Концептуально-теоретические основы глобализации мировой экономики (стр. 3 )

43

условиях глобализации, о чем мы будем далее говорить подробно. Безусловно, многие функции государства трансформируются, частично унифицируются, но многие требуют усиления для предотвращения всеобщего экономического и со­циального хаоса, каким грозит мировому сообществу неуправляемое перемеще­ние спекулятивного капитала, интернационализация современных социальных и этнических конфликтов, демографических, экономических и других проблем.

Итак, по крайней мере четыре важных, на наш взгляд, методологических положения хотелось бы отметить в качестве предварительного вывода.

Во-первых, глобализация как объективный процесс взаимодействия и взаимоприспособления разных форм организации экономической, политической, социальной и других видов человеческой деятельности, а также обществ в целом и их институтов, охватывает все новые сферы, рождая в конечном счете осново­полагающее качество глобализующегося мира - взаимозависимость составляю­щих его звеньев.

Во-вторых, распад мировой социалистической системы и распространение капитализма как глобальной формы организации общественной жизни не озна­чает гомогенизации мира - построения его по одному образцу, глобальной «вес-тернизации».

И в-третьих, перспективы глобализации видятся не в крайних ее вариан­тах, таких как всеобщее и полное объединение мира без границ у Ф. Фукуямы (F. Fukuyama) либо небывалое обострение национализма С. Хантингтона. При со­хранении национальных государств может быть создан баланс сил и интересов государств и их группировок, создание разного рода уравновешивающих альян­сов, сотрудничающих и взаимодействующих между собой.

k В качестве попытки такого взаимодействия может рассматриваться созна-

тельно проводимая западными странами политика поощрения и пропаганды ли­берализации, воплощенная в правилах и процедурах международных организа­ций и в современной неолиберальной модели, получившей «второе дыхание» с разрушением мировой социалистической системы с трансформацией экономик России и стран Восточной Европы на капиталистических началах и открытием их для внешних рынков.

44

Современная неолиберальная доктрина базируется на общих постулатах либерализма, изложенных в трудах (F. A.Hayek) и М. Фридмана (M. Friedman) и использованных в 70-х гг. при разработке концепции нового ми­рового экономического порядка, правил и механизмов международного эконо­мического сотрудничества: унификация механизмов экономического регулиро­вания стран на жесткой монетаристской основе, что декларируется как движение в направлении гомогенезации мировой экономики; использование стихийных рыночных механизмов в качестве основного рычага экономического роста, про­порций и повышения эффективности производства; ослабление роли государст­ва, его хозяйственных функций и общее дерегулирование; неприятие таких кате­горий, как «государственный суверенитет» и «национальный хозяйственный комплекс» как устаревших и препятствующих глобализационному процессу.

Связь между расширением рынка и экономическим ростом была установ­лена еще А. Смитом (A. Smith). Современные математические модели «эндоген­ного роста» также подчеркивают зависимость экономического роста от повыше­ния производительности труда и внедрения нововведений, которые, в свою оче­редь, стимулируются расширением рынков сбыта. Эмпирические данные по­следних двух десятилетий подтверждают зависимость быстрого экономического роста в ряде развивающихся стран от их ориентации на увеличение экспорта продукции обрабатывающей промышленности. Участие этих стран в «новом разделении труда», когда транснациональные корпорации стремятся перенести стадии производственного цикла, связанные с интенсивными трудовыми опера­циями, в регионы с низким уровнем заработной платы, позволяет сторонам из­влекать определенные экономические выгоды от процесса глобализации.

Схема 1. Связь между расширением рынков сбыта и экономическим ростом

возможность

расширения

рынков сбыта

внедрение нововведений

повышение	_>	внутреннее потребление	__>	экономи-
производи-		ческий
тельности	—*	экспорт	~*	рост

45

Возросшая мобильность капиталов (прямых инвестиций) способствует распространению новейших технологий, так что некоторые развивающиеся страны получают возможность ускорять свое экономическое развитие и зани­мать все более заметное место в мировом производстве и торговле.

Таким образом, абсолютизация роли рынка на национальном и междуна­родном уровне рассматривается неолиберализмом как важнейшее средство гар­монизации и интеграции мировой экономики. «Сейчас и в предвидимом буду­щем единственная цивилизация, достойная такого названия, - это господствую-щая экономическая культура мирового рынка», - подтверждает такой подход американский журнал «Foreign Affairs» [July/August 1996, p.45].

