Тема 15. Российская империя в эпоху реформ второй половины XIX в (стр. 3 )

Тем не менее, волнения были. Недостаток грамотности в сельском обществе человека умудренного в этом, производил в авторитет. Его слушали и внимали его словам, что являлось одной из причин появлений не только крестьянских вариантов Манифеста, но и самих «пророков». В селе Бездне Пензенской губернии один из них некто, Антон Петров, доискался истинной свободы, довольно вольно толкуя строки Манифеста. Агитируя не ходить на барщину, он предлагал ещё, опять же от имени царя, преследовать помещиков. Проповеди закончились трагедией.

Всего за 1861 год по сведениям III Отделения произошло 1176 волнений различной серьезности на всю империю. Причины, по мнению полиции, заключались в опасении крестьян вновь подвергнуться крепостной зависимости и в ожидании нового положения и дарового надела земли.

Недовольство крестьян исходило еще и оттого, что они вдруг стали предоставлены сами себе в личном плане, прикреплены к земле в силу закона до момента выкупа. Их уже не опекал помещик в общении с государством, а также никто теперь не был ответственен за экономическое состояние крестьянина, кроме него самого. Растерянность крестьянина выливалась в недовольство ещё и потому, что купленные им земли (вдобавок к наделу) не улучшали состояния крестьянина, а, наоборот, его ухудшали, вследствие увеличения налогов и роста выкупных платежей. Хозяйствование патриархальными методами не улучшало эффективности, как замечали многие ученые-аграрии того времени (, , ). А новшества вводились весьма неохотно. Кроме того, большая крестьянская семья начала дробиться, что тоже не давало прибыли крестьянскому хозяйству в первые пореформенные годы. Как только помещик и чиновник утратили власть над личностью крестьян, те стремились поделить своё общее имущество и жить отдельными дворами. С точки зрения производительности сельского хозяйства, этот шаг следует считать регрессивным. Крестьяне никак не хотели жить под одной крышей с родителями и роднёй и работать с ними. Власть большака сходила на нет, и вместе с ней ослабевал один из важных стабилизирующих факторов деревенской жизни.

Текст Манифеста можно рассматривать и понимать по-разному, хоть закон от этого «добрей или злей» не станет. У крестьян были толкователи, а в среде общественной оппозиции были разъяснители, старавшиеся в своих целях уменьшить значение реформы, «расшевелить народ», как говорилось в одной из прокламаций, в известной степени - спровоцировать его на бунт. Самое, пожалуй, известное «разъяснение» принадлежит Н. Огарёву, в котором он заявляет, что «крепостное право не отменено», что все правительственные пояснения – ложь, ибо «государь в сущности не хочет никакого освобождения». Освобождение должно совершиться «помимо и вопреки правительству», то есть, с точки зрения Огарёва, с низов, революционным путём.

В среде интеллигенции появились различные прокламации, преследующие ту же цель – свержение монархии «справедливости ради». Итак, Манифест об освобождении крестьян для демократов ступень прозрения народа, который ну никак не хотел отходить от своих монархических традиций.

Реформаторская деятельность правительства послужила причиной размежевания общественного движения. Либеральная оппозиция . Если с момента опубликования Положения об отмене крепостного права у некоторых славянофилов было ощущение полнейшей общественной дезорганизации, то по мере прохождения реформы они стали обнаруживать в ней положительные элементы. В начале 60-х рупором идей славянофилов становится газета «День» . «Чувство материального благосостояния начинает складываться в нашем народе», – писала газета. Быт крестьян улучшился настолько, насколько ухудшилось положение помещика». В «Дне» печатались такие сторонники Аксакова, как , . Во многом их позиции были не схожи, однако конструктивность, а не стремление разрушать, приводила их к единству. отличала большая уверенность в благополучном завершении крестьянской реформы. Два года составления уставных грамот было достаточным сроком, по его мнению, для перепрофилирования мыслей помещика направленных на свободный труд и для осознания крестьянами правильности постепенного улучшения их быта. Помещики, стремившиеся получить выкуп срочно, – это люди, не имеющие ничего, кроме барской лени.

Славянофилы вскрыли, пожалуй, один из самых сильных недостатков реформы – несовершенство изложения многих ее положений. Самарин объяснял это трудностью, стоявшей перед авторами: «писать одновременно для двух малолетних ребят – для безграмотного народа и для полуграмотного Государственного Совета». Тем не менее славянофилы были уверены, что Россия благополучно миновала «порыв крестьянского вопроса». Смущало только одно обстоятельство. По мнению , реформа проделала брешь в стене крепостного права, но брешь эта – возможность выхода крестьян за пределы стены и явное влезание с другой стороны через эту стену государственной бюрократии, доселе непроникающей в крестьянскую среду.

