История Иова (стр. 8 )

Хорошо, что Иов был укреплён дарующим силу словом Иеговы, прежде чем начал говорить с Ним, потому что ум смертного человека подавляется величием тематики и стремительности контуров образа всемогущего Бога: земля, основанная в пространстве; беспокойное море, ограниченное пределами Его воли; рассвет, облекающий землю; познание таинственных врат смерти, ресурсы в сокровищницах града и снега; контроль над потоками вод, ветра и дождя; дуновения на воды для образования льда; движение небесных тел, которые как мелочь в руке Его. Никто, кроме суверенного Господа неба и земли, не может обобщить всего таким образом с мастерской лёгкостью. В Его распоряжении силы, свет и тьма, ветер и дождь, град и снег. И как Творец Он указывает на инструменты, с помощью которых Он осуществляет Свою волю.

Сердце Иеговы в отношении к Своим избранным

"Ты ли ловишь добычу львице и насыщаешь молодых львов?... Кто приготавливает ворону корм его, когда птенцы его кричат к Богу, бродя без пищи?" (Иов.38:39-41).

Пусть Иов обратится от звёздного неба, как ни велико и ни чудно оно, и подумает о немом творении. Кто предусматривает для них пищу? Сотворил ли их Всевышний, чтобы потом пренебречь ими? Он наделил их инстинктами и аппетитом, и, когда птенцы ворона кричат о пище, это крик к Богу, и Творец их не безразличен к их нужде.

Если поэтому Господь таким образом бодрствует над Своим безгласным творением, Он, конечно же, обратит внимание и на вопль Своего слуги Иова и желание его души тоже удовлетворит. Разве Иов не знает, что инстинкт всей твари – заботиться о нуждах своего потомства? То не гораздо ли более великое отцовское сердце у Бога, Который ответит душе, получившей от Него свою жизнь? А потому Он говорит: “Я создал, Я и понесу и избавлю тебя”.

“Знаешь ли время, когда рождают дикие козы..., и замечал ли роды ланей? Можешь ли расчислить месяцы беременности их?” (Иов.39:1-4).

Сказано, что не человеку “знать времена и сроки, которые Отец положил в Своей власти”. Так и момент рождения и смерти как человека, так и животного не знает никто, а только один Бог.

Иов вопиял об освобождении от мучений и страданий, в которых он находился, однако только один Иегова знал час, когда завершится его борьба, знал момент, когда окончатся его скорби и страдания и он опять появится в свете Божием.

“Кто пустил дикого осла на свободу, и кто разрешил узы онагру?... Он посмеивается городскому многолюдству... Поверишь ли ты ему, что он семена твои возвратит и сложит на гумно твоё?” (ст.5-12).

О, славная свобода, которая дана диким животным, обителью которых являются горы! Они свободны по инстинкту жизни в них, и воля людей не может связать их.

Так и тебя, Иов, Я освобожу и выведу из горнила и приведу к более полной жизни в единстве с Собой, когда твоё служение Мне опять станет радостным – спонтанным исходом внутренней жизни. Обитель твоя должна быть на горах, твоя пажить должна быть на горе Божией (ст.8), и ты будешь действительно свободен.

* * *

Сочувствие к делу рук Его, к бессловесной твари, обнаруживается в Его ответе на вопль её о пище. Он замечает скорбь её в час мучений. Он находит удовлетворение в свободе дикой твари, которую сотворил. Господь укажет Иову и на другие примеры Своего дела, чтобы он мог понимать бесконечные возможности и мудрость Божию.

Страус. “Бог не дал ему мудрости и не уделил ему смысла. А когда поднимается на высоту, посмеивается коню и всаднику его” (ст.13-18).

Конь. “Ты ли дал коню силу?... Он смеётся над опасностью и не робеет...” (ст.19-25).

Ястреб и орёл. “Твоею ли мудростью летает ястреб?... По твоему ли слову возносится орёл и устрояет на высоте гнездо своё?” (ст.26-30).

Пусть же Иов поразмыслит над делом Божиим в этих созданиях. Каждое из них пригодно для своей сферы, чтобы выполнять цель, для которой оно создано.

Одна и та же творческая рука сотворила павлина, страуса, коня и орла, и та же жизнь движется в каждом из них. Каждый из них действует спонтанно и по инстинкту своего существа, чтобы выполнять Божии цели.

Страус лишён мудрости, но когда он летит (т. е. мчится со скоростью полёта), он превосходит другие создания в скорости.

Конь не обладает быстротой страуса, но он проявляет свою силу и крепость в бою, радуется при звуке трубы и криках боя.

