Сравнительно-экономический анализ ценности водных биологических ресурсов и минерально-углеводородного сырья на западном побережье Камчатки в связи с проблемами развития региона и обеспечения его энергией (стр. 7 )

В некоторой мере потому, что квотируемое из центра участие камчатских рыбаков в использовании рыбных ресурсов прикамчатских вод составляет не более 30 %. Но, главным образом, потому что управление использованием огромного биологического потенциала этих вод осуществляется крайне неэффективно. Это управление полностью монополизировано федеральным центром. Осуществляется сугубо бюрократическими методами. Без привлечения адекватных рыночным отношениям «прозрачных» экономических механизмов природопользования. Прежде всего – аренды и ренты.

В отсутствие в российском налоговом законодательстве механизмов прямого и полного изъятия рыболовной ренты, эта рента в значительной мере присваивается пользователями. Рента теряется с сырцом при его продаже на внешнем рынке. При этом позволяет российским поставщикам выступать на этом рынке в роли недобросовестных конкурентов. Еще более развращает и расширяет коррумпированную часть чиновников, распределяющих рыбные квоты.

В отсутствие экономически заинтересованного в устойчивой продуктивности рыбохозяйственных угодий долгосрочного арендатора, эти угодья эксплуатируются «на износ», интенсивно истощаются и в ближайшем будущем могут полностью деградировать без влияния промышленных загрязнений.

По своему экономическому содержанию и функциям рыбохозяйственные угодья практически не отличаются[12] от сельскохозяйственных. Поэтому распоряжение этой частью общенационального богатства, также как в случае с сельскохозяйственными землями, должно быть передано на региональный (а, в некоторых случаях, и на муниципальный) уровень управления. Только участие в распоряжении рыбохозяйственным потенциалом региона его постоянного населения (через демократически избранные органы власти) и только использование в управлении этим потенциалом таких рыночных механизмов природопользования, как долгосрочная аренда и рента, могут обеспечить конструктивный баланс государственных, территориальных и частнопредпринимательских интересов в эксплуатации этой важной части природного капитала региона. Могут значительно повысить отдачу рыбной отрасли хозяйства в федеральный и местные бюджеты. Могут сохранить и увеличить этот потенциал для будущих поколений.

Исходя из вышеизложенного, можно заключить, что биологический потенциал камчатских и прикамчатских вод, при необходимом правовом обеспечении его рационального использования, может служить достаточной природно-ресурсной основой устойчивого развития экономики Камчатской области и Корякского Автономного округа.

Однако, перевод природопользования в рыбном хозяйстве на новую правовую основу (которая должна соответствовать рыночным отношениям, принципам федерализма и Конституции России) в современных условиях потребует длительного времени и значительных усилий[13]. Кроме того, даже при переходе биопотенциала прибрежных вод под управление прилежащих к ним территорий, рыбной промышленности Камчатки для перевооружения и расширения ее производственных мощностей также потребуются годы и значительные средства[14]. Поэтому на период реконструкции и должного развития на Камчатке современного рыбного хозяйства здесь не обойтись без вовлечения в хозяйственный оборот других природных ресурсов региона.

С позиций государственных и территориальных интересов, важнейшими критериями выбора этих ресурсов и основанных на них производств должны быть:

·  во-первых – высокая и быстрая рентоодача;

·  во-вторых – минимальный ущерб окружающей среде и биоте;

·  и, в третьих – повышение занятости местного населения и участие в развитии региональной инфраструктуры.

По всем трем указанным критериям отбора из числа наиболее значимых для перспективного использования минеральных и энергетических ресурсов региона сразу же отпадают шельфовые запасы углеводородов.

Во-первых, при современном уровне изученности этих запасов и экстремальности условий их эксплуатации невозможно даже ориентировочно определить – будет ли их использование рентабельным.[15]

Во-вторых, даже гипотетическая рентоотдача от эксплуатации этих, сравнительно небольших в масштабе страны, запасов углеводородов сопряжена здесь с реальным и значительным риском потери четверти всех рыбных ресурсов России. В том числе, почти всех запасов крабов.

В-третьих, «подъемная» только для крупных иностранных инвесторов и ориентированная на иностранную же переработку, морская нефтедобыча на Западно-Камчатском шельфе не решит проблем занятости и инфраструктурной обустроенности прилежащих территорий.

