Константин Константинович Матвеев – основатель кафедры минералогии Уральского горного инстутута (стр. 2 )

«..Я встретил близ села Верейно темно-серый «шестоватый» известняк, который и занимал моё внимание в течение многих последующих лет… Несмотря на очевидные трудности, изучение этого известняка мне всегда представлялось заманчивым, обещающим раскрыть что-то новое и важное в науке, и я, под влиянием охватившего меня чувства и интереса, с увлечением отдался его исследованию..».

«Несмотря на свою как бы чеканную внешность и прекрасное сохранение, привезенный мною образец оказался для всех крайне смущающим, и каждым осматривающим толковался по-своему. В нем последовательно видели коралл, окаменелое дерево, ониксовый мрамор, стилолит, обычный антраколит и пр. (известные уже с 1882 г.)» «…Замечательные особенности Веренейской cone-in-cone приковали к себе мое внимание, которое еле более увеличилось, когда я узнал, что природа этих, уже давно известных образований, не выяснена, и они все еще остаются загадочными и проблематичными. С этих пор мысль и желание разрешить вопрос о cone-in-cone не покидала меня, и досуги своей дальнейшей жизни я часто посвящал исследованию различных, относящихся сюда вопросов.» [5]

Но в 1903 году Матвеев взял несколько привлекших его внимание образцов, и они ждали своего часа семь лет, до 1909 года.

Дело в том, что уже в 1904 году Матвеев был «командирован Отделением Геологии и Минералогии в Закаспийскую область для собирания геологических коллекций».

В 1904 г. по поручению Университета совершил большое путешествие в Закаспий и Северную Персию «для сбора геологических материалов» в сопровождении проводника-туркмена и конвойного казака, заручившись в Асхабаде открытыми листами на лошадей».

25 марта 1904 г. выехал из Петербурга и 31 был в г. Асхабаде. «Заинтересовался некоторыми вопросами геологии пустыни». И вот петербургский студент, в сопровождении конвойного казака и проводника туркмена, заручившись в Ашхабаде «открытыми листами на лошадей» и правом следования по русско-персидской границе, выехал по маршруту: от ст. Теджент вверх по р. Теджент до г. Серакса, далее до Пуль-и-Хартун на Герируде. В этом путешествии принял участие и г. Ангер, секретарь Общества исследователей Закаспийского края, «специалист по энтомологии, а также и механик правительственного телеграфа».

Пустыня поразила Матвеева: он описывает эоловые формы выветривания песчаников, замеряет трещины усыхания в такырах, наблюдает движение барханов.

К середине апреля Матвеев опять в Ашхабаде: посетил музей Общества Исследователей Закаспийского края, а 17 апреля 1904 г. – снова в пути – со станции Бахарден совершает экскурсии «в предгорья и самыя горы Копет–Дага». Здесь собрана коллекция третичной фауны, уточнён возраст железистых песчаников на правом берегу р. Герируда, исследовано подземное Бахарденское (Дурунское) озеро. Но более всего привлекают внимание глинисто-карбонатные конкреции, септарии и их формы выветривания «часто курьёзные и странные по виду».

1 июня 1904 г. в сопровождении небольшого каравана К.Матвеев путешествует по юго-западной части Закаспийской области: из Кизил – Арвата (станция Средне – Азиатской железной дороги) через Камышлы и Ходжа – Кала (р. Сумбарь), затем по реке на Терсокан, Дузлу – Озум, Чат и наконец, по Артеку на Яглы – Озум, Чатлы и Чикишляр на Каспийском море. Этот путь прошли форсированным маршем по 20 – 25 верст в день, что конечно же сказалось на сборе палеонтологических коллекций. Из Яглы – Озума Матвеев уже без заболевшего г-на Ангера верхом добрался до Чатлы (на р. Артек) и оттуда отправился в Северную Персию через Гумбет – Кабуз в Пассенг. Благодаря разрешению российского пограничного комиссара подполковника , Матвеев смог продолжить путешествие далее в сопровождении проводников и конвоя по горам северо–восточного Эльбруса к г. Шахруду через кенты Парсиан, Чиманы, Мушек, Чинаш, Космабар, Чортак. Из Шахруда через горное селение Абр и Даркала Матвеев вернулся в Гумбет – Кабуз. Всё это заняло около двух недель: холера, распространявшаяся по северному Хороссану и Мазандеранской провинции, поторопила путешественников. «Из роскошных горных лесов, степных лугов северной Персии по унылым, бесплодным, глинистым солончакам я вернулся в Чатлы, - пишет Матвеев в своём отчёте – и затем по Артеку и его старым руслам через посты Кара–таш, Беум - таш проехали в Гассан–Кули (на Каспийском море) и в Чикишляр, где во второй половине июля, в разгар летнего сезона в пустыне, посетив грязевые вулканы,…закончил свои экскурсии.»