У сторонников новой экономической либерализации имеются многочис­ленные критики. Известны высокие темпы экономического роста Китая (10%) и Индии (7-8%), экономика которых далека от воплощения идеалов либеральной модели. В ряде исследований эти страны не выделяются из общей группы разви­вающихся стран, что значительно улучшает их общие показатели и используется для иллюстрации уменьшения разрыва между индустриальным и развивающим - ся миром и успехов экономической либерализации. В других же работах дости­жения Индии и Китая приводятся для доказательства правильности курса на го­сударственное регулирование экономики, проводимого этими странами. Подоб­ные расхождения мы встречаем и в споре по общим вопросам глобализации. Ес­ли одни усматривают в экономической глобализации только возможности для дальнейшего роста взаимной торговли и быстрого экономического подъема даже беднейших стран, то другие комментируют такое объединение богатства и бед­ности как угрозу экономического неравенства и крупных потрясений для отста-лых государств.

В процессах глобализации и либерализации сталкиваются интересы раз­ных экономических, политических и социальных сил, интересы различных сфер хозяйства, промышленных и финансовых групп и компаний, отраслей и стран. Отсюда и непрекращающиеся дискуссии по поводу того, что несет с собой гло­бализация, положительные или отрицательные последствия, а если то и другое,

46

то какие моменты все же преобладают и что это в конечном счете — благо или зло.

На базе этих дискуссий делаются практические выводы: одни авторы, тео­ретики и практики, более или менее решительно выступают за поддержку прави­тельствами этой тенденции, другие, напротив, - за ее сдерживание, за «разум­ный баланс» между мерами либерализации и протекционизма. Водораздел в этих дискуссиях и позициях проходит не обязательно между разными странами, но и между представителями различных кругов одной и той же страны.

Каковы же реальные тенденции, позволяющие дать оценку положитель­ных и отрицательных последствий глобализации, и имеющихся и намечающихся противоречий? Сопоставим некоторые высказывания.

Мильнер выделяет следующие тенденции: 1) Глобализация заставляет все страны менять политический курс и приспосабливать свои эконо­мические институты к новым требованиям, в результате чего происходит кон­вергенция экономической политики стран, втянутых в процесс глобализации. Она означает либерализацию торговой политики, отмену контроля за вывозом капитала, открытие национальных финансовых рынков для иностранных инве­сторов и уменьшение роли государства в экономике. Все это обеспечивает эф­фективное участие стран в системе глобальной экономики. 2) Глобализация рез­ко усиливает влияние иностранного инвестиционного капитала - ТНК и гло­бальных финансовых институтов, которые способны оказывать решающее влия­ние на экономическую политику отдельных государств, иногда используя для этого спекуляции на валютных рынках и рынках капиталов. В то же время роль труда как фактора экономической жизни постоянно уменьшается. 3) Глобализа - ция представляет собой необратимый процесс, противостоять которому не спо­собно ни одно государство в мире. Вопрос об экономической роли государства подлежит пересмотру еще до завершения формирования единого глобального рынка.

Все эти тенденции, как видим, вполне укладываются в требования неоли­беральной доктрины. Однако ничего не говорится о конкретных проявлениях

47

этих тенденций в разных группах стран, их последствиях и перспективах, кото­рые не однозначны и требуют особого анализа.

Директор Гарвардского института международного развития Дж. Сакс (J. Sachs) рассматривает тенденции глобализации по четырем основным направ­лениям: в торговле, финансах, производстве и в сфере глобального управления — международных институтов и договоров. В торговле и производстве это — пре­вышение темпов роста международного товарооборота по сравнению с мировым производством. Кроме того, в течение последних 20 лет (с 1983 г.) темпы роста трансграничных финансовых потоков были выше роста международной торгов­ли, а объем зарубежных инвестиций увеличивался быстрее, чем общий объем капиталовложений [The Economist. 2001. September 29, p. 18]. Такое соотношение в темпах подтверждает интенсификацию интернационализации, или глобализа­цию в сфере торговли и производства, непосредственными стимулами которой выступают снижение издержек на транспорт и связь, а также расширение транс­граничных валютных и финансовых операций в рамках ТНК.

