наследственности. Этот взгляд вполне согласуется с первичностью непроявленного (информационного) модуса бытия, который мы подробно рассматривали в статье «Квантовая щель в метафизику». На уровне организмов, обладающих нервной системой, к этим двум формам наследственности добавляется еще более тонкоматериальный, поведенческий уровень (поведенческая причинность, «моторная матрица вида»). Успешные модели коллективного поведения сохраняются в виде паттернов безусловных программ психики особи (инстинкты) в коллективном бессознательном популяции . Необходимо отметить, что успешные в эволюционном плане формы организмов и их поведенческая активность модифицируют не только соответствующие тонкоматериальные информационные отображения, но также косвенно, путём положительной обратной связи они воздействуют и на геном. Действительно, за счет удачной морфологии и успешного поведения преимущество в размножении получат именно такие особи, что отразиться на доминировании соответствующего генотипа в популяции. Это происходит потому, что высшие, полевые формы наследственности не исключает, но включают в себя генетическую (физическую). Зародившаяся на стыке теоретической биологии и генетики эпигенетическая теория эволюции изучает этот феномен положительной обратной связи.

             Так Жизнь актуализирует себя не только на самом плотном, материально плане бытия в виде разнообразных форм, но и на все более тонких планах в виде первородных информационных матриц. Эти информационные прототипы живых форм уместно рассматривать как чертежи, по которым «собирается» более плотное, материальное тело.

             Вплоть до появления первых агентов Мирового Разума, обладающих собственным  абстрактным мышлением, эволюция двигалась к своим успешным новациям как бы «на ощупь», используя живые организмы в качестве своеобразного «щупа». Иными словами, в своём росте, развитии и сопряжении со средой обитания любой простейший организм полностью лишен свободы выбора даже в реализации своих поведенческих программ. Он строго следует в жёстком русле безусловных поведенческих паттернов. Геном определяет спецификацию материалов его клеточного строительства и метаболизма; морфогенетическая матрица – последовательность созревания, морфологию органов и структуру их расположения в теле; паттерны реагирования – безусловные программы поведения. У более сложных организмов появляется возможность модифицировать безусловные программы психики. Так возникают условные рефлексы и зачатки осмысленного поведения. Но, лишь с появлением человека, способного к абстрактному мышлению, живой организм впервые за всю историю эволюции жизни приобретает субъектность, т.е. возможность самоидентификации и рационализации восприятия (подробнее об этом в статье «на подступах к Разуму. Часть1: Мышление»). Это открывает перед ним возможность становления индивидуального сознания, членораздельной речи и свободы волеизъявления в поведении. Постепенно расширяя спектр программ развития психики, человек всё в бόльшей степени становится архитектором своей судьбы. Владение языком открывает ему еще один вид наследственности – культурный (цивилизационный). Этот уровень наследственности, очевидно, оперирует на порядки бόльшими объёмами информации, поскольку включает в себя и превосходит прежние два уровня – генетический и поведенческий. В самом деле, к прежним, внутренним носителям информации – геному и нейронным сетям, неотделимым от организма, здесь добавляется качественно новый, внешний носитель информации – речь и текст. В широком смысле слова язык - это способ кодирования и хранения всего культурного наследия данного этноса: духовные (религиозные, оккультные, мистические) учения; науки; произведения искусства; этические нормы и т.п. Итак, культурная наследственность включает генетическую и поведенческую, которые определяют характерные психосоматические черты представителей данного этноса. В дополнение к ним она формирует то, что принято называть культурным кодом народа. Что касается форм информационного отображения, используемых для хранения культурного наследия, то кроме материальных внешних носителей (летописей, скрижалей, памятников и т.п.) к ним можно отнести различные формы коллективного бессознательного . Причем, если коллективное бессознательное животных содержит паттерны целесообразного поведения и населяет лишь «нижние этажи» полевых форм жизни, то коллективное бессознательное человека простирается в тонкие (астральные и ментальные) планы бытия, формируя там архетипы антропогенных эгрегоров.

           Коллективное, родовое и индивидуальное бессознательное человека

             Полевые формы наследственности человека, которые воплощаются в его поведении, послужили катализатором появления психоанализа. Первоначально они ассоциировались с бессознательной подготовкой человека к деятельности: «Теория бессознательных умозаключений» Г. Гельмгольца; «Концепция раздвоения личности» П. Жане;  «Принцип ограниченности сознания полем внимания» У. Джеймса. Впоследствии 3игмунд Фрейд для объяснения всех этих явлений и обоснования своей модели многоуровневых мотивационных структур в персонологии вводит термин «подсознание». Им основоположник психоанализа обозначает всю совокупность влечений (мотиваций), которые находятся за пределами человеческого сознания, но во многом детерминируют его поведение. Фрейд утверждал, что все эти подсознательные мотивации в поведении человека можно свести к двум ключевым и противоположно направленным влечениям: к жизни и к смерти. Соответствующие энергии он называл эрос и танатос. Эрос — влечение к наслаждению и жизни — нацелена на развитие организма и его психики, а танатос — тяга к смерти — нацелена на их разрушение. В постоянном конфликте двух этих противоположных влечений по Фрейду протекает становление личности и её постепенное разрушение.   

             Ученик Фрейда и его постоянный оппонент, основоположник аналитической (глубинной, комплексной) психологии Карл Юнг не ограничивал человеческое бессознательное личным подсознанием, наполненным вытесненными влечениями. Значительную часть человеческого бессознательного по Юнгу занимает его принадлежность к коллективному бессознательному всего человеческого общества, играющему роль неявного основания человеческой психики. Коллективное бессознательное Юнг связывал с наследованием коренных ментально-чувственных первообразов (архетипов). «Это прообразы представлений человека о мире, носящие непреходящий характер и наследуемые из поколения в поколение. Это не наследование идей, как таковых, но наследование предпосылок к их возникновению» утверждал он в книге «Архетипы и коллективное бессознательное». При этом К. Юнг не исключал что, кроме коллективных хранилищ, не содержащих ничего индивидуального, психика наследует еще и «опыт с индивидуальным отпечатком».

