Природа и люди России. Экология, религия, политика и действие (стр. 1 )

Природа и люди России. Экология, религия, политика и действие

Предисловие автора

Настоящая работа является одним из итогов исследований в рамках Проекта “Сохранение биологического разнообразия России”, осуществляемого при поддержке Глобального Экологического Фонда (GEF). В 1997 г. в ходе проблемного семинара, посвященного обсуждению путей подготовки Национальной Стратегии сохранения биоразнообразия, была определена необходимость исследования отношения разных групп населения страны к проблемам сохранения живой природы. В 1998 г. проведение подобного исследования и обобщение имеющихся социологических данных было поручено группе ученых под руководством д. б.н. и д. э.н. . Подготовленные этими специалистами материалы обобщены и опубликованы (Кавтарадзе, Овсянников, 1999). Книга этих авторов и настоящее издание взаимосвязанны и взаимно дополняют друг друга. Они базируются на общем социологическом материале. В нашей книге он был перекомпонован, дополнен и сопоставлен с материалами, полученными из других источников.

Такими источниками были базы правовой информации из CD сборника законодательных актов “Законодательство в России” (изд-во “Элекс”, январь, 1998); тексты принятых Правительством России Госудаственных программ экологической направленности и сведения о заявках на получение природоохранных грантов, поданных в фонды МакАртуров, ISAR и проект ROLL Института устойчивых сообществ от российских граждан и коллективов.

Коллектив Проекта “Сохранение биологического разнообразия России” пользуется случаем поблагодарить сотрудников департамента Государственных программ и руководителей московских представительств названных неправительственных организаций за оказанное содействие.

При подготовке к анализу материалов нашей книги огромную помощь оказали , , и , которые осуществляли техническую подготовку материалов, а также их смысловой контент-анализ. Я выражаю своим коллегам искреннюю благодарность за проделанную ими подготовительную работу, которая позволила существенно ускорить и детализировать анализ фактических данных.

На фазе подготовки рукописи к печати очень полезными были замечания и предложения, сделанные моими коллегами, в первую очередь , и , которым принадлежат некоторые идеи по компоновке и оформлению книги, а также многочисленные рекомендации структурного характера. Очень полезными были также замечания, сделанные и , которые взяли на себя труд первого прочтения полностью подготовленной книги.

Природа и люди России. Экология, религия, политика и действие

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие

Почему эту работу заказал Проект по сохранению биоразнообразия

Три страницы для занятого Читателя

Материалы и методы

Глава 1. Социологическое исследование роли экологических проблем в системе взглядов россиян

Отношение к природе в иерархии проблем, беспокоящих среднего россиянина. Сравнение восприятия проблем в разных социальных группах - поиск аналогов и противоположностей экологической обеспокоенности. Социальное “поле” России и размещение в нем некоторых проблем. Сумма беспокойств и ее соотношение с экологической обеспокоенностью. Распределение экологической обеспокоенности по регионам России. Динамика экологической обеспокоенности и других проблем. Первые выводы.

Глава 2. Религиозность, мировосприятие и отношение к природе

Поиск модели для исследования мировоззренческих особенностей отношения к природе. Сходство динамики внимания к проблемам как признак их смысловой идентификации. Современное состояние религиозности в России. Соотношение религиозности и экологической обеспокоенности в разных социальных группах. Социальные группы, в которых религиозное и экологическое сознание расходятся сильнее всего. Различия взглядов и готовности к действиям для охраны природы у материалистов и религиозных людей.

Глава 3. Деятельная активность населения России

От мировоззрения к энергии действия. Конформизм и способность к самостоятельным действиям. Влияние особенностей поведения людей на структуру смертности. Региональные индикаторы деятельной активности. Моделирование деятельной активности для социальных групп и населения регионов. Сочетания разных проявлений деятельной активности. Сочетания деятельной активности и разных мировоззренческих систем. Деятельная активность и неустойчивость взглядов.

