Тема 9. Диалектика (стр. 12 )

В обществе необходимость выражается, прежде всего, в таких крупных, глобальных процессах, как смена основных общественно-экономических формаций. Движение от первобытного общества к постиндустриальному происходило с необходимостью, хотя его темпы, национальные особенности проявления и тем более конкретные исторические события, несомненно, случайны. Обмен товарами первоначально был случайным для общества и происходил эпизодически. По мере развития экономики товарообмен становился необходимостью — современное общество без него уже невозможно.

Сложное соотношение необходимости и случайности проявляется в истории познания. С одной стороны, крупнейшие открытия в истории науки непредсказуемы и часто выглядят как случайности. Так, Д. И. Менделеев увидел во сне наиболее правильный вариант периодической системы. Беккерель открыл радиоактивность потому, что радиоактивное вещество случайно положили рядом с фотографической пластинкой, и т. п. Любая изобретательская деятельность включает в себя элемент случайности, однако за ней стоит более глубокая необходимость и закономерность. Ф. Энгельс писал по этому поводу, что если у общества появляется новая практическая потребность, она продвигает научные исследования вперед лучше, чем десяток университетов. В эпоху промышленной революции буржуазное общество требовало крупных изменений в технике, и они появились. К тому же любое открытие или изобретение возможно только тогда, когда наука и техника достигли достаточного уровня развития. Паровая машина не могла быть «случайно» создана в Древнем Египте, а ядерный реактор — во Франции времен Наполеона. После того, как открытие действительно совершается, обычно оказывается, что случайны только конкретное время и место, где и когда оно сделано, и личность ученого. Чаще всего к новой идее подходят одновременно несколько специалистов или научных коллективов. Так, в ХVI веке в нескольких европейских странах независимо друг от друга было изобретено книгопечатание. Изобретение и усовершенствование радио — результат работы русского физика А. С. Попова, итальянца Г. Маркони и американца Теслы. В 1865 году. Иоганн Грегор Мендель в работе «Опыты над растительными гибридами» описал основные законы наследственности и, по существу, создал новую науку — генетику. Статья осталась незамеченной учеными и непонятой современниками. Однако развитие биологической науки происходило с необходимостью, которую не могли отменить никакие случайности, неудачи и недоразумения. В 1900 году законы генетики независимо от Менделя и друг от друга заново открыли Карл Корренс, Эрик Чермак и Гуго де Фриз. Эти исторические примеры показывают, что за всеми случайностями (которых в истории науки было много) просматривается более глубокая тенденция — необходимость развития познания, которая в конечном счете не зависит от этих случайностей и личности отдельных ученых.

В применении к обществу отношение необходимости и случайности раскрывается также через сопоставление свободы и необходимости. Человеческие действия не просто случайны, как природные явления, — в них проявляется свобода выбора, принятия решений. Вопрос о свободе воли обсуждали еще Демокрит и Эпикур, средневековые схоласты, а в ХХ веке — экзистенциалисты. Экзистенциализм подошел к проблеме свободы воли по-своему. Раньше ее считали безусловным благом для человека (не случайно самое распространенное уголовное наказание так и называется «лишение свободы»). В экзистенциализме свобода рассматривается, наоборот, как тяжелое бремя, лежащее на человеке всегда: человек (хочет он или нет) вынужден постоянно делать выбор, совершать те или иные поступки и нести ответственность за их последствия. Не делать выбора, отказаться от него невозможно — любой поступок, включая бездействие, уже является результатом свободного решения и выбора. В марксизме с момента его создания подчеркивалась социальная природа человека, его связь с обществом, с другими людьми. Абсолютная свобода невозможна — человек всегда зависит от своего социального окружения, данного ему воспитания, комплекса знаний, уровня развития культуры и техники, достигнутых в том обществе, в котором он живет. Отсюда известное марксистское определение: свобода есть осознанная необходимость. Человек становится свободным благодаря пониманию объективной необходимости (в самом абстрактном смысле — законов природы и общества). Это осознание необходимости дает возможность опираться на нее в практической деятельности.

Подводя итог, можно сказать, что категории необходимости и случайности описывают механизмы детерминации процесса развития. Законы развития действуют с необходимостью, но они как бы оставляют место для случайных явлений, которые заранее не предопределены. В крупномасштабных, глобальных процессах (например, развитие от физической формы материи к социальной, смена общественно-экономических формаций) преобладает необходимость. Но в локальных, более ограниченных масштабах (например, в отдельных конкретных событиях) необходимость проявляется через огромный набор случайностей. Точное предсказание отдельных случайных событий ни в природе, ни в обществе невозможно.

