Эстонские общества и организации в Петербурге в ХIХ – первые годы ХХ в. и их культурно-просветительная деятельность* (стр. 5 )

Общество ремесленников проводило и обычные для всех петербургских обществ вечера с разнообразной программой. У общества была своя библиотека. Деятельность общества долго сдерживало отсутствие своего достаточно вместительного помещения. Лишь в августе 1903 г. оно сняло по инициативе С. Парми большую квартиру на Серпуховской ул. 38. Если верить М. Людигу, аренда ее стоила 7 000 р. в год, и общество стало испытывать финансовые трудности. Из него стали уходить хористы, вскоре оно лишилось своего помещения[74]. Все же общество, пережив кризис, не прекратило своей деятельности. В 1908 г. был принят новый устав общества[75].

В интересующие нас годы Общество ремесленников было довольно многолюдным. В 1903 г. в нем, например, насчитывалось 216 членов[76].

В 1898 г. было основано также С.-Петербургское православное эстонское братство во имя священномученика Исидора Юрьевского. Его устав был утвержден 8 июня 1898 г., торжественное же открытие братства состоялось 29 ноября того же года.

В Петербурге издавна было много православных эстонцев, но длительное время они не имели своего прихода. Лишь в 1894 г. был открыт самостоятельный эстонский приход, настоятелем которого стал Павел (Пауль) Кульбуш, закончивший двумя годами ранее Петербургскую духовную академию со степенью магистра, в будущем видный деятель эстонской православной церкви, первый эстонский епископ Платон, приявший мученическую кончину от рук большевиков и ныне причисленный к лику святых[77]. Богослужение велось вначале в церкви Архангела Михаила в Коломенской части (свое церковное здание было построено в 1903-1907 гг. по проекту архитектора из Эстонии ). Вскоре при церкви было создано двухклассное церковно-приходское училище. Возник церковный хор, регентом которого стал М. Нийт, он много сделал и для переложения православных песнопений на эстонский язык[78].

П. Кульбуш развил энергичную деятельность по объединению православных эстонцев, по оказанию им материальной и духовной помощи. С этой целью по его инициативе в 1898 г. и было создано Исидоровское эстонское православное братство[79]. Фактически он и возглавлял его. Как явствует из печатных отчетов братства[80], оно устраивало по воскресеньям «вечера с речами» на разные темы, прежде всего духовные, но также и научные, исторические и пр. С речами выступали П. Кульбуш, дьякон К. Эльб, учитель К. Пуу, К. Кикаён и др. При братстве был хор (фактически это был церковный хор), имелись библиотека, читальня, где можно было найти русские и эстонские газеты и журналы, книжный склад. Братство оказывало помощь нуждающимся и попавшим в беду православным эстонцам. Для детей ежегодно устраивалась рождественская ёлка с подарками, а летом – поездки за город. Братство помогало и церковно-приходской школе, обеспечивало бедных учеников пропитанием. До строительства своего храма оно занималось и сбором средств на его сооружение. Исидоровское братство поддерживало связи с эстонскими православными приходами в Петербургской губернии, да и в других местах России, оказывало им помощь. Братство, объединявшее и эстонцев и русских, было весьма многочисленным: в 1900 г. в нем насчитывалось 409 членов (в это число входят и так называемые «пожизненные члены», нечто вроде почетных членов).

Деятельность братства успешно продолжалась вплоть до 1918 г.

В апреле 1900 г. Министерство внутренних дел утвердило устав С.-Петербургского эстонского атлетического общества «Калев» (подготовка к его созданию началась еще в 1899 г.). В организации этого первого в столице эстонского спортивного общества принимали самое активное участие Юлиус Симпманн-Вамбола (он стал и первым председателем общества) и «отец эстонской тяжелой атлетики», знаменитый борец и силач Густав Бёсберг (с 1904 г. он возглавил объединение)[81]. Это общество объединяло петербургских эстонцев, интересовавшихся гиревым спортом, борьбой, вообще развитием своей физической силы. Оно просуществовало едва ли не до 1920 г., знавало и периоды подъема, и периоды упадка.

