От электрона к клетке (стр. 4 )

Они пытаются извратить положение Энгельса и представить так, как будто сам Энгельс говорил, что пространство вообще есть форма существования материи. Нужно заметить, что во времена Энгельса под материей понималось вещество.

Классики марксизма нигде и никогда не отожествляли пространство и время с пространственно - временными свойствами вещества. Когда Энгельс [102] говорил, что пространство вообще есть форма существования, то он имел в виду не вообще пространство, где нет вещества, а пространство тел, занятых веществом. Он [102] писал: «Разумеется, обе эти формы существования материи без материи суть ничто, пустые представления, абстракции, существующие только в нашей голове».

Далее он [103] отмечал: «Наша геометрия исходит из пространственных отношений».

Классики марксизма, говоря о пространстве вещей, имели в виду их геометрическую структуру и время жизни данной вещи.

Они считали, что отдельное материальное образование, какую бы оно геометрию ни имело, существует в форме трех измерений. Нет точных границ, нет безразмерных тел в природе. Это коренное свойство тел классики марксизма назвали формой существования материи (вещества). Из этих рассуждений классиков марксизма совершенно нельзя сделать вывод, что пространство, которое не занято веществом (вакуум), будто бы и есть форма существования вещества, его свойство. Пространство не есть свойство вещества, не есть свойство материи, а материальная реальность, сама материя в других состояниях, а вещество есть только одно из качественных состояний этого материального пространства.

Классики марксизма определяли пространство и время не как форму существования вещества, а как сущность всех вещественных форм бытия, как генетическую среду, из которой все время рождается и в которую уходит при смерти вещество. Классики марксизма прекрасно понимали, что генетическая среда обуславливает свойства своего продукта развития, своего качественного состояния, а не наоборот. Не вещество обуславливает свойства пространства, а последнее обуславливает свойства вещества. Вот эти геометрические свойства вещества, обусловленные свойством пространства, они считали коренными свойствами вещественных тел, так как они выражают основную связь между видами материи, воплощенных в данное тело.

Изучение этой связи в настоящее время имеет огромное определяющее значение, так как эта связь составляет основное внутреннее противоречие между видами материи, воплощенных в тело.

Реакционная философия, отбросив все виды материи, предшествующие веществу, вынуждена физическое пространство отождествлять с пространственно-временными свойствами тел, утверждая, что при этом они соединяют пространство с материей. Но, в сущности, она разорвала единство физического пространства и вещества, так как она выбросила ту материальную субстанцию, сущностью которой являются все пространственно-временные свойства вещественных тел. Она отделила материю от движения и тем самым выхолостила понятие «вещество».

Теперь, когда наука открыла вакуумную материю и доказала превращение ее в частицы вещества и обратно, отрицать физическое пространство или считать его пустотой или, наконец, отождествлять его с пространственно-временными свойствами, есть невежество перед наукой.

Как тут не вспомнить слова [55]: «Отрицать априори, против указаний опыта, существование квази-материальных субстанций, отличных от обыкновенной материи, нет оснований».

Современное состояние науки о микромире настойчиво требует глубокого изучения субстанций физического пространства, состоянием которой являются вещественные частицы микромира.

«В этой связи большое значение приобретает четкое философское определение категорий пространства и времени. Однако в нашей литературе все еще существует несколько различных, неадекватных друг другу интерпретаций положения: и пространство, и время – суть формы, а материя (или движущая материя) – содержание; пространство и время – суть совокупных определенных отношений материальных объектов и их состояний; пространство и время – суть определенного вида материи», – сообщает [28] на совещании в Киеве по обсуждению философских проблем физики элементарных частиц в 1963 году. Автор явно выражает ту общую путаницу, существующую в нашей литературе, которую навязала нам реакционная философия. Здесь не все определения пространства и времени есть интерпретация одного и того же положения Энгельса, что «пространство и время – суть формы бытия материи». Два первых и последнее определение выражают совершенно различные понятия. Два первых определения выражают определение пространственно-временных свойств тел, сущностью которых является движение.

