Концептуально-теоретические основы глобализации мировой экономики (стр. 5 )

83

Можно утверждать, что в связи с обширным спектром перемен в данной сфере возникающие проблемы, как мы увидим, опираются на целый ряд проти­воречий. Одним из таких противоречий, на наш взгляд, является противоречие между тенденцией, с одной стороны, к усилению взаимодействия хозяйствую­щих субъектов, интернационализации хозяйственной и общественной жизни, созданию глобальной общности стран и народов, а, с другой стороны, стремле­нием к сохранению их национально-государственной обособленности. Это про­тиворечие выражается в том, что глобализация подрывает и размывает одни функции государства и, в то же время, требует усиления других функций ради сохранения собственной стабильности и устойчивости.

Основным традиционным противоречием, вытекающим из самой природы индустриального производства, остается противоречие между тенденциями обо­собленности и взаимозависимости в рамках производственной специализации. Существование данного противоречия известно еще со времен Адама Смита. Это справедливо как для устройства производственных отношений в рамках от­дельной производственной единицы или отрасли, так и для отношений произ­водства в международном масштабе. Поэтому именно изменения в характере международного разделения труда вновь придают актуальность привычному, казалось бы, значению этого фундаментального противоречия. Обмен готовыми изделиями сегодня почти полностью вытеснен обменом продукции обрабаты­вающей промышленности, превратив международную торговлю в комплекс внутриотраслевых потоков. Внутриотраслевой обмен характерен как для ТНК, так и для целых государств, специализирующихся на производстве отдельных товаров или, как часто теперь бывает, комплектующих для сборки в производст - венном цикле какой-нибудь ТНК.

В связи с развитием такой структуры странового производства в зависи­мость попадают, как правило, развивающиеся страны, благополучие которых те­перь колеблется от стабильности спроса со стороны заказчика (ТНК) на произ­водимые комплектующие. Производство ТНК, в свою очередь, зависит от ко­нечного спроса на производимый товар. Неоднозначность степени зависимости заключается в том, что падение спроса на продукцию этой корпорации не повле-

84

чет за собой, скорее всего, значительных отрицательных последствий, поскольку современной стратегией подавляющего большинства корпораций является ди­версификация производства. Но для некоторых слаборазвитых стран прекраще­ние потока заказов способно вылиться в структурный кризис всей экономики.

МВФ и ВТО продолжают провозглашать принципы, в соответствии с ко - торыми все страны, участвующие в мировом обмене, должны быть заинтересо­ваны в том, чтобы специализироваться на тех товарах и услугах, затраты на про­изводство которых у них ниже. Это должно приносить им более высокую при - быль и позволять обеспечить себя нужными товарами. Однако в настоящее вре­мя эта аргументация обоснованно критикуется со всех сторон: преимущества, получаемые от специализации, временны, особенно в условиях колебания курса валют, изменений спроса и постоянных коррекций государственных регламен­тации и норм. Такая специализация способна уничтожать целые сектора эконо­мики, в том числе стратегически важные, сохранение которых необходимо по политическим, социальным и экономическим мотивам.

Из этого противоречия непосредственно следует другое, играющее нема­ловажную роль в сфере современного производственного процесса играет про-тивостояние тенденций конкуренции и кооперации. Межфирменные противоре­чивые отношения, выражаемые формулой «конкуренция - кооперация», услож­няются в процессе глобализации и усиливаются такими факторами, как транс­граничная мобильность капиталов и различные ограничения, накладываемые го­сударствами на движение других факторов производства. Все это усиливает гло­бальную нестабильность, несовершенный (олигополистический) характер кон­куренции, который, кстати, противоречит монетаристским доктринам саморегу - лирования рыночных процессов.

Проблема соблюдения баланса между стремлением к конкуренции и не­обходимостью кооперироваться актуально не только на межфирменном уровне, но и на межгосударственном. Это позволяет определить сущностную характери­стику глобализации как противоречие между тенденцией, с одной стороны, к усилению взаимодействия хозяйствующих субъектов, созданию глобальной

85

общности стран и народов, а с другой стороны - к сохранению национально-государственной обособленности.