Глава 4. “Политическая” экология

От системы взглядов к путям развития общества. Политические процессы и экологическое мировоззрение. Поведение избирателей как индикатор особенностей мировосприятия населения. Социальная поддержка основных партий и эффективность ее реализации в регионах. Электоральное “поле”. Электоральные индикаторы социально-психологических типов поведения и экологической обеспокоенности. Политический выбор, деятельная активность и индивидуализм взглядов. Приоритеты властей после выборов - взгляд сквозь призму приоритетов населения. Значение проблем в оценке законодателей. Исследование взаимного влияние населения и власти. - Кто заказывает экологическую политику? Некоторые итоги.

Глава 5. Сохранение живой природы России - стратегии взаимодействия экологических движений, населения и государства

Роль инициативы обсуждения проблем сохранения живой природы. Воздействие общества на природу - попытка найти объективный измеритель. Распределение природоохранных усилий государства, общественности и населения. Разрушение природы основных биомов России и осознание экологической опасности разными группами населения. Объективность и субъективность актива природоохранных движений России. Основные результаты.

Природа в сознании россиян

Три страницы для занятого читателя

Для тех читателей, которые еще не решили, читать им всю книгу, или отложить её пока в сторону, в этом разделе собрано краткое изложение основных выводов и результатов работы. Для тех, кто сочтёт полезным дальнейшее знакомство с книгой, уже непосредственно в начале каждой главы приведено её краткое содержание.

·  Исследование социологических материалов показало, что основными факторами размежевания взглядов и суждений у представителей разных групп населения являются их различия по уровню деятельной пассивности-активности и различия в социальности-индивидуализме их поведения.

·  “Экологические” взгляды характерны для узких социальных групп деятельного населения, поведение и суждения которого отчетливо расходятся со взглядами и беспокойствами основной части населения страны.

·  “Экологическая” обеспокоенность свойственна группам населения с высоким индивидуализмом поведения, а её отсутствие или слабые проявления - людям, предпочитающим социальные формы действия. Это можно трактовать как противопоставление “экологических” взглядов тем нормам поведения, которые закреплены в традициях общества.

·  Доля религиозного и экологически обеспокоенного населения в обществе в разные годы изменяются синхронно, что трактуется как признак близости этих феноменов в сознании россиян.

·  Религиозность населения и его экологическое беспокойство связаны преимущественно с разными социальными группами. Пассивные слои более религиозны, а для людей более деятельных характерна большая экологичность взглядов.

·  В социальных группах женщин и домохозяек высокая религиозность сочетается с экологизированной системой взглядов. Причиной может быть “вторичное образование”, получаемое при контроле обучения детей. В группах жителей Сибири, руководителей, безработных и квалифицированных рабочих низкий уровень экологических беспокойств сопряжен с низкой же религиозностью.

·  Традиционным верующим свойственно следование общепринятым образцам социального поведения. Те, кто совмещает веру и экологическое беспокойство (“экотеисты”), чаще представлены в социальных группах с высоким индивидуализмом и стремлением действовать без оглядки на мнение большинства.

·  Экологически обеспокоенные “материалисты” в большей степени способны к реальным действиям по охране природы.

·  Для гармоничного развития обществу необходим баланс деятельной активности и социального конформизма. Индикаторы этих свойств можно найти в статистике смертности, миграций, голосований и преступности. Деятельная активность избыточна среди пришлого населения Сибири, “покорителей Севера”. Социальный конформизм более распространен в регионах Черноземья и, особенно, в автономиях Кавказа.

·  Особым дефицитом в России является социальное ядро, группы населения сочетающие доверие традициям с умением принимать самостоятельные решения и действовать для их выполнения.

·  Для формирования массового экологического сознания решающим оказывается отношение к природе среди многочисленных групп населения с пониженной деятельной активностью и склонностью к социальному конформизму.

