Уголовно-процессуальное право Российской Федерации, учебник (стр. 2 )

Уголовный процесс представляет собой систему правовых средств, обеспечивающих применение норм уголовного права путем установления фактических обстоятельств события, лица, совершившего определенные действия, его вины, последствий его действий и др., т. е. путем установления наличия или отсутствия в конкретном случае оснований уголовной ответственности или освобождения от нее (ст. ст. 5, 8, 19, 43,УК).

Материально-правовые (уголовно-правовые) отношения фактически возникают между лицом, совершившим преступление, и государством в момент совершения преступления. Преступление является тем юридическим фактом, который порождает право государства на наказание виновного, а у лица, совершившего преступление, - обязанность нести ответственность за свое деяние. Для реализации этого права государства должно быть установлено предусмотренное уголовным правом основание ответственности - совершение деяния, содержащего все признаки преступления, предусмотренного Уголовным кодексом (ст. 8 УК).

Уголовно-правовое отношение вызвано к жизни фактом совершения преступления. Однако реализовано оно может быть только через деятельность субъектов уголовно-процессуальных отношений: с одной стороны, с помощью субъектов уголовного процесса, управомоченных на производство по уголовному делу (следователь, прокурор, суд), а с другой - через реализацию прав подозреваемого, обвиняемого, его защитника, представителя.

В приговоре суда реализуется право государства возложить на виновного ответственность или освободить от нее. Таким образом, уголовный процесс обеспечивает реализацию норм уголовного права <*>.

<*> См.: Прошляков материального и процессуального уголовного права. Екатеринбург, 1997.

Подчеркивая связь уголовного и уголовно-процессуального права, надо иметь в виду, что каждая из этих отраслей права имеет свои задачи, сущность и содержание. Для взаимосвязи уголовного и уголовно-процессуального права важно, чтобы эти обе отрасли права строились на демократических принципах. Задачи УК РФ, а также принцип законности, равенства граждан перед законом, принцип вины, справедливости и гуманизма, лежащие в основе УК РФ, должны определять применение норм УК в уголовном судопроизводстве.

§ 8. Уголовно-процессуальное право и нормы морали

В уголовном процессе, как и в других сферах общественной жизни, регулятором поведения людей, средством организации взаимоотношений между ними служат не только правовые нормы, но и нормы морали (нравственности). Мораль как форма общественного сознания действует, существует в виде суждений, представлений людей о добре, зле, справедливости, чести, долге, гражданственности. Соответствующие моральные нормы в сознании людей служат регулятором их поведения.

Это положение важно для характеристики взаимоотношения права и морали в регулировании уголовно-процессуальных действий и отношений.

Взаимодействие права и морали в сознании дознавателя, следователя, прокурора, судьи влияет на тактику их поведения, манеру общения с обвиняемым, свидетелем, потерпевшим и даже на выбор правового решения, когда в рамках правовой нормы это жестко не определено и выбор зависит от конкретных обстоятельств дела, личности обвиняемого и т. п. <*>.

<*> См.: Кони . соч.: В 8 т. Т. 4. Нравственные начала в уголовном процессе. М., 1967. С. 33; Проблемы судебной этики / Под ред. . М., 1974; , Котов уголовного процесса. Воронеж, 1993; Этика судьи / Под ред. . М., 2002; Карнозова начала в деятельности судьи в уголовном процессе. М., 2004.

Многие процессуально-правовые предписания возникли на основе соответствующих моральных представлений и правил. Например, представление о том, что запрещается выполнение действий или принятие решений, которые унижают достоинство гражданина, приводят к распространению сведений об обстоятельствах его личной жизни, ставят под угрозу его здоровье, необоснованно причиняют ему физические или нравственные страдания, получило закрепление в законе (ст. стУПК).

Нравственные нормы включены в регламентацию правил допроса, личного обыска, освидетельствования, следственного эксперимента (например, следственный эксперимент возможен лишь при условии, если его проведение не связано с унижением достоинства и чести участвующих в нем лиц и окружающих и не создает опасности для их здоровья (ст. 181 УПК)). Нравственным требованием продиктованы обязанность принять меры попечения о детях и охраны имущества заключенного под стражу (ст. 160 УПК), норма, охраняющая профессиональную тайну защитника, освобождающая человека от обязанности свидетельствовать против супруга и близких родственников (ст. 51 Конституции РФ).

Нравственные принципы могут выступать и критериями допустимости доказательства. Убедительно об этом писал известный русский юрист : "Особенно обширным является влияние нравственных соображений в таком важном и сложном деле, как оценка доказательств по их источнику, содержанию и психологическим свойствам, как выяснение себе, позволительно ли, независимо от формального разрешения закона, с нравственной точки зрения пользоваться тем или другим доказательством вообще или взятым в его конкретном виде? Следует ли вообще и если следует, то можно ли безгранично пользоваться дневником подсудимого, потерпевшего как доказательством?" В результате рассуждений приходит к выводу, что "дневник очень опасное, в смысле постижения правды, доказательство. В дневнике следует пользоваться лишь фактическими указаниями, отбросив всю личную сторону" <*>.

<*> Кони . соч. С.

Нравственные основы недопустимости доказательства разъяснены, в частности, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 г. N 9 "О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных" <*>. Суд может устранить допустимое с точки зрения соблюдения закона доказательство, если оно не несет для присяжных заседателей новой информации по сравнению с той, которую они получили из других источников, но в то же время может оказать сильное психологическое, эмоциональное воздействие на формирование их внутреннего убеждения (п. 15).

<*> БВС. 1994. N 5. С. 10.

Например, по делу С. и Ч., рассматривавшемуся Московским областным судом, постановлением судьи были исключены как доказательства фототаблицы с изображением обезображенного трупа. С этими фототаблицами не знакомили присяжных заседателей, исходя из того, что обстоятельства дела были достаточно выяснены в ходе судебного следствия, а фотографии не содержали новой информации, но в то же время могли определенным образом воздействовать на ответы присяжных самим ужасающим видом трупа и следов насилия. С данным решением согласилась Кассационная палата Верховного Суда РФ.

Нормы морали должны оказывать регулятивное воздействие на поведение субъектов уголовного процесса. Так, нравственный долг должен побудить судью, присяжного заседателя заявить самоотвод, если он знает, что имеются обстоятельства, которые могут повлиять на его объективность (ч. 1 ст. 62, ст. 72 УПК).

Мораль в области уголовного судопроизводства играет роль дополнительной гарантии четкого, точного и неуклонного выполнения правовых норм. В этом проявляется ее гарантирующая роль, или, иначе, функция моральной гарантии, дополняющей гарантии правовые <*>. Соединение требований права и морали должно препятствовать проявлению предвзятости, тенденциозного подхода при проведении дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства, волокиты, черствости, безразличия к судьбе людей, формальному отношению к их обращениям, жалобам.

<*> См.: Кобликов начала деятельности председательствующего в судебном заседании // Советская юстиция. 1987. N 6; 1988. N 10; Москалькова уголовно-процессуального доказывания. М., 1996.

Самый нравственный закон не может достигнуть своей цели, если он реализуется безнравственными методами. писал: "В каждом судебном действии наряду с вопросом "что" следует произвести, возникает вопрос о том, "как" это произвести". Нужно настойчиво желать, подчеркивал , чтобы "в выполнение форм и обрядов, которыми сопровождается правосудие, вносился вкус, чувство меры и такт, ибо суд есть не только судилище, но и школа. Здесь этические требования сливаются с эстетическими..." <*>.

<*> Кони . соч. С.

Нравственные требования, предъявляемые к поведению судьи, выражены в Законе РФ "О статусе судей в Российской Федерации", где сказано, что "судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить АВТОРИТЕТ СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ (курсив мой. - Авт.), достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности" (п. 2 ст. 3).

В 1993 г. в России были приняты Кодекс чести судьи Российской Федерации (утвержден Постановлением Совета судей Российской Федерации 21 октября 1993 г.) и Кодекс чести рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации (утвержден Приказом МВД России от 01.01.01 г. N 501), которые ориентируют судей и работников органов внутренних дел, в том числе осуществляющих деятельность по расследованию преступлений, на соблюдение определенных правил поведения в профессиональной и внеслужебной деятельности.

Нравственные требования, которым должна соответствовать деятельность присяжных заседателей, выражены в их клятве, где сказано о "честном" и "беспристрастном" исполнении обязанностей, о разрешении дела "по своему внутреннему убеждению и совести... как подобает свободному гражданину и справедливому человеку" (ст. 332 УПК).

Таким образом, нравственные основы уголовного процесса содержатся не только в процессуальных нормах, предписывающих определенный порядок деятельности, но и в профессиональных моральных кодексах, в присяге, клятве и т. п. Примером такого свода морально-нравственных норм является Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка от 01.01.01 г., принятый 34 сессией Генеральной Ассамблеи ООН, в котором объединены нормы, обязывающие работников правоохранительных органов, и в первую очередь осуществляющих расследование по уголовному делу, уважать и защищать человеческое достоинство, поддерживать и защищать права человека (ст. 2), применять силу только в случаях крайней необходимости и в той мере, в какой это требуется для выполнения их обязанностей (ст. 3), сохранять в тайне сведения конфиденциального характера, получаемые в процессе осуществления своей деятельности, если исполнение их обязанностей или требования правосудия не требуют иного (ст. 4), нетерпимо относиться к любому действию, представляющему собой пытку или другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения (ст. 5), обеспечивать охрану здоровья задержанных ими лиц (ст. 6).

ГЛАВА 4

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВО И ПРАВА ЧЕЛОВЕКА

§ 1. Международные нормы о правах человека как источник

уголовно-процессуального права России

О роли общепризнанных принципов и норм международного права в области прав человека говорится в ряде статей Конституции РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Это дает основание считать, что общепризнанные принципы и нормы международного права являются самостоятельным источником российского права, в том числе и права уголовно-процессуального. Для уголовно-процессуального права указанные принципы и нормы имеют особое значение, поскольку именно эта отрасль права регулирует такую специфическую сферу общественных отношений, которая достаточно чувствительно затрагивает наиболее важные права человека (право на жизнь, свободу, личную неприкосновенность и др.). Принимая это во внимание в международно-правовых актах, посвященных правам человека, наибольшее внимание уделяется гарантии прав лиц, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства.

Поэтому перед разработчиками нового Уголовно-процессуального кодекса стояла задача урегулировать уголовно-процессуальные отношения таким образом, чтобы они соответствовали не только Конституции РФ, но и нормам международного права в области прав человека.

