Программа учебной дисциплины. История России (стр. 22 )

Съезд работал с 3 по 24 июня. Из 1090 делегатов (777 заявили о своей партийности) большинство было за эсерами (285 мандатов) и меньшевиками (290), большевистская фракция насчитывала лишь 105 делегатов. Съезд выработал ворох пустых резолюций, санкционировал давно готовившееся наступление на фронте, которое при любом исходе становилось ударом по демократии и по жизненному уровню народа.

Съезд начался с обсуждения, хотя и в завуалированной форме, вопроса о власти. Председательствующий на съезде Церетели заявил: «В настоящий момент в России нет политической партии, которая говорила бы: дайте в наши руки власть, уйдите, мы займем ваше место». В ответ в зале прозвучала знаменитая реплика: «Есть!» Она принадлежала Ленину, который в своих выступлениях на съезде подтверждал притязания большевиков на власть. Большинство съезда реагировало на это заявление с улюлюканьем, смехом и свистом. Но пройдет всего лишь несколько месяцев и большевики придут к власти. Почему? К тому же в июне Ленин имел в виду не «единовластие большевиков», а всего лишь идею левого блока под их гегемонией. К власти Советов склонялись и левые части меньшевиков, эсеров, низы анархистов. В своем выступлении Ленин подчеркнул, что ни одна партия не может отказываться от власти, ибо это равнозначно признанию отсутствия у нее плана спасения страны. А коалиционная власть, по его мнению, несовместима с перспективами прогресса. По своей природе Советы могут существовать только «идя вперед». «Вот тот тип государства, который … выдвинут революцией, ибо иначе революция победить не может», - заявил Ленин.

Таким образом, на I съезде Советов определились позиции соглашателей (меньшевики и эсеры) и большевиков, точек соприкосновения между ними не было. Первые были заняты идеологической подготовкой наступления на фронте, вторые устами Ленина заявляли: «Выход из этой войны только в революции».

В дни работы съезда атмосфера в столице накалялась. Власти попытались распустить рабочие организации (некоторые профсоюзы, фабрично-заводские комитеты и др.). Рабочие пытались организовать демонстрации протеста, но Петрсовет и съезд Советов запретили их и им подобные выступления.

Однако под давлением масс (рабочие Путиловского завода, железнодорожники высказали угрозу забастовкой) съезд разрешил провести демонстрацию в воскресенье, 18 июня, надеясь повернуть массы на поддержку Временного правительства. Однако в результате демонстрации в Петрограде (участвовало 500 тысяч человек), Риге, Иваново-Вознесенске и некоторых других городах прошли с преобладанием большевистских лозунгов: «Долой войну!», «Долой 10 министров - капиталистов», «Вся власть Советам».

Июньский кризис власти показал изменения в настроениях масс – они революционизировались. Временное правительство смогло устоять лишь благодаря поддержке со стороны I Всероссийского съезда Советов и начавшемуся наступлению на фронте.

Однако политическая передышка для Временного правительства оказалась краткой. 2 июля по решению своего ЦК министры – кадеты подали в отставку в знак протеста против подготовленного министрами – социалистами соглашения с Центральной Радой об автономии Украины и с целью давления на правительство в вопросе более решительной борьбы с большевиками и революционной стихией.

Правительственный кризис подтолкнул взрыв недовольства солдатских и рабочих масс, вызванный известиями с фронта о провалившемся наступлении русской армии. 3 июля весь Петроград был охвачен демонстрациями и митингами. Инициатор выступления – первый пулеметный полк, который находился под влиянием анархистов, на своем митинге принял решение «свергнуть Временное правительство путем вооруженной демонстрации». Большевики пытались отговорить от преждевременных выступлений. в эти дни отсутствовал в городе (отдыхал на даче Бонч-Бруевича). Однако тысячи солдат, матросов, рабочих с оружием и красными знаменами передвигались по городу, захватили Петропавловскую крепость, в городе слышалась беспорядочная стрельба. Войска отказывались наводить порядок и не выполняли приказы офицеров. 4 июля на улицы Петрограда вышло 500 тысяч человек. Часть вооруженных демонстрантов ворвалась в Таврический дворец и потребовала от депутатов ВЦИК Советов немедленно взять власть в свои руки. Тоже потребовали кронштадские моряки от лидера эсеров (за отказ немедленно взять власть пытались его арестовать и увести с собой). Вооруженные демонстранты в нескольких местах были обстреляны офицерами и членами контрреволюционных организаций. Керенский отдал приказ о разгоне демонстраций, наказании виновных и направил в Петроград военные части с фронта.

