Курс клиники внутренних болезней и клинические лекции в двух томах (стр. 19 )

Убедившись в связи хронических воспалений печени и почек с прежними инфекционными болезнями, мы не будем уже так часто находиться в затруднении при диагнозе хронического воспаления печени у молодого субъекта, никогда не употреблявшего спиртных напитков, которым одно время почти исключительно приписывали способность производить циррозы печени. В последние годы мне гораздо чаще приходилось встречаться со случаями цирроза печени у людей, никогда не злоупотреблявших спиртными напитками; острая инфекционная болезнь или конституциональный сифилис гораздо чаще были причиной хронических воспалений печени, чем вино. Простуда, сырые помещения, которым придавали такое значение в развитии хронической брайтовой почки, по моим наблюдениям, имели обыкновенно значение моментов, нарушавших уравновешивание болезни; бывшая же инфекционная болезнь или сифилис, вызывающий в почечной ткани аналогичные изменения, составляли обычные этиологические моменты этих страданий. Этиология хронических гиперплазических опухолей селезенки была проще и потому реже маскировалась и принималась за простуду или другие болезненные формы, которые, так сказать, служили только ширмами, прикрывавшими темное происхождение хронических воспалений печени и почек.

Большая часть врачей связывает хронические опухоли селезенки с инфекционными процессами, но при этом болотная лихорадка не вполне справедливо сохранила за собой наибольшее право сравнительно с другими инфекциями. Мы могли не раз убедиться, насколько упорны бывают опухания селезенки и после других заразных болезней, например, после возвратной горячки, после смешанных тифов или неопределенных инфекционных заболеваний; с другой стороны, сифилитический яд тоже может вызывать опухание селезенки. Без всякого сомнения, некоторые случаи хронической гиперплазии этого органа, обусловливая увеличение числа белых кровяных шариков в крови, бывают причиной развития некоторых форм белокровия; и нужно думать, что не только сифилис и перемежная болотная лихорадка бывают этиологическим моментом белокровия (Мозлер), но, вероятно, и другие инфекционные острые болезни, например, холера, тифы, возвратная горячка. Во время эпидемии какой-то горячечной формы в деревне у одного из моих больных, при лихорадочных движениях в начале болезни, развилось в сильнейшей степени селезеночно-лимфатическое белокровие, от которого он и погиб через два года от начала болезни. В анамнезе лейкемиков встречается очень часто указание на бывшую заразную болезнь, после которой здоровье больного уже не восстановлялось вполне. Патолого-анатомические изменения селезенки, печени, почек, лимфатических желез и желудочно-кишечного канала бывают при лейкемии до такой степени сходны с острыми инфекционными формами, что на эту болезнь можно смотреть, как на хроническую инфекционную, в основе которой лежит одна из зараз, проявивших свое действие не в обычной острой форме кратковременного течения, а в затянувшейся на целые годы. Особенно близка аналогия с лейкемией в наших затянувшихся на несколько месяцев гастроэнтеритах, возвратных горячках и так называемых неопределенных инфекционных формах. Читая у Мозлера описание начинающихся лейкемий, трудно подметить диференциальный диагностический признак этих заболеваний, тем более что нередко в затянувшихся инфекционных формах можно было наблюдать и увеличение количества белых кровяных шариков в крови. На основании клинических, этиологических и анатомических данных на лейкемию позволительно глядеть, как на хроническую инфекционную форму с преобладающим заболеванием селезенки или лимфатических желез. Некоторые случаи страдания сердца с явлениями его слабости и изменениями в обоих размерах, при целости клапанов, отверстий и периферических артерий, известные под именем ожирения сердца, также составляют очевидный остаток бывших острых инфекционных болезней. Острое ожирение мышечных волокон сердца в течение различных острых инфекционных процессов, ведущее к последовательному исчезновению мускулатуры и увеличенному развитию соединительной ткани, при выздоровлении больных от острого заболевания может в большинстве случаев уравновешиваться усиленной работой оставшихся мышечных волокон; но, очевидно, равновесие это иногда нарушается или вследствие увеличившихся препятствий для кровообращения, или вследствие утомления сердечной мышцы под влиянием усиленной работы, плохого питания тела и пр.: при этом сердечная сила уменьшается и наступает период расстройства компенсации кровообращения. Нередко на одном и том же больном приходится встретить сложную картину различных проявлений хронических страданий в различных паренхиматозных органах вследствие бывшего острого инфекционного процесса; так, например, одновременно встречаются и припухлость селезенки, и явления хронического разлитого воспаления печени и почек, и расстройства компенсации в увеличенном в обоих размерах сердце при здоровости клапанов, отверстий и периферических артерий. Расстройство компенсации деятельности сердца, вызванное в таком случае каким-нибудь острым бронхитом, до такой степени затемняет всю клиническую картину, что представляются весьма большие затруднения при анализе и определении связи между различными клиническими симптомами. Иногда в таких случаях при жизни больного остается неразрешенным вопрос о том, что было первоначальной причиной общей водянки; хроническое ли воспаление почки, вызвавшее общую водянку, которая только отчасти развилась под влиянием механических причин со стороны ослабленного сердца, утомившегося вследствие бронхита, или же, наоборот, водянка произошла от первичного страдания сердечной мускулатуры, и изменения в почечной ткани составляют лишь последовательные явления, вызванные венозным стазом. В подобных случаях вскрытие всего чаще показывает, что водянка была происхождения смешанного и зависела частью от хронического воспаления почек, частью же от одновременно существовавшей атрофии сердечной мышцы. Обыкновенно, впрочем, диагностические затруднения в подобных случаях разрешались анамнезом больного или дальнейшим его наблюдением, когда утомление сердца исчезало и когда таким образом удалялся или значительно уменьшался один из моментов водянки: моча при этом представляла изменения, более характерные для хронического нефрита, или же, наоборот, при восстановлении сердечной силы и при уменьшении явлений венозного стаза моча теряла эти явления и вся форма водянки удобнее объяснялась временным утомлением атрофированной мышцы сердца.

