, , . Состояние и перспективы развития экспортного потенциала транспортной инфраструктуры российских энергоносителей. Монография (стр. 6 )

Необходимо отметить, что значительные валютные поступления Россия получает не только от продажи самих нефтегрузов, но и от их транспортировки морским транспортом. Процесс транспортировки нефтегрузов морским транспортом состоит из двух составляющих:

1) перевалка с берега на специализированные морские суда;

2) перевозка специализированными морскими судами.

Перевалка нефтегрузов на специализированные морские суда производится на морских нефтеперевалочных комплексах и припортовых нефтяных терминалах. В России морские нефтеперевалочные комплексы и припортовые нефтяные терминалы имеются во всех морских бассейнах (Каспийском, Азово-Черноморском, Балтийском, Северном, Дальневосточном), однако они существенно отличаются по своим мощностям, технической оснащённости, наличию подходов к ним магистральных нефтепроводов.

Первый российский нефтепровод был построен осенью 1878 года на нефтепромыслах в районе Баку по проекту и под техническим руководством знаменитого инженера и введён в строй в декабре 1878 года. Трубо-провод соединил район нефтедобычи Балаханского месторождения на Апшеронском полуострове Каспия и нефтеперерабатывающие заводы Чёрного города на окраине Баку. Трубопровод строился по заказу «Товарищества нефтяного производства братьев Нобель». В декабре 1878 года по первому российскому нефтепроводу было перекачено пудов нефти.

Проект Владимира Григорьевича Шухова включал в себя все сооружения технической инфраструктуры по трассе нефтепровода и первые в мире цилиндрические резервуары-нефтехранилища. Строительство первого нефтепровода вызвало сопротивление, вредительство и поджоги со стороны владельцев гужевого транспорта на Бакинских нефтепромыслах. Но, несмотря на это, нефтепровод был построен в кратчайшие сроки в течение осени и начала зимы 1878 года.

Первый российский нефтепровод имел протяжённость около 10 километров и диаметр 3 дюйма (7,62 см). Стальные трубы нефтепровода были соединены с помощью муфт и нарезных концов. Нефтепровод мог перекачивать с помощью парового насоса до 80 тыс. пудов(1280 тонн) нефти в сутки. С вводом в действие первого нефтепровода, расходы на доставку нефти с промыслов до нефтеперерабатывающего завода на окраине Баку сократились более чем в 5 раз. Поэтому уже в 1879 году построил второй нефтепровод по заказу нефтяной компании протяжённостью более 12 километров. В последующие три года построил на Бакинских нефтепромыслах ещё три аналогичных по конструкции нефтепровода: Балаханы - Суруханский завод, Суруханский завод - Зыхская коса, Балаханы - Чёрный город.

При строительстве первых нефтепроводов разработал основы первой в мире научной теории и практики проектирования, строительства и эксплуатации магистральных трубопроводов. В статье «Нефтепрово - ды»(1884 г.) и в книге «Трубопроводы и их применение в нефтяной промышленности» (1894 г.) привёл точные математические формулы для описания процессов протекания по трубопроводам нефти, мазута, создав классическую теорию нефтепроводов. был автором проектов первых российских магистральных нефтепроводов: Баку-Батуми (835 км, 1907 год), Грозный-Туапсе (618 км, 1928 год).

Самый главный показатель – трубопроводная прокачка нефти в Дальнее Зарубежье – возрос в 2006 году до 193,6 млн. тонн против 190,2 млн. тонн в 2005 году (на 1,7 процента). При этом имел место опережающий рост (на 24,5 процента) отгрузок за рубеж с железнодорожных пунктов налива ОАО«Транснефть» – 11,38 млн. тонн против 9,17 млн. тонн в 2005 году. Такая динамика противоречит тенденции ухода экспортных объёмов нефти с железнодорожного транспорта на трубопроводный.

Нефть не используется в первоначальном состоянии, поэтому нефтеперерабатывающие заводы – основной её потребитель. Они располагаются во всех районах страны, так как выгоднее транспортировать сырую нефть, чем продукты её переработки, которые необходимы во всех отраслях народного хозяйства. В прошлом она из мест добычи в места потребления перевозилась по железным дорогам в цистернах. В настоящее время большая часть нефти перекачивается по нефтепроводам и их доля в транспортировке продолжает расти. В состав нефтепроводов входят трубопроводы, насосные станции и нефтехранилища. Скорость движения нефти – 10-12 км/час. Стандартный диаметр – 1,2 тыс. мм. Производительность в год – 90 млн. тонн нефти. По эффективности с нефтепроводами могут соперничать только морские перевозки танкерами. Кроме того, нефтепроводы менее опасны в пожарном отношении и резко снижают потери при транспортировке(доставке). Стоимость строительства магистрального нефтепровода обычно окупается за 2-3 года.

