Фельдмаршал Барклай и генерал Багратион (стр. 3 )

А потом был Аустерлиц по диспозиции австрийского генерала Веройтера. На ее слушание Багратион не явился, Кутузов спал, а Ермолов говорил, что ничего не понял, кроме того, что завтра – атака. (Грибанов, стр. 96). Багратион, ознакомившись с диспозицией позже, сказал: "Мы проиграем сражение". (Грибанов, стр. 96). Что, впрочем, и произошло. Но и у этого сражения были свои герои, и среди них Багратион. Но все были шокированы. Даже вдовствующая императрица Мария Федоровна упрекала Александра I (Грибанов, стр. 98), а в газетах Аустерлиц появился лишь вскользь. Кутузов написал две реляции, одну – для широкой публики, другую для императора. Многие военачальники поплатились чинами и званиями за Аустерлиц. Но Багратиона называли в числе героев.

В русской армии начались преобразования. Возрос авторитет офицеров суворовской армии. А егерский батальон Багратиона был развернут в полк, вошел в состав дивизии, которой командовал Константин Павлович. Среди личных встреч Багратион встречался с Денисом Давыдовым и помог ему попасть в действующую армию, не смотря на опалу императора.

В 1806-1807 гг. отношения с Францией накалились, боялись вторжения Наполеона, выслали многих эмигрантов, но в Петербурге было немало французов, мечтавших о свержении Наполеона. В декабре 1806 года Багратион был назначен начальником авангарда русской армии. С собой он мог взять несколько офицеров по выбору. Так Давыдов стал адъютантом Багратиона. (Место, надо сказать, заведомо рискованное – Багратион очень любил лезть под пули).

Это была по счету четвертая коалиция против Наполеона. Пруссия была им разгромлена, а вместе с ней и военная система, которую так любили и Павел I и Александр I. Наполеон двинул свои войска навстречу русским, а генералы двух корпусов, Буксгевден и Беннигсен не переваривали друг друга, не хотели друг другу подчиняться, а назначенный фельдмаршал Каменский скоростно попросился в отставку по причине старости. Беннигсен одержал рядовую победу над французами, преувеличил ее значение, после чего его стали звать победителем Бонапарта и назначили главнокомандующим. Под его командованием оказался и Багратион, не веря в своего полководца. О Петре Ивановиче в то время Денис Давыдов писал так: " Я во время военных действий не видел его иначе, как одетым днем и ночью. Сон его был весьма коротким – три, много четыре часа в сутки и то с пробудкой, ибо каждый приезжий должен будить его, если привезенные известия того стоили. В то время одежда его была сюртук мундирный со звездой Георгия 2-го класса, бурка на плечах и на бедре шпага, которую он носил в Италии при Суворове, на голове картуз из серой смушки и в руках нагайка" (Грибанов, стр. 119).

А о главной квартире генерала Беннигсена Давыдов же писал: "… англичане, шведы, пруссаки, русские военные и гражданские чиновники, тунеядцы и интриганы - словом это был рынок политических и военных спекулянтов, обанкрутившихся в своих надеждах, планах и замыслах" (Грибанов, стр. 118). В компании 1807 года Багратион вновь проявил все таланты полководца. Руководил арьергардными боями. Вскоре, 27 января 1807 года состоялось сражение под Прейсиш-Эйлау, первое серьезное сражение, в котором французам не дали выиграть. Но Беннигсен вновь преувеличил заслуги, и в столице возникло недоумение после последовавшего за этим отхода русских войск. Тогда главнокомандующий направил в Петербург Багратиона. Вскоре он вернулся в армию вместе со своим полком. Несколько удачных боев в авангарде, вновь защита в арьергарде, после неудачи русских войск в целом. Армия отступила к Фридланду, с треском проиграла битву и ушла за Неман. Но Багратион отличился и здесь – более 16 часов не выходил из боя. Беннигсен был заменен на не более талантливого Буксгевдена, и война шла к позорному концу. А Багратион слал письма в Петербург…

После заключения мира Петр Иванович занялся делами своего полка. Но началась война со Швецией.