             Как видим, и у Фрейда и у Юнга речь идёт именно о формах наследования психикой образцов мышления и поведения, однако термин полевая наследственность ими не использовался. Ничего удивительного в этом нет, - в первой половине ХХ-го века квантовая теория нелокальности еще только формулировалась, а теософское учение о тонких планах бытия отвергалось, как лженаука.

             Ещё более определённо о наследственности заявил в конце 30-х – начале 40-х годов ХХ-го века основоположник психологического учения о судьбе (судьбоанализа) Леопольд Сонди. По тем же причинам, он не использовал понятия «полевая наследственность». Вместо этого Сонди употребил термин либидотропизм, чтобы обосновать генетически детерминированный выбор брачного или полового партнера. Позже, расширяя спектр наследуемых влечений, он заменил его термином генотропизм. Под генотропизмом Л. Сонди понимал заложенную в латентно-рецессивных (временно заторможенных) генах силу влечения, которая притягивает друг к другу людей на основе их генетического родства. В основе его концепции родового бессознательного лежала идея о том, что гены связывают человека с его предками не только физиологически, но и психически, что выражается в пяти основных, наследуемых формах влечения:

• Либидотропизм - выбор брачного или полового партнера;
• Социотропизм - тяготение к людям со схожими рецессивными генами (выбор друзей);
• Оперотропизм - тяготение к определенным видам деятельности (выбор профессии или хобби);
• Морботропизм - возможность заболеть только определенным типом заболеваний (склонность к «родовым болезням»)
• Танатотропизм - выбор способа смерти, как повторения судьбы предка

             Пять отмеченных генотропических влечений выступают у Сонди как «способы, которые использует предок, чтобы проявиться в жизни потомка». Сонди утверждал, что адаптивные формы поведения передаются по наследству, и младенец уже в своем генотипе имеет набор обязательных приспособительных программ психики, которые определяют в конечном итоге его «физическое Я». В дополнение к перечисленным генотропическим влечениям Сонди добавляет потребность высшего порядка в самоотождествлении («аттрактор метафизического Я»). В диалектическом единстве потребностей физического и метафизического «Я» происходит уникальное развитие психики индивида в направлении, которое во многом наследуется от его предков. Спустя почти полвека на этом основании выросла так называемая психология эволюции, где каждой из потребностей физического и метафизического уровня было поставлено в соответствие своя программа («контур» в терминологии Р. А. Уилсона). Подробнее программы человека и их распределение по возрастам мы рассматриваем в статье «Программы человека. Духовный рост или деградация?».  

             Итак, основные разделы глубинной психологии включают три уровня рассмотрения бессознательного: личное бессознательное - психоанализ Фрейда, родовое бессознательное - судьбоанализ Сонди и коллективное бессознательное - аналитическая психология Юнга. Только в синтезе этих основных частей можно охватить целостную область человеческого бессознательного.

Карма и духовная наследственность

             Перечисленные генетические и полевые формы наследственности определяют соответственно внешние (физические) и внутренние (психические) качества человека, с которыми он вершит свою судьбу. А что же сама судьба, в какой мере она наследуется, а в какой творится самим человеком? Здесь мы подходим к теме вызревания  в психике человека его духовного плода («метафизического Я» в терминологии Л. Сонди). Этот процесс произрастает из наиболее общих и потаённых глубин человеческого бессознательного (полевых форм наследственности), с годами становясь все более осознанным. В силу трансцендентности понятия «духовный плод» и соответствующего влечения мы связываем его с проявлением в человеческом бессознательном Кармического закона. Этот высший уровень побуждений мы будем определять, как духовную наследственность (духовную причинность). Будучи связанной с каузальным (причинным) планом бытия, она определяет уже не столько физику и психику человека, сколько их сочетание, реализуемое в его судьбе. Духовная наследственность, очевидно, тем более жестко детерминирует судьбу человека, чем больше инкарнаций накопила человеческая душа (монада) и, следовательно, чем длиннее шлейф «кармических долгов», который тянется за нею. Законы Кармы и повторных инкарнаций детально обсуждаются в статье «Эволюционный смысл Кармы и реинкарнации». Существенным фактором, определяющим вызревание духовного плода в человеческой психике, является иерархия эгрегоров, которая может препятствовать, а может и способствовать актуализации в человеке его влечения к духовному пробуждению (подробнее в статье «Эгрегоры и психосфера тонких планов бытия»). Здесь мы рассмотрим динамику формирование родового эгрегора, его участие в формировании духовной наследственности и влияние на судьбу человека.

           Эволюционная задача человеческой монады

             Зерно Духа в человеке (его бессмертная душа или монада) согласно теософскому учению неотделимо от глобального процесса одухотворения материи (Великий Круговорот Духа). Здесь христианская идея индивидуального спасения трансформируется в идею духовного рождения индивида и осознания им своего глубинного единства с Творцом (Источником всего сущего). Задача каждого человека в избавлении себя от вторичности ложных отождествлений. Всё, что он должен делать на физическом плане своего земного существования — это неустанно стараться трансформировать себя в канал (если угодно, инструмент) для действия Творца. «Человек – это орудие эволюции, осознающее свои метацели». Так сформулировал это универсальное духовное предназначение человека британский биолог-эволюционист Джулиан Хаксли. Елена Блаватская в своей «Тайной Доктрине» отмечает: «Каждая человеческая монада, как духовное семя исшедшее из Источника Жизни, должна в окончательном результате своей эволюции целым рядом трансформаций проявить всю заложенную в ней потенциальную силу и, идя каждая своим путем, вырасти в подобие своего Творца. Это есть веление Космоса и задача жизни каждой монады».

