Отличительной чертой некоторых изданий, в частности молодежных, рекламных и специализированных, является то, что они интенсивнее, чем другие варьируют форму, размер и композицию фотографий. Здесь хорошо понимают, что нестандартные решения служат делу привлечения внимания читателя. Понятно, что такие приёмы развёрстки фотографий привносят разнообразие и яркость на газетную площадь. Но также очевидно и то, что эти привнесения не должны разрушать композицию снимка, его смысл, визуальный образ, а также не идти вразрез с основными принципами вёрстки.

В авангарде нестандартной вёрстки фотоиллюстраций - массовые издания. Это и понятно: сам тип такого рода газет подразумевает активное внедрение последних новинок оформительского модерна. Повышенная иллюстративность - их самая характерная черта, но она же их «ахиллесова пята» в смысле низкого качества помещаемого фотоматериала.

Еженедельник «ПрессТИЖ-ТВ» отличается чётко поставленной и сбалансированной системой жанров иллюстраций, относительно неплохим качеством материала и равномерным его распределением по полосам.

Очевидный недостаток рассматриваемой системы издания состоит в ограниченном наборе жанров фотожурналистики. В частности, в номере за 26 ноября 2009 года размещено порядка 40 фотопортретов, лишь две фотозаметки, по одному фоторепортажу, фотоэтюду и фоторепродукции, два-три фотонатюрморта. При этом здесь правильно определяют "направление" фотографии. Дизайн полосы создаётся так, чтобы все фото "смотрели" на страницу, а не с неё. И ещё одна деталь: фотографии на странице еженедельника всегда единообразно обрамляются тонкой газетной линейкой, придающей им контур. Этот приём способствует акцентированию фотоснимков, придаёт им больший драматизм и усиливает единство стиля дизайна.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

К сожалению, несмотря на значительное увеличение объёмов и размеров фотоконтента, а также его жанровое разнообразие, качество фотографий в большинстве узбекистанских газет оставляет желать лучшего. Причина, на наш взгляд, состоит в практическом отсутствии в редакциях профессиональных фотокорреспондентов, способных снабжать газету оперативными и качественными снимками, не говоря уже о наличии полноценной фотослужбы или отдела. Отсюда - скудность редакционного «портфеля», не позволяющая кардинально менять систему иллюстрирования газеты. В подобной ситуации единственный выход - прибегнуть к помощи такого информационного гиганта как УзА. Зачастую это приводит к совершенно недопустимым случаям, когда одни и те же кадры появляются на полосах сразу нескольких изданий. На качество вопроса негативно влияет нерешенность проблемы кадровой подготовки соответствующих специалистов в профильных вузах республики. Без решения данных вопросов нельзя серьёзно говорить о трансформации дизайна национальной прессы на качественно новый уровень в русле передовых тенденций мирового развития.

Литература

1. Галкин и технология СМИ: Художественное конструирование газеты и журнала. Учебное пособие. - М.: Аспект Пресс, 2005.

2. и др. Технические средства переработки текста и иллюстраций. - М.:

Мир книги, 1994.

3. Бизнес-вестник Востока, 2012, 13 февраля, № 21.

4. Бизнес-вестник Востока. 20февраля, № 23.

5. Iste’molchi - Потребитель. 2010. 5 марта.

6. Кitob dunyosi, 2012, 5 октября, №12.

7. Hurriyat, 2012, 19 сентября, №40.

Антонимы как средство создания экспрессивности газетных заголовков

,

ВУНЦ ВВС «Военно-воздушная академия имени профессора

и », г. Воронеж, Россия

*****@***ru

Чтобы газетный заголовок привлек внимание читателя, он должен быть ярким, выразительным, экспрессивным. С целью создания экспрессивной окраски в заголовке могут быть использованы лексико-стилистические приемы актуализации газетных заголовков. Одним из продуктивных способов создания экспрессивности заголовка, на наш взгляд, является антонимия.

Антонимия, как одно из средств создания экспрессивности газетных заголовков, заключается в смысловой противопоставленности лексических единиц. Антонимия, отражая существенную сторону системных связей в лексике, охватывает слова, противопоставленные по значению. При этом стилистические функции антонимов не исчерпываются выражением контраста, противопоставления. Антонимы помогают автору показать полноту охвата явлений, ширину временных границ.