В конце 1890-х – первые годы нового столетия театральные силы петербургских эстонцев – а они были немалыми – оказались распыленными, «рассредоточенными» по разным конкурирующим между собой обществам. Драматические труппы, как мы видели, были в Благотворительном и Школьном обществах, в Обществе трезвости «Уставус», в Обществе ремесленников. Актеры часто переходили из одного объединения в другое, некоторые выступали в труппах нескольких обществ. Царившая между обществами конкуренция, не всегда здоровая, способствовала конфликтам и междоусобицам в среде театралов. Нередко на один и тот же вечер назначались театральные представления в разных обществах, в результате некоторые проходили при полупустом зале. В этих условиях возникла потребность в объединении театральных сил, в координации деятельности драматических трупп разных обществ. В 1902 г. руководитель драматического коллектива Общества ремесленников С. Парми выступил с инициативой создания объединенной эстонской театральной труппы. По-видимому, это была некая попытка подготовить создание профессионального эстонского театра в столице Российской империи. 30 августа 1902 г. шестнадцать петербургских эстонских театральных деятелей во главе с С. Парми обратились с ходатайством к властям об утверждении устава С.-Петербургского эстонского кружка любителей сценического искусства. Среди подписавших ходатайство были А. Неллис, А. Вахтер-Леэн, О. Петерсон и др. После длительных проволочек и внесения ряда изменений в устав он был, наконец, утвержден 16 апреля 1903 г. С июля того же года Кружок любителей сценического искусства приступил к работе. Был создан Драматический комитет, состоявший из 6 членов и 3 кандидатов. Он должен был непосредственно заниматься организацией театральных представлений, отбором пьес для постановок, назначением актеров на определенные роли и т. д. Так возникла труппа Эстонского кружка любителей сценического искусства, созданная, в основном, на базе драматического коллектива Общества ремесленников и возглавлявшаяся вплоть до 1908 г. С. Парми. В апреле 1904 г. она поставила «На дне» М. Горького (постановщик – А. Ребане). Между прочим, как показал В. Самойлов, это была первая постановка горьковской пьесы для широкой публики вообще в Петербурге; только осенью того же года состоялись первые публичные представления ее на русской сцене столицы. В сентябре 1904 г. труппой кружка под руководством того же А. Ребане была поставлена знаменитая драма Г. Ибсена «Нора». Нужно однако заметить, что труппа Кружка любителей сценического искусства все же не объединила всех лучших эстонских актеров в столице. Драматические труппы отдельных обществ продолжали функционировать и ставить спектакли[82].

До сих пор у нас главным образом шла речь об эстонских обществах и организациях, действовавших легально, официально разрешенных. Но кроме них существовали и неофициальные кружки; к сожалению, об их деятельности мы знаем очень мало. Самым интересным из них было объединение эстонских студентов, обучавшихся в высших учебных заведениях столицы; позже из него выросло Общество эстонских студентов (собственно, и в интересующий нас период его уже называли именно так).