Последнее определение: «Пространство и время – суть определенного вида материи» – выражает определение физического пространства, сущностью которого является материя; в других, качественно отличных от вещества состояниях.

Автор правильно считает, что наиболее правильной интерпретацией положения Энгельса является понимание пространственно-временных отношений (пространственно-временные свойства тел) как объективных отношений особого рода между материальными объектами. Но он не доводит свою мысль, что эти отношения особого рода потому и называются пространственными, так как они глубоко связаны с движением материальных объектов других видов материи физического пространства.

Физическое пространство – это наиболее общая материальная система, в которой возникают, движутся и умирают все вещественные тела, все вещество, которое является только качественным состоянием этой генетической среды.

Физическое пространство и вещество выступают как единство двух противоположностей. Борьба противоположных сил (движений), их момент динамического равновесия образует пространственную (геометрическую) структуру и время жизни вещественных тел, то есть создает их пространственно-временные свойства. Отождествлять физическое пространство и время с пространственно-временными свойствами тел есть отождествление материи с движением, признание движения без материального субстрата, игнорирование других видов материй, навязывание веществу вечной категории и, наконец, – это издевательство над историей человеческой мысли, которая с самого возникновения до начала ХХ века понимала под пространством окружающую среду, в которой живут все осязаемые тела природы. В истории могут ошибаться отдельные люди, но не может ошибиться вся история человеческой мысли.

В одном философском словаре 1963 года мы читаем: «В соответствии с атомистическими взглядами древних натурфилософов (Демократ, Эпикур), естествоиспытатели почти вплоть до ХХ века отождествляли пространство с пустотой».

Но автор в этих строках не сделал оговорки, что под пустотой почти всегда и все понимали среду, где нет вещества, а не ту абсолютную пустоту, где нет вообще ничего.

всегда обращал внимание, что каждая категория в философии есть итог развития всей человеческой мысли, ступень в процессе познания человечеством природы. И она не может быть сразу опровергнута одним человеком. Это сделал А. Эйнштейн в отношении понятия пространства и времени.

А. Эйнштейн и его продолжатели докатились до такого положения, что стали отвергать физическое пространство, в котором они живут сами, утверждая, что пространство есть общее абстрактное понятие, существующее только в самих телах. Они открыто выступают с критикой в нашей прессе, что, якобы такие формулировки в нашей литературе, как «вещи существуют в пространстве», «определение поля как пространство, где действуют некоторые силы» [56], есть метафизические устарелые определения.

Спрашивается, где же существуют вещи, поля, человек? На этот вопрос [55] ясно отвечает: «Человек и природа существуют только во времени и в пространстве, существо же вне времени и пространства, суть – больная фантазия, выверты философского идеализма».

Данные философы явно недоучитывают, что существуют две реальности:

а) пространственно-временные свойства тел, то есть геометрическая протяженность тел (пространство, занятое телом), и длительность жизни этих тел;

б) физическое пространство (наиболее общая материальная система, в которой живет наша метагалактика) и длительность существования этой метагалактики или, точнее, длительность ее грандиознейшего круговорота.

Они поверили не естествоиспытателям всех времен, а пустой философии А. Эйнштейна, который утверждал, что, якобы, все эти естествоиспытатели ошибались в существовании материального физического пространства.

Из их выступлений видно, что к тому же они еще недопоняли классиков марксизма в этом вопросе.

Ведь известно: ни Энгельс, ни Ленин никогда не выступали против реальности и материальности физического пространства, а наоборот, всегда боролись за это. Например, , критикуя Маха по вопросу ньютоновского пространства и времени, признавал материалистический взгляд Ньютона. Он [55] писал: «Во-первых, неверно, что идеалисты не критиковали этого взгляда очень долго... Во-вторых, как могла бы неправильность оказаться в течение веков безвредной? Куда делся тот критерий практики, с которым Мах пробовал заигрывать?»