В отчёте приводятся данные о геологических наблюдениях, палеонтологических и петрографических коллекциях, а в заключение Матвеев высказывает мысль, очень близкую к идеям :

«Флора и фауна Закаспия настолько интересны и своеобразно привлекательны, так стройно гармонируют в биологическом отношении с его пустынным характером, составляют такое единое целое с его современным геологическим обликом, что при экскурсиях мне всегда было трудно удержаться в рамках специального геологического исследования, трудно было отказаться от наблюдений над привлекшим меня миром живых существ. И тогда, в эти моменты, мне всегда казалось, что изучение живого мира, его исторической арены и современных геологических явлений, все эти отдельные задачи, должны слиться, отождествиться в моём сознании в одну, но уже более острую проблему естествознания, проблему изучения природы в ея целом и во взаимоотношении ея отдельных, естественных или искусственно нами выделенных и разрозненных частей».

За этим стоило съездить так далеко. Именно идея единства геологических процессов и живого вещества сближает студента четвёртого курса ева с , тогда ординарным профессором Московского университета. И того и другого глубоко волновала идея живого и неживого, так блестяще воплотившаяся в трудах Вернадского по биологии и получившая отзвук в поздних работах Матвеева о битумах и минералах.

В оттиске «Предварительный отчёт о поездке в Закаспийскую область летом 1904 г.», наряду с благодарственной надписью матери, сохранился трогательный отчёт сына о текущих расходах. Этот отчёт свидетельствует о том, что молодого магистранта поддерживало материально не только Санкт=-Петербургское Общество Естествоиспытателей.

«Отчёт мамусе от сына»

Сахару 10 ф. (фунтов) 1 р. 70 к.

Чаю ½ ф. 1 – 20

Песку сахарн. 5 ф. 70

Башмаки Глебу 3 – 95

Сыру 1 ф. 40

Колбасы 1 ф. 25

Залог в библиот. 2 – 00

Яиц 100 1 – 10

Хлеба - 37

Лампа 7 (нрз) - 75

Лампа 5 (нрз) - 20

Рубль ямщику 1 – 00

Фильтровальная бумага - 3 к.

Пластинок (нрз) 70

Марок 7 штук 50

Промокательная бумага 1

2 книжки Глебу и Лёве 15

Тетрадка бумаги 3

_______________

15-59

Получено 31 р. 33 к.

-

ЛГлевб Константинович, сын, погиб в гражданскую (воевал в армии белых)

Программа полевых работ следующего сезона была контрастна с пустынями Закаспия. По поручению Общества естествоиспытателей при университете Матвеев в 1905 году описывает ледниковые отложения в Западном Приуралье. Он шёл по следам своих находок: ещё в 1903 году близ деревни Турбиной им были обнаружены крупные эрратические валуны. Сейчас обследовалась местность к западу от Уральского хребта до Камы: посещены деревни по тракту Пермь – Соликамск (Турбинно, Дивья, Левшино, Полесны, Перемский, Романовский и Губдо); затем по железной дороге до станции Чусовской и оттуда по Луньевской ветви в Солеварни, бегло осмотрены окрестности Комарихинской и Селянки, села Верейно, Чусовского завода и Веретья. На обратном пути Матвеев посетил окрестности Троицкого рудника на Косьве, оттуда на лодке спустился до ст. Губаха. В результате были уточнены границы постплиоценового оледенения и окончательно установлена ледниковая природа валунов, которых такие авторитеты как Мурчисон, Карпинский, Чернышёв и Никитин считали остаточными, накопленными при выветривании пермских конгломератов.