Первый нефтепровод длиной в 6 км был сооружен в США в 1865 году.
Нефтепроводы большей длины начали строить в 1875 году. Первый нефтепровод в России проложен в 1878 году в Баку от промыслов до нефтеперерабатывающего завода, а в 1году был построен самый большой в то время в мире по протяжённости магистральный трубопровод Баку - Батуми диаметром 200 мм и длиной 835 км, который продолжает эксплуатироваться и по сей день.

Развитие нефтепроводного транспорта в Советском Союзе было связано с освоением нефтяных месторождений в Башкирии, Татарстане и Куйбышевской области. К 1941 году в эксплуатации находилось 4100 км магистральных трубопроводов для перекачки нефти и нефтепродуктов с суммарной годовой производительностью 7,9 млн. тонн. Максимальный диаметр составлял 300 мм. Общая протяжённость магистральных нефтепроводов к 1956 году возросла до 11,5 тыс. км, а ещё через 10 лет достигла уже 29 тыс. км. В итоге в 1992 году по СНГ она составила 275 тыс. км (Рис. 2.2). Сеть магистральных нефтепроводов развивалась в трёх основных направлениях: урало-сибирском (Альметьевск - Уфа - Омск - Новосибирск - Иркутск) длиной 8527 км; северо-западном (Альметьевск - Горький - Ярославль - Кириши с ответвлениями на Рязань и Москву) длиной более 1770 км; юго-западном (от Альметьевска до Куйбышева и далее нефтепроводом «Дружба» с ответвлением на Полоцк и Вентспилс) протяжённостью более 3500 км. Таким образом, наибольшей длиной обладали нефтепроводы урало-сибирского направления, так как связывали основного добытчика (Сибирь) с главным потребителем (западными районами Российской Федерации). Важность этого направления сохраняется и в настоящее время.

С открытием новых нефтяных месторождений на Южном Мангышлаке и в
Тюменской области сооружены следующие нефтепроводы: Узень - Гурьев -
Куйбышев диаметром 1020 мм, длиной около 1000 км; Шаим - Тюмень,
Александровское – Анжеро-Судженск диаметром 1220 мм и протяжённостью 840 км; Усть-Балык – Курган – Уфа – Альметьевск диаметром 1220 мм и протяжённостью 1844 км, второй нефтепровод «Дружба». Общая протяжённость нефтепроводов в СССР в 1973 году составила 42,9 тыс. км, а к 1987 году уже превысила 82 тыс. км .

Рис. 2.2. Основные Российские нефтегазоносные провинции и инфраструктура

добычи, транспортировки и переработки нефти в стране.

Характерной особенностью развития нефтепроводного транспорта России является увеличение удельного веса трубопроводов большого диаметра, что объясняется их высокой рентабельностью.

Развитие нефтепроводного транспорта определяется общим состоянием дел в нефтяной промышленности, так как между ними существует неразрывная связь. Например, во время благоприятной ситуации в отрасли с 1940 по 1980 годы протяжённость нефтепроводов увеличилась с 4 до 69,7 тыс. км, а грузооборот – с 4 до 1197 млрд. ткм, то есть на 29825 процентов.

Так, в прошлом, формирование нефтяной базы между Волгой и Уралом, а в региональном масштабе разработка в Волгоградской области Жирновского и Коробковского месторождений, намного улучшив снабжение нефтью центральных и восточных районов страны, обусловило появление целой системы магистральных нефтепроводов:

1) на запад – нефтепровод "Дружба" от Альметьевска через Самару -
Брянск до Мозыря (Белоруссия), откуда в Польшу, Венгрию и Чехословакию с ответвлением в Белоруссию, Латвию и Литву; Самара - Пенза - Брянск(нефте-продукты); Альметьевск - Нижний Новгород - Рязань - Москва с ответвлением Нижний Новгород - Ярославль - Кириши;

2) на юг – Пермь - Альметьевск; Альметьевск - Саратов; Ишимбай – Орск;

3) на восток – Туймазы - Омск - Новосибирск - Красноярск - Ангарск;
Туймазы - Омск; Уфа - Омск - Новосибирск(нефтепродукты).