Эти процессы, как считает Дж. Сакс, способны укреплять связи между странами с высоким и низким уровнем доходов. «Если об усилении взаимозави­симости высокоразвитых экономик США, Японии и стран Западной Европы можно было говорить еще в 60-х гг., то включение беднейших государств в гло­бальные системы торговли, финансов и производства как партнеров и участни­ков рынка, а не просто зависимых стран, стало подлинным открытием последне­го времени» [Sachs J., 1998, р. 102]. Подобные категоричные утверждения сто­ронников неолиберализма, однако, не разделяются большинством исследовате­лей, отдельными политическими деятелями и представителями бизнеса.

Явные расхождения многих положений неолиберальной концепции со складывающейся практикой международных экономических отношений, прежде всего, в сфере международных финансов, породили новые подходы к оценке глобальных процессов, усилили критическое восприятие соответствующих идей как требований безграничной свободы всех форм экономического обмена. И ес­ли среди представителей американской школы исследователей пока преобладает традиционно более либеральный подход, то для европейской позиции характер-

48

но критическое восприятие тенденций, механизмов и, главное, следствий глоба­лизации экономического пространства.

Эти разногласия имеют исторические корни. Экономическая и финансовая мощь американских компаний, их технологическое превосходство уже в начале века принесли им огромные конкурентные преимущества в качестве игроков на поле свободной конкуренции, заставляя европейцев в этих условиях чаще прибе­гать к организационным и государственным методам регулирования междуна­родных экономических отношений. Хотя переоценка позиций происходит и сре­ди американских исследователей.

Очень показательна, например, переориентация взглядов идеолога анг­лийских неолиберальных реформ 80-х гг. Дж. Грэя (J. Gray), в рамках которых проводилась приватизация госпредприятий, закрытие нерентабельных шахт, де­монтаж социальных льгот. Работая в последнее время профессором политологии в Лондонской высшей школе экономики, он приходит к выводу, что за десятиле­тие, прошедшее с момента падения Берлинской стены в 1989 г. и краха комму­нистической системы, мир подошел к опасной черте [Gray J., 1998, р.87]. Вместо воцарения в глобальном масштабе свободного общества, построенного на прин­ципах свободного рынка, человечество переживает сегодня период крайней не­стабильности. В качестве аргументов он приводит такие разнополярные явления, как стремительное промышленное развитие Китая и социально-политический кризис в России.

Подобные диспропорции, как считает Дж. Грэй, вызваны слепым копиро­ванием неолиберальной модели, суть которой - в уходе государства из экономи­ческой сферы и ставке на частную инициативу. Именно такой подход дал, по его мнению, плачевный результат в России. А как пример удачного сочетания ры­ночных принципов и национальных особенностей он приводит Китай: «Успехом эта страна обязана тому, что не слушалась западных советов» [Gray J., 1998, р.89]. По Дж. Грэю, нерегулируемый рынок при невмешательстве государства не более чем миф, распространяемый апологетами неолиберализма.

В качестве наиболее представительных для европейской позиции по этому вопросу можно считать взгляды ведущих французских исследователей, напри-

49

мер, таких, как профессора Ж. Адда (J. Adda), О. Дольфюс (O. Dollfus) и политолог А. Провизор (A. Provisor). Они считают, что картина глобальных процессов вы­глядит значительно менее однородной, чем упрощенное описание ее в терминах свободной конкуренции между производителями разных стран мира [La nouvelle economie mondiale, 1997, p.37]. Много сторонников такого подхода в Германии и других странах.

Процесс глобализации, таким образом, понимаемый как выражение самой широкой человеческой общности, взаимовоздействия и взаимозависимости в разных сферах, получает в наши дни более объективное содержание. Это нахо­дит выражение в концепциях, рассматривающих глобализацию в качестве клю­чевой идеи для человечества в XXI веке.