Среди международных актов, где зафиксированы права человека, которые государство, подписавшее такой акт, должно обеспечить, следует прежде всего назвать Всеобщую декларацию прав человека 1948 г. <*>. Положения Декларации, провозгласившей целый комплекс прав человека в качестве естественных и неотъемлемых, составляют ядро тех общепризнанных принципов и норм международного права, о которых идет речь в ст. 17 Конституции РФ. Центральное место в системе международно-правовых актов занимает принятый в 1966 г. Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. <**>, где закреплены многие права и свободы граждан, в том числе вовлеченных в орбиту уголовного судопроизводства. В связи с вступлением России в Совет Европы правовое значение для нас приобрела и Европейская конвенция о защите прав и основных свобод, принятая в 1950 г. <***> и ратифицированная Государственной Думой в феврале 1998 г. О Конвенции необходимо сказать особо, поскольку права, зафиксированные в Конвенции, подлежат защите не только в российских судах, но и в Европейском суде по правам человека, который расположен в г. Страсбурге (Франция). Поэтому после ратификации Россией Конвенции российские граждане получили право подавать жалобы в Европейский суд на нарушение своих прав, предусмотренных Конвенцией, и этим правом они стали достаточно активно пользоваться. Право на подачу жалобы в Европейский суд возникает после того, как гражданин исчерпал внутринациональные средства правовой защиты, т. е. после того, как в результате обращения во все предусмотренные законом судебные инстанции он не смог защитить принадлежащее ему право и добиться справедливости.

<*> В дальнейшем - Декларация.

<**> В дальнейшем - Пакт.

<***> В дальнейшем - Конвенция.

Поскольку ответчиком по международным обязательствам выступает государство, то в случае признания Европейским судом жалобы обоснованной, государство должно возместить гражданину присужденный Судом ущерб, причиненный нарушением его прав и свобод. Размер присуждаемого ущерба бывает достаточно большим, не говоря уже о наносимом в таких случаях уроне престижу государства. Это еще один аргумент в пользу того, что права и свободы человека и гражданина, которые согласно ст. 18 Конституции РФ являются непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов, необходимо знать, понимать и неукоснительно применять на практике.

Особо следует сказать о правилах отправления правосудия по делам несовершеннолетних. В развитие п. 4 ст. 14 Пакта 1966 г. о гражданских и политических правах, который гласит: "В отношении несовершеннолетних процесс должен быть таков, чтобы учитывались их возраст и желательность содействия их перевоспитанию", Генеральная Ассамблея ООН приняла Минимальные стандартные правила отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, известные как Пекинские правила.

Для уголовного судопроизводства преимущественное значение имеют следующие права и свободы, рассмотренные нами далее (§ 2 - 6 гл. 4) <*>.

<*> См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 г. "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" // БВС. 2003. N 12.

§ 2. Право на свободу и личную неприкосновенность

Указанное право закреплено в ст. ст. 3 и 9 Декларации, ст. 9 Пакта и ст. 5 Конвенции. "Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность" (ст. 3 Декларации). "Никто не может быть подвергнут произвольному аресту, задержанию или изгнанию" (ст. 9 Декларации). Аналогичные нормы содержатся в ст. 9 Пакта и ст. 5 Конвенции. Как видно, в указанных статьях установлен запрет на произвольный арест или задержание. Для того чтобы лишение гражданина свободы не было произвольным, необходимо следующее:

1) лишение свободы должно быть основано на законе;

2) закон должен четко определять случаи, допускающие лишение или ограничение свободы;

3) лишение или ограничение свободы должно происходить с соблюдением определенных гарантий.

Принимая это во внимание, ст. 9 Пакта и ст. 5 Конвенции перечисляют случаи, когда лишение свободы возможно. Среди этих случаев в ч. 1 ст. 5 Конвенции указано: а) законное содержание лица под стражей на основании признания его виновным компетентным судом; b) законный арест или задержание лица за невыполнение законного решения суда или с целью обеспечения выполнения любого обязательства, предписанного законом; c) законный арест или задержание лица, произведенные с тем, чтобы оно предстало перед компетентным судебным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения <*>. В комментариях к ст. 5 Конвенции, посвященной защите свободы и личной неприкосновенности, говорится, что даже такое основное право, как право на свободу и личную неприкосновенность, не является абсолютным. "При любой правовой системе возникают ситуации, когда свобода лица при необходимости должна уступать неким иным интересам общества" <**>. Для того чтобы необходимость уступать не превратилась в произвол, меры таких уступок должны быть строго регламентированы законом и определять возможность применения правоограничений в области свободы и личной неприкосновенности в каждом конкретном случае должен независимый и компетентный суд, в задачу которого не входит борьба с преступностью. Это было подчеркнуто в ряде решений Европейского суда. "Только представителю власти, обладающему атрибутами независимости, объективности и беспристрастности, ст. 5 Конвенции вверяет судьбу лица, лишенного свободы. Прокурор, который выполняет функцию обвинения, такими свойствами не обладает".

<*> См.: Конституционное право России. Сборник конституционно-правовых актов: В 2-х т. / Отв. ред. . Сост. . Т. 1. М., 1998. С. 332.

<**> Комментарий к Конвенции о защите прав человека и основных свобод и практике ее применения. М., 2002. С. 61, 63 (далее - Комментарий к Конвенции...).

Среди процедурных гарантий, которые необходимо соблюсти при задержании или избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, Пакт и Конвенция указывают:

а) каждому арестованному сообщается при аресте причина его ареста и в срочном порядке сообщается любое предъявленное ему обвинение;

б) каждое арестованное или задержанное по уголовному обвинению лицо должно в срочном порядке доставляться к судье или другому должностному лицу, которому принадлежит по закону право осуществлять судебную власть, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока (без неоправданной задержки) или на освобождение. Содержание под стражей лиц, ожидающих судебного разбирательства, не должно быть общим правилом, но может ставиться в зависимость от предоставленных лицом гарантий его явки в суд;

в) каждый, кто стал жертвой незаконного ареста или содержания под стражей, имеет право на компенсацию причиненного ущерба.

Согласно ч. 4 ст. 5 Конвенции и ст. 9 Пакта каждому, кто лишен свободы вследствие ареста, предоставляется право опротестовать в суде законность такой ограничительной меры.

Международные нормы предусматривают и определенные гарантии, которые необходимо соблюсти при рассмотрении судом вопроса о законности и обоснованности применения к обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу. Несмотря на то, что порядок рассмотрения указанного вопроса не может быть идентичным процедуре разрешения судом вопроса о виновности и наказании, тем не менее, Европейский суд исходит из того, что определенные элементы справедливости должны содержаться и в разбирательстве в соответствии со ст. 5 Конвенции. К таким элементам справедливости Суд, в частности, относит следующие: а) обвиняемый (подозреваемый) должен знать основания и причины его ареста; б) иметь доступ к материалам дела, которые используются при решении вопроса о содержании лица под стражей; в) должен быть выслушан в суде; г) иметь право воспользоваться услугами адвоката <*>.

<*> См.: Европейское право в области прав человека. Практика и комментарии. М., 1997. С. 348.

Если проанализировать нормы УПК РФ, посвященные правовому регулированию вопросов, связанных с лишением или ограничением свободы (задержание, избрание меры пресечения в виде ареста либо домашнего ареста, помещение в лечебно-психиатрическое учреждение для проведения судебной экспертизы), то можно прийти к выводу, что законодатель внес существенные коррективы в процедуру лишения гражданина свободы и привел ее в соответствие с требованиями Конституции РФ и международного права в этом вопросе. Однако приведение законодательства в соответствие с международными, в том числе европейскими стандартами, еще не свидетельствует о том, что таким стандартам будет соответствовать и правоприменительная практика. Прежде всего это касается сроков содержания обвиняемых под стражей, которые далеко не всегда являются разумными с позиции ст. 5 Конвенции, что выступает одним из наиболее часто встречающихся оснований поступающих в Европейский суд жалоб из России. В рамках проблемы, связанной с лишением свободы, существует и проблема условий содержания обвиняемых под стражей, которая для России достаточно актуальна, а также применения насилия и угроз, которые чаще всего происходят в условиях изоляции подозреваемых и обвиняемых, т. е. по отношению к задержанным и содержащимся под стражей. В этом случае речь уже идет о нарушении ст. 5 Декларации, ст. 7 Пакта и ст. 3 Конвенции: "Никто не должен подвергаться пыткам или бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению или наказанию". К сожалению жалоб на бесчеловечное и унижающее достоинство обращение, связанное с условиями содержания обвиняемых в следственных изоляторах, также достаточно много <*>.

<*> См.: Комментарий к Конвенции... С.

§ 3. Право на судебную защиту и справедливое судебное

разбирательство

Право на судебную защиту и справедливое судебное разбирательство зафиксировано в ст. 10 Декларации, ч. 1 ст. 14 Пакта и ст. 6 Конвенции. Статья 14 Пакта и ст. 6 Конвенции состоят из нескольких частей. Первые части посвящены праву на судебную защиту (доступу к правосудию) и некоторым общим принципам справедливости, которым должно удовлетворять правосудие, как по уголовным, так и по гражданским делам. Остальные части посвящены исключительно правосудию по уголовным делам. Часть 1 ст. 6 Конвенции гласит: "Каждый имеет право при определении его гражданских прав и обязанностей или при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявленного ему, на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Судебное решение объявляется публично, однако пресса и публика могут не допускаться на все судебное разбирательство или часть его по соображениям морали, общественного порядка или государственной безопасности в демократическом обществе, если это требуется в интересах несовершеннолетних или для защиты частной жизни сторон, или - в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо - при особых обстоятельствах, когда гласность нарушила бы интересы правосудия".

Таким образом, право на судебную защиту и справедливое судебное разбирательство включает в себя следующие элементы общего характера.

1. Обеспечение доступа к правосудию в любом случае, когда имеется спор относительно гражданских прав и обязанностей или когда гражданину предъявлено уголовное обвинение.

2. Наличие развитой судебной системы, установленной законом, при обеспечении независимости судей. Право на рассмотрение дела судом, созданным на основании закона, понимается как право на рассмотрение дела тем судом, к подсудности которого оно относится. Иногда такое право называется правом на "своего судью". Образование судов, не предусмотренных законом, запрещается.

3. Необходимость рассмотрения дела в разумный срок (без неоправданной задержки).

4. Беспристрастность суда.

5. Гласность судебного разбирательства за исключением случаев, предусмотренных законом.

Анализ нового УПК, Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации", Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации" свидетельствует о том, что такие права, как право быть судимым независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона, нормативно обеспечены в полной мере.