Формирование Западно-Сибирской нефтяной базы изменило ориентацию основных потоков нефти: Волго-Уральский район целиком переориентировался на западное направление.

Важнейшие функции дальнейшего развития сети магистральных нефтепроводов перешли к Западной Сибири, откуда трубопроводы идут:

1) на запад – Усть-Балык - Курган - Альметьевск; Нижневартовск -
Самара; Самара - Лисичанск - Кременчуг - Херсон - Одесса; Сургут -
Новополоцк;

2) на юг – Шаим - Тюмень; Усть-Балык – Омск; Омск - Павлодар -
Чимкент;

3) на восток – Александровское–Анжеро-Судженск.

Для транспортировки нефти на запад используются, кроме того, трубопроводы Волго-Уральского района восточного направления.

Из трубопроводов выделяются: Гурьев - Орск; Мангышлак - Самара; Ухта - Ярославль (Тимано-Печорская нефтегазоносная область); Огса – Комсомольск-на-Амуре (далее Сахалин).

За границу нефть экспортируется также при помощи трубопроводов
(например, "Дружба"). Экспорт нефти в последние(2годы составил 220-230 млн. тонн, нефтепродуктов(2годы) – 120-130 млн. тонн. Размах колебаний средней цены нефти на мировом рынке в 2годах составил долл. США за тонну. От 5 до 7 процентов экспорта сырой нефти приходилось на страны СНГ (из этого количестве на Украину, Белоруссию и Казахстан вместе – более 90 процентов). Остальная часть нефти направлялась в Дальнее Зарубежье, то есть в Западную Европу, где Германия, Италия, Великобритания и Ирландия вместе потребляли 60 процентов этого объёма. Сегодня экспорт за границу в основном выгоден, однако есть проблемы с оплатой при поставке нефти в страны Ближнего Зарубежья. В самой же России в будущем предусмотрено создание региональных систем магистральных нефтепродуктопроводов с разводящей сетью к нефтебазам.

Глава 3. НЕКОТОРЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ВОСССТАНОВЛЕНИЯ

ТРАНСПОРТНОЙ ИНФРАСТРУКТУРЫ ПОСТАВОК РОССИЕЙ НЕФТИ И НЕФТЕПРОДУКТОВ В СТРАНЫ СНГ

(БЛИЖНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ)

3.1. МЕЖДУНАРОДНЫЙ АСПЕКТ ПРИЗНАНИЯ ТС

Укрепление экономических связей независимых стран СНГ - бывших союзных республик в составе СССР – важнейшая производственная задача, решаемая Россией. В том числе на особом учёте российского госруководства находится вопрос обеспечения ближайших наших стран-соседей сырой нефтью и нефтепродуктами. Принудительный разрыв технологической цепи движения нефти по территории бывшего СССР государственными границами вновь образованных самостоятельных государств болезненно сказался на здоровье каждой из их экономик. Модернизация и дальнейшее развитие интегра­ции на постсоветском пространстве – взаимоусиливающие про­цессы. Для модернизации нужны ёмкие рынки и благоприятные условия работы на них. Это осо­бенно важно для перерабатывающей промышлен­ности государств Таможенного союза(ТС в составе России, Белоруссии и Казахстана), имеющей ограни­ченные возможности сбыта в Дальнем Зарубежье и до сих пор ориентирующейся на близлежащие рынки (в частности и по развитию нефтепереработки).

Только на смену государственному и партийному единству республик в составе СССР как связующему звену пришла взаимная экономическая заинтересованность независимых государств. Правовой пакет Всемирной торговой организации(ВТО), на котором базируется международная торговая система, в настоящее время играет роль своеобразного кодекса поведения правительств государств в сфере регулирования внешней торговли. Единый коллективный многосторонний торговый договор служит основой во многом унифицированного правового пространства. Принципы, правила и нормы международной торговой системы признали уже более 150 стран Мира, в том числе стали полноправными членами ВТО и несколько стран СНГ: Армения, Киргизия, Молдавия и Украина. Ещё до тридцати стран мира, включая и Россию, были на стадии присоединения к ВТО. Находясь в ранге претендентов, они получали статус наблюдателя ВТО. Россия, ратифицировав единый коллективный многосторонний торговый договор и 22 августа 2012 года официально объявив Миру о пересечении финишной черты на пути вступления в ВТО, к концу лета 2012 года оказалась уже полноправным 156-м членом ВТО.

