География в современном мире (стр. 13 )

Как достичь одновременно повышения и ресурсного, и экологического потенциалов ландшафта? На первый взгляд может показаться, что эти задачи друг другу противоречат. Во всяком случае до сих пор в подавляющем большинстве случаев человек добивался максимальной ресурсоотдачи за счет ухудшения качества среды обитания. Но новый подход к природопользованию должен принципиально отличаться от прежнего, когда провозглашалось, что мы не можем ждать милостей от природы и наша задача – взять от нее как можно больше, ничего не отдавая взамен. Создание культурного ландшафта должно основываться, по определению академика , на принципе сотворчества человека и природы, на использовании потенциальных возможностей, заложенных в самом природном комплексе. Например, расширяя площади лесов в ландшафте, мы одновременно повышаем его ресурсный потенциал и улучшаем санитарно-гигиенические условия, а кроме того, защищаем его от деструктивных (эрозионных и др.) процессов. Переходя на использование чистых возобновимых источников энергии (Солнца, ветра), мы также увеличиваем ресурсоотдачу и в то же время исключаем загрязнение среды. Подобных возможностей в каждом ландшафте скрыто немало, но в каждом конкретном случае необходимо опираться на всестороннюю оценку его потенциала и устойчивости к различным воздействиям, на прогноз возможных последствий от нашего вмешательства.

Следует подчеркнуть, что всякий культурный ландшафт есть улучшенная модификация естественного ландшафта, сохраняющая свои основные инвариантные черты. Мы не в состоянии управлять потоком лучистой энергии Солнца, перемещениями воздушных масс или подвижками земной коры. Но в наших силах целенаправленно и разумно регулировать некоторые функции ландшафта. Многовековой опыт человечества свидетельствует, что основные естественные «инструменты» такого регулирования – сток и биота. Разумно используя их, можно непосредственно влиять на влагооборот и биологический круговорот веществ, а через них – в определенной степени и на другие функциональные звенья геосистемы. Так, путем сокращения поверхностного стока (например, с помощью снегозадержания, лесонасаждений, террасирования склонов) пополняются запасы почвенной влаги, повышается биологическая продуктивность, выравнивается водный режим рек, предотвращается эрозия и вынос вещества из ландшафта. Растительный покров – важнейший стабилизирующий фактор в геосистеме. Поэтому, увеличивая продуктивность биомассы и усиливая биологический круговорот веществ, мы способствуем накоплению вещества в почве, улучшению баланса кислорода в атмосфере, сокращению потерь солнечной радиации, регулированию стока и т. д.

Все мероприятия по регулированию функционирования ландшафта должны осуществляться на строгом учете его морфологического строения, на точном знании характера урочищ и фаций и связывающих их латеральных связей. Собственно организация территории есть не что иное, как рациональное использование морфологической структуры ландшафта. Задача сводится к тому, чтобы найти для каждого применения (сельскохозяйственного, селитебного, рекреационного и т. д.) наиболее подходящие урочища или фации. С другой стороны, можно ставить вопрос и так: найти каждой морфологической единице наилучшее применение. При таком диалектическом подходе можно добиться наибольшей гармонизации между потребностями общества и возможностями природы.

Разумеется, число конкретных ситуаций, с которыми столкнется проектировщик культурного ландшафта, необозримо велико. Оно определяется и реальным многообразием естественных ландшафтов, и множеством их современных антропогенно обусловленных состояний (одни ландшафты, еще сравнительно слабо нарушенные, быть может, потребуют лишь профилактических мероприятий с целью предотвратить их возможную деградацию, другие потребуют серьезного «лечения» – рекультивации нарушенных земель, мелиорации, переориентации хозяйственного использования и т. д.), и, наконец, разнообразием человеческих потребностей и конкретных социально-экономических задач.

Можно сформулировать лишь несколько самых общих принципов организации культурного ландшафта, которые сохраняют силу в любых условиях.

Культурный ландшафт не должен быть однообразным. Внутреннее разнообразие структуры, например сочетание пахотных угодий с пастбищами, зелеными насаждениями, водоемами и т. д.,– залог устойчивости ландшафта и важное условие его высоких экологических и эстетических достоинств.