Как известно, разграничивают узуальную антонимию (когда речь идет об общеязыковых, общеупотребительных антонимах, зафиксированных в словарях) и контекстуальную, речевую антонимию, которая выражается с помощью неточных, приблизительных антонимов. Также антонимические пары различаются по частеречной принадлежности: различают антонимы-существительные, антонимы-прилагательные и др.

В соответствии с этим заголовки, содержащие антонимы, мы распределяем на две группы:

I. Заголовки с узуальными и контекстуальными антонимами.

II. Заголовки, содержащие антонимы-существительные, антонимы-прилагательные и др.

Рассмотрим заголовки с узуальными антонимами. К таким заголовкам относятся следующие:

-  Блеск и нищета черноземной рыбалки («Моё», № 35, 2011), в данном заголовке содержатся антонимы «блеск-нищета» («блеск» в значении «роскошь», «богатство», «нищета» - значит «бедность»), которые противопоставляются друг другу, создают контраст. Представленная антонимическая пара закреплена в словаре, является фактом языка;

-  «Низы» не могут, «верхи» не хотят («Российская газета», № 000, 2011), «низы» - низшие слои общества, «верхи» - высшие слои общества;

-  Ученье может быть светом, а может быть тьмой («Известия», № 000, 2011), антонимы «свет – тьма» выступают в заголовке в значении «приносить пользу» и «не приносить пользу»; также следует отметить, что этот заголовок является аллюзивным и отсылает нас к известной русской пословице о пользе знаний, учений: «Ученье свет, а не ученье тьма», данная пословица трансформировалась путем вставки компонента «может быть»;

-  Инициативы снизу вязнут наверху («Коммуна», № 46, 2011), антонимы «низ – верх» приобретают значения «низкая должность» и «должность более высокая», или «низ» - это «подчиненные», «верх» - начальство.

Следует отметить, что в выше перечисленных заголовках узуальные антонимы выступают не в прямом, а переносном значении. При этом можно выделить заголовки, в которых узуальные антонимы выступают в своем прямом значении:

-  Утром деньги - вечером рекорды («Моё», № 42, 2002);

-  Не отличая поражения от победы («Комсомольская правда», № 000, 2012);

-  Запад и восток уже начали четвертую мировую войну («Комсомольская правда», № 81, 2012).

По частеречной принадлежности данные узуальные антонимы в заголовках являются существительными.

Отметим такие заголовки с узуальными антонимами уже другой части речи, а именно: антонимами прилагательными. Среди таких заголовков также можно выделить антонимы, которые выступают в переносном и прямом значении.

-  Маленькие люди большого цирка («Моё», № 31, 2010), антонимы «маленький – большой» приобретают в данном контексте такие значения: «маленькие люди» - лилипуты, а «большой цирк» - цирк известный, знаменитый, т. е. лилипуты, сумевшие добиться успеха в цирковом искусстве;

-  Сытый пассажир голодного диспетчера не разумеет («Труд 7», № 000, 2011), антонимы «сытый – голодный» выступают в переносном значении: «сытый» - значит удовлетворенный, а «голодный» - значит не получивший удовлетворения. Данный заголовок при этом является аллюзией к известной русской пословице: «Сытый голодного не разумеет», которая трансформировалась путем вставки новых компонентов: «пассажир» и «диспетчер».

-  Игра для слепых и зрячих («Комсомольская правда», № 000, 2012), антонимы «слепые – зрячие» в прямом значении;

-  Новое - это незабытое старое («Моё», № 12, 2012), антонимы «новое – старое», данный заголовок еще и аллюзия к афористическому выражению «Новое - это хорошо забытое старое», которое трансформировалось, путем замены одного компонента.

Теперь рассмотрим заголовки с контекстуальными антонимами. К таким заголовкам относятся:

-  Закрыв глаза на очевидное, несут невероятное («Российская газета», № 000, 2010), антонимы «очевидное – невероятное» мы относим к контекстуальным, т. к. данная антонимическая пара не зафиксирована в словаре, но противопоставленность также содержится в их значениях: «очевидное», то, что реально существует, во что можно поверить, тогда как «невероятное» - это то, чему невозможно поверить, не реально существующее; по принадлежности к частям речи данные антонимы являются прилагательными.