Часть членов ВТО выступает за более чёткую формулировку и улучшение правил ВТО, касающихся региональных торговых соглашений(РТС). Эта проблема была озвучена ещё в ходе прошедшей в Сингапуре(декабрь 1996 года) первой министерской конференции стран-членов ВТО. В последнее время внимание их к РТС – «регионализму», то есть широкому распространению соглашений о преференциальной торговле между группами стран, повышено в связи с тем, что в начале XXI века число таких соглашений, заключаемых преимущественно на основании статьи ГАТТ о таможенных союзах и зонах свободной торговли, непрерывно увеличивается. По данным ГАТТ/ВТО нотифицировано уже 421 соглашение (из них примерно 90 процентов – о зонах свободной торговли и около 10 процентов – о таможенных союзах). Взаимная торговля участников РТС осуществляется на преференциальных условиях (зачастую беспошлинно), а в отношении стран, не входящих в соглашения, действуют обычные торгово-политические режимы, зафиксированные ВТО в обязательствах стран-членов РТС. Для России инструментом распространения таких преференциальных условий служат сертификаты происхождения товаров формы СТ-1, которые оформляются только на поставки по странам СНГ.

В большинстве постсоветских государств растёт понимание, что очень многие барьеры, с которыми они сталкиваются, можно было бы гораздо легче и быстрее преодолеть, объединяя усилия, ресурсы, рынки с помощью интеграционных механизмов СНГ. Налицо все большая заинтересованность в активизации и углублении регионального сотрудничества, объективную основу которому обеспечивает сохранение высокой степени взаимодополняемости экономик бывших союзных республик.

За последнее двадцатилетие, обозначенное рыночными и социально-политическими реформами, значительно возрос потенциал обновления взаимных отношений стран СНГ, которое абсолютно необходимо им для выживания в посткризисной реальности.

Решение этой крупномасштабной задачи становится более реально с учётом быстрого продвижения трех стран – России, Белоруссии и Казахстана на пути создания Таможенного союза и единого экономического пространства(ЕЭП). На рубеже 2012 года к выстраиваемому странами-участницами Таможенного союза Единому экономическому пространству уже проявили интерес и другие страны СНГ. Например, Украиной 30 июля 2012 года был подписан договор о вхождении её в зону свободной торговли(ЗСТ) – начальной ступени региональной международной интеграции в рамках Содружества независимых государств(СНГ). Это следует рассматривать как успешный шаг Украины на пути к Таможенному союзу(ТС) России, Белоруссии и Казахстана (второй ступени регионального международного интеграционного процесса бывших республик на территории единого государства СССР, а с 1991 года самостоятельных государственных образований).

годы явились годами председательства России в СНГ и двадцатилетнего юбилея Содружества(СНГ), за­вершения создания Таможенного союза и ЕЭП, формирования его нормативно-правовой базы, рабочих органов и инфраструктуры. Обозначенный период был использован для формирования критической массы интеграционных настроений и инициатив в масштабах всего объединения постсоветских государств, для полномасштабного запуска процессов консолидации экономического пространства СНГ (Рис. 3.1).

Высший орган Таможенного союза, действующий на уровне глав государств-участников(Межгосударственный совет ЕврАзЭС), утвердил и с 01.01.2010 года ввёл в действие Единый таможенный тариф Таможенного союза(ЕТТ ТС), а также Единый перечень товаров, к которым применяются запреты или ограничения на ввоз или вывоз их государствами-членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС в торговле с третьими странами. С 01.07.2010 года на территории Таможенного союза применяется Товарная номенклатура внешнеэкономической деятельности(ТН ВЭД ТС), а с 06.07.2010 года на всей территории ТС введён в действие Таможенный кодекс Таможенного союза(ТК ТС).

Рис. 3.1. Этапы формирования Таможенного союза.

Источник: ФТС России и Комиссия Таможенного союза.

Вариант параллельного (опережающего в случае стран – участниц Тамо-женного союза и более медленного в формате всего СНГ) формирования общих экономических пространств в регионе СНГ является достаточно амбициозным, потенциально выгодным и в то же время не слишком обременительным и недискриминационным для каждого из государств Содружества(СНГ). Единое экономическое пространство стран – участниц Таможенного союза (Рис. 3.2) не поглощает другие государства Содружества, а служит ориентиром для развития общего экономического пространства(ОЭП) СНГ, в результате чего обеспечивается совместимость договорно-правовой базы ЕЭП и ОЭП СНГ. Уровни интеграции в рамках СНГ как бы вкладываются один в другой, формируя наиболее продвинувшийся по этому пути центр и с более скромными успехами в своих достижениях периферию.