Известно, что А. Эйнштейн сочувственно относился к Маху, и поэтому вся его философия была направлена именно к уничтожению ньютоновского взгляда на реальность физического пространства и особенно на уничтожение его материальности (эфира). Что не сделал Мах, это сделал А. Эйнштейн в своей философии. Классики марксизма особенно боролись за материальность физического пространства. Они приветствовали введение эфира как шаг вперед по сравнению с ньютоновской концепцией.

Вышеуказанные философы, критикуя марксистское положение, что «вещи и поля существуют в пространстве», по существу отрицают объективность физического пространства. Они пишут: «Как может существовать физическое пространство вне реальных вещей, вне материи?» - при этом ссылаются на положение диалектического материализма, что общее существует не оторвано от отдельного и единичного, а в них самих

Здесь философы, во-первых, явно отождествляют вещество с материей, игнорируют положение диалектического материализма о существовании множества других видов материи, кроме вещества. Отбрасывание их ведет к игнорированию всеобщего принципа развития основного положения диалектики.

Во-вторых, они игнорируют достижения науки, в частности открытие вакуума и возникновение из него частиц вещества и обратное их превращение в вакуум. Открытие вакуума еще раз подтвердило справедливость исторической мысли человечества о реальности, материальности и первичности физического пространства.

В-третьих, пожалуй, самое главное, эти философы по существу извращают положение классиков марксизма о физическом пространстве и времени, подменяя их общими абстрактными понятиями, которые действительно не могут существовать вне реальных вещей.

разрабатывал соотношения общего, отдельного и единичного и показал соотношение форм абстрактного мышления, отражающего свойства реальных вещей. Здесь общее абстрактное понятие выступает как единство повторяющихся свойств в большом многообразии их в телах природы, и никакого отношения не имеет к реальному физическому пространству. Конечно, можно создать абстрактное общее в отношении абстрактных пространств всех вещественных тел природы, но это общее не будет выходить за пределы вещества, и не будет отражать другие невесомые виды материи. Поэтому не будет играть никакого значения ни в науке, ни в практике. Но, тем не менее, такое общее абстрактное понятие было создано идеализмом, как совокупная протяженность отдельных тел природы, была объявлена новым пониманием пространства. Она была создана для того, чтобы «ловить и сажать» туда простаков в материализме.

В этом идеализированном пространстве много сидит наших философов. Возьмем для примера [92], автора учебного пособия для технических вузов по диалектическому материализму за 1965 год. Он [92] отмечает: «Протяженность отдельных материальных образований и соотношение каждого из них с другими окружающими его материальными образованиями является пространство». Как видно, автор дает «точное» определение реального пространства, но с некоторой его материализацией, которую ввел сам
А. Эйнштейн. Эйнштейна это определение пространства вполне удовлетворяет, так как если удалить все вещественные тела природы, то есть все вещество, то, очевидно, «исчезнет» и пространство. В этом и заключается философская новизна в понимании пространства А. Эйнштейном.

Пространство, понимаемое как общая абстракция пространств вещественных тел природы или их совокупное отношение между собою, или, наконец, то и другое вместе взятое, никакого отношения не имеет к реальному и материальному ньютоновскому пространству, которое было выработано человечеством на протяжении всех веков.

Это материальное ньютоновское пространство, абстрагированное от вещественных тел, материалисты XIX века называли физическим пространством или просто эфиром. В наше время это физическое пространство получило название просто вакуума, то есть пространства, где нет вещества.

«Раньше пустоту физики называли эфиром, теперь она носит имя «вакуум». Здесь надо иметь в виду не техническое понятие вакуума разреженного газа, а физическое – пространство, в котором нет никаких частиц… Как с философской, так с физической точки зрения «пустота» или вакуум – это полноправный, хотя и обладающий особенностями, вид материи», - утверждает [100].

