У нас – это у меня и у Бори. Я еще подумал: зря штатив отдал. Ведь нужная штуковина – и не только при свете фотонов. Лучше бы девушки валюту забрали. Наши странные знакомые пришли в замешательство. Мы же, как ни в чем не бывало, продолжали свой путь. В тот момент мы уже двигались в абсолютно темное место. Как у негра подмышкой. Страшно нам, вроде бы, не было. Навязчивых индийцев мы уже насмотрелись. Когда наши новые знакомые наконец пришли в себя, они оказались растерянными. То ли ушло самое ценное – девушки, то ли они почувствовали, что заигрались – не знаю. Но вдруг, изменившись в облике, они приветливо распрощались, облобызали нас и пошли своей дорогой. Бородач лично пожал мне руку, улыбаясь во всю ширь своего добродушного оскала.

А мы продолжали углубляться в темноту. Дороги-то мы не знали. Свернули в один проулок, но без какой-либо уверенности. Идем себе. Даже подумываем, не прибегнуть ли к помощи рикши. Он-то довезет. Вдруг прямо по курсу из мрака высвечивается рикша. Приглашает. Мы, кажется, даже и не соглашаемся. Идем дальше. Но рикша настойчиво пытается донести до нас какую-то свою мысль. Наконец все проясняется. Это тот самый, который увез девушек. Они послали его за нами. Несколько минут – и мы снова вместе. Мы предстаем перед девушками, которые с волнением ожидают нашего возвращения.

Часть II

ГАРВАЛ

Дорога пилигримов

Джим Корбетт

Если вы индус [* Индусы (индуисты) - последователи различных сект религии индуизма], родившийся на выжженных солнцем равнинах Индии, и хотите, как каждый добрый индус, совершить паломничество к древним святыням Кедарнатха и Бадринатха, вы должны начать ваше странствование из Хардвара. Для того чтобы в полной мере заслужить награду, которой вы удостоитесь за точное соблюдение правил паломничества, вам следует по дороге из Хардвара в Кедарнатх и далее, переваливая через горы по пути к Бадринатху, каждый свой шаг сделать босиком. В Хардваре, погрузившись в воды священного водоема Хорки-паури, выполнив darshan [* * Религиозный обряд] во многих святилищах и храмах и добавив вашими медяками подаяние, собираемое в их сундуки, вам надо обязательно бросить монетку в пределах досягаемости гноящихся обрубков (когда-то рук) прокаженных, стоящих рядами в наиболее узкой части дороги пилигримов, выше священного водоема. Это необходимо, иначе прокаженные накличут беду на вашу голову. Кто знает, может быть, несчастные обладают властью выше вашего понимания, властью, скрытой в их мерзких лохмотьях или в пещерах, которые они считают своими домами. Лучше избежать проклятий подобных людей, потратив всего-навсего несколько медяков.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Вы сделали все, что обычай и религия требуют от доброго индуса, и теперь вольны начать ваше долгое и трудное паломничество.

Первое представляющее интерес место, куда вы придете, покинув Хардвар, это Рикикеш. Здесь вы прежде всего познакомитесь с храмом-школой Kalakamli wallahas, получившей название из-за черного покрывала, которое носил его основатель и которые до сих пор носят его последователи. Это широкое одеяние имеет форму свободного плаща, опоясанного веревкой из козьей шерсти. Последователи школы известны всей стране своими добрыми делами. Я не уверен, сможет ли другое религиозное братство, которое вы встретите на пути своего паломничества, похвастаться такой известностью, но хорошо знаю, что братство Katakamli wallahas пользуется заслуженной славой. И действительно, на пожертвования, которые собирают у священных гробниц и во многих храмах, ими построенных, они содержат госпитали, амбулатории и убежища для паломников, наконец, кормят бедных и нуждающихся.

Оставив Рикикеш позади, вы попадете в Лахман-Хьюлу, где дорога пилигримов пересекает Ганг с правого на левый берег по висячему мосту. Здесь следует остерегаться красных обезьян, наводняющих мост, так как они еще более назойливы, чем прокаженные Хардвара. Если только не умилостивить их сладостями или поджаренными зернами, то ваш проход по длинному и узкому мосту будет трудным и тягостным.