Орёл взмывает в небо выше остальных птиц. Обратите внимание на его зоркий глаз, когда он высматривает свою добычу в поисках пищи для своих птенцов.

Не сознаёт ли Иов того, что и он является тоже единицей в великом творении Божием, который обладает только определённой мерой познания и силы; они даются ему для осуществления цели его существования.

Так где же твоя мудрость, Иов, в сравнении с Моей?

Вопрос Господа

"И отвечал Господь Иову из бури и сказал: Я буду спрашивать тебя, а ты объясняй мне" (Иов.40:1-2).

Господь ожидает, когда Иов ответит на все эти вопросы, потому что он сказал, что готов рассуждать с Господом о Его странных действиях по отношению к нему. Неужели Иов всё ещё думает, что он может указывать своему Творцу, как создавать дело Его рук? Иов протестовал и утверждал, что наполнит свои уста доказательствами, если только получит доступ к престолу. И вот теперь ему позволяется говорить.

Первое исповедание Иова

"И отвечал Иов Господу и сказал: вот, я ничтожен; что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои. Однажды я говорил, – теперь отвечать не буду" (Иов.39:33-35).

“Я ничтожен”, – восклицает Иов. Что может отвечать Иов Богу, о Котором он судил неверно? Что он может сказать в ответ на такое откровение Его силы, Его беспредельной мудрости, Его сочувствия к делу Его рук?

Иов испытывает презрение к самому себе, когда вспоминает свои речи, обращённые к Богу, и то, как он обвинял Его в жестоких преследованиях, в то время как Господь осуществлял по отношению к нему Свои дела – дела любви.

На вызов Иеговы Иов лишь ответил, что он полагает руку свою на уста и исповедует себя в молчании. Он не хочет уже говорить так, как говорил прежде.

Иов молчит, это верно. Но Господу необходимо получить от него более искреннее исповедание покаяния и увидеть более глубокий поворот от прошлого, нежели этот.

Книга Иова, главы 40-42:1-6

ГЛАВА 19

"И думал я, как бы уразуметь это; но это трудно было в глазах моих, доколе не вошёл я во святилище Божие и не уразумел конца их. ...Когда кипело сердце моё и терзалась внутренность моя, тогда я был невежда, и не разумел; как скот был я пред Тобою" (Пс.72:16-22).

Поникший Иов

"Взгляни на всех высокомерных, и унизь их, и сокруши нечестивых на местах их" (Иов.40:6-8)

Ещё раз голос из бури обращается к Иову. Ему повелевается ещё раз взглянуть на всех гордых и высокомерных и приготовиться к ответу на поставленные вопросы. Пусть он изложит своё отношение к Богу. Намерен ли он осудить Творца и оправдать себя? Хочет ли он аннулировать все Его суды, обращая ни во что Его терпеливое обращение с ним в горниле страдания и отказываясь занять место покаяния у Его ног? Намеревается ли Иов заявить пред лицом всей премудрости Божией в творении, что с ним обращались более сурово, чем со зверями полевыми?

Всеведущий Господь видел, что Иов всё ещё не перестал отстаивать свою непорочность. Он признался, что смирился и сделался отвратительным перед величием Иеговы, ибо он не может контролировать движения звёзд, ни питать диких зверей, ни сообщать коню силу или орлу мощь для полёта. Да, он согласен, что ему не следовало говорить так, как он говорил, и он впредь не будет поступать столь безрассудно.

Господь видит, что Ему необходимо обращаться с Иовом более строго, чтобы сокрушить его. Он напомнил ему о Своей силе и творении, и Иов замолчал перед величием Бога. Теперь же ему следует напомнить о том, что у него нет никакой власти над другими, кого он считал своими, и в более глубокой мере постичь свою беспомощность.

“Тогда и Я признаю, что десница твоя может спасать тебя” (ст.8-13).

Иов! Если ты можешь совершить всё это, тогда Я соглашусь с тем, что ты можешь спасти себя (ст.14), – говорит Иегова лежащему у Его ног человеку.

Иов сказал, что в прежние годы он сидел, как главный, в среде своего народа, облечённый праведностью и справедливостью, как диадемой. Он говорил о своей силе, которая извлекает добычу из рук беззаконников, а также о том, что другие молчали, когда он говорил.

Вопросы Иеговы производят впечатление на Иова, потому что он видел, что весь его авторитет и вся его власть ускользнули от него. Он мучительно сознаёт, что не может более облечь себя ею и не может противопоставит себя величию Божию. Он также не мог должным образом смириться, когда друзья его были уверены в его греховности и убедить их в обратном он не мог. Ясно было также, что он не может спасти себя, и это обнаружилось в полнейшей бесполезности самозащиты.