Новый регионализм, в частности, отражает перемену в отношениях между Севером и Югом, которые раньше были сугубо конфронтационными. Глобали­зация, основанная на стратегии взаимозависимости, заставила развивающиеся страны предпринимать усилия по привлечению иностранного капитала и по обеспечению доступа к рынкам индустриальных стран, а последние - стремить­ся вовлекать близлежащие развивающиеся страны в производственные циклы и проводить такую политику торговли и инвестиций, которая минимизировала бы издержки деловых операций.

Поэтому характерной чертой глобализации в экономике стало сочетание процессов автономизации и интеграции. Это нашло отражение в «парадоксе Нейсбитта»: «Чем выше уровень глобализации экономики, тем сильнее ее мель­чайшие участники» [Naisbitt J., 1994, р. П]. Сходные процессы прослеживаются и в общественно-политической сфере. Американский футуролог Дж. Нейсбитт (J. Naisbitt) отмечает движение, с одной стороны, к политической независимости и самоуправлению, с другой - к формированию экономических альянсов.

Общее выражение обозначенного противоречия глобализации, таким об­разом, можно выразить в следующем: глобализация способствует фрагментации и конфликтам так же, как единству и кооперации.

На корпоративном уровне преимущества от кооперации способны приво­дить к слияниям и поглощениям, созданию стратегических альянсов. Предпри­ятия малого бизнеса, вынужденные включаться в субподрядные схемы при ТНК, отдают предпочтение такой форме кооперации, будучи не в силах конкуриро­вать с гигантами. В процессе слияний и создания стратегических альянсов про­исходит замена чисто рыночных конкурентных отношений более длительными и устойчивыми формами взаимодействия с детальной фиксацией прав и обязанно­стей сторон. Это дает основание утверждать, что глобализация формирует более сложную систему отношений контрагентов, в которой переплетаются элементы рыночного взаимодействия, государственного регулирования, внутрииерархиче-

86

ских (бюрократических) связей, а также других разнообразных неформальных отношений.

Здесь мы вплотную подошли к следующему противоречию, которое мож­но выразить формулой «регулирование — дерегулирование», то есть противоре­чие во взаимодействии двух разнонаправленных координационных механизмов: свободного рынка и организационной иерархии.

Тесное переплетение этих взаимоисключающих тенденций стало свойст­венно именно эпохе глобализации. Организационная иерархия всегда была предметом внутрифирменного или внутригосударственного устройства (под го­сударством в данном случае понимается сам институт). Экономические отноше­ния между фирмами в рыночном обществе оставались рыночными даже в случа­ях государственного вмешательства. Международные экономические отношения между государствами, а также предпринимателями и организациями также бази­ровались на рыночной основе. С развитием рынка и повсеместным распростра­нением рыночных принципов в глобальном масштабе в конце XX века субъекты глобальных рынков ощутили потребность в усилении инструментов регулирова­ния. Выражением такой потребности, во-первых, стало более активное участие государства в поддержании конкурентоспособности своих производителей, а во-вторых, - интенсификация процесса строительства наднациональных экономи­ческих структур (Мирового Банка, МВФ, ВТО), призванных регулировать про­цессы именно в экономической сфере. Поскольку участниками подобных меж­дународных структур выступают не частные лица и не корпорации, а правитель­ства, переплетение экономических и неэкономических инструментов координа­ции рыночных отношений в мире стало сегодня фактически неразделимым. Та - кая «диффузия» особенно свойственна наиболее развитым странам, где одно­временно с провозглашением курса на всеобщую либерализацию вводятся за­маскированные протекционистские меры, усиливается государственное вмеша­тельство в экономику.

Когда экономика стала превращаться в мировое хозяйство и становиться поистине глобальной, рыночный механизм стал проникать в такие сферы обще­ства, которые ранее находились вне рыночных отношений. В то же время рас-

87

пространение нерыночных механизмов (и в первую очередь, как наиболее силь­ного из них, - политического) в традиционно рыночные сферы - например, кон­куренцию, также привносит существенные изменения в общую картину функ­ционирования мировой экономики.

Поскольку природа рынка и иерархии принципиально различна, эффек­тивность обоих способов координации оказывается различной в зависимости от условий. Поэтому при наличии противоречия такого свойства важно уметь со­блюсти баланс между регулированием и дерегулированием, поскольку перевес как в ту, так и в другую сторону чреват возникновением новых проблем.