В конце 1808 года полку Багратиона было приказано готовиться к походу. Оставив все хозяйственные заботы генералу Сен-При, командиру полка, генерал-майор сам выехал к театру военных действий. Командовал там дивизией. Бои шли в тяжелых условиях, была суровая зима. Тем не менее, дивизия прошла 200 км за 8 дней. Багратион хотел продолжать преследование шведов, стремясь уничтожить живую силу противника, но ему не дали, настаивая на захвате крепостей и территорий. Вновь газеты пестрели сообщениями о Багратионе. Он постоянно упоминается в журнале Буксгевдена и в его рапортах в Петербург. Командовал обороной западного побережья Финляндии. Но успехи опять же оказались меньше, чем думали в Петербурге. В армии было создано три корпуса, под командованием Багратиона, Шувалова и Барклая-де-Толли. Далее Грибанов пишет, что принятый план дальнейших действий был тяжел из-за пурги и непрочного льда на Ботническом заливе, который было велено пересечь. Барклай и Шувалов выступали против плана, говоря, что идти сейчас – значит погибнуть. И только Багратион сказал: "Прикажете - пойдем". У Багратиона было за спиной немало рискованных действий, особенно в арьергарде, но он продолжил свою политику и в авангарде. На этот раз ему повезло. Его 17-тысячный корпус пересек Ботнический залив. Вообще вся эта компания для Багратиона и для русских войск в целом была удачной. Петр Иванович был произведен в генералы от инфантерии.

В июле 1809 Александр отправил Багратиона в Молдавскую армию: "Признавая нужным нахождение ваше в Молдавской армии, повелеваю вам по получении сего отправиться к оной и явиться там к главнокомандующему генералу-фельдмаршалу князю Прозоровскому, от коего и ждать дальнейшего вам назначения" (Багратион, стр. 59). Такое чувство, будто императору просто хотелось услать Багратиона подальше, и явно не без того.

25 июля 1809 года Багратион прибыл в распоряжение главнокомандующего Молдавской армией Прозоровского. Тот был болен и стар, но должность оставлять не хотел, так что Багратиона определили начальником главного корпуса армии. Вот текст приказа: "Сего числа явился ко мне господин генерал от инфантерии и кавалер князь Багратион с объявлением его императорского высочайшего соизволения о последовавшем ему монаршем его величества повелении явиться ко мне и быть в армии, мной предводимой. Я определяю его начальствовать главным корпусом армии … а ему господину генералу от инфантерии князю Багратиону находиться при гаубт-квартире в рассуждении старости моих лет, а теперь и слабости моего здоровья, от которой я движимого исполнения делать не в состоянии, почему и могу употреблять его в надобных случаях для осмотров и прочего" (Багратион, стр. 60). Далее следует императорский рескрипт со следующим текстом "По уважению тяжкой болезни, одержавшей генерал фельдмаршала князя Прозоровского и по изображенной им невозможности продолжать командование армиею, уволив его до поправления сил его от сего командования, признал я за благополучное поручить оное вам … В правилах сих найдете вы, что поспешный переход за Дунай признан необходимым. Вам известно, сколь по настоящим обстоятельствам каждая минута драгоценна. Я ожидаю и в скором времени надеюсь получить от вас из-за Дуная донесение" (Багратион, стр. 60).