Всего в Петрограде было убито и ранено более 700 человек. Известия о событиях в столице вызвали демонстрации и митинги в Москве, Иваново-Вознесенске, Орехово-Зуеве и других городах. Однако в целом провинция и фронт не поддержали революционный Петроград, и Временное правительство перешло в наступление. В последующие дни были разгромлены редакции и типографии большевистских газет, отдан приказ об аресте Ленина, Зиновьева, Троцкого и других. Ленин и Зиновьев ушли в подполье. Троцкий, Каменев, Ф. Раскольников, и некоторые другие большевики были арестованы. Аресты и разоружение проводили среди рабочих, солдат и матросов, принимавших участие в июльских событиях.

Таким образом, Временное правительство нашло силу и опору в борьбе с революционной стихией. Закончился мирный этап развития революции – период двоевластия. В условиях двоевластия неуклонно назревал революционный кризис: происходила поляризация сил и революционизация масс. На фоне роста революционной активности масс проявлялся и кризис верхов – кризис власти.

Тема 77. Развитие революционной ситуации с июля по октябрь 1917 г.

1.  Попытка военного переворота в августе 1917 г. и ее крах.

2.  Углубление дестабилизации российского общества в сентябре – октябре 1917 г.

3.  Положение на фронтах осенью 1917 г.

Сплочение правой оппозиции. Л. Корнилов. Государственное Московское совещание. Попытка военного переворота и ее крах. Директория. Позиция Петросовета в августе 1917 г.

Углубление дестабилизации российского общества в сентябре - октябре 1917 г. Кризисные явления в народной хозяйстве. Социальные конфликты в городах, армии и деревне Кризис правительственных партий. Всероссийское демократическое совещание. Предпарламент. Усиление позиций большевиков и левых эсеров. Положение на фронте осенью 1917 г. Вопрос о выходе России из войны. Обострение продовольственной проблемы.

Выход из кризиса, сложившегося после июльских событий, правым силам виделся на пути более жесткого курса в отношении революционного движения. Искусственно созданный кадетами правительственный кризис преследовал цель подтолкнуть умеренных социалистов к более решительным действиям. Лидеры партий меньшевиков и эсеров поддержали меры по подавлению июльских демонстраций силой оружия, закрытию левой прессы, введению смертной казни на фронте, отсрочки выборов в Учредительное собрание и другие.

Одновременно с открытым насилием Керенский инициировал публикацию фальшивых «материалов Министерства иностранных дел» (так называемые «показания Ермоленко»), обвинивших Ленина и большевиков в связях с германским Генеральным штабом. Лидеры меньшевиков и эсеров поддержали Временное правительство. 11 июля меньшевик Дан в своем выступлении заявил: «То, к чему призывал нас т. Керенский, нами уже исполнено. Мы делегировали всю полноту власти правительству, но мы требуем, чтобы этой властью пользовались!» Далее он потребовал гласного суда над группой большевиков, которых обвиняли в подстрекательстве и организации мятежа и в получении немецких денег.

Большевики изгонялись из исполкома ЦИК Советов. Предлагалось немедленно провести перевыборы Петроградского Совета. Газета эсеров «Дело народа» писала по этому поводу: «Демократия вынесла свой приговор. Большевики объявлены врагами народа и революции. Другого мнения не могло быть о мятежниках, организовавших заговор». Таким образом, меньшевики и эсеры завершили свой переход в лагерь контрреволюции. Юнкера и казаки проводили массовые обыски, разоружали рабочих, арестовывали всех заподозренных в большевизме. Был отдан приказ о роспуске ЦИК Советов Балтийского флота (Центробалта). На кораблях шли повальные аресты большевиков.

Несмотря на разгром большевиков, укрепить правительственную власть было сложно. Для повышения пошатнувшегося авторитета «революционной демократии» в массах министры – социалисты 8 июля опубликовали Декларацию Временного правительства. В ней предусматривалось объявление России республикой, запрещение земельных сделок и другие меры. В знак протеста против них князь Львов подал в отставку. Министром – председателем и военным министром был назначен Керенский.