Различные инфекционные болезни, вызывая в паренхиматозных органах острые воспалительные процессы, представляют при этом в клиническом течении известного рода количественные особенности: так, поражение почек, резкое и почти обычное в скарлатине, бывает слабее и менее резко при брюшном тифе, гораздо постояннее при холере, часто при гастроэнтерите, нередко при болотной лихорадке, гораздо реже в легких случаях возвратной горячки и почти обычно в тяжелых ее случаях. Печень обычно и резко поражается при возвратном тифе; гораздо слабее ее изменения при чистых случаях сыпного и брюшного тифов, неосложненных возвратной горячкой; также незначительно поражение печени при скарлатине и пр. Сердце резко изменяется при возвратной горячке, при дифтерите, при тяжелых случаях сыпного и брюшного тифов и уже гораздо меньше при болотной лихорадке. Участие печени, почек и мышц сердца в различных инфекционных болезнях несомненно, и каждая из этих болезней в своих типических проявлениях представляет, как сказано, известную степень количественной характерности в острых изменениях названных паренхиматозных органов; но нет никакого сомнения, что при уменьшении клинической типичности заразной болезни, при исчезновении резких особенностей ее клинического проявления в течении той или другой эпидемии, уменьшается и даже уничтожается характерная особенность поражения и паренхиматозных органов. С исчезновением типичной возвратной лихорадки стали исчезать и гнездовые изменения в селезенке; значительное увеличение этого органа, его болезненность уменьшились. Подобные же количественные изменения представлялись и в печени, почках и сердце. Насколько характерны заразные болезни в своих типических случаях относительно клинического течения и анатомо-патологических изменений, настолько же они могут терять своеобразность проявлений в легких своих формах. Тем не менее эти необособившиеся инфекционные заболевания заслуживают полного внимания практических врачей, потому что значительная часть острых заболеваний в той или другой местности выражается именно подобными заболеваниями, или являющимися самостоятельно, или же осложняющими какие-нибудь другие местные процессы. Этиологические моменты известной местности будут давать то или другое значение острому поражению паренхиматозных органов.

ДОБАВЛЕНИЕ К ПРЕДЫДУЩЕЙ СТАТЬЕ:

ТРИ СЛУЧАЯ БЕЛОКРОВИЯ, В КОТОРЫХ БЫЛ ПРИМЕНЯЕМ ПРЕРЫВИСТЫЙ ТОК

ПЕРВЫЙ СЛУЧАЙ

Д-ра Т. Богомолова

Коллежский секретарь, уроженец Ковенской губернии, 53 лет от роду, поступил в терапевтическую клинику проф. 12 февраля 1874 г. Больной высокого роста, среднего телосложения, кожа бледна, на груди во многих местах покрыта рубцами звездообразной формы. Умеренное увеличение подмышечных и паховых лимфатических желез. Височные и плечевые артерии извилисты, лучевые прощупываются ясно. Щеки довольно впалые; на левой щеке большой рубец. Склеры иктеричны. Заметные впадины над обеими ключицами, в особенности же над правой, которая и выстоит более вперед. Левая половина грудной клетки спереди более плоска, и на ней более резко очерчены контуры ребер, чем на противоположной стороне. Правое плечо ниже левого, правый угол лопатки ниже левого; правая половина грудной клетки менее подвижна, нежели левая. Позвоночник в поясничной части искривлен вправо. При перкуссии определяется заметное притупление над, на и под правой ключицей (до нижнего края IV ребра); то же сзади на лопатке, где, кроме того, усилена и вибрация. При выслушивании: ослабленные дыхательные шумы с правой стороны, спереди и сзади и легкое выдыхание над и под правой ключицей. Верхняя граница сердечной тупости начинается с IV ребра, нижняя кончается между V и VI; на этом же месте сердечный толчок. Поперечник заходит на палец за правую пригрудинную линию. Акцент на II тоне в легочной артерии и в аорте. Нечистый первый тон у верхушки сердца заменяется по временам шумом. Пульсовая волна сдавливается с трудом. Живот сильно вздут; в особенности выдается левая половина его, в которой прощупывается опухоль с резкоочерченными краями, занимающая почти всю левую половину живота. Тупость, соответствующая границам этой опухоли, непосредственно переходит в селезеночную тупость, верхняя граница которой начинается с VII ребра. Опухоль имеет очертание неправильного четырехугольника. Размеры ее следующие: продольный по парастернальной линии = 21,5 см; поперечный: а) от продолженной аксиллярной до Linea alba = 17; б) с частью, заходящей за Linеа alba = 20 см. (Длина нормальной селезенки = 12 см, ширина нормальной селезенки = 8 см, а при лейкемии: длина = 20-25 см, ширина = 14-30 см). Нижний край опухоли непосредственно соприкасается cum spina ilei anteriore superiore левой стороны тела, спускается далее вниз и не доходит только на 7 см до symphisis ossium pubis. Печень начинается с VI ребра и выходит по сосковой линии без малого на 4 см из-за края ложных ребер; нижний край ее ясно прощупывается. Кроме упомянутых явлений, у больного замечены еще следующие ненормальности по отношению к иннервации его тела: опущенный левый угол рта, глухота на левое ухо, правая половина языка шире левой, язычок отклонен влево; с закрытыми глазами, во время хождения, сильно шатается; на левой ноге стоит при закрытых глазах плохо; левая рука слабее правой; чувство щекотки и двойственности тоже ослаблено на левой стороне. При расспросе больной жаловался главным образом на головную боль, ослабление слуха и памяти и на появлявшееся по временам затруднение речи (при небольшом волнении больной сильно заикается); далее, на раздражительность, боли в нижних конечностях, по направлению костей; более же всего на тяжесть в левом подреберье и во всей левой половине живота, причинявшую ему боль при хождении. Кроме того, он жаловался еще на боль под ложечкой, плохой аппетит, неправильные отправления желудочно-кишечного канала (то запор, то понос). Еще в детстве у него замечали опухоль шейных и подмышковых лимфатических желез; 20 лет тому назад имел какую-то грудную болезнь (в течение 1,5 недели), сопровождавшуюся сильным кашлем и колотьем в правом боку. Четыре года тому назад появилось ощущение тяжести в левом боку, увеличивавшееся постепенно и дошедшее до крайне тяжелого чувства при хождении. Три года тому назад была какая-то горячечная форма, тянувшаяся 2,5 месяца. Сифилиса у больного не было. На основании всего сказанного предположено было следующее: старый плеврит правой стороны, артериосклероз, центральное черепномозговое хроническое страдание; а на основании увеличения селезенки, печени, лимфатических желез было высказано предположение о существовании leukaemiae splenolymphaticae, что и подтвердилось при исследовании крови больного. Кровь при исследовании оказалась жидкой, по цвету видимо светлее нормальной, с увеличенным против нормального содержанием белых кровяных шариков. Отношение белых телец к красным было = 1 : 12,5. Белые кровяные шарики были весьма разнообразной формы: то сферические с матовой однородной протоплазмой и нерезко выраженным центральным ядром, то большие, круглые или овальные клеточки с зернистой протоплазмой и экцентрическим ядром. Красные кровяные шарики были, по-видимому, непохожи на нормальные и не складывались в монетные столбики. Назначена была tinctura toni-conervina Bestoucheffii, вместе с этим проф. предложил электризовать прерывистым током область селезенки, а также и увеличенные лимфатические железы.

Излагая последовательно течение болезни и влияние на него предложенного способа лечения, мы увидим блистательное подтверждение предположения проф. .

