Катастрофа еврейства Советского Союза (стр. 12 )

Именно это автор считает одной из основных причин отсутствия или очень краткого периода существования гетто на территориях, захваченных не в первые месяцы войны.

Как видим, этот подход отличается от предположения, что "порядок очередности" и тотальности уничтожения еврейского населения диктовался исключительно идеологическими причинами и якобы в первую очередь был направлен против тех, кто жил на территории Советского Союза в рамках "старых" (до 1939г.) границ. Тотальное уничтожение к началу 1942г. еврейских общин прибалтийских республик наглядно иллюстрирует этот тезис.

На наш взгляд, существенную роль играли военно-политические факторы: осенью 1941г. и летом-осенью 1942г. гитлеровцы верили в скорую победу и экономические соображения отходили на второй план; известные нам приказы и директивы начальника штаба верховного командования вермахта Кейтеля ("...Борьба против большевизма требует принятия безжалостных и энергичных действий, в первую очередь, против евреев"), командующих 6 и 11 армиями Райхенау и Манштейна и командующего группой армий "Юг" фон Рунштедта, изданные между 12 сентября и 20 ноября 1941г.11 наглядно отражают представления руководства вермахта, что главная угроза в организации сопротивления и саботажа исходит от евреев.

Это развязывало руки находившимся в зоне военной администрации руководителям айнзацгрупп, которые в зоне гражданской администрации встречали определенное сопротивление своим действиям, мотивированное экономическими соображениями.

В заключение, И. Арад подчеркивает:

"Есть еще особенности Холокоста в Прибалтике при сравнении с Бессарабией и Транснистрией, между Белоруссией и Украиной, между зонами гражданской и военной администрации, но все эти особенности не имели значения при тотальном уничтожении.

...Главной задачей нацистов было "окончательное решение еврейского вопроса" как на оккупированной территории СССР с названными особенностями, так и в оккупированной Европе. Оккупированные территории СССР не отличались в этом от других стран Европы. Уникальность проявлялась в некоторых факторах, а не в общей политике нацистской Германии".12

Принимая вывод автора об общности конечных целей гитлеровцев, необходимо отметить, что отличия в решении еврейского вопроса в военной и гражданской зонах оккупации, а также в находившейся под румынским контролем Транснистрии имели прямое значение для судеб советских евреев. Шанс уцелеть появлялся прежде всего в том случае, если уничтожение не проводилось в кратчайшие сроки.

Как справедливо указывается выше, эти отличия в темпах уничтожения позволили осуществлять специфическую жизнедеятельность еврейской общины в условиях гетто. Политика румынской администрации позволила нескольким десяткам тысяч евреев выжить в гетто между Бугом и Днестром.

Советский Союз оставался единственной страной в Европе, чья территория была оккупирована нацистами лишь частично и которая активно сражалась с ними. Это обстоятельство является несомненной особенностью Холокоста на территории СССР. Ниже мы специально рассмотрим проблему отношения советских властей к судьбе своих еврейских сограждан. Здесь же важно подчеркнуть, что успехи и неудачи на фронтах Великой Отечественной войны, подъем партизанского движения, деятельность нееврейского подполья непосредственно сказывались на судьбе еврейского населения.

Именно на советских евреях нацисты отрабатывали тактику массовых убийств и сокрытия следов преступлений. Для уничтожения евреев Европы они выберут метод создания лагерей смерти с применением самых современных технологий.

В ходе борьбе с партизанами тактика карателей применительно к населению так называемых партизанских зон будет весьма близка к методам уничтожения еврейского населения. Таким образом, универсальность Холокоста впервые найдет свое отражение в уничтожении нацистами мирного советского населения в гг.

1.3.Нацистская антисемитская пропаганда

В отличие от оккупированной территории Польши, где издавалось всего 9 газет на польском языке, на оккупированных советских землях нацистская пропаганда самым активным образом использовала периодическую печать.13 В архивах и библиотеках постсоветских государств нами выявлено более 400 газет, издававшихся на захваченной территории на языках народов СССР (прежде всего – на русском, украинском и белорусском). Основные издания, рассчитанные на жителей крупных городов или целых регионов, например, "Речь" (Орел), "За Родину" (Псков), "Новое украинское слово" (Киев), "Голос Крыма" (Симферополь) , "Белорусская газета" (Минск) , "Одесская газета" выходили ежедневно, красочно оформлялись, имели фотоиллюстрации или рисунки и достигали тиража экземпляров. Как правило, городские газеты выходили 2-3 раза в неделю, объемом 2-4 страницы и тиражом около 5экземпляров. Публиковались и ведомственные издания и даже заводские многотиражки (показательно название одной из них, издававшейся в Украине - "Газета Мариупольского завода б. Ильича"). Созданием, подбором кадром и контролем за содержанием таких изданий занимались специальные подразделения служб пропаганды вермахта и Министерства по делам оккупированных восточных территорий. В Прибалтике такие издания появились уже в конце июня 1941г. под эгидой местных националистических организаций, например, Фронта литовских активистов.