·  Сочетание идейного материализма и индивидуализма характерно для социальных групп руководителей, занятых в частном секторе, квалифицированных рабочих и мужчин. Среди руководителей много тех, кто при материалистичности взглядов испытывает беспокойство за состояние природы. Видимо, им приходится соприкасаться с этой проблемой в процессе руководства производственной деятельностью и в ходе политических кампаний. Готовность платить за охрану природы более характерна для тех слоев общества, которые умеют принимать самостоятельные решения.

·  Повышение устойчивости взглядов членов социальной группы имеет связь с увеличением доли её членов, придерживающихся традиционных религиозных убеждений без выраженной экологической обеспокоенности. Для деятельных групп характерна высокая вариация (неустойчивость) взглядов и большинства других социальных параметров. Активная индивидуальная деятельность - это почти всегда принятие решений, которые в отличие от веры, подразумевают выбор вариантов.

·  Изменчивость взглядов свидетельствует о способности менять точку зрения при изменении внешних обстоятельств, условий жизни, а также под воздействием пропаганды. Высокая поддержка идей сохранения природы в деятельных группах отчасти связана с индивидуальной убеждаемостью их членов.

·  Для закрепления экологических взглядов в менее деятельных и более консервативных группах необходимо взаимодействие с теми, кто занят поддержкой или формированием системы взглядов в широких слоях населения - священослужителями, политиками, средствами массовой информации.

·  В статистике выборов можно найти индикаторы основных социально-психологических типов поведения населения, в том числе отношения людей к природе.

·  Сочетание стабильности политического выбора и общей социальной нестабильности зафиксировано для обеих столиц и промышленно развитых центров Урало-Поволжья, т. е. регионов, население которых проживает в условиях наиболее тяжелого экологического состояния городской среды, где оказалось заметным сокращение загрязнений из-за спада производства.

·  Статистические методы позволяют снять покров “социальной анонимности” с результатов выборов, определить круг идей, разделяемых сторонниками каждой политической силы, оценить перспективы работы экологов с партиями и выбрать для партнерства в деле охраны природы в каждом регионе наиболее эффективно организованные политические структуры.

·  Статистическая классификация групп избирателей показала, что традиционное религиозное мировоззрение и поддержка коммунистов выражаются однотипной социально-психологической группой людей, поведение которых основано на традиционных образцах деятельности. Для экологов именно поддержка конформистов является пока не достигнутым результатом. Действия, направленные на сохранение природы, пока не стали объектами социального копирования у основной части населения.

·  Голосование за “Яблоко” служит “маркером” для обеспокоенных состоянием природной среды. У “Яблока” и современных экологов есть группы устойчивых сторонников и столь же устойчивых противников. Для защитников природы сознательное или неосознанное противостояние к значительной части населения - факт очень тревожный.

·  Индивидуализм, свойственный идейным сторонникам экологических убеждений, автоматически переносится общественным сознанием на все природоохранное движение в целом. “За кадром” остаются практики природоохранной работы, образцы поведения которых могут быть примерами для конформистской части общества.

·  Контент-анализ законодательства выявил статистические признаки идейной убежденности (на уровне веры) экологического крыла законодателей и узость слоя, лоббирующего природоохранное законодательство.

·  Сравнение динамики внимания населения и законодателей к проблемам окружающей среды и здоровья обнаруживает влияние позиции власти на позицию населения.

·  Несоответствие относительно высокого уровня финансирования агро-экологических программ низкому уровню экологической обеспокоенности у жителей села и аграрных регионов, возможно, связано с тем, что эти средства не используются по назначению - на нужды охраны природы.

·  Совпадение периодов подъема внимания законодателей к производству со спадами внимания к природоохранному праву свидетельствует о вытеснении экологических аспектов из производственного законодательства.