             Воплощаясь в формах все более плотной материи, «зерно Духа» продолжает процесс формирования тел на более низких планах из матриц предшествующих планов. При этом оно вынуждено сужает канал своего приобщения к исходному единству с Источником всего сущего. Так происходит сокрытие Духа в процессе его нисхождения в материю или «редукция Мирового Разума в его человеческом воплощении». Ничего удивительного нет в том, что при обратном восхождении к все более тонким планам («возвращении к Отцу Небесному»), человеческая душа должна очищаться от всех метнально-чувственных наслоений (привязанностей), которые образовались в ней, пока она проживала земные жизни в духовной амнезии (забвении своей изначально божественной природы). В этом обязательном очищении души и состоит закон Кармы, в котором привязанности, требующие очистки, именуются кармическими долгами (негативной Кармой).

             Достигая каузального плана, очищенная человеческая монада сохраняет в себе всю историю воплощений «зерна Духа» в материи. Все промежуточные тонкие тела (матрицы нижележащих планов) постепенно исчезают, передавая на каузальный уровень, всё то, что может быть им воспринято из накопленного ими опыта. Так формируется монада – нетленная часть человеческой индивидуальности. «Весь разнообразный опыт, накопленный человеческой личностью, все блестящие качества, развитые им — всё это переходит в монаду и находит там гораздо более полную реализацию». Так описывает этот процесс Ч.У. Летбитер.

           Скрытая духовная наследственность

             К сожалению, своего высшего, духовного предназначения человек, как правило, не осознаёт так же, как не осознает он и общего тренда глобальной эволюции в сторону одухотворения материи. Духовная наследственность остается скрытой для подавляющего большинства людей нашей планеты. Причин этого, по меньшей мере, две. Во-первых, задержка в исполнении закона Кармы, которая может растягиваться на множество воплощений. Это связано с тем, что она определяется последовательностью «включения» программ развития психики и становления индивидуального сознания . Эта последовательность организована так, что метапотребность в духовном пробуждении если и выходит в приоритетный уровень, то лишь к завершающему этапу жизни человека, после преодоления личностью экзистенциального кризиса середины жизни. Во-вторых, игнорирование духовной наследственности является прямым следствием упомянутой выше духовной амнезии человека (клеша). Согласно современному теологу М. Мюррею Творец намеренно погружает душу человека в духовную амнезию при каждом воплощении в теле, ради сохранения свободы его волеизъявления. «Так делает Бог, по крайней мере, на то время, пока человек активно участвует в формировании своего характера, ибо человек должен самостоятельно и бескорыстно вырасти до любви к нему. В противном случае его любовь обратится в сделку, которая гарантирует ему попадание в рай». Всё это даёт основания говорить о духовной (кармической) наследственности, как о максимально скрытой форме полевой наследственности. Термин «скрытая» (неявная) не должен вводить в заблуждение. Речь идёт о первичной, если угодно основополагающей, полевой форме наследственности. Именно она руководит процессом духовного пробуждения человека и регулирует последовательность включения метапрограмм развития его психики  и становления индивидуального сознания подобно тому, как скрытый порядок информационного уровня в концепции Дэвида Бома неявно определяет становление всего материального мира. 

              Вообще, полевые формы жизни и, тем более, наследственности, потому и отрицаются наукой, что проявляются медленно и неявно. Законы физики действуют практически мгновенно. Они проявляются жестким энергообменом (физической причинностью) и, потому, поддаются экспериментальной проверке и научному описанию. Законы же роста и развития живой материи регулируются тонко-полевыми формами наследственности (информационной причинности). Поэтому они не столь очевидны. Что же до закона Кармы, который управляет духовной наследственностью, то задержка в его исполнении, сопоставима с продолжительностью человеческой жизни.

             С чем связана такая значительная пауза в исполнении?

             Здесь, как и во всех законах природы, проявляется высшая целесообразность и гармония. При ближайшем рассмотрении оказывается, что «иначе и быть не может». Во-первых, человек часто совершает свой выбор, на развилке судьбы, не всегда обдуманно, но поддаваясь эмоциям и даже в состоянии аффекта. Как существо обладающее духовным измерением, совестью и, наконец, даром абстрактного мышления, человек, благодаря этой паузе, потенциально всегда имеет шанс передумать и «отработать назад», не отягощая своей Кармы. Во-вторых, мгновенная реализация закона Кармы не дала бы человеку возможности активно выбирать собственную модель поведения. Получая мгновенную реакцию со стороны среды обитания, он вынужден был бы только рефлексировать, и такая ситуация практически лишила бы его свободы воли. Наконец, закон Кармы осуществляется на самом тонком из доступных человеческому сознанию планов бытия – каузальном (причинном), где уровень нелокальности (квантовой запутанности) по соответствующим внутренним степеням свободы максимален. Соответственно, его действие распространяется на всех, кто оказался связан с его главным действующим лицом в эгрегорах семьи, рода, страны. Образно говоря, человек погружен в живую и реагирующую на него «Паутину жизни» (термин квантового физика Фритьофа Капры), с которой он связан тысячами тончайших нитей кк на физическом уровне, так и на тонких планах. Уже на уровне восьми-девяти поколений уходящих вглубь истории оказывается, что все люди связаны генетическим  родством. Что уж говорить о более тонком, полевом уровне коллективного бессознательного! Поэтому, как справедливо отмечает Олег Еременко в своей книге «Возвращение силы рода», «…любой поступок любого человека на Земле обязательно отразится на всём Родовом Древе человечества». Все эти связи должны быть «отслежены» до конца прежде, чем совокупное следствие всех возникающих из них причин будет собрано и готово к обратному действию. Нет ничего удивительного в том, что на материальном плане задержка в исполнении закона Кармы соизмерима со сроками жизни. При этом «расчёт» за нарушение закона Кармы приходит неизбежно. Этот «расчёт» – суть, плата человека за «роскошь» быть представителем Мирового Разума в биосфере Земли, носителем индивидуального сознания и, как следствие, обладать свободой в ранжировании своих потребностей и выборе приоритетов их исполнения . Осознанное, но чаще бессознательное, соучастие в эволюции Духа на планете Земля (в становлении ноосферы) для любого человека оборачивается высокой вероятностью совершения им ошибочных шагов, противоречащих эволюционным метацелям (предназначению), изначально заложенным в человека. Причины ошибочных шагов на ключевых развилках судьбы кроются в забвении человеком своих духовных корней (душевной амнезии) и в его ложной самоидентификации. Избежать этого «помрачения» не удаётся никому. Все великие религии утверждают, что мы отделены от своих божественных корней и потому не осознаем своей подлинной природы. В индуизме и буддизме забвение этих оснований («божественной природы») именуется «омрачением сознания» (клеша), в даосизме — отклонением от пути Дао, в иудаизме и христианстве —  «грехопадением».