Редакторами и сотрудниками коллаборационистских изданий были, как правило, местные журналисты, часть из которых активно работала в довоенной советской прессе.

Популярность этих изданий была предопределена регулярными публикациями сводок о положении на фронтах Второй мировой войны, распоряжений и приказов местной администрации, а также более яркой и разнообразной по сравнению с советской прессой подачей материала.

Периодическая печать рассматриваемого периода позволяет раскрыть вопрос о месте антисемитской пропаганды в системе расистской идеологии нацистов. Разумеется, это был не единственный канал пропаганды - активно использовались радио, киножурналы, плакаты и т. п. Однако, для городского населения, значительную часть которого как раз и составляли евреи, пресса была основным источником информации. Именно в ней еврейский вопрос занимал весьма важное, а для самых распространенных изданий - центральное место. В редакционных статьях, присланных из Берлина пропагандистских материалах, регулярно публикуемых речах и выступлениях руководителей нацистской Германии четко проводилась мысль, что именно евреи как опора большевистского режима являются главными врагами других народов СССР. Регулярно объяснялись причины жестокого обращения с евреями, приводились многочисленные примеры антиеврейского законодательства во всей оккупированной Европе и государствах-союзниках Германии.

В публичной пропаганде на оккупированной советской территории, нацисты употребляли термин "неарийцы" лишь применительно к евреям. В центре такой пропаганды лежал тезис, что никакие другие народы на оккупированной территории (о цыганах упоминалось крайне редко) не являются объектом преследования по национальному признаку.

Антирусские и антипольские статьи также публиковались (чаще всего, в украинской периодике), но они носили, как правило, форму исторического экскурса и были немногочисленными.

По понятным соображениям, в оккупационной прессе почти не приводится прямых указаний на уничтожение евреев. Однако, читатели прекрасно понимали, что скрывается за информацией о резком сокращении или исчезновении еврейского населения в каком-то регионе. Можно отметить тенденцию нарастания антисемитской пропаганды непосредственно после проведения акций уничтожения (так было в газетах Ростова, Крыма, Киева).

Первый номер газеты "Голос Крыма", вышедший на следующий день после расстрелаевреев Симферополя, поместил на первой полосе 3 статьи, оправдывающие и декларирующие необходимость избавления от евреев Европы. "Минская газета" уже в одном из первых номеров декларировала тезис, что "жидам нет места среди нас". Борьба с евреями провозглашалась как одна из важнейших задач сторонников "нового порядка". Одна из одесских газет писала в 1942г.:

"Многие считают - наше место на фронте, фронте борьбы с большевизмом. Но немцы и их союзники с этим справятся сами. У нас есть более важная задача - борьба с евреями".

Нередко непосредственным откликом на антиеврейские меры властей были статьи с фактическим оправданием и объяснением этих действий. В августе 1941г. известный литовский журналист П. Андрюшис (Ф. Андрусевичюс) в репортаже "Вернем честь старому городу" восторженно писал о выселении евреев Каунаса в гетто и выражал удовлетворение по поводу того, что лишенные культуры, уважения к литовцам и неряшливые евреи не будут больше появляться на улицах Каунаса.

"Просветительская" антисемитская работа издателей газет выражалась в публикации огромного количества материалов о преследованиях евреев во все времена и во всех государствах мира; приводились цитаты из антисемитских высказываний деятелей культуры, писателей, политиков.

Насаждение антисемитизма велось с применением самых разнообразных журналистских приемов - памфлетов, рассказов, массой карикатур, изображающих евреев кровожадными дебилами.

Разумеется, центральное место занимал тезис о "еврейском засилье в Кремле", преступлениях евреев в годы революции и гражданской войны, их работе в ЧК и органах НКВД. Особенно активно использовалась тезис о "еврейских зверствах" накануне и в первые дни войны. Как правило, это была намеренная дезинформация, подстрекавшая местное население к актам насилия.

Следует отметить, что некоторые газеты особенно активно использовали антисемитскую риторику. Среди них явно выделялась киевская газета "Украинское слово". В октябре-декабре 1941г. она поместила серию тематических антисемитских материалов, адресованных молодежи, интеллигенции, рабочим с "разоблачениями" евреев. Понимая, что часть еврейского населения продолжает скрываться, газеты оккупационного периода прямо обращались к читателям с призывом сообщать соответствующую информацию как о евреях, так и их укрывателях.