Вакуум в переводе с латинского языка означает пустоту. Вакуум был введен в науку не просто для характеристики разреженного пространства, а как противопоставление материальному физическому пространству. Идеалистическая философия рассчитывала снова протащить абсолютную пустоту и окончательно рассчитаться с материальным пространством. Но, увы, не тут-то было. Вскоре наука установила, что вакуум не есть пустота, а есть материальная среда других видов материи, как наиболее общая первичная материальная система, в которой живут все вещественные тела и различные поля. Вот эта наиболее общая материальная система по отношению к веществу и выступает как физическое пространство. Она выступает по отношению к веществу как окружающая генетическая среда и его субстанция.

Вопрос, который был поставлен на заре нашего века [55] о том, отличаются ли частицы, атомы от «первоначальной среды», «основной среды», окружающего их эфира или они – суть частицы этой среды, находящейся в особом состоянии, как отмечает [12], остается пока открытым. «Частицы являются лишь возбуждением вакуума, который продолжает жить и тогда, когда никаких частиц нет. Это не покой, а вечное движение, подобно зыби на поверхности моря», - пишет , именно так наука отвечает на этот вопрос.

Вот это огромное море материи, где вещество и поле являются только волнами и зыбью, мы называем физическим пространством, а все вместе мы называем нашей Вселенной.

Человеческая мысль давно стремится выйти за пределы вещества, а реакционная идеология старается задержать ее. Человек уже давно избавился от пустоты, а реакционная идеология снова навязала пустоту – вакуум. Человечество выработало понятие физического пространства, которое лежит за пределами вещества, а реакционная идеология навязала такое понятие пространства, которое не выходит за пределы вещества. Человечество стремится глубже понять вещество, объясняя его существенные свойства субстанциональной основой-пространством, а эта идеология старается доказать, что пространство само есть свойство вещества.

Некоторые наши философы вместо того, чтобы открыто и прямо встать на защиту материалистического взгляда на пространство и время, варьируют (приспосабливаются) к тем и другим, и поэтому неизбежно приходят в тупик. Возьмем для примера [93], который, рассуждая о пространстве и времени, замечает: «Положение здесь такое же, как и с понятиями материи и движения, формы материи и т. п. Согласно учению диалектического материализма, общее существует реально, объективно. Оно существует не оторвано от отдельного и единичного, а в них самих. Пространство, в котором существует и движется тело, есть протяжение всей материальной системы, к которой это тело принадлежит, частью которой оно является. Мы говорим, что данный процесс происходит во времени, потому что он есть часть более общего процесса, более общей формы движения, происходящего в той материальной системе, к которой относится изменяющийся объект. Разумеется, и материальная система, к которой принадлежит данное тело, в свою очередь, есть часть еще более общей системы. Градации материи бесконечны».

Здесь у автора положительно то, что его пространство уже выходит за пределы тела и является уже не свойством материи, а самой материей, точнее, окружающей материальной системой, в которой живет и движется данное тело.

Пространство, которое было открыто человечеством и о котором все время вырабатывается более точное понятие, есть также протяженность всей материальной системы, но не вещественной материи, а другой. Вакуум не состоит из вещественных материальных образований (частиц).

Одно время считали, что пространство состоит из эфира, а теперь говорят – из нейтрино, которые имеют совершенно другое качество, чем весомые частицы.

У вышеуказанного автора неизвестно, какую наибольшую материальную систему он берет за свое пространство, так как материя имеет множество иерархических соподчиненных систем. Очевидно, его пространство состоит из вещественных материальных образований, так как он заранее ограничил это пространство абстрактным понятием общего, которое не может существовать оторвано от отдельного и единичного. Значит, его пространство ограничено какой-нибудь вещественной системой. Его пространство не может существовать вне единичных тел.