Можно сказать, что по-настоящему глубокие исследования и осмысление процесса глобализации, его сущностных основ, противоречий и перспектив еще только предстоит осуществить. Беря за основу нашего анализа выяснение эко­номических основ, тенденций и последствий глобализации как всеобщего про­цесса интернационализации производства и хозяйственной жизни на ее совре­менной интенсивной стадии, мы понимаем всю сложность и многоаспектность проблемы, которая с трудом поддается осмыслению только в чисто экономиче­ских параметрах и категориях. Важно раскрыть следующие вопросы: чем может завершиться глобализация, как она соотносится с процессом и теорией модерни­зации, с тенденциями к национальной самоидентификации, интеграции и дезин­теграции в современном мире, каковы геополитические, культурные, со­циальные и институциональные аспекты формирования глобальной общности и Др.

В процессе глобализации каждая реально действующая тенденция имеет свою контртенденцию. Вопрос же заключается в том, насколько разрушитель­ными могут оказаться эти противодействующие силы для всей глобальной кон­струкции, сможет ли она устоять перед хаосом нагромождения самых разных принципов, тенденций, организационных структур и т. д.?

На наш взгляд, важно прояснить и другой вопрос: в какой мере противо­действующие тенденции имманентны самому процессу глобализации, а в какой

50

мере они обострены и могут принять разрушительный характер под влиянием разнонаправленных факторов, выражающих субъективные устремления членов мирового сообщества и создающих особую угрозу глобальной безопасности.

Таким образом, основой нашего методологического подхода является во-первых, признание антиномичности, противоречивости процесса глобализации, и, во-вторых, отделение противоречий, имманентно присущих глобальным тен­денциям, от тех, которые могут являться результатом разной реакции на них субъектов глобализирующегося мира. То есть мы используем методологический подход, согласно которому рассматриваем любую тенденцию в аспекте всех влияющих на нее факторов, контртенденций и противоречий.

51

Глава II.

Глобализация мирового хозяйства:

проблемы и противоречия на современном

этапе развития

Противоречивость процесса глобализации - характеристика общепри­знанная. Об этом свидетельствует то многообразие тенденций, зачастую проти­воположного направления, которое несут с собой глобализациоиные процессы.

Именно противоречия глобализации представлены в диссертации как предмет научного исследования. Своеобразие этого предмета заключается в том, что противоречие в первую очередь - это диалектическая категория, правиль­ность трактовки которой неизбежно влияет на правильность выводов. Иными словами, инструментарий, призванный помогать в исследовании противоречий, прежде всего, сам должен быть непротиворечивым. Поэтому более вниматель­ный подход к самому термину, на наш взгляд, необходим.

Что же касается тематики экономической глобализации, то уже неодно­кратно упомянутая сложность и многоплановость представляет для исследовате-лей дополнительные трудности. В частности, довольно часто встречается сме­шение понятий «проблема» и «противоречие». В результате причина и следствие одного и того же процесса рассматриваются последовательно, что само но себе вносит искажающие элементы в исследование и в конечном итоге способно при­вести к неверным выводам.

Во второй главе, таким образом, предпринимается попытка разграничить
проблемы глобализации от присущих этому явлению противоречий. Способом
этого разграничения выбрано «пошаговое», итерационное исследование. Пср-
*** вым шагом этого исследования является представление наиболее острых про-

блем, которые привносятся глобализацией в жизнь мирового сообщества. Вто­рой шаг - разбиение этих проблем на отдельные блоки с тем, чтобы выявить об­щую основу их возникновения и проявления. Наконец, итоговый шаг выявляет противоречия, свойственные этим проблемным блокам.

Важность данного исследования заключается не в фиксации самого факта противоречия и не в его детальном описании. Важно то, что правильное понима-

52

ние глубинных тенденций и природы любого явления позволяет прогнозировать развитие этого явления и проявление его качеств в тех или иных условиях.

Специфика противоречия как диалектической категории заключена в том, что оно, как правило, не поддается разрешению, и зачастую и не нуждается в та­ковом (в противном случае будут попросту нивелированы сущностные характе­ристики явления и оно исчезнет). Напротив, проблема (как внешняя форма про­явления противоречия) практически всегда требует решения. Поэтому понима­ние устройства того или иного процесса изнутри, его природы - мощный инст - румент в руках исследователя, позволяющий объяснять существование пробле­мы, прогнозировать возможные варианты ее развития и предлагать работоспо­собные модели ее устранения.

2.1. Полемика вокруг проблем и противоречий экономической глобализации.