-  Россия в эру Водолея: сначала потрясения, затем - процветания («Комсомольская правда», № 51, 2013), в данном заголовке в антонимические отношения вступают существительные «потрясение и процветание»: «потрясение» в значении «полное изменение, коренная ломка чего-нибудь», т. е. период неуспешного развития в данном контексте России, тогда как «процветание» здесь означает «успешное развитие, благоденствие», расцвет России. Данная антонимическая пара также не зафиксирована в словаре, но в контексте заголовка эти существительные противопоставляются друг другу, приобретают статус антонимов;

-  Что американцу норма, то русскому смерть («Моё», № 12,2012), контекстуальные антонимы «норма – смерть», «норма» - обычное, привычное состояние, а «смерть» в контексте заголовка приобретает значение «не норма, отсутствие привычного состояния»;

-  Вместо санатория мы побывали в концлагере («Моё», № 31, 2012), в антонимические отношения вступают существительные «санаторий» и «концлагерь», «санаторий» - учреждение для лечения, профилактики заболеваний, отдыха, а под «концлагерем» здесь понимается какое-то место отдыха, которое можно образно сравнить с местом пребывания заключенных;

-  Невероятные, но правдивые истории любви («Комсомольская правда», № 000, 2012), контекстуальные антонимы «невероятный – правдивый», «невероятный» - значит «неправдоподобный», это то, во что невозможно поверить, тогда как «правдивый» - значит «говорящий правду», т. е. то, что существует реально, в действительности. Таким образом, получается, что истории любви, о которых будет рассказано в статье, одновременно являются реальными, существующими в действительности и неправдоподобными, такими, в которые невозможно поверить. Противительный союз «но», соединяя эти прилагательные, выражает противопоставление, делая их антонимами.

Следует подчеркнуть, что при контекстуально обусловленном, т. е. индивидуальном, употреблении антонимов расширяются семантические границы слов, повышается их экспрессивность.

Контекстуальные антонимы, также как и узуальные, в большинстве являются существительными или прилагательными. При этом в заголовках больше существительных, вступающих в антонимические отношения, они употребляются чаще.

Наименьшей активностью характеризуются другие части речи.

Например, заголовок, в котором в антонимические отношения вступают наречия:

- Про валюту вообще и про евро в частности («Коммуна», №30, 2011), здесь антонимы «вообще – в частности». «Вообще», т. е. в общем сказать о валюте, в целом, обобщая, а в «частности», т. е. в подробностях. На наш взгляд это узуальные антонимы, т. к. противопоставленность в значении проявляется довольно четко, хотя именно такой антонимической пары в словаре не зафиксировано. В заголовке «Наши дома не продадут и не купят» («Комсомольская правда», № 000, 2012) в роли антонимов выступают глаголы. А в заголовке «Чтоб понимали до и после» («Комсомольская правда», № 000, 2012), предлоги: «до – после».

Что касается узуальных и контекстуальных заголовков, то наши наблюдения показывают, что наиболее активно в заголовках используются узуальные антонимы, таких заголовков больше. Это может быть вызвано тем, что читатель не всегда сможет почувствовать значение противоположности в двух словах, не распознает контраст. Хотя нельзя говорить однозначно, что узуальных антонимов больше. На наш взгляд, современная газета стремится к развитию у читателя способностей интуитивно ощущать контраст, искать его даже там, где он нечетко выражен. В связи с этим на страницах газет в заголовках употребляются контекстуальные антонимы.

Антонимия в заголовках является довольно распространенным средством создания экспрессивности. Она способствует созданию антитезы, которая, подчеркивая основную мысль, усиливает экспрессивный характер заголовков. Использование «контрастных слов» привлекает внимание читателей, как бы заранее говорит о том, что в тексте речь идет о борьбе противоположностей, о сочетании в одном явлении противоречивых начал.

СЕКЦИЯ 3. Русский язык

«БЕЛОЧКА» КАК ЗНАК КУЛЬТУРЫ

В НАИМЕНОВАНИЯХ КОНДИТЕРСКИХ ИЗДЕЛИЙ

Казанский (Приволжский) федеральный университет,

г. Казань, Россия, vlasova-kseniya@mail.ru

На протяжении последних десятилетий в лингвистике активно используется понятие кода культуры. Считается, что код – неотъемлемая часть любой культурной реалии. Культурный текст могут иметь разные прочтения в зависимости от используемого кода. Код позволяет проникнуть на смысловой уровень культуры, без знания же кода культурный текст окажется закрытым для восприятия.