Что касается права быть судимым в разумный срок, который интерпретируется как право быть судимым без неоправданной задержки, то УПК существенно продвинулся в регулировании сроков предварительного расследования преступлений и судебного разбирательства. Это выразилось прежде всего в том, что как обвиняемый, так и его защитник получили право обжалования продления сроков предварительного следствия, а также приостановления дела и отложения судебного разбирательства. Установлены и достаточно короткие сроки рассмотрения такого рода жалоб. Вместе с тем среди прав обвиняемого закон прямо не предусмотрел право быть судимым в разумный срок, что было бы желательно. Однако в силу прямого действия указанного права, предусмотренного как Пактом, так и Конвенцией, судьи, рассматривающие такого рода жалобы, в обоснование своих решений вправе ссылаться на указанные международные нормы.

Особо следует обратить внимание на изменение подхода законодателя к вопросу гласности судебного разбирательства, которое произошло в том числе благодаря учету ст. 6 Конвенции и позиции Европейского суда по этому вопросу. Ранее действовавшее законодательство крайне узко защищало права граждан на охрану частной жизни, разрешая проводить закрытое судебное разбирательство только в целях предотвращения разглашения сведений об интимных сторонах жизни участвующих в деле лиц. Такого же основания, как интересы правосудия, в российском законодательстве вообще никогда не предусматривалось.

Частная жизнь в достаточно широком ее понимании охраняется как Конституцией РФ (ст. ст. 23, 24), так и международными нормами.

О позиции Европейского суда по этому вопросу красноречиво свидетельствует решение по делу "Z против Финляндии" <*>. При рассмотрении дела в национальных судах заявительница потребовала, чтобы данные о наличии у нее ВИЧ-инфекции оставались в тайне. Суд первой инстанции провел закрытое судебное разбирательство, распорядился, чтобы все документы, включая протоколы показаний свидетелей, оставались секретными, всех принимавших участие в процессе обязал под угрозой уголовной или гражданской ответственности относиться к данным материалам как к секретным, предал гласности (опубликовал) только резолютивную часть приговора без упоминания каких-либо имен. Европейский суд признал такие действия суда соответствующими ч. 1 ст. 6 Конвенции. Однако суд апелляционной инстанции предал гласности свое решение по этому делу, где содержалась полная информация о лице, являющемся носителем ВИЧ-инфекции. В своей жалобе в Суд заявительница указала на нарушение ее частной жизни судом второй инстанции, и Суд согласился с этим.

<*> См.: Европейский суд по правам человека. Избранные решения. Т. 2. М., 2000. С. 412.

Что касается интересов правосудия, как основания для ограничения гласности процесса, то под этим Суд, в частности, понимает возможность проведения закрытого судебного заседания в условиях тюрьмы или следственного изолятора, а также ситуацию, когда свидетели и потерпевшие, которым угрожают, испытывают страх давать показания в открытом судебном заседании.

Учитывая сказанное, УПК, кроме существовавших ранее оснований ограничения гласности судебного разбирательства, в ст. 241 дополнительно предусмотрел недопустимость разглашения сведений, унижающих честь и достоинство участников уголовного судопроизводства, а также необходимость учета безопасности вызванных в суд лиц или их родственников. Кроме того, в ч. 4 ст. 241 УПК говорится, что переписка, запись телефонных и иных переговоров, телеграфные, почтовые или иные сообщения лиц, носящие личный характер, могут исследоваться в открытом судебном заседании только с их согласия. В отличие от ранее действующего законодательства в ч. 7 ст. 241 УПК предусмотрена возможность оглашения только вводной и резолютивной части приговора, если судебное разбирательство было закрытым.

Поскольку, как уже подчеркивалось, сфера правосудия по уголовным делам представляет собой зону повышенной опасности для прав и свобод человека в силу тяжести возможных для него последствий, международные нормы предусматривают для этого вида правосудия дополнительные гарантии справедливости.

Прежде всего речь идет о презумпции невиновности. Она закреплена в ст. 11 Декларации, ч. 2 ст. 14 Пакта и ч. 2 ст. 6 Конвенции. Все указанные акты по сути одинаково формулируют презумпцию невиновности: "Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления считается невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком". Конституция РФ (ст. 49) и УПК (ст. 14) добавляют к этому тексту фразу "и установлена вступившим в законную силу приговором суда".

Однако анализ решений Европейского суда показывает, что, несмотря на некоторое различие в формулировке, сущность презумпции невиновности и порядок ее опровержения понимаются одинаково. В решении по делу "Барбера и др. против Испании" Суд указал, что презумпция невиновности "требует, в частности, чтобы при исполнении своих обязанностей члены суда не исходили из предубеждения, что обвиняемый совершил преступление, в котором он обвиняется; бремя доказывания несет обвинение и любое сомнение должно толковаться в пользу обвиняемого" <*>.

<*> См.: Комментарий к Конвенции... С. 107.

Как и ранее действовавший закон, новый УПК предусматривает возможность прекращения уголовного дела по нереабилитирующим обвиняемого основаниям на стадии предварительного следствия. Как ранее, так и теперь ряд процессуалистов считает, что этот порядок нарушает презумпцию невиновности, поскольку в этом случае имеет место признание лица виновным без приговора суда. В связи с этим полезно принять во внимание позицию Европейского суда по этому вопросу. Из ряда решений следует, что Суд усматривает нарушение презумпции невиновности в том случае, когда обвиняемый не согласен с прекращением дела по нереабилитирующим его основаниям и при этом у него нет права требовать рассмотрения дела в суде и разрешения вопроса о его виновности приговором суда. Подобного недостатка не было и нет в российском законодательстве. Согласно ч. 7 ст. 27 УПК прекращение уголовного дела по любому нереабилитирующему основанию не допускается, если обвиняемый против этого возражает. В этом случае производство по делу продолжается в обычном порядке.

В свете презумпции невиновности определенный интерес представляет решение Европейского суда по делу "Саконин против Австрии". Согласно австрийскому закону компенсация обвиняемому предоставляется только в тех случаях, когда с него полностью снимаются подозрения в том, что данное лицо совершило преступление. На этом основании австрийский суд отказался предоставить заявителю какую бы то ни было компенсацию, разъяснив, что суду присяжных "не удалось развеять подозрения, касающиеся совершения преступления" и "голосование присяжных свидетельствует о том, что они решили оправдать его только на основании толкования в его пользу". Заявитель утверждал, что нарушено его право, предусмотренное п. 2 ст. 6 Конвенции. Суд согласился с этим, указав: "Подозрения относительно невиновности можно высказывать до тех пор, пока на основании уголовного судопроизводства не будет принято решение по существу данного обвинения. Однако после окончательного оправдания основываться на таких подозрениях уже недопустимо. Следовательно, доводы австрийского суда несовместимы с принципом презумпции невиновности".

Это решение в определенной мере повлияло на изменение законодателем такого основания оправдания, как недоказанность участия подсудимого в совершении преступления. В УПК указанное основание заменено на непричастность подсудимого к совершению преступления. Это сделано для того, чтобы после вынесения оправдательного приговора ни у кого не возникало сомнений в невиновности оправданного.

Кроме презумпции невиновности в международных нормах предусмотрены так называемые минимальные гарантии справедливости правосудия по уголовным делам. При этом подчеркивается, что соблюдение минимальных гарантий еще не свидетельствует о том, что правосудие будет в полной мере справедливым. Это лишь минимальные гарантии, которые ни при каких обстоятельствах не должны игнорироваться национальным законодательством и судебной практикой. Эти минимальные гарантии закреплены в ч. 3 ст. 14 Пакта и ч. 3 ст. 6 Конвенции. "Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:

а) быть незамедлительно и подробно уведомленным на понятном ему языке о характере и основании предъявленного ему обвинения;

b) иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты;

c) защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника или, если у него нет достаточно средств для оплаты услуг защитника, воспользоваться услугами назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия;

d) допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него;

e) пользоваться бесплатной помощью переводчика, если он не понимает языка, используемого в суде, или не говорит на этом языке" <*>.

<*> СЗ РФ. 1998. N 20. Ст. 2143.

Анализ минимальных гарантий справедливости правосудия свидетельствует о том, что все они предусмотрены действующим УПК. Более того, в ряде случаев процессуальные гарантии, предоставленные обвиняемому УПК, шире этих минимальных требований. Европейский суд исходит из того, что сообщать об обвинении можно не только в письменной, но и в устной форме, и не обязательно, чтобы эта информация фиксировалась в официальном документе.

Российское законодательство более требовательно подходит к форме и содержанию сообщения лицу о подозрении и обвинении. В протоколе задержания необходимо указать основания и мотивы задержания подозреваемого (ст. 92 УПК), а в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого необходимо описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу (ст. 171 УПК). Причем как информация о подозрении, так и информация об обвинении незамедлительно доводится до сведения подозреваемого и обвиняемого. Задержанному подозреваемому такая информация должна быть сообщена в течение трех часов с момента задержания, а обвиняемому - в течение трех суток с момента вынесения постановления о привлечении его в качестве обвиняемого.

Аналогичным образом обстоит дело и с другими минимальными гарантиями. Обвиняемому предоставлены самые широкие возможности защищать себя лично, а также с помощью избранного им самим защитника. В случае отсутствия у обвиняемого средств на оплату услуг адвоката юридическая помощью адвоката предоставляется ему бесплатно. Причем в отличие от минимальных гарантий российское законодательство гарантирует обвиняемому участие защитника, в том числе бесплатно для него, не только тогда, когда того требуют интересы правосудия, а во всех случаях, когда обвиняемый посчитает нужным воспользоваться помощью защитника. Под необходимостью предоставления защитника, когда того требуют интересы правосудия, понимаются случаи, совпадающие с основаниями обязательного участия защитника по российскому законодательству (ст. ст. 47, 49, 51 УПК).

Среди основополагающих принципов справедливого правосудия центральным является принцип состязательности или равенства процессуальных условий, согласно которому стороны в судебном разбирательстве должны иметь равную возможность представить свое дело и ни одна из сторон не должна пользоваться какими-либо существенными преимуществами по сравнению с другой стороной. По существу, все гарантии, предусмотренные в ст. 14 Пакта и ст. 5 Конвенции, направлены на то, чтобы обеспечить равенство сторон в процессе.

Европейский суд чаще всего обращался к анализу принципа состязательности применительно к процедурам апелляционного и кассационного производства, предусматривающим особые полномочия прокурора на данных стадиях процесса, что ставило противную сторону в неравное процессуальное положение. Эта проблема была актуальна и для России. Несмотря на наличие ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, которая возвела принцип состязательности на конституционный уровень, данный принцип не мог быть в полной мере реализован до принятия нового УПК. Конституционный Суд РФ в ходе судебной реформы признал неконституционными целый ряд процессуальных норм, противоречащих принципу состязательности. При этом следует обратить внимание на то, что практически в каждом постановлении, в котором анализировался принцип состязательности, Конституционный Суд опирался не только на Конституцию РФ, но и на международные нормы, в том числе и на практику их применения в Европейском суде. В новом УПК учтены позиции как Конституционного Суда РФ, так и Европейского суда по вопросам состязательности правосудия при рассмотрении дела в первой инстанции, кассационном и надзорном производстве. УПК ликвидировал практически все преимущества, которыми обладала прокуратура при пересмотре приговора, особенно в надзорном порядке.