Чтобы сохранить армию, Керенский предпринял ряд давно уже предлагавшихся кадетами мер. 9 июля был подписан приказ о подавлении всех антиправительственных выступлений в армии. 12 июля была вновь введена смертная казнь на фронте. Были восстановлены военные суды. 18 июля «либерального» на посту Главнокомандующего сменил Корнилов, настроенный на решительную борьбу с революционной стихией.

13 июля начались переговоры с кадетами о создании нового коалиционного правительства. Кадеты выдвинули ряд условий: независимость министров от Советов, отсрочка до Учредительного собрания всех социальных реформ и вопроса о форме государственного устройства России, полное единение с союзниками и уничтожение «многовластия» (что означало отстранение от власти Советов).

После дискуссий эти условия были приняты, и 24 июля завершилось формирование второго коалиционного правительства. В него вошли 7 социалистов, 4 кадета, 2 члена радикально-демократической партии. Министром – председателем и одновременно военным министром стал Керенский, зам. председателя и министром финансов – Некрасов, Церетели возглавил МВД, оставаясь министром почт и телеграфов, министром иностранных дел остался Терещенко, министром труда – Скобелев, земледелия – Чернов и т. д. Новое правительство опубликовало свою Декларацию, то есть задачи, которые сводились к главному: «борьба с внешним врагом», то есть продолжать войну, и «охрана нового строя самыми решительными мерами», то есть борьба с революцией.

Английский посол Бьюкенен, сообщая в Лондон об окончательном составе правительства, писал: «Оно представляет собой улучшенное издание старого. Некоторые новые министры хорошие люди». Посол сожалел, что в новое правительство не вошел , но радовался вступлению в него в качестве Управляющего делами военного министерства Б. Савинкова как «пылкого поборника» решительных мер против революции.

назвал это правительство «бонапартистским», то есть таким, которое старается представить себя внепартийным, а на деле выполняет волю капиталистов. Он писал: «Перед нами налицо основной исторический признак бонапартизма: лавирование, опирающейся на военщину государственной власти между двумя враждебными классами и силами, более или менее уравновешивающими друг друга».

В новых условиях пришел к выводу о смене тактики большевиков. В своих статьях «Политическое положение» и «К лозунгам» он пришел к выводу, что в результате июльских событий «контрреволюция победила», двоевластие закончилось, а вместе с этим закончился и мирный этап революции. Советы поддержали Временное правительство. Поэтому необходимо временно снять лозунг «Вся власть Советам» и вести политическую и организационную подготовку вооруженного восстания.

В целом партия большевиков оценила ситуацию в стране объективно: революция не закончилась, а за ее продолжение следует вести борьбу. Несмотря на то, что контрреволюция нанесла удары по руководящим кадрам партии большевиков, по ее ведущим организациям и идеологическим органам, партия действовала. Не наблюдалось и массового ухода из ее рядов, на что рассчитывали власти. Скорее наоборот численность большевиков продолжала расти: в конце июля она составляла 240 тысяч, 60% из которых были рабочими. Лозунги партии стали лозунгами масс. Чтобы подавить революцию, мало было ослабить революционную партию. Надо было выкорчевать ее идеи, ее лозунги, а они глубоко укоренились в сознании трудящихся.

Новая ленинская тактика была встречена руководством партии неоднозначно, происходили дискуссии. Для того, чтобы новые задачи стали обязательными для исполнения всеми членами партии, потребовалось созвать VI съезд РСДРП(б), который проходил полулегально с 26 июля по 3 августа в различных зданиях Петрограда. В результате дискуссий по ряду вопросов в принятых резолюциях съезда подчеркивалась мысль о временном снятии лозунга «Вся власть Советам», о необходимости отстаивать Советы от контрреволюции и по-прежнему сосредоточивать для работы в них главные силы. Был взят курс на подготовку вооруженного восстания, для этого при ЦК создавалась «военная организация».

В то время как правый (кадеты) и левый (большевики) фланги партийной системы России все более склонялись к решительным действиям, «центр» - меньшевики и эсеры – испытывали все возрастающие трудности, идейную и организационную разобщенность. Если большинство меньшевиков во главе с Церетели поддержали кадетов и Временное правительство, то сторонники Мартова – интернационалисты выступали за создание правительства из одних социалистов. Рост численности меньшевиков осенью 1917 г. прекратился.