При формировании Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана, единого экономического пространства стран-участниц и в более широком контексте СНГ(ОЭП), а также при определе­нии формата долгосрочного взаимодействия с Евросоюзом(ЕС) важно иметь в виду необходимость совместимости этих процессов с точки зрения нормативно-правовой базы. Нормативные акты, регулирующие интеграционное строительство на пространстве СНГ, должны быть максимально приближены к уже действующим в рамках ЕС, которые, в свою очередь, в основном ориентированы на общепризнанные международные нормы (ВТО и других международных экономических организаций). Тем самым создаются благоприятные условия для обмена инвестициями и межрегиональной кооперации на уровне предприятий, а в перспективе – для формирования широкой евразийской зоны экономического сотрудничества.

Рис. 3.2. Интеграционная конфигурация постсоветского пространства.

Всё это позволяет рассматривать Таможенный союз как реальность, однако в научных и деловых кругах, как в своё время вокруг ВТО, продолжается дискуссия о степени выполнимости намеченных планов и балансе конечных выгод и рисков для его участников, в том числе и для России. Подобный интерес объективен и объясним, тем более что во внешнеэкономической политике российский либерально-управленческий блок демонстрировал примеры спешки, подчинения экономики сиюминутным политическим соображениям, а то и просто недостаточной компетентности.

В самом факте создания Таможенного союза трёх стран нет ничего экстраординарного. Формирование региональных и субрегиональных экономических объединений – проторённый путь современной мировой торговой политики, a paзноскоростная интеграция практиковалась и прак­тикуется в рамках различных структур – в ЕС (что даже закреплено в Лиссабонском договоре), в АСЕАН и МЕРКОСУР, да и во "встроенных" форматах самого СНГ. Другое дело, достаточно ли сейчас в России, Белоруссии и Казахстане надёжных центростремительных сил, чтобы сделать их союз(ТС) работоспособным. И в каком балансе они находятся с внутренними и внешними цент­робежными силами. В этом смысле Таможенный союз выглядит как достаточно смелая инициати­ва, рассчитанная на скалькулированный риск.

Конечно, серьёз­ные и ответственные лидеры стран постсоветско­го пространства видели в СНГ отнюдь не только инструмент "цивилизованного развода" , что преследовалось ими в первую очередь, а необходимость сохранения преимуществ народ­нохозяйственного комплекса СССР.

Действительно, разрыв хозяйственных связей никого не сделал богаче и обусловил около по­ловины общего падения производства в странах СНГ. Так, только в ходе последнего кризиса(2008 года) и только в Белоруссии (Рис. 3.3; Рис. 3.4) складские запасы большегрузных автомобилей возросли в 3,9 раза, тракторов – в 3.6 и автобусов – в 1.5 раза. Грузии разрыв с СНГ, последовавший за её вторжением в Южную Осетию 2008 года, стоил четырёх процентных пунктов падения ВВП. Вчетверо сократились переводы её мигран­тов, и в результате даже, как доказательство непоследовательности нынешнего грузинского правящего режима, от него же последовала просьба сохранить впоследствии за страной(Грузией) членство примерно в 80 соглашениях, заключённых в рамках Содружества(СНГ). В связи с этим статистическая отчетность ФТС России по внешней торговле формируется двустрочным способом: в первой строке сведены результаты торговых связей Грузии с РФ в рамках СНГ; во вторую строку отнесены итоги торговых отношений Грузии как третьей страны, находящейся за рамками договора об СНГ.

Рис. 3.3. Доля стран СНГ в товарном импорте РФ, % к итогу.

Источник: данные ФТС РФ.

Вместе с тем справедливо и то, что за 20 лет существования СНГ имевшиеся предпосылки к хозяйственной реинтеграции так и не были реализованы. Прежние экономические связи не были адаптированы к рынку и сохранились лишь частично. Разошлись пути реформ у отдельных участников, элиты стран стремились получить сиюминутные дивиденды от стату­са независимости государств. Отход от советской автаркии и монополии внешней торговли манил испробовать мировые рынки и контакты вне СНГ. На дезинтеграцию Содружества(СНГ) целенаправленно работали внешние силы и прикормленные ими местные "пятые колонны".