·  Убежденность и индивидуализм взглядов людей, формирующих экологическую политику, повышают риск необъективности выбора ими приоритетов охраны природы. Объективными эталонами воздействий на природу могут быть затраты энергии отраслями производства, инфраструктурой, социальными группами, а также площадь полностью или частично разрушенных природных экосистем.

·  Объективная угроза живой природе со стороны разных секторов и отраслей хозяйства наиболее точно воспроизводит распределение заявок от экологически обеспокоенной общественности на гранты и проекты. Наиболее существенные несовпадения с объективно выделяемыми приоритетами наблюдаются при анализе финансирования Федеральных целевых программ экологической направленности. Особенно сильный дефицит природоохранных усилий общества (финансовых, организационных) характерен для законодательного регулирования экологических аспектов промышленного производства. Проблемам охраны живой природы в сельском хозяйстве мало внимания уделяют и население в целом, и экологическая общественность, и законодатели.

·  Формирование отношения к природе у религиозного населения, чаще чем у деятельных групп, происходит в условиях сильно трансформированной среды обитания, образ и состояние которой закрепляются во взглядах людей как естественная норма. За счет этого массовым сознанием населения недооценивается опасность преобразования природы в районах старого освоения - в степях, лесостепи и широколиственных лесах, а также в речных поймах Средней России.

·  Природоохранный актив страны недооценивает опасность преобразования природы в зоне широколиственных лесов, лесостепи и степи, а также болот. Сферой повышенного внимания грантозаявителей традиционно является Байкал. Отчетливо выражен недостаток внимания к воздействиям промышленности, который может быть связан с прямым ограничением донорской поддержки отдельных исследователей, а также фондов и программ, проводящих эти работы, в которых крупный бизнес не заинтересован. Наиболее принципиальным является провал внимания профессиональных экологов к аграрным аспектам разрушения природы.

Материалы и методы

Настоящая работа основана на сопоставлении результатов социологических обследований населения, выполненных ВЦИОМ, с обширными массивами статистической информации о социально-демографической структуре, выборах, хозяйственном развитии, состоянии и использовании природных экосистем разных регионов России. Первичный цифровой материал в книге не приводится, чтобы не перегружать текст. Однако заинтересованные читатели могут найти его на сервере “Популярная наука” по адресу http://www. sci. *****, где результаты опросов населения приведены в виде файлов со сводными таблицами, а необходимый статистический материал собран в специальный справочник “Россия в цифрах”. Кроме этого, на сервере присутствуют два крупных произведения: Web-атласы “Россия как система” и “Окружающая среда и здоровье населения России”. В этих произведениях, подготовленных коллективом под руководством , также содержится большое количество первичных числовых и картографических материалов, использованных в настоящей работе. Все посетители сервера могут совершенно свободно скопировать эти материалы на свои компьютеры и при желании проверить или дополнить полученные нами выводы.

С любезным приглашением сделать “несколько примечаний на полях” рукописи данной книги я и согласился, и задумался. Согласился потому, что меня привлекла активная жизненная позиция автора на одном из семинаров, где мы впервые встретились. Задумался, поскольку было неясно: а что можно получить из чтения, а возможно и проработки этой книги? Экологическая литература самых различных жанров весьма обширна. Так возник первый вопрос, а, соответственно, и общее решение читая текст, выдвигать возникающие по ходу проблемы. В этой связи, пожалуй, необходимо зафиксировать собственную позицию как позицию человека занимающегося методологическими проблемами образования.

Уже первичный беглый просмотр заставил задуматься о стилистике, внутренней особенности книги. Она своеобразна и, думается, имеет смысл выделить некоторые её характеристики:

·  большое количество резюме, своеобразных сжатий содержания, помещаемых как вначале, так и по тексту разделов;

·  методический аппарат, позволяющий удерживать целостность значимых компонентов содержания: цветные схемы-рисунки, унифицированная система координат и т. п.;

·  и в то же время незавершенность ведущих фрагментов текста, их открытость к дополнениям и изменениям, как бы приглашающая “посмотрите как я строю такую сложную действительность как восприятие охраны природы сознанием россиян, можете реорганизовать мою конструкцию, либо непосредственно использовать в своих действиях”.