Среди эсеров также наблюдался раскол, усиливались левоэсеровские организации (они еще с весны 1917 г. требовали социалистического правительства). Левые эсеры блокировались с большевиками в требовании немедленного изъятия помещичьих земель, перехода власти к Советам и против коалиции с кадетами. С августа решения левых эсеров стали официально печататься в партийных изданиях.

Стремясь закрепить, как казалось правым силам, победу, достигнутую в июле, 12-15 августа было собрано представительное Государственное совещание в Москве. На нем присутствовало около 2,5 тысяч делегатов от торгово-промышленной буржуазии, армии, духовенства, депутатов всех Государственных дум и т. д. Большевики бойкотировали его, и по их призыву в день открытия Государственного совещания в Москве была проведена мощная забастовка протеста, в которой участвовало 400 тысяч человек и которая парализовала жизнь города.

Большинство участников Государственного совещания высказалось за принятие гораздо более жестких мер по наведению порядка, включая ликвидацию Советов и солдатских комитетов, милитаризацию транспорта, промышленности и войну до победного конца. На совещании устроили триумфальную встречу генералу Корнилову, которого многие видели в качестве диктатора. Правые, по выражению генерала Деникина, «искали имя». На пост диктатора могли претендовать ряд военных. В итоге остановились на Корнилове, который слыл человеком личной храбрости и отваги. На Государственном совещании Корнилов в своей речи предлагал ввести расстрел и в тылу, заявив: «Я не вижу разницы между фронтом и тылом». Реакционные силы ликовали, политический маятник в России продолжал свое движение вправо.

Московское Государственное совещание подтолкнуло правые силы (особенно ) к разработке мер по ограничению политических свобод и установлению диктатуры. Однако между Корниловым и Керенским были разногласия, каждый из них надеялся использовать друг друга в своих собственных целях и в качестве будущего диктатора видел лишь самого себя.

, как главнокомандующий армией, имел больше возможностей для установления военной диктатуры. Он превратил ставку в боевой штаб контрреволюционного мятежа. В первую очередь Корнилов пытался опереться на верные командованию особые части. К этому времени в русской армии было создано из добровольцев 33 «ударных революционных батальона», которые использовали против отступавших или непокорных частей. Корниловцы рассчитывали использовать и так называемые «части смерти» – кавалерийские, казачьи, артиллерийские части, изъявившие желание сражаться на самых трудных участках фронта. Опирались также на части, состоящие из представителей отдельных национальностей. Особые надежды возлагали на Кавказскую (иначе ее называли «дикую») дивизию, состоящую из горцев Северного Кавказа. Рядовые ее бойцы практически не знали русского языка (следовательно, их не задела революционная пропаганда), а командирами в этой дивизии были в основном кавказские «князьки», которые на своих фамильных клинках поклялись войти в Петроград и переловить всех большевиков.

Под благовидным предлогом Корнилов приказал подтягивать казачьи и кавалерийские части к Петрограду и Москве. Создавались офицерские организации в Петрограде, Москве, Киеве и других городах, которые должны были выступить в момент начала мятежа. Главной боевой силой был третий конный корпус генерала , который намечалось ввести в Петроград 29 августа. Мятеж поддерживал генерал , поднимавший на Дону казачество. Одновременно Корнилов вел неофициальные переговоры с Керенским с помощью посредника, обер-прокурора Синода Львова (однофамилец бывшего премьера). Однако уговорить Керенского о передачи власти Корнилову не удалось, и 25 августа был отдан приказ войскам двигаться на Петроград. При этом Корнилов потребовал отставки Временного правительства и выезда Керенского в Ставку. С согласия английского посла Бьюкенена корниловские отряды сопровождали английские броневики (союзники не хотели развития революции в России и ее выхода из войны).