Анализ довольно обширного массива литературы по проблемам экономи­ческой глобализации, появляющейся сейчас за рубежом и в России, позволяет рассмотреть аргументацию и систематизировать различные критические оценки, а также подойти к формулировке присущих рыночной глобализации противоре­чий и форм их конкретного проявления.

Можно выделить следующие положения, характеризующие противоречи­вость развертывающихся на глобальном экономическом пространстве процес­сов, обсуждаемые в научной литературе:

~ Первый проблемный аспект относится к международным финансовым рынкам, общие масштабы которых к настоящему времени несоизмеримо вырос­ли не только по сравнению с началом XX века, но и продолжают демонстриро­вать существенный рост год от года в течение последних лет. Процесс глобали­зации за последние два десятилетия привел к резкому увеличению числа всевоз­можных форм международных потоков капиталов (прямые иностранные инве­стиции, портфельные инвестиции в различные финансовые инструменты). От­сутствие должного контроля над этими международными потоками капиталов

53

стало причиной повышения уровня мировой финансовой нестабильности. Раз­растание финансово-банковского сектора в экономике многих стран, особенно в течение 90-х годов, угрожает стабильности экономического развития, вызывая финансово-экономические кризисы в разных регионах мира практически каждые два года. Свободный мировой финансовый рынок, на котором происходит ничем не ограниченная миграция огромных сумм краткосрочного спекулятивного ка­питала в рамках единой общепланетарной системы биржевых рынков, усиливает неоднородность глобальной экономики и в целом мирового общественного по­рядка.

~ Другим важнейшим фактором нестабильности макроэкономической си­туации в этой сфере является лавинообразное нарастание панических настрое­ний на мировых финансовых рынках. Эти настроения возникают, когда доста­точно большая группа кредиторов неожиданно принимает решения изъять свои кредиты у заемщиков из-за опасения, что аналогичные действия других креди­торов вызовут массовое банкротство должников. Стремление как можно скорее спасти свои капиталы порождает массовые переливы заемных средств, что явля­ется причиной крушения финансовых рынков в отдельных странах и регионах. Подобные панические ситуации возникают на различных финансовых рынках мира.

~ Глобальный рынок за последние два десятилетия возродил ряд отрица­тельных социальных явлений, которыми характеризовался капитализм XIX сто­летия: продолжающуюся дифференциацию доходов, образование «карманов» нищеты и голода, подрыв систем социального обеспечения, т. е. тех самых сис­тем, ликвидация которых вывела капитализм XIX века из «дикого» состояния в высокоцивилизовапные общества промышленных стран Западной Европы и Се­верной Америки. Из таблицы 3 (см. стр. 55) видно, что сложившееся на протя­жении последних 20 лет неравенство в доходах большинства этих стран практи­чески не уменьшается, а во многих даже растет. Динамика коэффициента Джини только в двух из приведенных в таблице стран демонстрирует некоторое сниже­ние, в остальных же случаях этот показатель или демонстрирует рост, или оста­ется неизменным.

54

Таблица 3. Динамика коэффициента Джини в развитых странах

Страна	80-е гг.	90-е гг.	Тенденция
Австралия	0,31	0,31	0
Австрия	0,24	0,24	0
Бельгия	0,26	0,27	+ 0,1
Великобритания	0,29	0,31	+ 0,2
Германия	0,27	0,28	+ 0,1
Греция	0,34	0,34	0
Дания	0,23	0,22	-0,1
Ирландия	0,33	0,32	-0,1
Италия	0,31	0,35	+ 0,4
Канада	0,29	0,29	0
Нидерланды	0,24	0,25	+ 0,1
Норвегия	0,23	0,27	+ 0,4
США	0,34	0,34	0
Финляндия	0,21	0,23	+ 0,2
Франция	0,28	0,28	0
Швеция	0,20	0,23	+ 0,3
Япония	0,25	0,27	+ 0,2

Источник: Глобализация мирового хозяйства и национальные интересы России. / Под ред. ; МГУ им. М. ВЛомоносова. Экономический факультет. - М.: ТЕИС, 2002, с.215-216.

Такие явления, как массовая безработица, обнищание, отчуждение, марги­нализация рассматриваются сегодня как прямое следствие реализации на прак­тике логики свободного рынка.