Современные государства проводят политику меркантилизма в ответ на установление системы свободного обмена на мировом рынке. Она заключается в том, чтобы всеми способами помогать своим (национальным или транснацио­нальным) корпорациям в их конкурентной борьбе. Политика меркантилизма ве­дется в двух направлениях: с одной стороны, государство следит за соблюдени­ем условий справедливой конкурентной игры и для этого принимает участие в работе международных организаций, вступает в соглашения с другими страна­ми; с другой — создает для своих корпораций особые, более благоприятные усло­вия, которых нет у конкурентов. В свою очередь, приобретая силу, корпорации не только становятся самостоятельными участниками глобальной экономики, но и начинают оказывать влияние па государство. Речь идет о фундаментально но­вой тенденции мирового развития: на глобальном уровне «частные» власти ре­гулируют и государство, и во многом всю транснациональную экономическую и социальную жизнь.

Например, Соединенными Штатами форсируется создание глобальной экономической системы с опорой на американскую валюту, особого механизма согласования международной экономической политики в рамках «большой се­мерки», а также разрешения проблем отдельных регионов планеты с помощью неэкономических методов — американской (формально силами военного Северо­атлантического блока НАТО) военной мощи.

88

Таблица 5. Сравнение военных расходов некоторых стран (%) с расходами США (100%)

п:

Годы	Британия	СССР/РФ	Япония	ФРГ	Китай
1950	16	107	—	—	—
1985	10	109	5	8	10
1996	13	26	17	14	13

Источник: International Security. Summer 1999, p. 12.

Проблема состоит и в том, что конкуренция переносится в сами междуна­родные институты, и баланс интересов внутри многосторонних организаций подкрепляется, как правило, силовым балансом.

Помимо политических на экономику всегда влияли и социальные факто­ры. В условиях глобализации социальные компоненты оказывают свое влияние на формирование принципов новой экономики. Главным таким компонентом яв­ляется сам человек, а также те социальные институты, которые формировались человеком в течение многих веков. С момента развития глобализационных про­цессов эти социальные институты начали выступать в роли как стимулов, так и ограничений на участие человека в сфере производственных отношений.

Разная способность к мобильности у различных факторов производства, неоднократно упоминавшаяся ранее как одна из важнейших современных про­блем, обусловлена наличием противоречия между рыночными и нерыночными составляющими в основе этих факторов. Наибольшее количество нерыночных характеристик, как известно, несет в себе труд, поскольку носителем этого ре­сурса является человек.

Наряду со свободой движения капитала сохраняются заметные ограниче­ния на торговлю товарами и услугами, а особому регулированию подвержены именно рынки рабочей силы и миграция. Рынки труда продолжают оставаться высоко сегментированными. В то же время развивающиеся страны оказывают серьезное давление на рынок рабочей силы индустриальных стран, что объясня­ется их сравнительными преимуществами на рынке неквалифицированного тру­да.

89

Миграцию трудовых потоков как никаких других факторов производства
легче всего регламентировать и сдерживать (или, напротив, стимулировать) все­
возможными административными методами, что и практикуется некоторыми го­
сударствами, желающими оградить своих граждан от дополнительной конку­
ренции со стороны иммигрантов. И хотя прямой эмпирической зависимости ме­
жду ростом объема мировой торговли, отражающей глобализационные тенден­
ции, а также ростом иммиграции и увеличением безработицы (особенно в части
неквалифицированной рабочей силы) пока не обнаружено, тем не менее, прави-
**•' тельства индустриальных стран предпринимают усилия по ограничению притока

иностранных работников. Другие же государства, страдающие от утечки трудо­вых ресурсов, напротив, стремятся по мере своих сил ограничивать эмиграцию.

Характерно, что в преддверии ужесточения многих государственных мер по ограничению иммиграции, в некоторых теоретических разработках экономи­стов ставится, например, под сомнение сам постулат о труде как о свободном и мобильном факторе производства. Ведь если посмотреть на проблему с другой стороны, то можно прийти к очевидному выводу: ограниченность мобильности

труда заложена не столько в административных барьерах, сколько в специфике =>■■

самой природы этого производственного фактора. И каким бы либеральным в

конце концов ни стал мировой рынок труда, ему никогда не сравниться в степе­ни легкости перемещения ни с товарными потоками, ни с сырьевыми, ни тем бо­лее - с потоками капитала именно из-за его социальных характеристик.