Больной со дня поступления (13 февраля) до 19 февраля при лечении железом не чувствовал особого улучшения относительно своего прежнего состояния. С 19 же числа под влиянием прерывистого тока, прилагаемого в различных направлениях на место увеличенной селезенки, стало замечаться резкое уменьшение ее как в продольном, так и в поперечном размерах.

Яснее всего влияние электризации будет понятно из прилагаемых числовых данных.

До электризации После электризации

Продольный диаметр части,

выходящей из-за ложных ребер = 21,5 см = 16,5 см

Поперечный с частью, заходящей за пупок = 20 = 17. На палец не доходит до spina ilei anter. super, sin

Нижняя граница с одной стороны непосредственно

соприкасается со spina ilei anter. super, sinstra, a = 17. На палец не доходит до spina ilei anter. super, sin

C другой отсотит от symphisis ossium pubis на 7 см Не доходит на 10 см

Электризуя ежедневно в течение 15 или 20 минут, мы с 20 по 24 число заметили следующие изменения в размерах: продольный размер уменьшился с 19 на 15 см.; поперечный размер сократился с 17 на 14,5 см; а нижняя граница селезенки, прикасавшаяся к spina ilei anter. sup., отстояла теперь от нее на 4,5 см; наконец, расстояние нижней границы от symph. ossium pubis с 8 см увеличилось на 12 см. С 24 февраля по 4 марта селезенка при электризации не уменьшилась в продольном направлении более как на 0,5 см, а в поперечном на 2 см. С б по 9 марта она начала мало-помалу опять увеличиваться как в длиннике, так и поперечнике; а к 24 числу она с 14,5 дошла до 16 см (при электризации 15 см); 16 марта продольный размер ее = 16, а поперечный = 17. К 26 числу продольный размер селезенки был - 17 см; поперечный был = тоже 17 см; нижняя граница селезенки на 3 см не доходила до spina ilei anter. sup., а с другой - отстояла от symph. ossium pubis на 10,5 см.

По мере уменьшения в размерах селезенка делалась плотнее, а края ее острее; поверхность приобретала более бугристый вид; и самочувствие больного резко улучшалось, а именно: при ходьбе он не ощущал прежней тяжести, аппетит заметно возрастал, испражнения совершались ежедневно, головокружения прекратились. Лучше всего больной чувствовал себя в тех случаях, когда его электризовали до обеда; если же это делали после обеда, то появлялись сильная боль и тяжесть в области селезенки и, кроме того, понос.

После одного из таких сеансов у больного сделался понос (6 жидких испражнений с потугами), увеличился объем селезенки и температура дошла до 37,8° (чего прежде не бывало); при этом больной сильно потел. На объем селезенки влияло и психическое состояние: при неожиданно постигшей больного неприятности объем селезенки заметно увеличился. Однажды под влиянием психического возбуждения проф. замечено уменьшение объема селезенки. Не меньшего внимания заслуживают результаты, полученные при электризации лимфатических желез. Для электризации мы выбрали паховые железы, которые имели приблизительно величину крупного лесного ореха; с каждым сеансом они становились более и более плотными и, в конце концов, уменьшились больше чем на половину своего первоначального объема.

В заключение нам остается еще дополнить наше наблюдение исследованиями крови, мочи, определением веса, температуры и числа дыханий. Вообще можно сказать, что вес больного колебался между 60 и 58, 75 кг; температура - между 36° и 37,6° (за исключением 3 дней, когда она достигала 37,8°); число пульсовых ударов - между 60 и 80, а число дыханий - между 18 и 24. Цвет мочи был или бледножелтый, или желтый (hellgelb или gelb - по таблице Фогеля). В ней найден был белок; вскоре, после того как она была выпущена, она давала осадок из щавелевокислой извести и мочекислого натра и аммония; реакции на индикан получались резкие. Моча была кислая; суточное количество ее простиралось от 700 до 2 500 см3; удельный вес колебался от 1 010 до 1 016; количество мочевины от 20 до 30 г, хлоридов в ней бывало от 12 до 15 г. Количество мочевой кислоты колебалось следующим образом:

2,8 -

1,950 1,94

2,48 0,362

0,972 0,990*)

(* нормальное суточное количество мочевой кислоты, по Ранке = 0,648; maximum 0,874, minimum 0,445. По Петтенкоферу и Фойту, при лейкемии = 1,424.