Для этого дается как образец конкретной ориентационности сети в разбираемой проблематике, так и собранный и обработанный материал для возможных читательских построений.

Предваряя изложение основных материалов книги, мы коротко отметим одну особенность, которая не только выполняет методические функции, но и позволяет нашим читателям лучше воспринимать материал. Речь идет о широком использовании образных моделей исследуемых нами систем и явлений. Модель - это упрощенная картина реального мира, обладающая некоторыми, но не всеми его свойствами (Lave, March, 1974). Как и все модели, карты, диаграммы, “поля” кластеризации и их комбинации проще тех процессов и объектов, которые они отображают или объясняют. Точная числовая информация в них заменена полуколичественной в виде рангов и градаций характеризуемых явлений. По существу, здесь речь идет о специальных, так называемых иконографических моделях (, 1996).

Важное преимущество иконографических моделей состоит в “сжатии” информации до ограниченного числа объектов, образов, показателей и т. п., что решает проблему избыточности. В таком виде информация наиболее удобна для человека, так как по сути воспроизводит процесс восприятия реальности моделирующими системами мозга (любой человек в состоянии уверенно сопоставлять одновременно от 3-х до 7-ми независимых факторов). Не случайно триады типа “хорошо-нормально-плохо”, “много-средне-мало” - не просто оценки, но глубинная основа восприятия мира человеком. Именно так надо воспринимать приведенные в книге картосхемы и диаграммы, снабженные цветной или черно-белой легендой: высокие значения обычно показаны темными (красными) оттенками; низким значениям соответствуют светлые (зеленые) тона. Этот прием позволяет, с одной стороны, формализовать информацию, с другой - сделать ее доступной для восприятия без дополнительных разъяснений.

Сложные системы образуются из взаимодействия некоторой совокупности подсистем. Общество России - пример именно такой системы, в которой особенности функционирования “целого” определяется деятельностью ее частей - регионов, отраслей, крупных социальных групп. Графические и картографические модели в настоящей работе - это взгляд на целое как совокупность частей. Декомпозиционный подход позволяет видеть не только значение каждой подсистемы, но и ее место (пространственное или социальное) относительно других подсистем. Недостаток числового или табличного представления информации в том, что оно не отражает пространственного или типологического соседства объектов, которое на карте или кластерном “поле” способно сформировать единую группу близких значений. Например, появляется возможность сопоставить положение структур с высокими (темные-красные тона) или низкими (зеленые или светлые тона) уровнями экологических беспокойств и представления об уровне жизни, природе и иных условиях в этих же группах структур. Оценка сразу же помещается человеком в шкалу собственных представлений о том, кто хуже и кто лучше должен выглядеть в исследуемом явлении. В анализ включаются знания. За счет этого исследование визуальных моделей позволяет получать новую информацию, которая могла вообще не учитываться и даже не подразумеваться официальной статистикой или социологическим опросом.

Одним из способов такого исследования является поиск графически похожих (коррелированных) образов. Просматривая очередную серию графиков, диаграмм или карт, читатель может отметить: “я это уже где-то видел”. И этот момент всегда имеет практическую ценность. Установление сходства образов с показателями, казавшимися невзаимосвязанными, переводит исследователя в абсолютно новую плоскость, открывающую возможности для поиска нетривиальных сходств и обобщений. Обнаружив, например, для экологической обеспокоенности сходство её распределения по регионам или социальным группам с распределением некоторых сфер деятельности или состоянием экосистем, можно расширить представления о механизмах формирования взглядов населения. Новые предположения и выводы позволяли обнаружить те же закономерности на некоторых старых образах, ранее отвергнутых или непонятых нами. Так рождалось новое знание. В этом смысле сходство или различие графических моделей - это не только источник предположений, но и доказательства, на основании которых сделаны многие выводы в настоящей работе.