Право обвиняемого не свидетельствовать против себя закреплено в п. "g" ч. 3 ст. 14 Пакта. Несмотря на то, что ст. 6 Конвенции прямо не указывает на наличие такого права у обвиняемого, Европейский суд в своих решениях выводил это право из общих условий справедливого правосудия. Конституция РФ (ст. 51) распространила это право не только на обвиняемого, но и на каждого, кто выступает в качестве свидетеля. Более того, Конституция РФ предоставила право не свидетельствовать не только против себя, но и против своего супруга и близких родственников. Эти положения полностью реализованы в УПК. Если такое право не разъяснено обвиняемому, потерпевшему или свидетелю, то доказательства, полученные в результате их допроса, должны признаваться недопустимыми. Хотя Европейский суд исходит из того, что правила о допустимости доказательств относятся к исключительной компетенции национального законодательства, тем не менее, если заявитель утверждает, что, будучи привлеченным к уголовной ответственности, вынужден был давать показания, Суд считает такое судебное разбирательство несправедливым и признает нарушение ст. 6 Конвенции.

Поскольку Международный пакт о гражданских и политических правах был принят значительно позже Европейской конвенции (через 16 лет), то в нем предусмотрены некоторые дополнительные права, которых нет в Конвенции. Речь идет о праве на пересмотр приговора вышестоящим судом, запрете повторного осуждения за одно и то же преступление и праве на возмещение ущерба за незаконное осуждение.

Однако впоследствии Конвенция была дополнена целым рядом протоколов, в которых указанные права нашли свое отражение. Это прежде всего Протокол N 7. Так, ч. 1 ст. 2 Протокола N 7, принятого в 1984 г., гласит: "Каждый осужденный судом за совершение уголовного преступления имеет право на то, чтобы его осуждение или приговор были пересмотрены вышестоящей судебной инстанцией. Осуществление этого права, включая основания, на которых оно может быть осуществлено, регулируется законом". Часть 2 этой статьи допускает возможность исключений из этого правила, если речь идет о малозначительных преступлениях или когда уголовное дело рассматривалось по первой инстанции высшим судом страны. Конституция РФ, в ч. 3 ст. 50 предусмотрев право осужденного на пересмотр приговора вышестоящим судом, никакого исключения из этого правила не сделала. Поэтому УПК также не предусмотрел никаких исключений из права осужденного на пересмотр приговора вышестоящим судом независимо от тяжести преступления и уровня суда, рассматривающего дела по первой инстанции.

Часть 1 ст. 4 Протокола N 7 запрещает повторное осуждение за одно и то же преступление: "Никакое лицо не должно быть повторно судимо или наказано в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое оно уже было окончательно оправдано или осуждено в соответствии с законом и уголовно-процессуальным законодательством этого государства".

Статья 4, так же как и ст. 2 указанного Протокола, содержит возможность исключения из общего правила: "Положения предыдущего пункта не препятствуют пересмотру дела в соответствии с законом и уголовно-процессуальным законодательством соответствующего государства, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или в предыдущем разбирательстве были допущены существенные ошибки, которые могли повлиять на исход дела". Из этого вытекает, что Конвенция допускает возможность после вступления приговора в законную силу (после окончательного осуждения) пересмотреть уголовное дело в худшую для осужденного сторону. Однако ч. 1 ст. 50 Конституции РФ предусматривает запрет на повторное осуждение, не делая никаких исключений. В связи с этим УПК не допускает поворот к худшему после вступления приговора в законную силу (ст. 405).

§ 4. Право на возмещение ущерба, понесенного в результате

незаконных действий органов расследования и суда

Статья 3 Протокола N 7 посвящена праву на возмещение гражданину ущерба, понесенного в результате судебной ошибки: "Если какое-либо лицо окончательным приговором было признано виновным в совершении уголовного преступления, и если впоследствии вынесенный ему приговор был пересмотрен, в том числе по вновь открывшимся обстоятельствам, которые убедительно доказывают наличие судебной ошибки, то лицо, понесшее наказание в результате такого осуждения, получает компенсацию согласно закону".

До принятия УПК 2001 г. возмещение ущерба, причиненного гражданину незаконным привлечением к уголовной ответственности и осуждением, регулировалось Указом Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 г. В новом УПК этому вопросу посвящена специальная глава (гл. 18) и существенно расширены основания возмещения вреда и виды вреда: кроме имущественного, предусмотрен также и моральный вред, который подлежит компенсации.

29 ноября 1983 г. Генеральной Ассамблеей ООН принята Декларация основных принципов для жертв преступлений и злоупотребления властью. В Декларации, в частности, подчеркивается, что жертвам преступлений необходимо обеспечить доступ к правосудию и справедливое обращение. Они имеют право на скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб в соответствии с национальным законодательством. В п. 6 названной Декларации записано, что следует предусмотреть, чтобы судебные процедуры в большей степени отвечали потребностям жертв путем:

а) предоставления жертвам информации о принадлежащих им правах, роли в судебном разбирательстве, сроках и результатах рассмотрения их дел, особенно в случаях тяжких преступлений;

б) обеспечения возможности изложения и рассмотрения мнений и пожеланий жертв на соответствующих этапах судебного разбирательства в тех случаях, когда затрагиваются их личные интересы, без ущерба для обвинения и согласно соответствующей национальной системе уголовного правосудия;

в) предоставления надлежащей помощи жертвам преступления на протяжении всего судебного разбирательства;

г) принятия мер для сведения к минимуму неудобств для жертв преступления, охраны их личной жизни в тех случаях, когда это необходимо для обеспечения их защиты от запугивания и мести;

д) предотвращения неоправданных задержек при рассмотрении дел и выполнении решений о предоставлении компенсации жертвам.

Новый УПК не только существенно расширил права потерпевших как на стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования, так и на судебных стадиях процесса, но и впервые предусмотрел необходимость принятия мер по обеспечению безопасности жертв преступлений и их близких родственников (ч. 9 ст. 166, ч. 5 ст. 278). Интересно обратить внимание на то, что ст. 7 указанной Декларации рекомендует, когда это необходимо и возможно, содействовать примирению потерпевшего с обвиняемым и обеспечению возмещения ущерба жертве преступления. Эта рекомендация послужила основанием для установления в УК и в УПК нового вида освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым, где в качестве условия освобождения от ответственности указывается и на обязанность загладить (возместить) причиненный потерпевшему вред (ст. 76 УК и ст. 25 УПК).

§ 5. Право на невмешательство в личную и семейную жизнь

К правам человека, имеющим прямое отношение к судопроизводству по уголовным делам, относится право на невмешательство в личную и семейную жизнь.

Свобода от вмешательства в личную и семейную жизнь защищена ст. 12 Декларации, ст. 17 Пакта и ст. 8 Конвенции.

В ст. 8 Конвенции говорится:

Каждый человек имеет право на уважение его личной и семейной жизни, неприкосновенность его жилища и тайну корреспонденции.

Не допускается вмешательство государственных органов в осуществление этого права, за исключением случаев, когда это предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах государственной безопасности, общественного порядка или экономического благосостояния страны, для поддержания порядка и предотвращения преступлений, охраны здоровья или защиты нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Анализ текста ст. 8 Конвенции показывает, что общий запрет вмешательства в личную и семейную жизнь допускает исключения, в том числе в целях борьбы с преступностью, но это уже должно быть в обязательном порядке предусмотрено законом.

Такой закон (норма закона) должен быть доступен для ознакомления и изложен с достаточной точностью для того, чтобы гражданин мог сообразовывать с ней свое поведение. Так, в решении по одному из рассмотренных дел Европейский суд записал: "Если степень усмотрения, предоставленная исполнительной власти, не ограничена, то это противоречит принципу законности". Для того чтобы обеспечить лицу соответствующую защиту от произвола, в законе должны быть достаточно ясно определены объем и порядок осуществления такого усмотрения компетентными властями с учетом цели данной меры.

Практически все государства предусматривают в своем законодательстве, регулирующем сферу борьбы с преступностью, возможность при определенных условиях вторжения в жилище помимо воли проживающих в нем лиц для проведения осмотра места происшествия, обыска, выемки; возможность прослушивания телефонных переговоров, перлюстрации корреспонденции. Предусмотрено это и в российском законодательстве. Важно подчеркнуть, что в ходе проведения правовой реформы, ориентирующейся в том числе и на международные нормы о правах и свободах гражданина, наше законодательство как на конституционном, так и на отраслевом уровне, пошло по пути усиления гарантий от незаконного и произвольного вмешательства в личную жизнь путем установления судебного контроля за проведением оперативно-розыскных и процессуальных действий, связанных с таким вмешательством, а также путем четкого определения в законе оснований, условий и процедуры их проведения.

ГЛАВА 5

УЧАСТНИКИ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Участниками уголовного судопроизводства являются все субъекты, наделенные определенными полномочиями для выполнения назначения уголовного судопроизводства (суд, судья, прокурор, следователь и др.), субъекты, защищающие в судопроизводстве свои или представляемые права и законные интересы, подозреваемый, обвиняемый, защитник, представитель <*>, а также иные субъекты, помогающие в совершении процессуальных действий или удостоверяющие их (специалист, эксперт, понятой и др.). Участники уголовного судопроизводства реализуют свои полномочия и права не иначе как в правоотношениях. Общее определение участников уголовного судопроизводства недостаточно для характеристики процессуального предназначения полномочий и прав каждого из них.

<*> В учебных целях мы считаем целесообразным рассмотреть процессуальное понятие и виды участников уголовного судопроизводства, а затем принципы уголовного судопроизводства, которые обеспечивают полномочия и права участников. Эта последовательность изложения глав в учебнике отлична от последовательности соответствующих глав в УПК.

Поэтому все участники уголовного судопроизводства разделены в законе на несколько групп (гл. глраздела II УПК), само наименование которых определяет содержание и целевую направленность участников судопроизводства, включенных в ту или иную группу.

Здесь выделены "Суд", "Участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения", "Участники уголовного судопроизводства со стороны защиты", "Иные участники уголовного судопроизводства".

Выделение среди основных участников судопроизводства суда и сторон обусловлено самим предметом уголовного судопроизводства, социальным конфликтом, для разрешения которого надо установить, имело ли место преступление, кто его совершил, виновность обвиняемого и др. Очевидно, что установление этих обстоятельств и оспаривание их должны быть возложены на разных участников судопроизводства "со стороны обвинения" и "со стороны защиты". Решение спора сторон возложено на суд - орган правосудия.