Это таило в себе разрушение крестьянского традиционного уклада общины, в укреплении которой славянофилы видели будущее Империи.

Несмотря на разные позиции общественности было очевидно, что реформа предотвратила массовые крестьянские восстания за «землю и волю», к чему призывали радикалы (Н. Чернышевский, П. Заичневский) и что привело бы к постепенному разрушению государства.

Поскольку реформа 1861 г. была результатом компромисса разнородных интересов трех субъектов: государства, частных владельцев и крестьян, то многие ее положения были обречены на критику и даже на явное неприятие. Однако средний путь, выбранный реформаторами был близок к оптимальному. А с точки зрения государственной казны – еще и выгодным. Деньги, поступающие от крестьян, давали резкий толчок развитию промышленности и железнодорожному строительству.

Вся передача земли крестьянам была неосуществима без разрушения государства. Лишить помещиков земли означало уничтожить основы дворянства, представители которого на то время были более подготовлены к управлению государством, нежели выходцы из других социальных групп.

Вынужденное прикрепление крестьян к земле (они не могли после 19 февраля 1861 г. уйти сразу из деревни) исходило из осторожности государства, полагавшего, что русский крестьянин склонен бросить землю и отправиться бродить по стране в поисках более легкой и доходной работы. Оно опасалось, что бесконтрольное массовое движение станет общественным потрясением и приведет к экономическому спаду сельского хозяйства. Да и налоги будет собирать весьма затруднительно. Помещикам же предоставлялось время определиться: хотят ли они продолжать деятельность на сельской ниве путем вольного труда или же промотать оставшиеся имения, что было не таким уж и малораспространённым явлением.

Во второй половине XIX в. благодаря притоку новой рабочей силы в города получила дополнительный импульс промышленность.

Забегая вперед, нельзя не сказать о последовавшем демографическом взрыве. Население империи в 90-е гг. по сравнению с 1858 г. возросло вдвое - до 125 млн. человек к концу века, а, как говорил , «народонаселение – численное доказательство прогресса нашего времени по сравнению с прошлыми веками».

«Буржуазные реформы»: судебная,
военная, земская…

Крестьянская реформа вызвала движение в реформенном процессе Российской империи. Завершённая в 1864 г. судебная реформа являлась по общему признанию наиболее успешной из всех реформ и единственной, которая дожила до конца Империи без существенных дополнений или оговорок.

После 1864 г. все виды преступлений, включая политические, сделались подсудными обычным судам; судебные заседания стали открытыми, а их материалы должны были публиковаться в официальном «Правительственном Вестнике».

Работа над Судебными уставами началась сразу после отмены крепостного состояния и была обусловлена новым состоянием крестьян. Ранее настоящими судьями для них были только помещики.

По положениям данной реформы судебная власть отделялась от законодательной и исполнительной, судьи стали несменяемыми и обрели независимость. На открытых разбирательствах существовали гласность и состязательность сторон, то есть государственный обвинитель (прокурор) на равных противостоял независимому защитнику (адвокату) обвиняемого.

Важные дела рассматривались судом присяжных. Сами присяжные выбирались из дворян, горожан и крестьян, тем самым был определен несословный принцип суда. Присяжные определяли виновность или непричастность к преступлению, а судья вел заседание и подыскивал меру пресечения. Решения судов могли быть обжалованы и в виде апелляций подавались в высшую судебную инстанцию Империи – Сенат.

Для менее значительных дел: гражданские тяжбы, незначительные правонарушения и т. д. – мировой суд в уезде. Для того чтобы быть мировым судьёй и выше, необходимо было иметь соответствующее образование и опыт работы. Тем самым должны были предотвращаться различного рода непрофессиональные упущения.

Судебная реформа создавала реальные условия для формирования правового сознания, что у большинства населения существовало в зачатке, да и то вперемешку с традициями, поверьями и религиозным воспитанием. Отсутствие правосознания могло привести к необратимым последствиям в развитии государства (отчасти это в дальнейшем и произошло), чисто эмоциональным подходам к решению проблем, чем пользовались многие, призывавшие Русь к топору.

При Министерстве внутренних дел под председательством в 1859 г. создана комиссия для разработки закона «О хозяйственно - распорядительском управлении в уезде». Заранее предусматривалось, чтобы вновь создаваемые органы местного управления не выходили за рамки вопросов местного значения. Через год Милютин предоставил Александру II записку о «временных правилах» управления на местах. В дальнейшем ход реформ вообще несколько расширил амплитуду будущего закона. Так родился проект Земской реформы. 1 января 1864 г. «Положение о губернских земских учреждениях» получило силу. Оно вело Россию к представительным органам, пока, правда, на местном уровне, но, безусловно, было попыткой бороться с чиновничьим произволом или, иначе, – с бюрократией, которая в Империи казалась непобедимой.