Спустя неделю после расстрелов в Бабьем Яре, "Украинское слово" писало:

"Жиды, которые до сих пор есть в Киеве, маскируются под разные национальности - греков, армян, украинцев, русских, платят сотни тысяч рублей за соответствующие документы...

Но Украина имеет множество настоящих патриотов, которые мечтают как можно скорее очистить свою жизнь, свои села, густые леса и прекрасные города от партизан, жидов-поджигателей и красных комиссаров.

Эти патриоты ежедневно приходят в маленький домик на Бульваре Шевченко,48 и рассказывают про врагов, которые, как правило, прячутся под чужими именами".

В одесских газетах публиковались именные (на несколько сот фамилий с указанием довоенного адреса и профессии) списки скрывавшихся евреев, а также регулярные сообщения о судебных приговорах их укрывателям.

В гг многие издания поместили материалы, направленные против любого проявления сочувствия или жалости к скрывающимся евреям. Одна из литовских газет с негодованием сообщала, как прилично одетая женщина о чем-то долго беседовала с узником гетто прямо на улице. Одним из приемов пропаганды, рассчитанной на достижение такой же цели, была публикация информации о наказании тех, кто оказывал помощь или сочувствовал евреям в других странах. Например, приводился пример из Франции, когда местные жители во время депортации евреев надели желтые звезды и были жестоко наказаны. Понятно, что целью таких публикаций было стремление свести до минимума какую бы то ни было помощь со стороны местного населения.

Однако, эти же сведения могли вдохновлять отдельных людей на помощь евреям, показывали им, что они не одиноки в проявлении своих гуманных чувств.

Накануне бегства гитлеровцев, еврейская тема вновь становится одной из центральных. Звучит призыв уходить вместе с оккупантами, ибо оставшихся ожидает месть жидо-большевиков.

Таким образом, периодическая печать на оккупированной территории не только информировала население об антиеврейских мероприятих властей, насаждала антисемитизм и расовую теорию нацистов, но и влияла на ту часть населения, которая отказывалась помочь своим соседям-евреям, а подчас и сотрудничала с оккупантами в их преследованиях евреев.

1.4. Местное население и Холокост

Холокост на территории СССР невозможно понять и оценить вне контекста нацистской оккупационной политики применительно к другим народам Советского Союза. На оккупированной советской территории оказалось огромное количество населения - около 80 миллионов человек. В подавляющем большинстве это были представители славянских народов: русские, украинцы, белорусы. В расовых теориях нацистов славянам отводилась роль полуграмотных рабов, обслуживающих немцев. В случае реализации стратегических планов Гитлера о мировом господстве и обеспечении "жизненного пространства" для немцев большая часть славян подлежала поэтапному уничтожению. В общих чертах судьба славянских народов была предрешена в Генеральном плане "ОСТ" (далее - ГПО), подготовленном в 1940г. и подвергавшемся доработке после нападения на СССР в гг.14 Этим планом предусматривалось не только уничтожение советского государства, но и невозможность для его народов образования самостоятельной государственности. Предполагалось истребить 30 миллионов русских и выселить в Западную Сибирь 65% населения Западной Украины, 75% населения Белоруссии, значительную часть населения Прибалтики. На освободившиеся земли предполагалось переселить 10 миллионов немцев. Еще до принятия этих мер предполагалось уничтожить 5-6 миллионов евреев.15

ГПО создавался примерно в те же сроки, что и планы "Мадагаскар" и "Люблин" ("Ниско"), которые, как известно, не были реализованы. Ход войны неизбежно вносил свои коррективы в подобные планы. Уже в период подготовки к нападению на СССР в "Специальных указаниях ОКВ к директиве №21 (план операции "Барбаросса") от 13 марта 1941г. говорилось:

"...2. Занимаемая в ходе военных действий русская территория должна быть, как только позволит обстановка, разделена согласно специальным указаниям на отдельные государства с самостоятельными правительствами".16

И хотя и эти планы не были реализованы, они обнадеживали определенные национальные круги в Украине и Прибалтике, которые активно поддержали вторжение гитлеровцев и истребление евреев.

Расистские воззрения нацистов и их теоретические постулаты пришли в противоречие с задачами жизнеобеспечения Рейха дешевой рабочей силой в условиях затянувшейся войны. Как уже отмечалось в предыдущем разделе, нацистская пропаганда на оккупированной территории всячески обходила вопрос о будущей судьбе славянских народов, постоянно подчеркивая, что она не имеет ничего общего с судьбой евреев. Показательно, что все публичные выступления Гитлера в 1942г. содержали прямые угрозы физического истребления евреев, но не касались славян.

