Политология (стр. 18 )

Постсистемные трактовки политики

В современной политической науке насчитывается более двух десятков определений политической системы, которые понимают ее то как комплекс идей, то как совокупность разнообразных элементов, то как ряд взаимодействий политики с другими общественными сферами. Однако в 80-90-х гг. сложившиеся системные подходы к описанию макрополитических порядков нача­ли утрачивать свою былую популярность. И хотя сегодня эти модели по-прежнему используются, особенно при сравнительных исследо­ваниях, в научном пространстве стали возникать теории, которые либо используют системную методологию как всего лишь отдельный технологический прием исследования, либо предлагают заменяющие ее идеи.

Так, на волне исследования современных процессов модерниза­ции появились попытки описания системных свойств макрополити­ки в условиях не стабильных, а переходных обществ. Авторы этого в самом широком понимании «девелопменталистского» (от англ. development – развитие) подхода обращали внимание на важность для организации политической власти характера «зависимостей» по­литики (например, от динамики социально-экономического разви­тия), ее структурной дифференциации (обеспечивающей автоном­ность политической подсистемы общества), а также «способностей» системы, предполагавших готовность власти к «обновлению» (т. е. к обеспечению определенной степени адаптации государства к вызо­вам времени), «мобилизации» (привлечения властью людских и ма­териальных ресурсов для оперативного решения задач), «самосохра­нению» (недопущению к власти крайних оппозиционеров) и обес­печению тенденции «к равенству» политических участников.

Одновременно с такими интерпретациями системного метода стали возникать и принципиально новые идеи. Как уже отмечалось (см. гл. 1), Д. Марч, Д. Олсен и ряд других теоретиков выдвинули концепцию «но­вого институционализма». Рассматривая государство в качестве основно­го, систематизирующего политику общества центра, они в то же время подчеркивали принципиальное значение не только организационных и процедурных, но и символических, неформальных аспектов его дея­тельности. С их точки зрения, взаимодействуя и дополняя друг друга, формальные и неформальные нормы и правила политической игры со­здают сложные, многоуровневые отношения, организующие и стаби­лизирующие политические порядки в обществе.

Причем, придавая столь большое значение институтам власти, Ученые обращают внимание и на возможность возрастания организу­ющей роли не только государственных, но и иных институтов власти – корпораций, клиентел, групп давления и т. д., чьи цели и нор­мы могут оказывать существенное влияние на всю организацию по­литической жизни. Такое положение, к примеру, характерно для ны­нешней пореформенной ситуации в России, где правила политичес­кой игры, а порой и приоритеты развития общества определяют приобретшие самостоятельное политическое значение отдельные ад­министративные структуры (Администрация Президента); органы, вхо­дящие в систему исполнительной власти (Министерство обороны и Ге­неральный штаб); Православная Церковь и особенно коррумпирован­ные и криминальные структуры (по некоторым данным, контролирующие до половины объема российской экономики).

Английский ученый А. Гидденс предложил идею «структурации», заключающуюся в том, что упорядоченное воспроизводство макро­политики осуществляется при сочетании двух процессов: структура­ции (т. е. воспроизводство субъектами сложившихся норм и правил политического взаимодействия в четко ограниченных пространствен­но-временных границах) и институциализации (т. е. закрепление по­стоянно возникающих индивидуальных и групповых практик, в той или иной степени соотнесенных с действующими правилами отправ­ления власти). Таким образом, в социальном пространстве субъекты и системные требования (нормы) взаимно конструируют здание вла­сти, воспроизводя и обновляя политический порядок в обществе.

Концепцию, в которой по сути дела отрицается главенствующая роль некой внутренне организующей политику структуры, выдвинул современный французский социолог П. Бурдье. По его мнению, поли­тика, представляющая собой разновидность «социального поля», со­стоит из множества практик отдельных субъектов (агентов), обладаю­щих теми или иными «капиталами» (ресурсами), «позициями» (местом в политическом пространстве), когнитивными (познавательными) и мотивационными основаниями действий («габитусом»). Таким образом, макрополитический порядок складывается в результате сложного дина­мического взаимодействия этих практик, постоянно изменяющих «ка­питалы», «позиции» и другие присущие поведению авторов параметры.