Министры – кадеты 27 августа подали в отставку, выражая этим свою солидарность с Корниловым. В этих условиях Керенский был вынужден объявить Корнилова мятежником и отстранил его с должности верховного главнокомандующего. Керенский испугался последствий, возмущения народных масс и рассчитывал поднять пошатнувшийся авторитет Временного правительства. Кадеты в этой ситуации растерялись. Все социалистические партии были против установления военной диктатуры, однако наибольшую активность и организованность в борьбе с корниловщиной проявили большевики. Их тактика состояла в том, чтобы бороться против Корнилова вместе с войсками Временного правительства, но не поддерживать последнее и разоблачать его слабость и антинародный характер. 27 августа ЦК РСДРП(б) обратился к рабочим и солдатам Петрограда с призывом встать на защиту революции. За 3 дня в отряды Красной Гвардии записалось несколько тысяч рабочих (по некоторым данным, общая численность которой в эти дни достигла 40-45 тысяч человек). Под Петроградом строились заграждения, железнодорожники разбирали пути. Против мятежников выступили революционно настроенные солдаты Петроградского гарнизона, моряки Балтийского флота, красногвардейцы (всего порядка 60 тысяч человек). Среди корниловских частей большевистские агитаторы проводили разъяснение смысла и цели корниловщины. К 30 августа движение корниловцев всюду было остановлено, в их войсках началось разложение. В этот день даже в Кавказской («дикой») дивизии был создан солдатский комитет. Генералы теряли командование войсками. Убедившись в провале, генерал Крымов застрелился. В ставке и штабах фронтов были арестованы генералы Корнилов, Лукомский, Деникин, Марков, Романовский и другие. 31 августа было официально объявлено о ликвидации корниловщины. Корниловский мятеж был подавлен (практически без единого выстрела) не только на фронте, но и на местах. Например, Каледину не удалось поднять донское казачество, которое даже потребовало арестовать его как заговорщика.

Политический маятник пошел влево. В борьбе против корниловщины ожили Советы. Возглавив народное движение, они становились единственными органами власти на местах. Руководители местных организаций эсеров и меньшевиков стали выступать против позиции своих лидеров, рядовые члены этих партий выходили из их рядов, некоторые стали вступать в большевистские организации. 126 Советов с 28 августа по 1 сентября осудили соглашательскую позицию ЦИК Советов. Боясь потерять влияние в массах, лидеры обеих партий заговорили о необходимости порвать с кадетами, запятнавшими себя участием в заговоре Корнилова. Началась полоса большевизации Советов. Решающим оказался перелом в столичных Советах. 31 августа Петроградский, а 5 сентября Московский Советы приняли большевистскую резолюцию о власти. В сентябре произойдут перевыборы исполкомов в обоих столичных Советах, в результате которых Петроградский Совет возглавил , а Московский – .

Стремясь преодолеть возникший после корниловского мятежа правительственный кризис и чтобы отмежеваться от кадетов, Керенский 1 сентября провозгласил Россию республикой и после переговоров с ВЦИК создал в этот же день новый орган власти – Совет пяти или Директорию без участия кадетов.

Ленин увидел в этих событиях возможность возобновления мирного развития революции. В начале сентября он написал статью «О компромиссах», суть которой сводилась к возвращению лозунга «Вся власть Советам» пусть даже с меньшевиками и эсерами во главе. Предлагался своеобразный союз с ними: сформировать правительство, ответственное перед Советами, а большевики «отказались бы от требования немедленного перехода власти к пролетариату и беднейшим крестьянам». Такое состояние мирного развития революции длилось недолго: до тех пор, пока меньшевики и эсеры вновь не повернули вправо, к новому союзу с кадетами.

Положение Директории, созданной вместо полноценного правительства, не было устойчивым. С целью укрепления зыбкой правительственной власти было созвано по решению ВЦИК и исполкома Советов Крестьянских депутатов Всероссийское Демократическое совещание, проходившее в Петрограде 14-22 сентября. Большевики приняли участие в Демократическом совещании, предложив свою декларацию с новыми ленинскими идеями. Однако на этом Совещании главное внимание было уделено формированию нового коалиционного правительства. Этому способствовал партийный состав совещания. Всего было 1582 делегата от Советов, профсоюзов, кооперации, армии и т. д. Среди делегатов, заявивших о своей партийной принадлежности, было 136 большевиков, 172 меньшевика (в том числе 56 интернационалистов), 532 эсеров (в том числе 71 левых). После длительных дискуссий 19 сентября незначительным большинством совещания была одобрена коалиция с кадетами. 20 сентября было решено из состава фракций избрать новый представительный орган – Всероссийский Демократический совет (Предпарламент). 23 сентября Демократический совет одобрил создание правительства с кадетами.

