Тема № 1. Собственность в экономической системе (стр. 3 )

Завершает сближение и окончательное слияние вотчин и поместий Указ Петра I от 01.01.01 г. "О порядке наследования в движимых и недвижимых имуществах". Указ не делает между ними никаких различий: "Всем недвижимых вещей, то есть, родовых, выслуженных и купленных вотчин и поместий, также и дворов и лавок не продавать и не закладывать, но обращатися оным в род таким образом". Все виды недвижимости одинаково "обращаются в род".

Для вотчин и поместий был установлен одинаковый порядок наследования: недвижимое по завещанию переходит к одному из сыновей завещателя по его выбору, а остальные дети наделяются движимым имуществом по воле родителей:

Преобразовательная идея Указа проста и понятна. Во-первых, приостановить дробление поместий, а во-вторых, заставить дворян служить государству. Новый закон должен заставить то большинство, которое оставалось без поместий – кадетов – «хлеба своего искать службою, учением, торгами и протчим». В-третьих, Закон освобождал армию от ненужной служилой наличности дворянских семейств. Армия становилась регулярной и ей были нужны офицеры, имеющие средства исправно служить и приготовиться к службе, не обременяя крестьян поборами. Такого офицера царь Петр видел в единонаследнике. Выделяя единонаследника, Закон освобождал безземельных его братьев (кадетов) и племянников от обязательной службы, предоставляя им право самостоятельно выбирать род занятий.

Замысел вполне отвечал общегосударственным интересам, но вызвал ожесточенное сопротивление целого класса землевладельцев; провести в жизнь такой закон можно было только силой. Петр I оказался бессильным перед мелким дворянством.

Указ в той части, которая касалась уравнения правого режима поместий и вотчин, был воспринят одобрительно поместным дворянством, хотя он ничего не давал крупным вотчинникам. А вот установление единонаследия, запрет дробления и купли-продажи недвижимости вполне справедливо рассматривались дворянством как покушение на свои права, завоеванные за долгие годы; здесь интересы обеих частей дворянства совпадали, за исключением той незначительной части, в которой могли оказаться единонаследники. Поэтому, при жизни Петра Указ молчаливо обходился, а после его смерти вскоре (17 марта 1731 г.) по требованию дворянства в части наследования был отменен.

Поместная система ускорила процесс прикрепления крестьян к земле. Обособление поместного дворянства, количественный рост владений и последующее их расширение требовали все больше крестьянского труда. Но внутренние и внешние условия формирования государственной территории России были таковы, что людские ресурсы были исчерпаны, а те крестьяне, которые населяли земли помещиков, стремились перейти в вотчины состоятельных бояр или же пускались в бегство на юг в степные районы "дикого" поля, подлежащего колонизации. Юридическое прикрепление крестьян к земле стало неизбежным явлением.

Развитие крепостного права в России пошло по худшему сценарию: крестьянин все более жестко прикреплялся не к земле, а к личности землевладельца. По первоначальной идее поместного владения отношения между помещиком и свободными крестьянами должны были быть только поземельными. Так предусматривалось первыми общерусскими законами – Судебниками 1497 и 1550 гг. В них устанавливались единые для всех землевладельцев сроки отпуска и приема крестьян, обязанности уходящего вернуть долги, внести пожилое, оплатить повоз. Однако Указы 1597 г. о беглых крестьянах и холопах уже прикрепляют крестьянина к помещику, вводя "урочные годы" – пятилетний срок сыска беглых крестьян; а по Соборному Уложению 1649 г. крестьянин прикрепляется полностью, но не к земле, а к личности землевладельца.

Поземельные отношения сменяются личными отношениями между помещиками и крестьянами; в них участвуют "не хозяева и сельские рабочие как юридические стороны, а поработители и порабощенные, повинные платить произвольно налагаемую контрибуцию господам и их вождям, составлявшим правительство" 1.

Петр I в ходе своих реформ еще больше усугубил беззаконие и произвол в распоряжении человеческой личностью. Насильственным "упрощением" социальной структуры сельского населения, проведением подушной переписи и

обложением подушной податью всего мужского населения власть укрепила казну, но безжалостно пожертвовала ради этого своими сельскими подданными, передав их в полное распоряжение помещиков и управляющих дворцовыми и казенными крестьянами. Но и это не все: для упрощения сбора налогов внутри тягловых групп усиливается круговая порука, закрепляющая крестьянина за общиной.