Посмотрим, так ли это. Возьмем для примера генетические системы. Например, если взять биологическую систему на Земле, как единую биосферу, то протяженность ее есть общее, а протяженность человека есть отдельное, единичное. На основании вышеприведенного положения, что общее не может существовать оторвано от отдельного, единичного, мы приходим к абсурду, что биосфера не может существовать самостоятельно без человека, однако мы знаем, что было время, когда биосфера была, а человека не было.

Последуем дальше. Возьмем теперь Землю со своей биологической жизнью за общую материальную систему. Здесь также нельзя сказать, что Земля как общее не может существовать оторвано от биологической системы как от единичного. Отсюда следует, что положение диалектического материализма: «Общее существует не оторвано от отдельного, единичного, а в них самих», которое приводит автор в начале определения пространства, как некую предпосылку, не вполне отражает действительную связь общей генетической системы с ее продуктами развития.

Общая генетическая система (среда) выступает к своим продуктам развития как предшествующий вид материи к последнему виду. Она выступает как субстанция и как одна из сторон внутренних противоположностей в последующем виде материи. Наше физическое пространство и является такой генетической материальной системой по отношению к веществу, которое существует во всех отдельных и единичных вещественных телах под названием вакуума. Поэтому мы говорим, что наше бытие существует в пространстве, подобно тому, как существует органическая жизнь в своем неорганическом пространстве. Подобно тому, как мы не можем оторвать от организма неорганическую субстанцию – химические атомы, точно также мы не можем оторвать нейтринную субстанцию от вещественных тел.

Что касается положения [55]: «Общее существует лишь в отдельном, через отдельное относится к абстрактным понятиям, отражающим свойства отдельных предметов, и поэтому это положение нельзя применить к физическому пространству». Это положение имеет прямое отношение к пространственно-временным свойствам тел.

Реакционная идеология всегда хватается за это ленинское положение, как за посылку для того, чтобы доказать, что якобы никакого физического пространства вне вещества не существует, и тем самым старается оправдать, закрепить идеалистическую философию
А. Эйнштейна. Он, опираясь на ложные выводы (все поля в материальном отношении есть производные вещества), а его опекуны из лагеря философского идеализма – на неправомерное применение положений классиков марксизма, представили перед всем миром новое понятие о пространстве, как некую абстракцию, отражающую движение, и соотношение между вещественными телами. А некоторые философы, опираясь слепо на выводы А. Эйнштейна и местную прессу, не смогли разобраться в вопросе пространства и времени и сами отклонились в сторону идеализации и метафизики

[93] правильно встал на позицию диалектического материализма в вопросе физического пространства, считая его материальной системой, но он не смог найти материальной системы, отражающей сущность физического пространства.

Его неправомерная посылка привела к тому, что якобы какая угодно общая материальная система может существовать только в самих вещественных телах, а поэтому пространство не может выйти за пределы вещественных систем.

Из замечания [55] о том, что «естествознание не задумывается над тем, что вещество, которое им исследуется, существует не иначе, как в пространстве с тремя измерениями», следует - какая бы ни была вещественная система, вплоть до метагалактики, она существует и движется в пространстве, так как система метагалактики не последняя система, существуют более общие системы других видов материй, в которых эта метагалактика выступает как часть в целом. Когда мы имеем в виду, что материя существует в пространстве, нужно понимать, что вещественная материя или вещество существует в пространстве, а не вся материя. Реакционная идеология всегда старается подменить вещество материей, чтобы завести в заблуждение. О материи вообще и ее видах мы знаем очень мало, мы знаем только три вида материй: неорганический, органический и общественный.

Теперь начинаем познавать четвертый вид материи – вакуум. Поэтому нужно более конкретно указывать, с чем мы имеем дело, и не путать, например, материю с веществом или вещество с другими видами материи, которые открыты и которые еще не открыты, не известны.

Как мы уже говорили выше, каждый вид материи имеет формы своей организации в виде единичных, общих и всеобщих систем. Единичные системы отражают основные качества вида материи, общие системы выступают как генетические среды для последующих видов материи. Всеобщие системы выступают как окружающие среды к последующему виду материи. Нам известны следующие формы организации материй:

человек – нация – общество;

клетка – организм – биосфера;

атом – космическое тело – метагалактика.