Кроме того, труд - это единственный фактор производства, способный на
самозанятость. Именно благодаря этой способности глобальный рынок не пре­
вратился еще в мир господства гигантов (ТНК), хотя сфера малого бизнеса пре-
р терпевает в настоящее время давление серьезных вызовов от глобализации.

Глобализация стимулирует процесс интеграции глобальных корпораций, от ко­торой страдают небольшие и средние по размеру фирмы. Все чаще небольшие фирмы вынуждены либо уходить с рынка, либо включаться в систему субкон­трактов при крупной многонациональной корпорации. Но поскольку именно ма­ленькие и средние фирмы являются основными создателями новых рабочих мест, глобализация продолжает способствовать росту безработицы. Рядовой по-

90

требитель в глобальной экономике от такой системы субконтрактов получает то­вары и услуги высокого качества, но как работник он может лишиться своего рабочего места.

Таким образом, глобализация вызывает противоречие между человеком как потребителем и человеком как наемным работником. Глобализация является, как свидетельствуют эксперты, фактором, способствующим снижению цен и стоимости жизни. Таким образом, снижаются издержки воспроизводства рабо­чей силы без повышения расходов на заработную плату. Человеку как потреби - телю выгодно снижение стоимости жизни. Однако как наемный работник чело­век нуждается в рабочем месте. Между тем глобализация ведет к вытеснению с рынка неконкурентоспособных производителей, продающих свои товары по бо­лее высоким ценам, что таит в себе опасность ликвидации рабочих мест.

К такому же эффекту ведет и применение новейших трудосберегающих технологий. Снижая издержки производства, экономя на количестве привлекае­мого труда, производитель имеет возможность продавать товар по более низкой цене. Однако при сокращении занятости снижение цен не ведет к повышению спроса, поскольку платежеспособность населения не увеличивается. Данная проблема (своеобразный замкнутый круг) характерна в первую очередь для раз­вивающихся стран, поскольку для ТНК с их трудосберегающими технологиями рынки сбыта продолжают оставаться весьма обширными. При этом занятые в развитых странах также не застрахованы от подобных тенденций.

Наиболее острой проблемой для мирового сообщества сегодня является, пожалуй, нерегулируемость финансовой сферы, так как разрушительные послед­ствия финансовых кризисов - наиболее очевидное негативное проявление чис - того либерализма на практике.

Руководствуясь главной целью - получением прибыли, транснациональ­ный капитал, не ограниченный в возможностях своего передвижения по миру, естественно, является в своей основе спекулятивным, ориентируясь на наиболее доходные рынки. Корни данной проблемы также очевидны: свободное движение капитала (практически это справедливо для любых его форм) наиболее трудно поддается какому бы то ни было контролю. В настоящее время сдерживать или

91

отслеживать перемещения финансовых потоков фактически невозможно, по­скольку они представляют собой (за исключением, пожалуй, лишь прямых инве­стиций) пучки некоторых правомочий и обязательств, то есть облечены не в ма­териальную, а в знаковую форму.

Внутреннее противоречие, свойственное рынку капитала, таким образом, есть прямое противоречие между материальностью активов и нематериально­стью прав на эти активы.

Любой финансовый инструмент, будь то банковские кредиты, корпора­тивные ценные бумаги и производные от них (деривативы), государственные облигации либо национальная валюта (как обязательство государства), опирает­ся изначально на конкретную материальную базу. Для акций компании на мо­мент эмиссии этой базой выступает в первую очередь ее имущественный ком­плекс: размеры уставного капитала, стоимость оборудования, товарный оборот и т. п. На курс данной ценной бумаги, несомненно, будут влиять ожидания инве­сторов относительно будущих перспектив развития компании, однако при этом материальные активы оцениваются в первую очередь. Для национальной валюты в качестве материальных активов выступает обеспечение национальным богат­ством: золотовалютное, ресурсное и товарное обеспечение. В дальнейшем, по мере развития жизненного цикла финансового инструмента в игру вступают другие факторы: субъективные оценки, расчеты, ожидания, опирающиеся на ре­левантную информацию.