Использованный набор методических приемов позволил нам кардинально расширить возможности исследования сложных социальных, политических, экономических и экологических процессов, в том числе “вдохнуть вторую жизнь” в социологические материалы ВЦИОМ или электоральную статистику Центризбиркома РФ. Детальное их изложение и освоение аналитиками широкого профиля является специальной задачей. Частично решить эту задачу можно, ознакомившись с методическими разделами упомянутого выше Web-атласа “Россия как система” или прослушав курс лекций по методам прикладного исследования сложных социально-экономических систем в периоды кризисов и проведения избирательных кампаний для специалистов информационно-аналитических служб регионов, крупных компаний и партий (курс организован одним из учебных центров Академии народного хозяйства при Правительстве России).

Раздел 4. Глава 2. Религиозность, мировосприятие и отношение к природе

Краткое содержание главы.

В начале главы поставлена задача подбора социальных феноменов, на сравнении с которыми как на модели можно исследовать мировоззренческие особенности отношения к природе. Показано, что признаком однотипного отношения людей к разным проблемам или феноменам является сходство динамики внимания к ним. Исследование динамики внимания к проблемам состояния природной среды в России обнаружило её принципиальное сходство с динамикой численности религиозных людей и неудовлетворенных некоторыми аспектами духовной жизни общества. Современное состояние религиозности в России рассмотрено как аналог исторически зрелой мировоззренческой позиции, разделяемой значительной частью населения.

При сопоставлении религиозности и экологических беспокойств в разных социальных группах обнаружен эффект взаимодополнительности - высокие значения одного феномена часто совпадают с пониженным уровнем другого, и наоборот. Отклонения от этой закономерности в некоторых группах, возможно, связаны с вторичным экологическим образованием женщин и домохозяек при обучении детей и с объективно заниженным уровнем внимания к охране природы у жителей Сибири, руководителей и квалифицированных рабочих.

Выполнены оценки доли населения в каждой социально-демографической группе, которые по-разному сочетают свою экологическую обеспокоенность и отношение к религии. Установлены закономерные различия в деятельной активности и индивидуализме взглядов между традиционными верующими, материалистами и людьми, сочетающими религиозность с экологическим беспокойством. Проанализированы особенности распространения среди населения всех регионов России этих сочетаний мировоззренческих позиций. Исследованы взаимосвязи между уровнем религиозности и готовностью к реальным действиям для охраны природы.

Поиск модели для исследования мировоззренческих особенностей отношения к природе.

Исследовав место экологической обеспокоенности в системе взглядов россиян, мы определили, что при формально значительных показателях охвата населения, доминирование этой проблемы над средними беспокойствами обнаруживается лишь в двух социальных группах. При этом отчетливо проявляются расхождения во взглядах между основной массой общества и группами населения, озабоченного состоянием природы. Территориально эти группы сосредоточены преимущественно в управляющих и культурных центрах страны. Наличие признаков противопоставления экологической обеспокоенности другим проблемам общества представляется серьезной психологической проблемой, требующей выяснения генезиса подобного противопоставления и поисков способов его устранения.

Формальным отражением повышения социального согласия населения страны с необходимостью усилий по сохранению природы может стать переход этой проблемы в фундамент "пирамиды проблем". Если рассматривать эту задачу как цель, то уже сейчас можно исследовать сходства и различия реального и модели желаемого состояний, сравнив экологическую обеспокоенность и социальные феномены, лежащие в основании пирамиды. Сравнения, выполненные в предыдущем разделе, показали, что наибольшее сходство между ними фиксируется по параметрам устойчивости внимания во времени. Именно этот аспект сходства надо исследовать более углубленно.

Сходство динамики внимания к проблемам как признак их смысловой идентификации.