В этих и других теоретических моделях макрополитического устрой­ства общества отражаются те изменения, усложнения в организации власти, которые происходят в современных обществах. Данные модели расширяют возможности более точного описания разнообразных ис­точников и механизмов формирования политических порядков.

Сущность, структура и функции политической системы

Если рационально интерпретировать рассмотренные нами теории и идеи системного отображения политики, то политическую систему можно оп­ределить как целостную и динамичную совокупность однотипных, до­полняющих друг друга ролей, отношений и институтов власти, взаимодействующих на основе единых норм и ценностей, задаваемых интере­сами доминирующих в обществе социальных групп и позволяющих последним реализовывать свои цели и намерения.

По своей сути политическая система характеризует глубинные, качественно определенные основания организации публичной госу­дарственной власти в масштабах общества, отображая базовые пред­посылки и факторы воспроизводства отношений государства и соци­ума в целом. Политическая система – это ансамбль однородных, однотипных структур и отношений, обладающий внутренней целостностью и воспроизводящий доминирующие позиции во влас­ти тех или иных социальных сил. Иными словами, политическая си­стема есть качественная характеристика политических порядков, сви­детельство степени внутренней упорядоченности, организованности и однотипности составляющих власть базовых элементов.

Системная трактовка политики показывает, что обретение поли­тикой своей внутренней целостности, достижение ею сплоченности важнейших идей и институтов власти происходит постепенно, в ре­зультате целенаправленной деятельности правящих кругов. Будучи ре­альным сочетанием институциональных и неинституциональных эле­ментов, политика может обладать разным уровнем их внутреннего со­ответствия друг другу, а следовательно, тем или иным уровнем зрелости. При этом она сохраняет и возможность утраты своих базо­вых свойств, упорядочивающих организацию власти.

Таким образом, с логической точки зрения эволюция полити­ческой системы может быть представлено как процесс постепенного повышения взаимосоответствия ее элементов и, благодаря этому, обретения внутренней целостности, а впоследствии – снижения ка­чественной и функциональной определенности за счет ослабле­ния, деградации и распада базовых элементов и взаимосвязанных отношений. Например, на начальных стадиях своего развития демок­ратические порядки могут поддерживаться за счет доминирующего влияния государственных институтов и лишь на более поздних эта­пах – за счет все более полного вовлечения в эти процессы объеди­нений гражданского общества, наработки соответствующих тради­ций и более тесного взаимодействия с международными демократическими структурами.

Политическая система как определенная подсистема общества испытывает постоянное влияние внутренней (интросоциетальной) и внешней (экстрасоциетальной и внесоциальной) среды. В качестве факторов внутреннего влияния могут выступать интересы разнооб­разных групповых и индивидуальных, элитарных и неэлитарных субъектов. Внешнее влияние на публичную власть осуществляется со­ответственно путем воздействия (биологических, геологических, гео­графических и т. п.) факторов природного характера, а также влия­ния качественно иных социальных процессов (экономических, нравственных и др.) либо тех или иных международных институтов и структур (ОБСЕ, ООН и т. п.). Приспосабливаясь к влиянию всех этих факторов, политическая система призвана постоянно совершенство­вать свое строение, искусственно достраивая собственные порядки необходимыми институтами и структурами, способствуя при этом целенаправленным изменениям общественных отношений.

В качестве основополагающих структурных компонентов полити­ческой системы обычно выделяют следующие:

• институциональный, раскрывающий наиболее характерные для данного общества способы артикуляции и агрегирования социальных интересов; тип формирования политических ассоциаций, партий, групп интересов; набор институтов, структур и организаций, уча­ствующих в конкурентной борьбе за власть; особенности электораль­ной системы, государственного строя и т. д.;

• нормативный, характеризующий устоявшийся в обществе тип принятия решений; господствующие методы политического принуж­дения; формы государственного контроля за принятыми решениями; технологии контроля общественности за властью; особенности кон­ституционной и судебной систем; принципы и нормы политической этики и т. д.;

• информационный, демонстрирующий принятый в обществе тип культурного языка; традиции, обычаи, символы, ритуалы, исполь­зуемые для обеспечения политического процесса; особенности по­литической семантики, форм межличностного и межгруппового об­щения и т. д.