Через три дня путешествия вверх по левому берегу Ганга вы достигнете древней столицы Гарвала - Сринагара, исторического, религиозного и торгового центра большого значения, очень красивого города, удобно расположившегося в широкой, открытой долине, окруженной высокими горами. Именно здесь в 1805 году предки гарвальских солдат, которые столь доблестно воевали в двух мировых войнах, выступили в свой последний и безуспешный поход против захватчиков-гурков [* Гурки (гуркхи) - собственно непальцы, группа консолидирующихся народов (кхасы, гурунги, магары и др.) населяют Центральный и Юго-Западный Непал и Северную Индию]. Древний город гарвальцев Сринагар со всеми дворцами его королей был снесен до последнего камня при разрушении плотины озера Гона-Лейк в 1894 году.

Эта плотина, оказавшаяся причиной оползня в долине Бирехи-Ганга, притока Ганга, была в основании шириной 11000 футов, в верхней точке ее ширина достигала 2000 футов, а высота равнялась 900 футам. Когда плотина рухнула, освободилось 10 миллиардов кубических футов воды, разлившихся в течение шести часов. Хотя поток в долине Ганга ниже и справа по направлению к Хардвару все уничтожил на своем пути и смыл все мосты, погибла только одна семья и то лишь потому, что ее члены вернулись в опасную зону вскоре после того, как были насильственно оттуда удалены.

Выйдя из Сринагара, вы окажетесь перед трудным подъемом в Чатикал, с вершины которого открывается изумительный вид на долину Ганга и вечные снега, лежащие над Кедарнатхом.

День перехода из Чатикала, и вы увидите Голабраи, ряд травянисто-тростниковых крыш убежищ для паломников - однокомнатных каменных помещении с питьевыми лотками; эти большие, внушительного вида водоемы наполняются маленькими ручейками кристально чистой воды, которые летом невозмутимо спускаются с гор по множеству желобов, грубо сколоченных из молодых сосенок. В другие времена года вода свободно и весело стекает каскадами по скалам, задрапированным мхами и папоротником венерин волос [* Венерин волос (Adiantum capiUus veneris) - папоротник рода адиантум. Тонкие стержни листьев, блестящие и упругие, напоминают волосы, а изящная листва - женские кудри], по роскошному ложу живой зелени жерухи и небесно-голубых стробилантов.

Еще две мили по последнему ровному участку пути, и вы достигнете Рудрапраяга, где мы с вами, мой друг-паломник, должны расстаться, так как ваш путь лежит через Алакнанду и вверх по левому берегу Мандакини до Кедарнатха, в то время как мой - через горы к моему дому в Найни-Тале.

Дорога, предстоящая вам сейчас, протоптана миллионами подобных вам паломников. Она исключительно крутая и невероятно тяжелая; и вы, чьи легкие никогда не вдыхали воздух выше уровня моря, вы, кто никогда не поднимался на что-нибудь более высокое, чем крыша вашего дома, и чьи ноги никогда не ступали на что-то более жесткое и крепкое, чем поддающийся под ступнями песок, будете очень страдать от этой дороги.

Не один раз наступит момент, когда, едва переводя дыхание пред ликом крутых вершин, вы продолжите восхождение, с трудом передвигаясь на своих сочащихся кровью ногах, израненных на тяжком пути по скалам, по острой гальке и замерзшей глине. И тогда возникнет вопрос об ожидаемой награде, которую вы ищете: стоит ли она настоящей цены, оплачиваемой такими муками? Но вы как добрый индуист будете идти, успокаивая себя мыслью, что заслужить ее можно, лишь претерпев мучения, и чем сильнее страдания в этом мире, тем большая награда ожидает вас в будущем.

«Леопард из Рудрапраяга», г.

10 августа. Манали – Харидвар.

Наша цель – долина Ганга. Как лучше добраться в те края, точно неизвестно. По карте ближайший пункт в интересующем нас районе – Уттаркаши. От Уттаркаши начинается дорога на Ганготри. Мы планировали начать оттуда. Расстояние до Уттаркаши достаточно большое. Нам предстоит проехать целый штат Химачал Прадеш. Потребуется выбраться из верховьев Биаса и спуститься пониже, поскольку пробираться напрямик сквозь толщу Гималаев не представляется возможным.