Польский исследователь Ч. Мадайчик, поставивший вопрос о связи ГПО с "окончательным решением" еврейского вопроса, делает следующие выводы. Он отмечает, что судьба нееврейского населения всегда решалась нацистами с учетом хода войны. На реализацию своих планов применительно к ним нацисты отводили 20-30 лет. Планы эти могли варьироваться. Евреям же была уготована иная судьба. Их уничтожение началось сразу же после оккупации советской территории и не прекращалось практически до конца войны, даже тогда, когда это противоречило стратегическим интересам нацистов.17

Невозможность в короткие сроки решить "славянский вопрос" не означала отказа нацистов от основных постулатов "тотальной войны". Декларируя освобождение от "жидо-большевизма", оккупанты лишали все советское население основных политических, юридических и социальных прав.

Оккупационный режим на советской территории отличался особой жестокостью и массовыми расправами. Был введен строгий учет и проведена регистрация всего населения; ограничивалась свобода передвижения между населенными пунктами; вводился и строго соблюдался комендантский час.

Никаких законов, которые бы ограждали мирных жителей от произвола оккупантов и их пособников, не существовало. 23 августа 1941г. А. Розенберг издал указ о вынесении специальными судами приговоров о смертной казни лицам, не повинующимся властям. Местные жители в возрасте 18-50 лет должны были в обязательном порядке отбывать трудовую повинность. Рабочий день достигал 14-16 часов в сутки. Повсеместно были установлены штрафы, телесные наказания, натуральные и денежные налоги. Была ликвидирована система среднего и высшего образования. С 1942г. начинается принудительный угон миллионов молодых людей на работу в Германию.

Рост подпольного и партизанского движения по мере успехов Красной Армии в ходе войны неизбежно вел к массовому террору. Около 7 миллионов мирных советских граждан были физически уничтожены гитлеровцами.18 Отметим, что почти 3 миллиона из них были евреями.

Для борьбы с любыми формами сопротивления повсеместно применялась практика устрашения и внесудебного террора. Нееврейское население уничтожалось в качестве заложников, советских, партийных и комсомольских активистов; за нарушение любых приказов оккупационных властей; оказание словесного или физического неповиновения.

Смертная казнь (в том числе - публичная, через повешение на центральных площадях или у городских рынков) была основным методом наказания. Она применялась за нарушение комендантского часа, укрывательство советских военнослужащих, партизан и евреев, за хранение листовок и прослушивание передач советского радио и даже за загрязнение дорог.

С весны 1942г. массовые карательные операции проводятся на территории Украины и Белоруссии в так называемых партизанских зонах. Именно там была уничтожена основная часть мирных жителей-неевреев. Нацисты применяли самые зверские способы убийства, включая массовое сожжение населенных пунктов вместе со всеми их жителями. На оккупированной территории СССР нацисты и их пособники повсеместно уничтожали цыганское население.

До настоящего времени мало изучена роль церквей на оккупированной советской территории, прежде всего деятельность представителей русской православной церкви.19 Неизвестно о каких-либо заявлениях или действиях ее руководителей на оккупированной территории в связи с Холокостом. Как известно, глава Русской православной церкви в Москве, патриарх Сергий, уже в первые дни войны призвал верующих к борьбе с нацистами. В то же время, Митрополит Берлинский Серафим, глава Восточной православной церкви, занимал антисоветскую и прогерманскую позицию. Известно, что ряд православных священников и члены их семей с риском для жизни помогали евреям: прятали их, выдавали фальшивые документы о крещении, и даже отдавали свои личные документы( так поступила жена о. Алексея Глаголева из Киева). Многие католические священники на территории Западной Белоруссии помогали евреям, прежде всего прятали детей. Ксендз из Бреста помог выехать во Францию жене заместителя начальника местного НКВД и ее дочери.20

Руководители католической церкви Литвы отказались помогать евреям. Особую позицию занимал глава Греко-католической церкви на Украине митрополит А. Шептицкий, который приветствовал вступление нацистской армии во Львов, но затем активно выступал против уничтожения евреев. В 1942г. он не только писал главе СС Гиммлеру о необходимости исключить участие украинцев в акциях уничтожения и обращался за поддержкой к Папе Римскому, но и лично участвовал в спасении евреев Львова.21 В тоже время, руководство Украинской Автокефальной церкви было настроено крайне антисемитски. В воскресной проповеди в храме Ковеля в мае 1942г. говорилось: "Когда последний еврей исчезнет с лица земли, мы выиграем войну". Месяц спустя глава этой церкви Иван Губа благословил отряд украинской полиции перед уничтожением нескольких тысяч евреев Ковеля.22

Попытки отдельных священников спасать евреев, выдавая им свидетельство о крещении, пресекались властями. 29 октября 1941г. оккупационными властями был разослан циркуляр, который обязывал священников отказывать евреям в крещении.23