В третье коалиционное правительство вошли 10 социалистов и 6 либералов, в том числе 4 кадета. Министром - председателем и Главковерхом стал Керенский, его заместителем и министром торговли и промышленности . Однако история отвела этому правительству срок в один месяц. Оно не смогло стабилизировать политическую и экономическую ситуацию в стране.

К этому времени последствия экономической политики Временного правительства остро сказались в социальной области. Были основательно нарушены хозяйственные связи между городом и деревней. Усилилась монополизация ведущих отраслей промышленности, централизация снабжения их топливом и сырьем, была введена частичная монополия на торговлю углем и нефтью, но итог оказался плачевным. Продукция фабрично-заводской промышленности сократилась на 36,4% по сравнению с 1916 г., упала добыча угля и нефти. Почти в полное расстройство пришел железнодорожный транспорт. Из-за недостатка сырья и топлива закрывались сотни предприятий (только за первое полугодие 1917 г. их было закрыто 799). К ноябрю число безработных составило не менее 300 тысяч человек.

После Февраля буржуазия вела себя как победитель и требовала от правительства привилегий: необложение налогом военных доходов, свободы эмиссии, облегчение порядка получения иностранной валюты и другие. Временное правительство объявило сразу же об охране банковской и коммерческой тайны, отказалось от национализации ключевых для обороны отраслей промышленности. Отменило ограничение спекуляции, тогда как царское правительство пыталось установить твердые цены. Это привело к резкому росту инфляции. Война ежедневно пожирала 66 млн. рублей и съедала в целом 86% всех бюджетных расходов. Недостаток денег приходилось возмещать при помощи усиленной работы печатного станка. Темпы эмиссии за 8 месяцев работы Временного правительства оказались в 4 раза выше, чем при самодержавии. Покупательная способность рубля накануне Февраля составляла 27 копеек по сравнению с началом войны, а к октябрю понизилась до 6-7 копеек. Количество бумажных денег по сравнению с началом войны увеличилось к 1 ноября 1917 г. в 12 раз. Денежная система практически рассыпалась, над страной нависла угроза финансового краха. Страна переходила к натуральному товарообмену. Население перестало платить налоги. Государственный долг, в том числе и внешний, возрастал при Временном правительстве в 2,2 раза быстрее, чем при самодержавии и к началу Октябрьской революции составил колоссальную сумму – 50 млрд. рублей.

Сельскохозяйственное производство пострадало незначительно, в производящих губерниях даже имелись излишки товарного хлеба. Но из-за нежелания крестьян сдавать хлеб по твердым (значит низким) ценам, неспособности продовольственных органов обеспечить его заготовку и транспортировку в промышленных центрах углубился продовольственный кризис. В Петрограде и Москве в конце августа хлебный паек был сокращен до 0,5 фунта (200 грамм) в день, острую нужду в хлебе испытывали северные и центральные губернии, в Средней Азии начался голод. Бремя экономического кризиса легло главным образом на плечи народа.

Погубернские данные о разнообразных формах революционного движения в 1917 г. показывают непрерывный рост рабочего, крестьянского, солдатского, национально-освободительного движения. Между рабочим и крестьянским движением не было разрыва во времени. Это, как известно, было одной из причин поражения революции гг. Общее число бастовавших в сентябре-октябре 1917 г. по сравнению с весной возросло в 7,7 раза, составив около 2,5 млн. человек. Крестьянские выступления летом и особенно осенью переросли, как считают некоторые историки, в настоящую аграрную революцию. Она охватила 90% уездов Европейской России и выражалась в захватах помещичьих земель, разгроме их усадеб, неповиновении властям и т. п. Все это вместе взятое свидетельствовало о назревшем общенациональном революционном кризисе.

Тема 78. Подготовка и победа Октябрьского вооруженного восстания.

1.  Основные историографические подходы к проблеме. Ленинская концепция Октября.

2.  Теоретическая и организационная подготовка вооруженного восстания и его ход.

3.  Второй Всероссийский съезд Советов и принятие первых декретов.

Ленинская концепция Октября и основные направления ее идейной критики. Современная отечественная историография революции 1917 г.

Разногласия в партии большевиков по вопросу о захвате власти. , Л..Д. Троцкий, Л..Б. Каменев, . Подготовка II съезда Советов. Заседания ЦК большевиков 10 и 16 октября. Настроение населения города и гарнизона. Военные организации Петроградского Совета и большевистской партии. Переход к решительным действием 24 октября 1917 г. Бегство . Роспуск Предпарламента. Блокирование и штурм Зимнего дворца.