Помимо вариации как формально статистической оценки степени устойчивости (изменчивости) взглядов и социальных феноменов, можно сопоставить типы динамики внимания людей к разным аспектам общественной жизни. Наиболее наглядно такое сравнение, выполненное в графической форме. Так, динамика активности поиска дополнительных заработков отличалась постоянным снижением в течение всего срока наблюдения этого показателя. Аналогичный ход (хотя и с иными амплитудами) отмечен для динамики обеспокоенности нехваткой продуктов первой необходимости и ростом цен (рис. 5). Таким образом, можно говорить о взаимосвязи этих явлений - активность поиска работы менялась синхронно с обострением ситуации в материальном обеспечении первоочередных потребностей. Вывод этот тривиален, но он нужен для подтверждения пригодности подобных сравнений динамики.

Поскольку опросы дают оценку восприятия человеком той или иной проблемы, синхронность (противоположность или вообще отсутствие синхронности) может возникать не только как следствие взаимосвязи объектов реальной жизни (причина-следствие), но и как следствие общности восприятия и фиксации сознанием порой не взаимосвязанных явлений. Гипотеза состоит в том, что сходство динамики восприятия может возникать и из-за того, что не связанные в материальной жизни процессы занимают в сознании людей соседние сферы, т. е. являются близкими в идеальном восприятии.

Методическое примечание. Простым и наглядным способом оценки сходства динамики разных процессов, например уровней обеспокоенности населения двумя сравниваемыми проблемами, является построение графиков. Сходными считаются те процессы, которые в одни и те же годы имеют подъемы и спады, а диаметрально противоположными - те, у которых спады и подъемы находятся в противоположных фазах. Помимо графических сопоставлений динамики, можно использовать и чисто статистический прием исследования - расчет коэффициентов корреляции, что позволяет достаточно надежно выделять те социальные проблемы и феномены, которые изменяются в обществе сходно или противоположно друг другу.

Так, готовность к социальным протестам до 1996 г. нарастала, а в 1997 г. снизилась. Среди проблем социального мониторинга аналогичный ход динамики отмечен для обеспокоенности кризисом в экономике, ростом безработицы и вооруженными конфликтами на границах России (рис. 6). Таким образом, можно говорить, что протестные настроения менялись синхронно не только с масштабом спада производства, но и с уровнем недовольства военными авантюрами руководства страны.

Наиболее сходно с изменением атеистичности (ускоряющийся рост числа нерелигиозных людей) менялся уровень обеспокоенности уходом от идеалов социальной справедливости, коррупцией и взяточничеством. Можно предположить, что несправедливость жизни и коррупция создают у людей смысловой ряд символов бездуховности, который в сознании людей как-то объединяется с атеистичностью. А вот динамика беспокойства по поводу откровенно житейских проблем - роста цен и поисков работы - имеет совершенно иной ход. Возможно, население не идентифицирует эти проблемы с духовностью.

Для нас также важно, что количество обеспокоенных ухудшением состояния окружающей среды и доля религиозного населения меняются, в целом, по общей схеме, примерно одинаково реагируя на изменения обстоятельств жизни. Это сходство, конечно же, не говорит о взаимосвязи типа причина-следствие, но свидетельствует, как минимум, о сходности восприятия людьми анализируемых феноменов (рис. 7). Таким образом, можно говорить о том, что тревога за состояние природы и религиозность занимают в сознании российского человека близкие места.

Интересно и перспективно для размышлений.

Изменения обеспокоенности состоянием природы были графически и статистически сопоставлены с динамикой внимания населения к другим проблемам, наблюдаемым ВЦИОМ. Это позволило объективно определить степень близости в сознании людей их идеальных моделей (при близких социальных условиях они или уходят на второй план, или одновременно возвращаются в область массового внимания). Результаты такого анализа показывают, что, помимо уже отмеченной близости экологического сознания и религиозности населения, имеется сходство и с восприятием людьми проблем культуры, морали и нравственности. Поскольку даже специалисты культурологи различают три аспекта культуры - высокую, народную и материальную (, , 1 994), необходимо по возможности уточнить понимание этих аспектов населением.