9 августа 1809 Прозоровский умер, и его место занял Багратион. Дела были в запутанном положении, не хватало еды, фуража. Планов ведения кампании Багратион не нашел. Но в его приказе, извещающем о смерти главнокомандующего и вступлении в должность, он высказывается о Прозоровском очень лестно, как того и требовала ситуация, но позже писал к Аракчееву "ежели бы умирать старику фельдмаршалу, лучше бы он умер три месяца прежде" (Багратион, стр. 83). Пошли бои, победы, захваты крепостей. Была устранена угроза нашествия турков на Валахию, облегчено положение Сербии. После этого Багратион хотел отвести войска за Дунай и закончить войну, но Александр был против, как и видно из его рескрипта (см. выше). Единственный способ закончить действия – разбить турок – был невозможен из-за бедственного положения армии. Далее следуют многочисленные рапорты царю – о капитуляции турецкой крепости Манчин, о взятии турецкой крепости Гирсово, о сражении при Кюстенджи, о движении к Рассевату, о победе при Рассевате, о движении войск к Силистрии, о взятии Измаила. Наконец-то, царь разрешил отвод войск, но очень неохотно: "Описываемые ваши затруднении и невозможности в расположении и действии вверенной вам армии за Дунаем в нынешнее время заставляют меня дозволить вам поступить по плану вашему, оставаясь в надежде и уверении, что вы не упустите перейти Дунай и действовать армиею с наступлением весны, как возможно ранее, что становится в рассуждении политических обстоятельств час от часу необходимее" (Багратион, стр. 98).

Багратион старался дружить с сербами, болгарами и валахами, давал военачальникам такие предписания "Дабы вы … отдали строжайший приказ войскам … с болгарами, на правой стороне Дуная живущими, обходились братски и дружелюбно, ничего не исключая и самомалейшей вещи насильственным образом не брали и не требовали … и словом никаких обид и притеснений не чинили" (Багратион, стр. 102),но многие в русской армии были им недовольны, на него слали доносы, царь был только этому рад и прислал в армию Трубецкого для расследования. Среди прочих в армии Багратиона был Милорадович, был весел, устраивал в Бухаресте пиры, заводил романы. Багратион добился, чтоб того отозвали в Петербург, но и положение Петра Ивановича было неустойчивым. Говорили, что он слишком мягок. В феврале 1810 Багратиона отстранили от командования армией, план его кампании похоронили. Отпуск его, планированный на два месяца, затянулся намного дольше.

Глава III. Продвижение по службе.

Данные по Барклаю взяты из Балязина, по Багратиону – из «Багратиона»

Звание	Багратион	Полки и батальоны Багратиона	Барклай-де-Толли	Полки и батальоны Барклая
Прапорщик	В промежутке 1782-1788 гг.	Служил в Кавказском Мушкетерском полку
Подпоручик или корнет	В промежутке 1782-1788 гг.	Там же	1778 год	Служил в Псковском карабинерном полку
Поручик			1786 год	Там же, потом переведен в Финляндский егерный корпус адъютантом графа Ангальта.
Капитан	1788 год	Там же, на осаде Очакова.	13 января 1788 года	Адъютант генерал-лейтенанта Ангальт-Бенбургского
Секунд-майор	28 июня 1792 года	Служил в Киевском конно-егерском полку	6 декабря 1788 года	На осаде Очакова
Премьер-майор	26 ноября 1793 года	Там же, но 4 мая 1794 переведен в Софийский карабинерный полк	Апрель 1790 года	Переведен в Санкт-Петербургский гренадерский полк
Подполковник	15 октября 1794 года	Там же	1794 год	Командир 1-го батальона Эстляндского егерского корпуса
Полковник	13 февраля 1798 года	«В бывшем егерском имяни его полку»	Между 1794 и 1801	Там же
Генерал-майор	4 февраля 1799 года	Там же	Между 1794 и 1801	Там же
Генерал-лейтенант	8 ноября 1805 года	Там же	1807 год	Командир 6-ой дивизии
Генерал от инфантерии	20 марта 1809 года	С 1 июля 1809 – Молдавская армия, с 7 августа 1811 – главнокомандующий Подольской армией, с 16 марта 1812 – главнокомандующий Второю Западною армиею.	20 марта 1809 года	Главнокомандующий русскими войсками в Финляндии, с 1810 – военный министр.

Служба Барклая началась несколькими годами раньше, но чины он получал примерно вровень с Багратионом. Дело, видимо, еще в том, что Барклай не сразу вступил в военные настоящие действия. В общем, они шли вровень, а звание генерала от инфантерии и вовсе получили в один день и за одно и то же дело.