Коды культуры реализуются через разные сферы жизни человека: нравы и обычаи, язык и письменность, одежду, тип поселений и жилища, труд, систему воспитания, экономику, армию, общественно-политическое устройство, законы, науку, религию, технику, искусство. По мнению , «Код культуры — это таксономия элементов картины мира, в которой объединены природные и созданные руками человека объекты (биофакты и артефакты), объекты внешнего и внутреннего миров (физические и психические явления)» [1: 214]. Также широкое распространение получило предложенное понятие культурного кода «как “сетки”, которую культура “набрасывает” на окружающий мир, членит, категоризует, струк­турирует и оценивает его» [2: 232]. же определяет коды культуры как «вторичные знаковые системы, использующие разные материальные и формальные средства для кодирования одного и того же содержания, сводимого в целом к картине мира, к мировоззрению данного социума» [3].

Объектом нашего исследования является репрезентация культурных кодов в названиях кондитерских изделий, которые стоят на перекрестке нескольких культурных кодов – гастрономического и зооморфного.

Многие названия кондитерских изделий включают в себя наименования животных, наиболее значимых для русского народа. Так, наиболее востребованными являются наименования, восходящие к основе «медведь»: Мишка, Мишка на Севере, Мишка на Юге, Мишки в лесу, Мишка косолапый, Кокосовый мишка, Веселый мишка, Сказочный мишка, Мишка Косолапов, Михайло-Потапыч, Мишка детям, Снег и Мишка, Три Медведя, Мишутка, Братец Мишутка и др. Также группа наименований кондитерских изделий, восходящих к основе «животные», представлена следующими названиями: Коровка, Белочка, Бабаевская Белочка, Гостинчик от белочки, Рачки, Бурундучок, Мышка на Севере; Лесной олень, Морской конёк, Золотой конёк, Лесные жители, Забавные животные, Зверята, Караван пустыни, Каурка и т. д. Проанализируем наименования кондитерскаих изделий, восходящие к основе «белка».

«Белочка» – один из самых старых сортов шоколадных конфет, главным атрибутом которых является дробленый фундук в начинке, а также стилизованное изображение белочки с орешком в лапках (может быть исполнено в нескольких цветовых вариациях). Первая «Белочка» появилась в 1944 году и производилась Кондитерской фабрикой имени , которая входила в состав Ленинградского производственного объединения кондитерской промышленности. В советское время объем производства фабрикой этих популярных конфет достигал тысяч тонн в год.

Лексема белочка – уменьшительно-ласкательное к лексеме белка (суффиксальный способ образования). Толковый словарь дает следующее определение: белка – небольшой лесной зверек-грызун с пушистым хвостом, а также мех его. Лексема белка входит в состав пословиц и поговорок, например, как белка в колесе вертеться (суетиться, быть в постоянных хлопотах; разг.); будет вам и белка, будет и свисток (разг. шутл., часто ирон. - обещание чего-нибудь приятного, хорошего).

Название конфет «Белочка» выступает в качестве ключевого слова в художественной литературе: «Машинистки принесли мне стакан чаю, а завхоз – конфету «Белочка». (Евгений Попов. Хочу быть электриком); «Контрабандой он [Кобзон] приносил мою любимую рыбу в томатном соусе, кильку, бычков и конфеты «Белочка»… Я никогда не забуду, как много он для меня сделал». (Александр Бовин. Пять лет среди евреев и мидовцев, или Израиль из окна российского посольства); «Контуженый ты, нет?! Или косишь?! Ты что, думал, это конфеты «Белочка»?! (Марина Палей. Long Distance, или Славянский акцент); «В нем было несколько комнат, на стенах висели олень и рога и натюрморты с дичью, а на полу, помимо ковров, лежала огромная медвежья шкура. На столе у них стоял коньяк «Варцихе» по 4.50 бутылка и в вазе конфеты «Белочка» по 4.50 килограмм». (Анатолий Найман. Славный конец бесславных поколений); «Утром мама говорила: «Кто хочет конфету «Белочка»? (Ирина Полянская. Куда ушел трамвай); «Стасику было все равно, «Белочка» или ириска, он был равнодушен, счастливец, к таким вещам, он любил больше всего огонь: у него руки чесались что-нибудь сжечь, спалить, взорвать, что бухнуло и бабахнуло, он только и говорил о том, где бы чего бабахнуть и ухнуть, и наши родители, зная это, смотрели на него с опаской». (Ирина Полянская. Куда ушел трамвай); «Наконец он достал сплюснутую конфету «Белочка» в замусоленном фантике». (Владислав Крапивин. Трое с площади Карронад); «Хочешь? «Белочка»! Раньше, когда я плакал, мать подсовывала конфетку». (Даниил Гранин. Иду на грозу). Наименование «Белочка» - один из ключевых знаков эпохи, которые позволяют проникнуть в смысловой уровень культуры, понять изображенную в художественном произведении эпоху.