Накануне вечером мы зашли в агентство, где арендуются такси. В тесном помещении толпится множество людей. По всей видимости, это водители. Расступаются. Спрашиваем, можно ли доехать до Уттаркаши. Они отвечаю, что Уттаркаши – это штат. Дикие люди – не могут отличить Уттаркаши от Уттарпрадеша. Объясняем, что нам нужен не штат, а город Уттаркаши. Для убедительности перечисляем ближайшие населенные пункты. Они говорят, что могут довезти за 7,5 тысяч до Харидвара. А Уттаркаши уже как-нибудь своим ходом потом. Мы в принципе согласны. Но Гаури упирается: 7 тысяч. Они не хотят 7. Гаури предлагает разыграть обычную сцену ухода. Уходим. На улице тут же к нам подходит водитель (он принимал самое активное участие в беседе в агентстве) и говорит, что 7 тысяч его устраивает. Предлагает посмотреть машину. Переходим улицу, смотрим. Джип марки «махиндра». Несколько отличается от уже привычной для нас модели. Похож на военный. В этом сзади только 2 места, а не 4. Соглашаемся. Завтра в 7.

И вот 7 утра. Я вскипятил бадью воды для чая. Пьем чай в нашем номере отеля Юпитер. К 7 часам, то есть ко времени отъезда, не готово отданное в стирку белье. Отдают мокрое.

Выехали в 7:30. Водитель – здоровый мужик с щетиной. Первым делом, еще не выехав за пределы Манали, остановился на поле рядом с дорогой. Здесь среди прочих обнаружился агент, который устраивал нас в гостиницу, когда мы приехали в Манали из Дели. Он сразу распознал нас и стал расспрашивать, куда мы направляемся. Даже залез в машину и сел на водительское место. Вроде как показывает, что он тут большой человек. Интересуется, сколько заплатили. Мол, никогда до Харидвара не ездил. Мы не говорим. Этот-то запрашивал не 7, а все 9.

Тронулись, но проехали недолго. Заехали на монтаж колес. Что-то с колесом. Движемся вниз по ущелью Биаса. Вокруг зеленые горы. Мягкие на вид, уютные. Красота. Водитель – индуист. Впереди перед лобовым стеклом переливается разноцветными красками алтарик.

Снова, как и по пути вверх, останавливаемся у храма над обрывом. Здесь многие машины останавливаются прямо на повороте горного серпантина. Заходят. Точнее, заходить некуда – храм открытый. Перед входом – колокол. Надо до него дотронуться. В глубине – Шива. Индусы встают на колени и принимают благословение. Специальный человек, сидящий у входа, после священнодействия ставит на лбу красную точку. Из автобусов передают записочки. Напротив - монастырь. На противоположной стенке ущелья. Чтобы в него попасть, надо перебраться на другую сторону Биаса. Монастырь красочно расписан. Прекрасно смотрится среди зелени на крутом склоне над пропастью. С тем берегом наш связан тросом. Говорят, сюда приезжают паломники, останавливаются в гостинице и переправляются в монастырь по этой воздушной переправе.

Дальше – парим над Биасом, повторяя его извивы. Водитель (его зовут Соми) говорит, что в прошлом году здесь сорвался со скалы автобус. Показывает место. Борматаня заливается нервным смехом. Как это понимает водитель, неизвестно. Встретили на дороге стаю обезьян. Соми остановил джип и принялся их кормить. Это не просто обезьяны. Они же родственники Ханумана. Священных коров уже не кормим. А они, между прочим, тоже кое-кому родственники. Бычку Нанди, дай ему бог здоровья. Но всех не накормишь. А коров на дороге попадается очень много. Лежат. Лениво ходят. Стоят поперек. Смотрят без эмоций и отворачиваются. Они совсем не обращают внимания на проносящиеся мимо автомобили. Те вынуждены тормозить и ждать, пока мощные туши вяло переместятся куда хотят.

Я заснул от всего этого монотонного вправо-влево. Очнулся. Жарко. Стоим в каком-то городке. Водитель отворяет дверь и что-то излагает. Сначала никто не понимает, что ему нужно и зачем он отрывает нас от сладкой дремы. Но потом становится понятно, что водитель говорит нечто достаточно важное. У него сложности с колесом. Предлагает пересесть в другой джип. Публика волнуется, нет ли здесь подвоха. Не придется ли платить дважды. Я припомнил, что читал в одном описании, будто смена машины и водителя – вполне принятая здесь практика. Соми говорит, что отданных на заправке 2-х тысяч ему вполне хватит, а оставшиеся 5 нужно заплатить другому водителю.

Пересаживаемся. Груда вещей перекочевывает с одного багажника на соседний. Другой водитель худой. Его аккуратно окантованный затылок колышется то туда, то сюда. Становится совсем жарко. Скоро наш джип сворачивает с основной трассы, и мы начинаем подниматься по извилистому серпантину какой-то, я бы сказал, проселочной дороги. Этот серпантин отличается от тех, что были. Там мы долго и уверенно мчались по шоссе с разметкой и даже иногда с ограждениями. Здесь пошла другая дорога. Машин почти нет. Вокруг - зеленые горы. Иногда – дома.