Имея в виду исследования Мозлера и Кернера (Zur Blut - und Harnanalyse bei Leukaemie в Virchow's Archiv, 1862, т. 25, стр. 142), Якубаша (Beitrage zur Harnanalyse bei lienaler Leukaemie в Virchow's Archiv, 1868, т. 43, стр. 196) и Зальковского (Beitrage zur Kenntniss der Leukaemie в Virchow's Archiv, т. 50, стр. 18), мы искали в моче описанные авторами составные части и нам удалось найти: ксантин, гипоксантин, муравьиную, уксусную, молочную, бензойную и щавелевую кислоты, индикан и желчные кислоты*.

* Для получения жирных кислот мы брали 300 см3 мочи, разбавленной разведенной серной кислотой, и перегоняли при умеренном огне, причем получался перегон кислой реакции (при перегонке на внутренней стенке холодильника получались чешуйки и листики, которые были не что иное, как бензойная кислота со всеми ее свойствами). С перегоном мы поступали следующим образом: брали две порции, которые потом соединяли, прибавляли углекислого натра до слабо щелочной реакции и выпаривали до половины объема на водяной бане; затем опять делили на две части: одну нагревали с азотнокислым серебром, причем происходило восстановление серебра; другая часть нагревалась с азотнокислой окисью ртути, причем не происходило восстановления последней (муравьиная кислота). Часть с азотнокислой окисью серебра (в нейтральном растворе) дала белый кристаллический осадок, растворимый в горячей воде, без восстановления, кристаллизующийся при охлаждении. Полуторахлористое железо окрасило упомянутый нейтрализованный раствор в кровяно-крас-ный цвет (уксусная кислота).

Для определения г и п о к с а н т и н а мы брали см3 мочи, осаждали основным уксуснокислым свинцом, пока образовывался осадок; фильтрат обрабатывали уксуснокислой окисью ртути причем получался осадок - соединение гипоксантина с окисью ртути, - который мы обливали водой, разлагали сернистым водородом, потом немного подогревали, фильтровали горячим, доводили до малого объема и производили реакции на гипоксантин: с уксуснокислого окисью меди получился серокоричневый осадок - соединение гипоксантина с медью; с хлористым цинком - белый осадок, легко растворимый в НС1. Водный раствор гипоксантина после прибавления к нему нескольких капель азотной кислоты, при выпаривании в фарфоровой чашечке, давал желтый осадок, окрашивавшийся от раствора едкого натра в красный цвет. При осторожном выпаривании этого раствора получалось желтое окрашивание, которое при нагревании темнело, а с хлористой известью и натронным щелоком не давало зеленого окрашивания. Эта последняя реакция, по Гоппе, считается чувствительнейшей реакцией для гипоксантина.

Ксантин мы получали по способу Нёйбаура (Anleitung zur quan-titativen und qualitatilen Analyse, 1872, Wiesbaden, стр. 24), т. е. разбавляли мочу баритовой смесью для осаждения сернокислых и фосфорнокислых солей. По образовании осадка сливали прозрачную жидкость, пока это было возможно, остальную же часть отфильтровывали и выпаривали всю жидкость в форфоровой чашке до густоты сиропа. Такого качества остаток мы собрали от 50 л сгущенных помянутым образом, разбавили фунтом аммиака и осадили аммиачным раствором азотнокислой окиси серебра. По слитии стоявшей над осадком жидкости этот последний мы собрали на фильтре, промыли водой до уничтожения реакции на хлор, потом выжали фильтр в пропускной бумаге до тех пор, пока начал отставать осадок, который сняли с фильтра, положили в колбу и облили азотной кислотой удельного веса 1,1 и кипятили, при чем наибольшая часть его растворилась, и жидкость из темноокрашенной сделалась светложелтой. При выпаривании этого раствора получился желтый осадок, который от аммиака не окрашивался в пурпуровый цвет; от калийного щелока делался желто-красным, а при нагревании получал великолепное вишнево-фиолетовое окрашивание. При прибавлении водного раствора ксантина к смеси из хлористой извести и натронного щелока около зернышек образовалось зеленое окрашивание, переходившее в бурое, которое потом исчезло.

Для определения молочной кислоты мы выпаривали свежую мочу на водяной бане почти досуха, остаток обрабатывали спиртным раствором щавелевой кислоты, причем получались в виде осадка щавелевокислые соли и, между прочим, щавелевокислая мочевина; в растворе же оставались молочная, фосфорная и соляная кислоты. Этот раствор мы кипятили с гидратом окиси свинца, выпаривали досуха и извлекали остаток абсолютным алкоголем, в котором растворялась молочнокислая окись свинца. Фильтрат обрабатывали сернистым водородом, выпаривали на водяной бане до густоты сиропа, взбалтывали с эфиром, который при выпаривании на часовом стекле оставлял молочную кислоту; по растворении этой последней в небольшом количестве воды и кипячении с окисью цинка получились характеристические клинообразные и бочкообразные кристаллы молочнокислой окиси цинка.