Существует и несколько вариаций конфет «Белочка». Среди них: «Бабаевская Белочка», «Гостинчик от белочки». «Бабаевская белочка» – набор куполообразных конфет с корпусом из шоколадно-орехового пралине с добавлением дробленого фундука, покрытых темным шоколадом. В наименование конфет «Бабаевская белочка» вынесено название производящего их концерна – Бабаевский, у истоков которого стоит крепостной статской советницы Анны Петровны Левашовой, помещицы села Троицкого Ченбарского округа Пензенской губернии, Степан Николаев, которого за непревзойденное искусство творить сладости из абрикосов вскоре так и прозвали – Абрикосовым. Только в 1922 году фабрике было присвоено имя Петра Акимовича Бабаева.

«Гостинчик от белочки» - это глазированные шоколадом конфеты, корпус которых состоит из помады крем-брюле с маковой начинкой, Омской фабрики «Сибирская белочка». Гостинчик – уменьшительно-ласкательное к лексеме гостинец. Лексема гостинец имеет следующее значение: подарок (преимущественно о сладостях).

Таким образом, наименования кондитерских изделий, имеющие в своей основе зооморфизмы, являются востребованными и потому являются репрезентацией культурных кодов, в том числе зооморфного. Они отражают значимые смыслы, культурные реалии, менталитет и историю народа.

Литература

1. Пименова культуры и особенности концептуализации сердца в произведениях // Культура и текст — 2005: сб. науч. тр. Междунар. конф.: в 3 т. / под ред. . Т. 1. СПб.; Самара; Барна5. С. 214.

2. Красных и лингвокультурология. Лекционный курс / . – М.: Гнозис, 2002. – 284 с.

3. Телия фразеология. М.: Языки русской культуры, 1996. – 288 с.

Реализация общего принципа сокращенности в современном

русском языке

Национальный минерально-сырьевой университет «Горный»,

г. Санкт-Петербург, Россия, t777777@mail.ru

Язык, представляя собой динамическую систему, пребывает в состоянии постоянного развития, направленного на его совершенствование и обогащение функциональных возможностей. В сфере лексики это развитие протекает активнее по сравнению с другими сферами языковой системы, сегодня характер этих изменений особенно интенсивен. Изменения, происходящие в языке в последнее время, связаны, как правило, с развитием и усовершенствованием известных и появлением новых сфер его применения. В современном мире появляется большое количество предметов и понятий, требующих номинации, осуществляемой в процессе сознательной словотворческой деятельности человека.

Процессу номинации зачастую подвергаются семантически сложные понятия и явления действительности, требующие развернутого и, как правило, сложного наименования, в связи с чем на первоначальном этапе номинации создаются структурно сложные конструкции, возникают многокомпонентные в содержательном и структурном отношении единицы. Однако все возрастающий темп жизни, тенденции к абсолютной экономии и мобильности все увеличивающегося потока информации становятся причиной неприемлемости сложных наименований. Разрешением данного противоречия видится возможность употребления разного рода сокращений развернутых наименований, которые все активнее входят в современное языковое пространство и занимают там определенное место.

Возрастающая активность сокращенных единиц языка требует должного внимания и не может оставаться вне поля зрения лингвистов, а потому рассмотрение разного рода проблем компрессивного словообразования, осуществление многоаспектного подхода к рассматриваемому лингвистическому явлению является закономерной тенденцией современных лингвистических исследований.

Созданные в процессе аббревиации, или сокращения, единицы – аббревиатуры – являются неотъемлемой частью современного языкового пространства. В действенности и активизации данного процесса не возникает сомнений. Напротив, сокращение описательных наименований становится естественным и универсальным явлением, свойственным многим языкам, в том числе русскому.