Участники уголовного судопроизводства в зависимости от направления их деятельности делятся на "участников со стороны обвинения" и "участников со стороны защиты" (гл. гл. 6, 7 УПК).

В уголовно-процессуальной теории для характеристики назначения участника судопроизводства используется понятие "уголовно-процессуальная функция". При этом под функциями понимается основное направление деятельности того или иного участника судопроизводства, то, для чего участвует в процессе государственный орган или определенное должностное лицо, и то направление деятельности, которое, будучи обусловлено процессуальным положением иных участников процесса, дает им возможность защищать лично или с помощью защитника, представителя свои права и законные интересы. При этом имеется в виду как защита прав и законных интересов, нарушенных преступлением (например, потерпевший), так и защита от обвинения (подозрения) в совершении преступления (обвиняемый, подозреваемый).

Распределение функции обвинения, функции защиты и разрешение дела между различными участниками процесса или сосредоточение их в одних руках являются самым существенным признаком для характеристики типа процесса.

Так, в инквизиционном процессе одно лицо осуществляло и обвинение, и разрешение дела, что невозможно не только в правовом, но и в психологическом отношениях. Обвиняемый с весьма ограниченными правами на защиту оказывался перед обвинителем и судьей в одном лице. Этим может быть объяснено и то, что для инквизиционного процесса характерно то, что при недостаточности доказательств для осуждения обвиняемый не оправдывался, а на основе имевшихся обвинительных доказательств оставался "в подозрении".

Для советского уголовного процесса, который имел черты "неоинквизиционного" процесса, характерно отсутствие фактического разделения функций между государственными органами и их представителями, участвовавшими в уголовном судопроизводстве. Это проявлялось, в частности, в общих задачах суда, прокурора, следователя, дознавателя (ст. ст. 2, 3 УПК РСФСР), в широких правах суда, направленных на восполнение недостатков обвинительной деятельности прокурора на предварительном следствии и в суде. Фактически на суд возлагались функции, которые присущи обвинительной власти (возбуждение уголовного дела, возбуждение в суде дела по новому обвинению, возвращение дела для дополнительного расследования с целью восполнения обвинительных доказательств и др.) <*>.

<*> На необходимость освобождения суда от рудиментов обвинительной деятельности в ряде своих постановлений и определений указал Конституционный Суд РФ, что повлекло за собой отмену или изменение ряда норм УПК РСФСР 1960 г.

В новом УПК проведено распределение участников процесса "со стороны обвинения" и "со стороны защиты" и выделена особая роль суда, его полномочия.

Природа уголовного процесса в правовом государстве, построенном на принципе равенства сторон и состязательности, требует, чтобы обвинение, защита и разрешение дела представляли собой самостоятельные и независимые друг от друга функции, выполняемые различными субъектами.

Логика и психология разделения этих функций, выражаются наиболее наглядно в судебном разбирательстве, где государственный или частный обвинитель доказывают суду обоснованность своего утверждения о виновности обвиняемого, а обвиняемый, его защитник и законный представитель доказывают невиновность обвиняемого или иным образом защищаются против утверждений обвинителя.

Суд осуществляет правосудие. Только ему предоставлено право признать обвиняемого виновным и назначить ему наказание (ст. ст. 49, 118 Конституции РФ). С позиций стороны обвинения и со стороны защиты действуют и иные участники процесса, защищая свои права и интересы.

Как указано выше, наиболее наглядно проявление функции в деятельности сторон выражено в судебном разбирательстве. Это, однако, не означает, что участники процесса со стороны обвинения и защиты не проявляют направление своей деятельности на досудебных стадиях. Функция как определенное направление деятельности проявляется в уголовном преследовании лица, т. е. процессуальной деятельности, осуществляемой стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления. Это деятельность дознавателя, следователя, прокурора и др.

Появление защитника в процессе уже с момента фактического задержания лица или привлечения лица в качестве обвиняемого свидетельствует о наличии функции защиты с самого начала досудебного производства в отношении определенного лица. Следует отметить и проявление судебной функции в досудебном производстве, поскольку только суду предоставлено право давать разрешения на процессуальные действия, так или иначе затрагивающие конституционные права и свободы участников процесса, а также рассмотрение жалоб на действия (бездействие) и решения должностных лиц, ведущих досудебное производство.

ГЛАВА 6

СУД

§ 1. Суд. Осуществление судебной власти посредством

уголовного судопроизводства

В системе субъектов уголовного судопроизводства суд занимает исключительное положение, поскольку только он является государственным органом, осуществляющим судебную власть. Чтобы правильно понять и уяснить роль суда в уголовном процессе, необходимо уяснить, что такое судебная власть и как она проявляется в сфере уголовного судопроизводства.

Конституция РФ 1993 г. установила принцип осуществления государственной власти на основе ее разделения на законодательную, исполнительную и судебную и провозгласила самостоятельность органов законодательной, исполнительной и судебной власти (ст. 10). С этого момента судебная власть приобрела самостоятельное значение, получила статус одной из ветвей государственной власти. Согласно Конституции РФ судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ч. 2 ст. 118).

Особенностью уголовного судопроизводства является то, что оно охватывает властную деятельность не только суда, но и различных государственных органов: прокурора, начальника следственного отдела, следователя, органа дознания и дознавателя.

Согласно УПК вся уголовно-процессуальная деятельность разделена на две части: досудебное и судебное производство. Первая часть охватывает только две первые стадии уголовного процесса - возбуждение уголовного дела и предварительное расследование. Государственными органами, осуществляющими производство в этих стадиях, являются прокурор, начальник следственного отдела, следователь, орган дознания и дознаватель. Все эти органы входят в систему органов исполнительной власти и в уголовном процессе осуществляют функцию обвинения.

В ходе досудебного производства возникает правовой спор между обвинением и защитой и, следовательно, необходимость его разрешения объективным, беспристрастным и независимым судом.

Все последующие стадии уголовного процесса, в которых суд разрешает самые разнообразные процессуальные вопросы, связанные с решением дела по существу или иные вопросы, возникающие при производстве по уголовному делу, - все это и есть сфера действия судебной власти.

Следует еще раз подчеркнуть, что согласно Конституции РФ судебная власть осуществляется посредством судопроизводства, т. е. урегулированной процессуальным законом деятельности суда по конкретному делу, состоящей как в разрешении дела по существу, так и в решении иных правовых вопросов, возникающих по делу.

После провозглашения Конституцией РФ 1993 г. самостоятельности судебной власти произошли существенные качественные изменения в содержании взаимоотношений суда и всех других органов государственной власти, осуществляющих уголовное судопроизводство.

До 1993 г. судебная власть была элементом административно-командной системы и должна была обеспечивать политику государства. В последнее десятилетие в ходе реализации Концепции судебной реформы и принципиального изменения законодательства о судоустройстве и судопроизводстве происходит правовое закрепление новой роли суда.

В сферу действия судебной власти в уголовном судопроизводстве вошли значительные по своему объему и последствиям правомочия суда по контролю за законностью действий органов исполнительной власти в досудебных стадиях процесса. Ниже эти полномочия будут рассмотрены подробнее. Здесь отметим лишь, что судебный контроль осуществляется посредством дачи судом разрешения на производство ряда процессуальных действий, способных нарушить или ограничить конституционные права и свободы граждан (ч. 2 ст. 29 УПК). Кроме того, судебный контроль может иметь место посредством рассмотрения жалоб граждан на незаконные действия (бездействие), решений должностных лиц в досудебных стадиях процесса, если они нарушают предоставленные Конституцией права и свободы граждан (ст. 125 УПК).

Суд, осуществляющий производство по уголовному делу или рассматривающий жалобы граждан в досудебном производстве, обязан оценивать применяемую норму с точки зрения соответствия ее Конституции РФ. В случае противоречия суд обязан применять норму Конституции РФ. При наличии сомнений он обязан приостанавливать производство и обращаться в Конституционный Суд с запросом о проверке конституционности данной нормы. Так, в период действия УПК РСФСР по запросам судебных органов и жалобам граждан Конституционный Суд проверял конституционность более 30 статей УПК РСФСР <*>. Давая оценку их соответствия или несоответствия Конституции РФ, Конституционный Суд своими решениями оказывал воздействие на законодательную власть, и эти решения были приняты во внимание как при внесении изменений и дополнений в УПК РСФСР, так и при разработке УПК РФ.

<*> УПК РСФСР с приложениями / Сост. . М., 2001. С.

Судебная власть - это особая форма государственно-властных отношений в сфере судопроизводства. Судебная власть необходима только тогда, когда возникает правовой конфликт, требующий разрешения в судебном порядке. Уголовное дело может попасть в суд только по инициативе обвинителя: государственного, если это дела публичного или частно-публичного обвинения, и частного, если это дело частного обвинения.

Обращение в суд за рассмотрением и разрешением уголовного дела или жалобы кого-либо из участников процесса обязывает суд выполнить все предусмотренные процессуальным законом действия и вынести соответствующие решения. Отношение суда и субъектов процесса - это правоотношения, где у каждого из участников есть полномочия, права и обязанности. Суд в такой же мере обязан выполнить законные требования сторон, как и стороны обязаны подчиниться требованиям суда.

Право разрешить дело по существу принадлежит исключительно суду, и никто не вправе вмешиваться в принятие им решения, незаконно воздействовать на суд. Участники уголовного судопроизводства имеют право на обжалование решений суда в установленном процессуальным законом порядке.

Поэтому в уголовном судопроизводстве судебная власть является особой формой государственно-властных взаимоотношений суда и субъектов уголовного процесса, возникающих при производстве по уголовному делу.

Рассматривая и разрешая правовые конфликты или иные процессуальные вопросы, судебная власть осуществляет защиту нарушенного права и его восстановление посредством применения правовой нормы. Эта деятельность суда в сфере уголовного судопроизводства предопределяет и назначение судебной власти: 1) защищать права и законные интересы лиц и организаций, потерпевших от преступлений, и 2) защищать личность от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (ст. 6 УПК).

Исходя из этих положений процессуального закона, определяется и содержание судебной власти, включающее различные виды процессуальной деятельности суда в рамках уголовного судопроизводства.

Центральное место в содержании судебной власти занимает деятельность суда первой инстанции по рассмотрению и разрешению уголовного дела.

Важное место в содержании судебной власти в уголовном процессе занимает судебный контроль <*>. Суд правомочен проверять законность ходатайства о применении различных видов процессуального принуждения к гражданину до того, как оно будет реально осуществлено. Только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения: об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста и продлении срока содержания под стражей, о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответствующей экспертизы.