Для определения бензойной кислоты мы нейтрализовали мочу, выпаривали ее до густоты экстракта, извлекали алкоголем и к этому последнему раствору прибавляли соляной кислоты, причем получались кристаллы бензойной кислоты, которые при нагревании с азотной кислотой распространяли запах масла горьких миндалей.

При исследовании крови, кроме вышеупомянутых качеств ее шариков, мы получили еще следующие числовые данные. Мы считали шарики сначала по способу Велькера (Prager Viertel-farschr., т. 44, стр. 60. Zeitschr. f. ration. Medic. 3 с, т. XX, стр. 280), а потом без всякого разведения крови и без прибавления к ней каких-либо реактивов, т. е. производили укол иголкой на пальце больного, выступившую каплю крови размазывали осторожно по стеклышку (кровяные шарики при этом не претерпевали видимых изменений), пока не получался тонкий слой, и затем уже считали при помощи квадратного окулярмикрометра; при этом из 54 счетов получилось 240 белых и и 4 266 красных кровяных шариков, что составляет 1:17.

ДОБАВЛЕНИЕ К ПРЕДЫДУЩЕЙ СТАТЬЕ:

ТРИ СЛУЧАЯ БЕЛОКРОВИЯ, В КОТОРЫХ БЫЛ

ПРИМЕНЯЕМ ПРЕРЫВИСТЫЙ ТОК

ВТОРОЙ СЛУЧАЙ

Д-ра Т. Богомолова

Лейтенант 8-го флотского экипажа М. М. 14 марта поступил в терапевтическую клинику проф. . При расспросе жаловался на кашель, начавшийся еще в январе 1873 г. и усилившийся в настоящее время; кашель этот сопровождается извержением небольшого количества зеленоватой мокроты; кроме того, больной жалуется на насморк, боли в правой половине лица и грудной клетки, плохое обоняние в правой ноздре и частое носовое кровотечение. Правым ухом слышит плоховато. Костная проводимость звуков справа понижена. По временам некоторое затруднение при мочеиспускании, и последний год начали появляться в испражнениях членики солитера. 5 лет тому назад больной почувствовал упадок сил, отсутствие аппетита и небольшое лихорадочное состояние. В это время он находился в Красном Селе, где тогда была холерная эпидемия. Больной высокого роста, худощав, кожа имеет несколько оливковый оттенок, на лице переходящий даже в бронзовый. Незначительная опухоль паховых желез. Легкое притупление над и под правой ключицей; то же самое и на правой лопатке; соответственно этим местам усиленная вибрация. При выслушивании этих мест вздох заметно короче выдоха. Верхняя граница сердца прикрыта легким; продольный диаметр кончается между V и VI ребрами, а поперечный у левой пригрудинной линии. Верхняя граница печени начинается с V ребра и по сосковой линии выходит почти на два пальца из-под ложных ребер. Селезенка начинается с VII ребра, а нижним своим краем выходит из-за края ребер в виде опухоли,, продольный диаметр которой по пригрудинной линии = 15 см, по сосковой = 12 см; в промежутке между этими двумя линиями = 14,5 см. Поперечный диаметр с частью, заходящей за linea alba, = 27 см. Опухоль наощупь тверда, с острыми краями и немного болезненна при ощупывании. Тупой тон в нижней части живота пальца на четыре ниже уровня пупка, и соответственно месту распространения этого тона флюктуация. При исследовании крови отношение красных кровяных шариков к белым в 3 счетах было следующее:

60 - 0

180-1

130-1

374:2= 187:1

В моче сильно кислой реакции найдены следы белка; она в скором времени при стоянии дает осадок, преимущественно состоящий из щавелевокислой извести и, кроме того, кристаллов мочекислого аммиака. Из совокупности данных, полученных из объективного исследования, сама собою вытекала диагностика: "селезеночное белокровие"; случайное осложнение со стороны грудных органов было в форме катарра крупных бронхов; в верхушке правого легкого имелись, кроме того, явления незначительной хронической пневмонии. Назначена была электризация селезеночной области. Электроды прилагали по различным диаметрам селезенки, причем размеры последней уменьшились в следующих пределах.