Мы еще не знаем, в каких формах организации существуют другие невесомые виды материи. Но, основываясь на единстве свойств видов материи и экстраполируя эти свойства, мы можем говорить, что невесомые виды материи должны иметь такие же формы организации, как и выше перечисленные. Поэтому мы считаем, что ближайший вид материи, который является генетической средой и субстанцией нашего мира, должен иметь единичную, общую и всеобщую форму своей организации. С другой стороны, основываясь на бесконечном количестве видов материи, их формы организации должны быть ограничены в геометрическом отношении.

Общая система должна быть непосредственной средой и субстанцией для атомов вещества. Считая, что единичная форма организаций является нейтрино, можно продолжить иерархические ступени материи: нейтрино – нейтринное тело – нейтринная материя. Очевидно, нейтринное общее тело – наше физическое пространство. Его нельзя отождествлять ни с весомым видом материи, ни со всем бесконечным пространством, ни со всей материей. Этот философский вывод подтверждается выводами из общей теории относительности и всей космологической наукой.

Мало того, современная космологическая наука сделала выводы, что имеются пространства, где еще нет вещественной материи, но которые также имеют замкнутые геометрические структуры. Выводы, которые сделал сам А. Эйнштейн и его последователи, как раз противоположные. «Пустые» модели пространства привели А. Эйнштейна в тупик.

Замкнутые модели пространства привели в тупик и некоторых наших философов, стоящих на позициях А. Эйнштейна (вещество первичное, а все остальное вторичное, производное его, в том числе физическое пространство).

Сейчас эти философы пытаются как-то вывернуться из тупика. К примеру, возьмем взгляды [92], который отмечает: «Согласно теории относительности при наблюдаемой плотности вещества и обусловленных ею сил тяготения Вселенная должна представлять собой замкнутый мир, ограниченный в пространстве. Выводы о конечности мира в пространстве получаются из уравнений общей теории относительности, предполагающих, что материя распределена в этом пространстве однородно... Последние данные астрономической науки свидетельствуют как раз об обратном, они указывают на то, что распределение материи в пространстве крайне неоднородно».

Прежде всего, нужно поправить философов в том, что современные астрономические данные свидетельствуют не о равномерном распределении в пространстве не материи в целом, а вещества.
и другие пытаются опровергнуть достижения науки космологии, ссылаясь на неоднородность распределения «материи» в пространстве, а между тем, именно космологическая наука, исследуя детально уравнения общей теории относительности, раскрывает их действительное содержание.

Современная космологическая наука, исследуя уравнение общей теории относительности, пришла к выводу, что почти при всех условиях все модели пространства имеют положительную кривизну. Это свидетельствует о том, что мы имеем дело с конечным пространством (с конечной материальной системой), а не со всей Вселенной в целом. В этом именно то существенно новое, что вытекает из общей теории относительности, которое не противоречит диалектическому материализму, а наоборот, подтверждает его.

[91] характеризует философскую оценку пустых миров следующим образом: «Факт построения космологической модели, пространство, которое характеризуется не нулевой кривизной даже в отсутствии масс, указывает на то, что с точки зрения существа релятивистского гравитационного закона, материальные массы не являются единственно возможной причиной кривизны... Обязательное наличие масс для объяснения кривизны пространства - времени является требованием не самой теории относительности, а принципа Маха. Согласно этому принципу, инерция тела обусловлена совокупным действием всех масс. А поскольку поле сил инерции так же, как и гравитационное поле (согласно принципу эквивалентности, эти поля локально эквивалентны), проявляется в кривизне пространства, то и кривизна пространства полностью выражается через суммарную массу Вселенной... Таким образом, допущение пространственной кривизны при условии отсутствия масс противоречит не общей теории относительности, а принципу Маха. Совместимость этого допущения с гравитационными уравнениями, нашедшая свое выражение в модели де Ситтера, является одним из свидетельств неверности этого принципа».