Как показывает мировой опыт, потенциал ин­тегрирования обычно не высок, если в нём уча­ствуют сравнительно малоразвитые страны со сходной структурой экономики, даже если они являются соседями. Организационно, интеграция в СНГ все эти годы шла сверху, через размножение необязательных к исполнению соглаше­ний и надстроечных бюрократических структур, чем Содружество(СНГ) повторяло опыт скорее СЭВ, а не ЕС, НАФТА или АСЕАН, тем более что в его структурах сидели всё те же прежние чиновники. И самое главное, при приоритете политической надстройки не уделялось внимания решающему для успеха любой интеграции микроуровню экономики, то есть первичным связям на уровне предприятий в производстве и инвестициях. Именно такие связи лежат в основе приведённых ранее интеграцион­ных группировок мира, создавая их живую ткань.

Рис. 3.4. Доля стран СНГ в товарном экспорте РФ, % к итогу.

Источник: данные ФТС РФ.

В СНГ же хозяйственное взаимодействие опиралось прежде всего на традиционный то­варообмен, к тому же отягощённый бартером, предоплатой, низкой деловой культурой и слабой дисциплиной. Естественная гравитационная роль России в этих процессах не выглядела безуслов­ной. В итоге взаимный товарооборот государств СНГ за 2010 год опустился до 20 процентов их совокупного объёма внешней торговли против 56 процентов – внутри НАФТА и 76 процентов – внутри ЕС. Политика давила на экономику, а сохранившиеся центростремительные силы интеграции если и действовали, то подспудно.

Однако с начала XXI века ситуация стала меняться. За пределами СНГ у постсоветских го­сударств не нашлось ёмких и надёжных рынков, способных заменить прежний советский. Потенциал самостоятельного хозяйствования оказался исчерпанным. Именно площадки СНГ и ЕврАзЭС были особенно востребованы в ходе борьбы с кризисом 2008 года. В итоге даже московское представительство Фонда Карнеги вынуждено было согласиться с тем, что Россия обладает серьёзным влиянием в бывших республиках СССР, являясь магнитом и центром экономической ин­теграции.

На первых порах, несмотря на значительный объём общего рынка СНГ (2,9 млрд. долл. США), од­ним форматом интеграции нельзя было охва­тить сразу все страны. Она могла быть только разноскоростной. Как наиболее "продвинутые'' государства её начали Россия, Бело­руссия и Казахстан, достигшие достаточного уровня эконо­мического развития и сотрудничества. Сегодня в общем объёме торговли России со странами СНГ на долю Казахстана и Белоруссии приходится соответственно 18,7 и 34,2 процента (Рис. 3.3; Рис. 3.4). После Украины они остаются крупнейшими российскими торговыми парт­нёрами на постсоветском пространстве. В свою очередь, Казахстан отправляет на наш рынок 1/10 своего экспорта и Белоруссия – 1/3.

В выделенной "тройке" активнее, чем в других странах СНГ, развивается сотрудничество на уровне предприятий. Например, "Сибсельмаш", выпускающий зерноуборочные комбайны на универсальном ходу "Сибиряк", имеет своё СП в Акмолинской области, а белорусские предприятия входят во многие холдинги ("Электронные технологии", "Формаш", "Межгосметиз") или СП ("Международная калийная компания", "БелРусавто") на российской территории. И если в СНГ в целом после распада СССР разделение труда эволюционировало от прежних высших форм к низшим, то в торговле Союза(ТС) этот вектор был, скорее, обратным. В частности, здесь активно внедрялись и в настоящее время внедряются такие прогрессивные формы делового сотрудничества, как аутсорсинг (белорусская комплектация идет на "КамАЗ", "ВАЗ", "ГАЗ", "ПАЗ", "УралАЗ", "ЛиАЗ"), лизинг, совместное производство, передача технологии, приграничная торговля (в ней участвуют 7 российских, в том числе Волгоградская и Астраханская области (Рис. 3.5), и 17 казахских областей).

Мало того, если в общем внешнеторговом обороте России основной объём приходится всего на десяток элитарных регионов (из более чем 80 существующих), то в хозяйственных связях между Россией и Белоруссией участвуют 66 регионов, в том числе и такие аутсайдеры, как Дагестан, Ингушетия и Брянская область. Активно развиваются связи на уровне регионов в Казахстане, где заключено свыше 200 межрегиональных соглашений о сотрудничестве на российском направлении. Это, например, даёт двукратное увеличение доли Казахстана во всей внешней торговле Волгоградской области по сравнению с общефедеральным показателем. Подтверждением тому служит и сравнение общих итогов (Рис. 3.6; Рис. 3.7) внешнеторговой деятельности отдельных регионов РФ (на примере Волгоградской и Астраханской областей) с данными в целом по России (Рис. 3.8).