Каждый из названных компонентов (элементов) является базо­вой характеристикой организации публичной политической власти в обществе, необходимым и минимально достаточным условием ее функционирования и развития. Эти структурные компоненты в сово­купности организуют некую внутреннюю матрицу политической жизни, упорядочивающую все основные проявления политической активности элитарных и неэлитарных слоев.

Благодаря своему структурному разнообразию политическая сис­тема способна обеспечивать исполнение определенных функций в обществе, к важнейшим из которых можно отнести:

• целенаправленное регулирование общественных процессов, ориентированное на обеспечение устойчивого продвижения обще­ства по пути социального развития;

• обеспечение оптимального взаимодействия между социальны­ми и политическими, общественными и природными процессами и структурами;

• включение граждан в политическую жизнь на основе господ­ствующих в государстве принципов и норм;

• обеспечение упорядоченности и стабильности политических порядков и т. д.

Выполнение функций политической системой обеспечивает це­лостность всего общественного организма, способствует гармониза­ции развития социума и природы.

2. Политический режим

Сущность и особенности политического режима

Важнейшей характеристикой полити­ческой системы является политичес­кий режим. В науке конкурируют в основном два подхода в трактовке режима: юридический, делающий акцент на формальные нормы и правила отправления власти инсти­тутами государства, и социологический, опирающийся на анализ тех средств и способов, с помощью которых осуществляется реальная публичная власть и которые в той или иной мере обусловлены социокультурными традициями, системой разделения труда, характером коммуникаций и т. д.

Как показал практический опыт, наиболее адекватным способом отображения политического режима является второй подход, даю­щий возможность сопоставлять официальные и реальные нормы по­ведения субъектов в сфере власти, отражать реальное состояние дел в области прав и свобод, выяснять, какие группы контролируют про­цесс принятия решений, и т. д. При социологическом подходе в каче­стве агентов власти рассматриваются не только правительство или официальные структуры, но и те, подчас не обладающие формаль­ным статусом группировки, которые реально влияют на принятие решений. В качестве определенной характеристики правления при этом может рассматриваться и деятельность оппозиции, а также другие, в том числе антисистемные, компоненты политики.

Ориентируясь именно на реальное отражение процесса отправле­ния политической и государственной власти, политический режим можно охарактеризовать как совокупность наиболее типичных методов функци­онирования основных институтов власти, используемых ими ресурсов и способов принуждения, которые оформляют и структурируют реальный процесс взаимодействия государства и общества. Как подчеркивают Г. Доннел и Ф. Шмиттер, режим – это совокупность явных или скры­тых структур, «которые определяют формы и каналы доступа к веду­щим правительственным постам, а также характеристики [конкретных] деятелей, ...используемые ими ресурсы и стратегии...».* В этом смысле когда говорят о политическом режиме, то имеют в виду не норма­тивные, задаваемые, к примеру, идеальными целями того или иного класса, а реальные средства и методы осуществления публичной по­литики в конкретном обществе.

* Transition from Authoritarian Rule: Tentative Conclusions about Uncertain Democracies/Ed, by G. O'Donnel, Ph. C. Schmitter. Baltimor, 1986. Vol. 4. P. 73.

Такое понимание политического режима показывает, что он фор­мируется и развивается под влиянием значительно более широкого круга факторов, нежели политическая система. Причем облик правя­щего режима зачастую определяется не только и даже не столько макрофакторами, скажем, социальной структурой общества, его нрав­ственно-этическими традициями и т. п., но и значительно более час­тными параметрами и обстоятельствами, а именно: межгрупповыми отношениями внутри правящей элиты, внутри - или внешнеполити­ческой ситуацией, характером международной поддержки власти, личностными качествами политических деятелей и т. д.