<*> См.: Лазарева власть и ее реализация в уголовном судопроизводстве. Самара, 1999. С.

Принятие решений по этим вопросам происходит по общему правилу в открытом судебном заседании, с участием сторон, которые реализуют свое право на состязательность. Все это дает основание рассматривать порядок решения судом указанных вопросов как "форму осуществления правосудия" <*>.

<*> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 8 июня 2004 г.

В ст. 29 УПК перечислены и иные полномочия суда по применению принудительных мер на досудебном производстве.

Последующий судебный контроль имеет несколько разновидностей в зависимости от того, кто инициирует проверку, какой судебный орган ее проводит, когда и в связи с чем она осуществляется. Можно выделить такие виды последующего судебного контроля: 1) контроль, осуществляемый районным (городским) судом по жалобам субъектов процесса на досудебных стадиях процесса (ч. 3 ст. 29 и ст. 125 УПК); 2) контроль, осуществляемый вышестоящим судом в порядке апелляционного, кассационного, надзорного производства и по вновь открывшимся обстоятельствам; 3) контроль, осуществляемый судом в стадии исполнения приговора в целях уточнения или корректировки приговора (ст. ст. 397, 398, 400 УПК).

Есть и еще один вид деятельности, в котором проявляется судебная власть. Это организационно-процессуальная деятельность, которая осуществляется в рамках судопроизводства и включает:

- действия и решения суда в стадии подготовки к судебному заседанию;

- отдельные действия и решения, обеспечивающие нормальный ход рассмотрения дела и продвижение его из одной части судебного разбирательства в другую;

- действия, связанные с подготовкой к рассмотрению дела в вышестоящих судебных инстанциях;

- действия, обеспечивающие обращение приговора к исполнению, и т. п.

Какую бы деятельность ни выполнял суд при производстве по уголовному делу, он всегда выступает как орган судебной власти, и сама судебная власть реализуется, таким образом, в уголовном судопроизводстве.

Правомочия суда по уголовному делу не заканчиваются и после вступления приговора в законную силу и обращения его к исполнению. В ходе исполнения приговора нередко возникают ситуации, когда требуется внести определенные изменения в процесс его исполнения. Это также может сделать только суд. В судебном порядке решаются вопросы об отсрочке исполнения приговора (ст. 398 УПК) или ее отмене; о разъяснении сомнений и неясностей, возникающих при исполнении приговора. Эти вопросы, как правило, возникают после обращения приговора к исполнению, но до начала его реального исполнения.

В ходе исполнения приговора только суд может решать вопросы, возникающие в стадии исполнения приговора (ст. 397 УПК).

Все вопросы, связанные с исполнением приговора, разрешаются судьей единолично в судебных заседаниях с вызовом заинтересованных участников уголовного судопроизводства.

Приговоры суда, являясь актами правосудия, наделяются особым властным свойством - они вступают в законную силу.

Решения, выносимые судом, являются обязательными к исполнению всеми субъектами уголовного процесса и иными лицами, организациями, органами государственной власти и местного самоуправления, которых они касаются или к которым обращены.

Властный характер полномочий суда проявляется еще и в том, что в судебных заседаниях суду принадлежит руководящая роль. Судья, а при коллегиальном рассмотрении дела - один из судей, выполняет функцию председательствующего в судебном заседании (ст. 243 УПК).

Председательствующий руководит судебным заседанием. Он обеспечивает равноправие сторон и состязательность процесса; разъясняет всем участникам судебного разбирательства их права и обязанности, порядок их осуществления. Председательствующий обеспечивает соблюдение распорядка судебного заседания и его регламент. Все присутствующие в зале суда обязаны подчиняться распоряжениям председательствующего и соблюдать все процессуальные предписания относительно порядка судебного заседания.

УПК определил регламент судебного заседания, предписав, что при входе судей в зал судебного заседания все присутствующие встают. Обращения к суду, заявления, показания так же делаются стоя. Если дело слушается коллегиально, к суду обращаются со словами "Уважаемый суд". К судье обращаются "Ваша честь".

Рассмотренные полномочия суда позволяют уяснить содержание судебной власти в уголовном судопроизводстве и раскрывают смысл ч. 3 ст. 15 УПК: "Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав". Функция разрешения дела принадлежит только суду.

§ 2. Состав суда

Применительно к различным звеньям судебной системы и различным категориям уголовных дел действуют различные составы суда, рассматривающие дела по первой инстанции. Уголовные дела рассматриваются единолично и коллегиально. Мировые судьи, а в указанных в ч. 5 ст. 31 УПК случаях судьи гарнизонных военных судов единолично рассматривают дела, по которым может быть назначено максимальное наказание, не превышающее трех лет лишения свободы. В суде первой инстанции также единолично рассматривает уголовные дела судья федерального суда общей юрисдикции. Это уголовные дела о преступлениях, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное уголовным законом, не превышает десяти лет лишения свободы. В соответствии со ст. 30 рассмотрение уголовных дел о тяжких и особо тяжких преступлениях единолично судьей федерального суда общей юрисдикции или в коллегиальном составе зависит исключительно от волеизъявления обвиняемого. Если обвиняемый не заявит ходатайства о коллегиальном рассмотрении уголовного дела, то дело будет рассматриваться единолично судьей федерального суда общей юрисдикции. Также единолично осуществляется рассмотрение уголовных дел судьей районного суда в апелляционном порядке.

Коллегиально дело по первой инстанции может рассматриваться коллегией из трех профессиональных судей или судьей и двенадцатью присяжными заседателями.

Коллегия из трех судей федерального суда общей юрисдикции правомочна рассматривать уголовные дела о тяжких и особо тяжких преступлениях при наличии ходатайства подсудимого, заявленного до назначения судебного заседания. Введение этой нормы было отложено до 1 января 2004 г. В соответствии со ст. 7 Федерального закона "О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" до 1 января 2004 г. уголовные дела о тяжких и особо тяжких преступлениях рассматривались судьей федерального суда общей юрисдикции единолично, а при наличии ходатайства обвиняемого, заявленного до назначения судебного заседания, - коллегией в составе судьи и двух народных заседателей.

Судья федерального суда общей юрисдикции и коллегия из двенадцати присяжных заседателей рассматривают по ходатайству обвиняемого уголовные дела о наиболее тяжких преступлениях, за которые грозит наказание вплоть до смертной казни (ч. 3 ст. 31 УПК). Обвиняемый вправе заявить такое ходатайство при предъявлении для ознакомления всех материалов. В дальнейшем ходатайство уже не принимается. Не влечет последствий и отказ обвиняемого от заявленного ходатайства, если ходатайство было подтверждено в ходе предварительного слушания.

Рассмотрение уголовных дел с участием присяжных заседателей в федеральных судах общей юрисдикции проводится в Верховном Суде РФ, верховных судах республик, краевых, областных судах и судах городов федерального значения, автономной области и автономных округов, окружных (флотских) военных судах <*>. С 1 января 2003 г. суды с участием присяжных заседателей создаются на всей территории Российской Федерации по мере готовности регионов к введению суда присяжных.

<*> Федеральный закон "О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации" от 01.01.01 г. // Российская газета. 20авг.

Рассмотрение уголовных дел в кассационном порядке осуществляется судом в составе трех судей федерального суда общей юрисдикции, а в порядке надзора - в составе не менее трех судей федерального суда общей юрисдикции.

При рассмотрении уголовного дела судом в составе трех судей федерального суда общей юрисдикции один из них председательствует в судебном заседании.

§ 3. Подсудность

Подсудность - это совокупность признаков уголовного дела, в соответствии с которыми уголовно-процессуальный закон определяет суд, правомочный рассматривать данное дело в качестве суда первой инстанции. При определении суда, который должен рассматривать дело, учитывается компетенция суда, т. е. полномочия того или иного суда в судебной системе по рассмотрению уголовных дел. Для того чтобы установить, какому суду подсудно конкретное уголовное дело, сопоставляются свойства этого дела и компетенция судов.

Правила о подсудности направлены на обеспечение быстрого, полного и объективного рассмотрения дела. Соблюдение этих правил позволяет суду рассматривать дело там, где проживает большинство свидетелей и других лиц, заинтересованных в исходе дела.

Правила о подсудности, закрепленные в ст. ст.УПК, направлены на обеспечение быстрого, полного и объективного рассмотрения дела. Соблюдение этих правил позволяет суду рассматривать дело там, где проживает большинство свидетелей и других лиц, заинтересованных в исходе дела, которые могут присутствовать в судебном заседании, учесть специфику отдельных категорий преступлений (например, воинских преступлений), обеспечить объективность и быстроту рассмотрения дела. Правила о подсудности уголовных дел основаны на принципе равенства перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ). Поэтому важно, чтобы каждое дело рассматривалось именно тем судом, которому оно подсудно, исключив возможность произвольного изменения подсудности.

Одним из неотъемлемых прав человека является право, чтобы конкретное уголовное дело рассматривалось и разрешалось судом законным, компетентным, независимым и беспристрастным (ч. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах). Это выражено и в правиле: "Никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом" (ч. 1 ст. 47 Конституции РФ). Обвиняемый, потерпевший и другие участники судебного разбирательства имеют право знать, какой именно суд в соответствии с законом правомочен рассматривать конкретное уголовное дело. Это должно исключать субъективизм при решении вопроса о том, в какой суд направлять дело для рассмотрения. Подсудность дел должна быть точно установлена в законе, а не определяться применительно к конкретному делу, например по признаку его "особой сложности" или "особого общественного значения".

В зависимости от характера преступления, места совершения преступления, субъекта преступления принято выделять родовой (предметный) признак подсудности, территориальный (местный) признак подсудности, персональный признак подсудности и признак подсудности по связи дел.

Родовой (предметный) признак подсудности определяется родом (видом) преступления, составляющего предмет производства по уголовному делу, т. е. в конечном счете квалификацией преступления по статье Уголовного кодекса и предусмотренным ей наказанием. С помощью родового признака подсудности устанавливается, суд какого звена судебной системы компетентен рассматривать данное дело. Родовой признак подсудности определяется путем прямых указаний закона об отнесении определенной категории уголовных дел к ведению тех или иных судов ст. 31 УПК.

Районному (городскому) суду подсудны все дела, кроме дел, подсудных вышестоящим судам, военным судам и мировому судье.

Мировой судья рассматривает дела о преступлениях, за которые наказание по Уголовному кодексу, как правило, составляет не более трех лет лишения свободы. В то же время УПК предусматривает целый ряд исключений из этой нормы.