             С точки зрения гуманистических ветвей психологии так происходит потому, что потребности духовного (метапотребности) уровня если и пробуждаются в человеке, то далеко не сразу. Как любое семя, «зерно Духа» - человек - вначале должен выжить и укорениться в среде своего обитания. Вот тут-то и начинаются неизбежные проблемы становления индивидуального сознания человека, которые влекут за собой весь колоссальный разброс в его самоидентификации, мотивации и поведении, влекущие за собой как судьбы грешников, так и жития святых. Средой обитания человека является, прежде всего, общество, в котором он рождён и от которого получает культурную наследственность. Торжество новой веры в золотого тельца и обожествление вещизма в современном обществе потребления многократно увеличивают торможение развития духовности и, как следствие, вероятность накопления негативной Кармы. Не вдаваясь в анализ причин токсичности современного информационного общества (подробнее в статье «Сумерки божественного в человеческом»), мы лишь зафиксируем, что нарушения закона Кармы, как правило, лишь накапливаются с течением человеческой жизни. Этот феномен является следствием неверного (противоречащего предназначению) выбора человека на любом рубеже судьбы, где ему этот выбор предоставляется. Таких «рубежей» волеизъявления в человеческой жизни великое множество. Вероятность «неверного выбора» на каждом из них тем выше, чем дальше человек отходит от траектории пути своего духовного пробуждения. Чем обусловлен подобный отход и на каком этапе жизненного пути он становится необратимым, мы подробно обсуждали в статье «Духовный рост или деградация?». Практически, речь всегда идёт о том, какую из потребностей человеку следует удовлетворить на очередном поведенческом шаге: животную, личностную или надличностную (духовную). В подавляющем большинстве случаев, выбор делается не в пользу духовной потребности. Так происходит не по злому умыслу, но от недостатка осознанности и времени на раздумья. Банальная спешка ведет к тому, что выбор делается неосознанно (по инерции), на основании шаблонов поведения, выработанных с годами. Именно из этих элементарных выборов складывается затем судьба, как отражение путей достижения жизненных целей. К тому же человек с годами всё больше вовлекается в поле притяжения эгрегоров разного уровня: от мощных, эмоционально окрашенных и коротко живущих эгрегоров малых групп, до слабых но «долгоиграющих» эгрегоров ментального уровня, охватывающих громадные массы людей (религиозные, национальные, культурологические и т.п.). Человек буквально теряет направление в лесу эгрегоров, в который он погружается все глубже. В грохоте информационного шторма и мощном влечении эгрегоров нижних планов тихий голос Высшего Разума (зов совести) становится неразличим. Но это не означает, что «этот маяк перестаёт светить». Напротив, духовная наследственность, определяемая законом Кармы, играет роль постоянно действующего, тихого, но верного навигатора внутреннего пути человека сквозь «Паутину жизни» с её уроками и испытаниями к своему духовному пробуждению. Эта навигация неявна, в ней отсутствуют подсказки, однозначные описания и указатели маршрута. Её язык К. Юнг определял как проявление надфизической причинности (синхроничности), данный человеку в неслучайных событиях и встречах на ключевых развилках его жизни, в смутных ощущениях уже виденного (déjà vu), в неясном зове внутреннего голоса и т.п. «Случайностей не существует: люди даны нам или как пример правильной жизни, либо как предупреждение» так определял синхроничность поэт Эдуард Асадов. С этой точки зрения духовная наследственность даёт человеку лишь границы возможного, но свою судьбу человек вершит сам всей суммой своих выборов, на предоставленных ему его духовной наследственностью развилках.

             Итак, избежать влияния эгрегоров разного уровня в течение жизни практически невозможно. Важно понимать, что эти тонкоматериальные аттракторы могут играть как роль маяков, так и ловушек. Речь идёт о родовых эгрегорах разного уровня стабильности и силы.

Родовые эгрегоры на пути реализации духовной наследственности

             Человек связан со своими предками всеми, перечисленными выше формами наследственности. При этом генетическая связь формально определяется его родителями (первым поколением предков), которые опосредованно несут в себе участие всех предшествующих поколений. По мере продвижения вглубь истории рода (вверх по линии кровного родства), доля каждого из участников в геноме будет сокращаться по закону 2 в степени –N, где N - номер поколения. Так, вклад в геном человека каждого представителя, например, 7-го колена его предков составит уже менее одного процента (1/128 = 0,0078). Что касается полевых форм наследственности, то здесь влияние предыдущих поколений, напротив, возрастает, составляя ментально-нравственную основу бессознательной части психики человека. Одновременно стираются и грани между родовыми вкладами в общее ментально-чувственное поле эгрегора этноса. Поэтому какие-либо количественные заключения о числе поколений «вкладывающих в силу данного рода» выглядят спекулятивно. Именно так следует трактовать броские расшифровки, кочующие по просторам интернета, где слово «семья» якобы кодирует тайный смысл семи колен рода. Во-первых, в древнерусском языке местоимение первого рода звучало как «азь», а цифра семь писалась через «д» (отсюда «седьмой»). Во-вторых, слово «семья» происходит от древнерусского «сѣмьѧ» - «семя», т.е. никаких числительных и местоимений оно не содержит. Наконец, и это самое главное, понятие «родство» не ограничивается генетической (кровной) наследственностью и даже не обязательно опирается на неё.