Политический режим – более подвижное и динамичное явле­ние, чем система власти. В этом смысле эволюция одной политичес­кой системы может осуществляться по мере смены нескольких поли­тических режимов. Например, установившаяся в XX столетии в СССР система советской власти трансформировалась в сталинский режим, затем – в режим, сформировавшийся в годы так называемой хру­щевской «оттепели» (в 60-х гг.), а впоследствии – в режим коллек­тивного руководства при .

Именно режимы проводят и одновременно олицетворяют собой определенную государственную политику, вырабатывают и осуще­ствляют тот или иной политический курс, целенаправленно прово­дят конкретную линию поведения государства во внутри - и внешне­политической сферах. Как показывает исторический опыт наиболее развитых индустриальных государств, с точки зрения самосохране­ния наиболее выгодной и предпочтительной для правящих режимов является политика центризма. Независимо от ее идеологической на­грузки, именно такая политика способствует минимизации конф­ликтов в сложноорганизованных обществах, помогает наиболее кон­структивно использовать политический потенциал всего общества, поддерживает взаимоуважительные отношения между элитарными и неэлитарными слоями.

В то же время большинство режимов в качестве одного из наибо­лее распространенных средств укрепления собственных позиций вы­бирает популизм. Так называется тот тип политики, который основы­вается на постоянном выдвижении властями необоснованных обе­щаний гражданам, на использовании демагогических лозунгов, методов заигрывания с обществом ради роста популярности лиде­ров.

Однако независимо от того, режим какого типа складывается в той или иной конкретной стране или какой политический курс пред­лагается стране, вся деятельность властей в конечном счете подчиняется целям сохранения стабильности контролируемых ими полити­ческих порядков в стране.

Понятие политической стабильности

По мнению многих ведущих теоре­тиков, стабильность, позволяющая добиваться повышения управляемо­сти общественных процессов, является наиболее важной характери­стикой не только политического режима, но и социального порядка в целом. Учитывая же, что политические институты, будучи своеоб­разным продолжением и закреплением социальных норм и отноше­ний, в первую очередь призваны упорядочивать общественные свя­зи, достижение ими политической стабильности приобретает исклю­чительную значимость в деятельности режима.

Содержательно о стабильности власти можно говорить при срав­нении либо различных политических систем, либо с тем режимом, который существовал ранее. В политическом мире существуют ста­бильные, среднестабильные и крайне нестабильные режимы. У каждо­го из них существуют свои возможности управления обществом, ре­зервы и ресурсы регулирования общественных порядков, способнос­ти к самосохранению и развитию,

Стабильность политического режима представляет собой слож­ное явление, включающее такие параметры, как сохранение систе­мы правления, утверждение гражданского порядка, сохранение легитимности и обеспечение надежности (эффективности) управле­ния. Поэтому в самом общем виде она может означать определенный характер политических процессов (например, отсутствие войн и воо­руженных конфликтов), степень адаптации правительства к соци­альным изменениям, характер уравновешенности отношений эли­тарных кругов, достигнутые равновесие и баланс политических сил. При этом критериями стабильности могут быть: срок нахождения правительства у власти, его опора на партии, представленные в за­конодательных органах, степень многопартийности, раздробленность сил в парламенте и т. д. Используемые для достижения стабильности средства могут располагаться в широком диапазоне: от убеждения и поощрения свободной политической активности граждан до приме­нения насилия.

Стабильность не исключает изменений или реформ, но предпо­лагает наличие определенных условий их осуществления. Прежде все­го она предполагает отсутствие в обществе нелегитимного насилия, господства не признаваемых обществом сил. Иными словами, власть стабильна постольку, поскольку обладает возможностью предотвра­тить доминирование нелегитимных сил. В этом смысле стабильность как способность общества к самозащите способствует сохранению такой организации власти, которая соответствует социальной систе­ме, адекватна настроениям общественности, обеспечивает его интеграцию в процессе социально-экономического развития, делая его более эффективным.