Иов ничего не может ответить на последний вопрос Господа. Во всяком случае не более, чем на остальные. Его постигло полное поражение, ему нанесён был точный удар, притом в самую болезненную точку его отчаяния.

Господь поражает весьма точно и быстро, хотя медленно возвращает Своего слугу к месту благословения.

Наглядный урок Иеговы

"Вот бегемот, которого Я создал, как и тебя..." (Иов.40:10).

Ещё раз Господь указывает на Свои чудеса в творении и говорит Иову о двух гигантских созданиях, называемых бегемотом и левиафаном. Иегова называет бегемота “верхом путей Божиих” (ст.14). Его крепость, его сила, его мускулатура, его ноги – как медные трубы, его кости – как железные прутья; всё описано достаточно подробно. “Только Сотворивший его” может приблизиться к нему, говорит Господь. И это может быть серьёзным моментом в наставлении Иова.

Никто, кроме Творца, не может обращаться с творением, и только Бог может смирить гордых и унизить человеческую высоту. Только в Господе спасение для Иова в его великой нужде.

Ещё и другой урок для Иова заключается в спокойной уверенности гигантского “бегемота”: он может наблюдать за течением реки, но может быть и беспокойным. Однако он не трепещет, а хранит уверенность, что, если даже “Иордан устремится ко рту его”, он не утонет. Инстинкт жизни подсказывает ему, что текущие и подымающие воды вынесут его, куда пожелают.

Понимал ли Иов, что и он проходил через глубокие воды страданий и скорбей? Но, когда воды угрожали поглотить его, он не знал, что не может утонуть, ибо Дух Божий вдохнул в него жизнь, и поэтому воды не могут потопить его, но ещё более приблизят его к Богу.

Второй наглядный урок Иеговы

"Можешь ли ты удою вытащить левиафана?..." (Иов.40:20).

Второй наглядный урок Господа – это второе гигантское животное, левиафан. Ещё более подробно описывает Господь это могучее животное, которое человек не может вытащить удою.

Нет человека, который мог бы продеть кольцо в ноздри его (ст.21). Никто не может поиграть с ним или приручить его, чтобы “взять его навсегда в рабы” (ст.23). Купцы не могут воспользоваться им для торговли (ст.25). Никто не может положить на него свою руку или пронзить голову его рыбачьей острогой (ст.26). Люди убегают при виде его. Конечности его – как могучая сила, его страшные зубы – как пашня; его глаза, его рот, дыхание – как раскалённые угли, делают его столь страшным, что даже самые сильные люди боятся его. Никакое оружие не может коснуться его, потому что “железо он считает за солому, медь – за гнилое дерево” (Иов.41:19). Когда он движется в глубине моря, он “кипятит пучину, как котёл” и “оставляет за собой светящуюся стезю”. “Нет на земле подобного ему” в абсолютном бесстрашии, “он – царь над всеми сынами гордости” (Иов.41:26).

Последнее требование Иеговы

"Кто предварил Меня, чтобы Мне воздавать ему? под всем небом всё Моё" (Иов.41:3).

Таково заключение всего этого дела и апогей действий Иеговы по отношению к Иову.

Иов сказал, что Господь взял обратно его, Иова, права! Но Иегова заявляет, что у Иова нет никаких “прав”, потому что как у суверенного Господа неба и земли, у Него нет никаких обязательств по отношению к какой-либо твари. Никто не может требовать у Него чего-либо по праву. Наоборот, все должны признавать Его требования. “Моё” – так написал Он на всём, одушевлённом и неодушевлённом, “всё под небесами”.

Иов, “вот бегемот, которого Я создал, как и тебя” (Иов.40:10). Бегемот Мой, и ты тоже Мой. У Меня суверенные права делать, что хочу, с тем, что принадлежит Мне (Иов.41:3).

И Иов остался побеждённым!

Подчинение Иова

"И отвечал Иов Господу, и сказал: знаю, что Ты всё можешь, и что намерение Твоё не может быть остановлено" (Иов.42:1-2).

В первом ответе Иова Господу он признался, что отвергает себя, сознаёт своё ничтожество, ощущает свою отвратительность, когда вспоминает слова своего упрёка Тому, Кто теперь так чудно открылся ему. Господь нежно сочувствует даже бессловесной твари, а тем более человеку, на которого Он излил Свою любовь и помышляет “посещать” его – иметь общение с ним каждый момент.

Теперь же Иов склоняется перед требованием своего Творца и восклицает: “Знаю, что Ты всё можешь”. В полном подчинении и поклонении всего своего существа он вполне признаёт суверенную власть Божию и с обновлённой верой предоставляет Ему истинное место в своей жизни.