Но дорога хорошая. Только очень извилистая. Вправо-влево, вправо-влево… Остановились перекусить. Видимо, гости посещают эти места не очень обильно. Если судить по приему в пищевом заведении. Меню в черной копоти. Не приносят трубочки к слайсу. Стаканов тоже не подают. Приходится напоминать. К салату не дали вилок. Потом после настоятельной просьбы принесли сразу две вилки. Ну, ясное дело, не видели они иностранцев.

По замыслу, мы должны пересечь большой участок пути в предгорьях по штату Химачал Прадеш. Нам нужно попасть из одного горного ущелья в другое, но через 500 км. Поэтому понятно, почему наш путь пролегает по горам. Горы здесь тоже неотразимые. Бесконечно сменяющие друг друга дороги проложены по лесу на приличной высоте. Почему-то именно по верху, а не в долине. Причем, по-моему, можно подметить определенную закономерность, в каком именно месте склона – то есть как соотносится нижняя и верхняя части горы, рассекаемой дорогой. Дорога проходит приблизительно на высоте 2/3 – 3/4 от всей горы. Сколько до вершины, понять не всегда возможно. Иногда дорога переваливается через пологие гребни. Но там, скорее всего, нас не ждет спуск, а снова и снова лавирование в гигантских холмах. И так без края, бесконечно долго.

Скорее всего, пересадка случилась в Чандигаре. Другие названия нам совсем неизвестны. Хорошо бы потом посмотреть карту. Стало темнеть. Явилась прохлада. Я даже одел дополнительную рубашку. Впечатляющая картина. Мчимся около верхней кромки горы. С одной стороны нагоняет густейший туман. Когда заезжаем на одну сторону – обычная панорама. С другой – молоко. Ныряем в него, как в пустоту. Можно различить в непосредственной близости лишь небольшой кусочек дороги. А сбоку вместо провала – белое ничего.

Измученные нескончаемой тряской просим остановиться. Оказалось, что мы приземлились на плоскости, которая находится на вершине горы. Многие с жарой фотографируют пустоту тумана. Сколько еще? 200 км. Это часов 5 при нашей скорости. Опять поворот вправо, поворот влево… Я забываюсь сном на заднем сиденье.

Просыпаюсь. Остановка. Какой-то город. Темно. Несмотря на вечер, очень тепло. Гор не видно. Наш водитель выходит из какого-то светящегося помещения. Ошарашивает пассажиров необходимостью новой пересадки в очередной джип. Публика ропщет. Особенно публика не хочет понимать, как можно отдать водителю деньги здесь при том, что следующему не платить ничего. Недоверчивая публика, подозрительная. Будто бы вокруг сплошные жулики. «No problem, - много раз повторяет наш рулевой, - Вы мне сейчас отдаете 5 тысяч. И больше никаких денег платить не потребуется». Измученные женщины не хотят верить в такое простое решение и подозревают каверзу. В связи с этим пробуксовывающая по кругу беседа который раз возвращается на то же место. Женщины проявляют изобретательность в своем издевательстве над местными устоями. Они хотят отдать предыдущему водителю причитающуюся ему часть денег от всей суммы, а остальные попридержать, чтобы вручить следующему возчику. Однако водители упорно не желают открывать тайну своих дел и не хотят сообщать, сколько кому положено, твердя все сердитее и сердитее свое «no problem». По-моему, давно стоило бы им поверить. Никто ведь не сможет взять с нас дополнительные деньги силой. Это они гораздо больше рискуют, пока мы не заплатим. В состоянии взаимной упертости происходят непонятные перемещения. К нам подсаживается веселый индусик, и мы едем по темным закоулкам непонятно куда. Останавливаемся в пустынном переулке возле очередного светящегося пункта. Мы уже отчасти понимаем, что смена экипажей связана с возможностями лицензий, которыми располагает таксист. Каждый водитель ограничен в своих передвижениях строго очерченной территорией. Рикзен тоже говорил, что не сможет нас забрать из Ламаюру. Подъезжает джип. Ситуация достигает критической черты. Надо принимать решение.

Мы соглашаемся. Отдаем деньги уже изрядно рассерженному водителю. Он оттаивает. Даем еще 100 рупий. Улыбается.