~ Возникает противоречие между социальными системами отдельных стран. Глобализация порождает конкуренцию не только между наемными ра­ботниками, но и между национальными структурами социальной поддержки и механизмами распределения социальных благ. Предприятия, свертывая произ­водство в одних странах и расширяя его в других, снимают с себя ответствен­ность за возможные осложнения в социальной сфере, вызванные такими пере­мещениями производства. Так, предприятия могут отказаться от обязательств по

55

финансированию пенсионного обеспечения работников, которые у них прорабо­тали много лет. Если такая практика примет широкие масштабы, то повлечет за собой рост государственных расходов по пенсионному обеспечению, а следова­тельно, задолженности государства. Таким образом, весь груз социальных про­блем возлагается на бюджеты национальных государств. К тому же, вступая в глобальную конкуренцию, сами правительства пытаются повысить «чувстви­тельность» рынка труда, сокращая гарантии социальной безопасности.

Более того, жесткие условия соревнования на мировом рынке будут, по - видимому, и в дальнейшем диктовать как развивающимся, так и развитым стра­нам неминуемо жертвовать социальными гарантиями своих граждан, а тем госу­дарствам, которые не желают этими гарантиями поступаться, уготована роль аутсайдеров в гонке за экономический рост. В числе стран, которые наиболее близки к оптимальному разрешению этой дилеммы, называются Великобрита­ния, Нидерланды, Норвегия, Швеция, Япония, а также Малайзия и Сингапур (характерно, что последние две не пользуются репутацией демократичных, а США не рассматриваются в этом списке как передовая страна).

~ Глобализация рынков имеет следствием усиление экономического рас­слоения населения и дифференциации стран. Упадок и подъем национальных экономик вписываются в законы функционирования капитализма, а в условиях глобализации усиление неравномерности развития происходит также под влия­нием миграции международного капитала, привлечение которого дает мощный стимул одним экономикам, а недостаток либо отток его - снижение конкуренто­способности и экономический спад (по данным ООН за последние 30 лет разрыв между доходами этих групп населения возрос вдвое - с 30:1 до 60:1) [Анилио - нис Г. П., 2000, с.53]. Большинству развивающихся стран возможности глобали­зации либо вообще недоступны, либо глобальные рынки затрагивают их весьма избирательным образом. Например, они оказались обойденными в распределе­нии финансовых ресурсов. Доклад Всемирного Банка за г. «Наступ­ление на бедность» признает, что глобальное богатство распределяется в мире неравномерно. Крайняя бедность - удел почти половины из более чем шести миллиардов человек населения планеты. Средние доходы в 20 наиболее богатых

56

странах в 37 раз превышают средние доходы в 20 беднейших, и за последние 40 лет этот разрыв удвоился [, 2000, с.53].

~ Глобализация влияет и на рост структурной безработицы, которая обу­словливает растущий разрыв между «включенными» (теми, кто имеет хороню оплачиваемую работу у себя в стране и может получить ее за рубежом) и «ис­ключенными», международная миграция которых затруднена, а возможности приложения усилий в сферах новых технологий ограничены также и в развитых странах. Статистические данные не учитывают безработных, которые не регист­рируются на биржах труда: лиц, отчаявшихся найти работу, молодежь, которая еще не имела никакой занятости, «добровольных» пенсионеров и т. д. Возникают диспропорции между наемными работниками разных отраслей, так как глобали­зация вызывает перестройку отраслевой структуры мировой экономики, от кото­рой, как правило, страдают работники традиционных отраслей. В итоге их инте­ресы сталкиваются с интересами работников новых, активно развивающихся производств.

~ Поскольку в мировое хозяйство втягиваются районы с дешевой рабочей силой, то по законам рынка это давит на уровень доходов в развитых странах. Как отмечается, в США это проявляется в первую очередь в снижении среднего уровня заработной платы в некоторых отраслях, а в Европе — в высоком уровне безработицы. И в США и в Европе растет число так называемых депрессивных районов, которые возникают либо из-за перенесения производства в страны с более дешевой рабочей силой, либо вследствие конкуренции ввозимых оттуда дешевых товаров. Причина этого в том, что в усложняющемся мировом хозяйст­ве ни одна страна не может сосредоточить у себя все конкурентные преимуще - ства.