Анализируя толкования терминов «аббревиатура», «сокращенное слово», «сложносокращенное слово», считаем справедливым признать аббревиатуру лексической единицей, выражающей общее значение сокращенности. Вместе с тем наиболее целесообразным представляется толкование аббревиатуры как лексической единицы, образованной путем сложения двух и более усеченных или усеченных и полных основ.

Активное использование разного рода сокращенных слов обнаруживается сегодня в разных областях человеческого знания. Аббревиатуры занимают все большее место в научной, технической, деловой лексике, все шире применяются в средствах массовой информации и даже в разговорной речи. Однако столь интенсивное распространение аббревиатурной лексики не может быть случайным явлением в языке. Процесс аббревиации должен иметь и имеет определенные основания.

На совмещение экстралингвистических факторов и внутриязыковых причин активизации процесса аббревиации указывают многие ученые, изучающие проблемы аббревиатурного словообразования. Так, С. Шадыко отмечает, что «интенсификация сокращения как способа словообразования обусловлена сочетанием объективных экстра - и интерлингвистических факторов» [1, с.10]. К числу факторов внешнего характера лингвист относит быстрый темп жизни, возрастающую потребность в массовой номинации новых явлений путем появления сложных многословных названий, приводящих к росту объема информации, к поискам средств ее адекватного и экономного выражения и, в результате, к антиномии кода и текста, частичным разрешением которой автор считает развитие аббревиации.

Разделяя мнение ученых о превалирующем влиянии экстралингвистических факторов: больших социальных сдвигах, научно-техническом прогрессе, развитии межнациональных культурно-экономических связей и т. п., считаем справедливым признать невозможность существования данного языкового процесса вне готовности самой системы языка к его восприятию и осуществлению.

Основным лингвистическим фактором, необходимым для образования аббревиатур, является закон экономии языковых средств и речевых усилий. Данный закон представляет собой истину, не требующую доказательств, и, хотя он не может объяснить многих языковых явлений, связанных с аббревиацией, его рассматривают как один из способов конденсации языковых средств. Суть такой экономии заключена в «конденсировании средств выражения и обобщенном восприятии содержательной стороны новых языковых единиц» [1, с.5]. Являясь средством концентрации информации, аббревиатура при сокращении материальной оболочки коммуникативных единиц увеличивает скорость поступления информации от говорящего к слушающему, позволяя при этом экономить не только время для произнесения слова, но и артикуляционные усилия говорящего.

На возможность сокращения коммуникативной единицы оказывает влияние особенность распределения смысловой нагрузки в слове, что обусловлено в определенной мере свойством нервной системы человека опережающим образом отражать те или иные явления действительности. Согласно теории неравномерного распределения информации в тексте (), когда максимум смысловой нагрузки находится в начале слова, а минимум – в конце, информация, передаваемая данным словом, становится ясной уже при звучании начала слова. Данный факт также способствует некоторому объяснению особенностей и закономерностей создания сокращений.

Аббревиация как особый способ словообразования свойственна разным сферам языка в разной степени. Так, действие процессов усечения и универбации характерно для разговорного языка, буквенная и звуковая аббревиация связана с газетно-публицистической и деловой сферами языка, но может быть отмечена и в научной речи. Инициальная аббревиация не допускает мгновенного появления слова, сразу же понятного слушателю, поэтому буквенные и звуковые аббревиатуры не свойственны разговорному языку (кроме общеизвестных и широкоупотребительных).

Наше внимание привлекли сложносокращенные лексические единицы, структурная организация которых осложняется наличием иноязычного компонента. Исследование такого типа единиц является актуальным на современном этапе развития языковой ситуации в силу усиливающейся тенденции к употреблению сокращений разного рода, а также по причине активизации процесса заимствования лексических единиц (офитек, ЮРЭКС, Техсервис, Юрсервис, Евротрейд, МузINFO, Рунет, Юнител, юникар, СИБКАР, PR-акция, SMS-Хакер, VJ-блок, VIP-такси, CD-мания, IP-консультации, IT-компании, КДМ-МАРКЕТ, Техсервис, МузZone, МаСаr, АйКью-сервис, OTS-щиты, СимСитиТранс, РУСБИЗНЕСАВТО, RAIL-Инфо, АВТОСАН, Рунет, MузXtreme, МегаТехГранд, Автотехсервис, ДВ-PRофи, Агрохимсервис, Стройинсервис). Единицы данного конструктивного типа представляют собой результат действия процесса синтаксической аббревиации, основным источником которой являются словосочетания, обозначающие те или иные предметы и явления действительности. Нередко появление аббревиатурных новообразований (тем более с иноязычным компонентом) в различных СМИ отвечает созданию экспрессивности, характерной для творчески активной деятельности автора и для публицистического стиля в целом.