Третий сегодняшний джип гонит во весь опор по неосвещенным дорогам. Харидвар где-то рядом. Но такое впечатление, что мы пробираемся непосещаемыми задворками, подпрыгивая на ухабах, вместо того, чтобы мчаться по крупной магистрали. Где мы? Куда едем? Понять это не в нашей власти.

Тем не менее, прибываем в Харидвар. Водитель по-английски не говорит. Останавливается возле полицейского, чтобы тот перевел, чего мы хотим. Мы хотим недорогой отель. Опять поиски комнат, торговля, переход в следующий отель. Улицы, кажется, застроены одними гостиницами. В первом отеле – нет мест. Во втором запрашивают 500 рупий за комнату. Это дорого. Гаури предлагает 300. Они не соглашаются. Неохотно готовы сбавить до 450-ти. Идем в соседнюю. Там договариваемся на 400.

Устраиваемся. Внизу разбирательство отелей. Те, из первого отеля, согласны на 400. Они возмущены тем, что мы от них ушли, ведь комнаты стоят гораздо дороже, и такую низкую цену они предлагают только в знак особого гостеприимства.

В том отеле, где мы все-таки в конце концов остановились, едва только мы занесли вещи, сразу же начались непонятные перестановки. Девушкам предложили перейти в другую комнату. А она оказалась совсем крошечной. Так что там оставалось места обойти вокруг кровати. Борю и Таню также переселили на другой этаж. В результате проявленной бдительности девушек удалось вернуть в нормальный номер. А именно тот, откуда только что ушли Боря с Таней.

11 августа. Ришикеш

Итак, мы спустились вниз до отметки 294 метра. Здесь дыхание Гималаев уже не в силах соперничать с индийским летом. Горы – где-то совсем рядом. Харидвар находится на равнине у самых ворот в царство Гарвальских Гималаев.

Всласть отоспавшись, команда собралась в нашей комнате, где за чашечкой чая было решено сегодня никуда не уезжать, ограничившись дальнобойностью радиальных вылазок по направлению к близлежащим достопримечательностям. К таковой достопримечательности был отнесен, конечно же, Ришикеш. Нас отделяли от него 24 км. И чтобы одолеть их, мы двинулись к автобусной станции. Надо заметить, что Харидвар еще вчера в ночи удивил меня своими размерами. Почему-то у меня сложилось о нем впечатление как о сравнительно небольшом городе. На фотографиях мы видели множество храмов на подступах к священной Ганге, к которой со всех сторон спускаются ступеньки. При ступеньках обнаружился целый город с железнодорожным вокзалом и активным движением на главной магистрали. Наша гостиница оказалась запрятана в дремучем закоулке, хотя при желании от него можно за 5 минут дойти до того самого центрального вокзала. Тут часто от главной оживленной улицы отходят ответвления такие узкие, что машина с трудом протискивается. Накануне вечером нас именно такими и везли на джипе. Сегодня мы без труда оказались на главной магистрали города и направились в сторону вокзала. Но увидеть, как выглядит харидварская станция автобусов, нам не довелось. По пути нам попался извозчик рикши, который стал нас обрабатывать на предмет воспользоваться его услугами. Они, эти восточные предлагатели услуг, как-то молниеносно узнают все подробности об окружающих людях и далее прилагают все усилия, чтобы осчастливить их жизнь. Что до нас, то идея добраться до Ришикеша на рикше показалась нам вполне уместной. И время не терять, и аттракцион попробовать. А рикши здесь водятся такие, что ранее мне не попадались – шестиместные, в 2 ряда по 3 сидения друг напротив друга. Здоровущие такие. Целый трехколесный автомобиль. Сторговались на 200 рупий. Сначала продавец транспортных благ запросил 250, но Гаури подхватила его театральную тему и, махнув рукой, двинулась восвояси. Рикша подъехал с другой стороны и предложил 200. Все довольны.

Ура, едем! Мне пришлось сесть на скамеечке рядом с водителем. Я заметил, таких крупногабаритных рикш в Харидваре видимо-невидимо. Седьмое место – впереди, а в пассажирской части – 6. Но это на наш взгляд 6. А по индийским меркам – это просто вагон. Мне даже не представить, сколько в таком пространстве может разместиться местных жителей. Они не то что бы компактнее. Просто у них не в такой степени развито чувство собственной значимости. И так они плотно и ловко усаживаются, что и не скажешь, будто им тесно. Да еще впереди вокруг водителя можно пристроиться. И хоть там штатного места нет (если смотрит иностранец), но имеются всякие жердочки и вполне благоустроенные, мягкие со спинками. Так что еще некоторое количество пешеходов можно переродить в пассажиров.