“И намерение твоё не может быть остановлено” – таково исповедание побеждённого Иова. Он верил этому, и он сказал об этом своим друзьям в один из моментов своего твёрдого упования на Бога. Но теперь он знает это с твёрдой убеждённостью, которой не имел прежде! Он видит, что все его вопли и стоны в горниле страданий не помешали Господу открыть Себя ему, когда назрело для этого время; не помешали даже его поражение в страданиях и его мольбы к Нему оставить его в одиночестве.

Неизменный Господь ожидал момента, когда горнило совершит своё дело. Он не прерывал также воплей Иова, потому что знал, что воля его останется верной Ему до конца.

“Знаю, что... намерение Твоё не может быть остановлено”, – говорит Иов Господу. Он оглядывается на месяцы своих страданий и в свете присутствия Божия видит, что итог их – Его любовь.

А со стороны благонамеренных друзей Иова больше не последовало ни одного сурового слова. Его верный Господь более не допустил никаких угроз, острой боли, ни одной мучительной ночи и ни одного печального дня.

И если раньше Господь говорил Иову: “Кто сей, омрачающий Провидение словами без смысла” (Иов.38:2), то теперь сам Иов повторяет эти слова о себе: “Кто сей, помрачающий Провидение, ничего не разумея?” (ст.3).

Теперь Иов понял урок Господа и склонился перед Ним, признавая Его суверенную власть над всем.

Иов исповедует своё невежество

"Так, я говорил о том, чего не разумел, о делах чудных для меня, которых я не знал" (Иов.42:3).

Теперь Иов признаёт свои прежние речи безосновательными рассуждениями о том, чего он не понимал, несправедливым отрицанием Божественного промысла. Он согласен, что говорил “о делах чудных”, которых не мог охватить его ограниченный ум.

Он сказал Софару, что он не ниже его и что он знает то, что знает и Софар. Но теперь он видит, что не хотел бы, чтобы друзья его думали о нём, как о невежде, ещё менее он хотел поучаться у них тому, как они помышляют, как они знают...

Иов вспоминает, что он действительно испытывал искушение доказать им, что он знает столько же, как и его мнимые учителя. Действительно, ему горько было, когда он видел, что мог обратиться в прах пред Господом и поклоняться Ему, когда напасть за напастью постигали его. Но он никак не мог понять этого, не мог занять такого положения пред своими друзьями, чтобы позволить им обращаться с собой, как с невеждой, ещё менее, как с лицемером или тайным преступником пред Богом.

В своём сердце Иов честно желал быть смиренным, не проявлять никакой гордости перед своими слугами (Иов.31:15) или друзьями. Но на этом пути было лишь одно, что уничижало его и побуждало других считать его невеждой в делах Божиих, – значительно меньшее познание Бога у других, чем у него.

Теперь Иов понял слова Елиуя о Господе, отвращающем Своих детей от их худых дел и от того, что может привести их к гордости, чтобы спасти их от ещё большей печали в грядущем мире.

Постыженный Иов взирает на Господа и говорит: “Выслушай, взывал я, и я буду говорить...” (ст.4).

Господь требует от Иова исповедания своего отношения к Нему.

Приговор Иова над своим прошлым

"Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя" (Иов.42:5).

Нечто весьма дивное мы можем увидеть в сердце Божием в Его обращении с Иовом. Служители Его, которые ходят с Ним в непорочности своих сердец, столь драгоценны для Господа, что Он стремится к полнейшему пониманию между ними и Им во всех Его действиях по отношению к ним и народу Его.

“...Вы увидите поведение их и дела их, и утешитесь о том бедствии, которое Я навёл на Иерусалим..., и узнаете, что Я не напрасно сделал всё то...” – так сказал Господь Своему слуге Иезекиилю, когда говорил с ним о всех суровых судах, которым Он подверг Иерусалим (Иез.14:22).

Подобным же образом Господь желает, чтобы и Иов признал, что Он обращался с ним правильно, поэтому Он раскрывает для него Своё сердце и ожидает, пока Иов переживёт суд над собою и своим прошлым.

“...Объясни мне”, – сказал он Иегове, затем признаётся: я думал, что знаю Тебя, Господи, потому что Ты был со мною в прежние дни. Твой Дух был во мне. Я взывал к Тебе, и Ты отвечал мне, благословляя меня во всём. “Теперь же мои глаза видят Тебя”, и я знаю, что моё прежнее познание Тебя было лишь “слухом уха”. Мой внутренний слух был открыт для Твоих наставлений, но глаза моего сердца никогда до сих пор не видели Тебя.