К факторам стабилизации можно отнести следующие: наличие поддерживаемого властями конституционного порядка и легитимность режима; эффективное осуществление власти; гибкое использование силовых средств принуждения; соблюдение общественных традиций; отсутствие серьезных структурных изменений в организации власти; проведение продуманной и эффективной правительственной страте­гии; устойчивое поддержание и отношений власти с оппозицией и уровня терпимости (толерантности) населения к нестандартным иде­ям; выполнение правительством своих основных функций.

В противоположность стабильности нестабильность чаще всего со­провождает процессы качественного реформирования, принципиаль­ных преобразований в обществе и власти. К факторам нестабильнос­ти относятся: культурные и политические расколы в обществе; не­внимание к нуждам граждан со стороны государства; острая конкуренция партий, придерживающихся противоположных идео­логических позиций; предложение обществу непривычных идей и форм организации повседневной жизни.

Американский ученый Д. Сандрос пришел к выводу, что неста­бильность прямо пропорциональна действию таких факторов, как рост урбанизации и перенаселения; индустриальное развитие, кото­рое разрушает естественные социальные связи; ослабление механиз­мов социально-политического контроля; торговая и финансовая за­висимость страны от внешних источников. В то же время она обратно пропорциональна уровню легитимности режима; развитости полити­ческих институтов; повышению социально-экономической мобиль­ности, темпам экономического развития; совершенствованию сети политических коммуникаций; консенсусу внутри элиты и прочим аналогичным факторам.

Политическая оппозиция

Одним из наиболее распространен­ных факторов дестабилизации поли­тического режима является деятельность оппозиции. Оппозиция пред­ставляет собой политический институт, имеющий целью выражение интересов и ценностей, не представленных в деятельности правящего режима. Тем самым оппозиция выражает и консолидаризирует протестную активность населения, формулирует требования, оппониру­ющие или корректирующие поведение властей. Оппозиция – это носитель «критического духа» в политике.

Наличие оппозиции органически связано как с разнородностью общества, обусловливающей невозможность постоянно сохранять в нем устойчивость и неизменность политических отношений, так и со свойствами самого человека. Ведь в природе человека как социально­го существа заложено стремление предлагать в затрагивающих его интересы областях жизни альтернативные проекты, осуществлять поиск нового, преодолевать установленные ограничения. Поэтому в политическом смысле наличие оппозиции означает принципиальную невозможность утверждения в обществе единого, монолитного, раз и навсегда установленного отношения к выдвигаемым властью це­лям, окончательной ликвидации всякой почвы для конфликтных от­ношений.

В таком положении есть как отрицательные, так и положитель­ные стороны. Так, оппозиция предотвращает монополизацию власти. Без нее политический режим утрачивает возможности к саморазви­тию и, напротив, стремится к окостенению власти. При демократи­ческих режимах наличие оппозиции является важнейшим атрибутом власти, это ее «визитная карточка». В государствах этого типа у оппо­зиции существует свой статус, права, возможности влияния на власть. Например, в Великобритании «оппозиция Ее Величества Королева» – это один из основополагающих политических институтов. В то же вре­мя оппозиция, как отмечалось, выступает и в роли фактора, деста­билизирующего общественные порядки.

В качестве основных причин формирования политической оппозиции правящему режиму, как правило, называют: социальное расслоение в обществе, национальное неравенство, несовершенство избиратель­ной системы, разочарование населения (элит) в идеалах господству­ющего строя, раскол элит и неудовлетворенные амбиции отдельных деятелей.

По степени лояльности к целям и ценностям правительства обычно разделяют проправительственную, нейтральную и непримиримую формы (типы) оппозиции, а также институционализированные (включаю­щие партии, «теневые кабинеты» и т. п.) и неинститупионализированные (ограничивающиеся идейной критикой). Главной характерис­тикой любого типа оппозиции служит степень ее сплоченности, орга­низованности, массовости, отношение к легальным и законным средствам протеста. Иногда оппозиция складывается даже внутри правящих кругов (например, на основе разочарования части правя­щей элиты в идеалах системы власти).