Но при этом деривативы, будучи сами по себе инструментами снижения финансовых рисков для отдельно взятых предпринимательских структур, по ме­ре развития соответствующих сегментов финансового рынка способствуют по­вышению системных рисков и в силу сложности и изощренности этих финансо­вых инструментов требуют чрезвычайно высокой квалификации профессио­нальных операторов. Все эти факторы влияют на стоимость потоков капитала, все сильнее и сильнее отрывая его от реального сектора экономики, которому они обязаны своим появлением. Переплетение множества финансовых инстру­ментов в портфелях инвесторов, а также размножение деривативов существенно снижают возможность реальной оценки стоимости этих ценных бумаг.

92

При этом финансовые рынки влияют на состояние и развитие реального сектора экономики, поскольку инвесторы, управляющие, эксперты и маркетоло­ги принимают решения относительно вложений в конкретное производство, во многом опираясь на показатели фондовых курсов. Финансовый сектор воздейст­вует на экономический рост и через потребление домохозяйств, которое стано­вится все более чувствительным к положению на финансовых рынках. Это свя­зано с тем, что финансовые активы занимают все большую долю в имуществе домохозяйств.

Такой отрыв нематериального богатства от материальной основы не явля­ется изобретением эпохи глобализации. Данное положение вещей стало свойст­венно рынку капитала с самого момента его зарождения. Фондовые кризисы знакомы западному обществу очень давно, и последствия этих кризисов зачас­тую были весьма разрушительными, достаточно вспомнить крах фондового рынка в октябре 1929 г., приведший к Великой депрессии, поразившей не только родину кризиса - США, но также и экономики европейских стран.

Однако глобализация придает этому разрушительному потенциалу осо­бую остроту. Масштабы финансовых рынков выросли до огромных размеров. Этому способствует использование современных коммуникационных и инфор­мационных технологий, вовлекающих на рынки все большее число участников и увеличивая скорость обращения финансовых инструментов, вызывая прогресси­рующий рост количества сделок в единицу времени. При этом виртуальная, чис­то спекулятивная, ничем не обеспеченная доля финансовых сделок в общем движении капитала постоянно растет. Этот «мыльный пузырь», не защищенный от влияния даже случайного информационного сигнала нависает над мировой экономикой, угрожая лопнуть в любой момент.

Вместе с тем высокая степень информатизации и автоматизации этого растущего финансового сектора не позволяет создавать большое число новых рабочих мест, пропорционально доле привлекаемых в него инвестиций. В ре­зультате реальный сектор экономики, оказавшись в ситуации хронического не­достатка инвестиционных ресурсов, теряет рабочие места и/или вынужден сни­жать уровень заработной платы, чтобы выдержать глобальную конкуренцию.

93

Глобальные финансы, замыкаясь на себе в качестве обособленного секто­ра мировой экономики и имея огромный отрыв в доходности по сравнению с ре­альным сектором, отвлекают часть производительного капитала, создают вирту­альные деньги и кредитные обязательства, преобразуя, в конечном счете, бюд­жетные дефипиты отдельных стран в долговые обязательства с растущими про­центами и другими платежами.

Для выяснения того, как влияет возросшая мобильность капитала на эко­
номическое положение стран, важно также проводить различие между мобиль-
1 **• ностью портфельных вложений и вложений в реальный капитал. Мобильность

инвестиций в реальный (вещественный) сектор определяет условия междуна­родной конкуренции, формируемые национальной политикой по привлечению капитала. Среди них наличие технически высококачественной инфраструктуры, включая транспортировку товаров, доступ к информации, развитие сети профес­сиональной подготовки рабочей силы, организация исследовательской работы.

Стало быть, несмотря на рост масштабов финансового сектора, основой экономической жизни мира остается (и будет таковым всегда) сектор производ­ства. Глобализация вносит свои коррективы в развитие этого сектора, и среди

5»'

новых характеристик сферы международного производства можно назвать сле­дующие основные:

•  Изменение структуры товарного производства — растущая доля услуг в
мировом ВВП;

•  Новые принципы международного разделения труда - внутриотрасле­
вой характер обмена в сфере международной торговли (обмен полуфаб­
рикатами);

•** • Усиление монополистических и олигополистических тенденций на

конкурентных рынках;

•  Разная скорость движения факторов производства;

•  Рост влияния нерыночных факторов на конкурентоспособность участ­
ников глобального рынка.