К подсудности краевого, областного суда относятся, например, дела о преступлениях против государственной власти, об умышленном убийстве при отягчающих обстоятельствах, уголовные дела, в материалах которых содержатся сведения, составляющие государственную тайну. Обычно дела такого рода отличаются сложностью рассмотрения и разрешения (в них много эпизодов преступлений, несколько обвиняемых).

Территориальный (местный) признак подсудности определяется правилом о том, что уголовное дело должно рассматриваться судом, по месту совершения преступления (ст. 32 УПК). В соответствии с этим, если преступление было начато в одном месте, а окончено в другом, то на данное дело распространяется юрисдикция суда по месту окончания преступления. При совершении преступления в разных местах уголовное дело рассматривается судом по месту совершения большинства расследованных по данному делу преступлений или по месту совершения наиболее тяжких из них. Правильное определение подсудности по территориальному признаку важно потому, что компетенция каждого суда распространяется на соответствующую административно-территориальную единицу (районного суда - на территорию района, областного суда - на территорию области и т. п.). Территориальный признак подсудности позволяет распределить дела между одноименными судами, конкретизирует, ведению какого именно суда относится данное дело (какого района, какой области и т. д.).

Изменение территориальной подсудности допускается лишь до начала судебного разбирательства и производится: по ходатайству стороны либо по инициативе председателя суда. Территориальная подсудность уголовного дела по ходатайству стороны может быть изменена в случаях удовлетворения отвода, заявленного стороной всему составу соответствующего суда. По ходатайству стороны либо по инициативе председателя суда, в которое поступило дело, подсудность изменяется в случае, если все судьи данного суда ранее принимали участие в производстве по рассматриваемому уголовному делу (ст. 35 УПК).

Территориальная подсудность может быть изменена с согласия всех обвиняемых по делу, если не все участники уголовного судопроизводства по данному уголовному делу проживают на территории, на которую распространяется юрисдикция данного суда.

Как правило, рассмотрение дела в том суде, в районе деятельности которого совершено преступление, целесообразно потому, что в этом месте, как правило, проживают подсудимые, потерпевшие и свидетели, судьи знают местные условия и могут их учесть при принятии решения. В этом случае обеспечивается наибольший предупредительный эффект судебного разбирательства. Изменение территориальной подсудности разрешается в порядке, установленном председателем вышестоящего суда или его заместителем в соответствии с требованиями ч. ч. 3, 4 и 6 ст. 125 УПК.

Персональный признак подсудности связан с определенной должностной характеристикой субъекта преступления и действует в строго указанных в законе случаях. Так, уголовные дела в отношении депутатов Государственной Думы, членов Совета Федерации, судей по их ходатайству рассматриваются Верховным Судом РФ (ст. 452 УПК). Персональный признак подсудности в этом случае связан с особыми гарантиями неприкосновенности депутатов, членов Совета Федерации, судей, он позволяет учесть при осуществлении правосудия особенности их профессиональной деятельности, а также избежать предвзятого отношения к подсудимому, если бы дело рассматривалось по месту совершения преступления.

Персональный признак положен в основу определения подсудности уголовных дел военным судам. При этом учитываются особенности военной службы и дислокации войсковых частей, не совпадающих зачастую с административным делением. Военные суды рассматривают уголовные дела о всех преступлениях, совершенных военнослужащими, а также гражданами, проходящими военные сборы. Новое уголовно-процессуальное законодательство принципиально изменило подход к определению подсудности военных судов. Ранее действующий закон предусматривал, что при обвинении одного лица в совершении нескольких преступлений или группы лиц все дело подсудно военному суду, если оно ему подсудно хотя бы в отношении одного лица или одного преступления. В настоящее время действует другой принцип - рассмотрение уголовных дел военными судами в отношении лиц, не являющихся военнослужащими, не допускается (ч. 2 ст. 33 УПК). К военнослужащим по существу приравнены граждане, проходящие военные сборы. Рассмотрение уголовных дел военными судами в отношении других лиц является исключением из общего правила и возможно только с их согласия в случае, если уголовное дело по обвинению группы лиц подсудно военному суду в отношении хотя бы одного из них. При отсутствии согласия, а не только при наличии возражений со стороны других лиц, уголовное дело в отношении них выделяется в отдельное производство и рассматривается соответствующим судом общей юрисдикции. Очень важно, что предпочтение отдается суду общей юрисдикции в случае невозможности выделения в отдельное производство уголовного дела в отношении лиц, не являющихся военнослужащими или гражданами, проходящими военные сборы. Такое уголовное дело должно рассматриваться судом общей юрисдикции в отношении всех лиц (ч. 7 ст. 31 УПК).

Впервые в УПК определена подсудность военных судов, дислоцирующихся за пределами территории Российской Федерации. Этим судам подсудны уголовные дела о преступлениях, совершенных не только военнослужащими, но и членами их семей, а также другими гражданами России. Если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации, то военные суды в отношении указанных граждан рассматривают уголовные дела о преступлениях, совершенных на территории, находящейся под юрисдикцией РФ, либо совершенных при исполнении служебных обязанностей, либо посягающих на интересы РФ.

Подсудность по связи дел содержит правила, позволяющие определить, какой суд должен рассмотреть дело при соединении в одном производстве дел по обвинению одного лица или группы лиц в совершении одного или нескольких преступлений, подсудных судам разного уровня. В этом случае уголовное дело о всех преступлениях рассматривается вышестоящим судом (ст. 33 УПК).

Вопрос о подсудности решается следователем и прокурором при направлении дела в суд. Судья, получивший дело от прокурора, должен решить, подсудно ли дело данному суду. В случае неподсудности дела данному суду оно должно быть направлено по подсудности без производства каких-либо процессуальных действий. Решение о направлении дела по подсудности должно быть выражено в постановлении судьи.

С согласия подсудимого суд вправе оставить дело, подсудное другому такому же суду, в своем производстве, если он уже приступил к его судебному разбирательству. Однако, если дело подсудно вышестоящему суду или военному суду, оно во всех случаях подлежит передаче по подсудности (ч. 3 ст. 34 УПК). Не допускается передача в нижестоящий суд дела, начатого рассмотрением в судебном заседании вышестоящего суда. Такая передача не допускается даже в случае переквалификации в вышестоящем суде действий обвиняемого на закон о менее тяжком преступлении, так как в этом случае вышестоящий суд уже принял одно решение по делу, и он должен решить его по существу.

Следует различать правила о передаче дела в другой такой же суд (например, из одного районного суда в другой) и правила передачи дела из суда, которому оно подсудно, в вышестоящий.

Вопрос о передаче дела из суда, которому оно подсудно, в другой такой же суд (изменение территориальной подсудности) разрешается председателем вышестоящего суда или его заместителем в порядке, установленном для предварительного слушания. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ указано, что обвиняемый обязательно должен быть извещен о причинах, по которым председатель вышестоящего суда передает дело на рассмотрение в другой суд.

Постановления о принятии дела к своему производству, о направлении дела по подсудности или о передаче дела в другой такой же суд не подлежат кассационному обжалованию и вступают в силу с момента вынесения. Если постановление вынесено с нарушением установленных законом правил, то оно может быть опротестовано председателем соответствующего вышестоящего суда в надзорном порядке.

Чтобы не допустить волокиты при рассмотрении дела в суде, закон запрещает споры о подсудности между судами. Всякое дело, направленное из одного суда в другой в предусмотренном УПК порядке, подлежит безусловному принятию к производству тем судом, в который оно направлено (ст. 36 УПК).

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 01.01.01 г. N 9-П "По делу о проверке конституционности ст. 44 УПК РСФСР и в связи с жалобами ряда граждан" обращено внимание на недопустимость произвольного решения вопроса о передаче дела в тот или иной суд <*>. В соответствии с указанным Постановлением Конституционного Суда РФ при передаче дела в другой суд необходимо, во-первых, выносить соответствующее судебное решение и обеспечивать право на обжалование принимаемого решения; во-вторых, следует указывать точные основания (обстоятельства), по которым дело не может быть рассмотрено в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, и, следовательно, подлежит передаче в другой суд.

<*> СЗ РФ. 1998. N 12. Ст. 1459.

ГЛАВА 7

УЧАСТНИКИ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

СО СТОРОНЫ ОБВИНЕНИЯ

§ 1. Прокурор

Полномочия, организация и порядок деятельности прокуратуры РФ определяются Федеральным законом "О прокуратуре Российской Федерации" от 01.01.01 г. с последующими изменениями и дополнениями (далее - Закон о прокуратуре РФ).

Процессуальное положение прокурора в уголовном процессе, формы и методы деятельности определяются назначением судопроизводства и непосредственными задачами, решаемыми в каждой отдельной стадии. Применительно к этому определены полномочия прокурора в УПК как участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения. В ст. 37 УПК определено, что прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, установленной УПК, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. Понятие "прокурор" дано в п. 31 ст. 5 УПК, где сказано: "прокурор - Генеральный прокурор РФ и подчиненные ему прокуроры, их заместители и иные должностные лица органов прокуратуры, участвующие в уголовном судопроизводстве и наделенные соответствующими полномочиями федеральным законом о прокуратуре". Таким образом, именно Закон о прокуратуре РФ должен определить, кто из работников прокуратуры пользуется правами прокурора и какими именно полномочиями он наделен в уголовном судопроизводстве.

Широкими полномочиями прокурор обладает в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. В них он осуществляет уголовное преследование и надзор за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия и для обеспечения режима законности в их деятельности реализует властно-распорядительные полномочия (ст. 31 Закона о прокуратуре РФ).

Уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (п. 55 ст. 5 УПК). По существу, прокурор возглавляет всю деятельность по уголовному преследованию, поскольку на нем лежит обязанность возбудить уголовное дело или дать согласие на его возбуждение следователю и др.; участвовать в производстве предварительного расследования и в необходимых случаях лично проводить отдельные следственные действия; давать согласие на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения. Он поручает органу дознания производство следственных действий, а также дает ему указания о проведении оперативно-розыскных мероприятий (п. п. 3, 5, 11 ч. 2 ст. 37 УПК).

Деятельность прокурора по осуществлению уголовного преследования неотделима от его деятельности по надзору за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. Например, он вправе отменить незаконное или необоснованное постановление нижестоящего прокурора, следователя, дознавателя; возвратить уголовное дело дознавателю, следователю со своими указаниями о производстве дополнительного расследования (п. п. 10, 15 ч. 2 ст. 37 УПК), передать дело от одного следователя другому, изъять дело у любого органа предварительного расследования и передать его следователю прокуратуры (п. 8 ч. 2 ст. 37 УПК).

Прокурор утверждает обвинительное заключение или обвинительный акт и направляет уголовное дело в суд, где поддерживает государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность.