[91] убедительно доказывает несостоятельность интерпретаций А. Эйнштейном «пустой» модели де Ситтера.

Он замечает: «Прежде всего из самих уравнений не следует, что сингулярность в решении де Сеттера вызвана массами. Как раз наоборот, решение де Ситтера получается из уравнений путем исключения тензора материи – энергии – импульса» (там же). Переходя к модели Тауба, он окончательно приводит приговор этой интерпретации: «Поскольку тензоры материи – энергии – импульса и Риччи для пространства Тауба равны нулю, то не существует распределения вещества, поле тяготения которого соответствовало бы кривизне этого пространства».

Таким образом, «пустые» модели де Ситтера и Тауба, вытекающие из уравнения А. Эйнштейна, явно противоречат одному из его основных философских положений, что массы через гравитационное поле создают и определяют геометрию пространства – времени.

«Пустые» модели утверждают, что в отсутствии гравитационной массы физическое пространство продолжает существовать. «Пустая модель пространства», неизбежно вытекающая из уравнения А. Эйнштейна, не есть математический курьез, а есть важнейший вывод о существовании замкнутого физического пространства, как не зависимой от вещества материальной системы, состоящей из другого вида материи. Открытие вакуумной материи и открытие «пустого» физического замкнутого пространства есть открытие одной сущности, но с разных ее сторон.

Не трудно видеть, что высказывание А. Эйнштейна о том, что все предшественники ошибались в понимании пространства, является весьма наивным и глубоко антинаучным. Только теперь, изучая уравнения А. Эйнштейна, человечество постепенно начинает раскрывать глубокий физический смысл этих уравнений. Прав был
, когда он говорил, что ни одному реакционному профессору нельзя верить ни в одном слове, раз речь заходит о философии.

Физическое пространство, как конечная материальная система, имеет свои пространственно-временные свойства, свою метрику. Как показывают факты естествознания, вакуумная материя физического пространства обладает однородностью и изотропностью.

Таким образом, само физическое пространство однородно и изотропно, а присутствие массы вещества только изменяет его метрику, однородность и изотропность, но не создает их. Этой точки зрения придерживаются многие ученые. Так, например, [109] замечает: «Наличие массы вызывает уклонение метрики мира не от галлеевой метрики, а от метрики мира, обладающего кривизной, и при полном отсутствии масс кривизна пространственно-временного мира была бы отличной от нуля».

Конечно, у автора под миром нужно понимать наше физическое пространство, так как мир в целом не имеет никакой кривизны, он бесконечен в пространстве и во времени.

Отклонение однородности физического пространства от нормального состояния (стационарного) в связи с появлением массы вещества, является основной причиной появления гравитационного поля, которое выступает в физическом отношении как возбуждение вакуумной материи (нейтринной), как реакция на возникновение нового состояния – вещества. Здесь гравитационное поле выступает как производное вещества только в энергетическом отношении, а не в материальном. Всякое стремление свести материальность гравитационного или электромагнитного полей за счет вещества есть реакционное направление, стремящееся уничтожить идею бесконечного поступательного развития материи, ограничивая ее порочным кругом – вещество от вещества.

Идея гравитонов родилась не из требования уравнений А. Эйнштейна, а из требования защиты ложных предположений его самого и последователей.

и [101] отмечают: «Все могущество этой энергии держится на том, что она «вытекает» из общей теории относительности А. Эйнштейна. Но на самом деле это совсем не так! Квантовая теория тяготения построена на простом заключении: существуют самостоятельные кванты электричества – электроны и позитроны, кванты света – фотоны, кванты вещества – атомы; значит, могут существовать и самостоятельные кванты тяготения. Однако такого рода доводов слишком мало, чтобы считать предположение о независимых «кусочках» тяготения строго научной теорией».