Мы можем остановиться здесь и поразмыслить о значении этого Божиего откровения Иову.

Мы уже знаем, что книгу Иова считают древнейшей из всех книг Ветхого Завета, более древней, нежели повествования книги Бытие и других книг Моисея. Конечно, у Духа Божия существовали подлинно особые цели в написании и сохранении её.

Поэтому весьма возможно, что она содержит повествование о первом – первоначальном – откровении Бога Его падшему творению. В последующие годы происходило постепенное раскрытие Его (так сказать, из центра вовне). Он всё более и более приближался к человеку, пока в полноте времени не открылся в Сыне Своём, Господе нашем Иисусе Христе, посредством Которого Его изгнанное творение может возвратиться к своему Творцу и через возрождение превратиться в сынов Божиих (Евр.1:1-2; Гал.4:1-5; 3:26-27).

Господь открылся Иову, как великая Первопричина, центральная Ось вращения всего творения. Это Тот, Кто направляет и движет всем от престола Своего.

Илии, наставленному Самим Богом в горах Галаада, было дано то же самое откровение Господа, так что он мог в непоколебимой вере просить о том, чтобы не было дождя на землю в течение трёх лет. Он знал Бога, восседавшего на престоле Вселенной, Того, Который объявил Иову, что у Него есть сокровищницы снега и града, которые Он хранит на день битвы и войны.

Искупленным сегодня этот же Бог открывается в Своём Сыне, Иисусе Христе. Павел говорит о Христе, что Он является образом невидимого Бога, заявляя, что “Им создано всё..., и всё Им стоит” (Кол.1:16-17) и делая Его таким образом равным Богу – Творцом так же, как и Искупителем.

Великая радость Сына – открывать Отца Своим искупленным. В единстве с Ним и – так как они ходят пред Ним – созерцая открытое лицо славы Божией, они приводятся Господом из славы в славу и всё ближе и ближе к Нему, восседающему на престоле, пока не познают Бога так же, как Он раскрылся Иову. Из внутреннего святилища Его присутствия они будут смотреть на Вселенную, и будут видеть, как голос Его движет водами, сокрушает кедры, потрясает пустыню и обнажает леса (Пс.28), в то время как во святилище Его непосредственного присутствия серафимы восклицают: “Свят, свят, свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его!” (Ис.6:3).

История Иова учит нас тому, что это сокровеннейшее откровение Бога даруется только тогда, когда душа освобождается от всего, что может (и по неведению) омрачать её внутреннее видение, так что она более помышляет о благословениях, нежели о Самом Боге или деле Его, или о Его воле. Дары Божии и внешнее познание о Господе могут удерживать нас от глубочайшего познания Самого Бога.

В Иове мы можем усматривать также различие между обладанием дарами, с одной стороны, и освобождением от всего, чем мы обладаем, с другой стороны. В первом случае мы больше смотрим на себя, считая, что знаем гораздо больше других. Во втором случае мы отказываемся от всего нашего, чтобы обладать всем в Боге, Который является Источником и Обладателем всего.

“Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя” – так восклицает Иов, оглядываясь на прошлое, в котором, как ему казалось, он достиг уже “зрелости своих дней”. Иов сознаёт, что всё сказанное им ранее – продукт несовершенного опыта (“слышал слухом уха”). Истинное же знание сообщено ему путём откровения, просветившего его ум. Поэтому дальше он отказывается от своих прежних суждений.

“Я говорил о том, чего не разумел, о делах чудных для меня...” (ст.3), – таков его приговор тому познанию, которое казалось ему столь великим!

Иов, наконец, познаёт себя в свою меру. Он стал маленьким ребёнком, о котором говорил Елиуй и который рад возлежать на груди своего Отца, чтобы узнать все Его желания; ему надлежит их знать, не больше. Он радуется истинной радостью, дарами и благодатью, которых удостоились и другие в доме Отца.

Отвержение Иовом самого себя

"...Теперь же мои глаза видят Тебя; поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле" (Иов.42:5-6).

“Я отрекаюсь”, т. е. отвергаю свои собственные слова, отвращаюсь от них, – восклицает Иов. Свет Божий даровал ему то же познание самого себя, которое гораздо позже было дано пророку Исаии. Когда тот увидел превознесённого Господа, он воскликнул: “Горе мне! погиб я! ибо я человек с нечистыми устами...” (Ис.6:5).

Иов говорил Елифазу, что речи человека в отчаянии – это слова на ветер, их не следует воспринимать всерьёз. Но только теперь он увидел, что необходимо отречься от многословия, чтобы ходить в общении с Богом.