Рис. 3.5. Доля Казахстана в товарном экспорте и импорте

Волгоградской области, % к итогу.

Источник: данные Волгоградской таможни.

Рис. 3.6. Доля стран СНГ в товарном экспорте и импорте

Волгоградской области РФ, % к итогу.

Источник: данные Волгоградской таможни.

Другими словами, речь идёт о странах-единомышленниках, уже во многом готовых к интеграции (пожалуй, даже более подготовленных, чем Испания, Греция, Португалия и Финляндия при вступлении в ЕС, не говоря уже о "новичках", принятых туда волевым политическим решением и авансом, таких как Болгария, Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Румыния, Словакия, Чехия, Эстония).

Тогда как во внешней торговле России (по её внешнеторговому обороту) доля стран СНГ не превышает 15 процентов, у Волгоградской и Астраханской областей РФ показатель доли торгового участия стран Ближнего Зарубежья удерживается на отметке в 2 раза большей (30 процентов). В первом десятилетии XXI века объём торговли Волгоградской и Астраханской областей РФ со странами СНГ нарастал, эта тенденция для Волгоградской области с вероятностью 0,9952 может быть описана эмпирической зависимостью (1):

Y=456,72–855,06X+763,69X2–279,29X3+50,131X4–4,2828X5+0,1396X6 , (1)

Рис. 3.7. Доля стран СНГ в товарном экспорте и импорте

Астраханской области РФ, % к итогу.

Источник: данные Астраханской таможни.

Рис. 3.8. Доля стран СНГ в товарном экспорте и импорте РФ, % к итогу.

Источник: данные ФТС РФ.

Для России, Белоруссии и Казахстана Таможенный союз – лишь очередной шаг в углубленной хозяйственной интеграции. Согласно договорённости партнёров, в перспективе Союз(ТС) будет постепенно трансформироваться в Единое экономическое пространство со снятием уже не только прежних барьеров на границах этих государств, но и многих внутрихозяйственных преград для продуктивного экономического их сотрудничества, что позволит в частности активнее развивать единую транспортную инфраструктуру энергоносителей на всей территории ТС.

Одновременно с декларированием тех же конечных целей, что и у ТС, Содружество(СНГ) ставило задачу, в корне противоречащую этим целям, – сохранение суверенитета в полном объёме и отказ от формирования наднациональных органов. В отличие от прежней практики СНГ, Таможенный союз (как в будущем и ЕЭП) отходит от этого антиинтеграционного принципа. Он управляется органами, получившими определённые наднациональные полномочия. Решения, обязательные для его членов, могут принимать в пределах их компетенции Межгосударственный совет ЕврАзЭС, а также Комиссия Таможенного союза и её рабочие органы. В отличие от ЕС эти решения оформляются не в виде централизованных регламентов и директив, а как обязывающие международные правовые документы договорного типа. Но это больше не смущает другие страны СНГ, поэтому свой интерес к участию в Таможенном союзе в таком его виде уже проявили Киргизия и Таджикистан. Есть сигналы об этом также от Украины и Армении.

В соответствии с решением Межгосударствен­ного совета ЕврАзЭС № 34 от 11 декабря 2009 года в целях формирования ЕЭП в срок до 1 января 2011 года была подписана (с введением в действие с 1 июня 2011 года) серия соглашений об углубленной хозяйственной интеграции. Имеют­ся в виду соглашения о скоординированной макроэкономической политике, единых принципах и правилах регулирования деятельности субъектов естественных монополий, правилах конкуренции, предоставлении промышленных субсидий, господдержке сельского хозяйства, а также о государственных закупках, торговле услугами, основах инвестиционной деятельности, свободном движении капитала, организации общего рынка нефти, нефтепродуктов, газа и связи. Не останутся без внимания и вопросы сотрудничества по противодействию нелегальной трудовой миграции из третьих государств и уточнению правового статуса трудящихся мигрантов и чле­нов их семей и, наконец, о единых принципах и правилах в сфере технического регулирования и применения санитарных, ветеринарных и фитосанитарных мер.

К 1 января 2012 года перечисленный пакет документов до­полнился соглашениями о единых принципах регулирования в сфере защиты интеллектуаль­ной собственности, валютной политике, обеспе­чении доступа к услугам естественных монопо­лий в электроэнергетике и на железнодорожном транспорте (включая вопросы ценообразования и тарифной политики), газотранспортным системам, а также при согласовании политики в сфере транспортировки нефти.