Захват власти большевиками. Арест Временного правительства. Второй Всероссийский съезд Советов и принятие первых декретов. Создание Советского правительства. Комитет спасения Родины и революции. Поход на Керенского, П. Краснова и его неудача. «Кровавая неделя» в Москве. Причины победы большевиков. Исторические последствия Октябрьской революции.

Из ленинской концепции Октябрьской революции следует, что решение ее главного вопроса – о власти прошло три этапа. Первый этап – мирный. Это период двоевластия, когда переход к диктатуре пролетариата мог быть осуществлен мирным путем. Второй этап – с июля по октябрь, когда большевиками был взят курс на вооруженное восстание и его победоносное осуществление в столице. Третий этап – период установления советской власти на местах. Это время с октября 1917 г. по март 1918 г.

в годы Первой мировой войны разработал положение о признаках революционной ситуации, что революция без нее невозможна. Осенью 1917 г. все три признака революционной ситуации были налицо. Рост цен, ухудшение продовольственного снабжения, спекуляция обостряли нужду большинства населения. В преддверии еще одной военной зимы все это доводило напряженность до предела. Вопросы хозяйственные упирались в политические. Страна бурлила. «Всероссийский погром», - писал ; «охлократия» (власть толпы) – отозвался . Рабочие стачки к исходу 1917 г. становились крупномасштабнее, принимали политический характер – с требованиями передать власть Советам, ввести рабочий контроль. Крестьянское движение приобрело, главным образом, форму массового захвата помещичьих земель и инвентаря. За сентябрь – октябрь было подавлено в 6 раз больше «аграрных» беспорядков, чем с марта по июль, для защиты помещичьих имений правительство посылало воинские команды и казаков. Часть выступлений (местами до одной трети) были направлены против соседей – крестьян. Мира требовали миллионы солдат, все чаще «голосовали за мир ногами» - массовое дезертирство достигло в 1917 г. двух миллионов человек. Поэтому самые понятные и короткие программы для солдат русской армии в это время сводились к двум словам «Долой!» и «Домой!» Именно такие лозунги, по сути, и выдвигали большевики, почему их популярность продолжала расти, в том числе и в солдатской массе. В революционные события вливались и крупномасштабные национальные движения. Например, в Ташкенте дело дошло до вооруженных выступлений.

Своей вершины достиг и кризис власти. Проблемы власти накапливались в течение длительного времени, на протяжении всей войны, приведшей к падению царской власти. После Февраля проблемы власти только прибавились, что современники ощущали и отмечали, но причины кризиса власти каждый видел свои. Так, считал, что «Революция – есть переход от порядка к хаосу. Власть царя, как помазанника Бога, освященная Церковью, прекратилась… Вообще, Февральская революция нанесла сильнейший удар по всем основам государственности». Эту мысль развивал октябрист : «Мы свергли не только носителей власти, разрушили те необходимые устои, на которых строится всякая власть. Нужен центр, основа. Не то все разбредется, разлетится, будет небывалая анархия. И главное – армия. Все пропало, если развал начнется в армии».

Посол Франции в России Палеолог уже 5 марта 1917 г. телеграфировал в Париж: «Беспорядок в промышленности и транспорте не прекратился и даже усилился. Способно ли новое правительство осуществить необходимые реформы? Я нисколько этому не верю… Вопросы экономические, социальные, религиозные, национальные не замедлят выйти на поверхность. С точки зрения войны – это страшные вопросы. Их решение не пройдет без глубоких потрясений». То же отмечал британский посол: «Без оптимизма смотрю на ближайшее будущее России. Она не созрела для чисто демократической формы правления, и в ближайшие несколько лет мы будем свидетелями ряда революций и контрреволюций».

Интересную мысль проводил монархист Шульгин: «Они – революционеры – не были готовы, но она – революция – была готова. Ибо революция только на половину создается из революционного напора революционеров. Другая ее половина, а может быть, три четверти состоит в ощущении властью своего бессилия». Интересным и примечательным является то, что с данной оценкой событий 1917 г. солидарен и самый выдающийся революционер. В марте 1920 г. в продолжавшемся споре с меньшевиками и эсерами говорил: «Нашелся ли бы на свете хоть один дурак, который пошел бы на революцию, если бы вы действительно начали социальную реформу? Почему вы этого не сделали? Потому что ваша программа была пустой, вздорным мечтанием».