             Чтобы разобраться во всем этом, нужно представить себе иерархию эгрегоров и динамику её становления. В статье «Эгрегоры и психосфера тонких планов бытия» мы детально обсуждаем природу этих тонкоматериальных аттракторов с позиций квантовой теории нелокальности. Здесь лишь кратко суммируем изложенное там, чтобы прояснить такие модные в современной эзотерической литературе термины, как «сила рода», «зов рода» и т.п.

             В иерархии квантовой запутанности тонких планов бытия первичность принадлежит тем из них, в которых выше доля информации в энергоинформационном обеспечении («витальность»). Слагающие их подсистемы создают матрицы для построения и существования своих аналогов на внутренних, менее тонких планах. Информационной матрицей астрального тела человека, является его ментальное тело и так далее вниз, до материального тела, которое «создаётся по чертежам» своего эфирного двойника, известного также как морфргенетическая матрица. С эволюционной точки зрения информационные матрицы накапливают и сохраняют успешные результаты эволюции психики, т.е. определяют полевые формы наследственности. Неудачные паттерны уничтожаются в ходе растворения соответствующих тонких тел (очищения души). С метафизической точки зрения эгрегоры являются неизбежным результатом квантовой запутанности тонких тел тех сущностей, которые населяют тонкие планы и подпитывают их своей энергией.

             Чем ниже (ближе к материальному плану) уровень рассматриваемого эгрегора, тем выше доля энергии в его энергоинформационном обмене с окружением, тем короче срок его жизни. Так для биосистем, не обладающих развитыми астральными и ментальными телами, эгрегоры объединяют эфирные тела, формируя стаи птиц, рои насекомых или толпы людей. Эти объединения относительно кратковременны и малочисленны. Зато сила взаимодействия особей в них велика по сравнению с более тонкими (одухотворёнными) - астральными и ментальными эгрегорами. Как отмечал Гюстав Лебон («Психология народов и масс»), человек, растворяется в толпе, превращаясь в клетку недолговечного витального организма. Напротив, эгрегоры высоких уровней иерархии тонких планов долговечны (существуют тысячи лет по линейной мере земного времени). Они медленно накапливают свой энергоинформационный потенциал за счёт менее стабильных, но более мощных эгрегоров низших уровней. Таковы, например, эгрегоры религий, питаемые эгрегорами конфессий, отдельных паств и, наконец, отдельных приходов.

             На уровне каузального плана, где нисходящий энергоинформационный поток  от вышележащих божественных планов обретает форму смыслов и архетипов, доступных для ментально-чувственного восприятия лишь человеком, можно предполагать существование вечных (божественных) эгрегоров. На этом уровне человеческая монада обретает полную ясность своего предназначения. Здесь же (не без участия просветлённой монады) определяется и её духовная наследственность. Притяжение этих вечных эгрегоров придаёт человеческой монаде (душе, зерну Духа в материи) потенциал для «всплытия из глубин материального плана». Благодаря ему душа человека, подобно блудному сыну, «возвращается к своему Отцу небесному», пробившись сквозь преграды и ловушки вышележащих эгрегоров эфирного, астрального и ментального планов. Отсюда же, пересмотрев достижения своих воплощений, она отправляется обратно, в свои повторные инкарнации.

             Любой антропогенный эгрегор зарождается на основе эмоций-чувств-идей, которые скрепляют входящих в него людей и подпитывают родительские эгрегоры высшего уровня. Подобно кристаллу, новорожденный эгрегор нуждается в центре кристаллизации, в качестве которого выступает обычно некая харизматичная личность (пассионарий по Л.Гумилёву), которая служит ему своей тонкой сущностью в качестве аттрактора (центра кристаллизации). Первичной скрепляющей силой здесь служит эмоция. Если она подкрепляется в дальнейшем чувством и основополагающей идеей, то время существования эгрегора возрастает, существенно превышая продолжительность жизни своего родителя - аттрактора, в противном случае эгрегор быстро угасает.

             Итак, сцепление (квантовая суперпозиция) людских желаний, устремлений и взглядов на тонких планах порождает на материальном плане их общность - от сиюминутной стихийной толпы фанатов до многовековой религии. В этом ряду родовые эгрегоры занимают промежуточное положение по продолжительности жизни (стабильности).

             Любой эгрегор рода энергетически «питается» коротко живущими, но мощными эгрегорами семей, входящих в него по генетическому признаку. Семья – главный терминал генетической наследственности и транслятор всех полевых форм наследственности для ребенка, который возникает в её лоне. Причем гены передаются с момента зачатия, а вот все последующие формы наследственности разворачиваются по мере развития плода, а затем и индивидуального сознания человека. Именно поэтому, распад семьи никак не отражается на геноме человека рождённого в ней, а вот поведенческая и, в особенности, культурная полевые формы наследственности страдают, поскольку распад семьи на тонком плане прерывает непосредственную связь с родовым эгрегором. Чем в более раннем возрасте происходит подобный распад, тем больше урон для тонкоматериальных форм наследственности. Впрочем, оставаясь жить на Родине своих предков, человек, тем не менее, получает связь с эгрегором своего рода опосредованно, через эгрегор этноса, который включает в себя и его род в том числе. Если же человека еще в детстве отрывают и от Родины его предков, вывозя в иную культурную и языковую среду и обрывая все связи с Отчизной, то его родовая и культурная наследственности тем самым обрываются. Даже если семья при этом сохраняется, генетическая наследственность не может компенсировать этой потери. Лучшее доказательство этому – крайняя форма обрыва полевых форм наследственности, которая проявляет себя в синдроме Маугли (неизменном одичании ребенка, вырастающего вне человеческого общества).