В культурном ландшафте не должны оставаться антропогенные пустоши, разного рода свалки, заброшенные карьеры и другие неудобные земли. Все они подлежат рекультивации.

Из всех видов использования земель приоритет нужно отдать зеленому покрову. Как правило, лучшие угодья отводятся под сельскохозяйственное использование, но необходимо стремиться к максимально возможному (насколько позволяет естественный потенциал ландшафта) увеличению площадей под древесными насаждениями, используя для этого рекультивируемые площади, пустоши и даже часть малопродуктивных сельскохозяйственных угодий.

Интенсивное использование земель следует сочетать с экстенсивным, учитывая, что во многих случаях спонтанные природные комплексы экономически более эффективны, чем культурные. Они полнее используют солнечную энергию и нередко более продуктивны. При минимальном нарушении естественных ценозов и разумном уходе за ними они способны давать ценнейшую продукцию в качестве лесных, кормовых, охотничье-промысловых и других угодий и при этом поддерживают естественное равновесие в геосистеме. Болота, например, могут дать до 0,5 т клюквы с гектара и имеют большое водоохранное и санитарное значение; в большинстве случаев их сохранение предпочтительнее осушения.

В тех ландшафтах, где еще сохранились геосистемы в состоянии, близком к естественному, необходимо предусмотреть создание охраняемых земель разных категорий – от заказников и природных парков с ограниченным хозяйственным использованием до абсолютно заповедных территорий как эталонов природной среды, предназначенных только для научных исследований.

Рациональная функциональная планировочная структура ландшафта должна сочетаться с его внешним благоустройством. Искусственные сооружения должны гармонически вписываться в ландшафт. Размещение сооружений, их размеры и архитектурный стиль, дорожная сеть и придорожное оформление – все это должно не ухудшать, а по возможности улучшать эстетические качества ландшафта (эти задачи входят в сферу так называемой ландшафтной архитектуры).

Важнейшее условие научно обоснованной организации ландшафта – учет сопряженности его морфологических частей. Взаимное расположение промышленных предприятий, жилых кварталов, зеленых зон, водоемов должно согласоваться с присущими данному ландшафту латеральными потоками – преобладающими направлениями ветра, поверхностного и подземного стока. Очень важно правильно разместить (и в нужной пропорции к общей площади) защитные лесные полосы и массивы, так чтобы они выполняли противоэрозионную, почвозащитную и водоохранную роль.

Будущее всего человечества неразрывно связано с благополучием его природной среды. Мы уже знаем, что конфликты между потребностями людей и их хозяйственной деятельностью, с одной стороны, и состоянием природных комплексов, необходимостью поддержания их нормального функционирования,– с другой, переросли локальные и региональные рамки и приобрели глобальные масштабы.

Вместе с тем и человечество представляет собой глобальную систему, в составе которой отдельные страны, народы и группы людей находятся в теснейшей и все возрастающей зависимости друг от друга. Мировые хозяйственные, культурные и другие связи охватили весь мир. Большие расстояния перестали быть препятствием для контактов и обменов между людьми. Космические аппараты облетают Землю за каких-нибудь полтора часа, а информация передается в любой пункт практически мгновенно. Мир буквально стал тесен.

Ясно, что глобальные проблемы могут быть решены только совместными усилиями всех людей доброй воли. Особенно большие надежды мы вправе возлагать на улучшение межгосударственных отношений и на усилия политиков всех уровней с целью сокращения вооружений, прекращения ядерных испытаний и уничтожения ядерного, химического, бактериологического оружия. Далее, разумеется, особую роль призван сыграть коренной перелом в технологии производства – освоение новых и «чистых» источников энергии, безотходное производство и т. д.

Но помимо всего этого человечеству предстоит разработать научно обоснованную стратегию своего поведения в природной среде, и здесь не обойтись без географических основ, без географического взгляда на единство и целостность географической оболочки, без представлений о ее структуре и функционировании.

За последние годы расширилось международное сотрудничество ученых в области изучения глобальных проблем современности. В рамках Организации Объединенных Наций существует специальный орган по проблемам окружающей среды (ЮНЕП). Создан Межправительственный комитет по проблемам изменения климата (МКИК), разработана Всемирная программа исследований климата (ВПИК) и др.