Таковы основные полномочия прокурора по осуществлению уголовного преследования. Однако, будучи участником уголовного судопроизводства со стороны обвинения, прокурор должен выполнять свои процессуальные полномочия, вытекающие из Закона о прокуратуре РФ и назначения уголовного судопроизводства (ст. 6 УПК). Поэтому прокурор обязан использовать все предоставленные ему процессуальные полномочия для защиты прав и свобод человека, охраняемых законом интересов общества и государства (ст. 11 УПК). В этой связи прокурор должен предотвращать или отменять незаконные решения о привлечении лица в качестве обвиняемого, применении к нему меры пресечения и др., принимать меры к обеспечению прав потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и всех иных участников уголовного судопроизводства, рассматривать и разрешать их ходатайства и жалобы (ст. ст. 122, 124 УПК). При отсутствии к тому оснований прокурор вправе в порядке и по основаниям, которые установлены в УПК, отказаться от осуществления уголовного преследования, что на досудебном производстве влечет прекращение уголовного преследования, а в суде отказ прокурора от обвинения - прекращение дела.

Следует обратить внимание на усиление в новом УПК роли прокурора при решении вопроса о возбуждении уголовного дела или уголовного преследования.

В силу ч. 1 ст. 146 УПК дознаватель и следователь могут возбудить уголовное дело частно-публичного обвинения только с согласия прокурора. Эта норма установлена с тем, чтобы исключать случаи необоснованного возбуждения уголовного дела, тем более что возбуждение уголовного дела в отношении определенного лица, ставит его в положение подозреваемого, что влечет за собой и возможность применения к нему мер принуждения, да и сам факт возбуждения уголовного дела порочит его доброе имя и т. п.

УПК установил, что участие государственного обвинителя обязательно в судебном разбирательстве уголовных дел публичного и частно-публичного обвинения (ч. 2 ст. 246 УПК).

Процессуальное положение прокурора в судебных стадиях существенно отличается от его положения в стадии предварительного расследования. В них прокурор не наделен теми властно-распорядительными полномочиями, которые характерны для него на предварительном расследовании.

В судебном разбирательстве прокурор поддерживает перед судом государственное обвинение, пользуясь равными правами с другими участниками судебного разбирательства (ст. 35 Закона о прокуратуре РФ, ст. 15 УПК).

Государственный обвинитель принимает активное участие в исследовании доказательств, высказывает суду свое мнение по сущности обвинения и по другим вопросам, возникающим в судебном разбирательстве, о применении уголовного закона и меры наказания в отношении подсудимого. Свои отношения с судом и стороной защиты прокурор должен строить на основе строжайшего соблюдения принципов состязательности и равенства прав сторон, независимости судей и их подчинения только закону. Поэтому, в частности, в новом УПК не используется понятие "заключение прокурора", он как и любой другой участник судебного разбирательства со стороны обвинения или со стороны защиты высказывает свое мнение по возникающим вопросам.

Будучи государственным обвинителем, прокурор действует от имени государства и, как ответственный перед ним, поддерживает обвинение в строгом соответствии с законом, в пределах закона и в той мере, в какой оно находит подтверждение на судебном следствии. Если в ходе судебного разбирательства обвинение не находит подтверждения, прокурор обязан отказаться от него, а суд - прекратить производство по делу.

От других участников судебного разбирательства государственный обвинитель отличается тем, что он не только вправе, но и обязан реагировать на каждый факт нарушения законности в судебном заседании путем обращения к суду с просьбой об его устранении. Это не означает надзора прокурора за судебной деятельностью. Он действует как государственный обвинитель. Государственное обвинение окажется не реализованным, если останутся не устраненными допущенные нарушения закона.

В тех случаях, когда государственный обвинитель не согласен с вынесенным в судебном заседании приговором, считает его незаконным и необоснованным, он вправе в пределах своей компетенции принести в соответствующую судебную инстанцию представление (ст. ст. 354, 375, 404 УПК) <*>.

<*> Замена термина "протест прокурора" на "представление" также подчеркивает отсутствие какого-либо преимущества обращения прокурора в вышестоящий суд по сравнению со стороной защиты.

В стадиях апелляционного, кассационного и надзорного производства участвующий в них прокурор поддерживает представление, принесенное им или другим полномочным на то прокурором, и высказывает свое мнение по поводу законности и обоснованности обжалованных решений и обоснованности принесенных жалоб другими участниками процесса.

В стадиях исполнения приговора прокурор принимает меры к своевременному и законному обращению приговора к исполнению, вносит на рассмотрение суда вопросы, возникшие в связи с исполнением приговора, и участвует в рассмотрении судьей этих вопросов.

§ 2. Следователь

Следователь - должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, а также иные полномочия, предусмотренные УПК (ст. 38 УПК).

Предварительное следствие осуществляют следователи прокуратуры, следователи органов внутренних дел, следователи Федеральной службы безопасности и следователи органов Госнаркоконтроля. Процессуальное положение следователя одинаково независимо от его ведомственной принадлежности.

В соответствии со ст. 38 УПК следователь уполномочен возбуждать, с согласия прокурора, уголовные дела, принимать их к своему производству или передавать прокурору для направления по подследственности, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий за исключением случаев, когда в соответствии с УПК требуется получение судебного решения или санкции прокурора.

В гл. 6 УПК следователь отнесен к участникам процесса со стороны обвинения, однако это не означает, что его деятельность по выявлению обстоятельств дела носит односторонний обвинительный характер. Он обязан осуществлять все следственные и иные процессуальные действия, направленные не только на раскрытие преступления и уголовное преследование лица, его совершившего, но и на выявление всех иных обстоятельств, имеющих значение по делу, следователь обязан обеспечить права всех участников процесса, в том числе подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца и др. Это следует из ст. 6 УПК, в равной мере требующей обеспечения как защиты прав и законных интересов лиц, потерпевших от преступления, так и защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, ограничения ее прав и свобод. Такая обязанность следователя вытекает из требования ст. 73 УПК, где сказано, что по делу должны быть доказаны не только событие преступления, виновность лица в его совершении, отягчающие обстоятельства, но и обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, характер и размер вреда, причиненного преступлением, а также обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния, смягчающие наказание, могущие повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.

Для установления всех этих обстоятельств следователь вправе производить любые следственные действия, предусмотренные законом: вызывать по находящимся в его производстве делам любое лицо для допроса или дачи заключения в качестве эксперта, производить осмотр, обыск и освидетельствование, следственные эксперименты и т. д.; требовать от учреждений, предприятий и организаций, должностных лиц и граждан представления предметов и документов, производства ревизии; на основании и в порядке, установленных законом, признавать лицо потерпевшим, гражданским истцом и ответчиком, осуществлять задержание подозреваемых, применять меры пресечения и иные меры процессуального принуждения, привлекать лиц в качестве обвиняемых; приостанавливать и прекращать уголовное преследование или уголовные дела, а также направлять их через прокурора в суд <*>.

<*> Подробно порядок производства следственных действий указан в гл. гл.УПК и гл. 24 учебника.

Обстоятельства дела должны быть исследованы всесторонне и объективно.

Как должностное лицо, осуществляющее предварительное следствие, следователь обладает широкой процессуальной самостоятельностью и независимостью. В соответствии с законом (п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК) следователь самостоятельно направляет ход расследования, принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий за исключением случаев, когда требуется получение судебного решения или санкции прокурора. Все доказательства следователь оценивает по внутреннему убеждению. В целях обеспечения его процессуальной самостоятельности и независимости при разрешении важнейших вопросов следствия, существенно затрагивающих права и свободы человека, и дальнейшей судьбы дела закон устанавливает право следователя не согласиться с решениями и указаниями прокурора по этим вопросам. Новый УПК расширил перечень вопросов, по которым следователь вправе не согласиться с решениями и указаниями прокурора и, не выполняя их, обратиться с письменным изложением своих возражений к вышестоящему прокурору. Кроме вопросов о привлечении лица в качестве обвиняемого, квалификации преступления и объема обвинения, направления дела в суд или его прекращения (ч. 2 ст. 127 УПК РСФСР), следователь может не согласиться с указаниями прокурора, непосредственно надзирающего за следствием, и обратиться к вышестоящему прокурору по вопросам избрания меры пресечения либо ее отмены или изменения, об отказе в даче согласия на возбуждение перед судом ходатайства об избрании меры пресечения или производстве иных процессуальных действий, осуществляемых по решению суда, об отводе следователя или об отстранении его от дальнейшего ведения следствия, о передаче уголовного дела другому следователю (ч. 3 ст. 38 УПК).

Вышестоящий прокурор не может обязать следователя выполнить эти следственные действия вопреки его внутреннему убеждению, поэтому он отменяет указания нижестоящего прокурора или поручает производство по данному делу другому следователю.

Передача дела другому следователю в случае признания вышестоящим прокурором указаний нижестоящего прокурора правильными означает уважение процессуальной самостоятельности следователя и недопустимость принуждать его действовать вопреки внутреннему убеждению, сложившемуся в результате расследования дела.

По расследуемым им делам следователь взаимодействует с органами дознания. Он вправе давать в случаях и порядке, установленных законом, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, отдельных следственных действий, об исполнении постановлений о задержании, приводе, аресте, производстве иных процессуальных действий, а также получать содействие при их осуществлении.

Установив в ходе предварительного следствия обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, следователь вправе внести в соответствующую организацию или соответствующему должностному лицу представление о принятии мер по устранению указанных обстоятельств или других нарушений закона. Данное представление подлежит рассмотрению с обязательным уведомлением о принятых мерах не позднее одного месяца со дня его вынесения (ч. 2 ст. 158 УПК).

В соответствии с п. 7 ч. 3 ст. 151 УПК по делам о преступлениях, относящихся к компетенции органов дознания (ч. 3 ст. 150), если эти преступления совершены лицами, перечисленными в пп. "б" и "в" п. 1 ч. 2 настоящей статьи, следователи прокуратуры проводят дознание.

Так, в соответствии с п. п. 1 и 2 ч. 3 ст. 151 УПК следователи органов внутренних дел и следователи органов налоговой полиции могут проводить дознание по делам о преступлениях, отнесенных соответственно к компетенции дознавателей этих органов.

§ 3. Начальник следственного отдела

Начальник следственного отдела, а также его заместитель - должностное лицо, возглавляющее соответствующее следственное подразделение (п. 18 ст. 5 УПК). Начальник следственного отдела осуществляет непосредственное, оперативное руководство следователями, оказывает помощь в их работе и может непосредственно вести следствие по делу <*>.

КонсультантПлюс: примечание.

"Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР" (утв. ВС РСФСР 27.10.1960) утратил силу с 1 июля 2002 года, за исключением Главы 30, которая утратила силу с 1 января 2003 года (Федеральный закон от 01.01.2001 N 177-ФЗ).