Видимо, беспокойства населения относятся именно к материальной культуре, в сферу которой входят способы природопользования и иные формы природо-общественного взаимодействия, что и проявляется в сходстве восприятия проблем экологии и культуры. Наконец, надо прокомментировать факт сходства динамики в перечисленной группе социальных феноменов и динамики уровня обеспокоенности ростом преступности. Последняя группа, по-видимому, также воспринимается как нравственная категория, так как по сути выражает обеспокоенность опасным антисоциальным поведением (рис. 8).

Наиболее значительно от динамики экологического беспокойства отличается динамика беспокойства вооруженными конфликтами, социальной несправедливостью и безработицей. Очевидно, что эти группы проблем фиксируются сознанием людей как другой круг явлений. Скорее всего, они формируют "противоположный фланг" проблем населения (собственная безопасность и безопасность близких людей - служащих в армии детей, опасения за свое социальное обеспечение, боязнь потерять работу).

Результаты проделанного анализа дают возможность сказать, что экологическая обеспокоенность выглядит как родственная религиозности система смысловых понятий, противопоставляемая материальным проблемам не столько в реальной жизни, сколько в самом сознании россиян. Смысловое родство экологической обеспокоенности и религиозности как феноменов сознания открывает возможности интерпретации их различий для прогнозирования возможных путей и следствий развития экологического сознания. В рамках такого сравнения религиозность может быть рассмотрена как модель зрелой мировоззренческой позиции, своеобразного "старшего брата", на примере которого может быть осмыслен путь, еще только предстоящий взглядам защитников природы.

Современное состояние религиозности в России.

Несмотря на существенные ущемления религиозной деятельности в советский период, церковь в России сохраняла способность функционировать, воспроизводя свои основные параметры (численность прихожан, служителей, инфраструктуру), сложившиеся в послевоенное время. Мощный подъем традиционной религиозной культуры произошел после 1985 г., когда за пять лет только количество вновь зарегистрированных религиозных объединений возросло с 2 в 1994 г. до 2039 в 1989 г. (-Георгиевский, 1992).

Анализ современной ситуации можно начать с исследования социального "поля" религиозности, составленного по результатам опросов ВЦИОМ за гг. (цв. рис. 7). На этой диаграмме отчетливо выражено повышение религиозности в более пассивных социальных группах, что объективно подтверждает роль религии как связующей субстанции, дающей силу жизни, в которой менее деятельные члены общества нуждаются больше, чем активные сограждане. "Многим хотелось бы сделать свою веру теплым прибежищем - убежищем от этого бурного и неуютного мира. Может быть, в этом и есть что-то справедливое. И все-таки вера нужна нам не как опиум, а дана нам как сила жизни, сила борьбы и сила упования, а не как еще одно анестезирующее средство" - так Александр Мень (1995) определял противоречие реалий жизни и предназначений русского православия.

Распределение уровня религиозности населения по регионам страны рассчитано на основании данных о социальной структуре общества и моделирования с опорой на сведения о ходе социальных и демографических процессов, с которыми религиозность статистически связана.

Так, численность религиозного населения имеет статистически значимую тесноту связи с низким уровнем образования, долей проживающих в малых городах и сельской местности, а также с некоторыми особенностями электорального поведения, которые будут подробней рассмотрены в соответствующей главе (цв. рис. 8). Самым общим выводом из этой карты является констатация максимального распространения религиозности в обществах, более других сохранивших традиционные патриархальные уклады - автономиях Кавказа и Сибири с доминированием титульных наций. Из чисто русских регионов повышенным уровнем религиозности отличается Черноземье. В большинстве экономически развитых центров религиозность ниже, особенно в районах исторически недавнего промышленного освоения.