Выехав из города, мы довольно скоро остановились. Я сидел впереди и спросил водителя: «Смена рикши?». Я это в шутку сказал, вспоминая наши вчерашние перемены транспортных блюд. Но водитель радостно подтвердил мое предположение. Вчера в подобных обстоятельствах все очень горячились. Сегодня наш экипаж пересел в другую рикшу, и никто из находившихся поблизости даже не заподозрил, что накануне такая же простая просьба едва не окончилась международным конфликтом.

Ришикеш - мировая столица йогов, город святых, аскетов и риши (мудрецов) - находится в 24 км к северу от Харидвара. Он расположен на высоте 335 метров и окружен горами с трех сторон. Ришикеш - город мудрости и просветления. Ганга здесь еще ближе к небесам, к тому месту, где ее потоки срываются с волос Шивы. В Ришикеше находится множество ашрамов, которые предлагают курсы различной продолжительности по медитации, йоге, классическим танцам и индийской философии. Наиболее известные – это Шивананда Ашрам, основанный одним из крупнейших йогов прошлого века Свами Шиванандой.

Нас провезли по центральной части Ришикеша, а затем доставили в район Лакшман Хьюла (Lakhman Jhula). Здесь после многочисленных нападений со стороны торговцев и их соблазнов мы вышли к большущему висячему мосту через Ганг. Мост эффектно завлекал к какой-то красивости. На другом берегу вокруг места, откуда он произрастал, сгрудились храмы и просто экзотические постройки. Мы перешли через священную реку, которая в этом месте достаточно широка. Коричневые (серые - Гаури) и мутные воды Ганга несли свои божественные струи на равнину. На том берегу мы посетили довольно любопытный храм Кайлаш Никетан. Еще со стороны противоположного берега он привлекал внимание. Мне бы не пришло в голову классифицировать это строение как храм – просто многоэтажное здание с галереями во всю длину на каждом ярусе. В общей сложности этажей 13. Они представляли собой завуалированный подъем к самой верхней точке, где собственно и находилась конечная цель посещения. Нужно идти кругами по галереям, взбираясь все выше и выше. На всем пути следования встречаются разномасштабные колокольчики. Паломники непременно дотрагиваются до колокольчиков, поэтому весь воздух наполнен многозначительным звоном. А с внутренней стороны галерей устроены нескончаемые ячейки, в которых находятся алтари с разноцветными скульптурами индуистских богов. Кажется невероятным, что богов такое множество. Ячейки открыты. Мы проходили по этажам, и красочные композиции сменяли друг друга в витринах, словно в музее. Впрочем, кое-где вместо многоруких богов в храмовых ячейках обитали продавцы со своими обычными предложениями. Прикоснувшись к небу в храме на самой вершине, мы обрели по третьему глазу, который нам изобразили в виде красной точки на лбу, а затем со спокойной душой смогли спуститься к людям.

Мы двинулись по направлению ко второму висячему мосту. По пути заглядывали в храмики и засматриваясь на витрины магазинов. Нечаянно мой взгляд остановился на товарищах. Я обратил внимание на то, что лица членов команды не светились от счастья. Команда напоминала скорее арестантов. Как им тяжело все-таки. Ну, жарко было, разумеется. Здесь еще и влажность высокая. Горы в дымке. Сверху упакованы еще и облаками. Но все равно, виды завораживают.

Среда обитания полна наиколоритнейших типов. Это паломники. Причем помимо обычных индусов, приехавших в святое место, часто встречаются особые экземпляры, для которых состояние паломничества является основным образом жизни. Я, конечно, у них не выпытывал детали. Может, они облачились в свои оранжевые одежды только утром, сменив надоевший костюм. Но это вряд ли. Прическа, опять-таки, явно не офисная, борода – попробуй за отпуск такую отрасти. Очень натуральный узелок и еще котелочек. Котелочек - исключительно замечательная деталь. Я так и не разгадал его смысл. Хотя разгадка, ясное дело, где-то на поверхности. Котелок блестящий, в форме цилиндра. Его носят за ручку. Естественно, везде и всегда. Пилигримам оставить свои скромные пожитки негде. Они не признают гостиниц, ночуя на свежем воздухе. Хорошие ребята. Поболтать бы с таким за жизнь. А?