Идея гравитонов, как продуктов распыления вещества в пространстве, нужна была реакционной идеологии для равномерного заполнения «пустых» пространств, которые неизбежно вытекали из уравнения А. Эйнштейна. Это нужно было, чтобы спасти его и на ложных позициях построить новую теорию тяготения – квантовую теорию.

Сейчас существуют две точки зрения на тяготение. Одна считает, что вещество, распыляясь на гравитоны, образует гравитационное поле, которое, искривляясь под действием масс вещества, сближает эти массы. Другая просто считает, что тяготение обусловлено обменом гравитонами между вещественными телами по аналогии с квантами электромагнитного поля. По вышеуказанным доводам мы считаем, что обе теории тяготения не являются философски состоятельными теориями, так как они не выходят за пределы одного вида материи – вещества.

Любое тело и частица находятся в генетической среде. Любое тело и частица не могут сами себя притягивать, они могут благодаря своему движению только отталкиваться. Это железная логика человечества. Она имеет не менее важное значение в оценке истины, чем весь математический формализм.

Истинная природа гравитаций, а также природа тяготения зарядов лежат не в самих частицах вещества, а в тех генетических средах, продуктом которых являются данные частицы.

Гравитационная сила, сближающая массы вещества, по существу есть сдавливание нейтринной материи. Только благодаря вращательным движениям вокруг своих осей все вещественные системы, начиная со спина электрона и кончая вращением галактик – вещество нашло в себе силу противостоять силе гравитации. Эту силу мы называем центробежной, которая по существу есть сила инерции.

Многие ученые давно утверждают несостоятельность идей
А. Эйнштейна в отождествлении сил гравитации с силой инерции. Это отождествление по существу есть отождествление одной формы движения материи с другой, подмена вакуумного движения материи движением вещества. Несмотря на то, что эти силы возбуждаются одной и той же массой и всегда равны между собой, они различны по своей природе и имеют противоположные направления, так как исходят от движения разных видов материи (одна из движений частиц вещества, а другая от движения частиц окружающей нейтринной материи). Эти силы всегда являются единством противоположностей и составляют одно из внутренних противоречий вещества. Они определяют внутреннюю структуру вещественных систем. Из астрономии нам известно, что равенство гравитационной и центробежной сил определяют структуру космических объектов, например, структуру Солнечной системы. Равенство этих же сил должно до некоторой степени определять структуру микрообъектов, это подтверждается планетарной моделью атомных систем.

Подводя итоги вышеизложенному, мы можем сказать, что реакционная идеология в лице А. Эйнштейна, отбросив все предшествующие веществам виды материи, навязала человечеству идеалистический взгляд, что физическое пространство есть свойство вещества. На самом деле физическое пространство есть материальная генетическая система, состоящая из вакуумных видов материи. Вещество выступает как состояние, производное этих видов материи. Этот взгляд начинает побеждать в науке.

«До сих пор исходили из предположения, что определяющую роль играют свойства материи (то есть вещества, частицы и поля), а свойства пространства и времени являются вторичным, производным. Однако в принципе не исключена возможность, что в действительности все обстоит как раз наоборот… Оказалось, что вакуум способен рождать элементарные частицы, рождать вещество. Вакуум – как бы совокупность, единство противоположностей. Когда же из вакуума образуются другие формы материи, которые и составляют то, что мы называем Вселенной, эти противоположности разделяются. Возможно, что вакуум и есть основа всего во Вселенной – та «протосреда», из которой могут возникать все другие виды вещества и материи» [40].

В. Комаров и Г. Наан [40] полагают, что в будущем на смену современной физической картины мира, оперирующей всевозможными полями, придет вакуумная картина. Такая картина должна исходить из того, что вакуум – универсален, а все существующее – не более как легкая рябь на его поверхности. Очень может быть, что с такой точки зрения удастся объяснить такие явления, как образование космических лучей высоких энергий, вспышки сверхзвезд, существование квазаров, образование радиогалактик, а также начало расширения метагалактики».