Первым объединением эстонских студентов в Петербурге был созданный в 1884 г. по инициативе уже нам хорошо знакомого Карла Хеллата (в ту пору студента-юриста в университете) неофициальный «Кружок друзей» («Sõbrade Salgake»). В него вошло 12 студентов, к которым вскоре присоединилось еще шесть, – почти все эстонские студенты, обучавшиеся в ту пору в высших учебных заведениях столицы. Среди них – Юлиус и Александр Мыттусы, Николай Лейсманн (будущий православный епископ), Алексей и Николай Янсоны, Ханс Эрьяпеа (активно выступавший в эстонских театральных коллективах Петербурга), Пауль Кульбуш. Примером для них во многом стали дерптские (тартуские) эстонские студенты, уже организовавшие свое общество. Учредительное собрание кружка состоялось 13 ноября 1884 г. Кружок не был официально зарегистрирован, хотя поначалу и предпринимались попытки добиться разрешения от властей. Девизом его был – «Труд на благо отечества». Кружок стоял на национально-патрио­тических позициях, он стремился укрепить национальное самосознание своих членов и способствовать развитию эстонской культуры. Собрания кружка обычно происходили раз в месяц на квартире кого-либо из членов. На них читались доклады и рефераты, обычно посвященные истории или современному положению Эстонии и эстонцев, эстонской журналистике и литературе. Известно, например, о докладе Т. Вареса об аграрных отношениях в Эстонии, о реферате А. Мыттуса, посвященном путешествию Олеария по Эстляндии в XVII в., и т. д. Особенно часто с докладами выступал К. Хеллат. После чтения реферата пили чай или пиво, пели эстонские песни. Особенно торжественно отмечалась годовщина создания кружка – 13 ноября. В плане политическом кружок стоял на довольно умеренных позициях, радикализм большинства русского студенчества не был характерен для членов объединения. В то же время они отличались и от тартуских эстонских студентов, среди которых господствовали немецкие корпорантские «буршикозные» нравы. В силу этого не удалось установить тесных отношений с тартуским Обществом эстонских студентов, хотя такая попытка и была предпринята в 1886 г. Члены «Кружка друзей» принимали активное участие в деятельности Благотворительного общества, и своему расцвету в 1880-е гг., а затем вновь в начале 1890-х гг. последнее в значительной мере было обязано именно студентам[83].

В 1889 г. деятельность кружка замирает, так как большинство его членов кончают высшие учебные заведения (это были чаще всего либо университет, либо духовная академия) и покидают Петербург, приток же новых студентов из Эстонии из-за репрессивных мер министра народного просвещения сократился. Из старых членов в кружке остаются лишь Х. Эрьяпеа, П. Кульбуш и А. Тепакс. Но в 1890 г. в кружок вступает только ставший студентом университета , и деятельность кружка возобновляется. По-прежнему студенты активно участвуют в работе Благотворительного общества.

К середине 1890-х гг. и Х. Эрьяпеа кончают университет, к тому же у кружка возник конфликт с правлением Благотворительного общества и студенты уходят из него. Вновь на некоторое время – правда, на этот раз короткое – деятельность кружка ослабевает. Но уже с 1896 г. резко возрастает число эстонских студентов в столице. 26 ноября 1897 г. студенты Яан Теэмант, Николай Канн, Вольдемар Лендер, Рудольф Алльманн, Эдуард Сякк и Яан Рейхманн на базе старого кружка создают неофициальное Общество эстонских студентов. Председателем общества избирается Я. Теэмант, в будущем видный эстонский политический и государственный деятель (неоднократно занимал пост Главы государства в независимой Эстонской республике). В 1900 г. в Обществе эстонских студентов было уже около тридцати членов; в него вошли в качестве филистров и бывшие члены «Кружка друзей». Был выработан устав общества и предпринята попытка добиться его утверждения властями, закончившаяся неудачей. До 1906 г. общество действовало по этому уставу, официально никем не утвержденному. уже в 1897 г. сумел привлечь студентов к работе в руководимом им Обществе трезвости «Уставус». Именно оно и стало основным местом общественной и культурной деятельности студентов. Члены Общества эстонских студентов собирались чаще всего один раз в неделю в помещениях «Уставуса», реже – Школьного общества, или на квартире филистра Х. Эрьяпеа. Хотя общество, как и прежний кружок эстонских студентов, стояло на сравнительно умеренных национально-патриотических позициях, в его составе всё чаще появлялись радикально настроенные лица, которых не удовлетворяла умеренная линия большинства. Студенческое объединение каждый год с помощью других эстонских обществ (в первую очередь «Уставуса», но также и Школьного общества) проводило с благотворительной целью большие «репрезентативные» вечера с широкой программой, весь доход с которых шел в пользу бедных студентов. Петербургские эстонцы очень охотно участвовали в этих вечерах и помогали студентам, видя в них будущее нации[84].