Прогнозируется массовая миграция с Юга на Север в течение ближайших 25-50 лет. Поскольку либерализация вызывает снижение эффективности госу­дарственных структур, то, по терминологии И. Валлерстайна, «внутренний Тре­тий мир», «внутренний Юг» в зонах ядра может приобрести массовый характер. Северная Америка уже обладает самым крупным «южным континентом», ее до­гоняет Европа, и даже Япония вступила на этот путь.

57

~ Другой аспект этой проблемы связан с тем, что поскольку в процессе глобализации идет «сброс» трудоемкого производства в развивающиеся страны, а наукоемкие технологии и производство сосредоточиваются в индустриальном «ядре» мировой экономической системы, происходит «вымывание» квалифици­рованного персонала с рынка труда развивающихся стран. Характер межотрас­левого торгового обмена двух больших групп стран, который базируется не на технологическом разделении труда, а на разнообразии производимых товаров, постоянно поддерживает и закрепляет такую структурную трудовую дифферен - циацию в пользу развитых стран. Видимо, преимущественно эту группу рабо­тающих имеют в виду и некоторые исследователи, когда отмечают, что в про­цессе глобализации со временем стала обнаруживаться тенденция к частичному выравниванию уровней оплаты труда в международном масштабе.

~ Противоречия глобализации находят отражение и в новом характере
конкуренции. Как уже было сказано, в результате развития глобальных произ­
водственных сетей создаются условия для межфирменных стратегических аль­
янсов. Тем самым корпорации усиливают свои конкурентные преимущества в
тех странах, где разворачивают свою деятельность. В то же время, те правитель­
ства, которые имеют возможность субсидировать перспективные научно-
исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР), в том числе
осуществляемые фирмами, могут дополнительно влиять на их конкурентоспо­
собность. Это означает, что в глобальную конкуренцию включается такой мощ­
ный фактор, как разная «структурная конкурентоспособность» отдельных госу­
дарств, что усугубляет диспропорции в международной конкуренции. В резуль­
тате межфирменная глобальная конкуренция на олигополистических рынках
а; трансформируется в конкуренцию между глобальными компаниями и отдель-

ными государствами.

~ Глобализация характеризуется еще и тем, что обостряет противоречие между местным (локальным) и глобальным уровнями. В рамках этого противо­речия происходит противоборство двух политических логик: с одной стороны, логики свободного обмена, которая ведет к выравниванию условий для всех дей­ствующих на мировом рынке «игроков» в соответствии с принципом справедли-

58

вой конкурентной игры, с другой — меркантилистской логики, в соответствии с которой на национальном и местном уровнях формируются такие правовые и общекультурные условия, которые дают преимущества местным компаниям в международной конкурентной борьбе.

~ Для большинства населения, не входящего в 20%, составляющих выс­шие классы, идет медленное, но уже заметное снижение жизненных стандартов, происходит рост социальной напряженности, расовой и религиозной вражды, экстремизма в его разных формах, что может поставить под угрозу весь сло­жившийся уклад современной цивилизации и демократические свободы. Эти процессы, хотя и в разной степени, но охватывают все страны, в том числе и промышленно развитые. Демографические изменения, вызванные ослаблением государственных структур, в свою очередь, ослабляют последние еще более. Со­циальные беспорядки уже сейчас становятся, а в будущем могут стать нормой для стран «ядра». Предсказывается учащение и усиление гражданских войн, для защиты от которых у одних государств нет достаточной законодательной базы, а у других не хватает средств. В свою очередь, этнокультурные группы и корпора­тивные структуры могут начать строить собственные системы защиты, создавать частные армии, полицейские структуры, не говоря уже о подобных действиях преступных синдикатов. Такой детерминированный глобализационными про­цессами и либерализацией хаос представляет реальную угрозу демократическо­му гражданскому обществу.

~ Помимо межстрановых противоречий глобализация вызвала обострение и социальной напряженности, потому как и в развитых странах глобализация также ведет к перераспределению доходов, росту неравенства, сокращению рас­ходов на общественные блага. Опасность социального напряжения связана не только с сокращением возможности занятости и социальных гарантий, но и с обострением у людей чувства беззащитности перед лицом глобальных измене­ний, опасностей и вызовов.