Лексические единицы, ставшие предметом нашего рассмотрения, представляют собой аббревиатуры инициального/неинициального типов (слоговые, смешанные, частичносокращенные). Являясь результатом действия синтаксической аббревиации, сложносокращенные слова с иноязычным компонентом создаются в результате сложения усеченных основ или усеченных и полных основ производящего комплекса, что позволяет выделить основные два типа анализируемых единиц, в рамках которых выявляются соответствующие модели и их подвиды.

Структурно-словообразовательные особенности сложносокращенных слов с иноязычным компонентом обеспечивают достаточное разнообразие лексических единиц данного типа, что позволяет выявить ряд моделей, по которым образуются синтаксические сокращения. Между единицами той или иной модели существуют определенные структурные различия, обусловившие их выделение, однако принцип образования слов каждой модели один – принцип сокращения, это позволяет рассматривать данные лексические единицы как разновидность одного явления – компрессивного словообразования.

Критерием выделения определенной модели, помимо наличия/отсутствия полной основы в составе аббревиатурного слова и характерных черт иноязычного компонента, стало выявление особенностей самого сокращенного элемента, которые определяются характером сокращения: а) на уровне инициала, б) сокращение морфемного типа (на уровне морфем), в) сокращение произвольного типа (произвольный фрагмент слова).

Отмечая преобладание сокращенных элементов с усеченной финальной частью основы при незначительной группе лексических единиц с усеченным началом слова, считаем возможным найти объяснение данному языковому факту в особенностях реализации принципа неравномерности смысловой нагрузки в пределах лексической единицы (ИТ-менеджер, МС-«айстопперы», ЛУКойл, АТ-сервис, НК-СИТИ, МС-Пасифик, КДМ-МАРКЕТ, РосБизнесКонсалтинг, Техсервис, МузZone, MузFilm, МаСаr, АйКью-сервис, OTS-щитов, PR-отделение, SMS-игра, офитек, ЮРЭКС, RAIL-Инфо, Агрохимсервис, Стройинсервис, ЖИЛКОМ-СЕРВИС, Сиб-строй-сервис, АЛТАЙ-СИБВЕСТ, Алт-Аудит-Компани и др.). При этом разный характер сокращения позволяет определить не просто преобладание сложносокращенных слов с усеченной финальной частью, но и существенное разнообразие моделей и подвидов, учитывающих структурные особенности лексических единиц подобного рода.

Таким образом, многообразие структурно-словообразовательных моделей и подвидов, на базе которых образуются сегодня сложносокращенные слова с иноязычным компонентом разных типов, свидетельствует об активизации особого словообразовательного процесса – процесса аббревиации, в основе которого лежит общий принцип сокращенности, а также получающего все большее распространение в условиях современных межнациональных контактов процесса заимствования иноязычной лексики. Характер сокращения и особенности иноязычного компонента, входящего в состав вновь образованной лексической единицы, специфика его формальной организации, во многом определяющая структурно-словообразовательные черты сложносокращенных новообразований в целом, предопределяют многообразие и разнообразие лексических единиц данного типа.

Сложносокращенные слова с иноязычным компонентом, порождение и распространение которых сегодня имеет по ряду известных причин тенденцию к увеличению, представляют, на наш взгляд, особый интерес в условиях современной словотворческой активности индивида. Они употребляются в наибольшей степени в средствах массовой информации, поскольку газетно-публицистический стиль в целом характеризуется созданием не только компрессированных единиц, но и слов, обладающих определенной экспрессивностью, что обусловлено творчески активной деятельностью авторов. Закон экономии, рассматриваемый относительно языкового материала, находит проявление на разных уровнях языка. При этом на словообразовательном уровне он находит выражение в способах компрессивного словообразования, к которым справедливо относится аббревиация, порождающая сложносокращенные слова разного рода и реализующая тем самым общий принцип сокращенности.

Литература

1. Шадыко, С. Аббревиатуры в русском языке (в сопоставлении с польским) : автореф. дис. … док. филол. наук / С. Шадыко. – М., 2000. – 45 с.