Знаменательно, что ап. Иаков отмечает, что отсутствие греха в словах – это главный признак человека, находящегося полностью под контролем Божиим. Такой человек, говорит Иаков, является совершенным и может “обуздать и всё тело” (Иак.3:2).

Ссылка у Иакова на Иова (Иак.5:11) говорит о том, что он, Иаков, хорошо изучил историю Иова. Именно его он имел в виду, когда запечатлевал своё благовестие о “терпении”, обращаясь к страдающим своего времени и умоляя их “с великой радостью” принимать различные искушения, потому что испытание веры “производит терпение; терпение же должно иметь совершенное действие”, если они хотят быть совершенными “во всей полноте, без всякого недостатка” (Иак.1:2-4). Иаков хорошо знал, что терпение Христово должно воплотиться в их характере посредством огненных страданий.

“Я отрекаюсь”, – воскликнул Иов, когда понял, что ему надлежит страдать в молчании и отказаться от всякого самооправдания перед Богом. Сознаёт ли он теперь, что подлинное выражение его страданий возвеличило эти страдания в его глазах? Понимает ли он теперь, что обилие слов только лишало его силы и способности переносить скорби, а потому он ослабел и изнемог под рукой Божией?

Теперь он отрекается от себя, от собственных слов, как человек, пришедший наконец в себя и сознающий, что “язык – огонь”, что он “воспламеняет круг жизни”, т. е. плотскую жизнь. Он воспламеняется, пишет Иаков, силами тьмы, а потому Господь сказал: “Но да будет слово ваше: да, да, нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого” (Матф.5:37).

Когда испытывающий свет Божий был пролит на прошлую жизнь Иова, он вспомнил слова своего мрачного отчаяния и то, что он желал себе смерти; вспомнил саркастическое презрение Софара, горькие размышления и увещевания Вилдада, свои раздражительные вопли и мольбы к Богу о том, чтобы остаться в одиночестве и покое. Но что было бы, если бы Бог внял его мольбам? Он вспомнил также слова, описывающие тот путь, которым Бог пользовался по отношению к нему и другим, – неужели он таким образом мог говорить о себе?

Иов вспоминает, как он обиделся на Господа, как упрекал Его в жестокости после того, как раньше ходил пред Ним в верности. Вспомнил своё жалкое падение на куче пепла, свою ничтожную попытку уяснить свой собственный характер неверно судящим друзьям. “Я отрекаюсь от своих слов”, – это единственное слово в сердце Иова во свете всего того, что открыл ему Бог. Он уже ничего более не может сказать о своей былой непорочности. Он не будет более просить о восстановлении минувших благословений, потому что теперь он видит, что не знал самого себя и не понимал по-настоящему своей нужды.

Книга Иова, глава 42:7-17

ГЛАВА 20

"Мы вошли в огнь и в воду, и Ты вывел нас на свободу" (Пс.65:12).

Освобождение Иова

"И было после того, как Господь сказал слова те Иову, сказал Господь Елифазу..." (Иов. 42:7).

Господь привёл Иова в положение, которое он должен был занимать пред Ним, а затем обращается к Елифазу и двум другим его друзьям.

Иов сказал, что Искупитель его защитит его в тот день, когда придёт судить землю. Но Господь Иегова не может допустить, чтобы о Его слуге друзья продолжали судить ошибочно; поэтому Он теперь делает шаг, чтобы защитить его и вывести “как свет, правду” его, “и справедливость” его, “как полдень” (Пс.36:6).

“Горит гнев Мой на тебя и на двух друзей твоих...” – сказал Бог Елифазу (ст.7), избрав его персонально, чтобы выразить упрёк, потому что он, как предполагается, один из троих обладал большим духовным авторитетом и он же самым настойчивым образом утверждал, что своё познание он получил непосредственно от Бога. Елифаз, однако, повторил Иову то, что слышал от духа, но Иегова отвергает поучение духа-голоса, сказав Елифазу: “...вы говорили о Мне не так верно, как раб Мой Иов” (ст.7).

Эти слова явно показывают, что видение, которое Елифаз изложил Иову, не было от Бога; напротив, оно было от противника сатаны, который вознамерился побудить Иова отречься от своей веры в Бога.

В наше последнее время, такое опасное, духи-обольстители вышли из преисподней, чтобы дать “великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных” (Матф.24:24; 2Фес.2:9). Но Бог предполагает, что дети Его распознают их и не попадутся на тонкие обольщающие голоса духов-обольстителей, помня о том, что “Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне...” (Евр.1:1-2). Он говорит нам Духом Святым, Который наставляет нас, как пребывать в Нём, и Который также учит нас, как испытывать духов, “от Бога ли они” (1Ин.4:1).