Итак, в данном параграфе предпринята попытка структурировать сущно­стные противоречия (общее количество которых в результате невелико), лежа-

94

щие в основе большинства проблем, сопровождающих развитие процесса глоба­лизации. Опираясь на выработанный набор проблемных блоков, в целом струк­туру соответствующих взаимосвязей проблем и противоречий глобализации можно схематично отразить в следующей таблице.

Таблица 6. Противоречия глобализации в структуре проблемных блоков

Проблемный блок	Свойственные ему противоречия
1. Свобода (нерегулируе­мость) мировых финансо­вых рынков.	■S материальность активов «-» нематериальность прав на активы
2. Новый характер мировой конкуренции	•S зависимость <-+ обособленность S конкуренция *-* кооперация S человек как потребитель ♦-+ человек как наем­ный работник S рыночные факторы ♦-» нерыночные факторы
3. Усиление имуществен­ного неравенства внутри стран	S человек как потребитель <-> человек как наем­ный работник S рыночные факторы ♦-+ нерыночные факторы
4. Рост дифференциации в уровнях развития национальных экономик	■S зависимость <-» обособленность •S человек как потребитель «-> человек как наем­ный работник
5. Развитие процессов ре­гионализации и локализа­ции	S зависимость <-> обособленность S конкуренция *-♦ кооперация S регулирование ♦-> дерегулирование
6. Трансформация функций государства	S зависимость <-> обособленность S конкуренция *-* кооперация S регулирование *-*■ дерегулирование

Источник: разработано автором.

95

В целом перечисленные противоречия, имеющие место в современной мировой экономической действительности, можно условно подразделить на три группы, представив их в следующей дополнительной классификации:

•  Противоречие — диалектическая категория. Данное противоречие яв­
ляется неотъемлемой внутренней характеристикой явления и в диалекти­
ческом смысле является чистым примером взаимодействия противопо­
ложных взаимоисключающих тенденций, столкновение которых в рамках
одной системы, благодаря их внутреннему единству, является источником
самодвижения и развития этой системы, выражая собой сущность закона
единства и борьбы противоположностей.

•  Противоречие — конфликт целей. Как правило, вызывается совокупно­
стью разнонаправленных действий при одновременном использовании
несовместимых стратегий субъектом, принимающим решения, при усло­
вии нечеткого формулирования параметров желаемого состояния объекта
в будущем.

•  Противоречие — двойственность стандартов. Данное противоречие
является продуктом столкновения результатов практического воплощения
теоретических рекомендаций при их преднамеренной (или непреднаме­
ренной) противоречивости.

Практика показывает, что двойственность стандартов, будучи сама по себе следствием разрабатываемой политики в условиях глобализации, может быть применена в любой из сфер экономической и политической жизни. Другие же два аспекта (конфликтность целей и противоречивость, свойственная самому яв­лению) напрямую зависят от наличия субъекта, принимающего решения: напри­мер, для возникновения диалектического противоречия централизованные субъ­ективные решения не являются определяющими. В данном случае противоречи­вость, как уже было показано, заложена в суть явления и, кроме того, служит внутренним механизмом развития. В такой системе координат для возникнове­ния противоречия необходимо наличие как минимум нескольких субъектов, од­новременно принимающих решения, в отличие от противоречия - конфликт це­лей, где единичность субъекта определяюща.

96

Поэтому приведенная классификация соотносится с предыдущим набором глобализациоипых противоречий следующим образом:

Таблица 7. Внутренняя классификация противоречий

Противоречие - диалектическая	Противоречие — конфликт целей
категория
V	V
• противоречие между тенденциями	• противоречие между человеком как
обособленности и взаимозависимости;	потребителем и человеком как наем-
• противоречие между материально-	ным работником;
стью активов и нематериальностью	• противостояние тенденций конку-
прав на эти активы.	ренции и кооперации;
	• противоречие взаимодействия рын-
	ка и иерархии (регулирование - дере-
	гулирование);
	• противоречие между рыночными и
	нерыночными составляющими.
Противоречие - двойственность стандартов

Источник: разработано автором.