Надо признать, что эффективность этих международных действий не очень велика, и в значительной степени из-за того, что они имеют более или менее узкий отраслевой характер, в их основу не положен системный географический подход к природной среде. Кроме того, нам еще явно недостает всесторонней географической информации, достаточной для построения численных функциональных моделей и разработки надежных глобальных прогнозов. Поэтому до сих пор, например, не удается получить однозначный ответ на вопрос о влиянии накопления двуокиси углерода и других парниковых газов (метана, хлорфторуглеродных соединений, закиси азота) на глобальный климат. Пока еще трудно предвидеть, как скажется интенсивное истребление лесов в Амазонии и других экваториально-тропических регионах на балансе кислорода и двуокиси углерода в атмосфере, и многие другие глобальные последствия хозяйственной деятельности.

В 80-е годы была начата разработка Международной геосферно-биосферной программы (МГБП), целью которой ставится исследование глобальных изменений Земли (а в сущности – географической оболочки). В составе программы предусматривается изучение взаимосвязей между отдельными геосферами, связей между локальными, региональными и глобальными природными процессами, воздействия человеческой деятельности на природу и т. д. По своему существу эта программа географическая, хотя она в значительной мере опирается на методы смежных наук, в частности геофизики и геохимии. Будущее покажет, насколько эффективным окажется международное сотрудничество ученых и насколько существенную роль в осуществлении этой программы сыграют географы.

Очевидно, в полной мере результаты исследований по программе МГБП скажутся не скоро. Но предпринимаемые усилия по разработке долговременной стратегии решения глобальных проблем, потребующие немало времени, не должны задерживать практическую деятельность по оптимизации природной среды на основе тех принципов, которые уже выработаны наукой и опираются на положительный опыт.

Одна из наиболее очевидных, с точки зрения географа, истин состоит в том, что путь к решению глобальных проблем лежит через оптимизацию природной среды на региональном и локальном уровнях. Это вытекает из представлений о структуре эпитеосферы и основополагающего принципа преемственной иерархической связи между геосистемами всех трех уровней.

Было бы крайне рискованным пытаться «исправить» глобальную природную среду сразу с помощью воздействия на процессы глобального масштаба.

В 1974 г. группа достаточно авторитетных ученых-климатологов выдвинула проект воздействия на глобальный климат путем увеличения концентрации аэрозоля в атмосфере. Однако последствия такого рискованного эксперимента могут оказаться непредсказуемыми, ибо мы еще не в состоянии предвидеть все его «цепные реакции». Подобный же безответственный характер имеют предложения изменить направления морских течений, растопить материковые и морские льды и т. п.

Очевидно, к оптимизации среды в глобальных масштабах следует идти, постепенно накапливая позитивные изменения «на местах», т. е. в конкретных ландшафтах, с учетом разнообразия их современного состояния, структуры и устойчивости, создавая подлинно культурные ландшафты. Такой подход, являясь антиподом все еще происходящей кумуляции стихийных негативных локальных и региональных воздействий, обеспечивает более надежный контроль над осуществляемыми мероприятиями, позволяет надежнее прогнозировать их возможные последствия, а при необходимости и локализовать их влияние.

Многие, казалось бы, очевидные научные подходы к оптимизации природной среды пока остаются достоянием узкого круга специалистов-географов. Их внедрению в жизнь препятствует крайне низкая географическая культура населения, в том числе и тех, от кого зависит принятие решений. И только среднее географическое образование в состоянии ликвидировать этот разрыв.

Содержание

Предисловие. 3

Глава I. 4

ГЕОГРАФИЯ ПРЕЖДЕ И ТЕПЕРЬ: ПРОБЛЕМЫ ИНТЕГРАЦИИ.. 4

1. Географическая наука в представлениях географов прошлого. 4

2. Современные определения географии. 6

3. Центробежные и центростремительные тенденции в географии. 8

4. Пути к интеграции. 11

Глава II. 16

УЧЕНИЕ О ГЕОСИСТЕМАХ.. 16

1. Геосистемы и их основные свойства. 16

2. Географическая оболочка, или эпигеосфера. 19

3. Региональная дифференциация эпигеосферы и физико-географическое районирование. 23