15-го - до электризации

продольный размер по

парастернальной линии = 15,5 см

по сосковой = 12,5

в средине между двумя помянутыми = 14,5

поперечный = 27

От начала лечения прерывистым током, с 16 марта до 24 марта, первый размер с 15,5 дошел до 13 см; второй с 12,5 до 12 см; третий с 14 до 8 см; и, наконец, четвертый с 27 до 17 см; с 24 по 30 размер по сосковой линии дошел до 7 см, по пригрудин-ной до 8,5, а поперечный до 16 см. С уменьшением объема селезенки больной чувствовал себя бодрее, кашель уменьшился, аппетит улучшился и носовые кровотечения прекратились.

В течение всего этого времени вес, температура, число пульсовых ударов и число дыханий колебались в следующих пределах: вес междуиг; пульс 78-80 ударов.

Число дыханий от 14 до 26

Температура 36o - 37,4o

Количество мочи колебалось см3

Удельный вес ее 1.

Количество мочевины было 27=29 г

хлоридов 13-14

мочевой кислоты = 0,313-0,762 г

фосфатов = 0,25-0,28

В моче этого больного найдены: ксантин, муравьиная, уксусная, молочная и щавелевая кислоты.

Кровь больного, как и в первом случае, была лишена способности давать монетные свертки. При исследовании, произведенном д-ром Лапчинским на нагревательном столике, оказалось, что она содержала малое количество двигавшихся и изменявших свою форму кровяных шариков; большая часть ее белых кровяных шариков имела вид больших круглых или овальных клеточек с зернистым содержимым. При счете шариков найдены следующие отношения между числом белых и красных.

Из 6 счетов до электризации Из 6 счетов непосредственно

вслед за электризацией

16 марта - 1:45 1:31

17 марта - 1:64 1:44

23 марта - 1:323/7 1:33

ДОБАВЛЕНИЕ К ПРЕДЫДУЩЕЙ СТАТЬЕ:

ТРИ СЛУЧАЯ БЕЛОКРОВИЯ, В КОТОРЫХ БЫЛ

ПРИМЕНЯЕМ ПРЕРЫВИСТЫЙ ТОК

ТРЕТИЙ СЛУЧАЙ

Д-ра Дроздова

1874 г., 15 марта. Больной Штабс-капитан Чи...с, 57 лет, уроженец С.-Петербургской губернии, жалуется на общую слабость, одышку, кашель и по временам запоры. Больного особенно беспокоят опухоли, развившиеся в непродолжительное время на шее, подмышками, в пахах и в животе.

Анамнез больного, к несчастью, весьма беден. Он не только забыл, когда и чем он был болен в своей жизни, но даже не помчит начала развития беспокоящих его опухолей. В начале сентября 1873 г. он заметил будто бы первую опухоль в нижней части живота, величиною в куриное яйцо; вскоре затем почувствовал под ребрами, с левой стороны, тяжесть и ощупал на этом месте такую же опухоль, как и внизу живота. Вслед за этим начали появляться опухоли на шее, подмышками и в пахах. Определить точно время появления и развития каждой из опухолей больной не в состоянии, а также не может указать и на причину появления их. Поставить в причинную связь эти опухоли с прежде бывшими болезненными расстройствами тоже нет никакой возможности, так как больной ничего определенного не может рассказать о бывших у него страданиях.

Исследование больного показывает следующее.

Больной истощен и бледен; общие покровы вялы, кожа суха, морщиниста и легко образует складки, слизистые оболочки весьма бледны. Вся правая половина тела слабее левой, что особенно выражено в руке и ноге; на этой же стороне чувствительность к теплу и к тактильно двойственным ощущениям тоже представляется ослабленной; шейные, подмышковые и паховые лимфатические железы представляются опухолями величиной от лесного ореха до гусиного яйца: наощупь эти опухоли вялы, дряблы и немного подвижны. По всей грудной клетке при перкуссии получается легочный тон; при выслушивании в обоих легких спереди и сзади пузырчатые и свистящие, слизистые, крупные хрипы. Сердечная тупость простирается в продольном направлении с IV до VI ребра; влево до сосковой линии, вправо почти доходит до правой парастернальной. Тоны сердца слабы, при верхушке его систолический шум, акцент на втором тоне аорты и пульмональной артерии; периферические артерии извилисты и склерозированы. Диафрагма подвижна, печень выдается за край ложных ребер на один палец и немного чувствительна; селезенка увеличена, особенно вниз: селезеночная тупость начинается на VIII ребре, вниз доходит до уровня пупка, вправо почти заходит за белую линию; на этом пространстве она ощупывается довольно твердой и гладкой; кроме того, на селезенке, под покровами живота прощупывается весьма подвижная опухоль величиной в кулак. В нижней части живота с левой стороны прощупывается такой же величины опухоль. Живот вообще вздут и растянут. Количество белых кровяных шариков увеличено. По счету их оказалось в крови, взятой из пальца, 1 белый на 60 красных. Количество пульсовых ударов 72, дыханий 32 в минуту.