“Вы говорили о Мне не так верно, как раб Мой Иов” – сказал Господь также Вилдаду и Софару, как и Елифазу, отвергая таким образом не только слова духа-обольстителя через Елифаза, но и взгляд на страдания Иова, выраженный этими тремя мужами.

Кроме того, Господь весьма ясно подтвердил, что Иов был прав, когда говорил, что рука Божия коснулась его и что Бог поступил с ним так, как поступают с золотом, помещая его в тигель* для устранения примесей, чтобы сделать его чистым.

Из слов Господа мы ясно видим, что дети Божии должны без промедления отказаться ходить в своей жизни под влиянием “видений” и “откровений”, идущих от духов-обольстителей.

Противник может нападать на них, как он атаковал Иова, но только по определённому разрешению Божию. Им не следует заниматься ожиданием противника во всём, что постигнет их. Однако в том, что постигает их, им нужно видеть руку Божию, как это делал Господь Иисус, когда сказал: “...Неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец?” (Ин. 18:11). И в тот же момент Он понял, что это “время и власть тьмы” (Лук.22:53).

История Иова приобретает особую свежесть в эти дни, когда враг приближается, как поток, неистовствуя в гневе и ярости от того, что время его заканчивается. Эта история напоминает искупленным, что в торжествующем Господе им дарована сила для победы над всей силой врага, когда они взирают, оставляя вторичные причины, будь то сатанинские или человеческие, на Того, Кто восседает на престоле; чадо Божие должно укрыться под силой Крови Христа и пребывать под охраной Отца, предоставляя Ему утишить “врага и мстителя” (Пс.8:3).

“Вы говорили о Мне не так верно”, – заявляет Иегова этим троим мужам. Они сказали, что Он прогневался на раба Своего Иова, и поэтому и наказывал его за преступления его. На самом же деле оказалось, что Бог вёл его к более полному познанию Самого Себя, а потому и сокрушал его во всех отношениях для того, чтобы он мог принять преизобилие Божие.

“Вы говорили о Мне не так верно, как раб Мой Иов”, – сказал Иегова, признавая таким образом перед друзьями Иова, как Он сделал это и перед небесным собором, что Иов – раб Его. Господь не стыдился назвать Себя его Богом (Евр.11:16).

“Раб Мой Иов!” Вот так благословенно Господь признаёт человека, который превратился в явное отвращение для друзей, в изгнанника, которого гнушались, но который выпил достойно чашу скорбей до дна.

Повеление друзьям

"Итак возьмите себе семь тельцов и семь овнов, и пойдите к рабу Моему Иову, и принесите за себя жертву; и раб Мой Иов помолится за вас..." (Иов.42:3).

Порицаемым мужам надлежало взять “семь тельцов и семь овнов”, чтобы принести их Богу в жертву в качестве исповедания греха и признания вины, которую можно было искупить только пролитием крови. Число семь указывает на необходимость в полной и совершенной жертве, прежде чем они будут прощены.

Кроме того, им надлежало смирить себя в соответствии с той оценкой, которую Иегова дал Иову, и пойти к нему, чтобы тот помолился о них, – таким образом они должны были признать и подтвердить, что они обошлись с ним плохо.

Действительно, они не знали Господа так, как знал Его Иов; и хотя они в своём желании действительно намеревались помочь ему, но суровый упрёк Господа говорит о том, что Он считал их весьма виновными в жестокости по отношению к Иову, находившемуся в страданиях. Господь ясно сказал им, что только ради Иова и в силу смирения пред ним они могут избежать наказания за их безрассудные и близорукие суждения о человеке, характер которого вызывает доверие, если даже они не поняли пути его, и за самодовольное высокомерие в познании путей Божиих.

О чадо Божие! Вопиёшь ли ты к своему Господу, чтобы Он отомстил за избранных Своих? Ожидай времени Его!

“Итак выслушай это, страдалец и опьяневший, но не от вина. Так говорит Господь твой, Господь и Бог твой, отмщающий за Свой народ: вот, Я беру из руки твоей чашу опьянения, дрожжи из чаши ярости Моей: ты не будешь уже пить их. И подам её в руки мучителям твоим, которые говорили тебе: пади ниц, чтобы нам пройти по тебе; и ты хребет твой делал как бы землёю и улицею для проходящих” (Ис.51:21-23).

Обращение Господа с Иовом и его друзьями постоянно повторяется в истории детей Божиих. Мы могли бы указать на Иосифа и его братьев, как на пример, и вспомнить, как братья, поступавшие с ним столь презренно, вынуждены были склониться пред ним и принять хлеб из его рук.