Преемники Петра на царском троне пошли еще дальше в вопросах закрепощения крестьян и ужесточения наказаний "за предерзостное состояние". Указ от 01.01.01 г. 2 предоставляет помещикам право ссылать своих крепостных в Сибирь на поселение, а название Указа от 8 января 1765г. "О праве помещиков отдавать неугодных им крестьян в каторжную работу" 3 говорит само за себя. Оба Указа определяют не условия и пределы крепостного права субъектов поземельных отношений, а способы наказания бесправных крестьян. Парадокс Указов состоял еще и в том, что они были изданы в период подготовки и обнародования Манифеста о вольности дворянства от 01.01.01 г., который устранял основное условие крепостного права – обязательную службу дворянства. Если до этого крепостное право служило средством для обеспечения служилого сословия, то теперь оно подлежало отмене. Тем не менее, оно просуществовало еще полных 99 лет, до Манифеста 19 февраля 1861 г.

Сохранение крепостного права после освобождения дворянства от обязательной службы за землю противоречило общеэкономической тенденции к обособлению всех участников производства. Произошла искусственная задержка развития целого класса, составлявшего большинство населения страны, а с ним на целое столетие задержалось становление и развитие гражданского общества, его демократических институтов. Община по-прежнему оставалась формой внутренней организации крестьянской массы, формой прикрепления ее к земле и землевладельцу.

Земельная собственность в Кубанском казачьем войске.

Образование казачьих сообществ в России явилось ответной реакцией народа на внутренние и внешние противоречия государственного и экономического развития страны. Этому способствовали, во-первых, создание единого централизованного государства, усиление центральной власти, введение поместной системы, усиление крепостного права, скученность под давлением кочевников с юга основной массы населения в северо-восточной части страны с суровым климатом, земельное утеснение. А во-вторых, расширение государственной территории за счет свободных для колонизации земель "дикого поля" на юге и юго-востоке страны.

Со второй половины XV в. за линией сторожевых укреплений на южных и юго-восточных рубежах России и Украины, в основном, по рекам Днепр, Дон, Яик и их притокам поселяются беглые крестьяне и посадские люди, называвшие себя вольными людьми, казаками. Необходимость вести постоянную борьбу против соседних феодальных государств и полукочевых народов потребовала создания полувоенных структур. Возникают общины донских, волжских, днепровских, гребенских и яицких казаков. В первой половине XVI в. образуются общины терских казаков и Сибирское казачество.

Военизированный характер приобретает экономика. На начальном этапе основу хозяйственной жизни казачества составляли промыслы – охота, рыболовство и бортничество; сравнительно рано появилось скотоводство и коневодство. Земледелие, как правило, во всех общинах распространилось позднее, примерно со второй половины XVII в. Важным источником существования казачества были военная добыча и жалованье от государства. Преобладание того или иного рода занятий обусловливалось конкретными естественными и историческими условиями пребывания казачьей общины. Но как общая тенденция – медленный, но неуклонный переход от экстенсивных форм хозяйства к интенсивным формам с местной переработкой продукции. Происходило приобщение казачьих хозяйств к растущему товарному обороту в масштабах региона и страны, включение товарных отношений в систему мирохозяйственных связей.

Следует отметить, что наиболее надежным критерием периодизации развития казачьего землевладения является юридическая норма, закрепляющая права общины на землю. С этой точки зрения на фоне эволюции общероссийских земельных отношений в развитии казачьего землевладения можно выделить три периода:

I. Конец ХV – XVIII вв. – период стихийного образования и укрепления казачьих сообществ; прав собственности на землю и на владение землей еще нет, землепользование неустойчивое - господствует обычай "свободной заимки".

2. Конец XVIII – вторая половина XIX вв. - период законодательного закрепления государственных земель за казачьими войсковыми общинами "в вечное владение". В землепользовании утверждается общинный принцип уравнительного распределения станичных земель и крупное хуторское землевладение войсковых чиновников;

3. Вторая половина XIX – начало XX вв. – законодательное признание на казачьих землях крупной частной земельной собственности; размежевание земель между станицами по единой душевой норме; укрепление принципа уравнительности в общинном землепользовании

Землевладение в Кубанской войсковой общине. Запорожская казачья община, не имея своей государственности, не могла закрепить свои земли в собственность на законном основании; она занимала их на правах пользования. Земли было много, людей – мало, поэтому правило свободной заимки устраивало всех; каждый член общины мог пользоваться тем участком, который был свободен, а количество земли в пользовании – по мере надобности. Все усилия запорожцев, направленные на то, чтобы добиться у верховной власти прав владения землями были тщетными; противостояние закончилось тем, что в 1775 г. Запорожская Сичь была разрушена правительственными войсками и прекратила существование.

В 1788 г., в связи с возникшей войной с Турцией, запорожцы были снова собраны правительством и образовали Черноморское казачье войско с расселением на землях между Бугом и Днестром.

30 июня 1792 г. последовала Грамота Екатерины II на пожалование войску "в вечное владение" вновь присоединенных к России земель на Кубани, переселение началось в тот же год.