Более того, при значительном снижении биологической продуктивности внутренних водоемов и прибрежных лод Западной Камчатки в результате неизбежного загрязнения этих вод нефтью, потеряют работу не только сотни рыбаков из поселков Западного побережья Камчатки, но и тысячи рыбаков, а также работников, связанных с рыбной промышленностью других отраслей хозяйства в других районах Камчатки, в Приморье, на Сахалине и в Магаданской области и Хабаровском крае.

Оценки сравнительной эффективности использования остальных минеральных ресурсов региона не могут быть столь однозначными. Общий прогнозный потенциал наиболее важных полезных ископаемых Западной Камчатки и ее шельфа по своей сырьевой стоимости оценивается гигантской суммой (табл. 4) в 427 миллиардов долларов, которая могла бы обеспечить до полутора миллиардов долларов годовой ренты, при тридцатилетнем сроке погашения этих запасов.

Таблица 4.

Сырьевая стоимость[16] прогнозных и балансовых запасов наиболее

важных полезных ископаемых Западной Камчатки и ее шельфа

(Млн. долл. США)

Полезное ископаемое	Единица изме-рения	Прогнозные ресурсы	Балансовые запасы
		Объем	Стоимость	Объем	Стоимость
Нефть и конденсат (шельф)	млн. т	575	69000,0	-	-
Газ (шельф)	млрд. м3	1725	172500,0	-	-
Нефть и конденсат (суша)	млн. т	72	8640,0	0,5	60,0
Газ (суша)	млрд. м3	441	44100,0	22,6	2260,0
Уголь	млн. т	3339	119035,4	255,7	9115,7
Золото коренное	т	308,6	3727,8	82,6	997,8
Золото россыпное	т	19,5	235,5	7,2	87,0
Серебро	т	3250	559,0	419,7	72,2
Платина рудная	т	25,6	341,0	-	-
Никель	тыс. т	814,2	4950,3	-	-
Медь	тыс. т	2278,4	4196,8	-	-
Всего			427285,9		12592,7

Однако, прогнозная оценка минеральных и топливно-энергетических ресурсов совершенно несопоставима с реальным рентным потенциалом водных биологических ресурсов. Приемлемой сопоставимостью с последними обладают балансовые (утвержденные государственной комиссией по запасам) запасы полезных ископаемых. Эти запасы и их сыревая стоимость также показаны в табл. 4. Рентная оценка балансовых запасов полезных ископаемых Западной Камчатки представлена на табл. 5.

Таблица 5.

Сырьевая стоимость и рентная оценка балансовых запасов наиболее важных

полезных ископаемых Западной Камчатки

(Млн. долл. США)

Полезное ископаемое	Сырьевая стоимость балансовых запасов (по табл. 4)	При 30-летнем сроке погашения запаса	При 50-летнем сроке погашения запаса
		Годовой рентный доход R	Капитали-зированная рента P	Годовой рентный доход R	Капитали-зированная рента P
Нефть и конденсат (суша)	60,0	0,2	2,8	0,12	1,89
Газ (суша)	2260,0	7,5	103,7	4,52	71,24
Уголь	9115,7	30,4	418,3	18,23	287,34
Золото коренное	997,8	3,3	45,8	2,00	31,52
Золото россыпное	87,0	0,3	4,0	0,17	2,68
Серебро	72,2	0,2	3,3	0,14	2,21
Всего	12592,7	41,9	577,9	25,19	396,88

Сравнивая данные таблиц 3 и 5 можно заключить, что при любом разумном сроке отработки балансовых запасов полезных ископаемых Западной Камчатки, их рентоотдача всегда будет меньше годовой рентоотдачи от эксплуатации водных биологических ресурсов региона. Если же учесть то обстоятельство, что кондиционность (рентабельность) даже балансовых запасов минерального сырья геологами, как правило, завышается[17], то рассматривать использование минерально-сырьевого потенциала Камчатки в качестве стратегического направления расширения специализации экономики региона на современном этапе изученности этого потенциала, не только преждевременно, но и опасно.

Использование даже наиболее рентабельных минерально-сырьевых и энергетических ресурсов Западной Камчатки на сегодня уместно рассматривать лишь как тактическое направление региональной социально-экономической политики. При этом основной стратегической целью развития недолговечной горнодобывающей промышленности должно быть формирование здесь необходимой инфраструктуры. Прежде всего, энергетической и транспортной.