В 1907 году К. Матвеев, защитив дипломную работу с отличием, (посвящённую изучению фауны, собранной на Каме и Чусовой), получил диплом первой степени и «был оставлен на кафедре геологии «для подготовки к профессорскому званию» у . Импозантный профессор спросил у Мавтеева: «Как же вы решились наукой заниматься – у вас нет средств, а научные занятия разорительны». Некоторое время он преподаёт (видимо по совместительству) естественную историю в 1-ом реальном училище в Петербурге. 1907 г. – окончил Университет, выполнив дипломную работу по изучению фауны девона и карбона, собранной на Каме и Чусовой. Получил диплом первой степени физико-математический факультет по естественному разряду в июне 1907 года, № 000.

Оставлен в магистратуре «для подготовки к профессорскому званию» при кафедре Минералогии и Геологии у . Занимался всем сразу: публикация отчётов о летних экспедициях, описание минералогии гранитов, изучение структуры cone-in-cone. Так что интересы Иностранцева были широки – от ледниковых отложений России, до вулканизма, от последовательности фаций до рудной микроскопии. Матвеев унаследовал от учителя и интерес к ледниковым отложениям и к микроскопическому исследованию осадочных образований.

Изменилось и его семейное положение. Вторая жена – Ксения Михайловна Левшина получила образование в Женеве, знала все европейские языки (французский, немецкий, английский, испанский, потугальский, шведский), кроме того, греческий и латинский.

Но уже в 1908 – 1909 годах К. Матвеев заявил о себе, как геофизик. В эти годы он командирован Университетом для научных занятий на Нобелевские сейсмические станции в Баку. Удивительно как дотошно и оперативно он там действует. Отмечая недостатки в устройстве и расположении станций, Матвеев, по возможности, устраняет их, или вносит дельные и конкретные предложения: произведена точная и новая установка прибора на фокус,…объективы из перевёрнутого положения возвращены в нормальное. Цилиндрическая линза приведена в параллельное положение к образующей барабана. Старые зеркала были заменены новыми, выписанными от Реслольда. Вместо полусгнивших деревянных столов…заказаны новые, более удобные, массивные столы, по образцу виденных на сейсмостанции в Юрьеве. Для уменьшения влажности воздуха в подвал Бакинской станции помещён в плоских сосудах хлористый кальций.

В Баку Матвеевым собран научный материал по следующим вопросам:

«Особенности движения земной коры на Апшероне».

«О регистрации сейсмическими приборами тепловых колебаний в земной коре».

«Сообщения по этим вопросам, - продолжает Матвеев – были доложены мною Сейсмической комиссии в заседании 8 мая 1909 года…Данные же относительно весьма неблагоприятных социальных условий при которых функционировали до сих пор сейсмические станции в Баку и в Балаханах, были доведены мною в марте 1909года в особом докладе до сведения учредителя станций г. ». Эммануэль Нобель () управлял предприятиями Нобелей в России ( г. г.), основавших в Баку в 1879 г. нефтяное предприятие «Товарищество братьев Нобелей».

Три отчёта Матвеева о сейсмических наблюдениях в Баку были опубликованы Академией Наук в 1911 году. Особый интерес представляет наблюдение явлений, связанные с сезонными изменениями и температуры, а также первая регистрация, как мы бы сейчас сказали, техногенных землетрясений на Апшероне, обусловленных действием нефтяных и газовых скважин. Многоминутные микросейсмические колебания вызываются резкими понижениями температуры наружной среды, а распространяющиеся при этом в земной коре медленные «длинные» волны могут быть названы «тепловыми колебаниями».

В 1913 году Матвеев сдал экзамены на степень магистра, но магистерской диссертации не составил.

В 1913 г., после сдачи магистерских экзаменов Матвеев уже минералог Радиевой комиссии.

В 1913 году приглашён в Академию наук и, не оставляя своих работ над нарушенной кристаллизацией, под руководством ого занялся исследованием радиоактивных минералов в Забайкалье.