Явление и сущность. Явление можно определить как внешнюю, а сущность — как скрытую, глубинную, внутреннюю сторону действительности. Сущность — это наиболее важное, основное, необходимое в вещи или процессе. Это внутреннее и необходимое содержание как бы скрыто за явлением. Явление — внешнее выражение сущности, ее обнаружение.

Обнаружение в реальной действительности таких уровней, или пластов, как сущность и явление, стало возможным только на довольно высоком уровне развития познания. В античной культуре различие сущности и явления первоначально вообще оставалось незамеченным. Так, ранние греческие философы придерживались концепции наивного реализма: они считали, что мир таков, каким мы воспринимаем его с помощью органов чувств. Позже Платон пришел к выводу, что сущности вещей могут быть отделены от них и существовать в мире идей — с этого учения, как известно, начинается идеалистическая линия в философии. Скептики предположили, что сущности вещей для человека непознаваемы: мы не можем отделить правильные мнения от заблуждений. В ХVIII веке классик агностицизма И. Кант попытался доказать, что сущность окружающей действительности в принципе непостижима для человека: мы можем знать только мир явлений. В философии Гегеля проводится противоположная мысль: сущность и явление глубоко связаны между собой, сущность всегда находит выражение в мире явлений и доступна человеческому познанию.

В естествознании и материалистической философии проблема взаимосвязи явления и сущности тоже стала понятна не сразу. Гелиоцентрическая система Коперника заставила ученых пересмотреть старую точку зрения на природу: раньше считалось, что вещи таковы, какими они нам кажутся. Астрономические расчеты Коперника показали, что вращение Солнца вокруг Земли — только видимость, кажимость, искажающая реальное положение. Эффект кажимости — это то искажение, которому сущность может подвергаться на уровне явления. Таким образом, в эпоху Возрождения ученые поняли, что научные исследования должны преодолевать этот самый эффект кажимости, раскрывать сущность, скрытую за явлениями. Позже, в ХIХ веке, К. Маркс писал, что если бы явление и сущность совпадали, всякая наука была бы излишней.

Эффект кажимости постоянно возникает в науке и в практической деятельности человека. Кажется, что Солнце вращается вокруг Земли. Кажется, что тяжелые тела из-за большей массы должны падать на землю быстрее легких (эту иллюзию в свое время разоблачил Г. Галилей). Кажется, что хищник вредит травоядным животным, которых он поедает (на самом деле биологи обнаружили, что он регулирует численность травоядных и поэтому полезен для биологического вида в целом). Кажется, что при капитализме рабочий получает зарплату за свой труд, но К. Маркс показал, что это иллюзия. Рабочему оплачивается только стоимость его рабочей силы, а разница между нею и зарплатой присваивается капиталистом в виде прибавочной стоимости. Кажется, что ужесточение наказаний должно привести к уменьшению количества совершаемых преступлений, но юристам известно, что так происходит далеко не всегда. Во всех подобных случаях наука помогает раскрыть за явлением сущность — более глубокий, чем явления, пласт закономерностей, не заметный без специальных исследований.

Познание и практическое освоение мира движется от явления к сущности, затем от сущности первого порядка к сущности второго порядка и так далее. Движение познания во все более глубокие пласты сущности можно проследить на примерах из физики, биологии, экономики, психологии и любой другой науки.

В процессе развития сущность остается более устойчивой, а явление — изменчиво и текуче. В то же время диалектика показывает, что в процессе развития сущность тоже изменяется и усложняется. Ни в природе, ни в обществе процесс развития не может идти, так сказать, только по поверхности — он затрагивает глубокие сущностные характеристики вещей.

Форма и содержание. Содержание — это элементы, компоненты, из которых состоит вещь. Форма — совокупность связей между элементами, организация или структура вещи. Вещь, рассмотренная как единство элементов и структуры, называется системой. Так, содержание атома — составляющие его элементарные частицы, а его форма, или структура, — те связи, которые устанавливаются между этими частицами. Содержание способа производства материальных благ — люди и средства производства (например, техника), форма — производственные отношения, которые складываются между людьми в процессе труда. Есть содержание научной теории (ее основные положения) и форма ее изложения — например, специальный математический аппарат, логически последовательная система рассуждений и приемы структурирования материала.