Принципы обращения Божия с человеком столь же неизменны, как неизменен Сам Бог. “Бог гордым противится, а смиренным даёт благодать” (Иак.4:6). “Ибо кто возвышает себя, тот унижен будет; а кто унижает себя, тот возвысится” (Матф.23:12).

“...И раб Мой Иов помолится за вас, ибо только лицо его Я приму” (ст.8), – сказал Иегова людям, которые говорили Иову, что Бог воздал ему гораздо меньше, чем он того заслуживает!

И Елифаз, и Вилдад, и Софар “сделали так, как Господь повелел им”, и “простил Господь грех их ради Иова” (ст.9) – такой перевод предлагает Септуагинта.

Освобождение Иова

"И возвратил Господь потерю Иова, когда он помолился за друзей своих" (Иов.42:10).

Не сказано, что Господь возвратил потерю Иова до того, как он помолился за своих друзей, но после того, как он о них помолился наступило его полное освобождение!

Господь открыл Себя Иову, укорил его мнимых помощников и признал его, как Своего раба. Но внешне он всё ещё оставался страдающим человеком, лишённым всего, чем он некогда владел, бездомным, лишённым друзей, нищим, находящимся на навозном холме.

Казалось бы, Иову необходимо было прежде всего помолиться о себе. Ему необходимо было приобрести свободу, прежде чем он сможет молиться о других. Однако нет! Господь повелел этим трём мужам отправиться к нему, всё ещё пребывающему там, чтобы он помолился о них, и Господь примет его молитву.

Иову Бог не сказал ничего об освобождении его самого, но сказал, что примет его, когда он помолится об обвинителях своих. Поэтому Иову пришлось отложить в сторону все помышления о своём нынешнем состоянии и вступить в сотрудничество с познанной волей Божией. Ему не следует ожидать внешнего и полного освобождения от своих скорбей, но следует перестать думать о себе, о своих делах, и думать о нуждах своих ближних.

Когда эти три мужа пришли к нему, всё ещё сокрушённому человеку, подумал ли Иов в своём сердце: “Стоит ли мне прежде всего заботиться о своих мнимых утешителях, строго осуждавших меня и обращавшихся со мной так сурово? Они прощены и благословлены, тогда как обо мне, которого Господь признал рабом Своим, Он вообще не думает! Неужели нет для меня освобождения?”

Эти три мужа пришли к Иову, а он, хотя внешне и выглядел нищим, действовал, как князь. Господь сказал ему, что Он примет его, и поэтому он положился на слово живого Бога и действовал, как князь из небесных сфер, обладающий силой Божией.

Иов молится о своих друзьях. Какое это испытание для его внутреннего духа! Ему надлежит молиться с ревностью, иначе молитва его окажется тщетной. Но действительно ли он желает всей душою своею, чтобы мужи, которые судили о нём превратно и жестоко и поступали с ним сурово, были прощены, тогда как он всё ещё остаётся явно в прежнем состоянии на куче пепла вне селения?

Да, Иов мог так молиться. Он мог пребывать с Богом, мог просить для других того, чего не мог просить для себя. Иов молится так, как молился Господь Иисус на кресте в Своих страданиях за тех, которые распинали Его.

Итак, Дух распятого Иисуса, как мы видим, проявился и в Иове. Он шёл путём Креста, дивным образом предвосхищая шаги Сына Божия.

Иов молится. И когда он молился, слова силы произнесены были от престола: “Освободи его. Я приобрёл для него искупление!” Царственная душа, находящаяся в узах страданий, ныне свободна! Порабощение отвернулось, отошло от неё, дни печали для неё окончились.

Нам ничего не сказано о том, каким образом отвратились бедствия от Иова. Ничего не сказано о непосредственном результате освобождения, возможно, потому что всё это обладает незначительной важностью в глазах Господа, Который смотрит на сердце. Может быть, ещё и потому, что всемогущий Бог знал, что если какие-либо искушения постигнут детей Его в горниле страданий, то обычно они скорее обратят внимание на внешние и видимые знамения, нежели на внутреннюю духовную благодать, которая гораздо ценнее для Него.

Нам же достаточно знать, что поворотная точка на пути скорбей Иова наступила тогда, когда он всецело отвратился от себя и стал молиться о своих друзьях.

О чадо Божие, помещённое в горнило скорбей! Обращаешь ли ты внимание на этот важный урок? Ты лишился всей своей прежней силы и власти. Ты трепетал и изнемогал в скорбях и страданиях и ждал освобождения от уз страданий. Теперь свет Божий пролился на тебя, и потому ты отрекаешься от себя и дивишься тому, когда же наступит для тебя освобождение!