             Родовой эгрегор более живуч, чем семейный, поскольку он питается еще ментально-чувственной энергией, нисходящей из долговечного эгрегора этноса (народа), который его вмещает. Постоянно обновляясь, за счет пополняющих его поколений и пополняя собой вмещающий его эгрегор этноса, он постепенно видоизменяется. Одновременно модифицируются и особенности рода, как на генном, так и на культурном уровнях. Если в роду накапливается число вредоносных генов, то происходит постепенное его физическое вырождение. Известные из истории, вырождения властвующих династий при кровосмешении – яркие примеры такого эффекта. К счастью справедливо и обратное: внесение в родовую цепочку генных модификаций сильных и жизнестойких генов укрепляет физическую составляющую родовой наследственности. Появление харизматичного родового пассионария порождает новый центр кристаллизации, увеличивает притягательную силу рода на эмоционально-чувственных планах и, как следствие, продлевает его существование, как специфического, родового эгрегора в составе эгрегора этноса и всего человечества.

             А что же духовная наследственнгость? В какой мере она влияет на устойчивость и долголетие родового эгрегора? Если в роду накапливается совокупный кармический груз, то вслед за этим ослабляется его духовная компонента. Тогда можно говорить о духовном вырождении рода. Последнее еще страшнее, чем физическое, поскольку является первичным и влечет за собой неминуемое его физическое вырождение (в том числе и так называемые Кармические болезни). Но и здесь вмешательство умудренной опытом многих жизней души, способно существенно исправить ситуацию не только для своей персональной кармы, но для кармического груза рода, с которым она сцеплена причинными узами наследственности. Именно поэтому, каждый человек зависит от питающего его всеми формами наследственности родового эгрегора и, вместе с тем, вносит свой вклад в его живучесть своим образом жизни, поведением, чувствами и мыслями. В этом смысле каждый из нас является заложником и одновременно спасителем своего рода.

             Чем в более тонкие планы мы уходим, пытаясь проследить индивидуальный вклад и особенность человека, тем труднее это сделать, поскольку квантовая запутанность возрастает. Точно также постепенно тают, растворяясь в коллективном бессознательном этноса и далее человечества, вклады родовых эгрегоров. На каузальном уровне духовные компоненты людей объединены в нелокальное единство порождающего их Творца. Лишь титаны духа, подобные великим пророкам человечества Будде, Иисусу, Мухаммеду или Зороастру, способны породить эгрегоры соответствующих духовных и религиозных эгрегоров, которые питаются и питают ментально-чувственные планы ноосферы Земли на протяжении многих сотен лет.

             Итак, родовой эгрегор сочетает в себе все виды наследственности: от молекулярной (генетической) до высшей полевой (духовной). Он порождается мощными, но нестабильными эгрегорами семей, и одновременно питает вмещающий его эгрегор этноса (народа). В этом смысле следует отличать краткосрочное кровное родство от долговечного духовного. При этом одно не исключает другого. Более того, родовой эгрегор исполняет роль линзы, которая фокусирует линии судеб входящих в него человеческих монад, для исполнения своих кармических задач (воплощения духовной наследственности).

         Кровное родство

             Кровное родство основано на происхождении от общего предка, что может быть объективно подтверждено генетической экспертизой ДНК. Иными словами, кровное родство формально определяется как принадлежность единой генетической линии наследственности. Степень кровного родства формально определяется количеством рождений, от одного кровного родственника к другому. Брат и сестра, рожденные от общих родителей, принадлежат общему поколению (одному колену) и находятся в ближайшей степени родства друг к другу. Дети, рожденные от родителей, часть из которых (отец или мать) находятся в ближайшей степени родства, принадлежат одному поколению, но находятся уже во вторичной степени родства (двоюродные братья/сестры).  Нисходящая от предка к потомку цепь кровных родственников, следующих непрерывно поколение за поколением, образует линию кровного родства. Общий предок может породить множество линий. Каждое следующее поколение в этом расходящемся веере линий объединено по горизонтали общим «коленом» родового дерева (отсюда происходит слово поколение).

             Принадлежность единому родовому дереву еще не гарантирует эмоциональной или ментальной близости (не говоря уже о близости духовной). Безусловно, братья и сестры могут иметь много общего, хотя не редки и противоположные случаи. Если разница в возрасте ближайших родственников (братьев/сестер) не велика, то их близость во многом - следствие их принадлежности общему поколению с его модами, мемами, идеалами и антигероями. Разрыв в мироощущении родичей разных колен чувствуется уже на интервале одного поколения. Классический конфликт «отцы и дети» - это как раз об этом. Что уж говорить о разнице в два поколения и более. Что касается генетического наследия, то проследить его специфику по восходящей линии к все более дальним предкам становится затруднительно уже на 4-5-м колене, где число вкладчиков генетического материала в данный геном меряется уже десятками. Выяснение степени кровного родства между людьми, как правило, представляет юридический интерес в спорах о наследстве, но мало что сообщает о близости взглядов, общности интересов, схожести чувств – всём том, что объединяется термином «родственная душа».