Высшее право собственности на выделенные земли оставалось за государством; земля со всеми на ней угодьями жаловалась войску, т. е. общине, юридическому лицу, а не отдельным ее составляющим

членам; жаловалась в вечное владение, а не в собственность; право пользования обеспечивалось в первые годы обычаем свободной заимки.

Дальше происходит то, что и должно было произойти – выделение из казачьей массы "лучших людей", т. е. казачьих чиновников, и их экономическое обособление на войсковых землях. Обычай свободной заимки был хорош для Запорожья, когда все казаки были равны по правам состояния, военные чины не имели постоянных званий, а лишь избирались свободными голосами куреней и на определенный срок, после которого избранники опять становились в общий ряд с остальными.

Здесь же, на Кубани, казачья старшина получает от правительства офицерские чины и сразу закрепляет свои преимущества юридическим письменным актом "Порядок общей пользы", принятым уже на втором году пребывания черноморцев на Кубани (январь 1794 г.). В этом документе, вопреки общинным представлениям о равенстве и справедливости, дозволялось особо отличившимся старшинам и казакам иметь собственные дворы в городах и селениях, а в степи - хутора и мельницы, а при них заводить сады, леса, виноградники, хлебопашество, скотоводство, рыболовные заводы, населять их родственниками и вольнонаемными работниками. Предпринимается попытка прикрепления своих родственников и вольнонаемных к земле за долги, разрешается выдавать открытые листы, удостоверяющие право на наследственное владение землей, хуторами, мельницами, водоемами и т. д.

Это стремление войскового чиновничества обособиться вызвало ожесточенную борьбу между хуторами и куренными жителями, т. е. рядовым казачеством, которая продолжалась до тех пор, пока законодатель не отреагировал Положением 1842 г. Оно закрепило норму, по которой рядовой казак имел право на 30 дес. войсковой земли, обер-офицер – на 200, штаб-офицер – на 400, а генерал – на 1500 дес. То, что было уже захвачено, теперь узаконивалось; и хотя норма эта имела временный характер, поскольку право пользования землей было только пожизненным, первый шаг навстречу частному землевладению был сделан.

Положением от 01.01.01 г в казачьем войске впервые выделяются земельные участки в частную собственность семей офицеров и казаков, вызвавшихся "охотой" переселиться в Закубанье. Размеры участков были небольшими: для семьи офицера от 25 до 50 дес., для семьи казака - от 5 до 10 дес.; право собственности ограничивалось тем, что оно не могло перейти к лицам невойскового сословия.

28 апреля 1868 г. было Высочайше утверждено и обнародовано Положение, по которому во всех без исключения казачьих войсках всем русским подданным предоставлялось право приобретать в собственность на войсковых землях усадьбы на общих основаниях, не спрашивая согласия войскового начальства. А 23 апреля 1870 г. Высочайше утверждается Положение об обеспечении взамен пенсии землею генералов, штаб-офицеров и обер-офицеров, а также классных чиновников казачьего войска, по нормам Положения 1842 г.

Этими законодательными документами был сделан прорыв в казачьем общинном землевладении, обеспечивший доступ к частной собственности на землю без всяких ограничений и способствовавший развитию рынка земли и другой недвижимости. На Кубань устремилось экономически наиболее активное иногороднее население.

В рыночный оборот были включены не только "офицерские" земли, полученные взамен пенсии, но также земли, Всемилостивейше пожалованные за службу на Кавказе лицам неказачьего сословия. Всего в 1912 г. в Кубанской области в частной собственности числилось 946212 дес., или 11% земель области; из них "офицерские" – 425455 дес., или 5,0 %; Всемилостивейше пожалованные – 520757 дес., или 6,0 %.

В 1917 г. рыночный земельный фонд в Кубанской области составлял уже 1090946 дес., или 13,8 % от всех земель, разверстанных по категориям владельцев, хотя основная часть земель, 86,2 %, по-прежнему оставалась в наделах казачьих и крестьянских общин.

Таким образом, общественной формой земельных отношений казачества служила надельная форма связи между государством, как верховным собственником земли, и казачьей войсковой общиной, как владельцем земли и ее защитником. Войско, в свою очередь, наделяло землей станичное общество; общество наделяло землей своих казаков. Станица владела и пользовалась землей до тех пор, пока оставалась на своем месте. Особенность этой структуры заключалась в отсутствии каких-либо стеснительных норм крепостного права, а ее звенья (войско, станица, казак) были наделены определенной самостоятельностью.

Системы распределения земли в общине. В основе построения надельной общинной формы включения мужского казачьего населения в землепользование лежали два принципа: обязательность наделения землей каждого казака, достигшего 17-летнего возраста, и уравнительность при наделении земельным паем. Они выражали суть общины, на них основывались все общинные представления о равенстве, справедливости, счастье.