Таким образом, главная роль гравитационного центра интеграции в Таможенном союзе и ЕЭП вверена России отчасти авансом, прежде всего в расчёте на то, что она на деле станет научно-техническим лидером трёх стран. А ёров по углубленной хозяйственной интеграции. Россия, Белоруссия и Казахстан во многом готовы к интеграции (пожалуй, даже более подготовлены, чем Испания, Греция, Португалия и Финляндия при вступлении в ЕС, не говоря уже о "новичках", принятых туда волевым политическим решением и авансом). В отличие от ТС, создаваемого странами-единомышленниками, в ЕС последнее пополнение нередко рассматривается лишь как обуза группировки.

Волгоградская и Астраханская области РФ занимают видное место в приграничной торговле стран Таможенного союза. Показатель доли их участия в торговле со странами Ближнего Зарубежья удерживается на отметке в 2 раза большей (30 процентов), чем в целом по России (15 процентов).

3.2 ТОРГОВАЯ ПОЛИТИКА ТС И ИНТЕРЕСЫ РОССИИ

Торговая политика России, как и любого дру­гого государства, имеет своими целями:

а) обеспе­чение недискриминации национальных произво­дителей товаров и услуг на рынках других стран и

в) их защиту посредством торгово-политических мер на внутреннем рынке страны.

В настоящее время достижению первой цели(а) служат главным образом правовые инструменты – двусторонние межправительственные соглашения со странами-партнёрами, в которых фиксируется взаимное предоставление препятствующих дискримина­ции режимов – режима наибольшего благоприят­ствования(РНБ) и национального режима(HP).

Вторую цель(в) государство реализует посредством предусмотренных национальным законодатель­ством внутренних экономических и административных мер регулирования импорта и частично экспорта. В конечном итоге, реализуя торговую политику, государство обеспечивает как интересы бизнеса, так и общенациональные интересы.

Система регулирования внешней торговли с помощью общепринятых в мировой практике инструментов складывалась в России в течение относительно длительного времени. На старте рыночных реформ с началом либерализации внешнеэкономической деятельности государ­ство отказалось от монополии на проведение экспортно-импортных операций, был демонти­рован механизм их директивного планирования, обязательная регистрация участников внешнеэкономической деятельности(ВЭД). Тем не менее отдельные элементы плановой системы ещё сохранялись. К вывозу за рубеж важнейших сырьевых товаров - СВСТ (в том числе сырой нефти и нефтепродуктов) допускались только экспор­тёры, прошедшие специальную регистрацию(спецэкспортёры), а сам процесс вывоза регулировался с помощью экспортных квот, которые были по существу закамуфлированной формой плановых заданий. В секторе нефтяного экспорта этим занимались Минтоп России совместно с Минэкономики РФ.

Вместе с тем экспорт машин и оборудования гражданского назначения, а также ввоз подавляю­щей массы товаров, за исключением тех, которые могли угрожать национальной безопасности страны, начали осуществляться без каких-либо ограничений.

В ходе реформ механизм регулирования то­варных потоков постепенно менялся, всё больше сближаясь с практикой экономически развитых стран. Вначале в стране появился импортный таможенный тариф, затем – вывозные пошлины на сырьевые товары и некоторые виды продукции первого передела, а также экспорт­ный контроль в отношении продукции двойного применения. Государство продекларировало го­товность использовать в необходимых случаях специальные меры защиты рынка, другие нета­рифные меры, включая технические барьеры(государственные стандарты, различные сертификаты) и санитарно-ветеринарные нормы.

Так в начале 1992 года была введена экспортная пошлина на нефть. Первоначально её ставка составляла 26 ЭКЮ за 1 тонну экспортируемой нефти, однако уже в июне 1992 года ставка была повышена до 38 ЭКЮ за тонну. В ноябре 1993 года ставка пошлины была установлена на уровне 30 ЭКЮ/т. Как показывает анализ, именно экспортная пошлина в первые годы российских реформ явилась основным инструментом изъятия сверхприбыли в нефтяном секторе. С либерализацией цен на нефть в начале 1995 года экспортная пошлина была снижена до 23 ЭКЮ/т, а затем, с апреля 1995 года, до 20 ЭКЮ/т. В апреле 1996 года экспортная пошлина была уменьшена до 10 ЭКЮ/т, а с первого июля 1996 года – отменена.