Соответственно типу оппозиции формируются и средства, спосо­бы ее политической деятельности: от критики режима узкой группой инакомыслящих, диссидентов (олицетворяющих духовную оппози­цию власти и не прибегающих к каким-либо активным политичес­ким действиям, организации протеста) до политического террора и насилия со стороны партий и движений, находящихся на нелегаль­ном положении. В сочетании с реакцией властей на свою деятель­ность оппозиционные силы различаются степенью влияния на при­нимаемые в государстве решения, объемом допуска к СМИ, харак­тером критики властей. Они могут инициировать разрушительные для государства формы нелегального вооруженного сопротивления властям, революции, мятежи, бунты, гражданские войны. Но оппозиция может играть и роль «клапана» для «выпускания пара», снижения степени протеста в целях стабилизации власти и даже выполнять чи­сто декоративные функции для «облагораживания» режима в глазах зарубежного общественного мнения. Нередки случаи, когда обще­ственный протест передается от прежнего режима и усиливается в совершенно другой ситуации, действуя независимо от позитивных, реформаторских усилий властей. В такие периоды режим может ока­заться в положении частичной изоляции, а оппозиция играть роль защитницы общественных интересов.

Самые значительные проблемы для режима создает непримиримая оппозиция, не признающая ценностей правительства, постоянно при­зывающая к пересмотру итогов выборов, не считающаяся с нормами политической игры и имеющая тенденцию переходить к вооружен­ным формам протеста. Непримиримые оппозиционеры нередко от­казываются от участия в выборах, используют провокации, ведут поиск союзников за рубежами страны, обращаются к международ­ной поддержке своих требований, убеждают общество в том, что правящий режим является проводником чуждых зарубежных интере­сов и получил власть в результате противоправных действий или меж­дународного тайного заговора («масонов», «мирового сионизма» и т. д.). Характеризуя стиль поведения непримиримой оппозиции, известный политолог X. Линц в этот арсенал средств включает: систематичес­кую клевету на политиков, представляющих партии системной ори­ентации; постоянную обструкцию парламенту; поддержку предложе­ний, сформулированных специально в целях усугубления кризиса; действия, направленные на потерю правительством авторитета; выд­вижение заведомо неприемлемых требований для переговоров с пра­вительством. Такая деятельность объективно ведет к идейно-полити­ческой поляризации, фрагментаризации и даже распаду общества. Особенно большие проблемы в этом смысле создают сепаратистские движения, радикальные, экстремистские и анархистские группиров­ки, противостоящие не только властям, но и всему обществу.

В принципе при конкурентной демократии даже непримиримая оппозиция может встроиться в политическую систему (как, напри­мер, европейская социал-демократия в XX в.). Но она может стать и лидером сопротивления режиму, возглавить протест и добиться сме­щения властей (как, например, антикоммунистические силы в стра­нах Восточной Европы в 80-90-х гг. XX столетия). В то же время не­примиримая оппозиция, когда общество отказывает ей в доверии, нередко подвергается политическим репрессиям, а правительствен­ные решения принимаются в целях ее окончательного разгрома.

Особый тип политической оппозиции представляет собой цент­ризм. Формулируемые им задачи не имеют агрессивного характера, а ориентированы на принципиальное соглашательство, т. е. на пред­почтение стабильности перед инновациями, на рационально-праг­матический учет всего позитивного, что формулируется как властя­ми так и на противоположных флангах политического спектра. По­литические требования центризма неразрывно связаны с легальны­ми механизмами передачи власти, отрицанием насилия, отказом от разжигающей противоречия риторики, стремлением добиться реаль­ной ответственности властей за принимаемые решения. Однако ра­циональные и примиренческие позиции не всегда ясны избирате­лям, ориентирующимся на крайние позиции, что снижает возмож­ности примиренческой стратегии в странах, где идет интенсивная политическая борьба.