У второго моста – тоже оживление. Мы зашли в ресторан, где нас пригласили в изолированное помещение для особых гостей. Это помещение, наподобие аквариума, отличало не только противоестественная чистота, но и работающий кондиционер. Даже холодно с непривычки. Но ненадолго. Когда привыкаешь, испытываешь повторный шок, возвращаясь в парник. Парник это здесь обычная окружающая среда, а прохлада – в специальных камерах. Как у нас парники, но наоборот. В местных парниках хранится некоторое количество дефицитного холода, а банная парилка является просто естественной средой.

От моста берег превращался в сплошные сменяющие друг друга на многие сотни метров каменные лестницы к священной воде. Люди совершали омовения. Некоторые просто мылись и даже брызгались. Разве что не бултыхались. Течение и глубина все-таки. В Ришикеше, как и в других расположенных на Ганге городах, такие места совершения ритуального омовения являются наиболее священными. Они называются гхаты. Мы со значением помочили ножки. Купающихся немного. И все мужчины. Где же женское отделение? Хочется запечатлеть что-нибудь, ласкающее взор.

Гаури приобрела картонную вазочку в виде цветочной чаши, наполненной всякими подношениями. По примеру окружающих Гаури пустила свой дар по течению с зажженным огнем. Я повторил такое же ритуальное действо. Правда, пока я спускался по ступенькам к потоку, в моей чаше задуло свечку. Пришлось снова ее воспламенять и уже соблюдать повышенную осторожность. Течение подхватило цветок и понесло в сторону океана. Мне очень даже понравилось.

Вернуться на покинутый берег решили на пароме. Большая лодка с мотором за 5 рупий перевозит всех желающих. Что примечательно – рядом мост. Но в пароме, очевидно, присутствует своя изюминка. Поэтому кораблики постоянно наполнялись пассажирами. Несколько минут – и мы на другом берегу. В нашем плотном распорядке следует классифицировать этот кратковременный участок как сплав по Гангу. Когда мы вновь оказались на суше, наше внимание привлекла надпись «Ашрам Шивананды». Это достаточно известный ашрам. Очень хотелось его рассмотреть. Длинная лестница от входа приводила к роскошному мандиру. Мы подошли как раз к концу пения баджанов. Нам с Гаури даже достался кусочек огня, которым одаривались все посетители.

Возвращаясь в Харидвар, уже совсем не обратили внимания на замену одной рикши на другую.

Вечером, когда совсем стемнело, двинулись в агентство джипов. В первом встретившимся на нашем пути офисе, предлагающем такси, нам сказали, что согласны повезти за 4 тысячи, но в Уттаркаши необходима ночевка. Наши представители всячески настаивали на однодневном варианте. Терять день очень не хотелось. Невзирая на отдельные неувязки, у очевидцев складывалось впечатление, что разговор носил вполне конструктивный характер. Неожиданно, когда, казалось, все достигло определенности, обнаружилось, что в этом агентстве нет джипов. Посмеявшись, расстались.

Агентство с джипами по-родственному встретило наш, можно сказать, патентованный экипаж джипа. Здесь нас не уговаривали растягивать удовольствие на несколько дней. И даже денег запросили меньше: 3500. Единственное, на чем настаивали – выехать пораньше, часов в 8. Мы просили 10, чтобы утром успеть пробежаться по городу (мы ведь так до сих пор и не посмотрели Харидвар). Сошлись на 9-ти. Потом от водителя мы узнали причину таких строгостей. Лицензия, которой располагают здешние водители, не дает права на перевозки в темное время суток. Уточнили про возможность остановок по требованию, про смену джипа, про наличие багажника и попрощались до утра.

12 августа. Харидвар - Ганготри.

Харидвар - один из семи наиболее почитаемых священных городов Индии, расположенных по берегам Ганга, город святынь, храмов и ашрамов. Название города переводится с санскрита как «Врата богов».

Через Врата богов лежит путь в царство богов. Харидвар называют еще «Воротами в рай». Люди, достигшие совершенства, проходят через последнее духовное очищение именно в этом месте и попадают в царство совершенного духа. Горная гряда этих мест называется Шиваликс. Восточное и западное поднятие горной гряды действительно напоминает ворота.

Здесь же всегда проходил сокровенный путь на священные земли Великих Гималаев. Потому именно в Харидваре делают очистительные омовения в Ганге паломники и учителя, прежде чем тронуться в путь на север. Каждый, кто окунается в священные воды Ганги в этом месте, уносит с собой каплю бессмертия.