ЭКСПРЕССИВНО-СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ ВСТАВНЫХ КОНСТРУКЦИЙ В СБОРНИКЕ Д. РУБИНОЙ «ГЛАДЬ ОЗЕРА В ПАСМУРНОЙ МГЛЕ»

ВГУ, г. Воронеж, Россия, e-mail: novinatil@yandex.ru

В текстовом пространстве произведений Д. Рубиной[1] особенно часты вставные конструкции, закономерности функционирования которых заслуживают, безусловно, особого интереса.

Целью настоящей статьи является анализ типов вставных конструкций, используемых Д. Рубиной в тексте сборника «Гладь озера в пасмурной мгле», а также определение особенностей функционирования данных конструкций в авторском тексте.

Несмотря на обилие в лингвистическом сообществе представлений о природе вставочности, все эти точки зрения сводятся в большей или меньшей степени к пониманию того, что вставочность – явление коммуникативно-синтаксического уровня языка. Вслед за и мы рассматриваем вставочность как явление парентезы: «вставка каких-то элементов, соотносимых с содержанием основного состава предложения или его конструктивных частей, но выходящих за границы обычных синтаксических связей, которые устанавливаются между компонентами этого состава» [2]. Действительно, вставные конструкции, имея значение попутного замечания, комментирования, дополнительного пояснения и уточнения, нарушают синтаксическую связь предложения. В частности, о разрыве структурного единства синтаксических структур строений со вставками говорят [3], [4].

В тексте сборника «Гладь озера в пасмурной мгле» нами отмечены вставные конструкции, которые конкретизируют одну из лексем основного предложения, например: И за мгновение до того, как Борис нажал на кнопку, сбоку – чуть не из-под локтя у него – вынырнула женщина… (вставная конструкция конкретизирует наречие сбоку);Судя по энергичной мимике на озверелом – на мгновение – лице, крепко выругался, но опять насадил мякиш на крючок и спустил леску за борт (вставная конструкция поясняет прилагательное озверелый);Я описала прошлогоднюю поездку сюда, упомянула заодно и о Равелло, тут неподалеку, о том, как слепнут глаза от блеска воды в заливе,…(вставная конструкция поясняет существительное Равелло). Кроме того, Д. Рубина использует и вставные конструкции, которые имеют пояснительный характер в отношении предложения в целом: На сей раз поездка распалась на юг и север Италии: несколько ночей в Вернись-в-Сорренто (я и вернулась, притащив на аркане собственного ценителя и назывателя всех оттенков кипящей бирюзы Неаполитанского залива), и несколько ночей на северных озерах; Когда странствуешь по Италии,…возникает впечатление, что святой Франциск Ассизский основательно погулял тут до тебя – в самом разнообразном смысле этого слова. Причем повсюду оставил по себе благодарную память – деятельным был святым…

Вставочные конструкции в текстовом пространстве способны выражать различные дополнительные отношения. Так, у Д. Рубиной встречаем вставки, обозначающие пояснительно-определительные отношения: Полуторамиллионный портовый Неаполь, … производит оглушительное впечатление огромного, … пространства; когда в ряду облупленных – красно-черных или серо-красных – домов вдруг один отремонтирован, он выглядит едва ли не чужероднее и страннее, чем вся улица; Помпеи – смесь терракоты и пепла – раздавлены пятой Везувия, неотвратимого, как сама судьба (дополнительные цветовые характеристики). Также небольшую группу составляют конструкции, выражающие пространственно-временные значения:Скульптуры прославляли поэтапно всю жизнь того же святого Франциска, который – посреди всей этой немыслимой красоты – упорно призывал отказаться от мирских благ и любого имущества (темпоральное значение); В кадр попали: перспектива, в конце которой мерцало алюминиевое море, а в седоватой мгле облаков клубился Везувий, и – вдоль дорожки к дверям пансиона – многоствольные канделябры гигантских кактусов, уже затепливших темно-алые цветы (пространственное значение).Кроме того, нами были обнаружены и вставки со значением причинно-следственным: Синьоре –так почему-то звала его подруга (она приезжала сюда много лет) – подхватил мой чемодан, и через мгновение я уже целовалась с ней; Тщательный пошаговый маршрут был записан под диктовку подруги – она прилетела с утра и ждала меня в заранее снятом пансионе.

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9