Поэтому одним из проявлений кризиса власти является и шаткое состояние социальной и политической опоры, на которой первоначально держалось Временное правительство. Сначала был определенный кредит доверия со стороны широких масс, но быстро таял и уже весной потребовалась политическая подпорка . Однако меньшевики и эсеры взяли на себя и груз ответственности за политику кадетов. Вот почему к осени доверие и к умеренным социалистам со стороны народных масс упало. С одной стороны, наблюдается большевизация Советов, а с другой, углубился раскол в партиях эсеров и меньшевиков. Представители левых эсеров в Предпарламенте Натансон и Камков заявили, что, оставаясь в этом органе, они обещают полную поддержку большевикам в случае революционных выступлений вне его. В среде рабочих теряли влияние меньшевики. «Развал меньшевизма», «Агония меньшевизма» - это заголовки статей из «Новой жизни» и «Единства» 4 октября 1917 г. А на выборах в Учредительное собрание (голосование проходило после Октябрьской революции) они получили менее 3% голосов.

Политика Временного правительства не устраивала даже цензовые (т. е. имущие) слои общества. Показательным, в связи с этим, является заявление крупнейшего заводовладельца России Путилова в октябре 1917 г.: «В такой ситуации я голосую за большевиков». Керенский терял всяческую поддержку и в обществе, и среди политиков, и в армии, то есть «кризис верхов» был налицо.

Однако наличие трех признаков революционной ситуации, с точки зрения , не гарантирует ее перерастание в революцию. Для этого необходим еще и субъективный фактор: наличие революционного класса, способного на решительные действия, и наличие революционной партии. Все это к осени 1917 г. в России было. Имелся колоссальный опыт у рабочих, крестьян, средних городских слоев и т. д. – опыт уже двух революций: гг. и Февральской. Прошли неоценимую школу и партийные силы большевиков, левых крыльев эсеров, меньшевиков, анархистов, склонных к решительным революционным действиям. В сложившихся условиях многое зависело от наличия или отсутствия политической воли, от роли личности в истории.

В конкретных условиях сентября-октября 1917 г. огромную, важнейшую роль сыграл и его соратники. Ленин подчеркивал необходимость революционных массовых действий «достаточно сильных, чтобы сломить (или надломить) старое правительство, которое никогда, даже в эпоху кризисов, не «упадет», если его «не уронят».

В середине сентября Ленин пришел к выводу, что «плод созрел», настало время переходить к активным действиям. 12-14 сентября Ленин, скрываясь на территории Финляндии, обратился к большевистскому руководству с письмами, суть которых видна из названий «Марксизм и восстание», «Большевики должны взять власть», «Советы постороннего». В них он требовал незамедлительно взять курс на подготовку вооруженного восстания, не дожидаясь окончания работы Демократического совещания (лидеры меньшевиков и эсеров по сути отклонили ленинский «компромисс» и склонялись к очередной коалиции с кадетами).

Члены ЦК большевиков с остороженностью отнеслись к ленинским «директивам». В решении ЦК говорится: сохранить «только один экземпляр писем», принять меры к тому, чтобы «не возникло каких-либо выступлений в казармах и на заводах» (очевидно, опасались повторения июльских событий).

Однако предложения Ленина не остались без последствий. Они повлияли на Троцкого, который на Демократическом совещании говорил о передаче власти Советам. Большевики, приняв участие в Демократическом совещании, из Предпарламента ушли. Их уход из этого органа 7 октября свидетельствовал о том, что к этому времени большинство из них пришли к выводу о необходимости вооруженного восстания.

Предшествовавшие этому разногласия выявили следующие позиции. Троцкий и его сторонники первоначально надеялись на то, что II съезд Советов (намечавшийся на 20 октября) мирно возьмет власть. Умеренные или «правые» большевики (Каменев, Рыков, Ногин и другие) склонялись к позиции меньшевиков – интернационалистов и левых эсеров – к созданию правительственной коалиции из социалистических партий («однородное» социалистическое правительство). Некоторые члены большевистского ЦК по-прежнему считали, что условия для восстания еще не созрели и что только съезд Советов может придать новому правительству законный характер.