         Родственные души

             В существовании сплоченности высшего, духовного уровня, которую принято обозначать термином «родственность души», практически никто не сомневается. Мало кого минует на жизненном пути удивительное чувство родственности с, казалось бы, чужим человеком, не связанным с нами узами близкого кровного родства. В общении с таким человеком синхроничность Юнга проявляется явно: мысль или побуждение считывается еще до того, как озвучивается словом, совпадение эмоциональных реакций, близость вкусов и оценок поражает. Все это мы называем «встречей родственных душ». Если у встречающихся отсутствуют аномалии в половой идентичности, то такие «случайные пересечения» жизненных путей нередко оканчиваются счастливым браком, а в однополом случае – «дружбой до гроба». Однако в чем же состоит родственность? Насколько велик пул родственных душ? Что является скрепляющим их основанием? В какой мере душевное родство является скрепами общего рода? Увы, в определении родственности душ не помогут ни родословные летописи, ни современные средства анализа генетической идентичности. Пожалуй, единственным источником хоть какой-то информации могут служить протоколы регрессии в прошлые жизни в состоянии глубокого транса (под гипнотическим воздействием мастеров регрессионной психотерапии). За последние полвека накоплены десятки тысяч подобных протоколов. Вот как описывает феномен родственности душ один из основоположников регрессионной психотерапии, первый президент Общества Духовной Регрессии Майкл Ньютон в своей книге «Предназначение души»: «Мы контактируем с людьми на многих уровнях: от деловых, до семейных. Но лишь глубокое родство душ способно создать условия, как для возникновения, так и для преодоления кармических уроков, определяющих нашу судьбу. Это родство порождает глубинную связь между людьми. Она сильно отличается от страстной влюбленности, которая существует на поверхностном уровне и достаточно быстро угасает». Практика регрессионного анализа показывает, что сообщество родственных душ реально существует на тонких планах человеческого бытия. Пул ближайшего духовного родства невелик (обычно не превышает 20-ти индивидуальных монад), но чрезвычайно стабилен. Родственные души принадлежат примерно общему уровню зрелости и могут сохранять близость сотни лет, переходя из одной жизни к другой. Их «случайные пересечения» на материальном плане совместного бытия можно рассматривать, как воплощение единой духовной наследственности, поскольку они связаны общностью Кармического груза, и в его преодолении они являются друг другу помощниками. От жизни к жизни меняются лишь роли. Бывшие супруги могут вновь повстречаться как друзья или близкие кровные родственники. Отнюдь не всегда такие встречи несут с собой радость и облегчение. Бывает и наоборот. Смена социальных ролей в очередном пересечении судеб, часто оборачивается воплощением закона Кармы, который требует пересдать «невыученный урок» из прошлых воплощений. К примеру, родитель, бросивший своих детей, в следующей жизни оказывается на их месте, ибо понять всю тяжесть содеянного можно лишь испытав такое же на себе. Участниками подобных психологических расстановок как раз и являются родственные души. Помощь не всегда безболезненна, но всегда благочестива!   

Предсказуемость судьбы

             Словосочетание «предсказание судьбы» выглядит и звучит столь заманчивым для любого человека, что им с давних пор и весьма успешно пользуются разного рода предсказатели: от цыганок на вокзалах до самопровозглашенных ясновидцев и медиумов-прорицателей.

             Парадоксально, но в древнегреческой философской традиции понятие «судьба» связывалось как раз с непредсказуемым (непредвидимым) компонентом человеческой участи. Судьба представлялась как вмешательство непреоборимой, высшей силы. Слово τύχη (случай, встреча) получило здесь значение судьбы и в этом смысле употреблялось, а имя Тихе было дано богине судьбы. Так, древнегреческий историк Геродот утверждал: «Того, что должно случиться по воле божества, не в силах отвратить человек». Чувство справедливости, понимаемой в смысле воздаяния каждому по его делам, побуждало пытливые умы древних греков доискиваться причин такого божественного вмешательства. Чаще всего они связывали судьбу человека с прегрешениями своих предков. В этом последнем случае с особенной яркостью выступает тесная взаимная связь всех членов рода, а не только семейства. Воспитанный в родовых отношениях, грек был глубоко убежден в необходимости искупления потомками вины предков. Этот наследственный мотив мы находим в народных сказаниях и мифах древней Греции.

             Если же отталкиваться от этимологии русского слова судьба, то в нём прямо закодирована духовная наследственность, ибо оно происходит от слова Суд. Поскольку судьба обычно оценивается в ретроспективе прожитой жизни, то речь, очевидно, идёт о высшем, Небесном Суде. В русской православной традиции этот высший Суд являет неизбежность расчета по грехам (кармическим долгам), т.е. духовную наследственность.

             Итак, Судьба издревле толковалась, как проявление некой высшей, божественной справедливости, которая способна перевернуть любые человеческие планы и предначертания. В этом смысле она заранее непредсказуема. Её можно описать и оценить лишь в ретроспективе, как некий концентрированный итог человеческой жизни, как пройденный человеком путь со всеми его вершинами и впадинами.

             В какой мере этот путь предопределён заранее, т.е. может быть предсказан?

             Классик концепции Судьбоанализа Л. Сонди, изложенной им в одноименной книге, рассматривал судьбу, как результат всей совокупности волеизъявлений (выборов), который совершает человек на развилках своего жизненного пути. При этом, часть из них: выбор брачного или любовного партнёра, друзей, соратников, профессии и даже способа смерти Сонди связывал с родовой наследственностью (генотропическим влечением). В той мере, в какой набор перечисленных специфических выборов является наследственно обусловленным, имеет смысл говорить об анализе судьбы индивида. Что касается прогноза, то здесь речь может идти лишь о некоем вероятностном подходе, поскольку в каждом человеке, по мнению Сонди, заложено множество вариантов реализации его судьбы. Причем часто варианты носят противоположный характер[1].

             С таким подходом вполне согласуется концепция полевых форм наследственности (надфизической причинности) Р. Шердрейка. В самом деле, любое информационное отображение (морфогенетическая матрица, моторная матрица или коллективное бессознательное) представляет собой синтез удачных шагов эволюционного отбора. Так шаблон поведения, по сути, представляет собой повторение элементарных поведенческих шагов, приносящих успех. В той мере, в какой предок повторяется в потомке, оправдана и возможность прогноза. Очевидно, что физическая наследственность (генотип), наиболее предсказуема, поскольку элемент случайности (мутагенеза) в ней минимален. Именно поэтому трудно ожидать в семье метисов светловолосого, голубоглазого ребёнка с чертами будущего викинга. В меньшей степени предсказуемо поведение, поскольку в нём уже могут проявляться индивидуальные особенности и весь субъективный опыт жизни, который с годами лишь пополняется. Еще менее предсказуемы реализации высших полевых форм наследственности (культурной и духовной), поскольку в них неявно присутствует свобода волеизъявления индивида и его социальная обусловленность. Точно так же, как генетическая наследственность определяет лишь строительный материал, из которого будет затем, по «чертежам» морфогенетической матрицы выстраиваться тело организма, тонко-полевые виды наследственности (культурная и духовная) дают лишь «каркас» будущей судьбы человека, её вероятностную модель. Результат же – судьба – определиться по итогу жизни всей совокупностью сделанных человеком выборов на путевых развилках его жизни.