Настойчивый стук в дверь. С трудом просыпаюсь. Лена. Сколько времени? 10 минут 6-го. До отъезда идем смотреть город.

6 утра. Харидвар уже проснулся. Маленькие улочки полны бодрости. Пытаемся с этой паутине угадать ниточку, которая выведет нас на набережную. Запутанные переулки обдают нас чадом харчевен. Они сменяют друг друга, открывая все новые и новые сюжеты и виды. Но во всем этом, сколько ни вглядывайся, не угадывается ни малейших признаков знакомого нам мира. Это Индия.

В Харидвар стекаются приверженцы индуизма, начиная свое паломничество по священным местам, расположенным в Гарвальских Гималаях. От тысяч и тысяч верующих, скорее всего, и вам, оказавшимся однажды в Харидваре, передастся атмосфера непостижимого священнодействия. Набережные в Харидваре подобны величайшему храму. Ступени каменных лестниц спускаются к Гангу. Они тянутся на многие километры. С самого утра до позднего вечера здесь можно наблюдать таинство общения человека и священной реки.

Набережная Ганга. Видим, как бесхитростно сочетается бытовая и духовная сторона бытия. Женщины стирают белье в божественной реке. Кто-то моется. Другие - здесь же, на тех же ступеньках – пускают по течению цветочные чашечки с горящим огнем. А перед этим долго повторяют мантры, совершают кружения, поклоны и прочие явно не заурядные действия.

Движемся по набережной к центру. Набережные становятся все шире. Здесь все больше людей. Похоже, многие тут и ночевали. С детьми, целыми семьями. А что? Лучшее место для паломников. Наверное, отлично спится на прибрежном мраморе возле святой реки удушливой индийской ночью. То, что большинство этих людей явилось сюда с ритуальной целью, не вызывает никаких сомнений. С каждым шагом роение нарастает. И - о боже! – мы входим в самую сердцевину этого высокого праздника - в Хорки-паури (Har-ki-Pauri) или Брахма Кунд. Это и есть центральное место паломничества в городе и главная священная купальня в Харидваре.

Здесь при громадном стечении народа творится самое-самое. Вдоль набережной, прямо в реке, сооружены огромные мостки. Такие, что они создают для реки небольшую протоку, отгороженную от основного потока. Течение, скажу я вам, не слабое. Сотни людей плещутся в мутных водах. Чтобы мощное течение гималайской реки не сбило с ног, в воде устроены специальные цепи, за которые можно ухватиться. Подчас происходящее напоминает скорее веселье, чем таинство. Но, стало быть, такое здесь погружение в святость. Оно полно жизни, энергии, радости. Один смеющийся человек, энергично окунаясь в воду, подобно поплавку, сделал знак, чтобы я его снял на пленку. К нам подошли люди в форме и предложили сделать взнос на что-то, вероятно связанное с благочестивыми нуждами. Выписали квитанцию.

А над всей покрытой туманом рекой сквозь дымчатую пелену взирал откуда-то с другого берега, словно с другой реальности, многометровый Шива. Этот непрекращающийся праздник – его.

Я очередной раз ловлю себя на мысли, что такого просто не может быть в нашем обыденном мире. Все эти люди чувствуют и видят нечто такое, что нам пока не открылось. На наших глазах они вступают в контакт с божественными сущностями, которых мы не можем видеть. Они испытывают на себе воздействие этой мутной жидкости. И мы видим, что для них все происходящее вполне реально. Большинство из них имеет только начальное образование. Они слишком бесхитростны, чтобы притворяться. Нет никаких оснований сомневаться в том, здесь обретают вполне осязаемое счастье.

В Харидваре мы наняли джип, чтобы отправиться туда, куда на протяжении веков устремляются тысячи тысяч паломников. По чудесному стечению обстоятельств индуистские боги избрали для своих судьбоносных деяний места небывалой красоты и притягательности. Впрочем, что тут удивляться, они же боги. Кроме того, по удивительному совпадению оказалось, что задуманный нами маршрут включает большую часть мест, посещаемых пилигримами во время своих священных странствий. После Харидвара и Ришикеша полагается непременно посетить четыре главные гималайские святыни, – Ганготри, Ямунотри, Кедарнатх и Бадринатх.

Название	Расстояние (от Ришикеша)	Высота
Ямунотри	222	3185
Ганготри	248	3048
Кедарнатх	223	3584
Бадринатх	301	3096