В условиях демократических систем, как правило, осуществляет­ся гибкая тактика по отношению к оппозиции, она определяется в зависимости от степени ее лояльности власти. При этом активно ис­пользуются технологии политического логроллинга (заключения сде­лок, ведения торга с конкурентами), частичного блокирования и создания коалиций с отрядами оппозиции. Широкое распростране­ние получают механизмы согласования интересов, образования со­гласительных комитетов, арбитражных комиссий парламента, про­ведения «круглых столов». При таком подходе оппозиция никогда не остается единой, накал противоречий снижается, а угроза для влас­ти уменьшается, уровень интеграции общества повышается. В тотали­тарных же и авторитарных режимах, которые не заинтересованы в определении степени лояльности оппозиции и однозначно негатив­но относятся ко всем ее слоям, расценивая как потенциально опас­ную любую протестную деятельность граждан, любое взаимодействие с нею чревато провоцированием насилия, усилением отчуждения граждан от политики и власти.

3. Типология политических систем

Основные типологии политических систем

Описание и сравнение конституци­онных порядков различных стран и их избирательных законов, соотнесе­ние сложившихся в тех или иных государствах прав законодательных и исполнительных органов, действующих традиций и стереотипов в общественном мнении, а также анализ других компонентов органи­зации политической власти в различных странах позволили выделить множество типов политических систем. Их разнообразие раскрывает богатство эволюции политических порядков в мире.

Типологизация политических систем в полной мере несет на себе отпечаток различных парадигмальных и идеологических подходов, обусловливающих понимание учеными сущности политического процесса, характер интерпретации ими основных проблем обществен­ного развития и т. д. Так, сторонники позитивистско-юридических под­ходов политические системы нередко различают по формальным кри­териям, например, по характеру государственного правления, по на­личию тех или иных институтов власти, по их нормам и функциям. Представители марксистского направления, рассматривая в качестве основного для капиталистической фазы развития человечества про­тиворечие между трудом и капиталом, традиционно выделяют и опи­сывают особенности «буржуазных» и «социалистических» политичес­ких систем. Сторонники классово нейтральных учений, как, напри­мер, английский ученый Д. Коулмэн, анализируя процесс становления и развития политического мира в историческом аспекте, выделяют «традиционные», «патриархальные», «смешанные» и «современные» политические системы. Приверженцы геополитических подходов, ис­пользуя в качестве критериев типологизации территориально-про­странственные факторы, выделяют, к примеру, «островные» и «кон­тинентальные» политические системы. Очень широкое распростране­ние получила типологизация политических систем на основе характеристики правящих режимов: тоталитарного, авторитарного и демократического.

Весьма оригинальную точку зрения высказал известный амери­канский теоретик С. Хантингтон. По его мнению, в современном, все усложняющемся мире основным источником политических конфлик­тов становится уже не идеология, отражающая социальные (классо­вые, этнические) групповые конфликты, а культурные компоненты. Причем «наиболее значимые конфликты глобальной политики будут разворачиваться между нациями и группами, принадлежащими к раз­личным цивилизациям».* Иными словами, линией разграничения политических систем будут намечающиеся или уже проявляющиеся линии «разломов» между цивилизационными структурами. В качестве таких относительно автономных и самостоятельных политических си­стем Хантингтон выделяет западную, конфуцианскую, японскую, ис­ламскую, индуистскую, славяно-православную, латиноамериканскую и африканскую цивилизации.

* Столкновение цивилизаций?//Полис. 1994. № 1. С. 33.

Эти цивилизации, представляющие собой самый широкий уро­вень человеческой общности, безусловно, обладают не только изве­стной целостностью, но и определенной внутренней неоднороднос­тью. И если, как, например, в случае с Японией, цивилизация мо­жет охватывать одно государство, то в большинстве других вариантов в такие политические системы могут включаться различные нации-государства. Однако цивилизационная специфика таких государств и народов будет обусловливать наиболее фундаментальные различия в организации их политических порядков.