             С этой точки зрения возможности прогноза судьбы по звездам («матрице судьбы») или по дате рождения («нумерологический прогноз судьбы») выглядят иллюзорными. В самом деле, ежедневно в мире рождается примерно 400 тысяч детей, объединённых общей датой рождения. Неужели можно всерьёз ставить всем этим людям, с заведомо разной генетической и поведенческой, культурной и духовной наследственностью, идентичный прогноз по их будущей судьбе? Впрочем, авторы подобных прогнозов, проявляя осторожность, оставляют коридор возможностей своего прогноза настолько широким, что уместнее говорить уже не о прогнозе, а о рекомендациях общего характера. Судите сами. Ниже приведен прогноз на 2024-й год для человека, родившегося 10-го января 1990-го года.

             «Благоприятный исход года ожидается, если: выбор своей реализации будет делаться, исходя из милосердия, а не из желания показать свою значимость; бόльшая часть времени будет посвящена созиданию, изобретению, созданию каких-то материалов, возможно, книг и т.п.; вы пойдете по истинному пути своего саморазвития; вы попрощаетесь с ненужными неэффективными моментами жизни – начинаете новые, необходимые».

             Нетрудно догадаться, что неблагоприятный исход прогнозируется подстановкой частицы «не» в каждом из выше перечисленных выборов. Достоверность такого «прогноза» действительно близка к стопроцентной. При этом его специфичность стремиться к нулю подобно предвыборной программе, в которой кандидат прописывает, что будет следовать на своём посту «всему хорошему», а противодействовать «всему плохому».    

Выводы

             Человек, как любое живое существо, последовательно воплощает в своем развитии программы наследственности. Однако в отличие от животных, чьи программы не требуют вмешательства сознания, человек может сформироваться как духовная сущность лишь, воплощая высшие полевые формы наследственности – культурную и духовную, требующие для своего выполнения сознания. На начальном этапе жизни, когда зародышем будущего человека управляют, главным образом, обязательные к исполнению (безусловные) программы роста его тела и развития психики, он выступает в роли бессознательного акцептора своего семейного эгрегора, через который он подключен к эгрегору своего рода. От семейного эгрегора он получает особенности своего тела, характера и потенциал к их развитию. По мере взросления и становления личности, роли в энергоинформационном обмене «человек – родовой эгрегор» постепенно уравниваются. Личность, набирающая зрелость за счет культурных форм наследственности, начинает вносить свой посильный вклад в эгрегор рода и через него – в эгрегор этноса (народа). Наконец, по мере духовного пробуждения, человек осознаёт в себе носителя духовной наследственности, которая побуждает его к исполнению закона Кармы путём отработки собственных кармических долгов и помощи в отработке кармических долгов своего рода. Чем раньше это случается, тем выше вероятность успеха на этом поприще.

             В психологии обусловленность поведения и становления индивидуального сознания полевыми формами наследственности связывалось с понятием бессознательное. Причем, классический психоанализ З. Фрейда исходил из индивидуального бессознательного (подсознания), как вместилища двух ключевых неявных влечений человека: к жизни (эрос) и к смерти (танатос). В аналитической психологии К. Юнга фундаментом психики человека считается коллективное бессознательное, объединяющее весь опыт человеческой культуры в сконцентрированном виде (архетипы коллективного бессознательного). Наконец, основоположник судьбоанализа Л. Сонди выделял промежуточный, родовой уровень коллективного бессознательного. В основе его концепции родового бессознательного лежала идея о том, что гены связывают человека с его предками не только физиологически, но и психически.

             При всей уникальности персональной судьбы, её траектория, в конечном итоге, оказывается результатом совместных усилий индивида и сопряженных с ним помощников – его родственных душ, которые сопровождают его духовное становление из одного воплощения в другое. В «случайных пересечениях» родственных душ на поле их материального воплощения родовой эгрегор играет роль многоуровневого аттрактора. В широком смысле родство не исчерпывается кровными узами. Родственники по крови могут не быть родственниками по духу, поскольку их уровни духовной зрелости сильно отличаются.

             В каком же смысле можно говорить про силу (зов, влечение) рода и опору на него?

             Здесь важно правильно расставить приоритеты. Иерархия наследственных программ повторяет иерархию тонких планов бытия. Первичны программы духовной наследственности. Именно они приводят к выбору рода и семьи, в которой человеческая монада (душа) воплотится. Все остальные программы будут лишь следствиями этого ключевого выбора будущей судьбы. Реализация же человеком своего духовного предназначения будет, в конечном счете, детерминирована всей совокупностью его выборов на судьбоносных развилках жизненного пути. Результат определиться по итогу жизни. Обладая одной и той же наследственностью на всех уровнях, от физического до культурного, одна душа может реализовать судьбу Авеля, а другая – Каина. Однако не стоит спешить с приговорами! Общий итог по всему роду подведёт закон Кармы. Убийца в одной жизни должен отработать судьбу жертвы в другой и наоборот…

Литература

1. Блаватская Е.П., «Тайная Доктрина»
2. Еременко О., «Возвращение силы рода»
3. Капра Ф., «Паутина Жизни»
4. Клизовский А.И. «Монада или зерно духа»
5. Лебон Г., «Психология народов и масс»
6. Ледбитер Ч.У. «Монада»
7. Ньютон М., «Предназначение души»
8. Попов В.Д., 2010. Духовно-информационная природа и сила эгрегора»
9. Силин А.А., «Живое в концепции информационных отображений»
10. Сонди Л. «Я-анализ»
11. Сонди Л. «Учебник экспериментальной диагностики влечений»
12. Сонди Л. «Судьбоанализ»
13. Тейяр де Шарден П., «Феномен человека»
14. Тихомиров А, «Паутина судьбы, реинкарнация и карма»
15. Шелдрейк Р., «Новая наука о жизни»