Таким образом из этих данных у больного определено следующее: leukaemia lymphatica et lienalis, бронхит, артериосклероз с последовательными изменениями в сердце, недостаточность митральных заслонок и центральная мозговая форма, которая выражается парезами правой стороны тела и находится, вероятно, в связи со склерозом артерий. Профессор наблюдал уменьшение увеличенных лимфатических желез и селезенки под влиянием индукционного тока, а потому и в данном случае применено было это лечение. Сила тока бралась неодинаковая и преимущественно такая, какую больной мог переносить. Таким током опухоли электризовались от 5 до 10 минут и в результате получилось: уменьшение шейных желез приблизительно на 0,5 см, подмышками на 1 см; селезенка легко уходила из-под руки сантиметра на 1,5 во всех размерах; паховые железы также наощупь резко уменьшились.

Железы и селезенка под влиянием фарадизации, уменьшаясь в объеме, становились более твердыми наощупь и по окончании раздражения сохраняли большую плотность и уменьшенный объем. Больному был дан только один сеанс; лечение было прервано наступившими праздниками.

СЛУЧАЙ УСИЛЕННОГО ПОТА НА ОДНОЙ СТОРОНЕ

Д-ра В. Покровского

20 марта 1874 г. в терапевтическую клинику профессора поступил больной Ф., который представлял следующее интересное явление всякий раз, как он что-нибудь ел: правая сторона лица, большая часть лба, часть теменной и вся височная область вместе с ухом, небольшое пространство за ухом сзади, а также и верхняя часть шеи с правой стороны заметно краснели и покрывались обильным потом, который потом скоплялся в довольно крупные капли (больше всего на щеке) и стекал вниз, если больной не вытирался. Правая сторона груди и правая рука, а также и правая нога, хотя менее резко, но все же представлялись во время еды несколько теплее и влажнее тех же частей слева. Описанное явление повторялось, только в меньшей степени как при жевании пробки, так и при душевных возбуждениях.

Правая височная артерия делается во время потения ясно видимой, извилистой и заметно пульсирует; биение появляется также и на внутренней поверхности правой щеки. Правый зрачок как во время еды, так и до и после нее сокращается в такой же степени, как и левый. В лице и языке замечается незначительная асимметрия: левый угол рта несколько опущен, левая щека отдувается несколько больше правой, язык при высовывании едва заметно отклоняется в правую сторону; между тем правая щека несколько тоньше левой, правое верхнее веко немного опущено и не поднимается до такой высоты, как левое. Температура при покойном состоянии в подмышковой впадине 37,3°, в полости рта с обеих сторон 37,2°, на наружной поверхности обеих щек 36,4°.

Во время еды в правой подмышковой впадине температура повышается на 0,4-0,2°.

Тотчас после еды температура в полости рта тоже повышена, и это повышение иногда достигало 0,5°. На щеках же отношение между температурами обеих сторон было обратное: термометр, поставленный на правую щеку тотчас по окончании еды, в то время как щека была покрыта обильным потом, прямо показывал понижение температуры, доходившее до 1о, в течение 16 минут; затем температуры на обеих сторонах постепенно выравнивались, по мере исчезновения красноты и влажности на правей стороне. Измерения температуры были делаемы несколько раз, и представленные нами отношения есть только общий вывод из этих измерений. Правая нижняя и верхняя конечности представлялись наощупь теплее при усиленном поте лица и по окончании потения. При действии индукционного тока по направлению шейной части симпатического нерва, равно как и постоянного тока в восходящем и нисходящем направлении в той же области, при покойном состоянии больного не замечалось такого эффекта, как при еде. Если же больной начинал есть при действии на него того или другого тока, то описанный эффект развивался у него, по-видимому, в тех же размерах, как и обыкновенно. Наконец, при действии индукционного тока на шейную часть симпатического нерва во время еды краснота правой стороны исчезала очень быстро и охлаждение этой стороны шло, по-видимому, скорее.

Реакция пота была нейтральная или слабо щелочная. Больней с открытыми глазами стоит почти одинаково хорошо на тгй и на другой неге; с закрытыми же немного хуже на левей. Ходит с открытыми и закрытыми глазами одинаково хорошо.