Наиболее распространенным противоречием среди трех выделенных яв­ляется конфликт целей. Данное противоречие лежит в основе большинства гло­бальных проблем. Суть его заключается в том, что субъекты глобализации вы­нуждены преследовать противоречивые цели в своем стремлении решать возни­кающие проблемы за счет использования разнородных, взаимоисключающих экономических и политических инструментов. Разрушение систем социальных гарантий, участие государств в спекулятивных финансовых операциях, упадок традиционных отраслей хозяйства, увеличение диспропорций в экономическом развитии отдельных регионов в рамках одной страны — вот далеко не полный перечень имеющих сегодня место разрушительных тенденций. Проявление дан­ного противоречия можно продемонстрировать на следующих примерах.

~ Одним из характерных примеров такого противоречия является про­мышленная и торговая политика развитых государств. В условиях ужесточения

97

международной конкуренции и борьбы за рынки сбыта правительства развитых стран, располагая достаточными бюджетными средствами, оказывают многосто­роннюю поддержку своим производителям, в том числе и крупнейшим - ТНК. Это и протекционистская тарифная политика, и субсидии, и налоговые льготы, и содействие развитию программ НИОКР, и патентное законодательство, и от­стаивание более выгодных условий на международном уровне. Укрепляясь в экономическом плане, корпорации усиливают свои позиции и в политическом отношении, выступая самостоятельной силой на мировой арене. Таким образом, рыночная власть ТНК, во многом обязанная государству, сегодня способна про­тивостоять этому государству. Поэтому, преследуя цель усиления национальной экономики через национальных производителей, государство «растит» собст­венных конкурентов, политика которых способна идти вразрез с приоритетами национальной экономики.

~ Правительства многих развивающихся стран, будучи поставленными перед задачей привлечения иностранных инвестиций для развития экономики, проводят политику по снижению общего уровня издержек в экономике. Чаще всего это снижение достигается за счет законодательного уменьшения «обреме­нительных» для предпринимателей социальных выплат, дополняющих издержки по оплате труда, рассчитывая усилить социальную защиту позже, на фоне ожи­даемого экономического роста. В данном случае цель привлечения инвестиций конфликтует с целью «удешевления» использования труда в процессе производ­ства, поскольку невозможно добиться развития экономики с инвестициями, но без развития социальной среды.

~ Противоречие в интересах человека, являющегося как наемным работ - ником, так и потребителем — чистый пример противоречия «конфликта целей». Человек стремится найти высокооплачиваемое рабочее место, однако рост зара­ботной платы естественным образом стимулирует рост себестоимости произве­денной продукции, на которую он впоследствии предъявляет сирое как потреби­тель. Потребительское поведение человека на рынке - более сильный показа­тель, чем его поведение как наемного работника. Именно поэтому человек-потребитель противостоит себе как производителю, стимулируя экономику к

98

поиску способов снижения издержек производства, в том числе и за счет огра­ничения на рост заработной платы. В условиях глобализации усиливающаяся ценовая конкуренция обостряет эту тенденцию.

Примеры противоречия двойственности стандартов наиболее очевидны в рамках данной классификации. Противоречие такого рода — чаще всего продукт политики наиболее влиятельных государств. Преследуя национальные интересы в сфере конкурентоспособности, представители этих государств (наиболее яркий пример - США) провозглашают приоритет либеральных рыночных принципов для своих партнеров, при этом в отношении собственной политики руково­дствуются протекционистскими, административными, бюрократическими и во­енными методами.

Проявление диалектического противоречия на практике не так заметно по сравнению с двумя предыдущими. Однако оно характерно, в той или иной мере, практически для всех упомянутых противоречий. Такое пересечение еще раз подтверждает значительную условность представленной классификации. Оче­видно, что данное противоречие свойственно в первую очередь процессам одно­временного усиления взаимозависимости и обособленности субъектов глобали­зации. Особенно отчетливо оно проявляется в отношении наиболее отсталых из развивающихся стран: специализируясь на отдельных товарных сегментах, они становятся все более обособленными, а точнее - отстраненными от мировой экономики.

99

Глава III.