Причем, поскольку, по мнению Хантингтона, в связи с оконча­нием «холодной войны» подходит к концу так называемая западная фаза мировой истории, когда многие западные страны играли перво­степенную роль в мировой политике, постольку следует ожидать и усиления активности со стороны государств, принадлежащих к дру­гим цивилизациям, и обострения их противостояния с наиболее раз­витыми индустриальными странами западного мира. Такой характер взаимоотношений данных политических систем неизбежно будет уси­ливать противоречия между ними, в частности, региональный ха­рактер межгосударственной конфронтации, расширение территори­альных претензий разделенных государственными границами наро­дов и т. п.

Политическая динамика современных политических процессов дает основание для обогащения свойств и качеств политических по­рядков в различных странах, формирования новых типов политичес­ких систем.

Интеграционная типологизация политических систем

Наиболее популярная и распростра­ненная в современной политической науке классификация политических систем предложена американским ученым Г. Алмондом, положившим в основу своей типологизации комплексный, интеграционный критерий. Он включает учет не только степени или форм централизации (децентрализации) власти, но и тип распространенных в государствах и обществах ценностей и поли­тической культуры. Иными словами, в качестве базовой, синтетичес­кой характеристики политических порядков он рассматривает сте­пень соответствия политических идеалов, на которые было сориен­тировано общество, со сложившимися в нем основными формами организации власти. На этом основании ученый выделил политичес­кие системы англо-американского (США, Великобритания, Канада, Австрия) и континентальио-европейского типов (Франция, Герма­ния, Италия), кроме того, политические системы доиндустриальных и частично индустриальных стран (Мексика, Бразилия), а также то­талитарные политические системы.

Политические системы англо-американского типа отличают прежде всего целостность и определенность политической культуры, нормы и ценности которой разделяет подавляющее большинство общества и поддерживают государственные институты. К таким идеалам и убеж­дениям относятся свобода личности, ориентация граждан на повы­шение, рост индивидуального и общественного благосостояния, а также высокая ценность индивидуальной безопасности. Противоре­чия между группами здесь открыто заявляются, а действия властей оспариваются их противниками. Построенное таким образом полити­ческое взаимодействие обусловливает четкую дифференциацию и функциональную определенность политических ролей партий и групп интересов, элитарных и неэлитарных слоев. В политических системах этого типа обеспечено полное господство легальных форм политической борьбы, антиэкстремизм, что не только придает организо­ванность политическому процессу, но и предопределяет высокую ста­бильность режима и политических порядков в целом.

Особенности политической системы континентально-европейского типа связаны с наличием менее однородных политических культур, включающих в себя не только современные демократические ориен­тации, но и элементы старых верований, традиций, стереотипов. В этом смысле общества такого типа более сегментированы, в них, несмот­ря на полное верховенство закона, действие мощных традиций граж­данских свобод и самоуправления, в более острой форме идут про­цессы идеологической борьбы, межпартийной конкуренции, поли­тического соперничества за власть. В этих странах типичными формами государственного устройства являются коалиционные правительства, интенсивная межблоковая конкуренция. Потому и политическая ста­бильность достигается в них путем более острого и сложного взаимо­действия субъектов.

Страны доиндустриального и частично индустриального уровня раз­вития в политической сфере отличаются весьма высокой эклектич­ностью политической культуры. В таких странах наиболее почитаемые населением традиции порой бывают прямо противоположными, что придает крайне противоречивый характер политическому процессу, обусловливая сосуществование едва ли не взаимоисключающих тен­денций в сфере устройства государственной власти. Сильное влияние имеют воззрения, предполагающие ориентацию граждан на лидера, а не на программные цели правительства. Отдельные исполнитель­ные структуры (армия, бюрократия) в условиях слабо дифференци­рованного разделения властей постоянно превышают собственные полномочия, нередко беря под контроль даже законодательные фун­кции, открыто вмешиваются в судебные процедуры. В то же время права и свободы рядовых граждан, реальные возможности влияния общественного мнения существенно ограничены. Не удивительно, что такой характер политических отношений нередко приводит эти страны к авторитарным формам организации власти, практикующим жесткие, силовые методы регулирования общественных отношений.