4. Ландшафт и локальные геосистемы.. 32

Глава III. 36

ЧЕЛОВЕК И ПРИРОДА: ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ... 36

1. Географический детерминизм и географический нигилизм.. 36

2. Развитие представлений о воздействии человека на природу. 39

3. Взаимоотношения природы и общества в условиях научно-технической революции. 41

4. Проблемы истощения природных ресурсов. 44

5. Экологические аспекты воздействия производства на природу. 48

6. Антропогенные изменения ландшафтов. 51

Глава IV. 59

ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ.. 59

1. География и экология. 59

2. Экологический потенциал ландшафта. 62

3. Экологические типы ландшафтов России. 68

4. География населения и экологический потенциал ландшафта. 76

5. Эколого-географические карты и атласы.. 81

Глава V. 89

КОНСТРУКТИВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ГЕОГРАФИИ.. 89

1. Пути оптимизации взаимоотношений в системе «природа – общество». 89

2. Ресурсный потенциал ландшафта и природно-ресурсное районирование. 93

3. Качественная производственная оценка геосистем.. 99

4. Географическое прогнозирование. 103

5. Организация территории и культурный ландшафт. 106

6. Глобальные проблемы и современная география. 109

[1] Краткая географическая энциклопедия.– М., 1960.– Т. 1.– С. 123.

[2] Энциклопедический словарь географических терминов.– М., 1968.– С. 78.

[3] БСЭ.–3-е изд.–М., 1971.–Т. 6.– С. 270.

[4] Советский энциклопедический словарь.– М., 1980.– С. 293.

[5] Географический энциклопедический словарь: Понятия и термины.– М,- С. 56.

[6] См.: Наука и искусство географии: спектр взглядов ученых СССР и США.– М., 1989

[7] Идеальная и реальная география/'Ученые записки Тартуского ун-та.–Тарту, 1981.–Вып. 578.–С. 79.

[8] См.: Дж. География и географы.– М., 1987.– С. 15.

[9] См.: География и географы. – М., 1988. – С. 306.

[10] См.: Мартин Дж. Все возможные миры.– М., 1988.– С. 594–595.

[11] Федосеев социального и биологического в философии и социологии//Вопросы философии.– 1976.– № 3.– С. 74.

[12] Саушкин экономическая география. Экономическая география в СССР.–М., 1965.–С. 149.

[13]На рисунке 3 величины радиационного баланса даны в ккал/см2 – в соответствии с давней традицией. Сейчас принято выражать энергию в джоулях. Перейти от одной единицы к другой нетрудно, зная, что 1 ккал/см2 = 41,868 МДж/м2

[14] Особенно богата тайга западного приокеанического (Тихоокеанского) сектора Северной Америки.

[15] Фактором локальной дифференциации может быть и деятельность животных, например грызунов: выбросы из нор создают характерный бугристый микрорельеф.

[16] Эта схема – пример третьей ступени физико-географического районирования, завершающейся выделением ландшафтов (обозначенных порядковыми номерами). Кроме ландшафтов, на схеме показаны промежуточные оригинальные единицы –ландшафтные округа. Сходные ландшафты объединены в виды (о них см. далее в тексте).

[17] Подробнее см.: Исаченко и физико-географическое районирование.– М., 1991

[18] Избранные произведения.– М., 1959.– Т. 2.– С. 442. 2 См.: Марш Дж. П. Человек и природа.– СПб., 1866.– С. 46.

[19] В настоящее время безвозвратный расход водных ресурсов составляет 2,4 тыс. км3.

[20] На карте (рис. 10) болота ввиду мелкого масштаба не выделены.

[21] См.: Алексеева среда и биология человека.– М., 1977; Алексеева процессы в популяциях человека.– М., 1986.

[22] Эта цифра – средняя для всей зоны в пределах Восточной Европы, но в западной ее части (на Украине) плотность выше, чем в восточной, т. е. на территории России, где она равна 15 чел./км2.

[23] Глазовская природных и техногенных ландшафтов СССР.–М., 1988.

[24] Центры загрязнения вод и атмосферы обозначаются при пунсоне населенного пункта снизу и сверху от него (см. рисунок 16).

[25] На мелкомасштабных картах эти показатели, как правило, отражают вне-масштабными значками; по мере увеличения масштаба появляется возможность выделить подлинные контуры.

[26] Баранский география. Экономическая картография.–М., 1956.–С. 36.