Влияние противоречий глобализации

на организационно-функциональные взаимосвязи

в мировой экономике

В связи со всем вышеизложенным важен, на наш взгляд, вопрос о субъек­тах глобализационного процесса. В качестве субъектов выступают в первую очередь промышлешю-развитые страны, базирующиеся в них центры транс­национальных корпораций и мировые финансовые центры, а также создаваемые этими странами международные экономические организации. Ответом осталь­ных государств на экономический гегемонизм Запада и агрессию международ­ного финансового капитала является ускорение региональных и субрегиональ­ных экономических интеграционных процессов, создание межгосударственных объединений, также выступающих в роли субъектов глобализации. Одновремен­но происходит и дробление «состава действующих лиц». В непосредственное взаимодействие вступают локальные территориальные экономические субъек­ты в рамках национальных границ, а также физические лица, использующие со­временные средства коммуникации для общения, ведения бизнеса и финансовых (как правило, спекулятивных) операций. Создаваемые частными лицами и ины­ми субъектами общественные и неправительственные организации также игра­ют заметную роль на глобальной арене.

По мере развития глобализационного процесса взаимодействие между субъектами глобализации усиливается, противоречия обостряются, что вызывает возникновение кризисных ситуаций в различных сферах экономической жизни. В связи с этим на первый план выходит осознание необходимости в эффектив­ных механизмах регулирования стихийных процессов, причем механизмах гло­бального масштаба. Решающее значение для решения этой проблемы имеет на­личие неких сил, способных хотя бы в какой-то мере контролировать и упорядочивать эти стихийные рыночные процессы.

Потребность в регулировании имеет социальные корни, так как критерием эффективности любой общественной системы (в данном случае - глобальной) в конечном счете выступает благосостояние людей, населяющих планету. Соци-

100

альную природу своего функционирования имеют: институт государства, меж­дународные экономические институты, локальные территориальные субъекты, а также всевозможные общественные организации.

Из списка перечисленных субъектов глобальными масштабами обладают только первые два. Сравниться с ними по экономической мощи в некоторой сте­пени могут уже транснациональные корпорации, однако они не могут (и не стремятся) выступать в качестве регуляторов рынка, поскольку их деятельность не носит социального характера. Они могут быть некоторым образом заинтере­сованы в регулировании, однако лишь в той мере, в какой это может приносить им дополнительные выгоды.

Таким образом, мы выводим «на сцену» глобализации основных «игро­ков»: национальные государства и международные организации. Именно эти институты обладают способностью к регулированию мирохозяйственных про­цессов.

Предметом данной главы является анализ современной роли каждого из них, а также взаимодействие между ними, поскольку взаимное влияние этих двух основных глобальных институтов друг на друга - характерная черта ны­нешнего этапа глобализации (например, международные организации зачастую служат инструментом, с помощью которого одни государства препятствуют дру­гим полноценно участвовать в работе глобальных рынков).

Последний параграф посвящен анализу участия России в глобальной сис­теме именно в данном контексте (как национального государства и как участни­ка различных международных организаций).

3.1. Государство как субъект глобальной экономики и трансфор­мация его функций в современных условиях.

Главной проблемой, вокруг которой ведутся дебаты, является проблема влияния формирующейся новой международной экономической системы на по­литический суверенитет отдельных государств. Это влияние, прежде всего, вы­ражается в значительном сокращении сферы компетенции национальных орга-

101

нов власти при принятии ими решений в экономической и социальной областях. И в этой части дискуссия по глобализации смыкается с дискуссией о сущности современного института государства, а также тех метаморфозах, которые оно претерпевает в последние годы, а также о возможных перспективах его даль­нейшего развития [Hirst P. and Thompson G., 1995, р.412]. В последние годы в развитых странах появился целый ряд работ, в которых утверждается, что эко­номическая глобализация неизбежно ведет к свертыванию многих функций го­сударства. В обоснование своей позиции исследователи чаще всего приводят следующие аргументы.

Современный институт государства (государство благосостояния) в за­падных странах достиг своего расцвета в послевоенный период, когда экономи­ческая политика многих правительств строилась на «кейнсианской платформе». Эти правительства проводили политику, которая создавала условия для процве­тания экономики, повышения ее эффективности и в то же время обеспечивала относительно справедливое распределение результатов процветания между предпринимателями и наемными работниками. Наемные работники получили практически полную занятость и социальные гарантии. Прибыли предпринима­телей непрерывно увеличивались, экономика бурно развивалась, производитель­ность труда росла, заработная плата регулировалась коллективными соглаше­ниями, заключаемыми между профсоюзами и работодателями, стабильность в экономике позволяла корпорациям осуществлять строгий контроль над произ­водством и инвестициями.